Решение № 2-1175/2018 от 24 июня 2018 г. по делу № 2-1175/2018

(заочное)


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

25 июня 2018 года г. Ростов-на-Дону

Советский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Батальщикова О.В.

при секретаре Палага В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Масло Дона», 3 лицо Государственная инспекция труда в Ростовской области, ГУ Ростовское регионально отделения ФСС РФ о признании акта о несчастном случае в части недействительным, признании заключения в части недействительным, признании должностной инструкции недействительной, снижении степени вины, взыскании материального вреда, морального вреда и судебных расходов

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Советский районный суд г. Ростова-на-Дону с исковым заявлением к ООО «Масло Дона», 3 лицо Государственная инспекция труда в Ростовской области, ГУ Ростовское регионально отделения ФСС РФ о признании акта о несчастном случае в части недействительным, признании заключения в части недействительным, признании должностной инструкции недействительной, снижении степени вины, взыскании материального вреда, морального вреда и судебных расходов, указав, что он осуществлял трудовую деятельность в ООО «Масло Дона» на основании трудового договора от 03.10.2016г. в должности Оператора Элеватора.

27.03.2017г. ориентировочно в 17,45 час., во время выполнения своих трудовых функций, подходя к шнековому транспортеру, он споткнулся (подвернулась нога) и при падении левая рука попала в работающий шнек. В результате чего он получил тяжелую травму левой кисти. Согласно выписки из медицинской карты №. выданной Городской Больницей № им. ФИО4 <адрес>, установлен диагноз: открытая тяжелая травма левой кисти. Открытый перелом проксимальной трети основной фаланги 2 пазьца. обширная рвано-ушибленная рана 2 промежутка. Множественные открытые ссадины.

По факту несчастного случая на производстве, работодателем был составлен акт формы Н-1 от 31.03.2017г.

С данным актом он не согласился, так как работодатель намеренно скрыл и исказил фактические обстоятельства дела, а именно, в акте указывал, что травма произошла по неосторожности потерпевшего, когда тот подходил к шнековому транспортеру, на котором была открыта защитная крышка, споткнулся и при падении левая рука попала в работающий шнек, и обратился в Государственную инспекцию труда в Ростовской области, указав на то. что крышка на транспортере отсутствовала всегда и находилась в соседнем цехе.

После его обращения в Государственную инспекцию труда в Ростовской области 07.08.2017г. был составлен новый акт№ о несчастном случае.

В новом акте указанно, что ФИО1 проходя из семяочистительного отделения в прессовый цех для процесса подачи семечки на производство, споткнулся, упал и левой рукой попал в работающий шнек, на котором была снята крышка.

То есть, в первом Акте от 31.03.2017г. защитная крышка присутствовала на шнековом транспортере и была просто открыта, а вот уже во втором Акте от 07.08.2017г. крышка отсутствует совсем.

В п. 6. Акта от 07.08.2017г. работодатель указывает что назначенный приказом № от 10.02.2017г. за техническое состояние и эксплуатацию помещений и оборудования заместитель директора ФИО2 27.03.2017г. при обходе территории предприятия отсутствия крышек на шнековых транспортерах не обнаружил, в течении смены об отсутствии защитных крышек на транспортере сообщений от операторов элеватора не поступало.

А вот когда он споткнулся и рукой попал в шнековый транспортер, то крышки уже не было, иными словами согласно заключения работодателя. Он, ФИО1 сам её снял на время своей смены.

Именно поэтому, в новом Акте от 07.08.2017г. появляется п.4. согласно которому должностными инструкциями ФИО1 ознакомлен 03.10.2016г.

П. 5 Акта от 07.08.2017г. утверждает, что согласно инструкции по охране труда оператора элеватора осуществление контроля за работой всего оборудования и оповещения начальника производства об обнаруженных неполадках.

Между тем. данная запись, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, защитная крышка, о которой в акте пишет работодатель, никогда не одевалась на транспортер. Она просто отсутствовала. На транспортере имелись крепления, но сама крышка отсутствовала. Он и другие работники, неоднократно об этом сообщали директору ФИО3, который всегда им говорил, чтобы они не умничали, так как это значительно замедляет производственный процесс. При этом, сама крышка была спрятана в другом цеху.

27.06.2017 г. когда он вышел на работу то обнаружил, что защитная крышка прикручена к транспортеру, именно поэтому в первом Акте от 31.03.2017г. указали, что во время несчастного случая крышка была на месте.

Сделано это было намеренно, для того, чтобы скрыть данное нарушение, приведшее к несчастному случаю.

Несмотря на то, что об отсутствии крышки он указал в своей первой жалобе в Государственную инспекцию по труду, работодатель настойчиво продолжает указывать и в новом акте, что крышка на шнеке при осмотре была, тем самым пытается уйти от ответственности и сделать его виновным в произошедшем несчастном случае.

Кроме того, в новом акте от 07.08.2017г. в пункте 8.4. работодатель указал, что очевидцев несчастного случая нет.

Однако, это тоже не соответствует действительности, так как на месте происшествия было много очевидцев, которых он указывал в своей жалобе в Государственную инспекцию по труду в Ростовской области. Инспектор по труду, проводивший проверку, созванивался с ними. Поскольку свидетели, не смогли подъехать в инспекцию в назначенное время, они написали свои показания на бланках, ранее переданных инспектором директору ООО «Масло Дона». Однако, директор ФИО3 не передал их инспектору, заявив, что свидетели отказались давать показания. Именно поэтому, в Акте от 07.08.2017г. указано, что очевидцы отсутствуют.

Работодатель в своей деятельности нарушил требования действующих норм трудового законодательства и не обеспечил надлежащим образом безопасность работников при эксплуатации оборудования.

Для того, что бы скрыть данный факт, после несчастного случая к нему в больницу пришли технолог ФИО7 и инженер ФИО8 и подсунули какие-то бумаги, пояснив, что для получения денежной компенсации ему необходимо подписать их. Находясь под воздействием медицинских препаратов, после перенесенной тяжёлой операции, он плохо понимал происходящее и стал подписывать документы, не читая. В этот момент в палату зашла его жена и категорически возразила против этого, вырвав у него из рук документ.

Таким образом, часть документов он подписал, а вот часть документов осталась не подписанной.

В последствии, ознакомившись с новым Актом, он понял, что подписал инструкцию по техники безопасности, на которую ссылается работодатель.

Инструкция по технике безопасности во время приема его на работу и в процессе работы никогда не составлялась, а была составлена задним числом уже после несчастного случая. Данный факт подтверждается свидетельскими показаниями.

Кроме того, до сих пор ему не выплачены страховые выплаты, так как работодатель в своем Акте не указал процентное соотношение вины причинителя вреда.

Между тем, он считает, что вина полностью 100% лежит на работодателе, который нарушил требование действующего законодательства и не обеспечил надлежащее рабочее место своим работникам.

На этом основании и с учетом неоднократно уточненных исковых требований в окончательной редакции просил признать акт о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, составленный в связи с несчастным случаем на производстве произошедшим с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части установления вины ФИО1, признать заключение Государственной инспекции труда в <адрес> по несчастному случаю произошедшим с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части установления вины ФИО1, признать должностную инструкцию оператора элеватора ООО «Масло Дона» № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденную директором ФИО6 недействительной, степень вины в несчастно случае пострадавшего ФИО1 снизить до 0%, взыскать с ООО «Масло Дона» в его пользу материальный вред в размере 23683,75 руб., компенсацию морального вреда в размере 300000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО9 в судебном заседании заявленные уточненные исковые требования в окончательной редакции поддержали, просили суд их удовлетворить в полном объеме, не возражали против вынесения заочного решения.

Представитель ответчика ООО «Масло Дона» в суд не явился, о времени и месте судебного заседания неоднократно извещался надлежащим образом, при этом, директору ООО «Масло Дона» ФИО6 известно о нахождении настоящего дела в суде, поскольку он ранее неоднократно присутствовал в судебных заседаниях. Суд считает, что представитель ответчика ООО «Масло Дона» о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, доказательств, свидетельствующих об уважительности причин его отсутствия в судебном заседании, суду не представил. Это дает основания полагать, что ответчик предпринимает попытки избежать гражданско-правовой ответственности. Согласно ст. 233 ГПК РФ в случае неявки в судебное заседание ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания, не сообщившего об уважительных причинах неявки и не просившего о рассмотрении дела в его отсутствие, дело может быть рассмотрено в порядке заочного производства. Поскольку истцовая сторона не возражала против рассмотрения дела в порядке заочного производства в отсутствие представителя ответчика, суд считает возможным рассмотреть дело в порядке ст. 233 ГПК РФ.

Представители 3 лиц - Государственная инспекция труда в <адрес>, ГУ Ростовское регионально отделения ФСС РФ в суд не явились, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии представителей 3 лиц.

Свидетель ФИО15. в судебном заседании пояснил, что он работает на заводе ООО «Масло Дона» прессовщиком, в день получения травмы ФИО1 он находился на рабочем месте и увидел, что к ним в цех вошел ФИО1 и упал, потеряв сознание, перчатка у него была в крови, позже он узнал, что руку ФИО1 затянуло в шнек, после чего они вызвали директора ФИО3 и только минут через 20 ФИО10 повезли в больницу. Работать на оборудовании их никто не обучал, инструктажи не проводились, шнеки и кожухи никогда защищены не были, крышек на них не было, в цехах ни когда не убирали, о чем они неоднократно сообщали руководству завода, однако руководство не реагировало,

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что приехав на работу на завод он увидел, что ФИО1 плучил травму и его увезла «Скорая» В цеху, где работал ФИО1 Очень плохое освещение, шнек ни когда не был закрыт заградительными крышками, впоследствии крышки поставили, но не надолго.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснил, что он работал на ООО «Масло Пром» оператором пресного цеха, Со слов ФИО1 ему известно, что его рука попала в шнек, при этом, шнек не был защищен, после этого в течении 2-3 смен он заходил в цех, но крышки на шнеке не было.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что 27 марта ей позвонила жена Шовкун и сообщила ей, что рука ее мужа ФИО1 попала в шнек и его везут в больницу. Приехав в больницу он вошла в палату, где находился после операции ФИО1 и увидела, что около него лежали документы и он начал их подписывать «задними» чмслами, а именно должностная инструкция, остальные документы она забрала не дав ФИО1 их подписать, на ее вопросы, что это за документы ей не ответили, документы, которые она забрала, она не вернула, в больнице она находилась с отцом. В связи с травмой ФИО1 они понесли расходы на его реабилитацию и медицинскую помощь.

Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснил, что он является тестем ФИО1 и специалистом в области охраны труда, приехав с дочерью в больницу к ФИО1 он увидел директора завода и его заместителя, которые обещали помочь с реабилитацией и лечением ФИО1, так же от дочери он узнал о каких-то бумагах На его обращение к руководству завода, ему сообщили, что ни каких журналов по технике безопасности и т.п. у них нет.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы, прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворении частично, суд признает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

По правилам ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований либо возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 ТК РФ охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ч. 5 ст. 209 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст. ст. 22, 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, также в обязанности работодателя входит расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинении вреда жизни или здоровью гражданина", вопрос о том, является ли допущенная неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В судебном заседании установлено и ответчиком не опровергнуто, что ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Масло Дона» на основании трудового договора от 03.10.2016г. в должности Оператора Элеватора.

27.03.2017г. ориентировочно в 17,45 час., во время выполнения своих трудовых функций, ФИО1 подходя к шнековому транспортеру, споткнулся и при падении левая рука попала в работающий шнек, при этом, защитное устройство отсутствовало, что ответчиком не опровергнуто и подтверждается показаниями свидетелей ФИО15, ФИО11 и ФИО12, показания которых суд расценивает как правдивые и не противоречащими доводам истца.

В результате вышеуказанных обстоятельств ФИО1 получил тяжелую травму левой кисти. Согласно выписки из медицинской карты №. выданной Городской Больницей № им. ФИО4 <адрес>, установлен диагноз: открытая тяжелая травма левой кисти. Открытый перелом проксимальной трети основной фаланги 2 пазьца. обширная рвано-ушибленная рана 2 промежутка. Множественные открытые ссадины.

В ходе проведения расследования Государственной инспекцией труда в <адрес> о несчастном случае в акте № от ДД.ММ.ГГГГ и в заключении Главного государственного инспектора труда Государственной инспекцией труда в <адрес> ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ООО «Масло Дона» не обеспечило проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда.

ФИО1 был допущен к работе в качестве оператора элеватора без прохождения стажировки и без проверки знаний по охране труда по профессии.

Защитная крышка на шнековом транспортере во время получения травмы ФИО1 отсутствовала.

Согласно должностной инструкции оператора элеватора ООО «Масло Дон» в обязанности оператора элеватора входит введение технологических процессов маршрутов приемки семечки с автомобильного транспорта, очистки семян на сложных зерноочистительных машинах, подача продукции производства, производство обслуживания, наблюдения, контроля работы транспортеров, принятие участие в его ремонте.

С должностной инструкцией ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно инструкции по охране труда оператора элеватора в обязанности оператора элеватора входит осуществление контроля за работой всего оборудования и оповещение начальника производства об обнаруженных неполадках.

Назначенный приказом № от ДД.ММ.ГГГГ за техническое состояние и эксплуатацию помещений и оборудования заместитель директора ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ при обходе территории предприятия отсутствие крышек на шнековых транспортерах не обнаружил, в течении смены об отсутствии защитных крышек на транспортере сообщений от операторов элеватора не поступало.

Рабочее место образовано рабочее место на котором работал ФИО1 было образовано ДД.ММ.ГГГГ и поэтому проведение специальной оценки условий труда данного рабочего места должно пройти в течении одного года, что подпадает под требования ст. 17 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда».

На основании проведенного расследования, Главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в РО ФИО16 пришел к заключению, что несчастный случай, происшедший ДД.ММ.ГГГГ с оператором элеватора ООО «Масло Дон» ФИО1 подлежит квалификации как связанный с производством, оформлению актом о несчастном случае на производстве формы Н-1. учету и регистрации в ООО «Масло Дона».

Причинами, вызвавшими несчастный случай являются:

Неудовлетворительная организация производства работ, выраженная в отсутствии должного контроля над выполнением подчиненными соблюдение норм, правил и инструкции по охране труда, чем нарушено требование п.2.1 Приказа Минсельхоза РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 893 "Об утверждении Правил по охране труда в масложировой промышленности" (Зарегистрировано в Минюсте РФ ДД.ММ.ГГГГ N 4791)

Нарушение работником требований инструкции по охране труда в рамках должностной обязанностей, чем нарушено требование п.п. 2.3,2.4 Должностной инструкции оператора элеватора ООО «Масло Дона», п.3.2 Инструкции по охране труда для оператора элеватора.

Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, являются:

ФИО5- заместитель директора ООО «Масло Дон» - не обеспечил удовлетворительную организацию производства работ, выразившаяся в отсутствии должного контроля над выполнением подчиненными соблюдение норм, правил и инструкции по охране труда, чем нарушено требование п.2.1 Приказа Минсельхоза РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 893 "Об утверждении Правил по охране труда в масложировой промышленности" (Зарегистрировано в Минюсте РФ ДД.ММ.ГГГГ N 4791)

ФИО1,- оператор элеватора ООО «Масло Дона» - нарушил требования инструкции по охране труда в рамках должностных обязанностей, чем нарушено требование п.п. 2.3,2.4 Должностной инструкции оператора элеватора ООО «Масло Дона», п.3.2 Инструкции по охране труда для оператора элеватора.

Однако выводы Главного государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в РО ФИО16, изложенные им в акте № от ДД.ММ.ГГГГ и в заключении государственного инспектора труда от ДД.ММ.ГГГГ в части ответственности ФИО1 за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю суд считает преждевременным и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, поскольку судом установлено, что в момент получения травмы ФИО1, работодателем не была в должной мере обеспечена безопасность работника при выполнении им трудовых функций на производстве, при этом, каких-либо доказательств о том, что на производстве проводились инструктажи по технике безопасности при производстве соответствующих работ ответчиком не приведено, соответствующие документы не представлены, а указанные истцом обстоятельства подтверждаются материалами настоящего гражданского дела.

Таким образом, суд считает, что акт о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, составленный в связи с несчастным случаем на производстве произошедшим с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в части установления вины ФИО1 и заключение Государственной инспекции труда в <адрес> по несчастному случаю произошедшим с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в части установления вины ФИО1 подлежит признанию недействительным, соответственно степень вины в несчастно случае ФИО1 подлежит снижению до 0%.

Так же, суд считает, что должностная инструкция оператора элеватора ООО «Масло Дона» № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденная директором ФИО6 и подписанная ФИО1 подлежит признанию недействительной, поскольку судом установлено, а ответчиком не опровергнуто, что указанная должностная инструкция была подписана ФИО1 после получения им травмы ДД.ММ.ГГГГ, что помимо доводов самого ФИО1 подтвердила свидетель ФИО13, присутствующая в больничной палате при подписании ФИО1 указанной инструкции и ФИО14, которому известно о данном факте.

Что касается требований ФИО1 о взыскании с ООО «Масло Дона» в его пользу материальный вред в размере 23683,75 руб., то суд считает указанные требования подлежащими частичному удовлетворению на сумму 1683,75 руб., размер которой подтвержден соответствующими документами, остальная сумма материального ущерба в размере 22000 руб., заявленная ФИО1 взысканию не подлежит как не подтвержденная и недоказанная истцовой стороной в судебном заседании.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в п. 32 постановления Пленума от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с ч. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Согласно ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

С учетом вышеприведенных нормативных положений, принимая во внимание, что причиной несчастного случая на производстве явилось нарушение требований охраны труда непосредственно работодателем, что нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения дела и ответчиком не опровергнуто, суд находит основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда, причиненного в связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве.

Разрешая требование истца о компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что в пользу ответчика подлежит взысканию компенсации морального вреда по основаниям ст. 151 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда судом учитывается характер, причиненных ФИО1 нравственных и физических страданий, степени вины причинителя вреда, а также требований разумности и справедливости и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда в размере 150000 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Суд считает целесообразным взыскать с ООО «Масло Дона» в пользу ФИО1 сумму расходов на оплату услуг представителя в полном объеме, а именно 30000 руб., поскольку ООО «Масло Дона» не представлено суду ни каких доказательств и обоснований чрезмерности взыскиваемых расходов.

Руководствуясь ст. ст. 233-235 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Признать акт о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, составленный в связи с несчастным случаем на производстве произошедшим с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части установления вины ФИО1

Признать заключение Государственной инспекции труда в Ростовской области по несчастному случаю произошедшим с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части установления вины ФИО1

Признать должностную инструкцию оператора элеватора ООО «Масло Дона» № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденную директором ФИО6 недействительной.

Степень вины в несчастно случае пострадавшего ФИО1 снизить до 0%.

Взыскать с ООО «Масло Дона» в пользу ФИО1 материальный вред в размере 1683,75 руб., компенсацию морального вреда в размере 150000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб., всего взыскать 181683,75 руб.

В остальной части иска – отказать.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано также в Ростовский областной суд через Советский районный суд г. Ростова-на-Дону в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Решение в окончательной форме изготовлено 29.06.2018 года.

С у д ь я: