Апелляционное определение № 33-1097/2026 33-19166/2025 от 28 января 2026 г.

61RS0022-01-2025-002424-77

Судья Полиева О.М. дело №33-1097/2026 (33-19166/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе: председательствующего Корниловой Т.Г.,

судей Котельниковой Л.П., Петриченко И.Г.,

при секретаре Шипулиной Н.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2543/2025 по иску ФИО1 к ПАО « ТМК», третье лицо Государственная инспекция труда в Ростовской области о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсационных выплат, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсационных выплат, компенсации морального вреда, по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 8 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Котельниковой Л.П., с3удебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Таганрогский металлургический завод» о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании среднего заработка за дни, оплачиваемые донорам за сдачу крови, взыскании единовременного вознаграждения за выслугу лет, взыскании процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты заработной платы, взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование заявленных исковых требований, что 24.04.2016 он был принят на работу в АО «Таганрогский металлургический завод» (далее - АО «ТАГМЕТ») электромонтером по ремонту и обслуживанию электрооборудования в трубопрокатный цех, электрослужба, бригада по ремонту и обслуживанию электрического оборудования № 6. В последующем 14.03.2025 трудовой договор с ним был расторгнут по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Истец полагает, что его незаконно не допускали на территорию АО «ТАГМЕТ» в период с 01.04.2024 по 18.06.2024 по причине изъятия у него пропуска, в связи с чем он не имел возможности находиться на своем рабочем месте и выполнять свои служебные обязанности, а также ему незаконно не выплатили вознаграждение за выслугу лет и денежную компенсацию за сдачу крови. Истец просит суд: 1) взыскать с АО «ТАГМЕТ» в его пользу сумму среднего заработка за два рабочих дня, оплачиваемых донорам за сдачу крови, в размере 7 258,38 руб.; 2)сумму невыплаченного единовременного вознаграждения за выслугу лет в заработной плате января 2025 г. в размере 50 481,35 руб.; 3)сумму заработка за незаконное отстранение его от работы за период с 01 апреля 2024 г. по 18 июня 2024 г. за 53 рабочих дня в размере 161 647,64 руб.;4) компенсацию за задержку выплат, за каждый день задержки в размере 70 619,83 руб.; денежную компенсацию за задержку выплат, за каждый день задержки с общей суммы, не выплаченной ему зарплаты в размере 219 387,37 руб., начиная с 17.04.2025 по день фактического исполнения решения суда; в счет компенсации морального вреда 100 000 руб.

В ходе судебного разбирательства истец, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) увеличил исковые требования, просил суд взыскать с АО «ТАГМЕТ» : сумму среднего заработка за два рабочих дня, оплачиваемых донорам за сдачу крови, в размере 7 258,38 руб.; сумму недоплаченного ему «Единовременного вознаграждения за выслугу лет» в заработной плате января 2025 г. в размере 50 481,35 руб.; сумму заработка за незаконное отстранение его от работы за период с 01 апреля 2024 г. по 18 июня 2024 г. за 53 рабочих дня в размере 178 298,96 руб.; денежную компенсацию за задержку выплат, за каждый день задержки в размере 115 147,36 руб.; денежную компенсацию за задержку выплат, за каждый день задержки с общей суммы не выплаченной заработной платы начиная с 20.08.2025 по день фактического исполнения решения суда АО «ТАГМЕТ»; в счет компенсации морального вреда 100 000 руб.

Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 8 сентября 2025 года исковые требования ФИО1 к АО «Таганрогский металлургический завод» о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсационных выплат, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсационных выплат, компенсации морального вреда удовлетворены частично.

Суд взыскал с АО «Таганрогский металлургический завод» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 19.04.2024 по 17.06.2024 в размере 134 565,20 руб. (произведя из нее предусмотренные законом удержания при выплате), компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска судом отказано.

Суд взыскал с АО «Таганрогский металлургический завод» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 5337 руб.

В апелляционной жалобе истец считает решение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, приняв по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить, взыскав сумму недоплаченного ему единовременного вознаграждения за выслугу лет в заработной плате января 2025 г. в размере 50 481,35 руб., денежную компенсацию за задержку выплат, за каждый день задержки с общей суммы не выплаченной заработной платы со дня, когда данные суммы должны быть выплачены по день фактического исполнения решения суда АО «ТАГМЕТ».

Заявитель жалобы, частично повторяя позицию, приведенную в суде первой инстанции, указывает, что судом при рассмотрении дела неправильно применены нормы материального и процессуального права.

Апеллянт считает вынесенное решение суда первой инстанции в обжалуемой части необоснованным, вынесенным при неполном и не всестороннем исследовании обстоятельств дела, с нарушением норм материального и процессуального права. Истцом было заявлено требование о взыскании с АО «ТАГМЕТ» в его пользу вознаграждения за выслугу лет за 2024 год, однако, отказывая в удовлетворении данного требования ФИО1, суд ссылается только на отзыв ответчика, в котором говорится о том, что данное вознаграждение в январе 2025 г. ФИО1 не было выплачено в связи с совершением им по месту работы хищения, при этом, сам факт хищения, по мнению суда, установлен материалами уголовного дела, которое было рассмотрено мировым судьей в Таганрогском судебном районе Ростовской области на судебном участке № 9. Между тем, судом не учтено, что Постановлением Мирового судьи в Таганрогском судебном районе Ростовской области на участке № 9 от 17 марта 2025 г. уголовное дело и уголовное преследование по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон. По мнению апеллянта, материалы уголовного дела также не содержат документов, доказывающих вину ФИО1 Виновным в совершении уголовного преступления ФИО1 не признан. С заявлением о прекращении дела в суд обратился сам потерпевший, данное заявление было поддержано Прокуратурой, так как суд ввиду отсутствия доказательств хищения, недостачи, полагал необходимым вернуть дело на доследование. ФИО1 всего лишь не возражал о прекращении уголовного дела. При таких обстоятельствах постановление суда о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор и не устанавливает виновность работника. Между тем, в оспариваемом решении суд делает вывод о нарушении ФИО1 трудовой дисциплины. Таким образом, вывод суда о наличии у ФИО1 дисциплинарного проступка не соответствует материалам дела.

Кроме того, заявитель жалобы указывает на то, что в январе 2025 г., когда ФИО1 был лишен вознаграждения за выслугу лет, уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН УК РФ находилось на рассмотрении у мирового судьи в Таганрогском судебном районе Ростовской области на участке № 9 и только 17 марта 2025 г., оно еще не было прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон. Фактически, работодатель признал ФИО1 виновным в уголовном деле до того, как данное дело было рассмотрено в суде и без проведения служебного расследования.

По мнению апеллянта, нельзя согласиться с выводом суда о том, что вознаграждение за выслугу лет не относится к числу гарантированных выплат работнику, является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, принятие решения об этой выплате относится исключительно к полномочиям работодателя, тогда как в отношении истца решения о выплате данного вознаграждения по итогам 2024 года работодателем не принималось в связи с указанными выше обстоятельствами, а именно в связи с совершением в период действия трудового договора в 2024 году противоправных действий, впоследствии подтвержденных постановлением мирового судьи.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явился представитель истца - ФИО2, действующая на основании доверенности, просила решение суда в обжалованной части отменить, жалобу истца удовлетворить.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции явился представить ПАО «Трубная Металлургическая Компания» (правопреемник АО «ТАГМЕТ» ФИО3 действующая на основании доверенности, просила решение оставить без изменений, жалобу без удовлетворения.

Представителем ответчика заявлено о процессуальном правопреемстве и переходе прав и обязанностей ответчика к ПАО «Трубная Металлургическая Компания», указав на то, что 1 января 2026 года деятельность АО «ТАГМЕТ» прекращена в связи с реорганизацией путем присоединения к ПАО «ТМК» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 101000, г. Москва, вн. тер. муниципальный округ Басманный, ул. Покровка, д,40, стр. 2А.) и созданием в структуре последнего филиала ПАО «ТМК» Таганрогский металлургический завод, из деятельности которого вытекает рассматриваемый иск. Место нахождения филиала на территории Российской Федерации: 347905, Ростовская область, ГО <...>.

В соответствии с п.1 ст.44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

В связи с изложенным, представитель ответчика просил произвести замену в гражданском процессе АО «ТАГМЕТ» на его правопреемника ПАО «ТМК» (филиал Таганрогский металлургический завод).

Все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

В соответствии с Постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 12.12.2022г. №362п «О переименовании Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Ростовской области» прекратило деятельность путем реорганизации в форме присоединения к Фонду социального страхования Российской Федерации.

В этой связи судебная коллегия протокольным определением от 29 января 2026 года произвела замену АО «ТАГМЕТ» на его правопреемника ПАО «Трубная Металлургическая Компания» (ПАО «ТМК» -филиал Таганрогский металлургический завод).

Дело рассмотрено в порядке ст.167, ст. 327 ГПК РФ, ст. 165.1 ГК РФ в отсутствие истца, извещенного о дате и месте судебного заседания надлежащим образом, о чем в материалах дела имеются уведомления.

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, проверяя законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений (ч.1 ст.327.1 ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных положениями статьи 330 ГПК РФ, для отмены решения суда первой инстанции.

Поскольку решение суда обжалуется истцом только в части отказа в удовлетворении исковых требований истца о взыскании суммы недоплаченного истцу единовременного вознаграждения за выслугу лет в заработной плате января 2025 г. в размере 50 481,35 руб., денежной компенсации за задержку выплат, за каждый день задержки с общей суммы не выплаченной заработной платы со дня, когда данные суммы должны быть выплачены по день фактического исполнения решения суда АО «ТАГМЕТ», а в остальной части ответчиком не обжалуется, то в силу положений ч. 2 ст. 327.1 ГК РФ судебной коллегией в не обжалуемой части не проверяется и не ревизуется.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 23 от 19.12.2003 "О судебном решении", решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы истца в обжалуемой части не имеется.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «ТАГМЕТ» (правопреемник ПАО «ТМК») с 24.04.2016 в качестве электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования в трубопрокатном цехе, электрослужба, бригада по ремонту и обслуживанию электрического оборудования № 6. 14.03.2025 трудовой договор с ним был расторгнут по п.3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

ФИО1 с 17.01.2025 назначена страховая пенсия по старости (т. 2 л.д. 10)

Из материалов дела следует, что 28.03.2024 ФИО1 был задержан на проходной КПП 3 АО «ТАГМЕТ» сотрудниками ООО ЧОП «Дон» при попытке хищения медного кабеля внутри рамы личного велосипеда с территории АО «ТАГМЕТ», в связи с чем, у него был изъят его пропуск, что подтверждено Актом осмотра места происшествия № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 28.03.2024 и объяснением ФИО1 от 28.03.2024 (т. 1 л.д. 88, т. 2 л.д. 11).

На имя и.о. начальника Трубопрокатного цеха ФИО15 29.03.2024 заместителем директора по режиму-начальником отдела направлено извещение № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН о попытке хищения медного кабеля (т. 1 л.д.103).

С 29.03.2024 ФИО1 на своем рабочем месте не появлялся, на работу не выходил.

В последующем 19.04.2024 по факту хищения было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН УК РФ (т. 2 л.д. 12-13).

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылается на то, что 28.03.2024 ответчик фактически отстранил его от работы, поскольку у него был изъят пропуск, непосредственные его руководители предлагали уволиться по собственному желанию, на его звонки и письменное обращение о причинах отстранения от работы работодатель не реагировал. О возможности выхода на работу ответчик уведомил его телеграммой, полученной им 18.06.2024.

Возражая относительно заявленных требований, представитель ответчика ссылается на то, что после выявленного инцидента истец с 01.04.2024 перестал выходить на работу, за получением пропуска в бюро пропусков не обращался, общался по телефону с ФИО16 высказал намерение уволиться по собственному желанию и взял бланк заявления на увольнение. Потом ему дозвониться не могли, причину отсутствия на работе не выясняли. В последующем ему направили телеграмму о необходимости выхода на работу, после получения которой, он приступил к работе. Препятствий со стороны работодателя к работе истца не было, пропуск он мог получить в бюро пропусков и приступить к работе, чего им сделано не было.

Как следует из материалов настоящего гражданского дела, 16.04.2024 истцом в адрес ответчика подано заявление о выдаче документов, связанных с работой: копии приказа о приеме на работу, документа, на основании которого был заблокирован и изъят его пропуск, копии табелей учета рабочего времени за март и апрель 2024, копию Коллективного договора, Акт внутреннего расследования инцидента произошедшего с ним 28.03.2024 на КПП № 3 (т.1 л.д. 128).

В ответ на обращение ФИО1 работодателем направлены: копия приказа о приеме на работу, табели учета рабочего времени за март 2024 и апрель 2024 и сообщено о том, что Коллективный договор находится в общем доступе на корпоративном сайте с указанием ссылки в сети Интернет (т. 1 л.д. 129).

ФИО1 16.04.2024 обратился в Государственную инспекцию труда в Ростовской области с заявлением по факту нарушения его трудовых прав ОАО «ТАГМЕТ» и 07.05.2024 по результатам проверки достоверности сведений, отраженных в обращении, заявителю направлен ответ, согласно которому контрольно-надзорные мероприятия не проводились ввиду отсутствия оснований (т. 1 л.д. 232-235).

Заместитель Директора по режиму-начальник отдела АО «ТАГМЕТ» ФИО17 23.04.2024 направил служебную записку № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в адрес Начальника цеха ФИО18 с просьбой направить работника ТПЦ ФИО1 за получением пропуска. Обязанности по исполнению данного поручения были возложены на ФИО19 (т. 1 л.д. 104).

В связи с наличием вышеуказанной служебной записки в судебном заседании суда первой инстанции был допрошен свидетель ФИО20 который пояснил, что работает в АО «ТАГМЕТ» в должности заместителя начальника цеха 9 по ремонту электротехнического оборудования. Он действительно разговаривал с ФИО1 в начале апреля 2024 г. и, исходя из своих личных мотивов, порекомендовал ФИО1 написать заявление на увольнение по собственному желанию. Вышеуказанную служебную записку он получил, однако посчитал, что информирование ФИО1 о возможности получить свой пропуск в бюро пропусков не входит в его должностные обязанности.

Кроме того, в судебном заседании суда первой инстанции качестве свидетеля был допрошен ФИО21 занимавший в период возникшего инцидента должность мастера по ремонту оборудования трубопрокатного цеха, электрослужбы, бригады по ремонту и обслуживанию электрического оборудования № 5, являющийся непосредственным начальником ФИО1, который пояснил, что действительно в первых числах апреля 2024 г. он связался с ФИО1 по телефону и в тот же день встретился с ним, чтобы передать ФИО1 бланк заявления об увольнении по собственному желанию. Больше с ФИО1 он не общался. В табелях учета рабочего времени весь период отсутствия ФИО1 на рабочем месте он проставлял как невыясненная причина.

Администрацией АО «ТАГМЕТ» в адрес ФИО1 17.06.2024 была направлена телеграмма, в которой ФИО1 предлагалось в течение трех рабочих дней явиться на свое рабочее место, предварительно получив пропуск в бюро пропусков (л.д. 107).

При этом, объяснения от истца по факту отсутствия его на работе ответчиком запрошены не были, уведомление о необходимости предоставления объяснений в адрес истца не направлялось.

Судом установлено, что только 19.06.2024 ФИО1 приступил к выполнению своих должностных обязанностей в АО «ТАГМЕТ».

Разрешая спор в указанной части требований и оценивая акт № НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН осмотра места происшествия от 28.03.2024, составленного и подписанного работниками службы охраны, осуществляющими реализацию пропускного режима на территорию ответчика, по результатам которого у ФИО1 был изъят пропуск, в совокупности с собранными по делу доказательствами, суд первой инстанции пришел к выводу, что работодателем ненадлежащим образом было оформлено изъятие пропуска.

Согласно «Положения о пропускном и внутриобъектовом режиме в АО «ТАГМЕТ» определен порядок, что в случае грубого нарушения пропускного и внутриобъектовом режимов изъятие пропуска ранее окончания срока действия может осуществляться уполномоченным сотрудником ОКР, Охраны (п. 8). Изъятые пропуска передаются в Бюро пропусков и хранятся до принятия решения по существу (п.п. 10.3). Решение об изъятии пропуска принимается Директором по режиму (т. 1 л.д. 82).

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, оцененных судом в их совокупности в порядке ст. 67 ГПК РФ истцом доказан факт его нахождения на работе 28.03.2024, изъятие постоянного пропуска в указанный день, при том, что надлежащих доказательств, подтверждающих законность его отстранения от работы работодателем в суд не представлено; совокупностью доказательств подтвержден факт недопуска истца на работу и в последующие дни до направления ему телеграммы 17.06.2024.

При этом, судом отмечено, что последующее поведение ответчика, не истребование от истца объяснений как работника, не явившегося на работу в установленный графиком период, не учет требований истца о выдаче ему документа, на основании которого был заблокирован и изъят его пропуск, Акта внутреннего расследования инцидента произошедшего с ним 28.03.2024 на КПП № 3, фактически подтверждает доводы истца о невозможности выполнять свои трудовые обязанности по вине ответчика; объяснения, данные представителем ответчика в судебном заседании, судом расценены, как голословные и ничем объективно не подтвержденные, опровергающиеся собранными по делу письменными доказательствами.

Судом в ходе рассмотрения дела было достоверно установлено, что работодателем издавался какой-либо отдельный акт об отстранении истца от работы.

Между тем, доводы ФИО1 о фактическом отстранении от работы без издания соответствующего приказа ответчиком в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не опровергнуты. В заявленный период заработная плата истцу не начислялась, к дисциплинарной ответственности за отсутствие на рабочем месте не привлекался.

Положениями ст. 76 Трудового кодекса РФ предусмотрены, основания для отстранения работника от работы, которые расширительному толкованию не подлежат; совокупность собранных по делу доказательств позволяет прийти к выводу о том, что работодателем необоснованно прекращен доступ истца к рабочему месту после произошедшего инцидента, в связи с чем, требования истца о возложении на ответчика ответственности в виде взыскания заработной платы за время вынужденного прогула суд счел правомерными.

Согласно абз. 2 ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения работника.

В силу ч. 2 ст. 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ.

Как следует из действовавшего в период возникновения спорных правоотношений Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. № 922, для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (пункт 2). При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (п. 4). При определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (п. 9).

Согласно п. 7 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. № 922, в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период и до начала расчетного периода, средний заработок определяется исходя из размера заработной платы, фактически начисленной за фактически отработанные работником дни в месяце наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка.

Определяя период незаконного отстранения от работы (время вынужденного прогула), суд полагает, что его следует исчислять с 19.04.2024, т.е. по истечение 3-х рабочих дней после направления истцом ответчику заявления с просьбой предоставления документов, связанных с его отстранением от работы и изъятии постоянного пропуска и до 17.06.2024 – направления ответчиком телеграммы в адрес истца о необходимости выхода на работу. Указанный период составляет 40 рабочих дней; средний дневной заработок, размер которого указан ответчиком, составляет 3 364,13 руб., соответственно неполученный заработок, подлежащий взысканию с ответчика, составляет 134 565,20 руб. (3 364,13 руб.*40 дней) (без вычета НДФЛ).

Поскольку в силу положений статьи 19 и пункта 1 ст. 226 Налогового кодекса РФ суд не относится к налоговым агентам, то при исчислении заработной платы в судебном порядке не вправе удерживать с работника налог на доходы физических лиц. Таким образом, взыскиваемая судом сумма заработной платы за время вынужденного прогула подлежит налогообложению в общем порядке, предусмотренном пунктом 4 ст. 226 Налогового кодекса РФ, согласно которому налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе, и при нарушении его имущественных прав.

Такое правовое регулирование, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника, имеет целью защиту прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Принимая во внимание, то обстоятельство, что судом установлен факт нарушения работодателем прав истца, суд пришел к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации ФИО1 морального вреда с учетом требований разумности и справедливости (абзацы 2 и 3 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации») и в связи с установлением фактов нарушения трудовых прав истца на предоставление работы в связи с условиями трудового договора, с учетом характера причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, который надлежащим образом не исполнял возложенные на него обязанности, суд первой инстанции определил размер компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб., находя указанный размер соответствующим требованиям разумности и справедливости, перенесенным нравственным страданиям истца, исходя из конкретных обстоятельств данного дела.

В указанной части решение суда сторонами по делу не обжалуется

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании с ответчика в пользу истца ФИО1 вознаграждения за выслугу лет за 2024 г. суд исходил из того обстоятельства, что согласно отзыву ответчика данное вознаграждение ФИО1 выплачено не было, поскольку был установлен фактом попытки хищения истцом имущества (товарно-материальных ценностей), принадлежащего ответчику. Ответчик ссылается на п.2.6.6 Приложения 6 Положения «Об унифицированной системе оплаты труда, гарантий и компенсаций на трубных заводах Российского дивизиона», согласно которому вознаграждение не выплачивается, если работник совершил по месту работы хищение.

Судом установлено, что в соответствии с указанным выше Положением, единовременное вознаграждение за выслугу лет относится к выплатам стимулирующего характера и устанавливается с целью стимулирования работника на долгосрочный, высоко результативный труд на предприятии, благодаря которому обеспечивается более высокая производительность и долгосрочная стабильность результата труда, производимого таким работником. Работник влияет на свой доход через стабильность выполнения своих профессиональных обязанностей при обеспечении качества работы (п. 2.1). Вознаграждение не выплачивается работникам, которые совершили по месту работы хищение имущества (п.п. 2.6.6) (т.1 л.д. 98, 93-102).

Из материалов дела следует и достоверно установлено судом первой инстанции, что 19.04.2024 дознавателем ОД Управления МВД России по г. Таганрогу возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН УК РФ, поскольку ФИО1, ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА. ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА ( т. 2 л.д. 12-13).

В последующем на основании поданных заявлений о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон от 17.03.2025 (т. 2 л.д. 28,29), постановлением мирового судьи в Таганрогском судебном районе Ростовской области на судебном участке № 9 уголовное дело и уголовное преследование по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ИНФОРМАЦИЯ ОБЕЗЛИЧЕНА УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон (т. 1 л.д. 71-73).

Между тем, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что в соответствии с положениями статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон по статье 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не является реабилитирующим основанием.

Таким образом, в период работы истца в 2024 г., им как работником, допущено нарушение трудовой дисциплины, выразившееся в совершении попытки хищения в отношении имущества работодателя, следовательно, на основании п.2.6.6. действующего у работодателя Положения «Об унифицированной системе оплаты труда, гарантий и компенсаций на трубных заводах Российского дивизиона» вознаграждение за выслугу лет за 2024 год не было начислено истцу правомерно, основания для взыскания указанного вознаграждения у суда отсутствовали.

Судебная коллегия отмечает, что в силу п.2.6.6. действующего у работодателя Положения «Об унифицированной системе оплаты труда, гарантий и компенсаций на трубных заводах Российского дивизиона» основанием невыплаты истцу вознаграждения за выслугу лет за 2024 год факт совершения истцом самого деяния – хищения, без указания на наличия условия привлечения к уголовной ответственности, в то время, как факт хищения истцом имущества работодателя подтверждается материалами настоящего гражданского дела: Постановлением Мирового судьи в Таганрогском судебном районе Ростовской области на участке № 9 от 17 марта 2025 г. ( л.д. 71-73, т.1), материалами проверки работодателя, объяснениями истца, показаниями допрошенных в рамках уголовного дела свидетелей ( л.д.17-31, т.2).

Кроме того, Постановления Мирового судьи в Таганрогском судебном районе Ростовской области на участке № 9 от 17 марта 2025 г. следует, что представитель потерпевшего просил прекратить производство по уголовному делу, ссылаясь на то, что подсудимым заглажен причиненный потерпевшему вред, истец ФИО1 не возражал против прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон, при этом последствия прекращения уголовного дела по не реабилитирующему основанию, влекущие определенные правовые последствия ему разъяснены и понятны.

Прекращение уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям само по себе не исключает потенциальную опасность лица, в отношении которого уголовное преследование не было доведено до вынесения судом приговора. Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 28.10.1996 г. N 18-П и от 14.07.2011 г. N 16-П, отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение в связи с освобождением лица от уголовной ответственности и наказания по нереабилитирующему основанию не влекут признание его виновным или невиновным в совершении преступления; принимаемое в таких случаях процессуальное решение не является актом, которым устанавливается виновность подозреваемого (обвиняемого) в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции РФ; подобного рода решения констатируют отказ от дальнейшего доказывания или рассмотрения вопроса о виновности лица, несмотря на то, что основания для осуществления в отношении него уголовного преследования сохраняются.

Судебная коллегия также считает необходимым отметить, что вознаграждение за выслугу лет не относится к числу гарантированных выплат работнику, является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, принятие решения об этой выплате относится исключительно к полномочиям работодателя, тогда как в отношении истца решения о выплате данного вознаграждения по итогам 2024 года работодателем не принималось в связи с указанными выше обстоятельствами, а именно в связи с совершением в период действия трудового договора в 2024 году, противоправных действий, впоследствии подтвержденных постановлением мирового судьи.

В силу положений ч. 4 ст. 186 Трудового кодекса РФ указано, что после каждого дня сдачи крови работнику предоставляется дополнительный день отдыха. По желанию работника он может быть присоединен к ежегодному оплачиваемому отпуску или использован в другое время в течение года после дня сдачи крови. За дополнительные дни отдыха за работником сохраняется его средний заработок (ч. 5 ст. 186 ТК РФ).

Статья 186 Трудового кодекса РФ не предусматривает такого вида гарантий, как замена дополнительных дней отдыха денежной компенсацией (абз. 2 п. 9 Письма Роструда от 19.03.2012 № 395-6-1).

Таким образом, требование истца о выплате за два рабочих дня оплачиваемых донорам за сдачу крови в размере 7 258,38 руб. также является необоснованным и удовлетворению судом не подлежали.

Правила материальной ответственности работодателя за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, содержатся в статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы, причитающейся работнику, работодатель обязан выплатить ее с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Таким образом, предусмотренные статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация), подлежащие уплате работодателем в случае несоблюдения им установленного срока выплаты причитающихся работнику денежных средств или выплаты их в установленный срок не в полном размере, являются мерой материальной ответственности работодателя, призванной компенсировать работнику негативные последствия нарушения работодателем его права на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы и тем самым отвечающей предназначению данного вида ответственности как элемента механизма защиты указанного права работника. Кроме того, возложение на работодателя обязанности по уплате таких процентов (денежной компенсации) имеет и превентивное значение.

Из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работодатель несет обязанность по выплате работнику заработной платы в установленные законом или трудовым договором сроки.

В случае нарушения установленного срока выплаты заработной платы работодатель обязан выплатить работнику задолженность по заработной плате с уплатой процентов.

Обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более начисленных и задержанных выплатой сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора, то есть нарушение работодателем трудовых прав работника задержкой выплаты ему начисленной заработной платы имеет длящийся характер.

Конституционный Суд РФ отметил, что, хотя предметом рассмотрения в деле, по которому Конституционным Судом вынесено Постановление от 4 апреля 2024 года N 15-П, являлось положение пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, проверка его конституционности осуществлялась, по существу, в нормативной связи со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом, признавая пункт 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации, Конституционный Суд констатировал допустимость применения при решении вопроса о взыскании с работодателя в пользу незаконно уволенного работника процентов (денежной компенсации) за задержку выплаты присужденных ему судом среднего заработка за время вынужденного прогула, а также компенсации морального вреда, причиненного незаконным увольнением, статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации как предполагающей начисление предусмотренных ею процентов (денежной компенсации) на присужденные работнику судом денежные суммы со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти денежные суммы должны были быть выплачены, по день фактического расчета включительно.

Кроме того, Конституционный Суд указал, что в силу правовых позиций, изложенных в указанном Постановлении, предусмотренные частью первой статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) подлежат начислению и при задержке исполнения работодателем судебного постановления о взыскании в пользу работника среднего заработка за время задержки исполнения решения суда о восстановлении на работе, а также компенсации причиненного данным нарушением морального вреда, причем указанные проценты (денежная компенсация) начисляются на суммы соответствующих выплат, присужденных работнику этим судебным постановлением.

Разрешая заявленные требования о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации за задержку выплат, за каждый день задержки в размере 70 619,83 руб. в соответствии со ст. 236 ТК РФ, денежной компенсации за задержку выплат, за каждый день задержки с общей суммы не выплаченной ему зарплаты в размере 219 387,37 руб. начиная с 17.04.2025 по день фактического исполнения решения суда, суд учитывал, что между сторонами имел место индивидуальный трудовой спор о правомерности изъятия пропуска и о причинах отсутствия истца на рабочем месте после выявления попытки хищения имущества работодателя, который разрешен данным судебным актом, средний заработок и моральный вред как меры материальной ответственности работодателя определены и взысканы с него в пользу работника, то оснований, предусмотренных в ст. 236 ТК РФ, для начисления на такой средний заработок денежной компенсации (процентов) за его несвоевременную выплату, как дополнительной или повторной меры материальной ответственности у суда не имеется, как не имеется оснований для применения положений ст. 236 ТК РФ в связи с невыплатой вознаграждения за выслугу лет за 2024 год.

На основании статьи 103 ГПК РФ с АО «Таганрогский металлургический завод» судом взыскана в местный бюджет госпошлина в размере 5037 руб. (пропорционально удовлетворенной части исковых требований имущественного характера), а также в размере 300 руб. (по требованию неимущественного характера о компенсации морального вреда), а всего в размере 5337 руб.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия считает решение суда законным и обоснованным, поскольку оно основано на установленных судом фактических обстоятельствах дела, не противоречит имеющимся по делу доказательствам, которым дана правовая оценка в их совокупности, и соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующего правоотношения сторон, на нормы которого суд правомерно сослался. Все выводы суда подробно мотивированы, основаны на материалах дела, положениях действующего законодательства, оснований для признания их неправильными у судебной коллегии не имеется.

В целом приведенные в жалобе доводы в своей совокупности правовых оснований к отмене решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции и к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, к субъективному толкованию норм материального права, судебная коллегия не находит оснований для переоценки доказательств, представленных сторонами по делу, иному толкованию закона, регулирующего возникшие отношения.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, определены судом верно, представленные доказательства оценены правильно в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда в соответствии со ст. 330 ГПК РФ не допущено, судебная коллегия, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы в порядке ст. 327.1 настоящего Кодекса, не находит оснований для его отмены.

Руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Таганрогского городского суда Ростовской области от 8 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено – 12 февраля 2026 года