Приговор № 1-134/2017 от 14 сентября 2017 г. по делу № 1-134/2017

Дело № 1-134/2017


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Иваново 15 сентября 2017 года

Октябрьский районный суд города Иваново Ивановской области в составе:

судьи Лисяковой Н.А.,

с участием государственных обвинителей Морозовой М.Н., Рындиной К.А., Цеценевского А.В.,

подсудимого ФИО1,

защитников Балашова И.Е., Смирновой М.В.,

потерпевших К.Н.А., К.Л.Д.,

при секретаре Пучковой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>, судимого:

- 20.05.2010 года Кинешемским городским судом Ивановской области по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

- 20.10.2010 года мировым судьей судебного участка №3 Фрунзенского района г. Иваново по ч.3 ст.30, ч.1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы; в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказания по настоящему приговору и наказания по приговору Кинешемского городского суда Ивановской области от 20.05.2010 года окончательно к отбытию определено 4 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; по постановлению Южского районного суда Ивановской области от 3.05.2011 года считается осужденным по п «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ (в редакции ФЗ от 07.03.2011 года); по постановлению президиума Ивановского областного суда от 22.07.2011 года срок наказания снижен до 3-х лет 11 месяцев; освобожден по отбытии наказания 28.02.2014 года;

- 21.07.2014 года Кинешемским городским судом Ивановской области по п.п. «в, г» ч.2 ст.161 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; освобожден по отбытии наказания 18.11.2016 года;29.09.2016 года Кинешемским городским судом Ивановской области в отношении ФИО1 установлен административный надзор сроком на 8 лет (до 18.11.2024 года);

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 119; п. «в» ч.2 ст.115; п. «а» ч.3 ст. 158; ч.3 ст. 162; ч.1 ст. 161, ч.1 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ),

у с т а н о в и л :

ФИО1 совершил угрозу убийством при том, что имелись основания опасаться осуществления этой угрозы; умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья с применением предмета, используемого в качестве оружия; кражу, то есть тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище;разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище;грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества; кражу, то есть тайное хищение чужого имущества.

Преступления совершеныпри следующих обстоятельствах.

1. 27 января 2017 года в период времени с 20 часов 00 минут до 21 часа 24 минут ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находился совместно с Р.А.А. в <адрес>, где в ходе конфликта на почве внезапно возникшей неприязни высказал в адрес Р.А.А. угрозу убийством словами: «Я тебя сейчас убью». В подтверждение высказанной угрозы ФИО1 подошел к потерпевшему, держа в правой руке кухонный нож, взятый на кухне и, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, нанес клинком 2 удара в область шеи и левого надплечья Р.А.А., отчего последний испытал физическую боль.

Угрозу убийством, высказанную ФИО1, Р.А.А. воспринял реально и, учитывая агрессивное поведение ФИО1, находившегося в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а также то, что свои угрозы он сопровождал действиями, направленными на их осуществление, Р.А.А. имел основания опасаться осуществления этой угрозы.

2. Кроме того, 27 января 2017 года в период времени с 20 часов 00 минут до 21 часа 24 минут ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находился совместно с Р.А.А. в <адрес>, где в ходе конфликта на почве внезапно возникшей неприязни высказал в адрес Р.А.А. угрозу убийством словами: «Я тебя сейчас убью». В подтверждение высказанной угрозы ФИО1 подошел к потерпевшему, держа в правой руке кухонный нож, взятый на кухне и, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, нанес клинком 2 удара в область шеи и левого надплечья Р.А.А., отчего последний испытал физическую боль.

Своими преступными действиями ФИО1 причинил Р.А.А. физическую боль и телесные повреждения в виде слепого колото-резаного ранения шеи с повреждением мягких тканей; слепого колото-резаного ранения левого надплечья с повреждением мягких тканей, которые не сопровождались опасными для жизни явлениями, повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью не свыше трех недель (не более 21 дня) и по этому признаку относятся к категории повреждений, причинивших легкий вред здоровью.

3. Кроме того, в период времени с 22 часов 30 минут 28 января 2017 года до 23 часов 17 минут 31 января 2017 года ФИО1 находился у <адрес>, откуда решил похитить имущество. Реализуя свой преступный умысел, действуя из корыстных побуждений, ФИО1 убедился в том, что за его преступными действиями никто не наблюдает, после чего через незапертую входную дверь путем свободного доступа незаконно проник в помещение жилого <адрес>, чем существенно нарушил конституционное право Б.А.А. на неприкосновенность жилища, закрепленное в статье 25 Конституции РФ, согласно которой: «…жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом или на основании судебного решения».

Из указанного дома ФИО1 тайно похитил имущество, принадлежащее гр. Б.А.А., а именно: телевизор марки «LG 32LV3400» (ЛДЖИ 32ЛВ3400) с пультом дистанционного управления в комплекте общей стоимостью 20000 рублей, которые взял в комнате с тумбочки у окна. Также ФИО1 обнаружил в доме системный блок «FormozaS 675» и сотовый телефон «SamsunggalaxyS3» (Самсунг Гэлакси C3), принадлежащие Б.А.А., которые решил похитить позже.

С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся, распорядился им по своему усмотрению.

В продолжение своего единого преступного умысла в период времени с 22 часов 30 минут 28 января 2017 года до 23 часов 17 минут 31 января 2017 года ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, убедившись в том, что за его преступными действиями никто не наблюдает, действуя из корыстных побуждений, через не запертую входную дверь путем свободного доступа снова незаконно проник в помещение <адрес>, чем существенно нарушил конституционное право Б.А.А. на неприкосновенность жилища, откуда тайно похитил имущество, принадлежащее гр. Б.А.А., а именно: системный блок «FormozaS 675» (Формоза С675) стоимостью 5000 рублей, с которым с места преступления скрылся и распорядился им по своему усмотрению.

Кроме того, в период времени с 22 часов 30 минут 28 января 2017 года до 23 часов 17 минут 31 января 2017 года ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находясь в жилище Б.А.А. в <адрес>, действуя из корыстных побуждений, в целях личного имущественного обогащения тайно похитил сотовый телефон «SamsunggalaxyS3» ( Самсунг Гэлакси C3) стоимостью 2000 рублей, который взял в комнате с полки тумбочки.

С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся и распорядился им по своему усмотрению.

Таким образом, ФИО1 в результате тайного хищения чужого имущества причинил Б.А.А. материальный ущерб на общую сумму 27000 рублей.

4. Кроме того, в период времени с 00 часов 00 минут 16 января 2017 года до 06 часов 00 минут 31 января 2017 года ФИО1 находился у <адрес>, куда решил незаконно проникнуть с целью хищения чужого имущества. Реализуя свой преступный умысел, действуя из корыстных побуждений, ФИО1 перелез через забор и проник на территорию, прилегающую к <адрес>, после чего через незапертые входные двери путем свободного доступа незаконно проник в жилище - жилой<адрес>, чем существенно нарушил конституционное право К.Л.Д. на неприкосновенность жилища, закрепленное в статье 25 Конституции РФ, согласно которой: «…жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом или на основании судебного решения».

Продолжая реализовывать свой преступный умысел, ФИО1, находясь в доме, увидел лежащую на кровати в комнате К.Л.Д., осознав, что его действия стали носить открытый характер, достал из своей одежды принесенный с собой нож и для оказания психического воздействия на потерпевшую, подошел к сидящей на кровати К.Л.Д., приставил клинок ножа к ее шее, применяя нож как предмет, используемый в качестве оружия, показывая готовность применить физическое воздействие, высказал не менее двух раз требование словами: «Отдавай деньги». При этом в целях подавления воли потерпевшей к возможному сопротивлению и облегчения хищения ее имущества ФИО1 высказал в адрес К.Л.Д. угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, словами: «Иначе я тебя зарежу». К.Л.Д. реально восприняла угрозы, высказанные в ее адрес ФИО1 как угрозы применения к ней насилия, опасного для ее жизни и здоровья, и у нее имелись основания опасаться их осуществления, так как ФИО1 был агрессивно настроен по отношению к ней, превосходил ее физически и по возрасту, угрозы сопровождал действиями, направленными на их осуществление. Опасаясь за свои жизнь и здоровье, К.Л.Д. попыталась встать с кровати, намереваясь передать ФИО1 имеющиеся у нее в кошельке на кухне денежные средства. ФИО1, в целях подавления воли потерпевшей к сопротивлению и облегчения хищения ее имущества, толкнул К.Л.Д. двумя руками в область туловища, отчего последняя упала на пол и испытала физическую боль в области левого бока и левой ноги. Опасаясь продолжения применения насилия, К.Л.Д. указала ФИО1 местонахождение принадлежащих ей денежных средств: в кошельке в шкафу на кухне. ФИО1 проследовал в помещение кухни, обнаружив в шкафу кошелек, открыто похитил из него денежные средства в сумме 900 рублей, купюрами по 500 и 100 рублей, принадлежащие К.Л.Д.. Вернувшись в комнату, в которой находилась потерпевшая, ФИО1 подошел к сидящей на кровати К.Л.Д. и, с целью угрозы ее жизни и здоровью, а также психического воздействия на потерпевшую, вновь приставил клинок ножа к ее шее, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, высказал требование немедленной передачи ему имущества словами: «Давай золото». К.Л.Д. ответила, что у нее золотых изделий нет. После этого ФИО1 проследовал на кухню вышеуказанного дома, где взял полиэтиленовый пакет, материальной ценности для потерпевшей не представляющий, и, вернувшись в комнату, открыто похитил из холодильника продукты питания, принадлежащие гр. К.Л.Д., а именно: котлеты «Рубатки охотничьи», в упаковке 10 штук, массой 0,5 кг, стоимостью 84 рубля 90 копеек; свинину без костей, рагу массой 1 кг, стоимостью 299 рублей 90 копеек; пельмени «Горячая штучка, бульмени» массой 0,430 кг, стоимостью 93 рубля 90 копеек; масло сливочное крестьянское «Дубрава» Южа, 72,5% жирности, масса 0,2 кг, стоимостью 53 рубля 30 копеек; яйцо столовое 1 категории в количестве 10 штук стоимостью 4 рубля 49 копеек за 1 штуку, на общую сумму 44 рубля 90 копеек, а всего имущества, принадлежащего К.Л.Д., на общую сумму 1476 рублей 90 копеек.

С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся, распорядился им по своему усмотрению, чем причинил К.Л.Д. материальный ущерб на общую сумму 1476 рублей 90 копеек.

5. Кроме того, 05 февраля 2017 года в период времени с 15 часов 00 минут до 15 часов 50 минут ФИО1 находился в коридоре <адрес> по месту жительства Р.А.И., с разрешения последней, у которой попросил 100 рублей. Р.А.И. проследовала в комнату вышеуказанной квартиры, где из кошелька достала 300 рублей, после чего подошла к ФИО1 Последний, осознавая открытый характер своих преступных действий, действуя из корыстных побуждений, в целях личного имущественного обогащения, вырвал из руки Р.А.И. деньги и таким образом открыто похитил принадлежащие потерпевшей денежные средства в сумме 300 рублей.

С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся, похищенным распорядился по своему усмотрению, причинив Р.А.И. материальный ущерб в размере 300 рублей.

6. Кроме того, 06 февраля 2017 года в период времени примерно с 07 часов 20 минут до 21 часа 00 минут ФИО1 совместно с Б.В.В. находился в <адрес> по месту жительства К.Н.А., где на журнальном столе увидел ноутбук, принадлежащий последней, который решил тайно похитить.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 воспользовался тем, что Б.В.В. вышел из комнаты на балкон и за его действиями не наблюдает, взял с журнального стола ноутбук, который для облегчения хищения спрятал в коридоре квартиры. Затем, когда Б.В.В. находился на балконе, ФИО1 проследовал в коридор квартиры, откуда тайно похитил ноутбук «Асус К50С» стоимостью 9500 рублей, принадлежащий К.Н.А.

С похищенным имуществом ФИО1 с места преступления скрылся, похищенным распорядился по своему усмотрению, причинив К.Н.А. материальный ущерб в размере 9500 рублей.

1. Факт общественно-опасной деятельности ФИО1, квалифицированный по ч.1 ст. 119 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении инкриминированного ему преступления признал полностью, в судебном заседании показал, что в январе 2017 года он приехал к ФИО2, с которым ранее отбывал наказание. Вместе они неделю употребляли спиртное. Когда закончились деньги, нечего было есть, они стали жарить сухари, которые подгорели, в связи с чем ФИО2 стал «психовать», выгонять ФИО1 ночью из дома. ФИО1 его успокаивал. Затем он пошел на кухню, взял нож, чтобы порезать сухари. В это время между ними завязалась драка, в ходе которой ФИО1 мог порезать шею Р.А..

На очной ставке с потерпевшим Р.А.А. ФИО1 показал, что 27.01.2017 года он после употребления спиртного пришел домой к Р.А.. Заметив, что последний выбросил его сухари, он разозлился, взял нож со стола кухни, прошел к Алексею в комнату. Между ними произошел словесный конфликт, в результате которого ФИО1 нанес удар ножом Алексею в область шеи. Нож выбросил в ванную и ушел из квартиры (т. 1 л.д.83-84).

Из показаний ФИО1 от 07 февраля 2017 года, оглашенных в судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что 27.01.2017 года в период с 20:00 часов до 21:00 часа он находился в квартире у Р.А.А. по адресу: <адрес>. Между ними возник конфликт, в ходе которого Витюгов взял со стола кухонный нож, подошел к сидевшему на стуле Р.А. высказал в его адрес угрозу убийством словами: «Я тебя сейчас убью», после чего с целью напугать нанес два удара ножом в область шеи и левого плеча Р.А.. Нож он выбросил в ванную, а сам скрылся (т. 2 л.д. 139-146).

После оглашения показаний, данных на досудебной стадии, ФИО1 пояснил, что об угрозах убийством со своей стороны он не помнит, но доверяет в этой части показаниям потерпевшего.

Из показаний потерпевшего Р.А.А. от 28.01.2017 года, 03.03.2017 года, оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что 25.01.2017 года примерно в 10:30 часов к нему домой пришел знакомый ФИО1, с которым ранее отбывал наказание в местах лишения свободы. ФИО1 попросил пожить у него дома, пока не найдет работу, на что ФИО2 согласился. 27.01.2017 года примерно в 20:50 часов ФИО1 пришел в состоянии алкогольного опьянения. Р.А. сидел в гостиной за столом. ФИО1 прошел на кухню, примерно через 1 минуту он зашел в комнату с кухонным ножом в руке и стал высказывать претензию по поводу выброшенных сухарей. Р.А. сказал, что не хотел обидеть В. и пытался не нагнетать конфликт. ФИО1 сказал: «Я тебя убью»,- затем быстрым шагом подошел к Р.А. и нанес ему один удар в шею и один удар в левое надплечье, отчего последний испытал физическую боль и у него пошла кровь. При этом потерпевший угрозу воспринял реально, сильно испугался за жизнь и здоровье. ФИО1 побежал в ванную комнату, бросил там нож и выбежал из квартиры. У Р.А. из раны шла кровь, он попросил соседей вызвать скорую помощь (т. 1 л.д.61-66).

Показания Р.А.А. подтверждают факт высказывания ФИО1 словесной угрозы убийством; указанным показаниям подсудимый высказал доверие, в связи с чем указанное доказательство является достоверным.

Свидетель П.К.С. в судебном заседании показала, что в январе 2017 года к ней домой пришел сосед Алексей, который был в крови, сказал, что его порезал постоялец и попросил вызвать полицию и скорую помощь.

Из показаний свидетеля З.А.В., оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что 27.01.2017 года примерно в 21:30 часов она находилась у себя дома по адресу: <адрес>. Когда раздался звонок в дверь, она посмотрела в глазок и увидела мужчину, который попросил вызвать сотрудников полиции, так как друг с первого этажа порезал его. На теле и одежде мужчины были следы крови. Свидетель вызвала сотрудников полиции (т. 1 л.д.72-73).

Показания свидетелей П.К.С., З.А.В. подтверждают факт применения к потерпевшему Р.А.А. насилия со стороны ФИО1, что подтверждает реальность высказанной последним угрозы убийством.

Заявление Р.А.А. от 27.01.2017 года содержит просьбу о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, который 27.01.2017 года в 21:00 час по адресу: <адрес> высказал в его адрес угрозу убийством и в подтверждение своих слов нанес ему колото-резаную рану; угрозу потерпевший воспринял реально, опасаясь за свои жизнь и здоровье (т. 1 л.д.52).

Протоколом осмотра места происшествия от 27.01.2017 года установлено место совершения преступления: <адрес>, где был обнаружен и изъят нож (т. 1 л.д.53-58).

Изъятый кухонный нож осмотрен, признан вещественным доказательством, приобщен к уголовному делу (т. 1 л.д.74-76).

Заключением эксперта №111/17 от 28.04.2017 года установлено наличие у Р.А.А. телесных повреждений: слепого колото-резаного ранения шеи с повреждением мягких тканей; слепого колото-резаного ранения левого надплечья с повреждением мягких тканей, отнесенных к категории повреждений, причинивших легкий вред здоровью (т. 1 л.д.90-94).

Содеянное суд квалифицирует по ч.1 ст. 119 УК РФ, как угрозу убийством при том, что имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, поскольку ФИО1 в рамках объективной стороны преступления выполнил действия,представляющие собой психическое насилие, выражающиеся в высказывании намерения убить другое лицо. При этом умысел на причинение смерти у него отсутствовал, но имелись основания опасаться реализации этой угрозы, что свидетельствует о реальности высказанной угрозы. Судом установлено, что потерпевший Р.А.А. воспринимал угрозу как реальную, т.е. как намерение виновного через какое-то время реализовать ее. Об этом свидетельствуют обстоятельства, при которых была высказана угроза убийством, связанные с применением к потерпевшему физического насилия.

Рассматриваемое преступление отнесено к категории небольшой тяжести, направлено против личности.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 за указанное преступление, в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ, является признание вины.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение подсудимого при совершении преступления, а также личность виновного, суд усматривает в действиях ФИО1 наличие обстоятельства, отягчающего наказание, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а также,в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ, рецидив преступлений, поскольку ФИО1 совершил умышленное преступление, имея судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

2. Факт общественно-опасной деятельности ФИО1, квалифицированный по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ, подтверждается доказательствами, приведенными выше по предыдущему факту противоправной деятельности.

Давая оценку исследованным в судебном заседании доказательствам, суд принимает признание ФИО1 вины в совершении преступления, которое подтверждается заявлением потерпевшего Р.А.А., поступившим в правоохранительные органы: его показаниями о причинении ножевых ранений; показаниями свидетелей П.К.С., З.А.В., которые от раненого потерпевшего узнали о произошедшем; объективным доказательством: заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей наличие у Р.А.А. телесных повреждений, причинивших легкий вред здоровью; исследованными материалами уголовного дела.

Содеянное суд квалифицирует по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ, умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья с применением предмета, используемого в качестве оружия, поскольку ФИО1 совершил в отношении Р.В.В. действия, повлекшие причинно связанные с ними последствия в виде легкого вреда здоровью. При этом он действовал с прямым умыслом; доказательств, подтверждающих намерение ФИО1 причинить более тяжкий вред здоровью или смерть потерпевшему, не имеется.

Реальное применение ФИО1 ножа в целях причинения вреда здоровью потерпевшего диктует необходимость квалификации содеянного по признаку совершения преступления с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Рассматриваемое общественно опасное деяние является преступлением небольшой тяжести, отнесено к группе посягательств на здоровье человека. Его объектом выступают общественные отношения, складывающиеся по поводу реализации человеком естественного, подтвержденного международными и конституционными актами права на личную неприкосновенность и охрану здоровья, обеспечивающие безопасность здоровья как важнейшего социального блага.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 за указанное преступление, в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ, является признание вины.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение подсудимого при совершении преступления, а также личность виновного, суд усматривает в действиях ФИО1 наличие обстоятельства, отягчающего наказание, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а также, в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ, рецидив преступлений, поскольку ФИО1 совершил умышленное преступление, имея судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

3. Факт общественно-опасной деятельности ФИО1, квалифицированный по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении указанного преступления признал частично, считает, что незаконного проникновения в жилище с целью хищения не было.

Подсудимый ФИО1 в суде показал, что после инцидента с Р.А. в конце января 2017 года он пошел к Р.А., проживающему в частном доме на ул.Минской. Ранее он бывал у него дома неоднократно. Там они вместе употребляли спиртное. Затем Р.А. уснул, а ФИО1 прошел в соседнюю комнату, где увидел телевизор и системный блок, которые решил заложить, чтобы получить деньги на обратную дорогу в г.Кинешма. Сначала он взял телевизор с пультом управления и пошел в подъезд к Р.А., где просидел до утра. В 5:00 часов он отнес телевизор соседям за 1000 рублей. Около 10:00 часов он вернулся за системным блоком, двери у Р.А. были открыты, последний не отозвался, поэтому ФИО1 решил, что Р.А. спит. Тогда он взял системный блок и отнес тем же соседям за 500 рублей. Кроме того, он похитил сотовый телефон из серванта, который отдал знакомому.

Протоколы явок с повинной ФИО1 от 07.02.2017 года содержат следующее его признание: в январе 2017 года примерно в 05:00 часов он пришел к Р.А., проживающему в частном доме на ул. Минской. Ранее он употреблял с ним спиртное в этом доме и присмотрел вещи, которые можно украсть. ФИО1 прошел в дом, Р.А. спал, в этот момент у него возник умысел, чтобы украсть телевизор. После этого он отсоединил все провода от телевизора и похитил его, также похитил сотовый телефон «Самсунг Гэлакси». Телевизор он продал за 1000 рублей, а сотовый телефон отдал своему знакомому. В содеянном раскаивается, вину признает полностью. Кроме того, в январе 2017 года примерно в 5:00 часов он пришел по месту жительства ФИО3, тот спал, и В.В.В. похитил системный блок, который продал за 500 рублей (т. 1 л.д.174-176).

Из показаний ФИО1 в качестве подозреваемого, оглашенных в судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что во второй половине января 2017 года примерно в 05:00 часов он пришел в дом, где проживает его знакомый Р.А., у которого ранее он был 3-4 раза. Входная дверь была не заперта, и он прошел в дом. К Р.А. он пошел с целью похитить телевизор и системный блок, который ранее видел, находясь в гостях. Он прошел в комнату, где находился телевизор, отсоединил провода, в соседней комнате спал Р.А.. На полке он обнаружил сотовый телефон «Самсунг Гэлакси», взял от телевизора пульт дистанционного управления. Системный блок от компьютера он решил забрать на следующий день, так как за один раз не смог бы все вынести. Телевизор, пульт и сотовый телефон он похитил и вынес из дома. Телевизор и пульт он продал за 1000 рублей, телефон отдал своему знакомому. На следующий день около 05:00 часов он снова направился к Р.А., чтобы похитить системный блок. Все двери в доме были открыты, Р.А. спал. ФИО1 проник в дом, отсоединил провода от системного блока, вынес его и продал за 500 рублей. В содеянном раскаивается, вину признает полностью (т. 1 л.д. 177-180).

После оглашения показаний на досудебной стадии ФИО1 пояснил, что явки с повинной и показания подтверждает частично: он не говорил о том, что, находясь в гостях у Р.А., приметил вещи для хищения. Явки с повинной он писал под диктовку следователя, при этом плохо себя чувствовал, так как испытывал отравление алкоголем. Он настаивает, что находился в жилище ФИО3 на законных основаниях с его разрешения.

Из показаний потерпевшей Б.А.А. от 02.02.2017 года, оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что по месту ее жительства в <адрес> находился принадлежащий ей компьютер в сборе, в том числе системный блок «Формоза». 28.01.2017 года примерно в 08:30 часов она ушла на работу, дома оставался Р.А., все вещи находились на своих местах. 29.01.2017 года примерно в 12:30 часов она вернулась домой и обнаружила, что с тумбочки из комнаты пропал телевизор «LG 32LV 3400» с пультом дистанционного управления, который оценивает в размере 20000 рублей. Р.А. сказал, что 28.01.2017 года к нему в гости приходил малознакомый ФИО1, с которым они употребляли спиртное и который мог похитить телевизор. 30.01.2017 года Б. ушла на работу примерно в 08:30 часов, все вещи, кроме телевизора, находились на своих местах. 31.01.2017 года примерно в 23:17 часов ей позвонил Р.А. и сообщил, что из комнаты пропал системный блок, который она оценивает в 5000 рублей. Кроме того, из тумбочки пропал сотовый телефон «Самсунг Гэлакси S 3» в корпусе белого цвета, который оценивает в 2000 рублей. ФИО4 считает, что нарушены ее конституционные права на неприкосновенность жилища (т. 1 л.д.121-123).

Свидетель Г.А.В. в судебном заседании показал, что проживает совместно с племянницей Б.. Когда он находится дома, входную дверь не запирает. На момент события был знаком с ФИО1 около месяца. В начале 2017 года ФИО1 пришел к нему домой, они выпили и через полчаса разошлись. ФИО1 ушел, а Р.А. лег спать. На следующий день приехала племянница и сообщила о пропаже телевизора. Р.А. сразу подумал о причастности к этому ФИО1. Через какое-то время пропали системный блок и сотовый телефон, принадлежащие племяннице. ФИО3 считает, что их с Б. права на неприкосновенность жилища нарушены ФИО1, который без разрешения проник в дом.

Из показаний свидетеля Г.А.В. от 02.02.2017 года следует, что ФИО1 приходил к нему 28.01.2017 года примерно в 23:00 часа, они употребляли спиртное, затем около 23:40 часов вышли на улицу покурить. В. спросил разрешения переночевать, но Р.А. ему отказал и пошел спать, при этом дверь не закрывал, куда ушел В. - он не знает. 29.01.2017 года примерно в 12:00 часов домой пришла ФИО4 и сообщила, что из ее комнаты пропал телевизор «LG». 31.01.2017 года примерно в 23:00 часа Р.А. выходил на улицу в туалет. Примерно через 10 минут он обнаружил, что входная калитка на улице открыта. Зайдя в комнату, он увидел, что пропал системный блок от компьютера, а также сотовый телефон. Считает, что вещи похитил ФИО1, брать вещи он ему не разрешал, в дом приходить не разрешал, считает, что права на неприкосновенность жилища нарушены (т. 1 л.д.130-135).

Из показаний свидетеля К.Т.А. от 07.02.2017 года, оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что 29.01.2017 года примерно в 07:30 часов к ней домой пришел ФИО1 и предложил купить телевизор «LG 32LV 3400» с пультом дистанционного управления, сказал, что это имущество его знакомого Алексея. К.Т.А. согласилась и купила телевизор за 1000 рублей. 31 января или 01 февраля 2017 года примерно в 10:00 часов снова пришел ФИО1 и предложил купить системный блок «Формоза S675», она согласилась купить его за 500 рублей. Через некоторое время ФИО1 пришел к ней за деньгами, она отдала ему за системный блок 500 рублей (т. 1 л.д.138-141).

Заявление Б.А.А. содержит просьбу о привлечении к уголовной ответственности неизвестное лицо, которое в период с 28.01.2017 года по 31.01.2017 года тайно похитило из <адрес> принадлежащее ей имущество: телевизор «LG 32LV 3400» стоимостью 20000 рублей, системный блок «Формоза S675» стоимостью 5000 рублей, чем причинило ей имущественный вред в размере 25000 рублей (т. 1 л.д.110).

Протоколом осмотра места происшествия от 01.02.2017 года установлено место совершения преступления - <адрес>, где были обнаружены и изъяты документы на системный блок и телевизор (т. 1 л.д.111-118).

Протоколом выемки от 7.02.2017 года оформлено изъятие у свидетеля К.Т.А. телевизора «LG 32LV 3400» с пультом дистанционного управления и системного блока «Формоза S675»; изъятые предметы осмотрены, признаны вещественными доказательствами, приобщены к уголовному делу (т. 1 л.д.143-158).

Справка специалиста-оценщика подтверждает установленную потерпевшей стоимость похищенного имущества: телевизора «LG 32LV 3400» - 20000 рублей, системного блока «Формоза S675» - 5000 рублей, телефона «Самсунг Гэлакси S3» - 2000 рублей (т. 1 л.д.155-157).

Содеянное суд квалифицирует по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, поскольку виновный совершил противозаконные безвозмездное изъятие и обращение чужого имущества в свою пользу.

Изъятие чужого имущества состояло в переводе этого имущества из владения собственника в фактическое обладание виновного, происходило тайно, т.е. в отсутствии собственника и незаметно для иных лиц, в частности Г.А.В.

Незаконный характер изъятия чужого имущества, т.е. его перевод в фактическое обладание виновного осуществлялся без каких-либо законных оснований для этого и без согласия собственника.

Безвозмездность изъятия чужого имущества состояла в том, что оно производилось без соответствующего возмещения, т.е. бесплатно, в связи с чем в результате этого преступления наступили общественно опасные последствия в виде причинения собственнику имущественного ущерба, под которым понимаются прямые убытки, измеряемые стоимостью похищенного имущества.

Преступление было совершено ФИО1 с прямым умыслом и корыстной целью.

Похищение чужого имущества было совершено ФИО1 тайно, о чем свидетельствует субъективный критерий, определяемый исходя из восприятия ситуации хищения самим виновным, который осознавал, что совершает преступление в отсутствие собственника этого имущества.

Преступление является оконченным, поскольку виновный получил реальную возможность распорядиться по своему усмотрению похищенным имуществом.

Особо квалифицированный состав образует кража с незаконным проникновением в жилище, что имело место в рассматриваемом случае.

Проникновение означает тайное или открытое вторжение в жилище с целью совершения кражи чужого имущества.

Проникновение является незаконным, т.к. осуществлено виновным, не имеющим на это никакого права.

Под жилищем, согласно примечаниям к ст. 139 УК РФ, понимаются индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Приходя к таким выводам, суд критически оценивает позицию ФИО1, отрицающего факт незаконного проникновения в жилище Г.А.В. с целью хищения чужого имущества, расценивая ее как способ защиты, направленный на смягчение уголовной ответственности. Указанная позиция опровергается показаниями ФИО1 на досудебной стадии, где он признавался в обратном, утверждал, что заранее присмотрел имущество, которое можно было похитить из жилища Р.А.; проникал в жилище рано утром, когда тот спал. Доводы подсудимого, оспаривающего достоверность явок с повинной на том основании, что давал их в состоянии опьянения под диктовку оперативных сотрудников, направлены на введение суда в заблуждение, поэтому во внимание не могут быть приняты, поскольку подтверждаются иными доказательствами, а именно: показаниями Г.А.В. о нарушении его прав на неприкосновенность жилища, о том, что он не разрешал ФИО1 оставаться у себя после употребления спиртного; показаниями свидетеля Б.А.А. о том, что ее имущество было похищено в два приема: 29 и 31 января 2017 года, что свидетельствует о неоднократном проникновении ФИО1 в жилище Р.А.; показаниями свидетеля К.Т.А. о приобретении у ФИО1 29.01.2017 года телевизора с пультом дистанционного управления, а 31 января или 01 февраля 2017 года системного блока «Формоза S675». Таким образом, нахождение ФИО1 в состоянии опьянения при составлении явок с повинной не повлияло на качество изложенных в них сведений.

Рассматриваемое преступление относится к категории тяжких, направлено против собственности.

Обстоятельством, смягчающим наказание В.В.В. за указанное преступление, в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, признается явка с повинной, поскольку, согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, добровольное сообщение лица о совершенном им или с его участием преступлении признается явкой с повинной и в том случае, когда лицо в дальнейшем в ходе предварительного расследования или в судебном заседании не подтвердило сообщенные им сведения.

В соответствии с п. «а» ч.3 ст. 63 УК РФ, в действиях В.В.В. усматривается рецидив преступлений.

В силу ч.2 ст. 68 УК РФ, В.В.В. за совершение рассматриваемого преступления должно быть назначено наказание в виде лишения свободы, оснований для применения положений ст. 73 УК РФ не имеется.

В соответствии с п. «а» ч 3 ст. 18 УК РФ, установленный в действиях ФИО1 рецидив является особо опасным, поскольку он совершил тяжкое преступление,за которое осуждается к реальному лишению свободы, при том, что ранее два раза был осужден за тяжкое преступление к реальному лишению свободы.

4. Факт общественно-опасной деятельности ФИО1, квалифицированный по ч.3 ст.162 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении указанного преступления признал частично и показал, что, находясь у Р., в процессе распития спиртного, он решил сходить за самогоном к К.Л.Д., у которой ранее неоднократно приобретал спиртное. Она живет недалеко от Р. на ул.Минской. Он пошел к ней утром часов в 5:00. Калитка у нее была заперта, света в доме не было. Тогда ФИО1 перелез через забор и открыл щеколду на калитке. Входная дверь в дом была открыта. Он, не постучав, открыл ее, подумав, что К.Л.Д. спит. Ранее он видел откуда она доставала самогон, поэтому прошел на кухню, взял бутылку из-под молока с самогоном и стал смотреть по сторонам в поисках закуски. Кроме того, ФИО1 раньше видел, как К.Л.Д. клала сдачу от продажи самогона в тарелку. Открыв сервант, он увидел кошелек, откуда достал 900 рублей. Пройдя к холодильнику, ФИО1 увидел хозяйку, которая спала головой к окну и не могла его видеть. Когда он включил свет, хозяйка проснулась. В это время ФИО1 набирал в пакет продукты из холодильника. Хозяйка спросила: «Саша, это ты?». Он ответил: «Лежи, не вставай» и убежал. ФИО1 утверждает, что на потерпевшую не нападал, нож к ней не приставлял, ударов не наносил, умысел, направленный на хищение имущества у него возник, когда он находился в жилище потерпевшей; считает, что последняя его оговаривает, т.к. он не отдал ей деньги за одну бутылку самогона.

Заявление, протокол явки с повинной ФИО1 содержат следующее признание: в январе 2017 года он решил попросить у женщины по имени Людмила, торгующей самогоном, одну бутылку в долг. Подойдя к ее дому, он перелез через забор и прошел в дом, так как дверь была открыта. Он увидел, что хозяйка спит и стал искать самогон. В это время женщина проснулась, он подошел к ней, приставил к ее горлу нож и спросил, где самогон. Людмила сказала, где у нее самогон и деньги. Затем он похитил из кошелька деньги в сумме 800 рублей, а также продукты питания из холодильника и бутылку самогона. Вырученные деньги он потратил на собственные нужды. В содеянном раскаивается, вину признает полностью (т. 1 л.д. 237).

В судебном заседании ФИО1 заявил, что явку с повинной он писал, находясь в состоянии алкогольного опьянения, под диктовку по просьбе оперативного сотрудника, который его задержал. Изложенные в ней сведения в части применения ножа, проникновения в жилище с целью нападения на потерпевшую отрицал.

Потерпевшая К.Л.Д. в судебном заседании показала, что в начале года рано утром она выпустила на улицу кота, после чего легла спать, не заперев входную дверь. Минут через 5 промелькнула тень на кухню, затем к холодильнику, находящемуся в приделке, где она спит. К.Л.Д. подумала, что это пришел внук и окликнула: «Саша, это ты?». Никто не отозвался. Она села на кровать, к ней подошел подсудимый, приставил к горлу длинный нож и потребовал отдать деньги. Она ответила, что денег нет. Он повторил требование несколько раз. Испугавшись, К.Л.Д. попыталась встать с кровати за деньгами, но мужчина толкнул ее рукой, в результате чего она упала боком к стене, повредила ногу, испытав физическую боль. Потерпевшая сказала, что деньги лежат в кошельке в буфете на кухне. Мужчина пошел на кухню, забрал 900 рублей из кошелька. Затем он вернулся и снова приставил острием нож к горлу, потребовав отдать золото. Взяв пакет, он вынул из холодильника продукты питания, после чего направился к выходу, сказав: «Не звони в полицию, а то – прирежу». Из холодильника мужчина забрал продукты питания.

Свидетель С.М.В. в судебном заседании показала, что проживает по соседству с К.Л.Д., общается с нею. К.Л.Д. рассказывала, что к ней в дом в утреннее время проник неизвестный мужчина, приставил к горлу нож, забрал деньги и продукты питания.

Заявление К.Л.Д. содержит просьбу о привлечении к уголовной ответственности мужчины, который незаконно проник к ней в дом и, угрожая ножом, забрал 900 рублей и продукты питания на сумму 430 рублей, причинив ей ущерб на сумму 1330 рублей (т. 1 л.д. 206).

Протоколом осмотра места происшествия от 07.02.2017 года установлено место совершения преступления: <адрес> (т. 1 л.д. 207-214).

Справка-оценка подтверждает стоимость похищенных у потерпевшей К.Л.Д. продуктов питания: котлеты «Рубатки Охотничьи» в упаковке 10 штук массой 0,5 кг - 84 рубля 90 копеек; свинина без костей рагу массой 1 кг - 299 рублей 90 копеек; пельмени «Горячая штучка Бульмени» массой 0,430 кг - 93 рубля 90 копеек; масло сливочное крестьянское «Дубрава» Южа 72,5% массой 0,2 кг - 53 рубля 30 копеек; яйцо столовое 1 категории в количестве 10 штук - 4 рубля 49 копеек за 1 штуку на общую сумму 44 рубля 90 копеек (т. 1 л.д.217).

Содеянное суд квалифицирует по ч.3 ст. 162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, поскольку ФИО1 совершил открытые активные действия, направленные на достижение преступного результата путем создания реальной угрозы немедленного применения насилия к потерпевшей.

При нападении подсудимый использовал нож в качестве оружия, приставив его к горлу потерпевшей для психического воздействия в виде угрозы применения насилия, опасного для жизни или здоровья, что определяет квалификацию содеянного по соответствующему признаку.

О наличии в деянии ФИО1 квалифицирующего признака, предусмотренного ч.3 ст. 162 УК РФ, свидетельствует его вторжение в жилище с целью совершения общественно-опасного деяния без законных на то прав.

Приходя к таким выводам, суд критически оценивает позицию ФИО1, не согласного с квалификацией содеянного как разбоя, отрицающего факт незаконного проникновения в жилище К.Л.Д. с целью совершения общественно-опасного деяния, использование ножа для устрашения потерпевшей. Такая позиция расценивается как способ защиты, направленный на смягчение уголовной ответственности, поскольку опровергается сведениями самого ФИО1, изложенными в заявлении и в протоколе явки с повинной, где он сообщил об обратном. Указанные доказательства суд оценивает как достоверные, поскольку они подтверждаются иными доказательствами: заявлением в правоохранительные органы, показаниями потерпевшей К.Л.Д. об обстоятельствах нападения, показаниями свидетеля С.М.В., которой от потерпевшей стало известно о произошедшем. При таких обстоятельствах доводы подсудимого, оспаривающего достоверность явок с повинной на том основании, что давал их в состоянии опьянения под диктовку оперативных сотрудников расцениваются как направленные на введение суда в заблуждение.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 за указанное преступление, в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, признается явка с повинной.

Отягчающим наказание обстоятельством, в соответствии с п. «а» ч.3 ст. 63 УК РФ, является рецидив преступлений, который, в соответствии с п. «б» ч 3 ст. 18 УК РФ, является особо опасным, поскольку ФИО1 совершил особо тяжкое преступление при том, что ранее два раза был осужден за тяжкое преступление.

5. Факт общественно-опасной деятельности ФИО1, квалифицированный по ч.1 ст.161 УК РФ.

Вину в совершении указанного общественно-опасного деяния ФИО1 не признал, показал, что в начале марта 2017 года он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, шел к знакомому, перепутал подъезды, в результате позвонил в квартиру незнакомой женщины, которая его впустила. Он попросил у нее 100 рублей, она ответила, что принесет деньги. В ее отсутствие подсудимый похитил сотовый телефон. Когда она вернулась - достала из кошелька 300 рублей, он их взял и ушел.

Протокол явки с повинной ФИО1 от 06.02.2017 года содержит следующее его признание: 05.02.2017 года примерно в 15:00 часов, находясь на <адрес>, он решил украсть деньги или вещи в одной из квартир. Он подошел к <адрес> кто там жил - не знает. Дверь ему открыла пожилая женщина, и он попросил у нее 100 рублей. Находясь в квартире, он увидел на столе сотовый телефон «Флай», похитил его. После этого он увидел, что женщина в руках держит деньги, которые вырвал у нее из рук деньги и убежал. В содеянном раскаивается, вину признает полностью (т. 2 л.д.49-50).

Из показаний ФИО1 от 18.05.2017 года, оглашенных в судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что вину по ст.161 ч.1 УК РФ он признает полностью. 05.02.2017 года примерно в 15:00 часов он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, пришел в <адрес>, чтобы найти своего знакомого. После звонка в <адрес> ему открыла женщина, он зашел в квартиру, попросил 100 рублей. Женщина ушла куда-то в комнату. Когда она вернулась, он вырвал у нее 300 рублей и сразу же убежал, деньги потратил на собственные нужды (т. 2 л.д. 139-146).

После оглашения показаний ФИО1 заявил, что явку с повинной писал в неадекватном состоянии, т.к. был пьян, его торопили; показания также не соответствуют действительности, женщина добровольно отдала ему деньги, он показания давал в неадекватном состоянии, его запутали; он настаивает на показаниях, данных в суде.

Из показаний потерпевшей Р.А.И.. на досудебной стадии, оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что 05.02.2017 года около 15:00 часов она находилась дома. На звонок она открыла дверь и увидела неизвестного мужчину, которого впустила в квартиру. Мужчина попросил 100 рублей, она согласилась их дать и пошла в комнату за деньгами. Р. взяла кошелек, в нем было 300 рублей. Она подошла к мужчине, который, увидев у нее в руках 300 рублей, сразу же выхватил их и выбежал. Через некоторое время пришла ее дочь, которой она рассказала о случившемся (т. 2 л.д.28-29).

Из показаний свидетеля Х.А.А.. на досудебной стадии, оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что от матери ей известно о ее ограблении, когда она 05.02.2017 года впустила к себе в квартиру мужчину, а он вырвал у нее из рук 300 рублей (т. 2 л.д.35-36).

Из показаний свидетеля К.А.Е.. на досудебной стадии, оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ, следует, что она работает по адресу: <адрес>, куда 05.02.2017 года примерно в 15:00 часов в магазин пришел мужчина на вид 35 лет. Он купил сигареты и расплатился 100 рублями, купюра была разорвана. От него исходил резкий запах алкоголя (т. 2 л.д.40-41).

Поводом к возбуждению уголовного дела послужило заявление Р.А.И.., содержащее просьбу провести проверку по факту открытого хищения у нее неизвестным мужчиной 300 рублей и мобильного телефона «Флай», произошедшего 05.02.2017 года (т. 2 л.д.9).

Протоколом осмотра места происшествия от 05.02.2017 года установлено место совершения преступления: <адрес>, а также подъезда; в комнате на шкафу обнаружен след руки, откопированный на ТДП №1; на вещевом сундуке, находящемся на лестничной клетке обнаружены следы пальцев рук, откопированные на ТДП №2-4, которые были осмотрены, признаны вещественными доказательствами, приобщены к уголовному делу (т. 2 л.д.10-16; 72-74).

Заключением эксперта №13/139 от 28.02.2017 года установлено, что след ладони руки на фото №2 (с вещевого сундука на лестничной площадке по адресу: <адрес>) оставлен ладонью левой руки ФИО1, что подтверждает факт нахождения последнего по указанному адресу (т. 2 л.д.68-71).

Содеянное суд квалифицирует по ч.1 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, поскольку виновный совершил противозаконные безвозмездное изъятие и обращение чужого имущества в свою пользу, а также причинение имущественного ущерба собственнику. При этом хищение было открытым, так как совершалось в присутствии собственника, и ФИО1 осознавал, что потерпевшая понимала противоправный характер его действий независимо от того, принимала ли она меры к пресечению этих действий или нет.

Приходя к таким выводам, суд критически оценивает позицию ФИО1, сформулированную в судебном заседании, о непризнании вины в совершении грабежа, расценивая ее как способ защиты, направленный на уклонение от уголовной ответственности. Такая позиция опровергается показаниями ФИО1 на досудебной стадии в качестве обвиняемого, в явке с повинной, где он признавался в ограблении потерпевшей. Эти показания согласуются с показаниями потерпевшей Р.А.И., свидетелей Х.А.А., К.А.Е., которым от потерпевшей стало известно о хищении у нее денег. При таких обстоятельствах доводы подсудимого, оспаривающего достоверность явки с повинной, показаний в качестве обвиняемого на том основании, что давал их в состоянии опьянения, расцениваются как направленные на введение суда в заблуждение.

ФИО1 совершил преступление средней тяжести против собственности.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 за указанное преступление, в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ,признается явка с повинной.

Отягчающим наказание обстоятельством, в соответствии с п. «а» ч.3 ст. 63 УК РФ, является рецидив преступлений, поскольку ФИО1 совершил умышленное преступление, имея судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

6. Факт общественно-опасной деятельности ФИО1, квалифицированный по ч.1 ст.158 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал, показал, что в феврале 2017 года познакомился с родственником К.Н.А. – В.Д., с которым приходил в гости к его родственнику по имени В., проживающему на <адрес>. Там они выпивали, никакого ноутбука он не видел и не похищал.

Протокол явки с повинной ФИО1 содержит следующее его признание: 06.02.2017 года примерно в 07.30 часов, находясь у своего знакомого В., проживающего по адресу: <адрес>, он решил похитить у него ноутбук. С этой целью он взял ноутбук, спрятал его в прихожей, а сам пошел курить с В. на балкон. После этого он пошел на выход, взяв ноутбук. По дороге он продал его неизвестному мужчине за 1000 рублей. Денежные средства потратил на собственные нужды. В содеянном раскаивается, вину признает полностью (т. 2 л.д.121-122).

После оглашения явки с повинной ФИО1 заявил, что писал ее в состоянии опьянения под диктовку оперативного сотрудника, фамилию которого не знает, его торопили.

Потерпевшая К.Н.А. в судебном заседании показала, что 06.02.2017 года утром она ушла на работу, дома оставался сожитель Б.В.В.. Вечером она обнаружила пропажу ноутбука. Б.В.В. рассказал, что в ее отсутствие к нему приходил ФИО1. Потерпевшая просит взыскать с виновного 9500 рублей в счет возмещения материального ущерба.

Из показаний свидетеля Б.В.В.. на досудебной стадии, оглашенных в судебном заседании на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что 06.02.2017 года примерно в 07:20 часов к нему в гости пришел ФИО1. Сожительница находилась на работе. Б.В.В. сходил на улицу за сигаретами, а ФИО1 оставался дома. Вернувшись, он вместе с Витюговым выходил курить на балкон. Не докурив сигарету, ФИО1 ушел. Вечером пришла сожительница, хотела воспользоваться ноутбуком, но не смогла его найти. После этого Б.В.В. понял, что ноутбук взял ФИО1. Когда ФИО1 был у него в квартире, ноутбук находился на своем месте (т. 2 л.д.106-107).

Поводом к возбуждению уголовного дела послужило заявление К.Н.А.., содержащее просьбу о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 за хищение из ее квартиры ноутбука стоимостью 15000 рублей, которое было совершено 06.02.2017 года около 08:00 часов (т. 2 л.д.79).

Протоколом осмотра места происшествия от 06.02.2017 года установлено место совершения преступления: <адрес>, где были обнаружены и изъяты следы пальцев рук, откопированные на ЛЛ №1; изъятые предметы, а также гарантийный талон на ноутбук, представленный К.Н.А., были осмотрены, признаны вещественными доказательствами, приобщены к уголовному делу (т. 2 л.д.80-86: 115-117).

По заключению эксперта №13/162 от 11.03.2017 года: след пальца руки, откопированный на ЛЛ №1, оставлен безымянным пальцем левой руки ФИО1, что подтверждает факт нахождения ФИО1 по месту проживания потерпевшей К.Н.А. (т. 2 л.д.111-112).

Справкой-оценкой установлена стоимость похищенного ноутбука Асус К50С - 9500 рублей (т. 2 л.д.101).

Содеянное суд квалифицирует по ч.1 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, поскольку ФИО1 совершил противозаконные безвозмездное изъятие и обращение чужого имущества в свою пользу, а также причинение имущественного ущерба собственнику. При этом хищение было тайным, поскольку происходило незаметно для собственника.

Приходя к таким выводам, суд критически оценивает позицию ФИО1, сформулированную в судебном заседании, о непризнании вины в совершении кражи, расценивая ее как способ защиты, направленный на уклонение от уголовной ответственности. Такая позиция опровергается сведениями, содержащимися в его явке с повинной, где он признавался в краже ноутбука, который продал по дороге после ухода из квартиры за 1000 рублей, что объясняет отсутствие у него похищенного при задержании. Приведенные показания согласуются с показаниями свидетеля Б.В.В. о том, что похитить ноутбук мог только ФИО1. Это подтверждается и обстоятельствами ухода последнего, когда он, не докурив сигарету, покинул квартиру, и при этом имел возможность незаметно для Б.В.В. похитить ноутбук из прихожей, где, по его же словам из явки с повинной, он его оставил. Доводы подсудимого, оспаривающего достоверность явки с повинной на том основании, что давал их в состоянии опьянения, под диктовку расцениваются как направленные на введение суда в заблуждение.

ФИО1 совершил преступление небольшой тяжести против собственности.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 за указанное преступление, в соответствии с п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ, признается явка с повинной.

Отягчающим наказание обстоятельством, в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ, является рецидив преступлений, поскольку ФИО1 совершил умышленное преступление, имея судимость за ранее совершенное умышленное преступление.

Доводы осужденного о том, что к нему в ходе производства предварительного следствия применялись недозволенные методы, явки с повинной отобраны обманным путем, являются голословными. Приведенные выше доказательства соответствуют критериям относимости, допустимости, достоверности. Их совокупность является достаточной для подтверждения виновности ФИО1 в совершении преступлений.

При назначении ФИО1 наказания суд, в соответствии со ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, личность виновного, в том числе, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого.

ФИО1 совершил 6 преступлений, в том числе тяжкое и особо тяжкое.

Он ранее судим, привлекался к административной ответственности (т.2 л.д.174-178); на учете у психиатра не состоит (т.2 л.д.169, 171); состоял на учете у врача-нарколога с диагнозом синдром зависимости от алкоголя, снят с наблюдения в связи с отсутствием сведений (т.2 л.д.170); участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно, как лицо, склонное к злоупотреблению спиртным (т.2 л.д.173); согласно характеристике из ФКУ ИК-4 УФСИН России по Ивановской области, осужденный ФИО1 отбывая наказание в ИК особого режима, имел нестабильное поведение: наряду с поощрением допустил нарушение порядка отбывания наказания, за что с ним проводилась профилактическая беседа; после перевода в ИК строгого режима был трудоустроен, норму выработки выполнял не в полном объеме, поощрений не имел, в общественной жизни участия не принимал, вел приспособленческий образ жизни (т.2 л.д.210); со слов подсудимого, он имеет заболевания, помогал своим больным родителям, сестре.

В силу требований ч.2 ст. 68 УК РФ ФИО1 должно быть назначено наказание за каждое преступление в виде лишения свободы, срок которого определяется в соответствии с ч.ч.1, 2 ст. 68 УК РФ.

Совершение подсудимым преступлений при рецидиве исключает возможность применения положений ч.6 ст. 15 УК РФ.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, приведенных выше данных о личности подсудимого, ему не может быть назначено наказание в соответствии со ст.ст. 64, 73, ч.3 ст. 68 УК РФ.

Санкции ч.3 ст. 158, ч.3 ст. 162 УК РФ предусматривают, помимо основного, возможность назначения дополнительного наказания в виде штрафа.

В целях восстановления социальной справедливости и исправления ФИО1, совершившего в числе прочих и квалифицированные корыстные преступления, суд считает необходимым применить к нему дополнительное наказание в виде штрафа, при определении размеракоторого учитываются характер и тяжесть совершенных преступлений, имущественное, семейное положение и возраст подсудимого, который является трудоспособным и имеет реальную возможность в будущем получать доходы.

Применение дополнительного наказания в виде ограничения свободы за совершение тяжкого и особо тяжкого преступления суд считает излишним.

Совершение ФИО1 ряда преступлений, в том числе тяжкого и особо тяжкого, диктует необходимость назначения ему наказания в соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ; при этом суд считает необходимым применить принцип частичного сложения наказаний.

Согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывание наказания ФИО1 должно быть определено в исправительной колонии особого режима.

При решении вопроса о зачете в срок отбываниянаказаниявремени со-держания подсудимого под стражей, в соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ, суд учитывает сведения, имеющиеся в протоколе задержания ФИО1 (т.1 л.д.193), а также следующее. В соответствии с протоколом задержания, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ ФИО1 задержан 7 февраля 2017 года. В протоколе имеется заявление ФИО1 о задержании 6 февраля 2017 года, что подтверждается явками с повинной, датированными 6 февраля 2017 года.

Следовательно, в срок отбывания им наказанияввиделишениясвободыподлежит зачету время содержания его под стражей, начиная с 6 февраля 2017 года.

Обстоятельства, послужившие основаниями для избрания ФИО1 меры пресечения и неоднократного продления срока ее действия, не изменились. С учетом этого, а также необходимости сохранения меры пресеченияввидезаключения под стражу для обеспечения исполнения приговора, до его вступления в законную силу суд, в соответствии с ч.2 ст. 97 УПК РФ, оставляет примененную к подсудимому меру пресечения без изменения.Решая вопрос по заявленным потерпевшими Б.А.А. на сумму 2000 рублей, К.Л.Д. на сумму 1476 рублей 90 копеек, Р.А.И. на сумму 300 рублей, К.Н.А. на сумму 9500 рублей гражданским искам, суд приходит к следующему: гражданские иски Б.А.А., Р.А.И., в соответствии с ч. 3 ст. 250 УПК РФ, следует оставить без рассмотрения; производство по гражданскому иску К.Л.Д. подлежит прекращению в связи с отказом от иска; гражданский иск К.Н.А. является обоснованным, доказанным, подлежит удовлетворению на основании ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Процессуальные издержки, составляющие вознаграждение участвовавшего в деле по назначению суда адвоката Б.И.Е., в соответствии со ст.ст.131ч.2 п.5 и132ч.ч.2 и4 УПК РФподлежат взысканию с подсудимого ФИО1, являющегося трудоспособным, не имеющего иждивенцев и не возражавшего против этого, в сумме 9800 рублей.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд учитывает принадлежность изъятых в ходе предварительного следствия телевизора «LG 32LV 3400» с пультом дистанционного управления и системного блока «Формоза S675», документов на них, возвращенных потерпевшей Б.А.А.; в соответствии с п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ, кухонный нож подлежит уничтожению; в соответствии с п.5 ч.3 ст. 81 УПК РФ, ТДП №1-4 со следами пальцев рук, гарантийный талон на ноутбук следует хранить при уголовном деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 119; п. «в» ч.1 ст. 115; п. «а» ч.3 ст. 158; ч.3 ст.162; ч.1 ст. 161; ч.1 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание:

по ч.1 ст. 119 УК РФ в виде 1 (одного) года лишения свободы;

по п. «в» ч.1 ст. 115 УК РФ в виде 1 (одного) года лишения свободы;

по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ в виде 3 (трех) лет лишения свободы со штрафом в сумме 30000 (тридцать) тысяч рублей;

по ч.3 ст.162 УК РФ в виде 7 (семи) лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом в сумме 40000 рублей (сорок тысяч) рублей;

по ч.1 ст. 161 УК РФ в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы;

по ч.1 ст. 158 УК РФ в виде в виде 1 (одного) года лишения свободы.

На основании ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно к отбытию ФИО1 определить наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима со штрафом 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Срок наказания исчислять с 15 сентября 2017 года.

Зачесть в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей с 06 февраля 2017 года до 14 сентября 2017 года.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ивановской области до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Взыскать с В.В.В. в пользу ФИО5 9500 рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Гражданские иски Б.А.А., Р.А.И. оставить без рассмотрения; за гражданскими истцами сохраняется право предъявить иск в порядке гражданского судопроизводства.

Производство по гражданскому иску К.Л.Д. прекратить.

Процессуальные издержки, составляющие вознаграждение адвоката Б.И.Е. в размере 9800 рублей, взыскать с осужденного ФИО1.

Вещественные доказательства: телевизор «LG 32LV 3400» с пультом дистанционного управления, системный блок «Формоза S675», документы на них, возвращенные потерпевшей Б.А.А., - оставить в распоряжении последней; кухонный нож - уничтожить; ТДП №1-4 со следами пальцев рук, гарантийный талон на ноутбук - хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок с момента вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Такое ходатайство может быть заявлено осужденным в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора – в апелляционной жалобе, либо в тот же срок со дня вручения копии апелляционной жалобы или представления прокурора, затрагивающих его интересы, - в отдельном ходатайстве либо возражениях на жалобу или представление.

Судья Н.А. Лисякова