Определение № 33-16569/2025 33-341/2026 от 9 февраля 2026 г.

Дело № 33-341/2026 (33-16569/2025)

(№ 2-580/2025)

УИД: 66RS0001-01-2024-008599-81

Мотивированное
определение составлено 10.02.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 27.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего судьи Ольковой А.А.,

судей Ильясовой Е.Р.,

Тяжовой Т.А.,

при помощнике ФИО2, рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, СНТ «Машиностроитель-2» к ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств,

по апелляционной жалобе истца ФИО15 на решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 08.09.2025.

Заслушав доклад судьи Тяжовой Т.А., объяснения представителя истца ФИО15 ФИО37, истцов ФИО19, ФИО13, являющейся также представителем СНТ «Машиностроитель-2», ответчиков ФИО33, ФИО34, представителя ответчика ФИО35 – ФИО38, третьих лиц ФИО39, ФИО40, судебная коллегия

установила:

истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32 обратились в суд с иском к ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, в котором с учетом уточнений требований просили солидарно взыскать с ответчиков сумму убытков в размере 1786014,87 руб., взыскать с ответчика ФИО33 неосновательное обогащение в размере 800996,95 руб.

В обоснование требований истцы указали, что являются собственниками земельных участков в СНТ «Машиностроитель-2». В период с 11.06.2017 по 20.09.2023 ФИО33 незаконно занимал должность председателя правления СНТ «Машиностроитель-2». По итогам проведения независимой экспертизы целевого поступления и использования средств СНТ за период с 11.06.2017 по 21.09.2023, подготовленного специалистом ФИО, установлено, что отсутствуют приходно-расходные сметы и отчеты об исполнении приходно-расходных смет; инвентаризация активов и обязательств перед составлением годовой бухгалтерской отчетности по всем счетам бухгалтерского учета; первичные документы на сумму 114272,34 руб.; выявлены операции необоснованного расходования средств на сумму 686724,61 руб. (выплата заработной платы именно ФИО33 - 480227 руб., отчисления в бюджет по заработной плате – 206497,61 руб.); на оплату контрагентам в размере 254200 руб.; предположительно сумма недополученных поступлений составляет 1490754,13 руб. На основании решения Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга по гражданскому делу № 2-391/2018 от 12.04.2018 сведения о ФИО33 как о председателе СНТ «Машиностроитель-2» исключены из ЕГРЮЛ, при этом были восстановлены сведения о предыдущем председателе товарищества ФИО40 02.08.2019 вступило в законную силу решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга по гражданскому делу № 2-88/2019, которым также полномочия председателя СНТ «Машиностроитель-2» ФИО33 были прекращены, данный факт был подтвержден и решением Верх-Исетского районного суда г.Екатеринбурга от 04.06.2020. Протокол общего собрания членов СНТ «Машиностроитель-2» от 04.08.2019 оспаривается в Верх-Исетском районном суде г. Екатеринбурга при рассмотрении гражданского дела № 2-529/2025. Полагают, что ФИО33 никогда не избирался председателем, нет ни одного протокола о выборе его председателем СНТ. В период с 11.06.2017 по 20.09.2023 ФИО33 незаконно занимал должность председателя правления товарищества, совершал действия по распоряжению имуществом товарищества, по присвоению наличных денежных средств, принадлежащих товариществу, выплачивал себе заработную плату, в связи с чем истцы обратились с настоящим иском в суд.

В процессе рассмотрения дела определениями суда от 10.12.2024 и 10.04.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО39 и ФИО40, определением суда от 10.02.2025 в качестве соответчиков - ФИО34, ФИО35, ФИО36 20.05.2025 в дело в качестве соистца вступило СНТ «Машиностроитель-2».

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истцов ФИО37, истец и представитель СНТ «Машиностроитель-2» ФИО13 на иске настаивали, указали, что о нарушении своего права узнали в марте 2024 года при получении в ИФНС протокола общего собрания от 12.09.2021, в связи с чем срок исковой давности ими не пропущен.

Ответчик ФИО33 против удовлетворения иска возражал, в том числе по мотиву пропуска срока исковой давности. Указал на необоснованность изложенных в заключении независимой экспертизы выводов, отсутствие оснований для взыскания выплаченной заработной платы. Все выплаты проводились по принятым приходно-расходным сметам, утвержденным на общих собраниях и под контролем ревизионной комиссии товарищества. В течение 7 лет отчеты по финансовой деятельности товарищества предоставлялись в ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, при этом специалист делает вывод в отсутствие соответствующих документов, смет и отчетов, что выходит за рамки своей компетенции. Ведение хозяйственной деятельности подтверждено сметами по хозяйственной деятельности товарищества и принятыми по ним отчетами. Настаивал, что он действовал в соответствии с решением общего собрания от 12.09.2021, которое оспаривалось при рассмотрении Верх-Исетским районным судом г.Екатеринбурга гражданского дела № 2-4729/2025 и было установлено, что решение собрания правомерно, следовательно, все расходы произведены законно. Правомерность общих собраний 2019, 2021 годов подтверждена решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2-529/2025. Оплата кадастровых работ была необходима, сумма соответствующих расходов в соответствии с решением общего собрания была предварительной. Все действия произведены им как председателем в соответствии с полномочиями. Настаивал, что до 01.01.2019 он не имел отношения к сбору средств за сторожевые дома в товариществе, указанный сбор осуществлялся ФИО1 В период с 01.01.2019 по 2023 год наличные денежные средства со сторожевых домов не взимались. Расходование денежных средств произведено на нужды товарищества. Истцы ФИО30, ФИО18, ФИО28, ФИО41, ФИО12, ФИО25, ФИО29, ФИО14, Ш.А.ГБ. стали собственниками земельных участков недавно и не могут иметь претензий за рассматриваемый период. ФИО34 являлась лишь одним из членов ревизионной комиссии СНТ, ФИО35 – одним из членов правления, а решения ревизионной комиссии и правления принимаются коллегиально. ФИО36 только входила в состав счетной комиссии по подсчету голосов на общих собраниях и не может отвечать за финансовую деятельность товарищества. С 2017 года по 2019 год все финансовые операции проходили через главного бухгалтера ФИО1, которая является родной сестрой ФИО13

Ответчик ФИО34 против удовлетворения иска возражала, указала, что все средства на хозяйственные платежи или закупки со счетов СНТ тратились только на нужды товарищества, имеются подтверждающие финансовые документы, которые ею лично проверялись. Все отчеты за период с 2017 года по 2023 год по использованию денежных средств СНТ «Машиностроитель-2» она лично докладывала на общих собраниях товарищества, все отчеты ревизионной комиссии были приняты, и по ним не было претензий.

Представитель соответчика ФИО35 – ФИО38 против удовлетворения иска возражал, указал, что ФИО35 являлся членом правления товарищества, выполнял обязанности секретаря собрания, а также не то, что вся текущая хозяйственная деятельность СНТ осуществлялась председателем правления, а решения принимались коллегиально, финансовая деятельность СНТ оформлялась отчетами и сметами. Настаивал, что истцами не представлены доказательства о причиненном ущербе в результате деятельности ФИО35, секретарь собрания не мог действовать недобросовестно и не в интересах СНТ.

Третье лицо ФИО40 по существу позицию ответчиков ФИО33 и ФИО34 поддержала.

Третье лицо ФИО39 полагала, что в случае подтверждения факта причинения ущерба, он должен быть возмещен.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 08.09.2025 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с решением суда, истец ФИО15 подала на него апелляционную жалобу, в которой просила решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, несоответствие выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, неверную оценку действиям ответчика ФИО33 Поскольку ФИО36, ФИО34, ФИО35 знали о незаконных тратах председателя и о ведении бухгалтерской отчетности с нарушениями, несоответствие трат утвержденным на собраниях сметах, их бездействие привело к убыткам товарищества, в связи с чем они должны быть привлечены к ответственности.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО15 заявила об отказе от исковой требований, заявленных ФИО15 к ответчикам ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств, доводы апелляционной жалобы поддержала.

Истец ФИО13, являющаяся также представителем СНТ «Машиностроитель-2», ФИО19 доводы жалобы поддержали.

Ответчики ФИО33, ФИО34, представитель ответчика ФИО35, третье лицо ФИО40 против удовлетворения иска возражали.

Участвующие в деле лица возражений против принятия отказа истца ФИО15 от иска к ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств не выразили.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом (СМС, ГЭПС, почтой, телефонограммами), в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда, в соответствии с ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при установленной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом ФИО33 в период с 10.07.2017 по 21.09.2023 являлся лицом, имеющим право действовать без доверенности от имени СНТ «Машиностроитель-2», что следует из ответа ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга от 15.11.2024 (том 2 л.д. 97). Согласно выписке из ЕГРЮЛ с 21.09.2023 председателем товарищества является ФИО13 (том 4 л.д. 63-69).

В период с 11.06.2017 по 20.09.2023 ФИО34 являлась членом ревизионной комиссии, ФИО35 - одним из членов правления, ФИО36 входила в состав счетной комиссии по подсчету голосов на общих собраниях.

В ходе рассмотрения дела факт того, что ФИО33 фактически осуществлял полномочия председателя, имел доступ к расчетным счетам СНТ, личному кабинету, а в сметы расходов были заложены расходы по выплате вознаграждения председателю, не оспаривался.

Из заявленных истцами уточнений требований следует, они заявлены на основании сумм, определенных в отчете по итогам проведения независимой экспертизы целевого поступления и использования средств СНТ «Машиностроитель-2» за период с 11.06.2017 по 21.09.2023.

Согласно представленному истцами отчету при проведении экспертизы выявлен ряд существенных нарушений отражения поступлений и использования средств товарищества: отсутствие приходно-расходных смет и отчетов об их исполнении; обязательной инвентаризации активов и обязательств перед составлением годовой бухгалтерской отчетности по всем счетам бухгалтерского учета; первичных документов, подтверждающих обоснованность расходования средств, оформленных в соответствие с требованиями нормативных актов, в анализируемом периоде произведено бездокументарных расходов, лицом, имеющим доступ к корпоративной карте и расчетному счету, на сумму 114272,34 рублей, выявлены операции необоснованного расходования средств, а именно выплата заработной платы лицу, с которым не согласованы трудовые взаимоотношения, в размере 686724,61 рублей, (в том числе оплата труда – 480227 рублей, отчисления в бюджет по зарплате – 206497,61 рублей), выявлены операции необоснованного расходования средств, оплаченных контрагентам, в размере 254200 рублей, за анализируемый период поступали только членские взносы и компенсация расходов ресурсоснабжающих организаций, целевые поступления за анализируемый период отсутствовали, предположительно сумма поступлений составляет 1490754,13 рублей, всего в общей сумме 2545951,08 рублей (том 4 л.д. 88-118).

Из заявленных истцами уточненных требований следует, что к ФИО33 они заявлены в размере 800996,95 рублей (686724,61 рублей + 114272,34 рублей), ко всем ответчикам – в размере 1786014,87 рублей.

При разрешении заявленных истцами к ответчикам требований, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1, 307, 393, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 17-20 Федерального закона от 29.07.2017 № 217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», статьей 16, 56, 57, 67, 277 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в абзацах 3 - 5 пункта 1, пунктах 2, 3, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", учитывая то, что в спорный период ФИО33 фактически осуществлял хозяйственную деятельность, не установив в действиях ответчиков недобросовестности, суд первой инстанции исходил из того, что израсходованные на оплату товаров и услуг со счетов товарищества денежные средства в размере 114272,34 рублей не могут быть квалифицированы в качестве неосновательного обогащения и в качестве такового взысканию не подлежат, выплаченная ему заработная плата, включая отчисления в бюджета, в общей сумме 686724,61 рублей, взысканию в силу положений трудового законодательства, а также пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит, расходы по уплате государственной пошлины в размере 110000 рублей и кадастровых работ на общую сумму 144200 рублей (всего в сумме 254200 рублей), понесены в отношении земель общего пользования, а доказательств внесения членских взносов в размере 1531814,87 рублей в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание заявленное ответчиком ходатайство о применении срока исковой давности, суд пришел к выводу о том, что за период до 12.09.2021 истцами пропущен срок исковой давности, а после указанной даты и до даты предъявления иска 12.09.2024 оснований для взыскания убытков не установлено ввиду недоказанности истцами причинения ответчиками товариществу убытков. При этом суд отметил, что само по себе отсутствие у истцов первичных документов, подтверждающих обоснованность расходования денежных средств, оформленных в соответствии с требованиями нормативных актов, о которых указано в отчете специалиста, не могут повлечь взыскание денежных средств с ответчика, поскольку ненадлежащее оформление отчетности, бухгалтерских документов не подтверждает противоправность действий ФИО33

Изучив заявление истца ФИО15 об отказе от исковых требований к ответчикам ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе отказаться от иска. Суд не принимает отказ от иска, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц (ч. 2 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если истец отказался от иска и отказ принят судом.

Согласно ст. 221 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

В силу ст. 326.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказ истца от иска, совершенный после принятия апелляционной жалобы, должен быть выражен в поданном суду апелляционной инстанции заявлении в письменной форме. При принятии отказа истца от иска суд апелляционной инстанции отменяет принятое решение суда и прекращает производство по делу.

Заявление об отказе от исковых требований ФИО15 к ответчикам ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств подано в письменном виде, подписано представителем истца ФИО37, действующей на основании доверенности 66 АА 8632348 от 17.06.2024, выданной сроком на 3 года, которая содержит полномочие на отказ от исковых требований.

Последствия отказа от иска в данной части разъяснены судебной коллегией представителю истца, о чем отобрана подписка.

Оснований, препятствующих удовлетворению волеизъявления истца, судебная коллегия не находит.

Отказ истца от исковых требований в указанной части чьих-либо прав не нарушает, закону не противоречит, оснований для непринятия отказа от иска в части судебная коллегия не усматривает. В связи с этим решение суда в данной части подлежит отмене, а производство по делу в данной части – прекращению.

Поскольку истец ФИО15 от исковых требований к ответчикам ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств отказалась и отказ принят судом, иными истцами отказ в удовлетворении иска к указанным ответчикам не обжалован, с учетом положений статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение подлежит проверке в пределах доводов апелляционной жалобы истца ФИО15 на решение суда об отказе в удовлетворении требований истцов, заявленных к ФИО33

Проверив выводы, изложенные в решении суда с учетом предмета и оснований иска, судебная коллегия не может в полной мере согласиться с обжалуемым судебным актом, приходит к следующему.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

В статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановления от 08.12.2017 N 39-П (пункт 3.4) отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

Таким образом, возмещение вреда может быть взыскано в судебном порядке при одновременной доказанности его причинения, противоправности поведения причинителя, причинной связи между содеянным и возникшими убытками. Отсутствие одного из указанных элементов не дает истцу право на удовлетворение иска.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (пункт 1).

Согласно пункту 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации правила, предусмотренные названной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Применительно к приведенной норме, обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Так, условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: приобретение либо сбережение имущества имело место, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть, произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В силу особенности предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, которое произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для неосновательного обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абз.1 п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с п. 1 ст. 17 и п. 1 ст. 19 Федерального закона от 29.07.2017 N 217-ФЗ "О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, в том числе единоличный исполнительный орган товарищества, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского (делового) оборота или обычному предпринимательскому риску (абз. 2 п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных положений, установленная ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность органов управления хозяйственным обществом является средством внутрикорпоративного регулирования: единоличный исполнительный орган юридического лица (председатель правления) отвечает перед участниками (членами) за управление доверенным ему товариществом, а также за представление интересов товарищества при заключении сделок с иными участниками оборота.

Лицо, которому участниками хозяйственного общества доверено руководство его деятельностью, должно использовать предоставленные ему полномочия для удовлетворения общих интересов товарищества, отвечающих интересам его участников, и не вправе подменять интересы корпорации своим личным интересом, либо интересами третьих лиц (конфликт интересов), и обязано возместить убытки, причиненные товариществу, если в условиях конфликта интересов такое лицо действовало недобросовестно.

Изложенное согласуется с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", в котором указано, что руководитель организации является ее работником, выполняющим особую трудовую функцию - совершает от имени организации действия по реализации ее прав и обязанностей, возникающих из гражданских, трудовых, налоговых и иных правоотношений, в том числе прав и обязанностей работодателя в трудовых отношениях с иными работниками организации.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В силу части 1 статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством (часть 2 статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзаце 2 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 21 разъяснено, что привлечение руководителя организации к материальной ответственности в размере прямого действительного ущерба, причиненного организации, осуществляется в соответствии с положениями раздела XI «Материальная ответственность сторон трудового договора» Трудового кодекса Российской Федерации (главы 37 «Общие положения» и 39 «Материальная ответственность работника»).

Руководитель организации (в том числе бывший) на основании части второй статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами (например, статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 25 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», статьей 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и др.). Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 21).

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, и несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода).

Необходимыми условиями для наступления ответственности в виде возмещения юридическому лицу причиненных его руководителем (в том числе бывшим) либо лицом, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, убытков являются: факт противоправного поведения лица, выступающего от имени юридического лица, недобросовестность или неразумность его действий; наступление негативных последствий для юридического лица в виде понесенных убытков, их размер; наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением указанного лица и убытками юридического лица; вина данного лица в причинении убытков юридическому лицу.

Правовое регулирование отношений, связанных с ведением гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд, осуществляется в соответствии с Федеральным законом N 217-ФЗ "О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

В целях эффективного управления товариществом Федеральным законом N 217 с учетом положений гражданского законодательства предусмотрено наличие таких органов управления, к которым относится общее собрание членов товарищества, правление товарищества и председатель товарищества.

Общее собрание членов товарищества является высшим органом управления.

Правление товарищества и его председатель являются исполнительными органами управления, подотчетны общему собранию членов товарищества и осуществляют свои полномочия, исключительно связанные с реализацией принимаемых общим собранием членов товарищества решений.

Полномочия председателя товарищества регламентируются положениями статьи 19 Федерального закона N 217, согласно которой председатель товарищества действует без доверенности от имени товарищества, в том числе: имеет право первой подписи под финансовыми документами, которые в соответствии с уставом товарищества не подлежат обязательному одобрению правлением товарищества или общим собранием членов товарищества; заключает сделки, открывает и закрывает банковские счета, совершает иные операции по банковским счетам, в том числе на основании решений общего собрания членов товарищества и правления товарищества, в случаях, если принятие решений о совершении таких действий относится к исключительной компетенции общего собрания членов товарищества или правления товарищества; принимает на работу в товарищество работников по трудовым договорам, осуществляет права и исполняет обязанности товарищества как работодателя по этим договорам.

На основании положений Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом (пункт 1 статьи 6).

Все хозяйственные операции, проводимые организацией, подлежат оформлению первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет без каких-либо пропусков или изъятий (статьи 9 и 10).

В силу ст. ст. 7, 8 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено настоящей частью. Экономический субъект самостоятельно формирует свою учетную политику (совокупность способов ведения экономическим субъектом бухгалтерского учета), руководствуясь законодательством РФ о бухгалтерском учете, федеральными и отраслевыми стандартами.

В силу части 1 статьи 21 данного Федерального закона ответственным лицом за ведение делопроизводства в товариществе является его председатель.

Исходя из указанных положений, организация бухгалтерского учета и контроль за его правильным ведением возлагается на руководителя, в связи с чем последствия ненадлежащего ведения бухгалтерского учета относятся к ответственности руководителя организации.

С учетом приведенных положений закона, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО33, являвшийся в спорный период председателем товарищества, является надлежащим ответчиком по делу.

Судебная коллегия с доводами жалобы о несогласии с применением судом по ходатайству ответчика срока исковой давности согласиться не может.

В соответствии с пунктом 11 части 1 статьи 17 Федерального закона от 29.07.2017 № 217-ФЗ «О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» к компетенции общего собрания членов товарищества относятся в том числе утверждение отчетов ревизионной комиссии (ревизора).

Аналогичные положения относительно компетенции общего собрания товарищества предусмотрены Уставом СНТ «Машиностроитель-2» 2001 года, пп. «м» п.7.1.

При этом ревизионная комиссия обязана отчитываться о результатах ревизий перед общим собранием с представлением рекомендаций об устранении выявленных нарушений; докладывать общему собранию обо всех выявленных нарушениях в деятельности органом управления товариществом, пп. «в», «г» п. 11.3 Устава.

Учитывая исключительную компетенцию общего собрания членов товарищества, а также установленные законом сроки проведения общих собраний, право членов товарищества знакомиться и получать, в том числе копии бухгалтерской (финансовой) отчетности товарищества, приходно-расходных смет товарищества, отчетов об исполнении таких смет, аудиторских заключений (в случае проведения аудиторских проверок) (часть 3 статьи 11 Федерального закона от 29.07.2017 N 217-ФЗ), установленные законом полномочия ревизионной комиссии (ст. 20 Федерального закона от 29.07.2017 N 217-ФЗ), судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что срок исковой давности истцом до 12.09.2021 пропущен. При этом коллегия принимает во внимание, что доказательств наличия каких-либо препятствий для обращения в суд ранее 12.09.2024, истцами не представлено. Ссылки истца на осведомленность в 2024 году о протоколе от 12.09.2021, на основании которого в 2023 году проводились кадастровые работы, не позволяют иным образом исчислять срок исковой давности. При этом коллегия отмечает, что расходование на оплату кадастровых работ денежных средств осуществлялось в пределах срока исковой давности.

Соглашается судебная коллегия и с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания понесенных на оплату кадастровых работ и оплату государственной пошлины расходов. Суд обоснованно принял во внимание, что соответствующие расходы понесены на нужды товарищества, кадастровые работы выполнены в отношении земель общего пользования, образованные участки не отчуждены, учел недоказанность невыполнения или некачественного выполнения кадастровых работ. Само по себе несогласие истцов с выполнением соответствующих работ, несения соответствующих расходов в интересах товарищества, не указывает на недобросовестное осуществление ответчиком обязанностей по расходованию средств в данной части, а сумма 254200 рублей не является убытками товарищества и неосновательным обогащением, по смыслу приведенных положений закона, в связи с чем оснований для их взыскания с ответчика у суда не имелось.

Заявленные истцами требования о взыскании в качестве неосновательного обогащения суммы полученной ФИО33 заработной платы и суммы налоговых платежей, мотивированные тем, что решением суда от 12.04.2018 по делу № 2-391/2018 полномочия ФИО33 как председателя были прекращены, судом правомерно отклонены как несостоятельные, при этом отмечен не оспоренный истцами факт осуществления им деятельности в качестве председателя товарищества.

Получение ответчиком денежного вознаграждения происходило при отсутствии каких-либо недобросовестных действий с его стороны, денежные средства выплачены ему в качестве вознаграждения за деятельность, осуществляемую им как председателем товарищества, что исключает возможность признать выплату вознаграждения председателя неосновательным обогащением. Изложенные обстоятельства в силу п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации исключают возврат ответчиком товариществу денежных средств в качестве неосновательного обогащения, что правомерно учтено судом первой инстанции.

Несогласие истца с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания суммы 1490754,13 рублей основанием для отмены решения суда в данной части не является.

Из отчета специалиста следует, что выводы специалиста в соответствующей части основаны на предположениях, при этом сумма 1490754,13 рублей определена как разница между предполагаемым объемом поступления денежных средств и фактическим объемом поступления (том 4 л.д. 96). Вопреки выводам специалиста, доводам истцов, оснований для отнесения неполученных ответчиком от правообладателей участков в товариществе денежных средств в качестве взносов, а обратного суду не доказано, к убыткам товарищества, подлежащим возмещению ФИО33, не установлено.

Установив, что по требованиям о взыскании денежных средств, потраченных на оплату товаров и услуг, заявленным до 12.09.2021, срок исковой давности пропущен, а за период с 20.10.2017 по 11.07.2023 израсходованные со счетов товарищества средства неосновательным обогащением не являются, суд первой инстанции не учел, что требования истцами о взыскании денежных средств фактически заявлены к ответчику как лицу, имеющему в спорный период доступ к счетам товарищества.

По заявленным истцами требованиям к ответчику ФИО33 о взыскании денежных средств, движение которых отражено в выписках по счету (том 1 л.д. 151-199, том 2 л.д. 1-54) судом не применены подлежащие применению положения статей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом указано, что отчеты по материалам проверки ревизионной комиссии за период времени с 2022 года по 2023 год не представлены, общим собранием членов товарищества такие отчеты не утверждались.

Из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", следует, что для правильного разрешения дела именно на суде лежит обязанность по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению.

В соответствии с положениями статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства.

Выявление и собирание доказательств по делу является деятельностью не только лиц, участвующих в деле, но и суда, в обязанность которого входит установление того, какие доказательства могут подтвердить или опровергнуть факты, входящие в предмет доказывания ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015)") (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

Указанные выше положения закона и актов их разъяснений судом при разрешении спора учтены не были.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 года "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Какие-либо доказательства в подтверждение целевого расходования денежных средств судом первой инстанции не истребовались. Между тем, сторона истца ссылалась на то, что документы и иная первичная документация, относящаяся к хозяйственной деятельности товарищества ФИО33 после избрания председателем товарищества ФИО13, последней не передавалась, в подтверждение чему представлено решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 26.03.2024 по иску СНТ «Машиностроитель-2» к ФИО33 о возложении обязанности передать документы товарищества и взыскании судебной неустойки о частичном удовлетворении требований. Указанное решение судебной коллегией по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.08.2024 отменено, производство по делу прекращено в связи с подачей ФИО33, являющимся председателем СНТ «Машиностроитель – 2» с 13.05.2024, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, протоколом общего собрания членов СНТ «Машиностроитель – 2» от 29.04.2024, заявления об отказе от исковых требований.

Оценивая доводы жалобы истца о недоказанности расходования денежных средств со счетов товарищества на его нужды, коллегия приходит к следующему.

Из представленного истцом отчета специалиста следует, что им проанализированы выписки банка, установлено, что в проверяемом периоде систематически выдавались, переводились денежные средства физическому лицу ФИО33, при этом первичных документов (авансовых отчетов, чеков ККП, товарных чеков, актов закупа и т.п.), подтверждающих целевое получение и использование данных денежных средств исполнителю не представлено. Общая сумма бездокументарных расходов составила 114272,34 рублей (том 4 л.д. 88-118).

Поскольку указанный отчет содержит лишь выборочные сведения из выписок банка, не содержит сведения о конкретных операциях, суммы которых включены в общую сумму 114272,34 рублей, указанный отчет специалиста в данной части проверить не представилось возможным. В целях исправления указанного нарушения, допущенного судом первой инстанции, судом апелляционной инстанции у истца истребован дополнительный отчет, содержащий перечень операций, отнесенных специалистом к бездокументарным расходам, который исследован судебной коллегией в соответствии с положениями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Изложенные в дополнительном отчете сведения соответствуют выпискам по счетам, представленным в материалы дела (том 1 л.д. 151-199, том 2 л.д. 1-54).

Оснований для признания данного отчета специалиста сфальсифицированным по мотивам недостоверности изложенных в нем сведений, опровергающимся, по мнению ответчика ФИО33, показаниями ФИО34 о докладах отчетов председателя и ревизионной комиссии, судебная коллегия не находит, поскольку доказательств расходования спорных денежных средств на нужды товарищества в подтверждение соответствующих доводов ответчика, ФИО33 суду представлено не было. Содержащиеся в отчете сведения об операциях по счетам соответствуют выпискам, представленным в материалы дела.

Само по себе заявление о фальсификации документов, в силу ст. 186 Гражданского процессуального кодекс Российской Федерации, не влечет автоматического исключения таких документов из числа доказательств, собранных по делу, поскольку именно на стороне, заявившей о подложности, лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства. У судебной коллегий сомнений в достоверности информации, содержащейся в отчете специалиста с учетом его дополнения, совокупности имеющихся в деле доказательств, не вызвало.

Исследовав в соответствии с положениями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные ответчиком в подтверждение расходования денежных средств со счетов товарищества в спорный период, в пределах срока исковой давности, документы (товарные и кассовые чеки), сопоставив их содержание с выписками по счету и выводами специалиста в отчете и дополнении к нему, принимая во внимание, что в пределах срока исковой давности сумма израсходованных со счетов товарищества денежных средств составила 70798,96 рублей (с 13.09.2021 за 2021 год – 15859,69 рублей, за 2022 год – 26770,45 рублей, за 2023 год – 28168,82 рублей), судебная коллегия приходит к выводу, что неподтвержденная чеками и недоказанная к расходованию на нужды товарищества и в соответствии его целями сумма израсходованных денежных средств составляет 33614,12 копеек. При этом, из выписок по счету следует, что значительными суммами из заявленных ко взысканию денежных средств в указанный период со счета ответчиком были оплачены расходы на оплату услуг почтовой связи (10161,36 рублей), копировальных услуг (snyato.ru на сумму 6255 рублей), расходов на приобретение товаров и услуг (электроизделий). Указанные расходы судебная коллегия признает необходимыми для обеспечения нормальной жизнедеятельности товарищества. Каких-либо доказательств, подтверждающих, что расходование ответчиком денежных средств на оплату указанных услуг, производилось в личных целях, истцами в соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, а доводы о том, что в период приобретения ответчиком в строительном магазине товаров и услуг им осуществлялось строительство дома, не подтверждают расходование денежных средств товарищества именно в указанных целях. Соответствующие доводы стороны истцов основаны на предположениях. Ссылки стороны истцов на отсутствие оснований для отнесения суммы, израсходованной на оплату товаров (приобретение обуви и носков) 27.06.2022 на сумму 1677 рублей судебная коллегия отклоняет, поскольку выпиской по счету не подтверждается, что оплата указанной суммы производилась на средства товарищества, кроме того, коллегия отмечает, что требования истцов о взыскании денежных средств на сумму 114272,34 рублей заявлялись исключительно на основании отчета и проанализированных специалистом выписок по счетам, в которых указанная сумма не содержится.

Судом апелляционной дважды объявлялся перерыв для предоставления ответчиком доказательств, подтверждающих расходование денежных средств на нужды товарищества, помимо представленных суду апелляционной инстанции чеков, иных документов, ответчиком не представлено. Ссылки ответчиков ФИО33 и ФИО34 о том, что проверка хозяйственной деятельности осуществлена, что подтверждено утвержденными на собраниях отчетами, с учетом многочисленных судебных споров по оспариванию решений собраний товарищества, сами по себе, в отсутствие документов, подтверждающих обоснование расходования денежных средств в соответствии с целями товарищества, не подтверждают доводов о том, что денежные средства израсходованы в интересах товарищества.

С учетом содержания представленных товарных и кассовых чеков, их количества за спорный период, судебная коллегия приходит к выводу о том, что неподтвержденная к расходованию на нужды товарищества и в его интересах сумма за 2021 год составила 4154,29 рублей, за 2022 год – 3681,01 рубль, за 2023 год – 25778,82 рублей, всего в сумме 33614,12 рублей.

Принимая во внимание взаимосвязь установленных статьями 20, 21 положений Федерального закона от 29.07.2017 № 217-ФЗ, учитывая исполнение в спорный период ФИО33 обязанностей председателя правления товарищества, не оспоренный им факт наличия в его распоряжении доступа к счетам товарищества, то, что председатель товарищества имеет право первой подписи всех финансовых документов, недоказанность осуществления всех операций по счетам на приобретение товаров и услуг в интересах товарищества, исходит из наличия причиненного товариществу в указанной сумме 33614,12 рублей ущерба, который в соответствии с положениями ст. ст. 15, 53.1, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчика ФИО33 в пользу СНТ «Машиностроитель-2».

С учетом изложенного, руководствуясь положениями пункта 3 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении иска СНТ «Машиностроитель-2» к ФИО33 и принятии в этой части нового решения о частичном удовлетворении требований, взыскании с ФИО33 в пользу СНТ «Машиностроитель-2» суммы 33614 рублей 12 копеек.

Остальные доводы апелляционной жалобы повторяют позицию, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не опровергают вышеизложенных выводов, основаны на неправильном толковании норм материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

принять отказ ФИО15 от иска к ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств.

Решение суда в части отказа в удовлетворении иска ФИО15 к ФИО34, ФИО35, ФИО36 о взыскании денежных средств отменить, производство по делу в данной части прекратить.

Разъяснить ФИО15, что она не вправе обращаться в суд с теми же требованиями, к тем же ответчикам и по тем же основаниям.

Решение Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 08.09.2025 отменить в части отказа во взыскании с ФИО33 в пользу СНТ «Машиностроитель-2» денежных средств, принять в этой части новое решение о частичном удовлетворении данных требований.

Взыскать с ФИО33 в пользу СНТ «Машиностроитель-2» денежные средства в размере 33614 рублей 12 копеек.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий А.А. Олькова

Судьи Е.Р. Ильясова

Т.А. Тяжова