Приговор № 1-362/2019 от 1 сентября 2019 г. по делу № 1-362/2019

Дело № 1-362/19


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(извлечение для размещения на Интернет-сайте суда)

Санкт-Петербург 02 сентября 2019 г.

Судья Калининского районного суда Санкт-Петербурга Мещерякова Л.Н.

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Калининского района Санкт-Петербурга ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитников – адвокатов Зубаревой Э.В., представившей удостоверение №1499 и ордер №685864, и ФИО3, представившей удостоверение №838 и ордер №685670,

при секретаре Кирилловой М.А.,

рассмотрев уголовное дело в отношении ФИО2, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

/содержащегося под стражей с 16.07.2018 г., в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ и фактически задержан 14.07.2019 г./,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

В период времени с 19 часов 21 минуты 11.07.2018 г. до 08 часов 42 минут 12.07.2018 г., ФИО2, находясь на прилегающей к д.Х по Х пр. в Калининском районе Санкт-Петербурга территории, на будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Б., действуя умышленно, нанес последнему не менее 9 ударов фрагментом ствола дерева в область головы, чем причинил потерпевшему, помимо повреждений, не повлекших за собой вред здоровью, открытую тупую черепно-мозговую травму: <…….>, которая расценивается как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни.

В результате действий ФИО2 наступила смерть Б. на месте происшествия в указанный период времени от открытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными переломами костей свода и основания черепа, ушибом головного мозга, осложнившейся развитием острой кровопотери.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства подсудимый ФИО2 не отрицал, что причинил Б. телесные повреждения, то есть фактически признал вину в причинении Б. смерти, указывая, что не желал наступления смерти последнего.

По обстоятельствам происшедшего ФИО2 пояснил, что 11.07.2018 г. встретился с Б., с которым был знаком, но не поддерживал с ним близких, приятельских отношений, не знал, что Б. является лицом БОМЖ. Б. попросил у него разрешения зайти к нему домой, попить чая. Он /ФИО4/ не хотел приглашать Б. домой, так как его /ФИО4/ отец возражал против привода в квартиру лиц, злоупотребляющих спиртными напитками. Поэтому он сказал Б., что живет совместно с отцом, Х, который должен вернуться с дачи. Но все равно он /ФИО4/ разрешил Б. зайти в квартиру, где провел его в свою комнату, а сам ушел на кухню. Вечером он сказал Б., что не может разрешить ему остаться ночевать, так как должен приехать отец, и попросил Б. уйти, сказав, что если отец с дачи не приедет, то он скажет об этом и разрешит вернуться на ночлег. Б. ушел до 22 часов, сказав, что будет находиться у трансформаторной будки, расположенной у дома.

В какой-то момент после ухода Б. он /ФИО4/ решил проверить сохранность своих вещей, так как ранее отец ругался, что после прихода его знакомых пропадают вещи, в связи с чем стал закрывать остальные комнаты в квартире на ключ. При проверке обнаружил, что пропало его /ФИО4/ обручальное кольцо, которым он дорожил. Тогда он пошел на улицу искать Б., чтобы разобраться с ним, выяснить по поводу пропавшего. Б. находился на скамейке за трансформаторной будкой. Далее он /ФИО4/ события помнит плохо, помнит, что был конфликт с Б., в ходе которого последний в грубой форме пожелал смерти его отцу. После чего он /ФИО4/ «взорвался», не помнит, как наносил удары Б., но допускает, что находясь в сильном возбуждении, мог нанести ему удары. Далее помнит, что утром, выйдя из дома, не обнаружил Б. на месте, где тот обычно находился. А уже после задержания узнал, что Б. умер.

Также ФИО2 пояснил, что сожалеет о случившемся. Указал, что злоупотребление им последние годы спиртными напитками было вызвано трудными жизненными обстоятельствами. Однако, в тот день он спиртные напитки не употреблял. Считает, что его поведение было вызвано тем, что он психически не здоров.

Помимо данных в ходе судебного разбирательства показаний подсудимого ФИО2, его вина в совершении преступления подтверждается:

Показаниями свидетеля Э., которая пояснила, что проживает по адресу: Х в Санкт-Петербурге. Летом 2018 г. /точную дату не помнит/, около 8 часов утра, она гуляла с собакой у своего дома. У данного дома находится детский сад, у забора которого расположена трансформаторная будка. За этой будкой стоит скамейка. Когда она проходила мимо будки, увидела лежащего лицом вниз между будкой и скамейкой мужчину. Там было очень много крови, у мужчины была разбита голова, он не двигался. Тогда она сходила домой за телефоном, вернулась к месту происшествия и сообщила о случившемся в дежурную часть полиции, а они вызвали «скорую помощь». Когда приехала «скорая помощь», она ушла на работу.

Протоколом осмотра места происшествия и трупа Б., проведенного в период времени с 10 часов 43 минут до 14 часов 14 минут 12.07.2018 г., с фототаблицей к нему, согласно которым местом происшествия является участок местности, прилегающий к д.Х по Х пр. в Санкт-Петербурге. В ходе осмотра указанного участка, у технического здания /трансформаторной будки/ №Х обнаружен труп Б. с признаками насильственной смерти. В ходе осмотра, в числе иных предметов и объектов, был изъят фрагмент ствола дерева со следами вещества красно-бурого цвета /т.1 л.д.18-33/.

Данными в ходе проведения проверки показаний на месте показаниями ФИО2 Так, из протокола проверки показаний на месте следует, что ФИО2 при проверке показаний на месте указал место совершения им преступления, а именно у трансформаторной будки, расположенной у д.Х по Х пр. в Санкт-Петербурге; пояснил, что 11.07.2018 г., примерно в 22 часа, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в указанном месте, в ходе конфликта с Б., нанес ему, лежащему на скамейке, не менее трех ударов фрагментом ствола дерева в область головы; продемонстрировал механизм нанесения ударов /т.1 л.д.145-154/.

Заключением судебно-медицинской экспертизы № Х от 20.08.2018 г., согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа Б. установлена открытая тупая черепно-мозговая травма: <…….>.

Установленная на трупе открытая черепно-мозговая травма, получена потерпевшим прижизненно.

Вдавлено-дырчатый перелом, установленный на чешуе левых теменной и затылочной костей, соответственно вышеописанным ранам в данной анатомической области, причинен в результате воздействия (удара) твердым тупым предметом (предметами) с ограниченной следообразующей поверхностью.

Наличие на голове двух ран и вдавленного оскольчатого перелома в их проекции указывает на то, что они образовались не менее чем от двух воздействий травмирующим предметом (предметами).

Все повреждения, относящиеся к открытой тупой черепно-мозговой травме, следует оценивать в совокупности и отнести к повреждениям, повлекшим опасный для жизни тяжкий вред здоровью, а в данном конкретном случае смерть потерпевшего, то есть стоящим в прямой причинной связи с наступлением его смерти.

Также при судебно-медицинском исследовании трупа Б. установлены следующие повреждения: <…….>.

Вышеуказанные ссадины, внутрикожные кровоизлияния и багрово-синюшный кровоподтек образовались в результате 7 воздействий твердым тупым предметом (предметами) по механизму удара (кровоподтек), удара-трения (ссадины), трения-давления (внутрикожные кровоизлияния).

Кровоподтек и ссадины были причинены потерпевшему прижизненно, вероятнее всего, в одном временном промежутке с открытой тупой черепно-мозговой травмой.

Ссадины, внутрикожные кровоизлияния и багрово-синюшный кровоподтек следует оценивать в совокупности и отнести к повреждениям не повлекшим за собой какой-либо вред здоровью, то есть не стоящим в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Достоверно высказаться о механизме и давности образования дефекта мягких тканей с признаками гнойного воспаления в проекции левой паховой области не представляется возможным. Можно лишь предположить, что давность причинения данного повреждения может соответствовать нескольким суткам. Оценке причиненного им вреда здоровью данное повреждение не подлежит, в причинной связи со смертью не стоит.

Кроме того, при исследовании трупа Б. были обнаружены рубцы и дефекты кожных покровов, достоверно высказаться о механизме и давности образования которых не представляется возможным. Однако, можно предположить, что данные повреждения образовались в результате нарушения местного кровообращения и местной трофики кожи, подкожной клетчатки, с присоединением гнойной инфекции.

При судебно-химическом исследовании крови, мочи от трупа Б. этиловый спирт обнаружен в крови в концентрации 1,7 +-0,2%о, в моче 3,9+-0,2%о, что у живых лиц может соответствовать средней степени алкогольного опьянения.

Смерть Б. последовала от открытой тупой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными переломами костей свода и основания черепа, ушибом головного мозга, осложнившейся развитием острой кровопотери.

Степень выраженности трупных явлений на момент регистрации трупных явлений 12 июля 2018 г. в 12 часов 30 минут соответствует давности смерти около 12-16 часам /т.1 л.д.202-241/.

Заключением судебно-биологической экспертизы №Х от 31.08.2018 г., из которого следует, что на фрагменте ствола дерева, изъятом с места происшествия, найдена кровь человека, которая, при условии принадлежности ее одному лицу, могла произойти от Б. /т.2 л.д.55-58/.

Заключением медико-криминалистической экспертизы №Х от 26.10.2018 г., согласно которому открытая черепно-мозговая травма: <…….> /т.2 л.д.119-122/.

Протоколом обыска от 12.07.2019 г., из которого следует, что в ходе обыска в жилище ФИО2 по адресу: Х в Санкт-Петербурге отцом подсудимого были добровольно выданы предметы одежды ФИО2 – футболка и брюки со следами вещества бурого цвета /т.1 л.д.99-103/.

Заключением молекулярно-генетической судебной экспертизы №Х от 20.07.2018 г., согласно которому на представленных на исследование футболке красного цвета, брюках черного цвета, изъятых в ходе обыска в кв.Х д.Х по Х пр. в Санкт-Петербурге, обнаружены следы крови. Следы крови, обнаруженные на футболке и брюках, произошли от потерпевшего Б. Происхождение следов от ФИО2 исключается /т.2 л.д.5-39/.

Заключением медико-криминалистической экспертизы №Х от 14.12.2018 г., согласно которому на футболке, изъятой в ходе обыска по адресу: Х, выявлены красновато-буроватые следы, похожие на кровь, в виде помарок. Помарки образовались от контакта лицевой стороны ткани с достаточными объемами жидкой крови. Красновато-буроватые следы, похожие на кровь, в виде помарок не отображают более подробно механизма образования этих следов /т.2 л.д.126-128/.

Протоколом осмотра изъятых в ходе осмотра места происшествия и в ходе обыска в кв.Х д.Х по Х пр. в Санкт-Петербурге предметов и объектов, и постановлением о признании их вещественными доказательствами и приобщении к материалам дела /т.1 л.д.109-111, 112/.

Показаниями свидетеля К., которая пояснила, что она работает консьержем по адресу: Х. 12.07.2018 г. у нее изымали в ходе выемки видео с камер видеонаблюдения, которые расположены на углу д.Х по Х пр. Также свидетель указала, что время на записи с камер видеонаблюдения соответствует московскому времени /т.2 л.д.60-63/.

Протоколом выемки, согласно которому 14.07.2018 г. по адресу: Х, в ходе проведения выемки, К. были добровольно выданы записи с камеры видеонаблюдения, установленной на д.Х по Х пр. в Санкт-Петербурге, за период времени с 19 часов 20 минут по 19 часов 50 минут 11.07.2018 г.; данные записи были записаны на диск, который был изъят /т.1 л.д.129-133/.

Протоколом осмотра изъятого диска, из которого следует, что был осмотрен DVD-R диск с видеозаписью камеры видеонаблюдения, установленной на д.Х по Х пр. в Санкт-Петербурге, на котором видно как в 19 часов 21 минуту 11.07.2018 г. двое мужчин /установленные в ходе предварительного следствия как обвиняемый ФИО2 и потерпевший Б./ идут вдоль парковочной территории /т.1 л.д.80-82/.

Постановлением о приобщении указанного диска к материалам дела в качестве вещественного доказательства /т.1 л.д.83/.

Показаниями свидетеля Н., из которых следует, что он проживает по адресу: Х. 11.07.2018 г. он находился весь день дома. В позднее время он смотрел чемпионат мира по футболу. Окна в его комнате, где он смотрел телевизор, были открыты нараспашку. Около 00 часов 00 минут 12.07.2018 г. он услышал мужские голоса. По голосу он предположил, что мужчинам было около 40-45 лет. По их разговору и крикам было понятно, что между ними происходит конфликт, но слова он не смог разобрать. Данное окно у него выходит на трансформаторную будку. Сколько продолжались мужские крики, он не может сказать, ему кажется, не более 15 минут, после чего они перестали ругаться. По их голосам можно было понять, что мужчины находятся в состоянии алкогольного опьянения, но опознать голоса он не сможет. Крики он слышал, когда счет в матче между Хорватией и Англией был 1:1 /т.1 л.д.73-74/.

Протоколом осмотра интернет страницы Х, согласно которому 11.07.2018 г. футбольный матч между Хорватией и Англией начался в 21 час 00 минут по московскому времени; счет 1:1 был на 68 минуте после начала матча, то есть в 22 часа 08 минут /т.1 л.д.104-17/.

Постановлением о приобщении 2-х скрин-шотов с указанной интернет страницы к материалам дела в качестве вещественных доказательств /т.1 л.д.108/.

Показаниями свидетеля ФИО5, который пояснил, что является братом ФИО2 Он проживает отдельно от брата и отца. Но ему известно, что брат употребляет спиртные напитки. О случившемся с братом узнал от сотрудников полиции. В предыдущий перед вызовом отца сотрудниками полиции день он /ФИО5./ заходил к отцу домой, но брата не видел, дверь в его комнату была закрыта.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд считает их относимыми, допустимыми и достаточными и находит, что вина ФИО2 в совершении преступления установлена и доказана совокупностью приведенных выше доказательств, сомневаться в достоверности которых у суда нет оснований, поскольку они являются не противоречивыми, согласуются между собой, дополняя друг друга.

Оценивая показания подсудимого ФИО2 о том, что в день вышеописанных событий он не употреблял спиртные напитки и не находился в состоянии опьянения, суд к данным показаниям относится критически, поскольку они опровергаются его же показаниями, данными в ходе проведения проверки показаний на месте в присутствии понятых, сведениями, содержащимися в заключении первичной стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, в ходе проведения которой ФИО2 не отрицал вину в инкриминируемом ему деянии, не отрицал, что выпивал вместе с потерпевшим в тот день.

В отношении ФИО2 проведена стационарная судебная психиатрическая экспертиза /заключение №Х от 18.07.2019 г./, в результате которой комиссия врачей пришла к заключению, что ФИО2 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает, Х. При настоящем клиническом обследовании /с учетом психологического/ у подэкспертного не выявлено психотической симптоматики, выраженных нарушений мышления, эмоционально-волевой и интеллектуальной сферы, критических и прогностических способностей. Имеющиеся у него легкие признаки органоидности когнитивных процессов не достигают степени, которая лишала бы ФИО2 в настоящее время способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, самостоятельно совершать действия, направленные на реализацию указанных прав и обязанностей, участвовать в судебных заседаниях. Предъявление подэкспертным при настоящем обследовании слуховых и зрительных обманов восприятия, а также заявления о грубых мнестических расстройствах не подтверждаются материалами уголовного дела, данными настоящего наблюдения и обследования, не сопровождаются соответствующими нарушениями мышления и эмоционально-волевой сферы и носят защитно-установочный характер. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается /т.3 л.д.59-62/.

Выводы экспертов полностью соответствует объективным данным, установленным в ходе судебного следствия, в связи с чем суд признает заключение экспертов обоснованным, а ФИО2 вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния.

Давая юридическую оценку действий ФИО2, исходя из характера примененного насилия – нанесение не менее 9 ударов фрагментом дерева в область жизненно важного органа – голову потерпевшего, характера причиненных повреждений, свидетельствующего о нанесении ударов со значительной силой, учитывая, что в период инкриминируемого деяния ФИО2 осознавал общественную опасность своих действий, суд считает, что он предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего, не желал, но сознательно допускал эти последствия либо относился к ним безразлично, а потому суд такие действия подсудимого квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ.

При назначении наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, отягчающих наказание, суд не усматривает. При этом суд считает, что обстоятельства совершения преступления, личность виновного свидетельствуют о том, что состояние опьянения, в котором находился подсудимый в момент совершения преступления, не оказали существенного влияния на его поведение.

Суд учитывает, что ФИО2 ранее не судим, фактически вину в совершении преступления признал, сожалеет о случившемся, <…….>. Кроме того, суд принимает во внимание, что материальных претензий к ФИО2 не заявлено, моральный вред кому-либо не причинен.

Указанные обстоятельства суд признает смягчающими и в своей совокупности исключительными, с учетом которых считает возможным назначить ФИО2 наказание с применением ст.64 УК РФ – ниже низшего предела, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

Вместе с тем, несмотря на отсутствие отягчающих обстоятельств, наличие смягчающих обстоятельств, суд не усматривает достаточных оснований для снижения категории преступления на менее тяжкое в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.307,308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание с применением ст.64 УК РФ в виде 4 /четырех/ лет 6 /шести/ месяцев лишения свободы, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО2 - заключение под стражей оставить без изменения, отменив по вступлении приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с момента вступления приговора в законную силу, зачесть в срок отбывания наказания время содержания под стражей в качестве меры пресечения со дня фактического задержания – с 14 июля 2018 г. до вступления приговора в законную силу, в соответствии с положениями п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по делу: DVD-R диск с видеозаписью с камеры видеонаблюдения, два скрин-шота – оставить хранить в уголовном деле; срезы ногтевых пластин, предметы одежды, фрагмент ствола дерева, нож, сумку, липкие ленты со следами рук – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае обжалования приговора, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья:

Приговор вступил в законную силу