Приговор № 22-3551/2021 от 28 июня 2021 г. по делу № 1-3/2021

Мотивированный
приговор изготовлен 28 июня 2021 года

Председательствующий Шторх Ю.Г. Дело № 22-3551/2021

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 25 июня 2021 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Каркошко А.А.,

судей Антропова М.В., Братанчук М.А.,

при помощниках судьи Ванчуговой Е.А., Щипачевой Н.А.,

с участием прокуроров апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Азанова П.П., Пылинкиной Н.А.,

осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи,

в его защиту адвоката Гречкина В.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвоката НекрасовойН.В. на приговор Нижнесергинского районного Свердловской области от 05марта2021 года, которым

ФИО1,

..... года рождения,

ранее судимый:

- 03 июля 2013 года Орджоникидзевским районным судом г. Екатеринбурга по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- 05 февраля 2014 года Верх-Исетским районным судом г. Екатеринбурга (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 23 июня 2014 года) попп. «а, в, г» ч. 2 ст.161 УК РФ, с применением ч.5 ст.69 УК РФ (приговор от 03 июля 2013 года) к наказанию в виде лишения свободына срок 4 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освобожден по отбытию наказания 13 декабря 2017 года;

- 28 мая 2018 года мировым судьей судебного участка № 4 Серовского судебного района Свердловской области по ч.1 ст.158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, 04 декабря 2018 года освобожден условно-досрочно на 2 месяца 6 дней;

осужденный:

- 12 марта 2020 года приговором Нижнесергинского районного суда Свердловской области по п. «б» ч. 2 ст.158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- 01 сентября 2020 года приговором Нижнесергинского районного суда Свердловской области по п. «а» ч. 2 ст.158, п.п. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ, в соответствии с ч.5 ст.69УК РФ (приговор от 12 марта 2020 года) к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 8 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

осужден по:

- п. «а» ч. 3 ст.158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев;

- ч. 4 ст. 150 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 6 лет.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием по приговору Нижнесергинского районного суда от 01 сентября 2020 года назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Содержится по стражей.

Срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок наказания зачтено время содержания под стражей с 04 марта 2020 года по 03 мая 2020 года включительно, а также с 05 марта 2021 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Приговором суда определена судьба вещественных доказательств, распределены процессуальные издержки.

Заслушав доклад судьи Каркошко А.А., выступления осужденного ФИО1, адвоката Гречкина В.И., прокуроров Азанова П.П., Пылинкиной Н.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

приговором суда ФИО1 признан виновными в совершении:

- в декабре 2019 года кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, принадлежащего К на общую сумму 50361 рубль, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.

- в начале декабря 2019 года в вовлечении путем обещаний несовершеннолетнего П., ..... года рождения, в совершение тяжкого преступления.

Преступления совершены в Нижнесергинском районе Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденного ФИО1 и дополнениях к ней адвоката НекрасовойН.В. ставится вопрос об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов авторы жалобы указывают, что действия осужденного судом квалифицированы неверно, несовершеннолетнего П в совершение преступления Ф.Е.ВБ. не вовлекал. Выводы суда основаны на противоречивых и недостоверных показаниях П о способе проникновения, об обстоятельствах совместного хищения, которые опровергаются показаниями ФИО1 о невозможности проникновения в жилище потерпевшей способом, описанным несовершеннолетним. Отмечают, что К и Л принимавшие участие в проверке показаний П на месте в качестве понятых, дали противоречивые показания о том, демонстрировал ли несовершеннолетний в ходе проведения данного следственного действия способ проникновения. Анализируя показания свидетелей П,К,К указывает, что они противоречат показаниям П и не подтверждают обстоятельства преступлений, в совершении которых он признан виновным судом первой инстанции. Обращают внимание на то, что при осмотре 22 марта 2020 года места происшествия дом К осматривался лишь снаружи, в связи с чем в материалах уголовного дела отсутствуют фотографии отверстия, через которое П по его словам, проникал в дом.

Осужденный кроме того указывает, что предварительное расследование и судебное разбирательство проведены поверхностно, нарушено его право на очные ставки, все заявленные им ходатайства отклонялись, его сообщения об оказании на него давления сотрудниками полиции не фиксировались, решения по ним в установленном законом порядке не принимались, что лишило его возможности их обжалования. Провозглашение приговора проведено в отсутствие прокурора, защитника и секретаря судебного заседания.

Кроме того, осужденный полагает обязательным проведение в отношении него судебно-психиатрической экспертизы, поскольку он обвиняется в совершении двух тяжких преступлений.

Осужденный также считает, что суд не зачел в срок наказания наказание, отбытое по приговору Нижнесергинского районного суда от 01сентября2020года. На основании изложенного авторы жалобы просят уголовное дело направить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом или на новое судебное рассмотрение в тот же суд.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного Ф.Е.ВВ. и дополнения к ней адвоката Некрасовой Н.В. государственный обвинитель - помощник прокурора Нижнесергинского района Карев С.В. приводит доводы о законности, обоснованности и справедливости приговора и просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Заслушав выступления осужденного ФИО1, адвоката Гречкина В.И., просивших об отмене приговора по доводам апелляционной жалобы, прокуроров апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Азанова П.П., полагавшего приговор законным и обоснованным, прокурора Пылинкиной Н.А., просившей изменить приговор в связи с неправильным определением обстоятельств, подлежащих учету при назначении наказания, вида исправительного учреждения, проверив материалы уголовного дела, проанализировав доводы стороны обвинения и защиты, судебная коллегия приходит к следующему.

В судебном заседании ФИО1 утверждал, что в дом К он проникал трижды, как один, так и вместе с К а не с несовершеннолетним П Пояснял, что дверь в дом они сломали гвоздодером, поскольку отверстие над дверями было перекрыто балками. Подтвердил, что похитил все перечисленное в обвинительном заключении имущество за исключением пылесоса, двд-плеера, компакт – дисков, вентилятора, гвоздодера, ковра и магнитофона.

Будучи допрошенным на предварительном следствии ФИО1 утверждал, что кражу у К совершил без соучастников и в один день. При этом в сам дом, сени он не заходил, а все ценное имущество обнаружил и похитил во дворе и из бани.

После предъявления обвинения ФИО1 полностью согласился с объемом похищенного имущества, по-прежнему оспаривая проникновение в жилище потерпевшей.

Далее ФИО1 утверждал, что хищение совершал с несовершеннолетним П, но в совершение преступления он его не вовлекал, того в дом потерпевшей направил его отец - К Но вместе с несовершеннолетним они пришли к дому потерпевшей, и поскольку двери сеней были закрыты на замок, П через отверстие над дверями проник внутрь. Сам он взломал замок гвоздодером, после чего они похитили из сеней две пилы, бензокосу. Через несколько дней он пришел в дом один и похитил имущество потерпевшей, как из самого дома, так и из бани, сложив все в мешок и отнеся часть к себе домой, а часть спрятал в огороде. На протяжении последующих дней он переносил похищенное к себе в дом. При этом ФИО1 пояснил, что он действительно предлагал П подарить велосипед, если тот поможет ему проникнуть в дом и донести вещи.

Проанализировав все показания, данные ФИО1 как в судебном заседании, так и на предварительном следствии, суд пришел к верному выводу о том, что они непоследовательны, противоречивы, даны им в целях защиты от предъявленного обвинения и опровергаются представленными стороной обвинения доказательствами.

Признавая ФИО1 виновным в совершении кражи, суд исходил из совокупности относимых и допустимых доказательств, к которым отнес:

- показания потерпевшей К., указавшей, какое именно имущество у нее было похищено, и сообщившей, что часть из всего перечисленного хранилось ею в бане, часть под кроватью в сенях дома, а часть находилась непосредственно в самом доме. При этом утверждала, что вентилятор, двд-плеер, гвоздодер, изъятые впоследствии в жилище ФИО1, принадлежат ей, она их опознала. Кроме того, потерпевшая сообщила, что в отверстие над дверями сеней проникнуть возможно, как и передать через него бензокосу, размеры этого отверстия позволяют это сделать;

- показания свидетелей Т,З,Г,Ц,Б,С,Г,Б,Т,П сообщивших о приобретении ими у ФИО1 имущества, которое, как оказалось, было похищено из дома К., в том числе и тех предметов, хищение которых Ф.Е.ВБ. отрицал;

- показания свидетеля П пояснившего, что обстоятельства хищения он помнит плохо, но при этом утверждавшего, что ФИО1 предложил ему совершить кражу из дома К, пообещав ему за это велосипед, а потом и телефон. Он согласился и они сразу же отправились в дом к К Сообщил, что в дом они проникали неоднократно в разные дни: сам он - через отверстие над дверями, из-за чего порвал куртку, так как там были неровные острые края, а впоследствии взломав двери. Через отверстие он подал Ф.Е.ВГ. бензокосу и пилы, которые он нашел в сенях под диваном, а через двери - иное более габаритное имущество. После этого Фафенгут без него также похищал имущество из дома потерпевшей. При этом несовершеннолетний подробно описал обстановку в доме потерпевшей, а также сообщил, что во второй раз он по просьбе Ф.Е.ВВ. наблюдал за окружающей обстановкой и должен был предупредить его в случае возникновения опасности обнаружения их незаконных действий;

- показания свидетеля Н пояснившего, что Ф сам рассказывал ему о том, что кражу из дома К он совершил вместе с П, которого он подсаживал в окошко;

- показания свидетелей К,П сообщивших, что от сына - П они узнали о том, что он совершал вместе с ФИО1 кражу из дома К поскольку тот пообещал ему телефон и велосипед. Сын рассказал им, что в дом с осужденным проникал дважды, в том числе и через отверстие над дверями;

- показания свидетеля К пояснившей, что она сожительствовала с ФИО1, и тот приносил домой вещи, похищенные из соседнего дома. Кражи он совершал с ее братом, о возрасте которого он был доподлинно осведомлен. Об этом ей рассказывал сам П которому он говорила, что так поступать нельзя. Подтвердила, что ФИО1 приносил в дом вещи неоднократно, и в том числе, пылесос, палас, двд-плеер и вентилятор, то есть то имущество, хищение которого Ф.Е.ВБ. оспаривал. При этом пояснила, что в доме потерпевшей она бывала, видела над дверями отверстие, края которого острые и могут повредить вещи;

- показания свидетелей К и Л принимавших участие в проверке показаний несовершеннолетнего П на месте в качестве понятых и пояснивших, что тот показания давал свободно, подробно описывая обстоятельства совершения кражи и неоднократного проникновения в дом потерпевшей. При этом свидетели подтвердили, что они видели отверстие над дверями, ведущими в сени, которое было таких размеров, которые позволяют пролезть через него несовершеннолетнему;

- показания свидетеля Г проводившего оперативно-розыскные мероприятия по факту хищения имущества из дома К и пояснившего, что была получена информация о причастности к совершению данного преступления ФИО1, который этого не отрицал и добровольно дал явку с повинной. Впоследствии от родителей П. стало известно о том, что несовершеннолетний также принимал участие в совершении кражи;

- свидетеля К проводившей предварительное следствие по уголовному делу и подтвердившей обстоятельства производства с П следственных действий.

Показания потерпевшей и свидетелей подтверждаются и дополняются материалами уголовного дела, в том числе:

- заявлением К, в котором она просит принять меры к привлечению к ответственности неизвестных ей лиц, похитивших из ее дома принадлежащее ей имущество (т. 1 л.д. 37);

- протоколом осмотра земельного участка и дома № 34 по ул. Красных Партизан в с. Кленовское от 19 марта 2020 года, проведенного с участием потерпевшей К и фототаблицей к нему, в ходе установлено, что двор и сам дом находятся под единой крышей, дверь, ведущая на крыльцо дома открыта, повреждений не имеет, далее идет дверь со следами взлома, ведущая в сени. При этом над этой дверью имеется четыре одинаковых отверстия, каждое размером 25х40 см, разделенные рейками. Из сеней в сам дом ведет дверь, которая запорных устройств не имеет. При осмотре потерпевшая указала, где именно находилось похищенное у нее имущество (т. 1 л.д. 45-51, 52- 68);

- протокол проверки показаний П на месте, в ходе которого несовершеннолетний подтвердил свои показания, аналогичные данным в ходе судебного разбирательства. При этом указал, когда и при каких обстоятельствах ФИО1 вовлек его в совершение кражи из домовладения потерпевшей, обещая за это велосипед и телефон, сообщил, как он в первый раз проникал в дом через отверстие над дверями, куда его подсадил ФИО1, где именно находилось имущество (две пилы и бензокоса), которое он передал ФИО1 через то же окно, продемонстрировал, как он проникал через это окно в дом, а также пояснил, что через несколько дней они с ФИО1 проникали в дом уже через двери, взломав их гвоздодером (т. 1 л.д. 136-141);

- протокол явки ФИО1 с повинной о совершении им кражи, подтвержденный осужденным в судебном заседании суда апелляционной инстанции (т. 2 л.д. 77-78);

а также иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Вопреки доводам стороны защиты показания потерпевшей и вышеуказанных свидетелей последовательны, согласуются между собой, дополняют и уточняют друг друга, не содержат существенных противоречий относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения дела, и подтверждаются другими доказательствами, анализ которых приведен в приговоре. Оснований полагать, что кто-либо из свидетелей или потерпевшая оговорили осужденного, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

При этом суд обоснованно признал показания указанных лиц на предварительном следствии допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они были даны в установленном законом порядке.

Доводы осужденного о нарушении его права на допрос показывающих против него лиц, поскольку с ними не были проведены очные ставки, являются несостоятельными, поскольку ему была предоставлена возможность оспорить данные доказательства и все свидетели, против оглашения показаний которых ФИО1 возражал, были допрошены непосредственно в его присутствии в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции.

Утверждения осужденного о невозможности проникнуть в дом через отверстие над дверями, ведущими в сени опровергаются как показаниями свидетеля П указавшего именно на этот способ первого проникновения в дом потерпевшей, ее показаниями, а также показаниями свидетелей К,Л и К пояснивших, что над дверями сеней имеется отверстие, через которое несовершеннолетний мог проникнуть в дом, протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей к нему, протоколом проверки показаний П на месте, так и показаниями свидетеля Н., допрошенного по ходатайству самого осужденного, пояснившего о том, что сам осужденный рассказал ему о данном способе проникновения П в дом потерпевшей.

Из протокола проверки показаний П на месте следует, что он не только объяснил, как он в первый раз проникал в дом, но и продемонстрировал эти действия в присутствии понятых, которые в ходе судебного разбирательства, вопреки доводам осужденного, подтвердили данный факт. При этом противоречия в показания данных свидетелей были устранены путем оглашения показаний К. пояснявшего на предварительном следствии, что несовершеннолетний демонстрировал способ проникновения, и свидетель данные показания подтвердил, пояснив, что детали проводимого с участием несовершеннолетнего следственного действия он не помнит по прошествии времени.

Протокол проверки показаний П на месте соответствует требованиям ст. 191 УПК РФ, подписан всеми участниками данного следственного действия, в том числе законным представителем несовершеннолетнего, педагогом, понятыми, которые замечаний к его содержанию и самому следственному действию не имели.

Таким образом, проверив все доводы осужденного, исследовав все представленные сторонами доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Действия ФИО1 по завладению имуществом потерпевшей квалифицированы как продолжаемое преступление, поскольку совершались им на протяжении нескольких дней с единым умыслом и целью.

При таких обстоятельствах суд верно квалифицировал действия осужденного по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение имущества с незаконным проникновением в помещение и в жилище.

Вместе с тем судебная коллегия полагает необходимым исключить из осуждения ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

В соответствии со ст. 19 УК РФ уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного Уголовным кодексом Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 20 УК РФ уголовной ответственности по ст. 158 УК РФ подлежат лица, достигшие ко времени совершения преступления 14 лет.

Как установлено судом и подтверждается материалами уголовного дела, кража была совершена осужденным, в том числе, с П которому на тот момент исполнилось только 13 лет, то есть он не достиг возраста уголовной ответственности, в связи с чем уголовное дело в отношении него прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ(т. 2 л.д. 168-169).

При этом ФИО1 был достоверно осведомлен о малолетнем возрасте П что подтверждается как показаниями несовершеннолетнего, так и показаниями свидетелей К,К,П., а также показаниями самого осужденного на предварительном следствии.

При этом доводы осужденного о том, что данные показания были даны им под психологическим давлением сотрудников полиции – оперуполномоченного Г следователя К были проверены как судом первой, так и судом апелляционной инстанций указанные лица были допрошены, исследованы все жалобы осужденного, с которыми он обращался на действия данных сотрудников правоохранительных органов, в которых не содержится указаний на конкретные факты незаконных методов ведения следствия.

Обосновывая в приговоре законность протоколов допросов подозреваемого и обвиняемого, суд обоснованно исходил из совокупности данных, свидетельствующих о том, что ФИО1 надлежащим образом и своевременно разъяснялись его права в качестве подозреваемого и обвиняемого, положения ст. 51 Конституции РФ, а также были созданы условия для реализации этих прав.

Каждое из положенных в основу приговора доказательств было получено с соблюдением установленной процедуры, являющейся гарантией недопущения незаконного воздействия на подозреваемого или обвиняемого, поскольку в допросах в обязательном порядке участвовал защитник, что подтверждается ордером адвоката, подписями участников следственных действий, в том числе, самого ФИО1, отсутствием у них замечаний.

При этом неоднократные допросы ФИО1 в присутствии защитника, свидетельствуют о наличии у него реального права выбора любой желаемой позиции по делу, что в условиях оказания на него незаконного воздействия было бы исключено. Разъяснение же следователем последствий дачи признательных показаний не может расцениваться как оказание на него какого-либо воздействия в целях самооговора.

Исходя из положений ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. При этом в соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), а также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вместе с тем, если объективную сторону деяния выполняли оба лица (подлежащее и не подлежащее уголовной ответственности), то такое деяние квалифицируется как совершенное группой лиц. При этом факт сговора с лицом, не подлежащим уголовной ответственности, не имеет юридического значения, в силу чего содеянное может быть квалифицировано только как совершенное группой лиц без предварительного сговора (п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

Однако ст. 158 УК РФ не предусматривает такого квалифицирующего признака, в связи с чем из осуждения ФИО1 подлежит исключению квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

Вопрос о наказании осужденного ФИО1 по ст. 158 УК РФ разрешен судом в соответствии с положениями ст. 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, обстоятельств дела, личности виновного.

При решении вопроса о виде и размере наказания, назначенного осужденному, суд обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления. В качестве данных о личности то, что он отрицательно характеризуется участковым уполномоченным полиции.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции обоснованно признаны: явка с повинной (п. «и» ч.1 ст. 61 УК РФ), а также состояние здоровья осужденного и частичное признание им вины (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие у ФИО1 несовершеннолетней дочери не имеется, поскольку, как пояснил сам осужденный, в воспитании и содержании П, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, биологическим отцом которой он себя считает, он участия не принимает. Кроме того, в суде первой инстанции осужденный называл иные данные ребенка. В соответствии с ответом на запрос из органов ЗАГСа детей у ФИО1 не имеется, записи о рождении ребенка с данными, названными осужденным, отсутствуют.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание осужденного, суд верно и в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признал рецидив преступлений, правильно признав его вид – опасный. В то же время в обоснование данного вывода суд привел неверную норму права – п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ, признающую особо опасный рецидив, а также ошибочно указал на наличие у ФИО1 двух непогашенных судимостей за совершение тяжких преступлений, тогда как окончательное наказание по приговору Верх-Исетского районного суда от 05 февраля 2014 года ему было назначено на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, что образует единую судимость с приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 03 июля 2013 года.

Судебная коллегия полагает необходимым внести в приговор соответствующие изменения, и с учетом исключения квалифицирующего признака и вносимых изменений снизить размер назначенного Ф.Е.ВГ. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ наказания.

Кроме того, во вводной части приговора следует указать верные сведения о судимости по приговору Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 05 февраля 2014 года с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 23 июня 2014 года, а также указать, что по приговорам после судимости по приговору мирового судьи судебного участка № 4 Серовского судебного района Свердловской области Ф.Е.ВБ. является осужденным, а не ранее судимым.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона, всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Председательствующий создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все заявленные ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке. При этом отказ в удовлетворении ходатайств, заявленных стороной защиты, не свидетельствует о нарушении принципа состязательности процесса.

Доводы осужденного о необходимости назначения судебно-психиатрической экспертизы в связи тем, что ему предъявлено обвинение в совершении двух тяжких преступлений, не состоятельны, поскольку в силу ст. 196 УПК РФ производство экспертизы обязательно только в том случае, если необходимо установить психическое состояние обвиняемого, поскольку возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.

Таких оснований по делу не установлено. ФИО1 активно защищал себя от предъявленного ему обвинения, заявлял ходатайства, предоставлял доказательства. На учетах у психиатра он не состоит. Его вменяемость сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Доводы жалобы о неявке на провозглашение приговора прокурора и защитника как на нарушение, влекущее безусловную отмену приговора, не основаны на требованиях уголовно-процессуального закона, не предусматривающего обязательное участие указанных участников при провозглашении судебного решения. Присутствие секретаря судебного заседания подтверждается протоколом, на который осужденным замечаний в порядке ст. 260 УПК РФ не принесено.

При этом судебная коллегия не усматривает нарушений права осужденного на защиту, поскольку принимавшая участие в судебном заседании адвокат Некрасова Н.В. активно поддерживала позицию своего подзащитного, действовала исключительно в его интересах, обратившись впоследствии с апелляционной жалобой.

Вместе с тем в части осуждения ФИО1 по ч. 4 ст. 150 УК РФ судебная коллегия считает необходимым приговор отменить на основании ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ в связи с существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона, повлиявшими на постановление законного и обоснованного судебного решения и постановить новый обвинительный приговор в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Судом при вынесении приговора указанные требования закона не соблюдены, поскольку описательно-мотивировочная часть приговора не содержит указания на место совершения преступления, квалифицированного судом по ч. 4 ст. 150 УК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что в начале декабря 2019 года ФИО1, достигший 18-летнего возраста, находясь в с. Кленовское Нижнесергинского района, предложил несовершеннолетнему П ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совершить кражу имущества К. из ее домовладения, расположенного по адресу <...>, путем обещания ему вознаграждения в виде велосипеда, а затем и телефона, на что тот ответил согласием. Тем самым ФИО1 вовлек несовершеннолетнего П. в совершение тяжкого преступления.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал, пояснив, что кражу с несовершеннолетним не совершал, в преступление его не вовлекал.

Вместе с тем виновность ФИО1 подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, а именно:

- показаниями свидетеля П., пояснившего, что Ф.Е.ВБ., зная о том, что он несовершеннолетний, в начале декабря 2019 года возле дома, где он проживает с родителями, то есть в с. Кленовское, предложил ему совершить кражу из дома К., пообещав ему за это велосипед, а потом и телефон. Он согласился на его уговоры и поверил обещаниям, после чего дважды вместе с ним проникал в дом потерпевшей и похищал имущество;

- показаниями свидетеля К пояснившей, что от брата П знает, что к совершению кражи из дома К его привлек ФИО1 До этого она говорила ФИО1, что ее брату только 13 лет;

- показаниями свидетелей К,П сообщивших, что ФИО1 сожительствовал с их дочерью, которая сама являлась несовершеннолетней, поэтому он точно знал, что П тоже несовершеннолетний, поскольку он младше сестры. Сообщили, что от сына знают о том, что кражу из дома К ему предложил совершить ФИО1, пообещав велосипед и телефон;

- протоколом проверки показаний П. на месте, в ходе которой несовершеннолетний указал, что в совершение кражи его вовлек ФИО1 (т. 1 л.д. 136-141);

- показаниями свидетелей К,Л принимавших участие в проверке показаний несовершеннолетнего П на месте в качестве понятых и подтвердивших обстоятельства производства данного следственного действия;

- копией свидетельства о рождении П согласно которой он родился 08 октября 2016 года и на декабрь 2019 года он являлся несовершеннолетним (т. 1 л.д. 134);

Оценивая вышеприведенные показания допрошенных по делу свидетелей судебная коллегия не находит оснований сомневаться в их достоверности, так как никто из указанных лиц оснований для оговора ФИО1 не имел, их показания последовательны, логичны, не противоречат и дополняют друг друга, соответствуют обстоятельствам дела, а также подтверждаются другими доказательствами по делу, позволяя установить фактические обстоятельства произошедшего.

При этом из показаний указанных лиц следует, что ФИО1 был достоверно осведомлен о несовершеннолетнем возрасте П в силу фактических брачных отношений с его сестрой, совместного празднования дня рождения П а также будучи осведомленным о том, что он младше его сожительницы и учится в школе.

Вовлек ФИО1 несовершеннолетнего в совершение кражи путем обещаний ему велосипеда и телефона.

При этом вопреки доводам осужденного совместное с ним участие П в совершении кражи с незаконным проникновение в жилище, то есть в совершении тяжкого преступления, подтверждается совокупностью доказательств, оценка которым дана в приговоре суда первой инстанции и проверена судебной коллегией, чему выше уже дана оценка в апелляционном определении.

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» лицо, склонившее к совершению кражи заведомо не подлежащего уголовной ответственности участника преступления в соответствии с ч. 1 ст. 33 УК РФ несет уголовную ответственность как исполнитель содеянного. При наличии к тому оснований, предусмотренных законом, действия указанного лица должны дополнительно квалифицироваться по ст. 150 УК РФ.

Таким образом, судебная коллегия, на основе собранных по делу доказательств квалифицирует действия ФИО1 по ч. 4 ст.150 УК РФ как вовлечение несовершеннолетнего в совершение тяжкого преступления путем обещаний, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста.

Оснований для инкриминирования ФИО1 квалифицирующего признака – вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу, как верно указал суд, не имеется, поскольку до этого момента такой группы не существовало.

При назначении ФИО1 наказания по ч. 4 ст. 150 УК РФ, судебная коллегия, исходя из положений ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории тяжких, вышеперечисленные данные о личности ФИО1, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающее наказание обстоятельство – состояние здоровья, а также на основании п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ отягчающее наказание обстоятельство – рецидив преступлений, который в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ опасный.

Оценив все обстоятельства в совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости назначения ФИО1 по ч. 4 ст. 150 УК РФ наказания в виде лишения свободы с применением ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Оснований для применения ч. 3 ст. 68, 64 УК РФ, в том числе правовых – для применения ст. 73 УК РФ, для изменения категорий преступлений в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ в связи с наличием отягчающего наказание обстоятельства, не имеется.

Окончательное наказание надлежит назначить ФИО1 по правилам ч. 3 и 5 ст. 69 УК РФ, поскольку он осужден приговором Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 01 сентября 2020 года.

При этом в срок окончательного наказания подлежит зачету наказание, отбытое им по указанному приговору, а также время содержания под стражей по настоящему делу на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Отбывание наказания осужденному следует определить в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, поскольку в его действиях имеется опасный рецидив преступлений и ранее он отбывал лишение свободы.

В то же время в части разрешения вопроса о распределении процессуальных издержек приговор подлежит отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Из протокола судебного заседания следует, что, принимая оспариваемое решение, вопрос о взыскании с осужденного судебных издержек за участие адвоката на предварительном следствии суд на обсуждение сторон не поставил, имущественное положение ФИО1, а также вопрос о наличии либо отсутствии оснований для освобождения от уплаты процессуальных издержек у подсудимого не выяснял.

Изложенное свидетельствует о том, что порядок принятия указанного решения не соответствует критериям справедливого судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах приговор в этой части подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение в порядке исполнения приговора, предусмотренного ст. ст. 397, 399 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, п. 3 ч. 1 ст.389.20, 389.23, ст.389.28, 389.31, 389.32, 389.33 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

приговор Нижнесергинского районного Свердловской области от 05марта2021 года в отношении ФИО1 изменить.

Внести изменения во вводную часть приговора, указав, что по приговору Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 05 февраля 2014 года с учетом изменений, внесенных апелляционной определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 23 июня 2014 года окончательное наказание ФИО1 назначено на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ. Указать, что по приговорам после судимости по приговору мирового судьи судебного участка № 4 Серовского судебного района Свердловской области ФИО1 является осужденным, а не ранее судимым.

Исключить из приговора ссылку суда на п. «а» ч. 3 ст. 18 УК РФ, указание на наличие у него двух судимостей за совершение тяжких преступлений.

В части осуждения ФИО1 по ч. 4 ст. 150 УК РФ приговор отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 150 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев.

Из осуждения ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ исключить квалифицирующий признак совершения преступления в группе лиц по предварительному сговору.

Наказание, назначенное ФИО1 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ снизить до 3 лет 5 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, с применением принципа частичного сложения наказаний, назначенных ему по ч. 4 ст. 150, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет 6 месяцев.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказанием по приговору Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 01 сентября 2020 года назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Зачесть в срок наказания в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72, ч. 5 ст. 69 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей по настоящему делу, а также отбытое им по приговору Нижнесергинского районного суда Свердловской области от 01 сентября 2020 года наказание: с 04 марта 2020 года по 24 июня 2021 года включительно из расчета один день за один день.

Этот же приговор в части взыскания процессуальных издержек в виде сумм, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи в связи с его участием в уголовном судопроизводстве по назначению, отменить, уголовное дело в этой части направить на новое судебное рассмотрение в порядке исполнения приговора, предусмотренном ст. ст. 397, 399 УПК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 и адвоката НекрасовойН.В. удовлетворить частично.

Апелляционный приговор вступает в законную силу немедленно и может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного приговора.

Осужденный вправе заявить ходатайство об участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: