Приговор № 22-3217/2021 от 5 октября 2021 г. по делу № 1-2/2021

Судья Суворов Д.Д. дело №22-3217/2021

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Ставрополь 6 октября 2021 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда в составе: председательствующего судьи Соловьева В.А.,

судей Мамукова Е.Б. и Агарковой Н.В.,

при секретаре Ускове С.В., помощнике судьи Дьяченко О.В.,

с участием: прокурора Кривцовой А.Н.,

осужденного ФИО1,

его защитника в лице адвоката Сааковой В.К.,

осужденного ФИО2,

его защитников – адвоката Никитаева С.В., ФИО19,

осужденного ФИО3,

его защитников в лице адвокатов Колоколова И.В., Арутюняна О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Пинчук О.С., по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитников -адвокатов Абрамяна Э.Н., Сааковой В.К., осужденного ФИО2 и его защитника - адвоката Яхшибекяна Э.Н., осужденного ФИО3 и его защитников - адвокатов Колоколова И.В., Арутюняна О.А. на приговор Предгорного районного суда Ставропольского края от 29 марта 2021 г., которым

ФИО1, родившийся <данные изъяты>,

осужден:

- по п. «а» «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 12 мая 2016 г.) к лишению свободы на срок 7 лет 6 месяцев с лишением права в течение 2 лет занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах;

- по п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 31 мая 2016 г.) к лишению свободы на срок 7 лет 6 месяцев с лишением права в течение 2 лет занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначено окончательно лишение свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права в течение 2 лет 6 месяцев занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, ФИО1 взят под стражу в зале суда;

срок отбытия наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу, на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено время содержания под стражей с 11 августа 2016 г. по 28 июня 2017 г., а также с 29 марта 2021 г. по дату вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

ФИО2, родившийся 8 <данные изъяты>,

осужден:

- по п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 12 мая 2016 г.) к лишению свободы на срок 7 лет 6 месяцев с лишением права в течение 2 лет занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах;

- по п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 31 мая 2016 г.) к лишению свободы на срок 7 лет 6 месяцев с лишением права в течение 2 лет занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах;

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначено окончательно лишение свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с лишением права в течение 2 лет 6 месяцев занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, ФИО2 взят под стражу в зале суда;

срок отбытия наказания исчислен с даты вступления приговора законную силу, на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено время содержания под стражей с 8 августа 2017 г. по 7 ноября 2018 г., а также с 29 марта 2021 г. по дату вступления данного приговора в законную силу, в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

ФИО3, родившийся <данные изъяты>,

осужден по ч. 5 ст. 33, п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет 6 месяцев с лишением права в течение 2 лет занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена, ФИО3 взят под стражу в зале суда;

срок отбытия наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу, на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено время содержания под стражей с 12 августа 2016 г. по 11 августа 2017 г., время нахождения под домашним арестом в период с 11 августа 2017 г. по 9 октября 2017 г., а также с 29 марта 2021 г. по дату вступления данного приговора в законную силу, в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Соловьева В.А., выступления прокурора Кривцовой А.Н. по доводам апелляционного представления, полагавшей необходимым приговор изменить, осужденного ФИО1 и его защитника Сааковой В.К., осужденного ФИО2 и его защитников Никитаева С.В., Бородиной О.В., осужденного ФИО3 и его защитников Колоколова И.В., Арутюняна О.А., по доводам апелляционных жалоб, полгавших необходимым приговор отменить, оправдав осужденных, судебная коллегия,

установила:

по приговору суда первой инстанции ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за получение взятки в виде денег за бездействие в пользу взяткодателя, действия которых входили в их служебные полномочия как должностного лица, совершенное группой лиц, по предварительному сговору, с вымогательством взятки (эпизод от 12 мая 2016 г.), а также за получение через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, действия которых входили в их служебные полномочия как должностного лица, совершенное группой лиц, по предварительному сговору, в крупном размере (эпизод от 31 мая 2016 г.), ФИО3 признан виновным и осужден за пособничество, то есть содействие совершению преступления советами и указаниями, в получении через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, действия которых входили в их служебные полномочия как должностного лица, совершенное группой лиц, по предварительному сговору, в крупном размере (эпизод от 31 мая 2016 г.).

Преступления были совершены ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в <адрес> при следующих обстоятельствах.

11 мая 2016 г. в период времени с 20 часов 00 минут до 08 часов 00 минут 12 мая 2016 г., инспектор ДПС взвода № в составе роты № СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес> ФИО1, а также инспектор ДПС взвода № в составе роты № СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес> ФИО2, являясь должностными лицами, заступив на маршрут патрулирования № автодороги федерального значения <адрес> на патрульном автомобиле «Mercedes-Benz E 350» государственный регистрационный знак № осуществляли контроль за безопасностью дорожного движения.

12 мая 2016 г., в период времени с 00 часов 00 минут по 03 часа 00 минут, находясь на участке автодороги федерального значения «<данные изъяты> прилегающей к АЗС «Лукойл» №, расположенной по адресу: <адрес> ФИО1 и ФИО2, остановили автомобиль «Honda Civic», государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО21

После проверки ФИО2 представленных ФИО21 документов на право управления транспортным средством, ФИО2 вступив с в предварительный сговор с ФИО1, направленный на получение ими лично взятки от ФИО21 в виде денег за бездействие в его пользу, если указанные действия входили в служебные полномочия указанных должностных лиц, с вымогательством взятки, 12 мая 2016 г., в период времени с 00 часов 00 минут по 03 часа 00 минут, находясь совместно с ФИО21 возле служебного автомобиля «Mercedes-Benz E 350» государственный регистрационный № на участке автодороги федерального значения «<данные изъяты> прилегающей к АЗС «Лукойл» №, реализуя совместный с ФИО1 преступный умысел, ФИО2 сообщил ФИО21 о наличии у него оснований полагать, что ФИО21 находится в состоянии опьянения, что у них имеются основания для привлечения его к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ (управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения). После этого, ФИО2 потребовал от ФИО21, который в состоянии опьянения не находился, пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении <адрес>, угрожая при этом организовать положительный результат медицинского освидетельствования ФИО21, независимо от фактических его результатов, тем самым сообщили ФИО21 сведения о создании ими условий, которые могут причинить вред его законным интересам и при которых ФИО21 будет вынужден согласиться на дальнейшие требования ФИО1 и ФИО2

Далее, продолжая совместный с ФИО1 преступный умысел, ФИО2 потребовал от ФИО21 передать им в качестве взятки денежные средства в сумме 30 000 рублей, но получив от последнего отказ, сообщил ФИО21, что в случае не выполнения их требований, тот будет привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ (неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей), при этом ФИО2 впоследствии уменьшил сумму взятки до 15 000 рублей, потребовав от ФИО21 принять меры к поиску и передаче им указанных денежных средств.

Испугавшись возможности осуществления ФИО2 сказанного, 12 мая 2016 г., более точное время не установлено, но не позднее 03 часов 00 минут, ФИО21, выполняя выдвинутые требования ФИО2, действующего по предварительному сговору с ФИО1, управляя автомобилем «Honda Civic», государственный регистрационный знак №, в салоне которого находился ФИО2, прибыл к банкомату «Сбербанк», расположенному по адресу: <адрес> где обналичил с используемой им банковской карты платёжной системы «Maestro» денежные средства в сумме 9000 рублей, а также сообщил ФИО2 об имеющейся у него возможности получения остатка денежных средств в размере 6 000 рублей у своего знакомого ФИО38

После этого, ФИО21, продолжая выполнять выдвинутые требования ФИО2, действующего по предварительному сговору с ФИО1, управляя автомобилем «Honda Civic», государственный регистрационный знак № в салоне которого находился ФИО2, прибыл к ранее условленному с ФИО38 месту – АЗС «Роснефть» №, расположенной по адресу: <адрес> где, получив от ФИО38 в долг денежные средства в сумме 6 000 рублей, вернулся к указанному автомобилю, и в вместе с ожидавшим его в автомобиле ФИО2 продолжили движение по автодороге федерального значения <данные изъяты>» в сторону АЗС «Лукойл» №, расположенной по адресу: <адрес>., где был припаркован служебный автомобиль «Mercedes-Benz E 350», государственный регистрационный знак № и находился ФИО1

12 мая 2016 г., точное время не установлено, но не позднее 03 часов 00 минут, управляя автомобилем «Honda Civic», государственный регистрационный знак № двигающегося по автодороге федерального значения «<данные изъяты> ФИО21 передал ФИО2, действующему по предварительному сговору с ФИО1, денежные средства в сумме 15 000 рублей, за непривлечение его к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8, ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, после чего последнего отпустили, а полученными от ФИО21 в качестве взятки денежными средствами в сумме 15 000 рублей ФИО2 и ФИО1 распорядились по своему усмотрению.

Они же, 31 мая 2016 г. примерно в 07 часов, в выходной день, согласно табеля учета служебного времени сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации взвода № роты № СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес>, в форменном обмундировании, на патрульном автомобиле «Mercedes-Benz E 350» государственный регистрационный знак «№», приступили к исполнению служебных обязанностей по контролю за безопасностью дорожного движения и, находясь на участке Федеральной автодороги <данные изъяты> долготы, остановили грузовой автомобиль «№», с полуприцепом цистерной «Ellinghaus dsta-24-43», государственный регистрационный знак №», под управлением водителя ФИО22, перевозящий без соответствующих документов по указанной автодороге по поручению и в интересах ФИО29 спирт, соответствующий требованиям ГОСТ 5962-2013 по крепости, однако содержащий в своем составе кротоновый альдегид и согласно ГОСТ Р 32039-2013 не пригодный для производства ликероводочной продукции, а применимый в медицинской практике как наружное антисептическое средство, осуществляя функции представителей власти, наделенные в соответствии с Федеральным законом «О полиции» организационно-распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом, принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, организациями, учреждениями, независимо от их ведомственной принадлежности и форм собственности, в соответствии с п.п. 39, 44 своих должностных регламентов (должностных инструкций) и п.п. 2, 3 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О полиции» обязаны выявлять, предупреждать и пресекать преступления и правонарушения, не предприняли соответствующих действий, направленных на пресечение и фиксацию выявленного ими (ФИО1 и ФИО2) правонарушения в сфере перевозки спирта без соответствующей лицензии.

Далее, в ходе телефонного разговора ФИО1 с ФИО3, занимавшим должность заместителя командира специализированного батальона ДПС ГИБДД по обеспечению безопасного беспрепятственного проезда автомобилей специального назначения <адрес> ГУ МВД России по <адрес> (далее по тексту заместитель командира СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес>), то есть являющимся на тот момент должностным лицом, которое на постоянной основе исполняет функции представителя власти и, в соответствии с Федеральным законом «О полиции» от 07 февраля 2011 г. № 3-ФЗ и п.п. 10, 13, 14, 16, 24, 25, 28, 49 своего должностного регламента (должностной инструкции) от 01 октября 2015 года, обладал организационно-распорядительными полномочиями по организации работы личного состава таким образом, чтобы исключить необоснованные проверочные мероприятия в отношении граждан и юридических лиц, организации работы личного состава СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес> по исключению укрытия преступлений от учета и осуществлению непосредственного контроля за служебной деятельностью инспекторского состава, подчиненными которого являются ФИО2 и ФИО1, последний доложил о факте выявления незаконной транспортировки водителем ФИО22, действующего по поручению ФИО29, спирта без соответствующих документов. В свою очередь, ФИО3, находясь в неустановленном месте, в период времени с 07 часов 00 минут до 08 часов 00 минут 31 мая 2016 г., действуя умышленно, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, в ходе телефонного разговора с ФИО1, совершая пособничество в совершении особо тяжкого преступления, содействуя совершению преступления советами и указаниями, предложил ФИО1 и соответственно находящемуся в патрульном экипаже ФИО2, высказать требования о передаче им (ФИО1 и ФИО2) взятки в виде денежных средств, за непривлечение ФИО22 и представляемого им лица ФИО29, к установленной законом ответственности и дальнейшего беспрепятственного проезда используемого им транспортного средства со спиртом, тем самым принял участие в совершении преступления в качестве пособника и способствовал совершению ФИО1 и ФИО2 преступления – получения должностными лицами через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, совершённое группой лиц по предварительному сговору.

Получив от ФИО3 указания и советы, ФИО1 и ФИО2, вступили в предварительный сговор, направленный на получение ими как должностными лицами, взятки в виде денег за незаконное бездействие в пользу взяткодателя, в крупном размере, для чего 31 мая 2016 г., примерно в 08 часов ФИО1 потребовал от ФИО22 проследовать к автомобильной стоянке <адрес> где примерно в 11 часов 30 минут того же дня ФИО2, по согласованию с ФИО1, с целью сокрытия своей преступной деятельности, действуя умышленно, привлек в качестве посредника в получении взятки и ведения переговоров с водителем ФИО22 и представляемых им лиц, ранее ему (ФИО2) знакомое лицо, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство, который, в свою очередь, был осведомлен об остановке указанного автомобиля под управлением ФИО22, посредством телефонного разговора с ранее ему знакомым ФИО4, представлявшим интересы ФИО29 Далее, с целью создания условий, при которых ФИО22 и представляемые лица, будут вынуждены передать им (ФИО1 и ФИО2) взятку, ФИО2, сообщил лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, что за непривлечение водителя ФИО8 и представляемых им лиц к установленной законом ответственности и дальнейшего беспрепятственного проезда остановленного ими автомобиля, с находившемся в нем спиртом, ФИО22 и представляемому им лицу ФИО29, необходимо передать им (ФИО1 и ФИО2) денежные средства в сумме 1 000 000 рублей. Данные требования лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, передал ФИО4, который, обсудив с ФИО29 сумму взятки отказался от удовлетворения выдвинутых инспекторами ДПС условий, ввиду их завышенности.

После этого, ФИО1, в ходе телефонного разговора сообщил ФИО3 о выдвижении им требования о передаче взятки и ее размере, а также о факте отказа собственников спирта от передачи взятки ввиду ее несоразмерности и завышенности. ФИО3, продолжая реализацию своих преступных планов и оказывая пособничество в совершении ФИО1 и ФИО2 преступления, предложил ФИО1 снизить сумму взятки, после обсуждения условий которой, между сотрудниками ДПС и собственниками спирта было достигнуто согласие о передачи взятки в размере 300 000 рублей.

Далее, 31 мая 2016 г. примерно в 17 часов 00 минут, ФИО1 и ФИО2, прибыв на указанном выше служебном автомобиле к домовладению, расположенному по адресу: <адрес>, где их ожидало лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, где ФИО1, действуя умышлено, по предварительному сговору с ФИО2, при пособничестве ФИО3, реализуя совместный преступный умысел, направленный на получение ими через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие, выразившееся в не привлечении водителя ФИО22 и представляемых им лиц, к установленной законом ответственности и дальнейшем беспрепятственном проезде остановленного ими автомобиля с находящимся внутри спиртом, находясь в подъезде указанного домовладения, получил от лица, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство, выступающего в качестве посредника, денежные средства в качестве взятки в сумме 300 000 рублей, которыми подсудимые распорядились по собственному усмотрению.

Данные действия ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от 12 мая 2016 г. квалифицированы органом предварительного расследования по п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, по эпизоду от 31 мая 2016 г. по п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, действия ФИО3 по ч. 5 ст. 33, п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, а также по ч. 1 ст. 286 УК РФ, обвинение по которой судом признано излишне вмененным.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Пинчук О.С., не оспаривая выводов суда о виновности ФИО3, ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, за которые они осуждены, считает приговор незаконным и подлежащим изменению по следующим основаниям. Указывает, что суд, назначив подсудимым дополнительное наказание использовал формулировку «лишение права занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах», которая влечет трудности его фактического исполнения, поскольку не понятно, какие именно должности должны считаться организационно-распорядительными и административно-хозяйственными. Полагает необходимым включить в круг указанных должностей и должности, связанные с осуществлением функций представителя власти. Также считает неверной квалификацию осужденных по эпизоду от 31 мая 2016 г. в части указания на незаконное бездействие, входящее в служебные полномочия должностного лица, поскольку непривлечение водителя, допустившего нарушения требований законодательства, к установленной законом ответственности и непринятие мер к задержанию автомобиля, не входит в служебные полномочия ФИО3, ФИО1 и ФИО2, поэтому указание об этом является излишним и подлежит исключению, а диспозиция ст. 290 УК РФ предусматривает ответственность за получение должностным лицом взятки за незаконное бездействие, что фактически и было вменено осужденным. Просит исключить из приговора ссылку на незаконное бездействие, входящее в служебные полномочия должностного лица по эпизоду от 31.05.2016 г., квалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от 31 мая 2016 г. по п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ как получение должностным лицом, через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, действия ФИО3 по ч. 5 ст. 33, п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ как пособничество, то есть содействие совершению преступления советами и указаниями в получении должностным лицом, через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

В апелляционных жалобах:

осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, вынесенным с неправильным применением уголовного закона. Приводя доводы, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе осужденного ФИО2 считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что суд не принял во внимание, что 31.05.2021 он и ФИО2 находились на выходном, и что свидетель ФИО87 оговорил его, поскольку на него оказывалось давление со стороны сотрудников УФСБ. Ссылается на несправедливость назначенного наказания, обосновывая это тем, что суд не учел наличие на иждивении двоих малолетних детей. Отмечает, что перечислив смягчающие обстоятельства по делу, суд фактически не учел их при назначении наказания, и не учел данные о его личности. Считает, что у суда имелись основания для назначения наказания с учетом положений ч. 1 ст. 64 УК РФ. Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор;

адвокат Абрамян Э.Н., действующий в интересах ФИО1, считает приговор незаконным и необоснованным. Отмечает, что судом было нарушено право обвиняемого на защиту. Считает, что суд заранее отдал предпочтение доказательствам, представляемым стороной государственного обвинителя, фактически предрешил исход дела, посчитав ФИО1 виновным еще до удаления в совещательную комнату, поскольку систематически отказывал в удовлетворении заявленных стороной защиты ходатайств. Суд в ходе проводимого судебного следствия отвергал старания стороны защиты в предоставлении доказательств. Просит приговор суда отменить и вынести оправдательный приговор, либо приговор суда отменить и передать дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции;

адвокат Саакова В.К., действующая в защиту интересов ФИО1, считает приговор незаконным и необоснованным, а выводы суда не соответствующим фактическим обстоятельствам дела. В обоснование своей позиции указывает следующее. Ссылки суда на показания свидетелей, перечисленных в обвинительном заключении, чьи показания могут свидетельствовать о совершении преступления, и в частности, о виновности ФИО1 являются необоснованными, поскольку ни один из свидетелей обвинения не указал о виновности в якобы совершенных преступлениях. Кроме того, доказательства, которые положены в основу приговора, являются противоречивыми. Так по эпизоду получения взятки у потерпевшего ФИО21 суд в основу приговора положил показания ФИО21, свидетелей ФИО38, ФИО25, ФИО34-К., ФИО26, ФИО108 и ФИО27, которые между собой не согласуются и имеют массу противоречий, а судом первой инстанции данные противоречия устранены не были. В качестве доказательства виновности ФИО1 суд первой инстанции привел два разговора, однако после их анализа невозможно прийти к выводу о его виновности, поскольку в ходе диалогов сообщается о противоправных действиях неустановленных должностных лиц и оперативная информация, согласно которой установлено, что для реализации своей противоправной деятельности ФИО1 используются три мобильных номера. Однако при проведении ОРМ «Наведение справок» было установлено, что указанные номера принадлежат иным лицам, которые подтвердили, что с ФИО1 они не знакомы. Считает, что факт совершения преступления группой лиц опровергается показаниями ФИО28, который показал, что его остановил ФИО2 и после осмотра автомобиля, они вдвоем направились к служебному автомобилю в сторону багажника, разговор продолжался уже за багажником служебного автомобиля и ФИО1 сидевший в машине, не слышал их разговор о 15 000 рублях, в связи с чем какой-либо сговор на совершение преступления отсутствовал. При отсутствии прямых доказательств передачи ФИО21 денежных средств в виде взятки, отсутствии самих денежных средств и противоречий, которые так и не были устранены в суде первой инстанции, считает, что по данному эпизоду суд не верно признал ФИО1 виновным. Относительно инкриминируемого преступления, совершенного 31 мая 2016 г. отмечает, что согласно табеля учета служебного времени сотрудников СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН <адрес> по СК у сотрудников ФИО1 и ФИО2 в этот день был выходной. Эти сведения подтверждаются показаниями свидетелей ФИО66, ФИО67 и ФИО63 Отмечает, что свидетель ФИО5 опроверг свои показания, пояснив, что ложные показания им были даны в связи с тем, что на него оказывалось психологическое давление со стороны сотрудников УФСБ России по СК, в виде угрозы привлечения его к уголовной ответственности в случае, если он не даст нужные им показания. Согласно записи в протоколе его допроса от 15.06.2017 г. в ходе допроса на него со стороны следователя, либо сотрудников иных правоохранительных структур, какого-либо морального либо физического давления не оказывалось. Однако данную формулировку опровергают показания иных свидетелей, которые подтверждают факты встречи ФИО5 с сотрудниками УФСБ. Кроме того, повторно допрошенный в судебном заседании ФИО5 сам указал на оказание на него давления со стороны сотрудников и факты их неоднократных встреч. Полагает, что у ФИО68 имелась возможность оказать давление на ФИО5, о чем ФИО5 не раз заявлял в судебном заседании, но суд первой инстанции не придал этому особого значения. В ходе допроса в суде первой инстанции свидетель ФИО29 показала, что ей о факте передачи взятки и о задержании машины ничего не известно. Однако согласно показаниям ФИО22, по просьбе ФИО29 он осуществлял перевозку дизельного топлива, при этом ФИО30 отдала ему 15 000 рублей для использования в случае остановок и передачи данных денежных средств сотрудникам полиции за возможность беспрепятственного проезда по дороге к месту назначения. По данному факту проводилась проверка, однако материал был возвращен в связи с отсутствием признаков состава преступления. Кроме того по делу допускалось множество нарушений. Так, следователь ФИО31 во время следственного действия в виде предъявления обвинения по собственной инициативе предложил ФИО1 написать заявление, в котором он указывает, что в защите адвоката ФИО32 не нуждается, так как его защищает адвокат Абрамян Э.Н. Данный отказ был осуществлен в нарушении положений ст. 51 УПК РФ. Было проведено множество следственных действий без участия адвоката. Следователем были нарушены положения уголовно-процессуального закона. ФИО1 ранее не судим, характеризуется положительного, имеет на иждивении троих малолетних детей и одного несовершеннолетнего ребенка, один из которых является инвалидом, его супруга страдает онкологическим заболеванием, отмечает, что данные о личности и семейном положении не были в должной мере учтены судом первой инстанции. Просит приговор отменить и вынести оправдательный приговор, либо приговор отменить и направить уголовное дело на новое судебное разбирательство;

осужденный ФИО2 считает приговор незаконным, а выводы суда, изложенные в нем, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела. В обоснование своей позиции указывает следующее. Показания осужденного ФИО1 от 11.05.2016 о местонахождении ФИО2 судом учтены не были, на просьбу председательствующего сообщить, имеется ли в зале судебного заседания лицо по имени Р., свидетель показала, что в зале судебного заседания данное лицо отсутствует, однако в приговоре судья данный факт проигнорировал, тем самым ухудшил положение обвиняемого. Отмечает, что ходатайствовал перед следствием о получении биллинговых соединений и уточнения его местонахождения, однако следствие данные ходатайства не удовлетворило. Отмечает, что 31.05.201 он находился на выходном и физически не мог составить постановление о правонарушении. Анализируя показания свидетеля ФИО21, приходит к выводу, что фактические обстоятельства дела могли свидетельствовать о совершении в отношении ФИО21 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 163 УК РФ, в связи с чем его действия должны были быть квалифицированы по соответствующей статье уголовного кодекса. Относительно совершения преступления 31.05.2016 указывает, что в случае доказанности вменяемых ему действий они не могут быть квалифицированы по ч. 5 ст. 290 УК РФ так как он не находился на службе в данный день, поскольку был на выходном, кроме того в действиях ФИО109 отсутствовали признаки преступления, а предполагаемый взяткодатель установлен не был. Полагает, что суд назначил несправедливое наказание, чрезмерно суровое, не учел смягчающие по делу обстоятельства, а также данные о его личности. Считает, что у суда имелись основания для назначения наказания с учетом положений ч. 1 ст. 64 УК РФ. Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор;

адвокат Яхшибекян Э.Н., действующий в защиту интересов ФИО2, считает приговор незаконным и необоснованным. В обоснование своей позиции указывает следующее. Предварительное расследование проходило с обвинительным уклоном, как и судебное разбирательство. Действие, связанное с получением взятки в виде денег за незаконное бездействие в пользу ФИО21 ФИО2 не мог осуществить в связи с тем, что он отсутствовал на предполагаемом органом предварительного расследования месте совершения преступления. ФИО2 во время совершения инкриминируемого преступления находился в совершенно другом месте, что подтвердил ФИО1 Однако суд данное обстоятельство проигнорировал. Отмечает, что орган предварительного расследования не направил соответствующие запросы сотовым операторам для получения достоверных сведений о местонахождении ФИО2, в связи с чем данные сомнения в виновности должны были толковаться в пользу обвиняемого. Свидетель ФИО34-К. не опознала в судебном заседании ФИО2, как человека, который по версии органа предварительного расследования вел разговоры с ФИО21 в ночь с 11.05.2016 на 12.05.2016. Кроме того, показала, что к ФИО21 никаких мер морально-психологического либо физического характера не предпринималось. ФИО21 при осуществлении телефонного звонка в правоохранительные органы, после данной им якобы взятки, сообщил, что дал взятку экипажу ДПС, который передвигался на служебном транспорте с регистрационным знаком № что подтвердили свидетели в судебном заседании. Однако в последующем кем-то были изменены исходные данные о регистрационном номере автомобиля, в результате чего Бородин подвергся необоснованному уголовному преследованию. Обращает внимание суда, что в материалах дела вместо подлинника протокола очной ставки между ФИО110 и Бородиным имеется лишь его копия. Где находится протокол очной ставки и по какой причине была произведена его подмена неизвестно. Кроме того, в материалах дела имеются документы с явными признаками фальсификации. Так Бородин показал, что в материалах дела имеется протокол опроса от 03.06.2016 с изложенными сведениями, которые он в ходе опроса не излагал, а также подписи, которые ему не принадлежат. Отмечает, что ФИО21 видел участников следственного действия предъявления лица для опознания и опознаваемого вместе с его адвокатом до начала его проведения, что является существенным процессуальным нарушением, что подтверждает довод стороны защиты о том, что ФИО14 дал в суде неправдивые показания. В качестве понятых при производстве следственных действий принимали участие понятые, которые имели непосредственное отношение к органу, производившему предварительное расследование, а значит, они являлись лицами, заинтересованными в определенном исходе следственного действия. Опознающий и опознаваемый видели друг друга непосредственно перед проведением следственного действия, что фактически исключало возможность проведения опознания. А также, в качестве понятых принимали участие лица, не отвечающие критериям, предъявляемым УПК РФ. По обстоятельствам изложенным ФИО21 о даче им взятки сотрудникам ДПС проводилась проверка, в ходе которой факт получения взятки установлен не был, по результатам проверки пришел ответ, что данный материал не содержит признаков преступлений. В настоящее время есть результаты проверок, в которых указано, что после проверки сообщения о даче взятки, было установлено отсутствие признаков преступлений. Отмечает, что согласно табелю рабочего времени и показаниям свидетелей 31.05.2016 у Бородина был выходной, однако несмотря на данные сведения, ходатайство государственного обвинителя в части оглашения протокола административного правонарушения о 31.05.2016 было удовлетворено, кроме того данный протокол нашел свое подтверждение в приговоре в качестве доказательств причастности Бородина к инкриминируемому притуплению. Указывает, что показания свидетеля ФИО35 были получены посредством оказания на него давления, с целью оговора ФИО2 и других подсудимых. Кроме того, ФИО35 показал, что денежные средства 31.05.2016 он никому не передавал. Просит приговор в отношении ФИО2 отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор;

осужденный ФИО3 считает приговор незаконным, вынесенным с неправильным применением уголовного закона, а выводы суда не соответствующие фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что он, ФИО1 и ФИО2 противоправных действий не совершали, в преступный сговор не вступали, что подтверждается показаниями подсудимых и иных свидетелей. Суд положил в основу приговора рапорт сотрудника ФСБ, а также телефонные переговоры с номеров абонентов, которые не принадлежат ни ему, ни его подчиненным, что подтверждается ответами на запросы, однако суд должную оценку данным противоречиям не дал. Отмечает, что в ходе судебного следствия судом было установлено, что в материалах дела отсутствует часть фото и видео таблиц осмотра - вскрытия конвертов с аудио носителями. Следователь ФИО71 пояснил, что данный диск был поврежден и на протяжении нескольких лет не восстанавливался. На вопрос судьи относительно того, каким образом был восстановлен жесткий диск, пояснил, что отдал его на восстановление мастеру электронной техники, которого нашел на сайте «Авито», а не в сертифицированный экспертно-криминалистический центр. Считает, что в данном случае неизвестно как был восстановлен данный дисковой носитель и вносились ли в него изменения. Считает, что фактически обвинение в отношении ФИО3 в «дистационном участии» основывается только на результатах оперативно-розыскной деятельности. Однако голос ФИО3 в файлах, которые положены в основу его обвинения, выводами экспертизы не установлены. В выводах экспертного заключения указано, что установить, имеются ли на фонограмме на дисках СФ19, 20, 21 находящихся в вышеуказанных файлах голос и речь ФИО3 не представляется возможным по причине непригодности для идентификационных исследований. Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор;

адвокаты Колоколов И.В. и Арутюнян О.А. в защиту интересов осужденного ФИО3, приводя аналогичные доводы, считают приговор незаконным и необоснованным, не соответствующим обстоятельствам дела, которые были установлены в ходе судебного разбирательства. В обоснование своей позиции указывают следующее. Судом не дано должной оценки тому обстоятельству, что в результатах ОРД «ПТП» голос ФИО3 не установлен. В приговоре суд указал, что вина ФИО3 подтверждается результатами оперативно-розыскной деятельности. Между тем, такие выводы суда не подтверждены, поскольку голос ФИО3 в файлах, которые положены в основу его обвинения, выводами экспертизы не установлен. В выводах экспертного заключения указано, что установить имеются ли на фонограмме на дисках СФ19, 20, 21 голос и речь ФИО3 не представляется возможным по причине непригодности для идентификационных исследований. Таким образом, результаты ОРД во взаимосвязи с экспертным заключением указывают на то, что обвинительный приговор в отношении ФИО3 является незаконным. Также указывают, что суд в приговоре не дал должной оценки тому, что в ходе судебного заседания государственный обвинитель фактически отказался от предъявленного ФИО3 обвинения в соучастии в совершении преступления, указав, что ФИО3 не состоял в предварительном сговоре. Квалифицирующий признак группой лиц по предварительному сговору относится к исполнителям преступления ФИО1 и ФИО2, но не к ФИО3 В обвинительном заключении в отношении ФИО2 также не указано, что ФИО3 вступил в сговор с ФИО2 Судом не дано оценки тому, что не установлено место предполагаемого совершения ФИО3 деяния. В ходе судебного и досудебного производства не был допрошен предполагаемый взяткодатель и найден предмет взятки, суд данному обстоятельству не дал должной оценки, как и тому обстоятельству, что согласно протоколу осмотра предметов от 06.07.2017 телефонные номера, указанные в протоколе осмотра предметов от 31.03.2017 не соединялись. Полагает, что в приговоре суд сослался на обстоятельства, которые во время судебного следствия установлены не были. Так, в описательно-мотивировочной части приговора указано, что «находясь в подъезде указанного домовладения, ФИО9 получил денежные средства в качестве взятки в сумме 300 000 рублей, которыми подсудимые распорядились по собственному усмотрению». Данный факт подтвердил лишь свидетель ФИО33, который в свою очередь пояснил, что «ФИО87 передал деньги Бородину с ФИО9, а те в свою очередь, наверное, поделились с ФИО10 и автомобиль был отпущен». Таким образом, в приговоре существенные обстоятельства не установлены. Кроме того, свидетель ФИО5 в судебном заседании показал, что никаких денежных средств не передавал инспекторам ФИО1 и ФИО2 Оценка этим показаниям свидетеля судом не дана, а в основу приговора положены показания ФИО5, данные в ходе предварительного следствия. Считает, что показания свидетеля ФИО5 не могут выступать допустимым доказательством, поскольку они были получены в нарушении требований уголовно-процессуального закона, так как в момент его допроса он был в статусе фактического подозреваемого, в связи с чем, его должны были обеспечить адвокатом. Отмечают, что при рассмотрении уголовного дела судом были допущены ряд ошибок. Так, переписка, запись телефонных и иных переговоров оглашаются в судебном заседании только с согласия данных лиц. Ряд протоколов, содержащих в себе стенограммы телефонных переговоров, были оглашены в судебном заседании без согласия подсудимых. На ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору суд вынес решение, по заявленному ходатайству совещаясь на месте, в нарушении требований ст. 256 УПК РФ, не изложив свои доводы в отдельном процессуальном документе. Считают, что суд, указав в описательно-мотивировочной части приговора об излишне вмененном преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 286 УК РФ, должен был вынести либо оправдательный приговор, либо переквалифицировать его действия на иной состав. Считают, что в нарушение требований уголовно-процессуального закона суд положил в основу приговора недопустимые доказательства – протокол осмотра предметов от 31.03.2017 и протокол исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров от 01.07.2016». Считают, что данные доказательства были получены с существенными нарушениями, поскольку понятые при осмотре не участвовали, фото и видео фиксация не осуществлялась. Указывают, что суд не дал оценку тому, что протокол выемки от 19.07.2017 с компакт диском и образцами голоса ФИО3 не соответствует диску, изъятому в ходе выемки и диску, который был представлен на экспертизу, поскольку отличается как само название диска, так и его серийный номер. Суд не дал оценки тому, что уголовное дело было возбуждено незаконно. Так, дознавателем 12.07.2016 было вынесено постановление о передаче сообщения о преступлении – рапорта, тогда как сам рапорт об обнаружении признаков преступления был составлен только на следующий день – 13.07.2016. Все результаты ОРД, в том числе и рапорт, должны быть переданы в орган, компетентный принимать решение в порядке уголовно-процессуального законодательства на основании постановления руководителя органа, а не дознавателя. Суд указал, что данное обстоятельство не может являться основанием для выводов о незаконности возбуждения уголовного дела, с чем сторона защиты не согласна. Обращают внимание суда, что в судебном заседании сторона защиты приобщила ряд документов, свидетельствующих о том, что указанные в материалах уголовного дела телефонные номера ФИО3 не пользовался. Суду были представлены ответы на запросы от ПАО «Мегафон» от 04.11.2020 и ПАО «Вымпелком» от 07.11.2020, которые подтверждают, что ФИО10 указанными номерами не пользовался и в его пользовании они не находились. Однако суд указал, что указанные сведения не свидетельствуют о невиновности ФИО10 и не опровергают исследованные доказательства, изобличающие его, с чем сторона защиты не согласна. Просят приговор отменить, вынести в отношении ФИО3 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Пинчук О.С. просит апелляционные жалобы осужденных ФИО3, ФИО1, ФИО2 и их защитников оставить без удовлетворения ввиду их необоснованности.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, исследовав доказательства по делу, судебная коллегия считает, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, а также неправильным применением судом уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, с постановлением по делу нового обвинительного приговора.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такого рода нарушения уголовно-процессуального закона допущены при вынесении оспариваемого приговора.

Так, согласно общему правилу, закрепленному в ч. 1 ст. 18 УПК РФ, уголовное судопроизводство ведется на русском языке.

Согласно п. 6 ст. 1 Федерального закона "О государственном языке Российской Федерации" при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается использования слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка (в том числе нецензурной брани).

В соответствии со ст. ст. 296, 297, 303 и 310 УПК РФ приговор постановляется именем Российской Федерации, на том языке, на котором ведется судопроизводство, он должен быть законным, подлежит публичному оглашению.

По смыслу закона, исходя из разъяснений, содержащихся п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года N 55 "О судебном приговоре", недопустимо использование в приговоре непринятых сокращений и слов, неприемлемых в официальных документах.

Указанным требованиям закона обжалуемый приговор не соответствует, поскольку в описательно-мотивировочной части приговора неоднократно приведены нелитературные и грубые выражения, в том числе нецензурная брань, неприемлемые в официальных документах.

Кроме того, согласно приговору, признавая доказанным совершение подсудимыми преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 290 УК РФ, при определении вида и размера наказания каждому подсудимому, суд исходил из санкции ч. 5 ст. 159 УК РФ.

Данное противоречие лишает возможности оценить достоверность выводов суда о квалификации действий подсудимых и соблюдения правил назначения наказания.

Согласно ч. 1 ст. 47 УК РФ наказание в виде лишения права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления.

Назначая подсудимым дополнительное наказание в виде лишения права занимать организационно-распорядительные и административно-хозяйственные должности в государственных и муниципальных органах, суд первой инстанции не указал какие именно должности не вправе занимать осужденные, что противоречит приведенным требованиям закона.

В этой связи доводы апелляционного представления являются обоснованными.

Таким образом, при назначении наказания подсудимым были допущены существенные нарушения уголовного закона.

Указанные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона являются существенными, повлияли на исход дела и влекут безусловную отмену приговора.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает возможным устранить данные нарушения путем постановления нового апелляционного приговора.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено следующее.

12 мая 2016 г. в период времени с 00 часов 00 минут по 03 часа 00 минут, находясь на участке автодороги федерального значения «<адрес>., ФИО1 и ФИО2, состоя в должности инспекторов ДПС взвода № в составе роты № СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес> соответственно, являясь должностными лицами, постоянно осуществляющими функции представителей власти, наделенные организационно-распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом, принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, осуществляя патрулирование на служебном автомобиле «Mercedes-Benz E 350» государственный регистрационный знак № находясь при исполнении своих должностных обязанностей, остановили автомобиль «Honda Civic», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО21

После проверки ФИО2 представленных ФИО21 документов на право управления транспортным средством, ФИО2 вступив с ФИО1 в предварительный сговор, направленный на получение ими лично взятки от ФИО21 в виде денег за бездействие в его пользу, сообщил ФИО21 о наличии оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения, то есть для привлечения его к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ (управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения). После этого, ФИО2 сообщил ФИО21, который в состоянии опьянения не находился, пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении <адрес>, угрожая организовать положительный результат медицинского освидетельствования ФИО21, независимо от фактических его результатов.

За несовершение указанных действий с их стороны, ФИО2 потребовал от ФИО21 передать им в качестве взятки денежные средства в сумме 30 000 рублей, но получив отказ, сообщил ФИО21, что в случае невыполнения их требований, он будет привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ (неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей), при этом ФИО2 уменьшил сумму взятки до 15 000 рублей, потребовав от ФИО21 принять меры к поиску и передаче им указанных денежных средств.

Испугавшись возможности осуществления ФИО2 сказанного, ФИО21, выполняя выдвинутые требования ФИО2, совместно с последним управляя автомобилем «Honda Civic», прибыл к банкомату «Сбербанк», расположенному по адресу: <адрес><адрес>, где обналичил с используемой им банковской карты денежные средства в сумме 9000 рублей, а также сообщил ФИО2 об имеющейся у него возможности получения остатка денежных средств в размере 6000 рублей у своего знакомого ФИО38

После этого, ФИО21 вместе с ФИО2, управляя автомобилем «Honda Civic», прибыли к ранее условленному с ФИО38 месту – АЗС «Роснефть» №, расположенной по адресу: <адрес> где, получив от ФИО38 в долг денежные средства в сумме 6 000 рублей, вместе с ФИО2 стали возвращаться к АЗС «Лукойл» №, где находился ФИО1

По пути следования по автодороге федерального значения <адрес>, ФИО21 передал ФИО2 денежные средства в сумме 15 000 рублей, за не привлечение его к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8, ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, после чего по приезду к указанному месту ФИО21 отпустили, а полученными от него в качестве взятки денежными средствами в сумме 15 000 рублей ФИО2 и ФИО1 распорядились по своему усмотрению.

Кроме того, 31 мая 2016 г., примерно в 07 часов, ФИО1 и ФИО2, состоя в должности инспекторов ДПС взвода № в составе роты № СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес>, в выходной день, согласно табеля учета служебного времени, в форменном обмундировании, на патрульном автомобиле «Mercedes-Benz E 350» государственный регистрационный знак «№ приступили к исполнению служебных обязанностей по контролю за безопасностью дорожного движения и, находясь на участке Федеральной автодороги <адрес>, расположенном в районе горы <адрес>, остановили грузовой автомобиль «Freightliner Century Gla», государственный регистрационный знак «№», с полуприцепом цистерной «Ellinghaus dsta-24-43», государственный регистрационный знак «№», под управлением водителя ФИО22, перевозившего без соответствующих документов по указанной автодороге по поручению и в интересах ФИО29 спирт, однако не предприняли соответствующих действий, направленных на пресечение и фиксацию выявленного ими правонарушения в сфере перевозки спирта без соответствующей лицензии.

Далее, в ходе телефонного разговора ФИО1 с заместителем командира СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес> ФИО3, то есть являющимся должностным лицом, которое на постоянной основе исполняет функции представителя власти, обладая организационно-распорядительными полномочиями по организации работы личного состава, подчиненными которого являлись ФИО2 и ФИО1, последний доложил об указанном факте выявления незаконной транспортировки спирта без соответствующих документов. В свою очередь, ФИО3, находясь в неустановленном месте, в период времени с 07 часов 00 минут до 08 часов 00 минут того же дня, действуя умышленно, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, в ходе телефонного разговора с ФИО1, совершая пособничество в совершении особо тяжкого преступления, содействуя совершению преступления советами и указаниями, предложил ФИО1 и соответственно находящемуся в патрульном экипаже ФИО2, высказать требования о передаче им (ФИО1 и ФИО2) взятки в виде денежных средств, за непривлечение ФИО22 и представляемого им лица ФИО29, к установленной законом ответственности и дальнейшего беспрепятственного проезда используемого им транспортного средства со спиртом, тем самым принял участие в совершении преступления в качестве пособника и способствовал совершению ФИО1 и ФИО2 преступления – получения должностными лицами через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Получив от ФИО3 указания и советы, ФИО1 и ФИО2 вступили в предварительный сговор, направленный на получение ими как должностными лицами, взятки в виде денег за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, в крупном размере, для чего примерно в 8 часов того же дня ФИО1 потребовал от ФИО22 проследовать к автомобильной стоянке ООО <адрес>, куда ФИО1 и ФИО2 также проследовали на служебном автомобиле

В указанном месте примерно в 11 часов 30 минут ФИО2 по согласованию с ФИО1, с целью сокрытия своей преступной деятельности, привлек в качестве посредника в получении взятки и ведения переговоров с водителем ФИО22 и представляемых им лиц, ранее знакомое ему (ФИО2) лицо, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство, который, в свою очередь, был осведомлен об остановке указанного автомобиля под управлением ФИО22, посредством телефонного разговора с ранее ему знакомым ФИО4, представлявшим интересы ФИО29 Далее ФИО2, сообщил лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, что за непривлечение водителя ФИО22 и представляемых им лиц к установленной законом ответственности и дальнейшего беспрепятственного проезда остановленного ими автомобиля, с находящимся в нем спиртом, ФИО22 и представляемому им лицу ФИО29, необходимо передать им (ФИО1 и ФИО2) денежные средства в сумме 1 000 000 рублей.

Данные требования лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, передал ФИО4, который, обсудив с ФИО29 сумму взятки отказался от выполнения выдвинутых инспекторами ДПС условий, ввиду их завышенности. Об этом ФИО1 в ходе телефонного разговора сообщил ФИО3, который продолжая реализацию своих преступных планов и оказывая пособничество в совершении ФИО1 и ФИО2 преступления, согласился на предложение ФИО1 снизить сумму взятки.

После этого, в ходе обсуждения новых условий и размера взятки между указанными сотрудниками ДПС и собственниками спирта было достигнуто согласие о передаче взятки в размере 300 000 рублей.

Далее, 31 мая 2016 г., примерно в 17 часов 00 минут, ФИО1 и ФИО2, прибыли на служебном автомобиле к домовладению, расположенному по адресу: <адрес>, где в подъезде указанного домовладения от ожидавшего их лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, выступающего в качестве посредника, ФИО1 получил денежные средства в качестве взятки в сумме 300 000 рублей, которыми подсудимые распорядились по собственному усмотрению.

В судебном заседании суда первой и апелляционной инстанций ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от 12 мая 2016 г. свою вину в получении взятки не признали, пояснив, что совместно заступив 11 мая 2016 г. на службу, ФИО2 плохо себя чувствовал, поэтому в ночь на 12 мая 2016 г. лег отдыхать в своей машине на АЗС в районе <адрес>, а несение службы продолжил ФИО1 совместно с внештатным сотрудником. Автомашину под управлением ФИО21 они не останавливали, денежные средства в размере 15000 рублей в виде взятки не получали.

Между тем, вина ФИО1 и ФИО2 в получении взятки в виде денег от ФИО21 за бездействие в его пользу, действия которых входили в их служебные полномочия как должностных лиц, совершенном группой лиц, по предварительному сговору, (эпизод от 12 мая 2016 г.) подтверждается совокупностью следующих, исследованных в судебном заседании доказательств:

показаниями свидетеля ФИО21, который показал, что ночью 12 мая 2016 г. он управляя автомашиной «Хонда Цивик» регистрационный знак № двигаясь по автодороге <адрес> направлялся в аэропорт <адрес>. В районе АЗС «Лукойл», около поселка Ясная поляна он был остановлен сотрудником ГИБДД ФИО2, который попросил представить документы и открыть багажник его автомобиля. Второй сотрудник ГИБДД ФИО1 находился в патрульной автомашине Мерседес, рядом с ним на переднем пассажирском сиденье сидела девушка. Осмотрев автомашину, ФИО2 подошел к патрульной автомашине и поинтересовался у ФИО1, что с ним делать, на что последний сказал, оформлять. Заведя его за патрульную автомашину, ФИО2 поинтересовался, что он употреблял и сказал, что сейчас они поедут в <адрес> для прохождения медицинского освидетельствования. Он не стал возражать, так как он ни чего не употреблял и был уверен, что будет отрицательный результат. После этого ФИО2 сказал, что у них все покажет, если не алкоголь, то что-нибудь другое. Кроме этого ФИО2 сказал, что данный вопрос можно решить на месте за 30 000 рублей. Он ответил Бородину, что денег у него нет и давать он их не будет, так как он трезвый. После этого, ФИО2 сказал, что тогда он его «уронит», а они оформят сопротивление сотрудникам полиции. Он испугался, что сотрудники полиции его действительно оформят за фиктивное сопротивление им, и сказал, что у него на банковской карточке всего 9 000 рублей. Бородин сказал, что это очень мало и нужно найти хотя бы 15 000 рублей. ФИО2 сказал ему позвонить на громкой связи кому-нибудь из друзей и попросить их привезти деньги. Он набрал номер своего друга ФИО38 и попросил его привезти ему 6 000 рублей, на что ФИО89 согласился. После этого ФИО2 сел на пассажирское сидение его автомобиля и они поехали в <адрес>. В одном из банкоматов в <адрес> он снял 9000 рублей, после чего они поехали на заправку «Роснефть», возле <адрес>, где договаривались встретиться с ФИО38 Когда приехал ФИО38, он подошел к тому и взял деньги, после чего они с Бородиным поехали обратно к патрульному автомобилю, где оставался ФИО9. По пути следования он передал Бородину деньги в размере 15 000 рублей, за то, чтобы сотрудники ГИБДД ФИО1 и ФИО2 не реализовали свои угрозы по оформлению якобы совершенного им правонарушения. Спиртные напитки или наркотические средства он не употреблял. По приезду ему вернули документы и он уехал. По дороге он набрал номер телефона доверия и сообщил о том, что сотрудники ГИБДД вымогали и получили от него взятку в размере 15 000 рублей. Сообщая номер патрульной автомашины, на которой несли службу сотрудники ГИБДД, он ошибочно указал №;

показаниями данного свидетеля, подтвержденными им в ходе проверки его показаний на месте согласно протоколу от 23 июня 2019 г. (том № 9, л.д. 247-256);

показаниями данного свидетеля, подтвержденными им в ходе очной ставки с ФИО2 согласно протоколу от 28 декабря 2017 г. (том № 16 л.д. 15-24);

показаниями свидетеля ФИО41-К., которая показала, что в один из вечеров 2016 г. ей позвонил знакомый ФИО1 и пригласил попить кофе. Она приехала примерно в 24 часа ночи к заправочной станции «Лукойл», где находилась патрульная автомашина Мерседес. Она находилась в автомашине с ФИО1, а его напарник Р. находясь на дороге, остановил автомашину Хонда, из которой вышел худощавый парень. Поговорив с ним Р. подошел к ФИО1 и сказал, что парень торопиться в Минеральные Воды, на что ФИО1 сказал Р., что его надо «продуть». После этого Р. и парень с остановленной им машины, отошли к задней части патрульного автомобиля и их дальнейший разговор она не слышала. Через некоторое время Р. и парень уехали на автомашине Хонда и вернулись примерно через 30-40 минут. После возвращения Р. остался, а парень на автомашине Хонда уехал. На АЗС освещение было хорошее. На водителя, которого остановили морального и физического воздействия не оказывалось;

показаниями свидетеля ФИО38, который показал, что ночью 12 мая 2016 г. ему позвонил ФИО21 и попросил занять денежные средства в размере 6 или 7 тысяч рублей. ФИО14 попросил привезти эти деньги ему на АЗС «Роснефть» около <адрес>. Он приехал на принадлежащей ему автомашине в указанное место. Через некоторое время подъехал ФИО21 на автомашине Хонда Цивик, остановив ее на противоположной стороне автодороги, подошел к нему и взял указанную сумму денег. Он спросил у ФИО21, что происходит, последний сказал, что сотрудники ГИБДД вымогают у него деньги. Позже он узнал, что сотрудники ГИБДД вымогали у ФИО21 денежные средства в размере 15 000 рублей.

показаниями свидетеля ФИО26, который показал, что 11 мая 2016 г. он заступил на суточное дежурство в качестве начальника смены дежурной части ОМВД России по <адрес>. 12 мая 2016 г. на стационарный телефон 02 в 03 часа 35 минут, поступило сообщение от неназвавшегося гражданина о том, что сотрудники ГАИ на автомашине Мерседес гос. № в районе поселка <адрес> получили от него денежное вознаграждение, а именно взятку в сумме 15 000 рублей. Он пояснил заявителю, что тот позвонил в ОМВД России по <адрес>, и что данные сотрудники относятся к другой территории, а именно <адрес>, и посоветовал обратиться в дежурную часть по <адрес>. Он не помнит какой именно номер автомобиля сотрудников ДПС называл гражданин №, но в сводке указали №. После поступившей информации им данное сообщение было зарегистрировано в КУСП ОМВД России по <адрес> за № от 12 мая 2016 г. и незамедлительно было передано дежурному специального батальона ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>). По данному факту им утром 12 мая 2016 г. было доложено начальнику отдела МВД России по <адрес> ФИО39, после чего им по данному факту был составлен рапорт об обнаружении в действиях неустановленных сотрудников ДПС признаков преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ.

показаниям свидетеля ФИО25 который показал, что 11 мая 2016 г. он заступил на суточное дежурство ДЧ СБ ДПС ГИБДД ОББ ПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес>. 12 мая 2016 г. примерно 3 часа 00 минут ему на рабочий телефон от оперативного дежурного ОМВД России по <адрес> поступило сообщение, о том что им от анонима поступила информация, что в районе <адрес> сотрудники ГАИ на автомобиле марки Мерседес, с номером № либо вымогали, либо получили от водителя, который являлся анонимным заявителем, денежные средства в районе 15 000 рублей. Он пояснил дежурному, что служебного автотранспорта с номером № у них в батальоне нет. После разговора с дежурным он посмотрел план расстановки сил и средств на 11 -12 мая 2016 г., согласно которому в районе поселка <адрес> на обслуживаемой их подразделением <данные изъяты>, осуществляет патрулирование экипаж на патрульной автомашине с государственным регистрационным знаком № марки «Мерседес» в составе старшего лейтенанта полиции ФИО1 и капитана полиции ФИО2 Он со своего мобильного телефона позвонил ФИО1 и спросил получал ли тот или ФИО2 от водителя деньги в размере 15000 рублей, так как в дежурную часть поступила информация. ФИО1 пояснил, что ни у кого ничего не вымогал, каких-либо денежных средств не получал;

показаниями свидетеля ФИО40, которая показала, что в настоящее время она является работником дежурной части Отдела полиции № УМВД России по городу Ставрополь. 11 мая 2016 г. она заступила на суточное дежурство. Примерно в 5 часов утра 12 мая 2016 г. на телефон доверия поступил звонок от гражданина, пожелавшего остаться неизвестным, который сообщил, что 12 мая 2016 г. сотрудники ГИБДД, которые несли службу на АЗС в районе <адрес> вымогали у него взятку в размере 15 000 рублей. По окончанию разговора поступившее сообщение было зарегистрировано в журнале учета сообщений граждан и передано оперативному отделу для дальнейшей обработки;

показаниями свидетеля ФИО27, который показал, что 11 мая 2016 г. он, будучи в должности инженера-электроника дежурной части ГУ МВД России по СК затупил на суточное дежурство. 12 мая 2016 г. ФИО40 сообщила ему о поступившем звонке от неизвестного гражданина о совершенном в отношении него вымогательстве денежных средств со стороны сотрудников ГИБДД;

протоколом осмотра места происшествия от 10 сентября 2018 г., согласно которому была осмотрена территория, прилегающая к АЗС «Лукойл» № по адресу: <адрес>, было установлено место несения службы 12 мая 2016 г. экипажа ГИБДД в составе ФИО1 и ФИО2, где ими был остановлен ФИО21 и выдвинуто требование о передаче взятки (том № 28, л.д. 32-41);

протоколом осмотра места происшествия от 10 сентября 2018 г., согласно которому было осмотрено здание по адресу: <адрес>, было установлено место, где ДД.ММ.ГГГГ ФИО21 снимал из банкомата денежные средства для передачи в качестве взятки ФИО1 и ФИО2 (том № 28, л.д. 65-75);

протоколом осмотра места происшествия от 10 сентября 2018 г., согласно которому была осмотрена территория, прилегающая к АЗС «Роснефть» № по адресу: <адрес>, было установлено место, где 12 мая 2016 г. ФИО21 получил от ФИО38 денежные средства в размере 6000 рублей для передачи их в виде взятки ФИО2 и ФИО1 (том № 28, л.д. 54-64);

протоколом предъявления лица для опознания от 23 июня 2017 г., согласно которому ФИО21 опознал ФИО2 как сотрудника ДПС который совместно с ФИО1 требовал и получил от него взятку в размере 15 000 тысяч рублей при указанных в его показаниях обстоятельствах (том 9, л.д. 236-246);

протоколом предъявления лица для опознания от 27 июня 2017 г., согласно которому ФИО21 опознал ФИО1 как сотрудника ДПС который совместно с ФИО2 требовал от него взятку в размере 15 000 тысяч рублей, которую он передал ФИО2 при указанных в его показаниях обстоятельствах (том 10, л.д. 8-16);

материалами оперативно-розыскной деятельности, которые содержат информацию о телефонных переговорах подсудимых об обстоятельствах совершенного преступления, наступающих последствиях в связи с проводимой проверкой по сообщению о нем, и попытках их урегулирования:

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» от 4 июля 2016 г, согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 1-85);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с технических каналов связи» от 5 июля 2016 г., согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «снятие информации с технических каналов связи» (том № 2, л.д. 88-91);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» от 1 июля 2016 г., согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 95-130);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с технических каналов связи» от 1 июля 2016 г., согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «снятие информации с технических каналов связи» (том № 2, л.д. 134-135;

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», от 1 июля 2016 г. согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 138-149);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с технических каналов связи», от 5 июля 2016 г. согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «снятие информации с технических каналов связи» (том № 2, л.д. 152-153);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», от 4 июля 2016 г. согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 156-170);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», от 4 июля 2016 г. согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 171-177);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» от 5 июля 2016 г., согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 181-189);

протоколом осмотра предметов от 21 марта 2017 г., согласно которому осмотрен CD-R диск рег. № 11/1 – 294 от 23 мая 2016 г., на котором в файле «6Е665СD1.wav» имеется запись переговоров ФИО1 и ФИО3, от 12 мая 2016 г., в ходе исследования которого установлено, что ФИО1 признался ФИО3 в получении его экипажем 12 мая 2016 г. денежных средств от ФИО21 в размере 15 000 рублей (том № 12, л.д. 190-207);

заключением эксперта № 2/87 от 15 июня 2018 г., согласно которому при исследовании компакт-диска № 11/1-294 от 23 мая 2016 г., на фонограмме (СФ5), зафиксированной в файле «6Е665СD1.wav» на диске 1, имеются голос и речь ФИО1 и ФИО3 Неситуационные изменения зафиксированной звуковой информации не выявлены (том № 19, л.д. 146-228);

Изложенные доказательства судебная коллегия считает достаточными для разрешения вопроса доказанности инкриминируемого ФИО1 и ФИО2 деяния по эпизоду от 12 мая 2016 г.

Оценивая показания свидетеля ФИО21, судебная коллегия считает их относимыми, допустимыми, достоверными и считает возможным положить их в основу приговора, поскольку они последовательны, логичны, не противоречат установленным в судебном заседании обстоятельствам совершенного подсудимыми преступления в изложении основных событий произошедшего, а изложенные в них сведения полностью подтверждаются показаниями свидетелей ФИО41-К., ФИО38, ФИО25, ФИО26, ФИО11, ФИО27 и совокупностью других исследованных доказательств, в связи с чем критически относится к позиции стороны защиты о недостоверности и неправдивости показаний ФИО21

Так показания ФИО21 об обстоятельствах его остановки экипажем ДПС в составе ФИО1 и ФИО2 подтверждает свидетель ФИО41-К., которая подтвердила, что когда она приехала на встречу с ФИО1 и находилась с ним в патрульной машине, напарник ФИО1 – Р. находился на дороге и остановил автомашину «Хонда». Поговорив с водителем Р. подошел к ФИО9 и сказал, что парень торопится в Минеральные Воды. Также свидетель ФИО41-К. подтвердила показания ФИО21 о согласованности действий ФИО1 и ФИО2, показав, что на вопрос напарника Р. в отношении водителя, ФИО9 ответил, что его надо «продуть». Кроме того, свидетель ФИО41-К. подтвердила показания ФИО21 в том, что напарник ФИО9 – Р., поговорив с водителем, уехали на автомашине «Хонда». Вернувшись минут через 30-40, Р. остался, а парень на автомашине «Хонда», уехал.

Свидетель ФИО38 также подтвердил показания ФИО21 о том, что занял ему денежные средства в сумме 6000 рублей для передачи сотрудникам ГИБДД.

Показания ФИО21 о сообщении на телефон доверия о совершении данного преступления подтверждены свидетелями ФИО25, ФИО26, ФИО111 ФИО27

Кроме этого, факт совершения преступления подтверждается записью телефонного разговора ФИО1 с заместителем командира батальона ДПС ФИО3 о получении его экипажем ДД.ММ.ГГГГ денежных средств в размере 15 000 рублей в виде взятки.

Вопреки доводам стороны защиты о том, что свидетель ФИО41-К. в судебном заседании не опознала подсудимого ФИО2, ФИО41-К., осмотрев подсудимых ФИО1 и ФИО2, пояснила, что данных сотрудников она знает, что не противоречит ее показанием о том, что они являются напарниками.

Утверждения стороны защиты о том, что свидетель ФИО21 оговорил ФИО2 из-за неприязненных отношений к сотрудникам ГИБДД, исследованными доказательствами не подтверждаются.

Как следует из протокола предъявления лица для опознания от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого ФИО21 опознал ФИО2, и протокола предъявления лица для опознания от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого ФИО21 опознал ФИО1, принимаемым в качестве понятых ФИО42, ФИО46, ФИО43, ФИО44, а также другим участвующим лицам были разъяснены их процессуальные права, обязанности, ответственность и порядок производства, опознающей ФИО21 был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Представленные на фототаблице фотографии хода опознания ФИО2 и ФИО1, свидетельствуют о том, принимавшие в данном следственном действии статисты схожи по приметам с опознаваемыми и одеты в схожую между ними одежду.

Допрошенные свидетели ФИО45 ФИО46 ФИО42 подтвердили факт своего участия в указанных следственных действий, а также порядок их проведения и результат, отраженные в соответствующих протоколах.

Таким образом, вопреки доводам стороны защиты, оснований полагать, что в ходе проведения данных следственных действий был нарушен порядок его проведения, не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что понятой ФИО42 на момент проведения опознания ФИО2 и проверки показаний ФИО21 на месте, находился в кадровом резерве следственного комитета, а понятой ФИО46 в момент проведения опознания ФИО2 находился на вузовской практике, и в настоящее время является стажером участкового уполномоченного полиции, судебная коллегия находит необоснованными по следующим основаниям.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что понятой ФИО42 на момент проведения обоих указанных следственных действий сотрудником следственного комитета не являлся, а факт нахождения его в кадровом резерве на замещении вакантной должности в следственном комитете, не может свидетельствовать о его заинтересованности в исходе рассматриваемого судом уголовного дела.

Нахождение понятого ФИО46 на вузовской практике также не может свидетельствовать о его заинтересованности в исходе рассматриваемого судом уголовного дела.

В какой-либо зависимости ФИО42 и ФИО46 от следователя ФИО71 не состояли, сведений о составлении им характеристик либо положительных отзывов в отношении понятых, не представлено.

ФИО46, принимавший участие в качестве понятого в опознании ФИО1, а также ФИО42 принимавший участие в качестве понятого при проверке показаний ФИО21 на месте и опознании ФИО2, были привлечены к участию для удостоверения факта производства следственного действия, его хода, результатов, что и было ими сделано.

Оснований для вывода о заинтересованности понятых ФИО42 и ФИО46 в исходе данного уголовного дела, не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО21 до производства следственного действия – опознания видел ФИО2, своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Утверждение стороны защиты и показания свидетеля ФИО45 о том, что опознающий ФИО21 прибыл к зданию СО по <адрес> на автомашине и когда ФИО2 и статисты прошли в кабинет следователя, где должно было пройти опознание, ФИО21 вышел из автомашины и проследовал в здание следственного комитета, участниками процесса не оспаривается.

В судебном заседании ФИО21 показал, что его автомашина, на которой он приехал, находилась на расстоянии примерно 150 метров от здания, участников следственного действия он не видел.

Данные показания в судебном разбирательстве не опровергнуты.

Исследованная в судебном заседании видеозапись представленная защитником не содержит сведений о том, где находились статисты, опознаваемый, его защитник и свидетель ФИО45 относительно автомашины ФИО21 Факт нахождения ФИО21 в автомашине, не может свидетельствовать о том, что он заранее увидел подсудимого.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания недопустимыми доказательствами протокола проверки показаний ФИО21 на месте от 23 июня 2017 г., протокола предъявления лица для опознания от 23 июня 2017 г., в ходе которого ФИО21 опознал ФИО2, а также протокола предъявления лица для опознания от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого ФИО21 опознал ФИО1, как лиц, получивших от него взятку, не имеется.

Выводы заключения эксперта № 2/87 от 15 июня 2018 г. оценены судебной коллегией в совокупности с другими исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами, не противоречат им, а потому также положены в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1 и ФИО2 по данному преступлению. Судебная коллегия находит, что экспертиза проведена на основании постановления следователя, в соответствие с требованиями главы 27 УПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Оснований признания данного экспертного заключения недопустимыми доказательствами, не имеется.

Доводы стороны защиты о том, что по факту вымогательства взятки были проведены ряд служебных проверок, которые не подтвердили данные обстоятельства, а соответственно и виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемых им деяний, судебная коллегия считает необоснованными.

Согласно ответу из ОМВД РФ по Предгорному району от 21 октября 2020 г., сообщение, содержащееся материале КУСП № от 12 мая 2016 г., признано анонимным и не рассматривалось.

Как видно из ответов ОМВД РФ по г. Кисловодску от 26 августа 2020 г., 04 сентября 2020 г., 18 сентября 2020 г., сообщение неназвавшегося гражданина о вымогательстве у него взятки, принятое в 03 часа 25 минут 12 мая 2016 г. на телефон дежурной части ОМВД РФ по г. Кисловодску, было зарегистрировано в КУСП № и направлено в специальный батальон дорожно-патрульной службы ГИДББ <адрес>.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО47 показал, что он состоит в должности в настоящее время он занимает должность заместителя начальника Управления начальника отдела технического надзора по регистрационной и организационной деятельности управления ГИБДД ГУ по Ставропольскому краю. Насколько ему известно по факту получения сотрудниками ГИБДД взятки поступило анонимное сообщение. Проверкой данной информации занимался инспектор по особым поручениям ФИО48 Насколько ему известно, был произведен опрос сотрудников, и так как заявление было анонимное, в соответствии с приказом № от 2014 года МВД России, без проведения проверки оно было списано в номенклатурное дело №.

Свидетель ФИО49 в судебном заседании показал, что старшим инспектором по особо важным делам в контрольно-профилактическом отделе ГИБДД ГУВД по <адрес>. В 2016 году он принимал участие в проверке анонимного сообщения о получении сотрудниками ГИБДД денежного вознаграждения в виде взятки. Были получены постовая ведомость, карточка маршрута, докладная на имя начальника ОВД, опрошены сотрудники ГИБДД, которые данный факт не подтвердили, после чего данное анонимное сообщение было списано в номенклатурное дело. Кто-либо из сотрудников ГИБДД по результатам данной проверки к дисциплинарной ответственности не привлекались.

Таким образом, данные доказательства свидетельствуют о том, что проверка в отношении ФИО1 и ФИО2 была списана в номенклатурное дело № 60, ввиду не установления лица, передавшего указанное анонимное сообщение, и невозможностью его опроса об обстоятельствах случившегося, а также ввиду отрицания ФИО1 и ФИО2 самого факта события указанных в сообщении обстоятельств.

Сведений о том, что в рамках проводимой проверки КУСП № ОМВД РФ по <адрес> и впоследствии переданных в СО по <адрес> СК России по <адрес> материалов данной проверки, принимались решения об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2, в материалах уголовного дела отсутствуют, и сторонами по делу в ходе судебного следствия не представлено.

При таких обстоятельствах, оснований для прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 и ФИО2 по эпизоду инкриминируемого им преступления от 12 мая 2016 г., не имеется.

Согласно исследованной в судебном заседании копии протокола очной ставки между ФИО21 и ФИО2 от 28 декабря 2017 г. (том № 16, л.д. 15-24), следует, что данная копия в установленном порядке заверена следователем ФИО12 и исследована судом в ходе судебного разбирательства. Оснований для признания данного доказательства недопустимым, не имеется.

Доводы стороны защиты на то, что оригинал протокола указанной очной ставки был подменен на его копию, с которой сторона защиты не знакомилась, судебная коллегия находит не состоятельными.

Так, по окончанию предварительного следствия подсудимым и их защитником были представлены все прошитые и пронумерованные материалы уголовного дела, с которыми они ознакомились. Утверждения о том, что подмена документов была произведена после ознакомления стороны защиты с материалами уголовного дела, являются не обоснованными, так как копия оспариваемого стороной защиты протокола очной ставки была заверена следователем ФИО12, который осуществлял производство по уголовному делу в 2018 года, тогда как предварительное следствие оканчивал следователь ФИО13, которым и была составлена внутренняя опись материалов данного уголовного дела.

Судебная коллегия приходит к выводу о доказанности получения взятки от ФИО21 подсудимыми ФИО1 и ФИО2, состоявшими в должности инспекторов ДПС взвода № в составе роты № СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес> на основании приказов ГУ МВД России по <адрес> о назначении № л/с от ДД.ММ.ГГГГ № л/с от ДД.ММ.ГГГГ соответственно, являвшимися должностными лицами, постоянно осуществляющими функции представителей власти, наделенные организационно-распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от них в служебной зависимости, либо правом, принимать решения, обязательные для исполнения гражданами.

Согласно фактически аналогичных должностных инструкции ФИО1 и ФИО2 от 23 апреля 2015 г. и от 15 февраля 2016 г. соответственно, их п.п. 8, 11, 14, 17, 18, 32, 34, 36, 39, 44, как инспекторы (дорожно-патрульной службы) взвода № в составе роты № в составе СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес>, они обладали правами по проверке документов, удостоверяющих личность граждан, если имеются данные, дающие основания подозревать их в совершении преступления либо если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, контролировать наличие у водителей документов, предусмотренных правилами дорожного движения Российской Федерации, проводить в установленном законодательством Российской Федерации порядке освидетельствование лиц, подозреваемых в совершении административного правонарушения для установления факта алкогольного или наркотического опьянения либо направлять или доставлять указанных лиц в медицинские учреждении, если результат освидетельствования необходим для подтверждения или опровержения факта правонарушения, осуществлять в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, административное задержание и личный досмотр граждан, осмотр, досмотр транспортных средств и грузов, в пределах своей компетенции составлять протоколы об административных правонарушениях, и был наделён обязанностями по докладу дежурному о своём местонахождении и обстановке на участке несения службы не реже одного раза в час, контролировать соблюдение участниками дорожного движения установленных правил, нормативов и стандартов, действующих в области дорожного движения, уведомлять представителя работодателя, органы прокуратуры или другие государственные органы обо всех случаях обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения его к совершению правонарушений, предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения, при получении информации о готовящемся преступлении немедленно докладывать дежурному или непосредственному начальнику и принимать меры к его предотвращению. (том № 1, л.д. 103-109, том 28 л.д. 170-175).

Наличие установленных приведенными доказательствами обвинения обстоятельств, служит основанием, позволяющим прийти судебной коллегии к убеждению о доказанности виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого им преступления по эпизоду от 12 мая 2016 г.

Приведенные доказательства обвинения, непосредственно исследованные судом, согласуются между собой, являются относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными в своей совокупности для разрешения дела, противоречий в части необходимой для установления фактических обстоятельств дела, не имеют.

Давая правовую оценку действиям ФИО1 и ФИО2 по эпизоду получения взятки от ФИО21, суд исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств уголовного дела.

Из должностных полномочий ФИО1 и ФИО2 следует, что при наличии к тому оснований, они имели право осуществлять мероприятия, направленные на выявление и пресечение административных правонарушений, составлять протоколы об административных правонарушениях, а потому получение взятки за несовершение указанных действий подлежит квалификации как бездействие в пользу взяткодателя, поскольку указанные действия входят в их служебные полномочия.

Квалифицирующий признак получения взятки группой лиц по предварительному сговору в действиях ФИО1 и ФИО2 также нашел свое подтверждение исследованными доказательствами, поскольку их действия носили согласованный характер.

Действия ФИО1, который являясь старшим патрульного экипажа ГИБДД, позволил инспектору ДПС ФИО2 оставить место несения службы и уехать на принадлежащей ФИО14 автомашине для получения с последнего денежных средств в виде взятки, а также покрывательство и последующее сообщение в телефонном разговоре заместителю командира батальона ДСП ФИО3 о получении его экипажем 12 мая 2016 г. денежных средств в размере 15 000 рублей в виде взятки, свидетельствуют о согласованности действий ФИО15 и ФИО2 при совершении преступления в соответствии с распределением ролей, согласно которым ФИО2 должен был высказать угрозы, склонить ФИО21 к даче взятки и получить ее, а ФИО1 должен был продолжать несение службы на маршруте патрулирования, прикрывая тем самым незаконные действия ФИО2, свидетельствуют о том, между ФИО15 и ФИО2 имелся предварительный сговор о совершении данного преступления.

Вместе с тем, органом предварительного следствия действия ФИО1 и ФИО2 по факту получения взятки от ФИО21 квалифицированы как ее получение с вымогательством, однако судебная коллегия не находит наличие данного квалифицирующего признака по следующим основаниям.

Из разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» следует, что под вымогательством взятки следует понимать не только требование должностного лица дать взятку, сопряженное с угрозой совершить действия (бездействие), которые могут причинить вред законным интересам лица, но и заведомое создание условий, при которых лицо вынуждено передать указанные предметы с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов.

Однако, исходя из установленных фактических обстоятельств, следует, что выдвинутое ФИО16 требование ФИО53 о передаче взятки за не привлечение его к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, было сопряжено с угрозой совершения действий, направленных на привлечение к такой ответственности, а в случае отказа выполнения этого требования, привлечения к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Из показаний ФИО21 следует, что он испугался осуществления указанных угроз, поэтому согласился на дачу взятки.

Вместе с тем, ФИО21 был остановлен на территории прилегающей к АЗС «Лукойл», территория которой была хорошо освещена, где потенциально находился работающий персонал, в патрульной машине сотрудников ДПС находилась свидетель ФИО41-К., которая в судебном заседании фактически дала изобличающие подсудимых ФИО1 и ФИО2 показания, то есть не заинтересована в исходе дела, при этом показала, что к ФИО21 никаких мер морально-психологического либо физического характера не предпринималось, отстранение от управления транспортным средством и направление на медицинское освидетельствование осуществляется в присутствии посторонних граждан – понятых, медицинское освидетельствование проводится в специализированном медицинском учреждении его медицинским персоналом.

Таким образом, объективных данных, указывающих на то, что ФИО21, который в состоянии опьянения не находился, был поставлен в такие условия, которые могли причинить вред его законным интересам, что вынудило его согласиться на требуемые условия по передаче взятки с целью предотвращения вредных последствий для своих правоохраняемых интересов, по делу не установлено.

Поскольку преступление ФИО1 и ФИО2 совершено 12 мая 2016 г. то есть до изменений, внесенных в Уголовный закон Федеральным Законом № 324-ФЗ от 03.07.2016 г., в том числе, в санкцию ч. 5 ст. 290 УК РФ, улучшающих положение подсудимых в сравнении с санкцией ч. 5 ст. 290 УК РФ в редакции Федерального закона № 97-ФЗ от 04.05.2011 г. суд считает, что действия ФИО1 и ФИО2 подлежат квалификации по п.п. «б», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ в редакции Федерального закона № 324-ФЗ от 03.07.2016 г.

На основании установленных в судебном заседании обстоятельств, действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от 12 мая 2016 г. судебная коллегия квалифицирует по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, как получение должностным лицом лично взятки в виде денег, за бездействие в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В судебном заседании суда первой и апелляционной инстанций ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от 31 мая 2016 г. свою вину в получении взятки не признали, пояснив, что 31 мая 2016 г. они были выходные и на службу не выходили, автомашину «Фредлайнер» под управлением ФИО22 не останавливали, денежные средства в виде взятки в размере 300 000 рублей не получали. ФИО3 свою вину в пособничестве в получении взятки не признал, пояснив, что ни с кем переговоры по телефону не вел, рекомендации по удержанию автомашины «Фредлайнер» не давал, голос на представленных стороной обвинения телефонных переговорах ему не принадлежит.

Между тем, вина ФИО1 и ФИО2 в получении через посредника взятки в виде денег за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, совершенном группой лиц, по предварительному сговору, в крупном размере, а ФИО3 в пособничестве совершению указанного преступления, подтверждается совокупностью следующих, исследованных в судебном заседании доказательств:

показаниями свидетеля ФИО5, данными им в ходе предварительного следствия 28 августа 2016 г., 20 октября 2016 г., 12 января 2017 г., 15 июня 2017 г., из которых следует, что с 2002 г. по сентябрь 2015 г. он работал инспектором ДПС. С ФИО3 и ФИО2 он знаком, так как ранее работали вместе. ФИО9 до 31 мая 2016 г. не знал. 31 мая 2016 г. он вместе с ФИО55 находились в <адрес>. Примерно после 12 часов ему позвонил знакомый – ФИО91 фамилии он не знает. ФИО92 попросил его подъехать к горе <адрес>, так как принадлежащий ему большегрузный автомобиль, был остановлен сотрудниками ДПС и возникли какие-то проблемы. ФИО93 пояснил, что сам не может подъехать, так как сломан автомобиль. Он с ФИО55 в это время собирались ехать в <адрес>. Двигаясь по <адрес> они никого не обнаружили и поехали в сторону Невинномысска. Проехав до завода «<адрес> он увидел, как у обочины, по направлению в сторону Невинномысска стоял патрульный автомобиль ДПС марки Мерседес с государственным регистрационным номером № Также рядом стоял большегрузный автомобиль, какой марки не помнит, как ему показалось «Фредлайнер», номеров он не помнит. Рядом он увидел 2 инспекторов ДПС, а именно ФИО94 и ФИО1, которого видел впервые. Он подошел, узнал, в чем проблема. Бородин ему пояснил, что в цистерне левый груз. Он тому сказал, что там должна быть солярка и все документы должны быть в порядке, т.к. ему так сказал ФИО102, хозяин груза. Бородин сказал, что там не солярка. Он спросил у Бородина, как быть дальше, что они собираются делать. Тот сказал, что автомобиль будут задерживать и отвезут в отдел полиции. ФИО2 и ФИО1 отошли в сторону, что-то обсуждали. Затем ФИО2 показал ему указательным пальцем цифру один и сказал это. Он понял, что тот имеет ввиду один миллион рублей за то, чтобы машину не задерживали. Он позвонил ФИО112 и объяснил, что необходимо передать один миллион рублей. ФИО113 сказал, что пускай инспекторы ДПС задерживают машину и доставляют в ближайшее отделение полиции. Водитель большегрузного автомобиля также разговаривал с ФИО95 и передавал трубку то ли ФИО1, то ли Бородину, так как ему потом в телефонном разговоре об этом говорил ФИО96 Дальше он поехал в <адрес>. По дороге ему позвонил ФИО97 и сказал, что ФИО1 и ФИО2 готовы отпустить большегрузный автомобиль за 300 000 рублей. Через некоторое время ему позвонил ФИО2 и также подтвердил, что за 300 000 рублей они отпустят большегрузный автомобиль. Затем он созвонился с ФИО98 и тот попросил его передать инспекторам ДПС денежные средства в сумме 300 000 рублей, так как сам приехать не может, а деньги потом ему вернет. Он согласился. По дороге ему позвонил Бородин и попросил ехать быстрее, так как им надо было меняться. После этого, сделав свои дела в <адрес>, он вернулся в <адрес>. Приехав в <адрес>, примерно после 15 часов, он заехал к себе домой, взял 200 000 рублей, остальная сумма денег 100000 рублей находились дома у ФИО55, к которому они поехали за ними. Он позвонил ФИО2 и сообщил, что будет находиться на <адрес>. Взяв деньги, примерно в 17 или в 18 часов он увидел как к дому ФИО17 подъехал патрульный автомобиль ДПС номер № марки «Мерседес», в котором находились ФИО1 и ФИО2 Он выглянул из подъезда и махнул им рукой. К нему подошел ФИО1, которому в подъезде он лично передал денежные средства в сумме 300 000 рублей, после чего ФИО1 и ФИО2 уехали. Он позвонил ФИО99 и сказал, что передал денежные средства. ФИО100 пообещал вернуть деньги, что и сделал позже. ФИО55 никакой роли при передаче денег не принимал. Спустя примерно 2 часа с момента разговора с ФИО114, последний позвонил и сказал, что его автомобиль вновь задержали и попросил выяснить причины. Он позвонил ФИО2 и сообщил об этом. Через некоторое время ему перезвонил ФИО1 и сообщил, что не в курсе кто задержал автомобиль. Позже ему перезвонил ФИО115 и сообщил, что задержали краевые сотрудники БЭП. Со слов ФИО1 и ФИО2 ему известно, что данный автомобиль перевозил не солярку, а либо спирт, либо спиртосодержащую продукцию, но так ли это на самом деле он лично не проверял. ФИО116 ему пояснял, что с грузом все в порядке, что там солярка. Как бывший сотрудник ДПС он понимает, что в случае если ФИО1 и ФИО2, действительно выявили нарушения, а они выявили их, так как хотели задерживать автомобиль, то должны были его оформить, составить рапорт, доложить руководству, сообщить в дежурную часть, однако автомобиль задерживать не стали, и за денежное вознаграждение в размере 300 000 рублей, то есть за взятку, переданную им по просьбе ФИО101 они отпустили данный автомобиль с нарушениями и позволили ему дальше осуществлять передвижение. Он понимает, что передача денежных средств сотруднику полиции за действие или бездействие является незаконным. Никакой своей личной заинтересованности в данной ситуации он не имел. В ходе допроса, на него со стороны следователя, либо сотрудников иных правоохранительных структур, какого-либо морального либо физического давления не оказывалось. (том № 3 л.д. 194-201, том № 3 л.д. 202-210, том № 5 л.д. 284-287, том № 9 л.д. 219-226);

показаниями свидетеля ФИО5, данными им в ходе проверки показаний на месте, в ходе которой ФИО5 подтвердил на месте происходивших событий свои показания, указав обстоятельства, время, место и способ передачи взятки ФИО1 и ФИО2, согласно протоколу от 20.10.2016 г. (том № 3 л.д. 211-219);

показаниями свидетеля ФИО5, данными в ходе очной ставки с ФИО2, в ходе которой ФИО5 подтвердил ранее данные им об обстоятельствах передачи взятки ФИО1 и ФИО2, согласно протоколу от 12.01.2017 г. (том № 5, л.д. 292-296);

показаниям свидетеля ФИО55, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он находился в <адрес> со своим знакомым ФИО5, когда тому позвонил его знакомый из Республики Северная Осетия-Алания. Из разговора он понял, что указанный знакомый просил ФИО5 о помощи, так как сотрудниками ДПС был остановлен автомобиль на ФАД «Кавказ» в сторону <адрес>. Он совместно с ФИО5 поехали в <адрес> они увидели большегрузный автомобиль марки «Фредлайнер», номер не помнит, помнит регион «№ Возле указанного автомобиля стоял патрульный автомобиль марки «Мерседес». Там же стояли в форменном обмундировании ФИО1 и его напарник по имени Р.. Как он понял, водитель грузовика сидел в кабине. Они вышли из автомобиля и подошли к ФИО1 и Р. (Бородину), поздоровались. Затем у ФИО5 состоялся разговор с ФИО1 и Р., содержания которого он не слышал. После чего они сели в машину и уехали. По дороге ФИО5 кто-то звонил, но содержания разговора он не слышал. Дальнейшая судьба грузовика ему неизвестна (том № 3, л.д. 187-193);

показаниями свидетеля ФИО22, данными им в ходе предварительного следствия, из которых следует, что он брал у ФИО29 в аренду большегрузный автомобиль марки «Фредлайнер» с кузовом оранжевого цвета государственным регистрационным номером <***> регион. На данном автомобиле он осуществлял грузоперевозки от различных заказчиков, в том числе и от ФИО29 Управление данным автомобилем осуществлялось им на основании заключенного между ним и ФИО29 договора аренды. Примерно ДД.ММ.ГГГГ ему на мобильный телефон № позвонила ФИО29 по номеру телефона № и пояснила, что ей необходимы услуги грузоперевозки, на что он ответил согласием, после чего подъехал к ФИО29 домой. В ходе встречи ФИО29 пояснила, что ей необходимо перевезти цистерну с дизельным топливом в <адрес>, при этом она передала ему сопроводительные документы на груз, в которых было указано дизельное топливо, при этом ФИО29 передала ему 15 000 тысяч рублей для того, чтобы он мог по пути следования, в случае его остановок передавать сотрудникам полиции денежные средства за возможность беспрепятственного проезда по дороге к месту назначения. О том, что внутри цистерны, помимо дизельного топлива, содержится спирт ФИО29 ничего не поясняла. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 03 часа 00 минут он на грузовом автомобиле марки «Фредлайнер» выехал из <адрес>, и направился в сторону <адрес>, где стояла прицеп-цистерна имеющая государственный регистрационный знак № регион в районе АЗС с наименованием «777», расположенной примерно в 1 километре от <адрес>. Прежде чем зацепить цистерну он открыл крышку, убедился что внутри содержится дизельное топливо, при этом на цистерне каких-либо пломб не имелось. Далее он прицепил к автомобилю цистерну и начал движение в сторону <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ по маршруту движения около 08 часов 00 минут на подъезде к <адрес> на дороге его остановили сотрудники ДПС, служебный автомобиль был импортного производства. Сотрудников ДПС было двое, один из них подошел к нему потребовал предоставить документы на транспортное средство и на груз, после проверки документы ему не вернул и сказал стоять ожидать, чего именно ему нужно было ожидать тот не пояснил. Далее сотрудник ДПС начал обходить цистерну автомобиля и заметил, что от цистерны, которую он перевозил, исходил резкий запах спирта, и далее он обнаружил, что в верхней части цистерны имеется трещина. Далее сотрудники полиции пояснил, чтобы он звонил своему «старшему», который руководит и решает проблемы в связи с перевозкой контрафактного спирта. После чего он со своего мобильного телефона для решения возникшей проблемы позвонил ФИО119 на номер мобильного телефона № До этого он получил совет от ФИО4 о том, что все проблемы он должен решать с помощью ФИО121 В ходе телефонного разговора с ФИО120 он передал телефон сотруднику ДПС, о чем был между ними разговор ему не известно, но по его окончанию ему вернули документы и телефон и он так понял, что решили вопрос с его дальнейшим следованием и его отпустили. Далее доехав до поворота на <адрес>, около 13 часов 00 минут, он повернул с дороги и остановился около АЗС на автомобильной стоянке расположенной в непосредственной близости от <адрес> и дороги в сторону <адрес>. До этого, отъезжая от <адрес>, он позвонил ФИО4 и они договорились, что он подъедет к нему к указанному ранее месту, то есть на стоянку для того, чтобы они вместе могли ликвидировать течь в цистерне, которую он вез, так как от нее исходил сильный запах спирта. Далее ДД.ММ.ГГГГ в период времени примерно с 14 часов 00 минут по 15 часов 00 минут, ФИО4 подъехал к нему и они ликвидировали течь, то есть образовавшуюся трещину путем ее рассверливания и ввинчивания в нее болта, после чего ФИО4 уехал, а он остался отдыхать на указанной парковке. Спустя некоторое время к нему подъехали сотрудники МВД и ФСБ, и он сразу позвонил ФИО86 ФИО117 который в ходе телефонного разговора пояснил ему, что может решить любую проблему, в том числе и эту. Вскоре к нему вновь подъехал ФИО4 и они вместе приняли участие в обследовании машины на которой он перевозил дизельное топливо и спирт. При нем, ФИО4 и понятых сотрудники обнаружили в цистерне потайной кран для слива спирта. В ходе проведения сотрудниками мероприятий ФИО4 советовал ему, чтобы он никому ничего не пояснял, о том, что он якобы не знал, что везет спирт, хотя на момент обследования он уже знал об этом. Он лично знаком с ФИО4 и ФИО29, так как они живут с ними в одном селе, с ними каких-либо товарищеских отношений он не поддерживает, только рабочие отношения, ФИО118 знает только по телефонным разговорам, никогда его не видел. Он понимает, что передача им денежных средств сотрудникам полиции за действие иди бездействие является незаконным (том № 9, л.д. 191-198);

показаниями свидетеля ФИО68, из которых следует, что он состоит в должности старшего оперуполномоченного службы на Кавминводах УФСБ России по <адрес>. Примерно в апреле 2016 года им была получена оперативная информация о том, что сотрудники Специального Батальона ГИБДД ФИО3, ФИО1, а также гражданское лицо – ФИО103, обеспечивают за денежное вознаграждение беспрепятственный проезд большегрузных автомобилей перевозящих контрафактную алкогольную продукцию. В рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий производилось документирование их противоправной деятельности. В ходе прослушивания их телефонных переговоров указанная информация нашла свое подтверждение, а именно тот факт, что ФИО1 получал от водителей большегрузных автомобилей, перевозивших контрафактную алкогольную продукцию денежные средства, а потом передавал их ФИО3 Так, 31 мая 2016 г. экипажем ФИО1 была остановлена автомашина «Фредлайнер» с цистерной под управлением ФИО22, в которой перевозился спирт. ФИО1 позвонил заместителю командира батальона ФИО3 сообщил о задержании и сказал, что запросил у перевозчика 1 миллион рублей, но они пока не соглашаются, и спросил, как ему действовать дальше. ФИО3 предложил действовать по предыдущему варианту, то есть ФИО1 необходимо было забрать 500 тысяч рублей. Как позже выяснилось, что на данной автомашине перевозился груз, принадлежащий ФИО56, а сопровождали данную автомашину бывшие сотрудники ГИБДД ФИО5 и ФИО57 В ходе торгов хозяину груза удалось снизить цену до 300 000 рублей, ФИО3 сказал ФИО1 отогнать автомашину в сторону и забрать деньги. После этого, ФИО2 и ФИО1 забрали у ФИО5 деньги, а автомашина была отпущена. Кроме этого, 31 мая 2016 г. примерно в 11 часов, им совместно с оперуполномоченным ФИО58 проводилось ОРМ «наблюдение». В ходе данных мероприятий ими было установлено, что экипаж ФИО1 нес службу в районе в районе завода <адрес> Не далеко от данного экипажа ГИБДД находилась автомобиль с цистерной. Через некоторое время данный автомобиль продолжил свое движение по <адрес> Они проследовали за ней до <адрес>, где автомашина остановилась на стоянке. Ими данная информация была предана в ФСБ <адрес>. Впоследствии данная автомашина была задержана сотрудниками полиции и ФСБ, и выявлен факт провоза контрафактной алкогольной продукции. Также, в отношении ФИО1 и ФИО3 проводились ОРМ «обследование помещений зданий сооружений», в ходе которых у последних были изъяты мобильные телефоны, сим карты. В ходе своей деятельности ФИО3 и ФИО1 использовали разные телефонные номера, периодически их меняя. Когда ФИО3 не отвечал на вызов с телефона ФИО1, последний звонил ему на рабочий телефон и общими фразами давал понять, что им необходимо созвониться по новым номерам телефонов, после чего их диалог уже продолжался по мобильным телефонам с новыми СИМ-картами;

аналогичными показаниями по обстоятельствам дела свидетелей ФИО59 и ФИО60;

показаниями свидетелей ФИО61 и ФИО62, данными ими на предварительном следствии, являющихся аналогичными, из которых следует, что 3 июня 2016 г. они совместно с сотрудниками УФСБ принимали участие при проведении оперативно-розыскного мероприятия «Обследование помещений зданий сооружений участков местности и транспортных средств» по адресу: <адрес>, в ходе которого у ФИО1 был изъят мобильный телефон марки «Iphone 5» белого цвета (том № 8, л.д. 59-62, 63-66);

показаниями свидетеля ФИО67, из которых следует, что он состоит в должности командира отдельного специализированного батальона ДПС ГИБДД <адрес> ГУ МВД России по <адрес>. Подсудимые по делу ФИО1 и ФИО2 состояли в должности инспекторов ДПС, а ФИО3 являлся его одним из трех заместителей. График табеля учета рабочего времени составляется командиром взвода за 15 дней до рассматриваемого периода. Перед заступлением на службу дежурным по батальону составляется постовая ведомость. В случае если сотрудник заболел или убыл в командировку, в постовую ведомость вносятся изменения. После окончания рассматриваемого периода, то есть после отработки сотрудником ДПС смены, составляется табель учета фактически отработанного времени. Каждый сотрудник расписывается в графике за то время, которое он отработал, поэтому в данном документе не могут быть отражены не достоверные сведения. Вне графика инспектора ДПС заступить на службу не могут, так как патрульную автомашину не выпустят, а сотрудников в дежурной части не вооружат без ведомости. Заступали ли инспектора ФИО1 и ФИО2 31 мая 2016 г. на службу, он не помнит, по обстоятельствам данного уголовного дела, он пояснить ни чего не может. В его подразделении служебная проверка в отношении данных сотрудников не проводилась. Сведений о том, что ФИО3 каким-либо образом влиял на расстановку экипажа ФИО1 и ФИО2, он не имеет, о данных обстоятельства командир взвода ФИО63 ему не докладывал;

показаниями свидетеля ФИО63, из которых следует, что он занимал должность командира взвода отдельного специализированного батальона ДПС ГИБДД <адрес> ГУ МВД России по <адрес>. Подсудимые ФИО1 и ФИО2 работали в его взводе инспекторами ДПС, а ФИО3 являлся заместителем командира батальона. В его должностные обязанности входило расстановка сил и средств на обслуживаемой взводом территории, а также иные обязанности. График-табель учета рабочего времени личного состава 2-го взвода 1й-роты СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН <адрес> ГУ МВД России по СК составляется командиром взвода за 15 дней до начала месяца, то есть составлялся им. Указанный документ составляется заранее, то есть является примерным и мог корректироваться в процессе. В случае, если были внесены изменения это отображается в табеле учета служебного времени и постовых ведомостях. Согласно данного графика ФИО1 и ФИО2 должны были заступать в ночь с 31 мая 2016 г., то есть с 20 часов 00 минут и до 08 часов 00 минут следующего дня. Табель учета служебного времени сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации (для сотрудников, выполняющих служебные обязанности на основании графика сменности) составляется по итогам отработанного времени. Согласно данного табеля ФИО1 и ФИО2 не работали 31 мая 2016 г., а сменились в 08 часов утра 30 мая 2016 г. Относительно несения службы ФИО1 и ФИО2 31 мая 2016 г. пояснил, что насколько помнит, как только ФИО3 назначили заместителем командира батальона он вызвал его к себе и сказал, что экипаж в составе ФИО1 и ФИО2 будет непосредственно подчиняться тому и выполнять его указания. На вопрос почему так, ФИО3 отвечал, что это не его дело и чтобы он тому не мешал. После этого разговора он больше к ФИО3 старался не подходить, они не общались. Далее ему стали известны неоднократные случаи, когда ФИО1 и ФИО2 по указанию ФИО3 выезжали с территории батальона до развода, находясь в форменной одежде, с оружием, на служебном автотранспорте. При этом его в известность не ставили. При этом у ФИО1 и ФИО2 мог быть выходной день, их не было в графике, но это им не мешало. На его неоднократные замечания они не реагировали, а говорили, что они выполняют указания (поручения, задачи) ФИО3 Об указанных случаях он рапорт командиру батальона ФИО18 не писал. 31 мая 2016 г. ФИО1 и ФИО2, согласно графика должны быть выходными. За ФИО1 и ФИО2 в 2016 году был закреплен служебный автомобиль марки «Мерседес» Е класса, номер не помнит. В соответствии с Приказом № 888 от 02.10.204 года «О мерах по реализации приказа МВД России от 31.12.2013 г. № 1045» в выходной день инспектор ДПС не имеет права использовать служебный автомобиль, выезжать на дорогу, составлять административные материалы. В 2016 году ФИО1 и ФИО2 находились в его подчинении, командира роты, заместителя командира батальона – ФИО3, и непосредственно командира батальона – ФИО67 (т. 42 л.д. 128-134);

показаниями свидетеля ФИО64, из которых следует, что он состоит в должности начальника отдела исполнения административного законодательства и взаимодействия с правоохранительными органами управления ГАИ <адрес>. При остановке транспортного средства действия сотрудников ГИБДД регламентируется приказом №, а проверка документов, осуществляется в соответствии с пунктом 2.1.1. Перевозимый груз также может быть проверен в соответствии с документом, а также на право управления транспортным средством, это водительское удостоверение, свидетельство о регистрации и документы за перевозимый груз. В случае перевозки спиртосодержащей жидкости также следует проверять накладные, если это за лицензированный груз наличие лицензии. В случае выявления инспекторами ДПС перевозки водителем грузового автомобиля с полуприцепом цистерн спирта и спиртосодержащей жидкости без каких-либо документов, первоначально определяются признаки состава преступления, на место где было остановлено транспортное средство, должна быть вызвана следственно-оперативная группа и в последующем выполнять указания старшего следственно-оперативной группы следователя. Составляется рапорт, материал передается в дежурную часть;

выпиской из приказа № 504 л/с от 14 сентября 2015 г., согласно которой ФИО3 с 11 сентября 2015 г. назначен на должность заместителя командира специализированного батальона ДПС ГИБДД по обеспечению безопасного беспрепятственного проезда автомобилей специального назначения <адрес> ГУ МВД России по <адрес>, а также должностной инструкцией от 01 октября 2015 г., согласно п.п. 10, 13, 14, 16, 24, 25, 28, 49 которой, в должностные обязанности заместителя командира специализированного батальона ДПС ГИБДД по обеспечению безопасного беспрепятственного проезда автомобилей специального назначения <адрес> ГУ МВД России по <адрес> ФИО3 обладал правами по организации работы личного состава СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД России по <адрес> таким образом, чтобы исключить необоснованные проверочные мероприятия в отношении граждан, организации работы среди личного состава по исключению укрытия преступлений от учета и осуществлению непосредственного контроля за служебной деятельностью инспекторского состава, участию в гласном и скрытом контроле за работой инспекторского состава на маршрутах патрулирования, и был наделён обязанностями по осуществлению управления силами и средствами батальона, осуществлению руководства подчинённым личным составом, самостоятельному принятию необходимых решений, ежедневной постановке задач перед подчинённым личным составом, проведению гласного и скрытого контроля за несением службы личным составом (том №, л.д. 113-119);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому был осмотрен участок местности – участок <адрес>, где ФИО1 и ФИО2 был остановлен грузовой автомобиль «Freightliner Century Gla», государственный регистрационный знак «№», с полуприцепом цистерной «Ellinghaus dsta-24-43», государственный регистрационный знак «№», под управлением водителя ФИО22, перевозивший без соответствующих документов спирт по поручению и в интересах ФИО29 (том № 28, л.д. 9-20);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, в ходе следственного действия был осмотрен участок местности, прилегающий к дому № по <адрес> края, где ФИО1 и ФИО2 осуществлялись переговоры с ФИО3, а также водителем указанного грузового автомобиля ФИО22, собственниками спирта и ФИО5 об условиях передачи взятки за беспрепятственный проезд указанного грузового автомобиля со спиртом (том №, л.д. 21-31);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, в ходе следственного действия было осмотрено домовладение № по <адрес> края, в подъезде которого ФИО5 в качестве посредника передал взятку ФИО1 и ФИО2 за беспрепятственный проезд указанного грузового автомобиля со спиртом под управлением ФИО22 (том №, л.д. 42-53);

заключением эксперта № 631 от 23 августа 2017 г., согласно которому анализ данных, полученных в ходе проведения судебно-химической экспертизы (заключение эксперта № 1257-э от 21-22 июля 2017 года) показывает следующее: жидкость в полимерной бутылке с этикеткой «<данные изъяты>», вместимостью 1л, изъятая из а/м на <адрес>, представляет собой спирт, крепостью 96,4%, соответствующий требованиям ГОСТ 5962-2013 по крепости, содержит в своем составе кротоновый альдегид и согласно ГОСТ Р 32039-2013 не пригоден для производства ликероводочной продукции. Исследованная жидкость (этиловый спирт) не может быть использована для приготовления ликероводочной продукции, а может применяться в медицинской практике как наружное антисептическое средство. (том № 43, л.д. 48-51);

актом наблюдения от 31 мая 2016 г., согласно которого в 11 час. 05 мин. напротив завода «Рокадовский» находились сотрудник СБ ДПС ГИБДД ОББПАСН (<адрес>) ГУ МВД РФ по <адрес> ФИО1 и еще 2 сотрудника в форменной одежде, патрульный автомобиль марки Мерседес г/н № и грузовой автомобиль марки «Фрейтлайнер» г/н № с полуприцепом в виде цистерны с г/н №, а примерно через 10 минут указанный грузовой автомобиль продолжил движение в сторону <адрес>, затем свернул в сторону <адрес> и проехав примерно 30 км припарковался на стоянке (том №, л.д. 55-56);

протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 3 июня 2016 г., согласного которого в ходе обследования служебного кабинета ФИО3 по адресу: <адрес>. был изъят используемый ФИО3 мобильный телефон марки «IPhone 5S» (том № 1, л.д. 66-70);

протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 3 июня 2016 г., согласно которого в ходе обследования жилища ФИО3 по адресу: <адрес>, были изъяты используемые ФИО3 мобильные телефоны марки «Нокиа» «IPhone 5S» (том № 1, л.д. 59-63);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от 8 июля 2016 г., согласного которого произведен осмотр используемого ФИО1 мобильного телефона марки «IPhone 5» (том № 1, л.д. 73-89);

материалами оперативно-розыскной деятельности, которые содержат информацию о телефонных переговорах подсудимых об обстоятельствах совершенного преступления, задержании отпущенного впоследствии ими за взятку автомобиля со спиртом и наступающих последствиях в связи с этим:

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» от 4 июля 2016 г., согласно которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 1-85);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с технических каналов связи» от 5 июля 2016 г., согласно которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «снятие информации с технических каналов связи» (том № 2, л.д. 88-91);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров», согласно которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 95-130);

материалами оперативно-розыскной деятельности, которые содержат информацию о телефонных переговорах подсудимых об обстоятельствах совершенного преступления, задержании отпущенного ими за взятку автомобиля со спиртом и наступающих последствиях в связи с этим, приведенным в качестве доказательств по эпизоду от 12 мая 2016 г. (том № 2, л.д. 131-132, 134-135, 138-149, 152-153, 156-177);

протоколом исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия «прослушивание телефонных переговоров» от 5 июля 2016 г., согласного которого произведен осмотр компакт-диска, полученного в результате ОРМ «ПТП» (том № 2, л.д. 181-189);

протоколом осмотра предметов от 31 марта 2017 г., в ходе которого осмотрен CD-R диск рег. № 11/1 – 357 от 23 июня 2016 г., который содержит папку «75-2025-16», размером 25,3 МБ, содержащей папки «30 мая 2016 года», размером 12,9 МБ и «31 мая 2016 года», размером 12,3 МБ, папка «31 мая 2016 года» содержит файлы: «8F9EBD63.txt», «8F9EBD63.wav», «8FAD5D8E.txt», «8FAD5D8E.wav», «952A4E18.txt», «952A4E18.wav», «964A21BA.txt», «964A21BA.wav», «90655C78.txt», «90655C78.wav», «99543465.txt», «99543465.wav», «A6C875E9.txt», «A6C875E9.wav», «A8D67282.txt», «A8D67282.wav», «A8F81281.txt», «A8F81281.wav», «A78B5B4F.txt», «A78B5B4F.wav», «A56764EF.txt», «A56764EF.wav», «B00E78CC.txt», «B00E78CC.wav», «D80F3EB2.txt», «D80F3EB2.wav», «D82A667D.txt», «D82A667D.wav», «D946187D.txt», «D946187D.wav», «E1A923E0.txt», «E1A923E0.wav», «E2FC7C67.txt», «E2FC7C67.wav», «E4042F15.txt», «E4042F15.wav», «E13944CA.txt», «E13944CA.wav»,

Исследованием указанных файлов установлено, что в 07 часов 12 минут 31 мая 2016 г. между ФИО1 и ФИО3 состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 сообщил ФИО3 задержании бензовоза, перевозящего спиртосодержащую продукцию, к сопровождению которого причастен ФИО5. В ходе переговоров пытаются понять, кому принадлежит спирт, с кем необходимо разговаривать. С этой целью ФИО3 дает указание держать автомашину до последнего.

В 09 часов 02 минуты 31 мая 2016 г. между ФИО1 и ФИО3 состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 сообщил ФИО3 об отсутствии представителей грузоперевозчика, которые должны были вести переговоры об условиях освобождения задержанной автомашины с алкогольной продукцией, а ФИО3 дает указания о том, как необходимо действовать ФИО1 в данной ситуации, а именно тянуть время, начинать составлять рапорт, отбирать объяснение.

В 09 часов 14 минуты 31 мая 2016 г. между ФИО1 и неустановленным лицом по имени Габриель состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 приняв последнего за хозяина автомашины «Фредлайнер» с грузом спиртосодержащей продукции, сообщает о наличии у грузоотправителя больших проблем с данным грузом. При этом сообщает, что со слов водителя к грузу причастны неизвестные им лица по имени Марина и Аслан.

В 09 часов 44 минуты 31 мая 2016 г. между ФИО1 и ФИО3 состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 сообщил ФИО3 о том, что с ним на связь вышел хозяин груза по имени Аслан, который просил решить вопрос с не оформлением и освобождением задержанной автомашины с спиртосодержащей продукцией. ФИО3 поинтересовавшись об условиях предложений водителя и узнав об отсутствии таковых, дает указание продолжать удержание автомашины до получения желаемого результата.

В 11 часов 18 минут 31 мая 2016 г. между ФИО1 и ФИО3 состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 сообщил ФИО3 о том, что приехали представители хозяина спирта, которым он сообщил условия решения вопроса, назвав сумму взятки один, то есть 1 000 000 рублей, на что они ответили, это много, забирайте, то есть оформлять данный факт по закону, после чего он (ФИО1) предложил ФИО3 снизить сумму взятки до 500 000 рублей, обозначив это как «по вчерашнему расписанию», на что ФИО3 согласился.

В следующем разговоре между ФИО1 и ФИО3, ФИО1 сообщил ФИО3 о том, что собственники спирта предложили 200 000 рублей, на что он ответил, что это мало, с этим согласился ФИО3

В 11 часов 43 минуты 31 мая 2016 г. между ФИО1 и ФИО3 состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 сообщил ФИО3 о том, что собственники предложили 300 000 рублей, которые привезут через полтора часа и спрашивает ФИО3 - «Определяться с ними?» ФИО3 соглашается.

На следующих записях установлено, что в 18 часов 21 минуты 31 мая 2016 г. между ФИО1 и неустановленным лицом состоялся телефонный разговор, в ходе которого неустановленное лицо проинформировало ФИО1 о задержании в районе <адрес> автомашины с грузом спиртосодержащей продукции ранее отпущенной экипажем под руководством ФИО1, а ФИО1 сообщил абоненту о том, что от них информация о дальнейшем движении автомашины с указанным грузом ни кому из сотрудников правоохранительных органов, не передавалась.

В 19 часов 53 минуты 31 мая 2016 г. между ФИО1 и ФИО3 состоялся телефонный разговор, в ходе которого ФИО1 проинформировал ФИО3 о задержании в районе <адрес> автомашины с грузом спиртосодержащей продукции ранее отпущенной его экипажем. ФИО1 и ФИО3 обсуждают вопрос о том, кто мог в районе <адрес> задержать указанную автомашину.

В 19 часов 49 минут 31 мая 2016 г. между ФИО1 и неустановленным лицом состоялся телефонный разговор, в ходе которого неустановленное лицо проинформировало ФИО1 о том, что задержание в районе <адрес> автомашины с грузом спиртосодержащей продукции ранее отпущенной экипажем ФИО1, провели сотрудники ФСБ. ФИО1 в очередной раз сообщил абоненту о том, что от его экипажа данная информация о дальнейшем движении автомашины с указанным грузом ни кому из сотрудников правоохранительных органов, не передавалась (том № 12, л.д. 51-101);

заключением эксперта № 2/84 от 09 июня 2018 г., согласно которому при исследовании компакт-диска № 11/1-357 от 23 июня 2016 г., на имеющихся фонограммах в указанных выше файлах, имеются голос и речь гр. ФИО1 и гр. ФИО3, а также неустановленных лиц. Неситуационные изменения зафиксированной звуковой информации не выявлены (том № 24, л.д. 72-250; том № 25, л.д. 1-244).

Изложенные доказательства суд считает достаточными для разрешения вопроса доказанности инкриминируемого ФИО1, ФИО2 и ФИО3 деяния по эпизоду от 31 мая 2016 г.

Вопреки утверждениям подсудимых и их защитников, в ходе судебного разбирательства судом установлено, что сотрудники ДПС ФИО1 и ФИО2 31 мая 2016 г. в составе экипажа на патрульной автомашине находились на федеральной дороге «Кавказ», что объективно подтверждается актом наблюдения от 31 мая 2016 г., согласно которого оперуполномоченным 2 отделения 2 отдела службы на Кавминводах УФСБ России по <адрес> ФИО68 осуществлялось наблюдение за ФИО1 (патрульный автомобиль марки Мерседес г/н №) и грузовым автомобилем марки «Фрейтлайнер» г/н № с полуприцепом в виде цистерны с г/н №, показаниями свидетеля ФИО22, показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО55, данными ими как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, протоколом осмотра предметов от 31 марта 2017 г., заключением эксперта № 2/84 от 09 июня 2018 г., а также копией постановления о привлечении гр. ФИО65 к административной ответственности по ст. 12.6 КРФ об АП, согласно которой данный гражданин был привлечен инспектором ДПС ФИО2 к указанной административной ответственности 31 мая 2016 г. за допущенное им на <адрес> нарушение (том № 42, л.д. 38).

Свидетели ФИО66, ФИО67, ФИО63, будучи допрошенными в судебном заседании пояснили суду об общих правилах заполнения служебной документации, связанной с заступлением нарядов ГИБДД на службу, однако показания указанных свидетелей не опровергают доказательства представленные стороной обвинения, не являются доказательством, подтверждающим нахождение 31 мая 2016 г. ФИО1 и ФИО2 на отдыхе, предоставленного им выходного дня.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты о том, что исследованные в судебном заседании график – табель учета рабочего времени личного состава от 14 апреля 2016 г., табель учета служебного времени сотрудников ОВД РФ от 03 июня 2016 г. (том № 42, л.д. 32-35), опровергает доказательства стороны обвинения о доказанности вины подсудимых по эпизоду от 31 мая 2016 г., являются не состоятельными.

Исследованными доказательствами установлено, что в течение дня 31 мая 2016 г. инспектор ДПС ФИО1 неоднократно созванивался с заместителем командира батальона ФИО3, в ходе разговора с которым они обсуждали действия по удержанию, ранее задержанной экипажем ФИО1 и ФИО2 автомашины «Фредлайнер» с грузом спиртосодержащей продукции, создания условий, при которых собственники груза будут вынуждены передать ФИО1 и ФИО2 взятку за освобождение задержанного ими транспортного средства, договорившись о размере взятки в сумме 300 000 рублей.

В ходе телефонных переговоров в период времени с 09 часов 31 мая 2016 г. до 11 часов 44 минут в ходе телефонных переговоров с ФИО1 подсудимый ФИО3 использовал мобильный телефон с абонентским номером +№

Из заключения эксперта № 2/84 от 09 июня 2018 г., на фонограмме, зафиксированной в файле «952А4Е18.wav» и файле «95543465.wav» в разговоре с ФИО1 абонентом, использовавшим мобильный телефон с номером №, являлся именно ФИО3 Кроме этого, в течение дня 31 мая 2016 года ФИО3 также использовались: №; №

Учитывая, что телефонные переговоры ФИО1 в период времени 11 часов 18 минут до 11 часов 43 минут происходили с лицом, использующим абонентский номер №, который, как было установлено согласно протоколу осмотра предметов от 31 марта 2017 г. файла «952A4E18.txt» использовался ФИО3, а также контекст и содержание разговоров, содержащихся на файлах «А56764.wav», «А6С875Е9.wav», «А8D67282.wav», наличие в разговоре характерных для обращения ФИО1 к ФИО3 выражения «шеф», судебна коллегия приходит к выводу о том, что в содержащиеся файлах «А56764.wav», «А6С875Е9.wav», «А8D67282.wav» записи телефонных переговоров имели место между ФИО3 и ФИО1, в которых обсуждалась ситуация с задержанием автомашины со спиртосодержащей продукцией, а также ФИО3 давал рекомендации ФИО1 о способах задержания автомашины в целях получения взятки, а также о размере взятки, необходимой к получению за освобождение указанной автомашины.

Анализируя характер и содержание телефонных переговоров между ФИО3 и ФИО1, который являлся старшим в патрульном экипаже ГИБДД совместно с ФИО2, суд приходит к выводу о том, что с момента звонка ФИО1 в 07 часов 12 минут 31 мая 2016 г., в котором последний сообщил о задержании автомашины, перевозящей спирт, и получив от ФИО3 соответствующие советы и рекомендации, фактически вступили как между собой в предварительный сговор на получение руководителем экипажа ГИБДД ФИО1 взятки, так и сговор с ФИО2, который являлся членом данного экипажа, и также выполнял объективную сторону инкриминируемого им преступления путем выполнения советов и указаний данных им ФИО3, в том числе путем переговоров с ФИО5 Для достижения поставленной цели и выполнения советов и указаний, данных ФИО3, сотрудники ДПС ФИО1, и ФИО2 перед началом создания условий, при которых собственники спирта будут вынуждены передать им взятку, вступили в предварительный сговор между собой, о чем свидетельствует согласованность их действий.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5 показал, что в августе 2016 г. ему позвонил сотрудник ФСБ ФИО68 попросил встретиться. При встрече ФИО68 сказал, что были задержаны сотрудники ГАИ ФИО3 и ФИО1 за якобы незаконную перевозку спирта и он (ФИО87) попал в их разработку. Чтобы не было проблем ему необходимо сотрудничать со следствием путем дачи нужных показаний. Он объяснил ФИО68, что в этот день он вместе со своим кумом, ФИО55 и его другом, ехали в сторону Невинномысска посмотреть автомашину, которую хотел приобрести его товарищ. В процессе поездки ему на мобильный телефон позвонил знакомый из Владикавказа по имени Ахшар. Он спросил, работает ли он еще в органах, он ответил, что да, работает. Он попросил оказать ему помощь, сказал, что была задержана сотрудниками ГАИ его грузовая автомашина перевозящая солярку, попросил узнать, что с ней и оказать содействие. Подъехав в район Рокадовской, он увидел там экипаж ДПС, двух сотрудников ГАИ, одного из которых он знал как ФИО2, так как работал раньше с ним в одном подразделении. Он поинтересовался в чем дело. ФИО2 ему ответил, что они разберутся сами, и сказал им уезжать, тем более пассажиры у него были хорошо выпившие. Они уехали, после чего он позвонил ФИО104 и сказал, что ничем помочь ему не может. ФИО106 неоднократно звонил, и чтобы последний отстал, он сказал последнему, что за машину сказали отдать миллион. Сумма миллион рублей была им придумана, ему эту сумму никто не озвучивал. После этого ФИО105 престал звонить. Все эти обстоятельства он рассказал сотруднику ФСБ ФИО68, но тот сказал, что так дело не пойдет, и что у них есть записи его разговоров, что он предавал деньги. После чего сотрудник ФИО33 сказал, что он должен дать показания на сотрудников, на экипаж ГАИ ФИО2 и ФИО1, что ФИО2 указал ему сумму один миллион рублей. Кроме этого, ФИО122 сказал, что если он не будет сотрудничать, его привлекут к уголовной ответственности. Таким образом, он фактически давал заведомо ложные показания. Впоследствии, его допрашивали во многих следственных отделах городов Минеральных Водах, Ессентуках, <адрес>, ФСБ в <адрес>, где ему приходилось каждый раз придумывать что-то новое, чтобы угадить следствию и не попасть самому под следствие. Все его допросы проводились без адвоката, о предоставлении которого он просил. Ему объясняли, что если он будет сотрудничать со следствием, то адвокат ему не потребуется. На все допросы его вызывал сотрудник ФСБ ФИО68 и всегда на них присутствовал. На очной ставке с ФИО2 тоже присутствовал сотрудник ФСБ ФИО68 Перед допросом в суде к нему также приезжал сотрудник ФСБ ФИО68, который пояснил, что у него есть информация, что ему угрожают и он (ФИО87) боится давать показания в суде. Также он сказал, что если он подтвердит ранее данные показания, уголовное дело в отношении него прекратят. Он пояснил, что ему никто не угрожает и помощь ему не нужна. В действительности 31 мая 2016 г. денежные средства в размере 300 000 рублей ФИО2 не передавал. Потом он обратился за помощью к адвокату и понял, что он оклеветал ФИО2 и ФИО1, что дал заведомо ложные показания на себя. С заявлением о применении к нему недозволенных методов ведения следствия он обращался в прокуратуру края, о том, что было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, он не знал.

В ходе судебного разбирательства установлено, что на стадии предварительного следствия ФИО5 был допрошен в качестве свидетеля следователями ФИО71, ФИО69, ФИО70, ФИО50 об обстоятельствах данного уголовного дела.

Из протоколов допроса свидетеля ФИО5 следует, что ему были разъяснены права, в том числе положения ст. 51 Конституции РФ о возможности отказа свидетельствовать против себя, и о возможности его явки на допрос с приглашенным им адвокатом.

Из материалов уголовного дела № следует, что ФИО5 в качестве подозреваемого или обвиняемого по данному уголовному делу не привлекался, а потому предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для назначения ему защитника у следователей, проводивших предварительное расследование по данному уголовному делу, не было. Сведений о том, что свидетель ФИО5 являлся на допрос с приглашенным им адвокатом, материалы уголовного дела не содержат. Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО5, которому в суде также была предоставлена возможность явки для проведения допроса с адвокатом, в суде также не сообщал о прибытии им на стадии предварительного следствия на допросы со своим адвокатом и его не допуске следователями к участию в следственных действиях.

При таких обстоятельствах, оснований для выводов суда о нарушении прав свидетеля ФИО5 при его допросах в качестве свидетеля, не имеется.

Как указывалось ранее, свидетель ФИО5 на стадии предварительного следствия четырем следователям давал последовательные показания, и изобличал подсудимых в совершении инкриминируемых им деяний. Данные показания подтверждаются совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, в том числе результатами ОРМ.

Давая оценку показаниям свидетеля ФИО5, данным им в судебном заседании, судебная коллегия приходит к выводу о том, что они не отвечают требованиям, предъявляемым ст. 88 УПК РФ о достоверности, а потому не могут быть положены в основу приговора.

Доводы стороны защиты об оказание давления на свидетеля ФИО5 при его допросе в качестве свидетеля на стадии предварительного следствия, проверены, однако своего подтверждения не нашли.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля следователь ФИО70 показал, что в 2106 году в его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 В ходе расследования данного уголовного дела им с участием свидетеля ФИО5 были проведены проверка его показаний на месте, которая происходила на <адрес>, и он был допрошен в качестве свидетеля. Свои показания ФИО87 давал добровольно, какого либо давления не оказывалось. На следственные действия ФИО5 он вызывал по телефону. Сотрудники ФСБ, которые вели оперативное сопровождение данного уголовного дела, при производстве указанных следственных действий участия не принимали. На следственные действия ФИО5 приходил без своего адвоката, а оснований для назначения ему адвоката в качестве защитника, у него не было.

Свидетель ФИО71 в судебном заседании показал, что он состоит в должности старшего следователя 2 отдела по особо важным делам СУ СК РФ по <адрес>. В его производстве на протяжении нескольких месяцев 2017 года находилось уголовное дело в отношении сотрудников ГИБДД. В рамках данного уголовного дела им был допрошен свидетель ФИО5 В связи с нехваткой места в Следственном комитете <адрес>, допрос ФИО5 им производился в здании ФСБ по <адрес> в комнате приема граждан. В ходе допроса ФИО5 показания давал добровольно, заявлений об оказании на него какого-либо давления, не поступало.

Свидетель ФИО69 в судебном заседании показал, что в настоящее время он является руководителем СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес>. В рамках расследуемого им уголовного дела проводились допросы свидетеля ФИО5 Поскольку сведений о том, что в данном следственном действии принимал участие кто-либо помимо него и ФИО5, отсутствуют, поэтому он полагает, что оперуполномоченный ФИО68 участие в допросе не принимал. Примерно через два часа после допроса ФИО5 проводилась очная ставка между ФИО5 и ФИО2, в которой принимал участие оперуполномоченный ФИО68, который был внесен в протокол очной ставки как ее участник. ФИО5 им допрашивался в качестве свидетеля по делу.

Свидетель ФИО50 в судебном заседании показал, что в настоящий момент он состоит в должности старшего следователя 1-го отдела по особо важным дела СУ СК РФ по <адрес>. В его производстве находилось уголовное дело в отношении ФИО3, ФИО1 и ФИО2, которое он впоследствии окончил производством и направил прокурору для утверждения обвинительного заключения. Свидетеля ФИО5 он опрашивал в августе 2016 года, на допрос он вызывал его по телефону. Показания ФИО5 давал согласно его волеизъявлению, предварительно обдумав в течение 40 минут их содержание, кроме него и ФИО5 в допросе последнего иные лица участия не принимали, о том, что на него кто-либо оказывает давление, ФИО87 не сообщал, участие защитника не требовал.

При таких обстоятельствах, анализируя указанные показания, оснований сделать вывод о том, что в ходе проведения допросов ФИО5 принимали участия, не указанные в протоколе иные лица, которые оказывали на него давление в присутствии допрашивавших его следователях, у не имеется.

Наличие в тексте оглашенных протоколов допроса свидетеля ФИО5, данных им на предварительном следствии формулировок «в ходе настоящего допроса на него со стороны следователя, либо сотрудников иных правоохранительных структур моральное либо физическое давление не оказывалось», не может являться свидетельством нахождения при допросе ФИО5 оперативных сотрудников и оказания на него давления, так как указанная формулировка является часто употребляемой органами предварительного следствия при производстве различных следственных действий и само по себе ее применение не может свидетельствовать о незаконных методах ведения следствия по данному уголовному делу.

Факт обращения свидетеля ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в органы прокуратуры <адрес> о якобы совершенном в отношении него противоправном деянии, не подтверждают доводы стороны защиты об оговоре им подсудимых и дачи ФИО5 показаний под давлением.

Рассмотрев ДД.ММ.ГГГГ указанное обращение ФИО87 и.о. руководителя отдела по расследованию особо важных дел следственного управления СК России по <адрес> ФИО72 пришел к выводу о том, что содержащиеся в нем доводы не могут быть рассмотрены в порядке ст. 144-145 УПК РФ.

Как следует из показаний, данных свидетелем ФИО5 в судебном заседании, перед его допросом в суде он встречался с сотрудником ФСБ ФИО68, который, ссылаясь на имеющуюся у него (ФИО33а) информацию об угрозах в адрес ФИО5 и его опасении давать показания в отношении подсудимых в суде, фактически предложил последнему государственную защиту.

Анализируя содержание показаний свидетеля ФИО5, а также его утверждения о том, что ФИО68 предложил подтвердить ему ранее данные показания, судебная коллегия приходит к выводу, что указанные обстоятельства не подтверждают доводы стороны защиты об оказании давления ФИО68 на свидетеля ФИО5 при даче им показаний на стадии предварительного следствия, и необходимости признания данных протоколов допросов ФИО5, недопустимыми доказательствами.

В судебном заседании свидетель ФИО55 показал, что в мае 2016 года, более точное время он не помнит, он, ФИО5 и их знакомые товарищи, отмечали день рождения. На автомашине они поехали по дороге в сторону <адрес>, когда ФИО5 на телефон позвонили из Осетии и попросили помочь разобраться с задержанной сотрудниками ГИБДД автомашиной. Где точно находилась задержанная автомашина, он не помнит. Подъехав к экипажу ГИБДД в составе ФИО1 и ФИО2, с ними пошел поговорить ФИО5, о чем они разговаривали, он не знает. Возле патрульного экипажа грузовая автомашина отсутствовала. При нем разговора о грузовой автомашине не было. После этого они продолжили путь в Невиномысск, где хотел приобрести себе автомашину один из их товарищей. Когда они ехали на автомашине, ФИО5 поступали звонки, однако от кого они были ему не известно. Вернувшись из Невиномысска ФИО5 отвез его домой. Какие-либо денежные средства он ФИО5 не передавал. Со слов ФИО5 ему известно, что в августе или сентябре 2020 года перед его выступлением в суде он встречался с сотрудником ФСБ, который говорил, что в отношении ФИО5 дело приостановили и ему необходимо дать показания, изобличающие подсудимых и от этого зависит его судьба. О том, угрожали ли ФИО5 подсудимые ему не известно.

Анализ данных показаний, в части отсутствия в месте их разговора с экипажем ГИБДД грузовой автомашины, а также обстоятельств передачи ФИО5 денежных средств, противоречат совокупности исследованных судом показаний, а потому они не могут быть положены в основу постанавливаемого судом приговора.

Из показаний свидетеля ФИО4, данных им на предварительном следствии, следует, что ему ничего не известно и какой либо информацией, относительно обстоятельств остановки сотрудниками ДПС 31 мая 2016 г. на <адрес> автомобиля Фрейтлайнер государственный регистрационный знак №» с полуприцепом в виде цистерны, он не располагает. На вопрос о том, имеет ли он какое-либо отношение к указанным обстоятельствам ФИО4 пояснил, что не имеет. На вопрос следователя о том, где он находился в указанный день и чем занимались, ФИО4 пояснил, что если он не ошибается, он находился в <адрес>. На вопрос о том, кто это может подтвердить, ФИО4 пояснил, что никто, он там был один. На вопрос следователя о том, знаком ли ему ФИО5, ФИО4 пояснил, что фамилию не знает, но один ФИО81, из <адрес> ему знаком. Тот работает в ДПС в <адрес>. Они познакомились с ним на свадьбе в РСО-Алания в 2016 году. Их познакомил их друг, знакомый ФИО20, дату рождения и отчество не помнит, адрес и телефон не помнит. На вопрос о том, какие у них отношения с ФИО5 и поддерживает ли он общение, ФИО4 ответил, что никаких, общения они не поддерживают. Он видел того последний раз кажется в начале 2016 г. случайно, больше они не созванивались и не виделись. На вопрос о том, созванивались с ФИО5, ФИО4 ответил, что они созванивались 2-3 раза, кажется в апреле 2016 года или в мае, точно не помнит. На вопрос о том, созванивались ли они с ФИО5 31 мая 2016 г, ФИО4 пояснил, что точно не может вспомнить. На вопрос о том, каким телефоном он пользовался в 2016 году в целом и в мае того же года в частности и на кого он был зарегистрирован, ФИО4 ответил, что помнит, что был «Мегафон», но номер не помнит. Он купил СИМ-карту в подземном переходе в <адрес>, на кого оформлена не знает. На вопрос о том, обсуждал ли он с ФИО5 31 мая 2016 г. остановку вышеуказанного автомобиля с прицепом, ФИО4, ответил, что не обсуждал. На вопрос о том, просил ли он 31 мая 2016 г. ФИО5 о том, что бы тот передал от его имени сотрудникам ДПС денежные средства в сумме 300 000 рублей, за то, чтобы они не предпринимали мер к задержанию указанного автомобиля, ФИО4 пояснил, что нет, единственное он у ФИО5 попросил в займы ни то 150 000, ни то 180 000 рублей на приобретение транспортного средства. На вопрос о том, когда и при каких обстоятельствах это было, ФИО4 пояснил, что это было 24-25 мая 2016 года, может немного ранее. Разговор состоялся в <адрес> воды, недалеко от одного из автосалонов, деньги ФИО5 дал ему там же. На вопрос следователя о том, была ли у ФИО5 с собой указанная сумма, он пояснил, что он позвонил ФИО87 заранее, и тот сказал, что подвезёт. Он ФИО87 часа два прождал. На вопрос о том, как часто ему занимают крупные суммы денег малознакомые люди, с которыми он не поддерживает близкого общения, ФИО4 ответил, что было пару раз, он всегда во время отдавал. На вопрос о том, в этот раз, вовремя отдал, ФИО4 ответил, что он ФИО87 их отдал через пару недель, какую-то сумму он ФИО87 картой перевёл, а какую-то наличкой отдал. На вопрос о том, с чьей карты переводили, ФИО4 пояснил, что с посторонней, чья была карта, он не помнит за давностью. На вопрос о том, наличные деньги где передавали и когда, ФИО4 пояснил, что он передавал их в Пятигорске, примерно через две недели, на улице, рядом с каким-то меленьким банком, банкоматами. На вопрос о том, обсуждал ли он с сотрудниками ДПС ФИО1, ФИО2 или ФИО3, а также иными лицами 31 мая 2016 г. остановку вышеуказанного автомобиля с прицепом, ФИО4 ответил, что он с такими людьми не знаком, и не обсуждал и никакого отношения к этому автотранспорту он не имеет. На вопрос о том, по какой причине ФИО5 утверждает, что 31 мая 2016 г. он звонил ФИО87 и просил помочь с остановкой вышеуказанного автомобиля с прицепом, ФИО4 ответил, что он не может знать, почему тот так утверждает (том № 27, л.д. 84-88).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО29 показала, что она является индивидуальным предпринимателем ИП «Бекузарова» и осуществляет торговлю топливом и горюче-смазочными материалами. Ею была отправлена автомашина под управлением водителя ФИО22 с дизельным топливом, которая была задержана сотрудниками правоохранительных органов. О результатах проведенной проверки по факту задержания ее автомашины она ни чего не знает.

Из показаний ФИО29, данных ею в качестве свидетеля на стадии предварительного следствия, следует, что ранее она состояла в браке ФИО6 с 1990 по 2014 годы. В настоящее время поддерживают отношения, однако вместе не проживают. ФИО4 проживает по адресу: <адрес>, каким номером мобильного телефона пользуется ей не известно. У него есть родной брат ФИО7, который проживает или в <адрес> или в <адрес>. С февраля 2015 года она является индивидуальным предпринимателем <данные изъяты> Занимается розничной торговлей топливом (дизельным топливом, бензином), а так же перевозкой ГСМ. Товар для реализации она приобретает у разных лиц, конкретных поставщиков у неё нет. У них маленькая республика и лица, которые занимаются в данной сфере друг друга знают, поэтому происходит обмен информаций. Товар продает как в пределах республики, так и за его пределами. В его распоряжении находится две грузовых автомашины две машины марки «Фредлайнер», государственный номер одной № регион, государственный № регион. Данные автомобили оформлены на неё. Примерно в мае к ней обратилась руководитель ФИО90 которой было необходимо реализовать свою продукцию, а именно топливо маловязкое судовое в количестве в 20 тонн. В данной реализации его задача заключалась выступить посредником за определенный процент оказанных ею услуг. Далее она нашла покупателя груза в <адрес>, кто именно был покупателем, она не помнит. ФИО73 передала ей сопроводительные документы. Далее с целью доставки груза ДД.ММ.ГГГГ посредством мобильной связи по номеру телефона № связалась с водителем ФИО22, чей старый номер у неё не сохранился. В ходе телефонного разговора она сообщила ФИО22 о том, что есть работа и ему необходимо прибыть к ней. По прибытию к ней домой ФИО22 она объяснила последнему, что ему необходимо доставить груз в виде дизельного топлива, которое находилось в прицепе-цистерне на заправке в районе <адрес>. При этом она передала ФИО22 сопроводительные документы на товар, и денежные средства в размере 15 000 рублей, деньги она дала ему на дорогу, при этом она не поясняла ему, что данные средства необходимо отдавать сотрудникам ДПС, в качестве взяток для беспрепятственного прохождения к месту назначения. Более подробностей не помнит (том № 9, л.д. 205-209).

После оглашения данных показаний свидетель ФИО29 подтвердила правильность и поддержала их.

Вместе с тем, данные показания ФИО4 и ФИО29 опровергаются показаниями свидетеля ФИО22, а также совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств и не могут являться доказательством невиновности подсудимых в совершении инкриминируемых им преступлений.

Относительно доводов стороны защиты о недопустимости в качестве доказательства протокола осмотра предметов от 31 марта 2017 г. осмотра диска № 11/1-357 от 23 июня 2016 г., суд приходит к следующему.

Как следует из данного протокола, осмотр указанного диска проводился следователем ФИО23 в период с 29 по 31 марта 2017 года с участием специалиста ФИО74, без участия понятых, с использованием фотокамеры «ФИО24 Про 1», персонального компьютера «View Sonic VA 2212», системного блока «Aguarius Pro P30 S75», принтера «HP Laser Jet P2035», фиксирующей ход и результаты следственных действий (том № 12, л.д. 51-87).

В судебном заседании следователь ФИО23 показал, что в его производстве некоторое время находилось уголовное дело в отношении сотрудников ГИБДД. Обозрев представленный протокол осмотра предметов от предметов от 29-31 марта 2017 г., пояснил, что поскольку дисков было много, ввиду большого количества файлов с аудиозаписями телефонных переговоров, данное следственное действие он проводил без присутствия понятых с участием специалиста ФИО74 В ходе проведения осмотра компакт-дисков использовалось техническое средство – фотоаппарат, которым фиксировались конверты, в которые были упакованы диски, и изъятые из них диски, которые имели маркировку. После осмотра данных дисков, они упаковывались и опечатывались. Возможно, им при указании на бирке подразделения ФСБ им была допущена описка, однако, он может точно утверждать, что им были осмотрены именно те диски, которые отражены в протоколе осмотра. Почему им не были приобщены фототаблицы, пояснить затруднился.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО74 показал, что он состоит в должности следователя-криминалиста СУ по СК. Обозрев представленный протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что он принимал участие в качестве специалиста при производстве указанного следственного действия и использовал техническое средство фотоаппарат. Осмотр дисков проводил следователь ФИО23, а он фотографировал конверт, его содержимое – диск, после чего осуществляли его прослушивание. При вскрытии конверты повреждений не имели, а находящийся в них диск имел маркировку. По результатам фотографирования им была подготовлена фототаблица, однако, ввиду технического сбоя жесткий диск сгорел и часть фотографий была уничтожена. Об этом происшествии он написал письмо следователю, поставив его в известность о невозможности предоставления в указанный период фототаблицы. В настоящее время жесткий диск восстановлен, и он может в судебном заседании представить фототаблицы проведенных, с его участием осмотров компакт-дисков. В судебном заседании свидетель ФИО74 подтвердил, что сделанные им фотографии и представленные суду фототаблицы одинаковы, и какие-либо изменения в них не вносились.

Показания свидетеля ФИО74 объективно подтверждаются исследованными в судебном заседании сопроводительным письмо и приложением к нему от 21 июня 2019 г. (том № 40, л.д. 71-102), из которого следует, что часть фототаблицы, составленной при осмотре компакт-дисков, была приобщена к материалам уголовного дела 21 июня 2019 г., а также уведомлением от 21 июня 2019 г. (том № 40, л.д. 103), в котором специалист ФИО74 уведомляет следователя ФИО12 о том, что при составлении фототаблицы в ходе копирования фотоизображений, в результате перепада напряжения в электросети, часть данных была утеряна, что явилось причиной невозможности предоставления всех фототаблиц на стадии предварительного следствия (том № 40, л.д. 103).

В ходе судебного заседания специалистом ФИО74 были приобщены фототаблицы фиксации следственных действий, в том числе и подтверждающие осмотр диска № 11/1-357.

Ссылка стороны защиты на отсутствие в фототаблице фотографии загружения диска в дисковод компьютера, не может свидетельствовать об отсутствии описания хода следственных действий, так как весь ход и результаты следственных действий фиксировались не только с использованием фотоаппарата, но и персонального компьютера «View Sonic VA 2212», системного блока «Aguarius Pro P30 S75», принтера «HP Laser Jet P2035», с помощью которых следователь достаточно полно описал весь ход и результаты указанных следственных действий в самом протоколе осмотра.

Как видно из протокола осмотра предметов от 31 марта 2017 г., к нему еще на стадии предварительного следствия была приобщена фототаблица (количество листов не указано), и цифровой носитель – диск (том № 12, л.д. 87). Указанная в протоколе осмотра фотокамера «ФИО24 Про 1», показания свидетелей ФИО71, ФИО74, а также содержание самого протокола осмотра, свидетельствуют о том, что данная фототаблица была составлена в ходе осмотра диска № 11/1-357, но не была фактически приобщена в силу определенных обстоятельств.

Предоставив указанную фототаблицу в рамках рассмотрения ходатайства стороны защиты о признании протокола осмотра предметов от 29 марта 2017 г. недопустимым доказательством, сторона обвинения опровергла доводы защитников и подсудимых о несоответствии данного протокола требованиям УПК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты, удовлетворение на стадии судебного следствия ходатайства стороны обвинения о приобщении к материалам уголовного дела указанной фототаблицы, составленной на стадии предварительного следствия, не может свидетельствовать о подмене судом процессуального решения принятого органами предварительного следствия.

Анализируя данные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что осмотр диска № 11/1-357 был произведен в соответствии со ст. 170 УПК РФ, а потому данный протокол осмотра соответствует требованиям, предъявляемым УПК РФ и может быть использован в качестве доказательства по данному уголовному делу.

Согласно ст. 15 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее Закон об ОРД» при решении задач оперативно-розыскной деятельности органы, уполномоченные ее осуществлять, имеют право: проводить гласно и негласно оперативно-розыскные мероприятия, перечисленные в ст. 6 настоящего Федерального закона, производить при их проведении изъятие документов, предметов, материалов и сообщений, а также прерывать предоставление услуг связи в случае возникновения непосредственной угрозы жизни и здоровью лица, а также угрозы государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации.

В случае изъятия документов, предметов, материалов при проведении гласных оперативно-розыскных мероприятий должностное лицо, осуществившее изъятие, составляет протокол в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации. То есть по смыслу данной нормы права, норма УПК РФ должна соответствовать форма протокола осмотра предметов полученных в результате гласных ОРМ.

Федеральный закон об ОРД не регламентирует уголовно-процессуальные правоотношения, а потому и отношения, связанные с получением, проверкой и оценкой доказательств.

Из уголовного дела видно, что на момент исследования материалы ОРМ были засекречены, а само ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», производилось в рамках негласных оперативно-розыскных мероприятий проводимых сотрудниками ФСБ.

Составленный оперуполномоченным ФИО33 протокол исследования являлся на момент его составления секретным документом, направленным на удостоверение факта, хода и результатов производства оперативно-розыскного мероприятия.

В ходе исследования оперуполномоченным ФИО33 применялись технические средства системный блок «Kraftway», монитор «ViewSonic VP 950b», система «WINDOWS XP PROFESSIONAL SP-3», а потому требования об участии понятых фиксирующих ход и результаты осмотра к данному протоколу исследования от 01 июля 2016 г. диска 11/1-357 полученных в результатов ОРМ, не применимы.

С учетом изложенного, вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания протокола исследования материалов оперативно-розыскного мероприятия ПТП от 01 июля 2016 г. (том № 2, л.д. 95-130) недопустимым доказательством, не имеется.

Аббревиатура подразделения ФСБ, указанного на оттисках печати, которыми были опечатаны конверты, содержащие компакт-диски, свидетельствует о том, что это одно и то же подразделение, дислоцированное в <адрес>.

Допрошенный в судебном заседании следователь ФИО23 пояснил, что им возможно была допущена ошибка в правильном написании названия организации, однако с полной уверенностью может подтвердить, что им исследовался именно диск 11/1-357.

Факт неуказания голографического номера ДВД-РВ диска при его исследовании оперативным сотрудником и при осмотре следователем, не свидетельствует о незаконности его получения, и незаконности последующей передачи эксперту для проведения соответствующей экспертизы.

В ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что предметом исследования от 1 июля 2016 г., осмотра 29-31 марта 2017 г. и последующего фоноскопического исследования эксперта № 2/84 от 09 июня 2018 г., являлся компакт-диск № 11/1-357.

Как видно из заключения экспертов 2/84 от 09 июня 2018 года (том № 24, л.д. 72-250), для решения поставленных перед экспертом вопросов проведено многократное прослушивание файлов (СФ1-СФ26), в результате чего установлены тексты дословного содержания разговоров, проверена дифференциация и атрибуция реплик говорящих. При проведении дифференциации и атрибуции реплик участников разговоров использовались такие признаки как общий характер аудитивного восприятия, высота, сила голоса, тембральная окраска голоса, темп речи, характер артикуляции, просодические характеристики речи, определены основные технические параметры речевых сигналов, лингвистических характеристик речи, проведен аудитивный, акустический, лингвистический, сравнительные анализы речи. Из указанного заключения следует, что экспертами были определены количество каналов, формат, частота дискретизации, разрядность.

Вопреки доводам стороны защиты, анализ и выводы заключения 2/84 от 09 июня 2018 года позволяют судебной коллегии прийти к выводу о том, что эксперты в достаточно категоричной форме указали, чьи голоса и в каких представленных на исследование файлах содержатся, а чьих голосов в прослушанных ими файлах нет. То есть, непредоставление запрашиваемых 13 февраля 2018 г. у следователя ФИО12 сведений (том № 26, л.д. 91-92), позволило экспертам Экспертно-криминалистического центра ГУВД РФ по Ростовской области, осуществить производство указанного заключения и ответить на поставленные перед ними вопросы.

При таких обстоятельствах, доводы стороны защиты о недопустимости протокола осмотра предметов от 29-31 марта 2017 г., протокола исследования от 01 июля 2016 г. диска 11/1-357, заключения экспертов 2/84 от 09 июня 2018 г., являются не состоятельными.

Вопреки утверждениям стороны защиты протокол выемки от 19 июля 2017 г. соответствует требованиям, предъявляемым УПК РФ, а сам факт наличия технической описки в предпоследней букве при описании серийного номера диска, не может являться основанием для признания данных доказательств недопустимыми, как и не может об этом свидетельствовать неполное указание названия диска.

Из материалов уголовного дела следует, что 10 августа 2016 г. в отношении ФИО1 и ФИО3 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а, б, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 146 УПК РФ уголовное дело было возбуждено уполномоченным на то лицом.

Поводом для возбуждения уголовного дела явился рапорт сотрудника ФСБ ФИО33 об обнаружении в действиях указанных лиц признаков состава уголовно-наказуемого деяния (том № 1, л.д. 39-40). Основанием для возбуждения уголовного дела явилось наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления, предусмотренного п.п. «а, б, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

Из уголовного дела следует, что рапорт об обнаружении преступления был составлен сотрудником ФСБ ФИО33 13 июля 2016 г., в тот же день зарегистрирован в КУП №, и ДД.ММ.ГГГГ начальником УФСБ России по Ставропольскому краю ФИО36 вынесено постановление о передаче результатов ОРД органу дознания, следователю, в суд (том № 1, л.д. 39-47).

Таким образом, нарушений при возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО3 не имеется.

Анализ представленных документов позволяет суду прийти к выводу о том, что регистрация рапорта в КУП и передача материалов ОРД происходила 13 июля 2016 г., указанная в постановлении о передаче сообщения о преступлении по подследственности дата не соответствует установленным обстоятельствам дела, однако не может являться основанием для выводов о незаконности возбуждения уголовного дела.

Доводы стороны защиты о том, что постановлением от 01 ноября 2018 г. уголовное преследование по уголовному делу № в отношении ФИО3 в совершении деяния, предусмотренного ч. 5 ст. 290 УК РФ, было прекращено, а потому дальнейшее разбирательство по уголовному делу является не законным, судебная коллегия находит не обоснованными.

Как видно из уголовного дела, 10 августа 2016 г. следователем ФИО37 было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № в отношении ФИО1 и ФИО3 по п. «а», «б», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, из фабулы которого следовало, что ФИО1 совместно с ФИО3 требовали, а потом, действуя совместно, получили от ФИО56 взятку в размере 300 000 рублей за не привлечение ФИО22 к ответственности за не принятие мер по конфискации перевозимой им контрафактной алкогольной продукции.

Прекращая постановлением от 01 ноября 2018 г. уголовное преследование по уголовному делу № в части, следователь ФИО31 пришел к выводу о том, что инкриминируемые ФИО3 деяния по ч. 5 ст. 290 УК РФ в той формулировке, в которой они были изложены в постановлении о возбуждении уголовного дела от 10 августа 2016 г., в ходе расследования уголовного дела не нашли своего подтверждения, поэтому пришел к выводу о прекращении уголовного преследования по п. 2 ч. 1 ст. 24, ст. 27 УПК РФ по факту их совместного с ФИО1 вымогательства и получения взятки.

В месте с тем, собранные материалы уголовного дела, по мнению следователя, подтверждали вину ФИО3 в пособничестве в получении взятки, поэтому им было принято решение о продолжении расследования в отношении него по ч. 5 ст. 33, п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Вопреки доводам стороны защиты новый состав преступления ФИО3 следователем не вменялся, а была лишь определена форма соучастия ФИО3 в инкриминируемом ему деянии, а потому и необходимость в возбуждении нового уголовного дела не имелась.

При таких обстоятельствах, оснований для прекращения в уголовного дела в отношении ФИО3 по п. 5 ч. 1 ст. 27, ч. 1 ст. 254 УПК РФ не имеется.

Утверждения стороны защиты о нарушении прав ФИО1 на защиту при производстве следственных действий с его участием: предъявлении лица для опознания от 27 июня 2017 г.; ознакомлении с постановлением о назначении фоноскопической экспертизы от 22 ноября 2017 г., проведении очной ставки между ФИО1 и ФИО21 от 07 декабря 2017 г.; ознакомлении с постановлениями о назначении 14 судебных экспертиз; ознакомлении 14 сентября 2018 г. с 27 заключениями экспертов, предъявлении обвинения от 19 ноября 2018 г.; допросе в качестве обвиняемого от 20 ноября 2018 г.; привлечении в качестве обвиняемого от 17 декабря 2018 г.; допросе в качестве обвиняемого от 18 декабря 2018 г., ввиду отсутствия при проведении указанных следственных действий защитника ФИО32, и соответственно о необходимости признания протоколов данных следственных действий недопустимыми доказательствами, судебная коллегия считает необоснованными.

Анализ указанных доказательств свидетельствует о том, что при производстве данных следственных действий участие в качестве защитника принимал адвокат по соглашению Абрамян Э.Н.

Таким образом, ФИО1, находясь в статусе подозреваемого и обвиняемого при проведении с его участием следственных действий на стадии предварительного следствия, был обеспечен профессиональным адвокатом, имел возможность получения консультаций и оказания квалифицированной юридической помощи, поэтому права ФИО1 на защиту нарушены не были.

Давая оценку доводам стороны защиты о незаконности протокола получения образцов для сравнительного исследования от 26 и 27 апреля 2017 г. голосов ФИО2 и ФИО1 (том № 9, л.д. 19-21, 64-66), судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно исследованным в судебном заседании протоколам получения образцов для сравнительного исследования от 26 и 27 апреля 2017 г. голосов ФИО2 и ФИО1, перед началом указанного следственного действия им были разъяснены их права, а также порядок производства получения образцов для сравнительного исследования, лица, участвующие в данном следственном действии были предупреждены о применении при производстве следственного действия технических средств для получения образцов голоса, в ходе или по окончании следственного действия от ФИО1 и ФИО2 заявлений, либо отказов от участия в данном следственном действии данные протоколы не содержат.

Положения ст. 16, 47, 51, 53 УПК РФ закрепляет за подозреваемым или обвиняемым их право на защиту, определяет момент возникновения такого права, случаи обязательное участи защитника.

Как следует из ст. 202 УПК РФ, ее положения прямо не предусматривают участие защитника в данном следственном действии.

По смыслу положений ст.ст. 157, 164, 165, 182, 183 УПК РФ в их взаимосвязи, требования о незамедлительном обеспечении права обвиняемого на защиту не могут быть распространены на случаи проведения следственных действий, не связанных с дачей лицом показаний и носящих безотлагательный характер, подготавливаемых и проводимых без предварительного уведомления лица об их проведении ввиду угрозы уничтожения (утраты) доказательств. К числу таких следственных действий относится получение образцов для сравнительного исследования, которое не исключает возможность участия защитника, однако и не приостанавливается ввиду его неявки. Данная позиция согласует с позицией Конституционного суда РФ, изложенной в Определении от 23 июля 2020 года по обращению гр. ФИО107

Принимая во внимание, что 26 и 27 апреля 2017 г. следователем ФИО71 проводился отбор образцов голоса ФИО2 и ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 202 УПК РФ, факт не участия их защитников не может являться единственным и безусловным основанием для признания постановления о получении образцов голоса ФИО2 и ФИО1 (том № 9, л.д. 13-18, 56-63), а также протоколов получения их образцов недопустимыми доказательствами ввиду нарушения их права на защиту.

Вопреки доводам стороны защиты, не указание органами следствия местонахождения ФИО3 в момент вступления им в предварительный сговор с ФИО9 и ФИО2, не свидетельствует о недоказанности обстоятельств, подлежащих доказыванию, так как органами предварительного следствия достаточно полно описано событие совершенного ФИО3 преступления, а именно дата, время, способ и другие обстоятельства, необходимый для рассмотрения уголовного дела.

Представленные ФИО3 и его защитниками справки ПАО «Вымпелком» от 07 ноября 2020 г., ПАО «Мегафон» от 04 ноября 2020 г. и их доводы об отсутствии регистрации на имя последнего номеров, фигурирующих в протоколе осмотра предметов от 31 марта 2017 г. и заключения № 2/84 от 09 июня 2018 г., не опровергают исследованные в судебном разбирательстве доказательства, изобличающие ФИО3 в совершении данного преступления.

Вопреки утверждениям стороны защиты, отсутствие в протоколе осмотра предметов от 06 июля 2017 г. (том № 10, л.д. 62-149) сведений о телефонах с абонентскими номерами № и №, используемых подсудимыми ФИО3 и ФИО1, также не могут свидетельствовать о непричастности последних к совершению инкриминируемого им деяния.

Постановление судьи Предгорного районного суда СК от 30 декабря 2016 г., постановление судьи Пятигорского городского суда СК от 31 мая 2016 г., постановление на проведение ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» от 30 мая 2016 г., позволившие установить принадлежность номеров мобильных телефонов +№ – ФИО77, +№ – ФИО76, а также ответ из ПАО «Вымпелкома», не опровергают представленные стороной обвинения доказательства использования ФИО1 номеров телефонов, зарегистрированных на иных лиц.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО77 показала, что у нее в пользовании имеется мобильный телефон с номером №, которым она пользуется в настоящее время. Телефонный номер +№, ей ни когда не принадлежал, и в пользование она его никому не предоставляла. По поводу того, что на ее имя кем-то приобретался последний номер телефона, она пояснить не может, так как ей об этом факте ни чего не известно.

Вместе с тем, исследованные в ходе судебного разбирательства протокол осмотра предметов от 31 марта 2017 г., а также заключение № от 09 июня 2018 г., подтверждают использование ФИО1 мобильных устройств с абонентскими номерами: №; №, а подсудимым ФИО51 мобильных устройств с абонентскими номерами: №; №; №; №.

Тот факт, что используемые ФИО1 и ФИО3 сим-карты с используемыми ими номерами телефонов, не были обнаружены сотрудниками правоохранительных органов и изъяты, не опровергает доводы стороны обвинения о совершении ФИО1 и ФИО3 инкриминируемых им преступных деяний, а лишь подтверждают показания сотрудника ФСБ ФИО33, который указывал, что ФИО3 и ФИО1 при общении по мобильным телефонам часто меняли сим-карты, то есть пытались создать условия конспирации своих переговоров.

Исходя из положений ст.ст. 17, 88 УПК РФ в их взаимосвязи каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Уголовное дело в отношении ФИО3, ФИО1 и ФИО2 по окончания производства предварительного следствия поступило в Прокуратуру Ставропольского края, где 06 февраля 2020 г. обвинительное заключение было утверждено прокурором Ставропольского края и уголовное дело направлено в суд.

Доводы стороны защиты о том, что следователь ФИО12, будучи одним из следователей, осуществлявших в 2018 году расследование по данному уголовному делу, и высказавший 28 февраля 2018 г. на оперативном совещании при руководстве Следственного комитета РФ по Ставропольскому краю (том № 26, л.д. 107-109) свое мнение о слабой доказанности вины подсудимых, не могут быть приняты судом, так как доказательствами невиновности ФИО3, ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от 31 мая 2016 г., являться не может.

Доведенное до руководства следственного комитета мнение следователя ФИО12, сделанное им за два года до окончания предварительного следствия, является его личным и субъективным, и не может свидетельствовать о неполноте предварительного следствия.

Исследованные в судебном заседании по ходатайству стороны защиты: постановление о возбуждении уголовного дела от 10 августа 2016 г., ордер от 11 августа 2016 г., рапорт от 13 июля 2016 г. (том № 1, л.д. 1 – 3, 39 – 40), постановление о передаче сообщения о преступлении от 13 июля 2017 г., постановление о передаче сообщения о преступлении от 18 июля 2016 г. (том № 2, л.д. 193 – 195), ордер от 06 сентября 2016 г. (том № 4, л.д. 79, 81), постановление о предоставление результатов ОРМ органу дознания, следователю или в суд от 12 декабря 2016 г. (том № 5, 30-32), протокол опроса ФИО49 от 02 декабря 2016 г. (том № 5, л.д. 63 – 65), протокол опроса от 03 июня 2016 г. (том № 3, л.д. 123 – 125), поручение от 13 декабря 2016 г., ответ на поручение от 16 декабря 2016 г. (том № 5, л.д. 93 – 99), постановление о предоставление результатов ОРМ органу дознания, следователю или в суд от 16 декабря 2016 г. (том № 5, д.д. 100 – 103), постановление Предгорного районного суда СК от 30 декабря 2016 г. (том № 5, л.д. 300 – 307), протокол выемки от 19 июля 2017 г. (том № 11, л.д. 49-50), сопроводительное письмо и ходатайство следователя ФИО12, письмо от 06 декабря 2017 г., письмо от 10 апреля 2017 г. (том № 17, л.д. 133 – 135, 136, 137), протокол оперативного совещание от 16 марта 2018 г. (том № 26, л.д. 107-109), график-табель учета рабочего времени личного состава от 14 апреля 2016 г., табель учета служебного времени сотрудников ОВД РФ от 03 июня 2016 г. (том № 42, л.д. 32-35), ходатайство от главного эксперта ОСЭ ЭКЦ ГУ МВД России по Ростовской области ФИО79, ответ на ходатайство от 02 апреля 2018 г. (том № 26, л.д. 88, 91 – 92), постановление о прекращении уголовного преследования от 01 ноября 2018 г. (том № 39, л.д. 22-30), заявление ФИО3 от 24 июня 2019 г. (том № 40, л.д. 122), заявление от 24 июня 2016 г. (том № 40, л.д. 108), рапорт о полученном сообщении от 31 мая 2016 г. (том № 42, л.д. 176), рапорт об обнаружении признаков преступления от 23 июня 2016 г. (том № 42, 177), копия товарно-транспортной накладной от 30 мая 2016 г., копия товарной накладной от 30 мая 2016 г. (том № 42, л.д. 202 – 204), копия счет фактура № 16, копия путевого листа (том № 42, л.д. 205-206), копия объяснения ФИО22 от 01 июня 2016 г., копия протокола опроса ФИО56 от 31 мая 2016 г., копия протокола опроса ФИО22 от 31 мая 2016 г., копия справки об исследовании № 643 от 07 июня 2016 г. (том № 42, л.д. 207-209, 233-240, 242-243), копия заключения эксперта № 1257– э от 22 июля 2016 г. (том № 43, л.д. 4-6), копия постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 30 декабря 2016 г., копия постановления о возбуждение ходатайства перед прокурором об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 30 декабря 2016 г., копия постановления об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и возвращении материалов для дополнительной проверки от 09 января 2017 г. (том № 43, л.д. 24-27, 31), копия заключения эксперта № 1747/10-5 от 23 января 2017 г. (том № 43, л.д. 34-37), копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 03 февраля 2017 г., копия постановления об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и о возвращении материалов проверки для решения вопроса о возбуждении уголовного дела от 22 января 2018 г. (том № 43, л.д. 37 – 39, 101-102), копия заключения эксперта №2356-э от 29 декабря 2017 г. (том № 43, л.д. 108 – 111), копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 26 февраля 2018 г. (том № 43, л.д. 113-116), копии уведомлений от 26 февраля 2018 г. (том № 43, л.д. 117, 118), доказательствами, свидетельствующими о невиновности подсудимых, не являются.

Доводы стороны защиты о том, что суд допустил нарушения при оглашении ряда протоколов, содержащих в себе стенограммы телефонных переговоров, без согласия подсудимых являются необоснованными, поскольку указанные протоколы являются доказательствами обвинения в причастности подсудимых к инкриминируемому преступлению, при их оглашении возражений от участников процесса не поступало.

Вопреки доводам стороны защиты все ходатайства, заявленные в ходе судебного разбирательства, разрешены судом в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, принятые судом по ним решения мотивированы и аргументированы. Несогласие с результатами рассмотрения заявленных ходатайств, не может свидетельствовать о необеспечении судом состязательности сторон в процессе и обвинительном уклоне суда. Рассмотрение судом ходатайств защиты о возвращении уголовного дела в порядке ст. 237 УПК РФ на месте, без удаления в совещательную комнату, не противоречит положениям ч. 2 ст. 256 УПК РФ.

Выводы заключения эксперта заключения эксперта № 2/84 от 09 июня 2018 г. оценены судом в совокупности с другими исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами, не противоречат им, а потому также положены судом в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 по преступлению, совершенными ими 31 мая 2016 г. Суд находит, что экспертиза проведена на основании постановления следователя, в соответствие с требованиями главы 27 УПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Оснований признания данного экспертного заключения недопустимыми доказательствами, не имеется.

Оценивая приведенные результаты ОРД, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий и представленные стороной обвинения в качестве доказательств по делу, в совокупности с иными исследованными в судебном заседании доказательствами, судебная коллегия считает их относимыми и допустимыми доказательствами по делу, поскольку оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с требованиями Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", а полученные в ходе их проведения результаты оформлены в соответствии с требованиями указанного закона, соответствуют требованиям ст. 89 УПК РФ, предъявляемым к результатам ОРД, используемым в качестве доказательств по делу.

Нарушений оперативными сотрудниками, проводившими оперативно-розыскные мероприятия, требований ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», влекущих признание полученных результатов недопустимыми доказательствами, а также иных нарушений требований Уголовно-процессуального закона, влекущих признание исследованных в качестве доказательств по делу результатов ОРД недопустимыми и исключению их из числа доказательств, судом по делу не установлено.

Давая оценку исследованным в ходе судебного разбирательства вещественным доказательствам обвинения, компакт-дисков с информацией о соединениях между абонентами сотовой связи и результатами оперативно-розыскных мероприятий, судебная коллегия считает, что содержание изложенных и имеющихся в них сведений, полностью подтверждает показания свидетелей, а также обстоятельства, установленные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, следственных действий и отраженные в заключениях экспертиз, об обстоятельствах совершенных преступлений, подлежащих доказыванию.

Наличие установленных приведенными доказательствами обвинения обстоятельств, служит основанием, позволяющим прийти судебной коллегии к убеждению о доказанности виновности ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в совершении инкриминируемых им преступлений по эпизоду от 31 мая 2016 г.

Приведенные доказательства обвинения, непосредственно исследованные судом, согласуются между собой, являются относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными в своей совокупности для разрешения дела, противоречий в части необходимой для установления фактических обстоятельств дела, не имеют.

Давая правовую оценку действиям ФИО1 ФИО2 по эпизоду получения взятки 31 июля 2016 г. а ФИО3 в пособничестве получению взятки ФИО1 и ФИО2, судебная коллегия исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств уголовного дела.

Из должностных полномочий ФИО1 и ФИО2 следует, что при наличии к тому оснований, они обладали правами по проверке документов, удостоверяющих личность граждан, если имеются данные, дающие основания подозревать их в совершении преступления либо если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, контролировать наличие у водителей документов, предусмотренных правилами дорожного движения Российской Федерации, осуществлять в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, административное задержание и личный досмотр граждан, осмотр, досмотр транспортных средств и грузов, в пределах своей компетенции составлять протоколы об административных правонарушениях, контролировать соблюдение участниками дорожного движения установленных правил, нормативов и стандартов, действующих в области дорожного движения, предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения, при получении информации о готовящемся преступлении немедленно докладывать дежурному или непосредственному начальнику и принимать меры к его предотвращению.

Установив, что водитель ФИО22 перевозит спиртосодержащую жидкость, ФИО1 и ФИО2 следовало проверить накладные, а если это за лицензированный груз наличие лицензии. Установив отсутствие таковых, им необходимо было немедленно доложить об этому дежурному или непосредственному начальнику и принять меры к его предотвращению, на место где было остановлено транспортное средство, вызвать следственно-оперативную группу и в последующем выполнять указания старшего следственно-оперативной группы следователя, составить рапорт, материал передать в дежурную часть, однако они не предприняли соответствующих действий, направленных на пресечение и фиксацию выявленного ими правонарушения в сфере перевозки спирта без соответствующей лицензии.

Вместо этого, ФИО1 и ФИО2 стали осуществлять действия, направленные на получение взятки через посредника – лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, за непривлечение водителя ФИО22 и представляемых им лиц к установленной законом ответственности и дальнейшего беспрепятственного проезда остановленного ими автомобиля, с находящимся в нем спиртом, что не входило в их должностные полномочия. По смыслу закона, служебные полномочия должностного лица не могут предусматривать незаконное бездействие, а потому получение ими через посредника взятки за несовершение указанных действий подлежит квалификации как незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц.

Действия ФИО3 также подлежат квалификации как пособничество в получении взятки через посредника за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, поскольку в его должностные полномочия также не входили указанные действия.

Таким образом, из объема обвинения, предъявленного ФИО1, ФИО2 и ФИО3 по данному эпизоду, подлежит исключению указание о том, что незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, входило в их служебные полномочия.

В этой связи доводы апелляционного представления являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Как указано выше квалифицирующий признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, нашел свое подтверждение установленными судом обстоятельствами совершения подсудимыми преступления, поскольку их действия носили согласованный характер.

Наличие квалифицирующего признака получение взятки в крупном размере, подтверждается установленным размером полученной взятки в сумме 300 000 рублей, в соответствие с примечанием к ст. 290 УК РФ, согласно которому крупным размером взятки признается сумма денег, превышающая 150 000 рублей.

Органами предварительного следствия действия ФИО3 наряду с ч. 5 ст. 33, п.п. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ квалифицированы по ч. 1 ст. 286 УК РФ, а именно в превышении должностным лицом полномочий, то есть совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Из разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» следует, что совершение должностным лицом или лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, за взятку либо незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе действий (бездействие), образующих самостоятельный состав преступления, не охватывается объективной стороной преступлений, предусмотренных статьей 290 и частями 5 - 8 статьи 204 УК РФ. В таких случаях содеянное взяткополучателем подлежит квалификации по совокупности преступлений как получение взятки за незаконные действия по службе и по соответствующей статье Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за злоупотребление должностными полномочиями, превышение должностных полномочий, служебный подлог, фальсификацию доказательств и т.п.

Принимая во внимание, что инкриминируемое ФИО3 превышение полномочий было совершено согласно установленным обстоятельствам, указанным в приговоре при описании пособничества им в получении взятки, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данное деяние охватывается объективной стороной преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, п. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и не образует самостоятельный состав должностного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, а потому данное обвинение является излишне вмененным.

В этой связи судебная коллегия исключает из обвинения, предъявленного ФИО3 совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Поскольку преступление ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совершено 31 мая 2016 г. то есть до изменений, внесенных в Уголовный закон Федеральным Законом № 324-ФЗ от 03.07.2016 г., в том числе, в санкцию ч. 5 ст. 290 УК РФ, улучшающих положение подсудимых в сравнении с санкцией ч. 5 ст. 290 УК РФ в редакции Федерального закона № 97-ФЗ от 04.05.2011 г. суд считает, что действия ФИО1, ФИО2 подлежат квалификации по п.п. «б», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ в редакции Федерального закона № 324-ФЗ от 03.07.2016 г., как и ФИО3 по ч. 5 ст. 33, п. «а, в» ч. 5 ст. 290 УК РФ в этой же редакции.

На основании установленных в судебном заседании обстоятельств, действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от 31 мая 2016 г. судебная коллегия квалифицирует по п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, то есть получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Действия подсудимого ФИО3 судебная коллегия квалифицирует по ч. 5 ст. 33, п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, как пособничество, то есть содействие совершению преступления советами и указаниями, в получении должностным лицом через посредника взятки в виде денег, за незаконное бездействие в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

При назначении ФИО1, ФИО2, ФИО3 наказания, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60, 61 УК РФ, принимает во внимание обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, обстоятельства, смягчающие наказание, данные их личности, степень фактического участия каждого из них в совершении преступлений, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

ФИО1 не судим, к уголовной и административной ответственности не привлекался, на учете у нарколога и психиатра не состоит, женат, имеет на иждивении двоих малолетних, двоих несовершеннолетних детей, по месту жительства и работы характеризуется положительно.

При учете личности ФИО1 судебная коллегия также учитывает его возраст, уровень образования, имущественное и семейное положение, состояние здоровья.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1 судебная коллегия в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает наличие у него двоих малолетних детей.

В соответствие с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, судебная коллегия учитывает, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, наличие у него на иждивении двоих несовершеннолетних детей, один из которых является инвалидом детства, состояние здоровья подсудимого, его супруги ФИО52, которая является инвалидом второй группы, имеет ряд заболеваний, в том числе онкологическое, состояние здоровья родителей подсудимого, наличие у отца третьей группы инвалидности, наличие у него иждивенцев, состояние здоровья других его родственников, положительные характеристики, наличие 25 поощрений по службе, а также продолжительное время содержания под стражей в ходе предварительного следствия и до вынесения настоящего приговора.

ФИО2 не судим, к уголовной и административной ответственности не привлекался, на учете у нарколога и психиатра не состоит, женат, имеет на иждивении двоих малолетних, по месту жительства и работы характеризуется положительно.

При учете личности ФИО2 судебная коллегия также учитывает его возраст, уровень образования, имущественное и семейное положение, состояние здоровья.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО2 судебная коллегия в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает наличие у него двоих малолетних детей.

В соответствие с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, судебная коллегия учитывает, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, его положительные характеристики, наличие 24 поощрений по службе, награждение медалью «За отличие в службе» 3, 2 степени, состояние здоровья, наличие у него иждивенцев, состояние здоровья его родных и близких, а также продолжительное время содержания под стражей в ходе предварительного следствия и до вынесения настоящего приговора.

ФИО3 не судим, к уголовной и административной ответственности не привлекался, на учете у нарколога и психиатра не состоит, женат, по месту жительства и работы характеризуется положительно.

При учете личности ФИО3 судебная коллегия также учитывает его возраст, уровень образования, имущественное и семейное положение, состояние здоровья.

В соответствие с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3, судебная коллегия учитывает, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, его положительные характеристики, наличие 67 поощрений по службе, награждение медалью «За отличие в службе» 3, 2, 1 степени, состояние здоровья, наличие у него иждивенцев, состояние здоровья его родственников, а также продолжительное время содержания под стражей в ходе предварительного следствия и до вынесения настоящего приговора.

Принимая во внимание, что преступления, за которые осуждаются ФИО1, ФИО2, ФИО3 совершены с использованием своего служебного положения, в соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», суд не вправе учитывать указанные данные, характеризующие субъект преступления, в качестве отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом «о» части 1 статьи 63 УК РФ, а потому доводы стороны обвинения о наличии в действиях ФИО1, ФИО2, ФИО3 данного отягчающего обстоятельства, являются ошибочными.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1, ФИО2 и ФИО3 преступлений, обстоятельства их совершения и наступившие последствия, уменьшение объема обвинения, предъявленного органом предварительного следствия, что по мнению судебной коллегии свидетельствуют об уменьшении степени общественной опасности содеянного, данные о личности каждого из подсудимых, которые находятся в трудоспособном возрасте, то есть имеют возможность трудоустройства и получения заработной платы, их имущественное положение, обстоятельства, смягчающие наказание, в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденных и предупреждения совершения новых преступлений, соблюдая требование закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания, судебная коллегия считает правомерным назначить ФИО1, ФИО2 и ФИО3 основное наказание в виде штрафа с лишением права занимать должности по осуществлению функций представителя власти в органах государственной власти и местного самоуправления связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий.

По мнению судебной коллегии, такое наказание ФИО1, ФИО2 и ФИО3 будет справедливым, так как будет соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений и обеспечит достижение целей наказания.

Вместе с тем, судебная коллегия не усматривает возможности для изменения категорий тяжести совершенных преступлений, а также применения положений ст. 64 УК РФ.

Согласно ч. 5 ст. 72 УК РФ, при назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает или полностью освобождает его от отбывания этого наказания.

До постановления настоящего апелляционного приговора ФИО1 содержался под стражей с 11 августа 2016 г. по 7 мая 2017 г., со 2 июня 2017 г. по 28 июня 2017 г., с 29 марта 2021 г. по 6 октября 2021 г., а также под домашним арестом с 8 мая 2017 г. по 1 июня 2017 г., ФИО2 содержался под стражей с 8 ноября 2017 г. по 28 августа 2018 г., с 29 марта 2021 г. по 6 октября 2021 г., а также под домашним арестом с 29 августа 2018 г. по 6 ноября 2018 г., ФИО3 содержался под стражей с 12 августа 2016 г. по 10 августа 2017 г., с 29 марта 2021 г. по 6 октября 2021 г., под домашним арестом с 11 августа 2017 г. по 8 октября 2017 г.

Судебная коллегия считает, что сроки содержания ФИО1, ФИО2 и ФИО3 под стражей не достаточны для полного освобождения их от исполнения, назначенного в качестве основного наказания штрафа, исходя из установленного ст. 6 УК РФ принципа справедливости, но влекут его смягчение. При этом, судебная коллегия не находит оснований для смягчения или полного освобождения о назначенного дополнительного наказания.

Гражданский иск по делу не заявлен, процессуальных издержек нет.

Судьбу вещественных доказательств судебная коллегия разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.31 - 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

приговорила:

приговор Предгорного районного суда Ставропольского края от 29 марта 2021 г. в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 отменить и постановить новый обвинительный приговор.

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и назначить ему наказание:

- по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 12 мая 2016 г.) в виде штрафа в размере 3 000 000 рублей, с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года;

- по п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 31 мая 2016 г.) в виде штрафа в размере 3 500 000 рублей, с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде штрафа в размере 4 000 000 рублей с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 3.4, ч. 5 ст. 72 УК РФ, с учетом срока содержания ФИО1 под стражей с 11 августа 2016 г. по 7 мая 2017 г., со 2 июня 2017 г. по 28 июня 2017 г., с 29 марта 2021 г. по 6 октября 2021 г., а также срока содержания под домашним арестом с 8 мая 2017 г. по 1 июня 2017 г., основное наказание в виде штрафа смягчить до 3 000 000 рублей.

Считать ФИО1 осужденным по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ к штрафу в размере 3 000 000 рублей с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на 2 года 6 месяцев.

ФИО1 из-под стражи освободить.

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и назначить ему наказание:

- по п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 12 мая 2016 г.) в виде штрафа в размере 3 000 000 рублей, с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года;

- по п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (эпизод от 31 мая 2016 г.) в виде штрафа в размере 3 500 000 рублей, с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности совершенных преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде штрафа в размере 4 000 000 рублей с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 3.4, ч. 5 ст. 72 УК РФ, с учетом срока содержания ФИО2 под стражей с 8 ноября 2017 г. по 28 августа 2018 г., с 29 марта 2021 г. по 6 октября 2021 г., а также срока содержания под домашним арестом с 29 августа 2018 г. по 6 ноября 2018 г., основное наказание в виде штрафа смягчить до 3 000 000 рублей.

Считать ФИО2 осужденным по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ к штрафу в размере 3 000 000 рублей с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на 2 года 6 месяцев.

ФИО2 из-под стражи освободить.

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 3 000 000 рублей, с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на срок 2 года.

В соответствии с ч. 3.4, ч. 5 ст. 72 УК РФ, с учетом срока содержания ФИО3 под стражей с 12 августа 2016 г. по 10 августа 2017 г., с 29 марта 2021 г. по 6 октября 2021 г., а также срока содержания под домашним арестом с 11 августа 2017 г. по 8 октября 2017 г., основное наказание в виде штрафа смягчить до 2 000 000 рублей.

Считать ФИО3 осужденным по ч. 5 ст. 33, п.п. «а», «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ к штрафу в размере 2 000 000 рублей с лишением права занимать должности в органах государственной власти и местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-хозяйственных и административно-хозяйственных полномочий на 2 года.

ФИО3 из-под стражи освободить.

Вещественные доказательства: компакт диск № 11/1 – 294 от 23 мая 2016 г., компакт-диск с информацией о соединениях между абонентами сотовой связи, компакт диски № 14/562c, № 14/563c, № 14/564c, № 14/565c, № 14/566c, № 14/569c, № 14/570 к/с, № 14/572 к/с, № 14/587с, № 11/1 – 293 от 23 мая 2016 г., № 11/1 – 294 от 23 мая 2016 г., № 11/1 – 340 от 10 июня 2016 г., № 11/1 – 344 от 10 июня 2016 г., № 11/1 – 357 от 23 июня 2016 г. с результатами оперативно-розыскных мероприятий; компакт-диски с информацией о соединениях между абонентами сотовой связи, хранить при материалах уголовного дела.

Апелляционный приговор может быть обжалован в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного приговора.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи