Апелляционное постановление № 22-28/2020 22-9585/2019 от 16 января 2020 г. по делу № 1-303/2019

Председательствующий: Логинов М.Л. Дело № 22-28/2020


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

(мотивированное постановление изготовлено 17 января 2020 года)

16 января 2020 года г. Екатеринбург

Свердловский областной суд в составе председательствующего судьи Смагиной С.В., при ведении протокола помощником судьи Душкиной В.С., с участием:

осужденного ФИО1,

потерпевшей Д. с использованием системы видеоконференцсвязи,

адвоката Гончарова Д.Ю.,

прокурора Бажукова М.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Черемисина А.Ю. на приговор Ирбитского районного суда Свердловской области от 1 ноября 2019 года, которым

ФИО1, *** года рождения, уроженец ***, не судимый,

осужден по ст. 116.1 УК Российской Федерации к наказанию в виде штрафа в размере 30 000 рублей.

Изложив обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Гончарова Д.Ю., поддержавших жалобы, мнение потерпевшей Д. и прокурора Бажукова М.С., полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором ФИО1 признан виновным в том, что, будучи лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние, 25 июля 2019 года в период с 12:20 часов до 13:03 часов совершил иные насильственные действия в отношении Д., причинившие ей физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в статье 115 УК Российской Федерации, и не содержащие признаков состава преступления, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации.

Преступление совершено в дер. Никитина Ирбитского района Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 оспаривал факт умышленного причинения потерпевшей побоев или иных насильственных действий, настаивал, что по лицу потерпевшую не бил.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 ссылается на необоснованность приговора в связи с его несоответствием фактическим обстоятельствам дела. Также считает него незаконным в связи с неправильным применением уголовного закона и грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона. Утверждает, что заявлял ходатайство о назначении предварительного слушания и возвращении уголовного дела в орган дознания, поскольку дознаватель в установленном порядке не ознакомил его с материалами уголовного дела, а обманув его, уговорил расписаться в процессуальных документах, хотя у него были подготовлены ходатайства о проведении следственных действий, которые подтвердили бы ложность показаний потерпевшей. Настаивает, что лишь в прокуратуре узнал о том, что расследование окончено и дело направлено в суд. Также утверждает, что протоколы о выполнении требований ст. 217 УПК Российской Федерации по делу сфальсифицированы, поскольку при ознакомлении его с делом адвокат не присутствовал. Считает, что выводы суда о его виновности не подтверждаются доказательствами, имеющимися в деле, в том числе показаниями потерпевшей, а также её матери, которая дала показания со слов потерпевшей и несовершеннолетнего сына, находящегося в зависимости от потерпевшей. Считает, что суд не учел того, что ссора возникла на почве личных неприязненных отношений, а потерпевшая умышленно оговорила его в связи с тем, что они находятся на стадии бракоразводного процесса. Полагает, что расследование дела и судебное следствие основано лишь на показаниях потерпевшей. Утверждает, что суд также не принял во внимание наличие отказного материала в отношении заявительницы по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 119 УК Российской Федерации. Считает, что достоверных доказательств его вины в ходе дознания не добыто, и не могло быть добыто, так как лишь для самообороны он толкнул в плечо потерпевшую, которая пыталась схватить со стола нож со словами угрозы в его адрес. Считает, что его показания о том, что он не ударял потерпевшую, подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы. Также утверждает, что ложность показаний потерпевшей и надуманность её заявления подтверждает тот факт, что она могла снять побои в тот же день у местного фельдшера, однако этого не сделала. Настаивает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении его ходатайство о проведении полиграфического исследования на правдивость показаний потерпевшей и несовершеннолетнего сына. Заявляет, что ему было предоставлено право выступить с последним словом в то время, когда секретарь судебного заседания не фиксировала его речь в протокол. Также указывает, что при этом не присутствовала потерпевшая, с которой они помирились накануне судебного заседания. Полагает, что суд нарушил его право на примирение, поскольку они могли примириться с потерпевшей до удаления суда в совещательную комнату. Кроме того считает, что суд не учел характеризующие его предыдущие решения, когда он был в чем-то действительно виноват, то всегда признавал вину. Просит приговор отменить, признать его невиновным и вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 116.1 УК Российской Федерации.

В апелляционной жалобе адвокат Черемисин А.Ю. ссылается на то, что по делу не представлено бесспорных доказательств вины ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, поскольку отсутствуют непосредственные свидетели произошедшего. Ссылается на то, что ФИО1 свою вину не признал и настаивал, что когда приехал домой, потерпевшая стала на него кричать, оскорблять, схватила нож, но он её не бил, иначе если бы ударил, то у неё на лице остались бы телесные повреждения. Обращает внимание на доводы ФИО1 об оговоре, поскольку жена имеет цель, лишив его свободы, выписать из квартиры для дальнейшей её приватизации. Утверждает, что показания сына против ФИО1 объясняются тем, что после развода сын остался проживать с потерпевшей. Обращает внимание на заключение эксперта № 437 от 26 июля 2019 года, согласно которому на следующий день после происшедшего объективно в левой скуловой области лица потерпевшей кожа не изменена, отек и покраснения кожи отсутствуют. Также отмечает, что ФИО1 имеет постоянное место работы, по месту жительства характеризуется как общительный, активный, энергичный, жалоб от жителей на него не поступало, в употреблении спиртных напитков не замечен. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

Проверив материалы дела, заслушав лиц участвующих в судебном заседании, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для их удовлетворения.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, основаны на проверенных и надлежаще оцененных доказательствах, которым суд дал правильную оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК Российской Федерации.

Суд обосновано расценил как избранную линию защиты показания осуждённого ФИО1 в судебном заседании о том, что 25 июля 2019 года побоев потерпевшей не наносил, а лишь оттолкнул её рукой в левое плечо в целях самообороны.

Суд тщательно проверил показания ФИО1, в том числе данные в ходе предварительного расследования, и дал им оценку в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.

Потерпевшая Д. последовательно настаивала на том, что 25 июля 2019 года в ходе ссоры ФИО1 замахнулся на неё и ударил ладонью правой руки по левой щеке, отчего она ощутила физическую боль, затем толкнул её.

Допрошенный в качестве свидетеля в ходе предварительного расследования

несовершеннолетний А. подтвердил, что у его родителей конфликтные отношения, 25 июля 2019 года в ходе ссоры отец умышленно ладонью правой руки нанес маме один удар в область лица с левой стороны, затем оттолкнул её руками. Он вмешался в конфликт, встав между родителями, сказал отцу перестать причинять физическую боль маме (л.д. 48, 49).

Свидетель К. в судебном заседании подтвердила что о произошедшем 25 июля 2019 года конфликте узнала от дочери, которая сообщила что ФИО1 ударил её рукой по лицу, эти же обстоятельства подтвердил ей и внук А.

Свидетель Ю. в ходе предварительного расследования утверждал, что находясь на дежурстве, он проверял сообщение, поступившее в МО МВД России «Ирбитский» от Д., о причинении ей ФИО1 побоев. Настаивал, что в тот же день разговаривал с потерпевшей, которая была расстроена, с покраснением на лице слева, пояснила, что муж ФИО1 ударил её по лицу. Он выписал ей направление на медицинское освидетельствование, которое возможно было пройти только на следующий день (л.д. 41-42,44-45).

Свидетель З. в ходе предварительного расследования (л.д. 57, 58), а также свидетель И. в судебном заседании подтвердили, что Д. изначально утверждала о том, что 25 июля 2019 года в ходе ссоры ФИО1 умышленно нанес ей один удар ладонью правой руки в область ее левой щеки, от чего она испытала физическую боль.

Суд обоснованно сослался на показания потерпевшей и упомянутых свидетелей, поскольку они последовательны, согласуются между собой и с исследованными судом доказательствами.

Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшей и свидетелей по делу, которые могли бы повлиять на выводы суда, суд апелляционной инстанции не усматривает. Потерпевшая последовательно настаивала, что в результате конфликта ФИО1 умышленно ударил её рукой по лицу, и толкнул, отчего она испытала физическую боль.

Каких-либо оснований для оговора осужденного ФИО1 у потерпевшей и названных выше свидетелей судом установлено не было. В этой части утверждения стороны защиты являются несостоятельными. Потерпевшая и свидетели были допрошены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК Российской Федерации.

Совокупности исследованных по делу доказательств суд дал надлежащую оценку, свои выводы достаточно подробно мотивировал.

Ссылки ФИО1 и адвоката Черемисина А.Ю. на имеющееся в деле экспертное заключение, в котором не установлено наличие у потерпевшей 26 июля 2019 года каких-либо телесных повреждений, суд апелляционной инстанции не находит обоснованными.

Объективная сторона преступления по ст. 116.1 УК Российской Федерации предусматривает помимо побоев, совершение любых иных насильственных действий, причиняющих человеку физическую боль, к которым относятся, в том числе, однократные удары, толчки, щипки и т.д., которые при этом не причиняют каких либо телесных повреждений, не влекут последствий, указанных в статье 115 УК Российской Федерации (кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности), и не содержат признаки состава преступления, предусмотренного статьей 116 упомянутого Кодекса.

Вступившими в законную силу постановлениями мирового судьи судебного участка № 4 Ирбитского судебного района Свердловской области от 09 ноября 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении двух административных правонарушений, предусмотренных статьями 6.1.1 КоАП Российской Федерации, за каждое из которых ему назначено административное наказание в виде штрафа (л.д. 104,105). Следовательно, ФИО1, является лицом, подвергнутым административному наказанию за нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК Российской Федерации, то есть за аналогичное деяние.

Все доводы и версии, изложенные осужденным и стороной защиты в суде первой инстанции, в том числе о совершении ФИО1 неумышленных действий для самообороны, проверялись судом полно и всесторонне, в связи с чем обоснованно, с приведением соответствующих мотивов отвергнуты.

Наличие отказного материала в отношении потерпевшей не свидетельствует о невиновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осуждён.

Судом по делу правильно установлена направленность умысла виновного на причинение потерпевшей физической боли, а также причина совершения ФИО1 этого преступления – неприязненные отношения.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и соответствуют им, вследствие чего с доводами жалоб о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Данных о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Напротив, из протокола судебного заседания следует, что судом в соответствии с положениями ст. 15 УПК Российской Федерации были созданы все необходимые условия для осуществления прав, предоставленных сторонам обвинения и защиты, все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона.

Вопреки утверждениям ФИО1, из материалов уголовного дела следует, что он 31 августа 2019 года был уведомлен об окончании по делу следственных действий, о чем свидетельствует соответствующий протокол (л.д. 132). В этот же день раздельно с защитником ФИО1 ознакомлен с материалами уголовного дела в полном объеме и заявил о рассмотрении уголовного дела в общем порядке (л.д. 133-135). Ходатайство осуждённого о проведении по делу предварительного слушания поступило в суд после принятия уголовного дела к производству судьи и назначении даты судебного заседания, при этом оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 229 УПК Российской Федерации по делу при назначении даты судебного разбирательства не имелось (146-147, 150-152). С учетом изложенного 23 сентября 2019 года ходатайство ФИО1 о назначении по делу предварительного слушания было обоснованно оставлено судом без удовлетворения. При этом в судебном заседании рассматривались доводы, изложенные ФИО1 в упомянутом выше ходатайстве, в том числе о возвращении уголовного дела прокурору, по итогам его рассмотрения вынесено соответствующее постановление, а судебное заседание откладывалось для предоставления ФИО1 возможности дополнительно ознакомиться с материалами дела.

Являются несостоятельными доводы осуждённого о необоснованном отказе в проведении по делу полиграфического исследования в отношении потерпевшей и несовершеннолетнего сына. В силу закона, упомянутое осуждённым исследование не является источником новых сведений о фактических обстоятельствах уголовного дела, а по существу оценивает уже собранные доказательства - показания потерпевшей и свидетеля с точки зрения их достоверности. Согласно требованиям закона (ст. 74 УПК Российской Федерации), заключение полиграфолога по поводу правдивости или ложности показаний лица, опрошенного с применением полиграфа, не может считаться допустимым и достоверным доказательством по уголовному делу, поскольку носит вероятностный, предположительный характер. Оценка же доказательств по уголовному делу, в том числе показаний потерпевшей и свидетелей по делу в судебном заседании, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона входит в полномочия суда. Суд оценивает доказательства в соответствии с требованиями ст. 17,87,88 УПК Российской Федерации по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Доводы жалобы ФИО1 о нарушении его права на примирение с потерпевшей являются необоснованными. Материалы уголовного дела не содержат каких-либо объективных данных о желании потерпевшей примириться с ФИО1 до удаления суда первой инстанции в совещательную комнату для принятия итогового решения по делу. Более того, в суде апелляционной инстанции сторонам по делу такое право было разъяснено, потерпевшая заявила соответствующее ходатайство, однако сам ФИО1 настаивал на своём оправдании, утверждая о своей невиновности.

Вопреки доводам жалобы осуждённого, аудиозапись протокола судебного заседания опровергает утверждения ФИО1 о том, что во время его выступления с последним словом секретарь судебного заседания не фиксировала его речь в протокол.

Действия ФИО1 судом правильно квалифицированы по ст. 116.1 УК Российской Федерации как совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК Российской Федерации, и не содержащих признаков состава преступления, предусмотренного статьей 116 УК Российской Федерации, лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние.

При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, влияние назначенного наказания на исправление и на условия его жизни, смягчающие обстоятельства, к которым правильно отнес наличие у ФИО1 несовершеннолетнего и малолетнего детей.

Не оставлены судом без внимания иные сведения о личности виновного, который впервые совершил преступление небольшой тяжести, имеет постоянное место жительства, является индивидуальным предпринимателем и имеет постоянную работу, связанную с грузоперевозками по договору за пределами места жительства, характеризуется положительно.

Суд апелляционной инстанции не усматривает иных обстоятельств, которые должны быть признаны смягчающими в силу ч. 1 и ч. 2 ст. 61 УК Российской Федерации.

Обстоятельств отягчающих наказание судом не установлено.

Оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК Российской Федерации у суда первой инстанции не имелось.

С учетом конкретных обстоятельства дела, тяжести содеянного и данных о личности ФИО1, суд пришел к правильному выводу о назначении ему реального наказания в виде штрафа, справедливо не усмотрев оснований для назначения иного вида наказания, а также применения положений ст. 64 и ст. 73 УК Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции считает назначенное осуждённому наказание справедливым и соразмерным содеянному, полностью отвечающим задачам исправления осужденного, а также предупреждения совершения им новых преступлений, а потому не находит оснований для его смягчения.

Таким образом, оснований для отмены или изменения приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п. 1 ч. 1 ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ирбитского районного суда Свердловской области от 1 ноября 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Черемисина А.Ю. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий судья Смагина С.В.