Апелляционное постановление № 1-112/2019 22-2216/2019 от 11 августа 2019 г. по делу № 1-112/2019

Дело №1-112/2019 Судья 1-й инстанции: Михайлов Д.О.

№ 22-2216/2019 Судья-докладчик: Гриценко Ю.Ф.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

12 августа 2019 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего - Гриценко Ю.Ф.

при секретаре - Абибуллаевой Д.И.

с участием - прокурора апелляционного

отдела уголовно-судебного управления

Прокуратуры Республики Крым

Швайкиной И.В.

защитника - адвоката Горбатовского С.А.

потерпевшего - <данные изъяты>

осужденного - ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе потерпевшего и законного представителя несовершеннолетних потерпевших <данные изъяты> а также по апелляционному представлению государственного обвинителя – прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры ФИО2 на приговор Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от 11 июня 2019 года, которым

ФИО1, родившийся <данные изъяты> гражданин России, имеющий высшее образование, не женат, детей не имеющий, трудоустроенный в <данные изъяты> на должности специалиста по охране труда, зарегистрирован и проживающий по адресу: <данные изъяты>, ранее не судим,

осужден:

по ч. 4 ст. 264 УК РФ (в редакции от 31 декабря 2014 года) к лишению свободы на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 (три) года;

на основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с установлением осужденному испытательного срока продолжительностью 4 (четыре) года, в течение которого условно осужденный должен своим поведением доказать свое исправление;

на осужденного в период испытательного срока наложены обязательства не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного на регистрацию в дни, устанавливаемые уголовно- исполнительной инспекцией;

испытательный срок постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу с зачетом времени, прошедшего со дня провозглашения приговора;

разрешен вопрос с вещественными доказательствами;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу отменена;

осужденному разъяснены положения ч.ч. 2, 3 ст. 74 УК РФ;

Заслушав доклад судьи Гриценко Ю.Ф., изложившего содержание обжалуемого приговора, а также доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, выступление осужденного ФИО1, его защитника-адвоката Горбатовского С.А. в поддержку апелляционной жалобы, мнение прокурора Швайкиной И.В., полагавшей необходимым приговор суда изменить вследствие его чрезмерной мягкости, суд,

УСТАНОВИЛ:

Приговором Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от 11 июня 2019 года ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, совершенном лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшем по неосторожности смерть человека. Преступление совершено в 24 октября 2018 года в г. Симферополе Республики Крым, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции осужденный ФИО1 свою вину в совершении преступления признал полностью.

Не согласившись с приговором суда, потерпевший и законный представитель несовершеннолетних потерпевших <данные изъяты> - <данные изъяты> просит приговор суда отменить, уголовное дело в отношении осужденного ФИО1 прекратить по основаниям, предусмотренным ст. 76 либо ст. 76.2 УК РФ в порядке ст.ст. 25, 25.1 УПК РФ, считая приговор несправедливым, существенно нарушающим уголовно-процессуальный закон. В обоснование доводов утверждает о необходимости прекращения уголовного дела в силу ст. 25 либо ст. 25.1 УПК РФ, в связи с отсутствием у потерпевших каких-либо претензий материального и морального характера по факту гибели их матери в результате дорожно-транспортного происшествия. Уточняет, что осужденный ФИО1 по собственной инициативе нашел его, принес свои извинения, полностью оплатил расходы на похороны, возместил моральный вред на сумму 500 000 рублей, и материальный ущерб на 100 000 рублей, всего на общую сумму 600 000 рублей. Обращает внимание, что сумму ущерба потерпевший определил сам. ФИО1 оказывал содействие в получении страховых выплат на сумму 950 000

рублей, по 450 000 рублей на каждую из несовершеннолетних потерпевших, в настоящее время оказывает ему помощь по мере необходимости.

Обращает внимание, что страховые выплаты в размере 950 000 рублей будут взысканы с осужденного в порядке регресса, поскольку он находился в состоянии опьянения. От исковых требований в дальнейшем отказывается. Осужденный ФИО1 с места работы и места жительства характеризуется исключительно положительно. Дорожно-транспортное происшествие произошло неумышленно, потерпевшая добровольно предложила ФИО1 на принадлежащем ей автомобиле добраться домой, доверила ему управление. Обстоятельств, отягчающих наказание не установлено.

В апелляционном представлении государственный обвинитель прокурор отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Республики Крым ФИО2 просит приговор суда изменить, в связи с его чрезмерной мягкостью, просит назначить наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 года с отбыванием основного наказания в колонии-поселении без применения ст. 73 УК РФ. Указывает, что суд при постановлении приговора не учел, что последствиями совершенного преступления явилась смерть человека, которая является невосполнимой утратой, при этом, преступление совершено в состоянии алкогольного опьянения. Полагает необходимым учесть, что моральный вред, причиненный несовершеннолетним потерпевшим <данные изъяты> до настоящего времени не возмещен, поскольку согласно имеющейся в материалах дела расписки <данные изъяты> следует, что лично он (а не потерпевшие) получил от ФИО1 денежные средства на общую сумму 600 000 рублей. Иные выплаты ФИО1 либо его родственниками для компенсации несовершеннолетним потерпевшим морального вреда не производились. Денежные средства <данные изъяты>. получил наличными, хранит их у себя и в дальнейшем планирует израсходовать в равных долях в интересах несовершеннолетних, однако, на их счета он денежные средства не перевел, что препятствует сотрудникам департамента по делам детей администрации г. Симферополя осуществить контроль за расходованием денег именно на нужды опекаемых лиц. Утверждает, что при определении размера компенсации морального вреда следует учесть малолетний возраст детей на момент смерти матери, а также тот факт, что нравственные страдания носят длительный характер, малолетнему причинена психотравматическая травма и сильный стресс. Полученные <данные изъяты>. денежные средства являются явно недостаточными для возмещения морального вреда всем троим потерпевшим, а сумма компенсации, не превышающая 170 000 рублей каждой несовершеннолетней не может расцениваться как справедливое вознаграждение потерпевшим за перенесенные страдания.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя защитник-адвокат Горбатовский С.А., действующий в интересах осужденного ФИО1, не оспаривая доказанности вины осужденного ФИО1, просит апелляционное представление прокурора оставить без удовлетворения.

Свои доводы мотивирует тем, что судом учтены трагические последствия по делу, именно в связи с этим суд отказал в удовлетворении ходатайств потерпевшего и законного представителя несовершеннолетних потерпевших <данные изъяты>., потерпевшего ФИО3 и стороны защиты об освобождении подсудимого от уголовной ответственности и прекратил уголовное дело в отношении него. Полагает, что все смягчающие обстоятельства установлены верно. Заглаживание вреда со стороны подсудимого выразилось не только в принесении извинений перед потерпевшими и выплате им денежных средств в качестве возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда, но и в сборе документов для страховых компаний с целью получения потерпевшими страховых выплат. Кроме того, сам потерпевший <данные изъяты> заявил, что полученная от осужденного сумма в размере 600 000 рублей (100 000 рублей по возмещению материального ущерба, в том числе расходов на похороны и 500 000 рублей возмещения морального вреда) установлена им самостоятельно и полностью погашает причиненный ему и его сестрам материальный ущерб, гражданский иск не заявлен. Со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» утверждает, что потерпевший самостоятельно оценивает и определяет сумму компенсации морального вреда.

Выслушав мнение участников судебного разбирательства, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, и поданных возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина осужденного ФИО1 в установленном судом деянии, объективно подтверждена совокупностью доказательств, анализ и существо которых подробно приведены в приговоре. Все представленные суду доказательства были исследованы, надлежаще проанализированы, а их существо изложено в приговоре без искажений.

Свои выводы о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, суд первой инстанции обосновал доказательствами, всесторонне, полно и объективно исследованными в судебном заседании и изложенными в приговоре, достоверность и допустимость которых сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 показал, что 24 октября 2018 года примерно в 21 час 00 минут он с друзьями находился в <данные изъяты> где употребил спиртное. В тот же день, там же, он познакомился с <данные изъяты> которая, с ее слов, приехала на личном автомобиле «Daewoo Lanos». Поскольку ехать им было в одну сторону, они решили поехать втроем с братом подсудимого ФИО3 В связи с тем, что <данные изъяты> не смогла выехать со стоянки торгового центра, за руль сел ФИО1 Впоследствии он остался за рулем автомобиля <данные изъяты> и на <данные изъяты> столкнулся со стоящим грузовиком «SCANIA», которого не заметил, что было в дальнейшем не помнит. В результате ДТП ФИО1 был прооперирован.

Находясь в больнице, начал принимать меры к поиску пострадавших для компенсации вреда, причиненного его действиями. В результате с его стороны были принесены извинения, и выплачена денежная сумма в размере 600 000 рублей, а также оказано содействие в выплате 900 000 рублей компенсации от страховых компаний. В содеянном искренне раскаивается.

В судебном заседании потерпевший и представитель несовершеннолетних потерпевших <данные изъяты> - <данные изъяты> показал, что погибшая <данные изъяты> являлась ему матерью, которая проживала совместно с его несовершеннолетними сестрами, а он проживает отдельно со своей женой и дочкой. Об обстоятельствах происшествия пояснил, что 24 октября 2018 года после 22 часов 00 минут дозвонившись на мобильный номер матери узнал о том, что его мать попала в дорожно-транспортное происшествие, на место которого он незамедлительно выехал. Претензий к ФИО1 не имеет, данную позицию разделяют также обе несовершеннолетние потерпевшие, сумма денежной компенсации его устраивает, претензий материального характера не имеет, гражданский иск заявлять не намерен.

Потерпевший <данные изъяты> в судебном заседании показал, что 24 октября 2018 года он с друзьями находился в <данные изъяты> где употреблял спиртное. На улицу из торгового центра вышли он, его брат ФИО1 и девушка, которая повезла их домой. В связи с тем, что девушка не смогла выехать с парковки, за руль сел его брат ФИО1, и они продолжили движение. Проехал перекресток по <данные изъяты> в г. Симферополе он почувствовал сильный удар, сам момент дорожно-транспортного происшествия не помнит. Пояснил, что в результате дорожно-транспортного происшествия ему был причинен тяжкий вред здоровью, лечение оплатил брат ФИО1, претензий к брату не имеет.

Виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, помимо его признательных показаний, подтверждается совокупностью приведенных в приговоре доказательств.

К числу таких доказательств суд первой инстанции отнес исследованные в судебном заседании показания свидетелей:

<данные изъяты> данными в судебном заседании, согласно которым дату и время он не помнит, он вместе с <данные изъяты> возвращались с работы на автомобиле, и примерно в 22 часа на ул. <данные изъяты> был свидетелем столкновения автомобиля «Daewoo Lanos» с фурой, припаркованной на обочине. Аналогичные показания в суде дал свидетель <данные изъяты>

Свидетель <данные изъяты> в судебном заседании показал, что 24 октября 2018 года примерно в 22 часа 40 минут он ехал со стороны <данные изъяты> обратил внимание на встречную полосу, по которой двигался автомобиль марки <данные изъяты> серебристого цвета, который двигался с включенным ближним светом фар, в зеркало заднего вида он увидел столкновение данного автомобиля с фурой. После чего он выбежал для оказания первой помощи пострадавшим.

Свидетель <данные изъяты> в судебном заседании показал, что 24 октября 2018 года в 21 час 15 минут он припарковал управляемый им автомобиль

«SCANIA» р.з. <данные изъяты> у правого края проезжей части вплотную к бордюрному краю по направлению в сторону <данные изъяты>. При этом, габаритные огни на автомобиле он не включал, поскольку на задней части кузова имелись множественные светоотражающие элементы. На расположенной рядом электроопоре свет не горел. После чего он ушел домой. Находясь дома, примерно в 22 часа 30 минут, услышал сильный удар и выбежав на улицу, увидел, что на его автомобиль совершил наезд автомобиль «Daewoo Lanos».

Оснований не доверять показаниям свидетелей, изложенным в приговоре, у суда первой инстанции не имелось, показания указанными лицами были даны добровольно и по своему содержанию являются последовательными и в целом непротиворечивыми. Каждый из них перед началом допроса предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, что подтверждается соответствующими записями в протоколах допросов и подписках. Каких-либо оснований к оговору ФИО1 со стороны свидетелей не установлено.

Кроме того, показания лиц, приведенных в приговоре, согласуются и с материалами дела, в частности со сведениями, содержащимися:

- в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 24 октября 2018 года, схемой и таблицей иллюстраций к нему, согласно которым дорожно-транспортное происшествие произошло в г. Симферополе на ул. <данные изъяты> на проезжей части, имеющей по одной полосе движения в каждом направлении с мокрым, асфальтобетонным покрытием. В ходе осмотра места происшествия зафиксировано конечное положение автомобилей «SCANIA <данные изъяты>», регистрационный знак <данные изъяты> и «Daewoo Lanos», регистрационный знак <данные изъяты>, вещная и следования информация (т. 1 л.д. 19-31);

- в справке от 24 октября 2018 года о ДТП, согласно которой указаны лица, пострадавшие в результате происшествия, а также транспортные средства (т. 1 л.д. 32-33);

- протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, согласно которому 25 октября 2018 года ФИО1 направлен для прохождения освидетельствования (т. 1 л.д. 35);

- медико-токсикологическим исследованием № 2782 от 15 ноября 2018 года, согласно которого в крови и моче ФИО1 обнаружен этиловый спирт в количестве 2.07 и 2.26 промилле (т. 1 л.д. 42);

- протоколами дополнительного осмотра ДТП от 15 января 2019 года и от 12 февраля 2019 года, согласно которым с участием понятых и иных лиц, в том числе очевидцев и участников ДТП для установления обстоятельств, осмотрено место происшествия в г. Симферополь по <данные изъяты> (т. 1 л.д. 107-110, 117-120);

- протоколом осмотра автомобиля «Daewoo Lanos», регистрационный знак <данные изъяты> установлено, что автомобиль имеет повреждения аварийного характера, сосредоточенные в передней правой угловой его части. Данный автомобиль признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства (т. 1 л.д. 189-194);

- протоколом осмотра автомобиля «SCANIA <данные изъяты>», регистрационный знак <данные изъяты>, согласно которого автомобиль имеет повреждения аварийного характера, сосредоточенные в большей степени в задней левой угловой части (т. 1 л.д 229-234);

- заключением эксперта <данные изъяты>, согласно выводов которого, сочетанная тупая травма тела с множественными повреждениями внутренних органов и костей скелета, осложнившаяся травматическим шоком тяжелой степени образовалась прижизненно и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Данная сочетанная травма тела причинена в короткий промежуток времени, прижизненно, незадолго до наступления смерти, образовалась в результате действия тупых предметов как с ограниченной, так и с преобладающей поверхностями, каковыми могли являться выступающие детали автотранспортного средства, в данном случае легкового автомобиля при столкновении последнего со стоящим грузовым автомобилем. Смерть <данные изъяты> последовала от сочетанной тупой травмы тела с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов, осложнившейся травматическим шоком тяжелой степени (т. 1 л.д. 46-52);

- заключением эксперта <данные изъяты> которого, при судебно-медицинском исследовании ФИО3 обнаружены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, образовавшиеся от действия тупого предмета (предметов), в данном случае, возможно при ударе о выступающие части салона автомобиля (т. 1 л.д. 74-79);

- заключением эксперта <данные изъяты> согласно выводов которого водитель автомобиля «Daewoo Lanos» ФИО1 с целью обеспечения безопасности движения должен был руководствоваться требованиями абз. 1 п. 2.7 и п. 10.1 ПДД РФ, и располагал технической возможностью предотвратить данное столкновение. Кроме этого, действия водителя автомобиля «Daewoo Lanos» ФИО1, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с наступлением рассматриваемого ДТП (т. 1 л.д. 124-128).

Указанные доказательства были проверены в судебном заседании в соответствии с требованиями ст.87 УПК РФ, оценка доказательств отражена в приговоре, совокупность доказательств является достаточной для вывода о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Письменные документы, на которые имеются ссылки в приговоре, получены с соблюдением установленной уголовно-процессуальным законом процедуры. Оснований к признанию данных доказательств недопустимыми, в порядке ст.75 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Сведений о том, что показания свидетелей, указанные в приговоре, были основаны на догадке, предположении, слухе, что в силу положений ч.2 ст.75 УПК РФ могло бы свидетельствовать о недопустимости данных доказательств, материалы уголовного дела не содержат. Протоколы допроса свидетелей составлены в соответствии с положениями ст.ст.189, 190 УПК РФ. Протоколы следственных действий оформлены в соответствии с положениями ст.166 УПК РФ.

Сомневаться в объективности положенных в основу приговора доказательств оснований не имеется, поскольку каждое из них согласуется и подтверждается совокупностью других доказательств и получено с соблюдением требований закона.

Исследованные судом первой инстанции доказательства каких-либо данных, свидетельствующих об искусственном создании сотрудниками правоохранительных органов доказательств по уголовному делу, не содержат. Каких-либо нарушений, допущенных органом предварительного расследования, препятствующих постановлению приговора, суд первой инстанции не установил, и обоснованно принял решение о возможности рассмотрения дела по существу.

Судебное разбирательство по уголовному делу в отношении ФИО1 проведено на основе принципа состязательности, установленного ст.15 УПК РФ, с учетом требований ст.252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, обстоятельства дела были установлены на основании непосредственно исследованных судом доказательств. Доказательства, которые суд положил в основу приговора, являются допустимыми.

Председательствующий предоставил стороне обвинения и стороне защиты равные возможности по представлению и исследованию доказательств.

В ходе судебного заседания ФИО3 имел возможность защищаться любыми средствами и способами, не запрещенными УПК РФ, в том числе возражать против имеющегося в отношении него обвинения, добровольно давать показания, пользоваться помощью защитника.

Таким образом, совокупность исследованных судом первой инстанции и проанализированных в приговоре доказательств является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении преступления, за которое он осужден.

Квалификация действий осужденного ФИО1 по ч. 4 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, находящимся в состоянии опьянения, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и повлекшее по неосторожности смерть человека, дана в соответствии с установленными судом обстоятельствами и действовавшим на момент совершения осужденным преступлений уголовным законом, и является правильной.

Психическое состояние ФИО1 надлежащим образом исследовано. На учетах у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит.

Вопреки доводам апеллянтов, назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соответствует тяжести содеянного и личности виновного, при его назначении судом учтены положения ст.43 и 60 УК РФ, а также характер и степень общественной опасности совершенного преступления, сведения о личности ФИО1, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ судом не установлено.

Решение о назначении наказания в виде лишения свободы суд первой инстанции мотивировал надлежащим образом, а также привел мотивы, согласно которым пришел к выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в виде лишения свободы с установлением ряда обязанностей, что вопреки доводам апелляционного представления суд апелляционной инстанции полагает верным.

Суд также мотивировал в приговоре отсутствие оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Кроме этого, приняв во внимание фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности, суд обоснованно назначил осужденному дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч. 4 ст. 264 УК РФ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 года.

Вопреки доводам потерпевшего <данные изъяты> о прекращении уголовного дела, согласно ст.ст. 20 и 146 УПК РФ уголовное дело о преступлении, предусмотренном ч. 4 ст. 264 УК РФ является делом публичного обвинения, уголовное преследование и предварительное расследование по нему производится следственными органами независимо от наличия заявления и желания потерпевшего.

Согласно ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, суд вправе, но не обязан на основании заявления потерпевшего прекращать уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в преступлении средней тяжести (каковым, согласно ч. 3 ст. 15 УК РФ является преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 264 УК РФ), совершенном впервые, и освобождать от уголовной ответственности, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Соответственно, уголовный и уголовно-процессуальный законы не требуют от суда обязательного прекращения уголовного дела за примирением сторон по ходатайству потерпевшего, в связи с чем, суд апелляционной инстанции считает невозможным освобождение осужденного ФИО1 от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ и прекращение уголовного дела за примирением сторон, поскольку такое решение не будет соответствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Что касается возмещения морального вреда, то исходя из смысла пунктов 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При этом, потерпевший самостоятельно оценивает и определяет сумму компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

По настоящему уголовному делу потерпевший и законный представитель несовершеннолетних потерпевших <данные изъяты> не предъявлял каких-либо исковых требований к ФИО1 Самостоятельно оценил и определил суммы материального ущерба и морального вреда, которые осужденный компенсировал в полном объеме, что подтверждается распиской самого <данные изъяты> (т. 2 л.д. 24), его показаниями, данными в судебных заседаниях суда первой и апелляционной инстанций, в апелляционной жалобе не оспаривается, в связи с чем, доводы государственного обвинителя в этой части являются необоснованными.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 389.20 УПК Российской Федерации в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд принимает решение об оставлении приговора, определения, постановления без изменения, апелляционных жалобы, представления без удовлетворения.

Нарушений конституционных прав осужденного, уголовного, уголовно-процессуального законодательств Российской Федерации, которые могли повлиять на объективность выводов суда о доказанности виновности ФИО1, отразиться на правильности решения о квалификации его действий, справедливости назначенного наказания, допущено не было. В связи с этим приговор суда отмене либо изменению, в том числе по доводам апеллянтов не подлежит, поскольку является законным, обоснованным и справедливым.

Руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33, 389-35 УПК Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Железнодорожного районного суда г. Симферополя Республики Крым от 11 июня 2019 года - оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшего и законного представителя несовершеннолетних потерпевших <данные изъяты> а также апелляционное представление государственного обвинителя прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Республики Крым ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке и срок, установленные главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Председательствующий: Ю.Ф. Гриценко