Апелляционное определение от 14 марта 2019 г. по делу № 2-26/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 1-АПУ19-5


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 14 марта 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской

Федерации в составе: председательствующего Безуглого Н.П., судей Истоминой Г.Н., Таратута И.В., с участием: осужденного ФИО1 защитника Артеменко Л.Н. прокурора Федченко Ю.А. при секретаре Горностаевой Е.Е.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной

жалобе осужденного ФИО1 на приговор Архангельского областного

суда от 26 декабря 2018 года, которым

ФИО1,

<...>ранее несудимый,

осуждён:

- по п.п. «а», «к» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 18 лет с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и обязанностей указанных в приговоре;

- по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам сроком на 360 часов.

На основании ч.З ст.69, п.«г» ч.1 ст.71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 18 лет 1 месяц с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений и обязанностей указанных в приговоре.

Постановлено взыскать с ФИО1 в счет компенсации морального вреда: в пользу В. - 1 300 000 рублей, в пользу П. - 1 500 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Безуглого Н.П. доложившего материалы дела и доводы жалобы, выступления осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи, адвоката Артеменко Л.Н. просивших об отмене приговора и направлении уголовного дела прокурору, мнение прокурора Федченко Ю.А. об оставлении приговора без изменения, а жалобы без удовлетворения, Судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО1 осужден: за угрозу убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы; за убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам, в том числе с целью облегчить совершение другого преступления.

Преступления совершены в августе и сентябре 2017 года в г.Архангельске при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 не оспаривая установленные судом фактические обстоятельства дела и квалификацию его действий, считает назначенное ему наказание несправедливым вследствие чрезмерной суровости, а также считает явно завышенными суммы компенсации морального вреда взысканные с него в пользу родственников

погибших. В обоснование выше изложенного осужденный указывает, что судом при назначении наказания не было учтено, что он полностью признал вину в содеянном, обратился с явкой с повинной, активно способствовал раскрытию и расследованию преступлений, частично загладил причиненный вред, перечислив 100 000 рублей потерпевшему для организации похорон, награжден медалью за участие в военных операциях в Сирии, отягчающих обстоятельств у него не установлено. По мнению автора жалобы, взысканные с него денежные сумы в счет компенсации морального вреда, являются явно завышенными, при этом судом не было учтено его материальное положение и что он, находясь в местах лишения свободы, не сможет выплатить взысканные с него денежные суммы. По мнению автора жалобы, судом при разрешении гражданских исков не было учтено, что в счет компенсации морального вреда он уже перевел потерпевшему 100 000 рублей. Просит изменить приговор, смягчить назначенное ему наказание и уменьшить размер компенсации морального вреда.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 государственный обвинитель Гладких АС. приводя свои доводы, считает приговор справедливым, а взысканные с осужденного суммы компенсации морального вреда разумными, поэтому просит оставить приговор без изменения, а жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, проверив и обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, Судебная коллегия приходит к следующему.

Вина ФИО1 в совершении инкриминированных ему преступлений подтверждается как показаниями самого осужденного на предварительном следствии и частично в суде, так и показаниями свидетелей, протоколами осмотров, заключениями экспертов и другими исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре доказательствами.

В судебном заседании ФИО1 свою вину признал частично, утверждая, что убийством никому не угрожал, при этом пояснял, что во время конфликта в порыве эмоций схватил В. за талию и немного приподнял. Не оспаривал причинение смерти Ш. и Б. но объяснить свои действия не смог.

Из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО1 на предварительном следствии следует, что он поднимал В. вверх и, возможно, та «перегнулась» через открытое окно на балконе, от чего она, испугавшись, плакала и с ней случилась истерика. ФИО1 также пояснял, что он встречался с Ш. а в августе 2017 года по инициативе последней они расстались, и его последующие попытки

возобновить отношения остались безуспешными. 3 сентября 2017 года вооружившись ножом, пришел к квартире Ш. и до утра ожидал ее в подъезде, распивая спиртное. На следующий день, около 8 часов 30 минут, когда Ш. вышла из квартиры, они спустились на лестничную площадку между 5 и 6 этажами, где стали выяснять отношения. Затем он толкнул ее, от чего она упала и начала звать на помощь. Не желая отпускать ее к другому мужчине, он достал нож и с целью убийство нанес не менее 10 ударов в грудь, по лицу и возможно, рукам. В это время к ним подбежала мать девушки Б. которая попыталась оттолкнуть его, а затем закрыла лежащую на полу дочь. В ответ на это он не менее четырех раз ударил Б. ножом в грудь, живот и спину. Не смотря на полученные ранения последняя сумела подняться к своей квартире, а он нанес еще не менее трех ударов ножом в спину Ш. ушел с места происшествия.

При проверке показаний, ФИО1 с выходом на место подробно рассказал и показал где и при каких обстоятельствах он наносил удары ножом Ш. и Б.

Кроме показаний самого осужденного ФИО1 его вина в угрозе убийством и умышленном причинении смерти двум лицам, одного из которых с целью облегчить совершение другого преступления подтверждается и другими исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре доказательствами, в том числе:

- показаниями свидетеля С. о том, что на одном из балконов дома № 32 по ул.Почтовый тракт он видел девушку, рядом с ней находился ФИО1, который в открытую створку окна наклонял тело девушки вниз через ограждение балкона, угрожая сбросить с четвертого этажа, и душил ее руками. Они стали кричать с улицы, чтобы он отпустил девушку;

- показаниями свидетелей С. и Б. которые были непосредственными очевидцами произошедших событий и подтвердили показания С. в том числе и на очной ставке с ФИО1;

- показаниями свидетеля К. о том, что она является соседкой погибших и слышала, как 3 сентября 2017 года после 21 часа Воробьев стучался в дверь потерпевших, но ему не открыли. На следующий день утром она, находясь дома, услышала крики Б. доносящиеся из подъезда. Выйдя из квартиры на лестничной площадке между 5 и 6 этажами, она увидела лежащую на полу В., которой Воробьев наносил удары ножом в область груди и живота. Заметив ее, последняя, крикнула «Уходи». Испугавшись, она забежала в квартиру и вызвала полицию. Когда все стихло она вышла из квартиры и на полу в коридоре общего блока увидела Б.

<...>., которая попросила приглядеть за младшим сыном, оставшемся дома, после чего после полученных ран умерла. На лестничной площадке она обнаружила труп В. с воткнутым в спину ножом;

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому 4 сентября 2017 года на лестничной площадке между 5 и 6 этажами в третьем подъезде дома № 21 по ул.Калинина обнаружен труп Ш. с воткнутым в спину ножом, в общем коридоре блок-секции квартир №<...> и №<...> обнаружен труп Б. с признаками насильственной смерти;

- заключениями судебно-медицинских экспертиз, согласно которым: смерть Ш. наступила в результате колото-резаных ранений: передней поверхности груди слева в верхней трети с повреждением средней доли левого легкого, легочного ствола; задней поверхности груди слева в средней трети с повреждением верхней доли левого легкого; задней поверхности груди слева в средней трети с повреждением нижней доли левого легкого; левой боковой поверхности груди с повреждением нижней доли левого легкого;

смерть Б. наступила в результате колото-резаных ранений: передней поверхности груди справа с пересечением 2 правого ребра, с повреждением средней и нижней доли правого легкого; передней поверхности живота справа с повреждением стенки толстой кишки, правой доли печени, тела поджелудочной железы; задней поверхности груди справа с пересечением 7 правого ребра, долей правого легкого; колото-резаного ранения передней поверхности левого плеча, проникающего в левую плевральную полость, с повреждением долей левого легкого;

- заключениями экспертов, согласно которым: телесные повреждения Ш. и Б. причинены ножом, изъятым в ходе осмотра места происшествия. Обнаруженный на рукояти ножа биологический материал со следами крови произошел от погибших;

два следа обуви, обнаруженные в третьем подъезде дома № 21 по ул.Калинина, могли быть оставлены низом подошвы ботинка на правую ногу изъятого в ходе выемки у ФИО1;

на куртке ФИО1, в которой он находился 4 сентября 2017 года, обнаружены следы крови погибших Ш. и Б.

Все положенные в основу приговора доказательства, получены в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, а поэтому являются допустимыми.

Суд, исследовав показания ФИО1 на предварительном следствии в совокупности с другими доказательствами по делу и дав им

надлежащую оценку, обоснованно признал достоверными и положил в основу приговора.

Каких-либо объективных данных свидетельствующих о том, что ФИО1 оговорил себя в совершении преступлений, по делу не имеется.

Высказанные в суде апелляционной инстанции доводы осужденного о том, что суд первой инстанции, исключив из его обвинения указание на совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, должен был назначить повторную судебно психолого-психиатрическую экспертизу на предмет нахождения его в момент совершения преступлений в состоянии аффекта, являются не состоятельными.

Суд, исследовав заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы и дав ему в приговоре надлежащую оценку, в том числе и тому, что ФИО1 при совершении преступлений не находился в состоянии аффекта, обоснованно не усомнился в психическом статусе ФИО1, правильно признав его вменяемым.

Как следует из установленных судом фактических обстоятельств, поведение ФИО1 как предшествующее совершению преступлений, так и его поведение после их совершения свидетельствует о том, что он не мог находиться в состоянии аффекта.

В связи с чем у суда не имелось оснований для проведения в отношении ФИО1 повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства и обоснованно прейти к выводу о доказанности вины ФИО1 в угрозе убийством, когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а также в убийстве, то есть умышленном причинении смерти двум лицам, в том числе Б. с целью облегчить совершение другого преступления.

Действия осужденного ФИО1 по п.п. «а», «к» ч.2 ст. 105 УК РФ, ч.1 ст. 119 УК РФ судом квалифицированы правильно.

Выводы суда о виновности ФИО1 в угрозе убийством Ш., когда имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, а также в умышленном убийстве двух лиц, в том числе с целью облегчить совершение другого преступления в приговоре надлежащим образом мотивированы, а поэтому не согласиться с ними Судебная коллегия не находит оснований.

Наказание ФИО1 назначено с учетом содеянного, всех обстоятельств дела, данных о личности, а также смягчающих наказание

обстоятельств, в том числе и тех на которые ссылается в своей жалобе осужденный.

Считать назначенное ФИО1 наказание несправедливым вследствие его чрезмерной суровости, Судебная коллегия не находит оснований.

Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности применения ФИО1 при назначении наказания, положений ст.ст.64,73 УК РФ и ч.б ст. 15 УК РФ, однако достаточных оснований для этого установлено не было. Не находит таких оснований и Судебная коллегия.

Вопреки доводам жалобы, выплата потерпевшему 100 000 рублей в качестве материальной помощи на организацию похорон учтена судом, в том числе и в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

Гражданские иски потерпевших Б. и П. судом рассмотрены в соответствие с требованиями закона, а взысканная с осужденного ФИО1 компенсация морального вреда является разумной и справедливой.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Архангельского областного суда от 26 декабря 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке судебного надзора в Президиум Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий:Судьи: