Апелляционное определение от 21 марта 2019 г. по делу № 2-26/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 11-АПУ19-5СП


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 21 марта 2019 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего судьи Скрябина К.Е., судей Лаврова Н.Г. и Смирнова В.П.

с участием осуждённых ФИО1, ФИО2 (в режиме видеоконференц-связи), адвокатов Живовой Т.Г., Поддубного СВ. и прокурора Луканиной Я.Н.

при ведении протокола секретарём Мамейчиком М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённых ФИО1, ФИО2 и адвокатов Сафиной Э.А., Шушиной Е.В. на приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 21 декабря 2018 г., по которому

ФИО1, <...>

<...>

признан невиновным по п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на основании п.п. 2 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием причастности к совершению

преступлений в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта, с признанием права на реабилитацию;

он же осуждён по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

по ч. 2 ст. 222 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 3 годам лишения свободы со штрафом в

размере 30 000 рублей,

по ч. 2 ст. 223 УК РФ к 4 годам лишения свободы со штрафом в

размере 200 000 рублей,

по ч. 1 ст. 226' УК РФ (в редакции Федерального закона от 2 июля 2013

г. № 150-ФЗ) к 4 годам лишения свободы,

по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (за преступление, совершённое в

отношении Л. к 9 годам лишения свободы,

по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (за преступление, совершённое в

отношении Т. к 10 годам лишения свободы,

по п.п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ст. 65 УК РФ к 19

годам лишения свободы,

а по совокупности преступлений, определяемой по правилам ч. 3 ст. 69

УК РФ, путём частичного сложения назначенных наказаний - к 24 годам

лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии

строгого режима, со штрафом в размере 210 000 рублей;

ФИО2, <...>

<...> признан невиновным_по ч. 2 ст. 222* и ч. 2 ст. 223] УК РФ на основании

п.п. 2 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием причастности к совершению

преступлений в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей

оправдательного вердикта, с признанием права на реабилитацию;

он же осуждён по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы, по ч. 2 ст. 222 УК РФ к 3 годам лишения свободы,

по ч. 2 ст. 223 УК РФ к 4 годам лишения свободы со штрафом в

размере 200 000 рублей,

по ч. 1 ст. 226' УК РФ к 4 годам лишения свободы,

по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 10 годам лишения свободы,

по ч. 5 ст. 33 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы,

а по совокупности преступлений, определяемой по правилам ч. 3 ст. 69

УК РФ, путём частичного сложения назначенных наказаний - к 19 годам

лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии

строгого режима, со штрафом в размере 200 000 рублей;

Постановлено исчислять начало срока наказания ФИО1 и

ФИО2 с 21 декабря 2018 г., с зачётом времени предварительного

содержания их под стражей с 21 января 2018 г. до постановления приговора.

Решено:

взыскать с ФИО2 в пользу К. 200 000 рублей в счёт возмещения материального ущерба;

на основании п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ и п. «г» ч. 1 ст. 1041 УК РФ обратить в собственность государства автомобиль марки «Фольксваген Гольф», принадлежащий ФИО2 на праве собственности.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Смирнова В.П. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб, дополнений к ним и возражений на них, выслушав выступления осуждённых ФИО1 и ФИО2, поддержавших доводы апелляционных жалоб, поданных в их интересах, адвоката Поддубного СВ. в защиту интересов ФИО1, адвоката Живовой Т.Г. в защиту интересов ФИО2, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Луканиной Я.Н., полагавшей апелляционные жалобы неподлежащими удовлетворению, Судебная коллегия

установила:

на основании вердикта коллегии присяжных заседателей ФИО1 и ФИО2 осуждены:

- ФИО1 - за разбойное нападение на Л. и её умышленное убийство; за незаконное приобретение и ношение огнестрельного оружия и боеприпасов; за незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕвраАзЭС боеприпасов; за незаконное хранение взрывчатого вещества;

- ФИО1 и ФИО2 - за разбойное нападение на Т. в ходе которого ФИО1 при пособничестве ФИО2 совершил умышленное убийство Т. за незаконное приобретение, хранение, ношение и изготовление боеприпасов и огнестрельного оружия;

- ФИО2 - за совершение кражи имущества ООО «<...>» с незаконным проникновением в помещение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство, ссылаясь на то, что в ходе судебного разбирательства были допущены нарушения УПК РФ, выразившиеся в том, что до судебного заседания СМИ транслировали репортажи о нем и о его сыне (ФИО3

К.Ю.), из которых следовало, что убийцы нумизмата арестованы и их вина доказана; данная информация оказала влияние на присяжных заседателей; обвинительное заключение ему было предоставлено в плохом качестве, текст которого невозможно было читать, таким образом, он не был ознакомлен с обвинительным заключением; он не был должным образом ознакомлен с особенностями суда присяжных, защитники по назначению не оказывали необходимой помощи; протокол судебного заседания в письменном виде в судебном заседании не велся, пояснялось, что ведется аудиозапись, однако позднее в предоставлении аудиозаписи протокола было отказано; вопросный лист составлен с обвинительным уклоном; в напутственном слове председательствующий изложил также было произнесено с обвинительным уклоном, что оказало психологическое воздействие на присяжных заседателей; стороне защиты не было предоставлено достаточно времени для подготовки к судебным прениям, а он (Гаврилюк Ю.Г.) был необоснованно удален из зала суда; поскольку им (осуждённым) не дали возможность подготовиться к последнему слову, он и сын отказались от выступлений; все ходатайства стороны защиты были оставлены без удовлетворения, чем нарушен принцип состязательности сторон; вопрос председательствующего специалисту Х. о возможности использования смеси пороха ввел в заблуждение присяжных заседателей, поскольку перед этим председательствующий озвучил недостоверную информацию о том, что при одном из убийств использовалась смесь порохов, однако, согласно экспертизам при убийстве Л. использовался дискообразный порох, а при убийстве Т. - сферический, а у него (Гаврилюка Ю.Г.) по месту жительства была обнаружена как раз смесь данных видов пороха в размере 0,23 г; по эпизоду с Л. считает недоказанным хищение имущества, поскольку из показаний свидетелей следует, что у потерпевшей не было ценных вещей и денежных средств; наличие у Т.. коллекции монет на момент его убийства не доказано, в связи с чем считает необоснованной квалификацию по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ; считает излишней квалификацию своих действий по двум статьям, полагая необходимым квалифицировать действия либо по ст. 105 УК РФ, либо по ст. 162 УК РФ; указывая на то, что по эпизоду с Л. ему было предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 105 и ст. 162 УК РФ, судом не принято решение о его реабилитации по ч. 2 ст. 105 УК РФ; суд отказал в удовлетворении ходатайства о вызове понятых, присутствовавших в ходе обыска в квартире и гараже; обыск в квартире проводился дважды: первоначально с его участием, когда порох обнаружен не был, позже оперативные сотрудники привозили ему личные вещи из квартиры, тогда то и был проведен второй обыск, но уже без его участия; в ходе обысков

принимал участие Г. впоследствии из квартиры пропало имущество: диктофон, бинокль и шуруповерт, из гаража пропала резиновая лодка с двумя моторами, по данным фактам им были написаны заявления о краже, после чего он был избит Г. видео и фотофайлы, представленные свидетелем Г. не могут быть признаны допустимыми доказательствами, поскольку свидетель не смог пояснить об их происхождении, при этом старался убедить присяжных заседателей, что на видео изображен Гаврилюк К.Ю.; в ходе предварительного следствия Г. фактически осуществлял его допрос, в ходе допроса применял к нему физическое насилие, в результате чего он (Гаврилюк Ю.Г.) был госпитализирован; считает, что Г. сфальсифицировал видео и фотоматериалы из личной заинтересованности и неприязни, поскольку он (Гаврилюк Ю.Г.) обращался с жалобами на действия последнего; ходатайство о снятии отпечатков пальцев с изъятых у него и принадлежащих ему альбомов с монетами и самих монет, с целью проведения дактилоскопической экспертизы и ДНК-экспертизы были отклонены, при этом заключение экспертизы о давности записей на стикерах в альбомах о стране принадлежности монеты и её примерной стоимости, из которого следовало, что записи выполнены им от 2 лет 6 месяцев до убийства Т. в материалах уголовного дела отсутствует; свидетель Б. в ходе судебного разбирательства дал показания по коллекции монет потерпевшего, указав на особенности некоторых из них, и эти показания противоречат данным им ранее показаниям в ходе предварительного следствия о том, что коллекции он не видел, однако в оглашении ранее данных показаний было отказано; считает, что заключение эксперта по оружию, из которого был убит Т. свидетельствует о его непричастности, а показания эксперта, допрошенного в судебном заседании, являются недопустимыми, поскольку данный эксперт не проводил ни одной экспертизы по делу; количество изъятого у него пороха в размере 0,23 г является катастрофически малой дозой даже для самого маленького патрона.

В апелляционной жалобе адвокат Шушина Е.В. просит об отмене приговора в отношении ФИО1 и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство, полагая, что обвинительный вердикт вынесен в отношении невиновного лица. В обоснование своей жалобы защитник указывает на то, что в ходе судебного следствия стороной обвинения присяжным заседателям были продемонстрированы карта с маршрутом передвижения убитого Т. и, якобы следовавшего за ним ФИО2, а также коллаж фотографий, сделанный, со слов сотрудника правоохранительных органов, с камер видеонаблюдения,

которые не были приобщены к делу в ходе предварительного следствия до выполнения требований ст. 217 УПК РФ, что свидетельствует об их недопустимости и нарушении уголовно-процессуального закона; свидетелями обвинения неоднократно перед присяжными заседателями был озвучен факт прошлой судимости Гаврилюка Ю.Г. на территории Украины, что сформировало у присяжных заседателей негативное отношение к нему.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО2 просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство, ссылаясь на то, что судебное разбирательство велось с обвинительным уклоном; его обвинение в убийстве Т. строится на предположениях следователя, поскольку согласно заключениям судебно- баллистической и судебно-медицинской экспертиз Т. был убит из огнестрельного оружия калибра 8 мм, а также на противоречивых показаниях свидетелей о том, где Т.П. хранил монеты и вел ли записи по учёту монет; вопросный лист составлен с обвинительным уклоном, чем оказано психологическое давление на присяжных заседателей; все ходатайства стороны защиты были оставлены без удовлетворения; с момента задержания в СМИ неоднократно транслировали репортажи про него и отца, указывая, что пойманы убийцы нумизмата Т. что повлияло на вынесение обвинительного вердикта; стороне защиты не было предоставлено достаточно времени для согласования позиции и подготовки к судебным прениям; суд необоснованно признал в качестве вещественного доказательства автомобиль «Фольксваген Гольф», 2003 года выпуска, и обратил его в доход государства; показания свидетеля К. являются недостоверными, поскольку он является заинтересованным лицом, так как находился на условном сроке; до 2013 года он (ФИО2) состоял на учете у врача-психиатра, однако психиатрическое обследование его не проводилось.

В апелляционной жалобе адвокат Сафина Э.А. просит приговор в отношении ФИО2 отменить ввиду нарушения уголовно- процессуального закона, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство. В обоснование своей жалобы защитник указывает на отсутствие доказательств виновности ФИО2, на доведение до сведения присяжных заседателей недопустимых доказательств: фрагмента карты с маршрутом передвижения потерпевшего Т. скачанной из сети «Интернет», видеофайлов с камер слежения, коллажа фотографий с камер видеонаблюдения, которые не были приобщены к материалам дела в ходе предварительного следствия в соответствии с требованиями УПК РФ.

Полагает, что комментарии свидетеля Г. являющегося оперативным сотрудником, во время предоставления им вышеприведенных доказательств о том, что на видео имеется лицо, осуществляющее слежку за потерпевшим, и что данным лицом является Гаврилюк К.Ю., оказали незаконное воздействие на присяжных заседателей.

Государственный обвинитель Нуриев М.М. принес письменные возражения на апелляционные жалобы с просьбой оставить приговор без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, Судебная коллегия не нашла оснований для их удовлетворения по следующим мотивам.

Довод апелляционной жалобы осуждённого ФИО1 о том, что ему была вручена некачественная копия обвинительного заключения, нельзя признать состоятельным, поскольку в ходе предварительного слушания ФИО1 пояснил, что он получил копию обвинительного заключения, которая для его зрения напечатана мелким шрифтом (л.д. 36 т. 13). В подготовительной части судебного заседания ФИО1 показал, что копию обвинительного заключения он получил 7 августа 2018 г. При этом каких-либо нареканий относительно качества данного процессуального документа не сделал (л.д. 3, 158 т. 14).

Несостоятельным является и довод апелляционной жалобы ФИО1 о нарушении его права на защиту. Как видно из протокола предварительного слушания и протокола судебного заседания оба осуждённых заявили, что они отказываются от услуг адвокатов, так как в состоянии защищать свои интересы самостоятельно (л.д. 5 т. 14). Суд не принял отказ ФИО4 и ФИО2 от защитников и по его назначению защиту осуждённых на протяжении всего судебного разбирательства осуществляли адвокаты Сафина Э.А. и Шушина Е.В., которые активно участвовали в формировании коллегии присяжных заседателей, в допросах потерпевших и свидетелей, в исследовании других доказательств, заявляли сами ходатайства или поддерживали ходатайства, заявленные осуждёнными, выступали в судебных прениях с развернутыми речами, в которых просили присяжных заседателей оправдать своих подзащитных.

Поддержав на предварительном следствии своё ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей Гаврилюк Ю.Г. и Гаврилюк К.Ю. заявили, что особенности рассмотрения уголовного дела с участием коллегии присяжных заседателей им разъяснены; в дополнительных разъяснениях они не нуждаются (л.д. 38 т. 13).

Законность избрания коллегии присяжных заседателей в целом и каждого присяжного заседателя в отдельности в апелляционных жалобах не оспаривается. А согласно протоколу судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей было проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в результате чего участники судебного разбирательства со стороны обвинения и со стороны защиты в полной мере реализовали свои права, предусмотренные ст. 328 УПК РФ (л.д. 5-18 т. 14).

В ходе формирования коллегии у кандидатов в присяжные заседатели выяснялся вопрос о том известно ли им что-либо о настоящем деле из средств массовой информации. На что был получен отрицательный ответ (л.д. 13 т. 14). Кроме того, в ходе всего судебного разбирательства председательствующий каждый раз выяснял у присяжных заседателей, не было ли во время перерыва оказано на них какое-либо воздействие. И только получив от них отрицательный ответ, он продолжал судебное разбирательство (л.д. 35, 39, 72 и другие т. 14)

В силу ч. 1 ст. 330 УПК РФ до приведения присяжных заседателей к присяге стороны вправе заявить, что вследствие особенностей рассматриваемого уголовного дела образованная коллегия присяжных заседателей в целом может оказаться неспособной вынести объективный вердикт и требовать её роспуска. Данным правом никто из участников судебного разбирательства со стороны обвинения и со стороны защиты по настоящему уголовному делу не воспользовался (л.д. 19 т. 14).

Вопреки доводам апелляционных жалоб осуждённых судебное разбирательство по настоящему уголовному делу проведено полно, всесторонне, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Каких-либо существенных нарушений требований уголовно- процессуального закона при этом допущено не было.

В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только допустимые доказательства с целью установления

фактических обстоятельств уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

Вопрос, заданный председательствующим специалисту Х.., не выходил за пределы обвинения, предъявленного ФИО1 и ФИО2, и не мог оказать на вердикт присяжных заседателей решающее значение, поскольку основное в показаниях специалиста Х. - это то, что один из образцов пороха, представленных следствием для исследования, не производится в Российской Федерации и в Украине (л.д. 101-102 т. 14).

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционных жалоб осуждённых и адвокатов Сафиной Э.А. и Шушиной Е.В. о том, что исследование в судебном заседании карты г. Казани, видеофайлов с камер наружного видеонаблюдения по маршруту передвижения потерпевшего Т. и коллажа из видеофайлов, является нарушением уголовно- процессуального закона, поскольку данный закон не содержит запрета сторонам представлять новые доказательства в ходе судебного разбирательства. Более того, прежде чем представить указанные выше доказательства присяжным заседателям они были исследованы председательствующим и сторонами в отсутствие присяжных заседателей, по результатам которого председательствующий вынес мотивированное постановление об относимости и допустимости данных доказательств (л.д. 148 т. 14).

Анализ показаний свидетеля Г. в судебном заседании позволяет сделать вывод о том, что данный свидетель никаких комментариев о причастности ФИО1 и ФИО2 к совершению преступлений не делал и какого-либо воздействия на присяжных заседателей не оказывал (л.д. 149-150 т. 14).

Все ходатайства были разрешены председательствующим после их тщательного обсуждения со сторонами. Законные и обоснованные ходатайства председательствующий удовлетворил, отказ в удовлетворении других ходатайств - мотивировал.

Так, суд обоснованно отказал в проверке показаний ФИО1 и ФИО2 с использованием полиграфа, поскольку проверка доказательств подобным образом уголовно-процессуальным законом не

предусмотрена. Необходимости в исследовании показаний свидетелей Б. и Т. данных ими в ходе предварительного следствия, не было, так как их показания, данные в ходе судебного следствия, существенных противоречий не содержали (л.д. 152-157 т. 14).

Отказ в удовлетворении ходатайства о вызове для допроса лиц, участвовавших в проведении обысков в качестве понятых, не повлиял на полноту судебного следствия.

В ходе судебного разбирательства председательствующий принимал меры к тому, чтобы до присяжных заседателей не была доведена недопустимая информация, а если такая информация всё же до них доводилась, то в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2005 г. № 23 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей» (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2018 г. N 11), он давал присяжным заседателям соответствующие разъяснения на этот счёт.

Так, например, когда в ходе допроса свидетель Б. показал о том, что со слов ФИО1, он знает, что ранее ФИО1 был судим, председательствующий обратился к присяжным заседателям с разъяснением, что они не должны принимать эту информацию во внимание при вынесении вердикта (л.д. 68 т. 14). С аналогичным разъяснением председательствующий обратился к присяжным заседателям и тогда, когда о прежних судимостях ФИО1 в судебных прениях сообщил потерпевший Т. (л.д. 220 т. 14).

ФИО1 и ФИО2 довели до присяжных заседателей своё отношение к предъявленным им обвинениям в полном объёме (в рамках, допускаемых в данной форме судопроизводства), активно отстаивая свою позицию на допросах.

Всем участникам судебного разбирательства по настоящему уголовному делу со стороны обвинения и со стороны защиты председательствующий предоставил возможность выступить перед присяжными заседателями в прениях, с репликами, а осуждённым ещё и с последним словом.

Для подготовки сторон к судебным прениям председательствующий объявил перерыв с 21 по 30 ноября 2018 г. (л.д. 183, 190 т. 14). Более того, после выступлений в прениях участников судебного разбирательства со стороны обвинения по ходатайству защитников председательствующий предоставил им возможность общаться с Гаврилюком Ю.Г. и Гаврилюком К.Ю. с 10 до 14 часов 3 декабря 2018 г. (л.д. 206 т. 14).

С последним словом перед присяжными заседателями ФИО1 выступал достаточно долго (л.д. 221-224 т. 14). ФИО2 в последнем слове заявил: «Все, что я хотел сказать, я сказал» (л.д. 224 т. 14).

Вопросный лист по настоящему уголовному делу сформулирован председательствующим в соответствии со ст. 338 УПК РФ, а вопросы, подлежавшие разрешению присяжными заседателями, соответствуют требованиям ст. 339 УПК РФ. Они составлены с учётом обвинения, предъявленного органами предварительного следствия и поддержанного государственным обвинителем, результатов судебного следствия, прений сторон, после обсуждения их со сторонами, в ясных и понятных выражениях (л.д. 2-19 т. 15).

То обстоятельство, что председательствующий не согласился с некоторыми формулировками вопросов вопросного листа, предложенными стороной защиты, не является нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку согласно ч. 4 ст. 338 УПК РФ окончательное формулирование вопросов является его прерогативой.

ФИО1 был удален из зала судебного заседания в связи с тем, что после передачи вопросного листа старшине, он выкрикивал с места и не подчинялся распоряжениям председательствующего (л.д. 227 т. 14). Возможность применения такой меры реагирования в отношении нарушителя порядка судебного заседания предусмотрена ч. 3 ст. 258 УПК РФ.

Напутственное слово председательствующим подготовлено в письменном виде (л.д. 202-216 т. 13) и произнесено им перед коллегией присяжных заседателей в соответствии с требованиями ч.ч. 2-4 ст. 340 УПК РФ (л.д. 226 т. 14).

В силу ч. 6 ст. 340 УПК РФ стороны вправе заявить в судебном заседании возражения в связи с содержанием напутственного слова

председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности. Возражения в порядке ч. 6 ст. 340 УПК РФ никто из участников судебного разбирательства не заявил (л.д. 449 т. 14).

Доводы апелляционных жалоб в части недоказанности виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений, за которое они осуждены, не могут быть предметом обсуждения Судебной коллегии, поскольку фактические обстоятельства дела, установленные вердиктом коллегии присяжных заседателей, являются обязательными для всех и никем не могут быть поставлены под сомнение.

Приговор постановлен на основании обвинительного вердикта и за его рамки не выходит. В соответствии с требованиями п. 3 ст. 351 УПК РФ в его описательно-мотивировочной части содержится описание преступных деяний, в совершении которых ФИО1 и ФИО2 признаны виновными, а также квалификация содеянного ими, не соглашаться с которой у Судебной коллегии нет никаких оснований.

Противоправным действиям ФИО1 дана правильная юридическая оценка по п. «в» ч. 4 ст. 162 (два преступления) и по п. п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как согласно разъяснению, данному в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», как сопряжённое с разбоем следует квалифицировать убийство в процессе совершения указанного преступления; содеянное в таких случаях следует квалифицировать по совокупности преступлений.

Поскольку отдельная квалификация убийства Л. сделанная органами предварительного следствия, являлась излишней (данное преступление полностью охватывается пунктом «а» ч. 2 ст. 105 (убийство двух лиц) УК РФ), суд обоснованно не признал за ФИО1 право на реабилитацию.

При назначении ФИО1 и ФИО2 наказаний суд в полной мере выполнил требования ст. 6 и ст. 60 УК РФ и учёл все обстоятельства, в том числе смягчающие их наказания.

В отношении ФИО2 проводилась судебно-психиатрическая экспертиза, согласно которой он какими-либо психическими расстройствами

не страдает и не страдал во время совершения инкриминируемых преступлений (л.д. 115-116 т. 5).

В силу п. «г» ч. 1 ст. 1041 УК РФ орудия, оборудование и иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации. Как установлено вердиктом коллегии присяжных заседателей кражу масляного трансформатора ФИО2 совершил с использованием автомобиля марки «Фольксваген Гольф» (л.д. 17 т. 15). В связи с чем, вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО2, решение о конфискации принадлежащего ему автомобиля принято на законных основаниях.

В ходе подготовки судом первой инстанции уголовного дела к его рассмотрению судом апелляционной инстанции постановлением судьи осуждённые ФИО1 и ФИО2 были ограничены во времени ознакомления с материалами уголовного дела. Не соглашаясь с данным постановлением, осуждённые и их защитники принесли на него жалобы. Однако Судебная коллегия находит постановление судьи Верховного Суда Республики Татарстан от 1 февраля 2019 г. законным и обоснованным и считает, что ФИО1 и ФИО2 было предоставлено достаточно времени для дополнительного ознакомления с материалами уголовного дела - 21 рабочий день с 15 томами.

Исходя из изложенного, Судебная коллегия пришла к выводу о том, что оснований, предусмотренных п.п. 2-4 ст. 38915, ст. 389 УПК РФ для отмены или изменения приговора, по настоящему уголовному делу не имеется, а поэтому, руководствуясь ст. ст. 38920, 38928УПК РФ,

определила:

приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 21 декабря 2018 г. в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённых и их защитников - без удовлетворения.

Председательствующий судьяСудьи