Апелляционное определение от 27 марта 2019 г. по делу № 2-28/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 11-АПУ19-7


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 27 марта 2019 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего судьи Абрамова С.Н.,

судей Ботина А.Г. и Кондратова П.Е. при ведении протокола секретарём Мамейчиком М.А.

с участием осуждённых ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 - посредством видеоконференц-связи, адвокатов Поддубного СВ., Лунина Д.М., Шаповаловой Н.Ю. и Арутюновой И.В., прокурора Луканиной Я.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённых ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, адвокатов Хамматовой Д.М., Чумакова ГЛ., Хромина А.О. и Шакировой ЭФ. на приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 15 ноября 2018 г., по которому

ФИО1, <...>

<...>

<...> несудимый,

оправдан по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, с признанием за ним права на реабилитацию в этой части;

осуждён по ч. 1 ст. 167 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей в доход государства и освобождён от данного наказания, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и ч. 8 ст. 302 УПК РФ;

осуждён к лишению свободы: по п. «г», «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ на 3 года; по п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ на 3 года; по ч. 3 ст. 33, пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 на 13 лет с ограничением свободы на 1 год; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно на 15 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год, с установленными ограничениями: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту его жительства, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган два раза в месяц для регистрации;

ФИО2, <...>

<...> несудимый,

осуждён по ч. 1 ст. 167 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей в доход государства и освобождён от данного наказания, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и ч. 8 ст. 302 УПК РФ;

осуждён к лишению свободы: по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ на 3 года; по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ на 2 года; по п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ на 3 года; по ч. 1 ст. 166 УК РФ на 3 года; по ч. 5 ст. 33, пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 12 лет с ограничением свободы на 1 год; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно на 13 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год, с установленными ограничениями: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту жительства, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган два раза в месяц для регистрации;

Тихонов Виталий Николаевич, <...>

<...> несудимый,

оправдан по ч. 1 ст. 167 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, с признанием за ним права на реабилитацию в этой части;

осуждён к лишению свободы: по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ на 3 года; по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ на 2 года; по пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет с ограничением свободы на 1 год; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно на 15 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год, с установленными ограничениями: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту жительства, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган два раза в месяц для регистрации;

ФИО4, <...>

<...>

<...> несудимый,

оправдан по ч. 1 ст. 167 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, с признанием за ним права на реабилитацию в этой части;

осуждён к лишению свободы: по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ на 3 года; по пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет с ограничением свободы на 1 год; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно на 15 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, с установленными ограничениями: не выезжать за пределы территории муниципального образования по месту жительства, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган два раза в месяц для регистрации;

взыскано в пользу Г. с ФИО1. - 600 000 рублей, с ФИО3 - 500 000 рублей, с ФИО4 - 500 000 рублей, с ФИО2 - 400 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Абрамова С.Н., изложившего доводы апелляционных жалоб, возражений на жалобы, обстоятельства дела, выступления осуждённых Хаметова Ф.А., Ткаченко К.А., Тихонова В.Н. и Королёва А.П., адвокатов Поддубного СВ., Лунина Д.М., Шаповаловой Н.Ю. и Арутюновой И.В., поддержавших доводы, приведённые в апелляционных жалобах, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Луканиной Я.Н., об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия

установила:

признаны виновными и осуждены за преступления, совершённые в отношении потерпевшего С. группой лиц и группой лиц по предварительному сговору:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 - умышленное причинение средней тяжести вреда его здоровью, а ФИО1, кроме того, по признаку - применения предметов, используемых в качестве оружия; ФИО2 и ФИО3 - грабёж; ФИО1 и ФИО2 - незаконное лишение потерпевшего свободы, не связанное с его похищением; ФИО4 и ФИО3 - убийство, совершённое с целью скрыть другое преступление; ФИО1 - организацию убийства; ФИО2 - пособничество в убийстве.

Преступления ими совершены в Мензелинском районе Республики Татарстан во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденные свою вину в инкриминированных им преступлениях признали частично.

В апелляционных жалобах (с дополнениями):

осужденный ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным, подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенного нарушения уголовно- процессуального закона. Утверждает о своей непричастности к причинению смерти потерпевшему С., отсутствии его роли как организатора убийства. Не соглашается с недостоверными признательными показаниями осуждённого ФИО2, которые тот дал под оказанным физическим и психическим воздействием, и свидетелей И. и И. опровергает их. Указывает на исчезнувшие из дела показания свидетеля М., видевшей потерпевшего после 1 июня 2016 г. живым. Считает, что в ходе дополнительного расследования не были проверены все обстоятельства дела, а суд первой инстанции рассмотрел дело с обвинительным уклоном,

изложив обстоятельства дела таким же образом, что и в обвинительном заключении, не дав надлежащей оценки его показаниям, не указав по каким основаниям, при наличии противоречий, он принял в качестве доказательств одни и отверг другие. О предвзятости суда, по его мнению, свидетельствует необоснованный отказ в удовлетворении многочисленных ходатайств стороны защиты, имеющих значение для дела, а также приведение в приговоре недопустимых доказательств, в частности явки с повинной Ткаченко. Просит его по обвинению в убийстве оправдать;

адвокат Хамматова Д.М., выражая несогласие с приговором в отношении осуждённого ФИО1, указывает на чрезмерную суровость назначенного наказания, отсутствие у ФИО1 конфликтов и неприязни к потерпевшему. Утверждает о непричастности ФИО1 к убийству потерпевшего, при этом, ссылается на заключение судебно-медицинского эксперта о не установлении причины смерти С., показания осужденных об отсутствии между ними предварительного сговора на убийство и распределение ролей. По её мнению, назначенное ФИО1 наказание является несправедливым, чрезмерно суровым. Просит наказание, назначенное ФИО1 по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ смягчить, а по остальному обвинению оправдать;

осужденный ФИО2 указывает на то, что он не имел намерения убивать потерпевшего, хотел лишь поговорить с С. по предложению ФИО1; биту у потерпевшего отобрал ФИО1, а нанесённые потерпевшему удары не могли повлечь тяжкие последствия; багажник автомашины открыл он, а потерпевший воспользовался этим и сбежал, спрыгнув с обрыва в воду; ФИО1 и ФИО4 хотели спасти потерпевшего но не нашли его; автомашину потерпевшего с обрыва столкнул он. Просит разобраться в деле;

адвокат Чумаков ГЛ. в интересах ФИО2 указывает об отсутствии события убийства. По его мнению, вывод суда о том, что потерпевшего ФИО1 и ФИО2 поместили и вытащили из багажника, не подтверждается показаниями ФИО2, согласно которым, потерпевший сам залез и вылез из багажника. Ссылаясь на заключение судебно-медицинского эксперта, о невозможности установить прижизненность телесных повреждений у потерпевшего, и показания в суде эксперта Ш. о возможности образования телесных повреждений у потерпевшего при падении на тупые твердые предметы с высоты (берега), выражает несогласие с обоснованностью квалификации действий ФИО2 по ст. 112 УК РФ. Считает противоречивыми выводы суда о необходимости повторного избиения С. для подавления его воли к сопротивлению, поскольку до этого потерпевший уже был

избит до потери возможности оказывать сопротивление. Ссылается на показания: потерпевшей Г. о том, что погибший С. хорошо плавал; свидетеля Е., якобы видевшего потерпевшего позднее 1 июня 2016 г. живым, предполагает, что С. после описанных в приговоре событий был жив и переписывался со свидетелем Е. в «Вконтакте». При этом, полагает, что показания свидетеля И. о ведении переписки ею от имени С. являются ложными, поскольку она в силу родственных связей заинтересована в даче ложных показаний, а следователем и судом эти обстоятельства не проверялись. Назначенное Ткаченко наказание считает чрезмерно суровым. Просит приговор в отношении Ткаченко изменить, оправдать его по обвинению в пособничестве в убийстве и снизить наказание, назначенное по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ;

осужденный ФИО3, выражая несогласие с приговором, поясняет, что он действительно избивал потерпевшего С. у родника, однако у реки Ик С. никто не убивал и в реку не сбрасывал. Утверждает, что приговор неправильно основан только на одних показаниях ФИО2, без учёта показаний свидетелей которые говорили о том, что С. живой, что он звонил после 1 июня 2016 г. и писал «Вконтакте» Е. По его мнению, при дополнительном расследовании не были проверены все значимые для дела обстоятельства, не устранены имеющиеся противоречия между показаниями свидетелей и обвиняемыми, не проверены показания о том, что потерпевший сам спрыгнул в реку. Приводит положения закона, регулирующего вопросы рассмотрения дела в суде первой инстанции, и утверждает о допущенных в судебном заседании нарушениях уголовно-процессуального закона. Обращает внимание, что вывод суда о его виновности сделан на показаниях потерпевшего и свидетелей, основанных на догадках и предположениях. При этом, никто из свидетелей не указывал на него, как на участника убийства потерпевшего, а показания осужденного ФИО2, в этой части, являются недопустимыми и недостоверными, поскольку он, защищая себя, оговорил других. Кроме того, назначенное ему наказание считает несправедливым, чрезмерно суровым. Просит дело направить на новое расследование, либо его оправдать;

адвокат Хромин А.О. считает приговор в отношении осуждённого ФИО3 незаконным и необоснованным, поскольку суд не в полной мере оценил исследованные в судебном заседании доказательства и сделал неверный вывод о виновности ФИО3. Указывает на такие нарушения уголовно-процессуального закона в стадии предварительного следствия, как допросы ФИО3 в отсутствии адвоката, о чём свидетельствует отсутствие в деле ордеров адвоката на каждый допрос. Приводит

показания Тихонова об обстоятельствах произошедшего, и утверждает об отсутствии у Тихонова мотива на убийство потерпевшего и отсутствие доказательств виновности Тихонова в совершении этого убийства. Поясняет, что допрошенные в судебном заседании свидетели очевидцами произошедшего не были, поэтому не могут подтвердить или опровергнуть изложенную следствием версию гибели потерпевшего С., а к показаниям и явке с повинной Ткаченко предлагает отнестись критически, с учётом наличия у Ткаченко психического заболевания. Указывает, что телефон потерпевшего Тихонов не похищал, а получил от Ткаченко после произошедшего. По его мнению, при назначении наказания осуждённому Тихонову, суд формально привёл смягчающие наказание обстоятельства, назначив чрезмерно суровое наказание. Просит приговор в отношении Тихонова изменить, оправдать его по обвинению в грабеже и убийстве, а по преступлению, предусмотренному п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, по которой Тихонов признаёт себя виновным, назначенное ему наказание снизить;

осужденный ФИО4 считает приговор незаконным и необоснованным, вынесенным с грубыми нарушениями уголовно- процессуального закона. Анализирует показания осужденного ФИО2 и считает, что они не могут быть положены в основу приговора, поскольку противоречивы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, являются недопустимым доказательством. Указывает о наступлении смерти потерпевшего С. в результате несчастного случая и отсутствии предварительного сговора на совершение преступления. В качестве оснований сомнений в правильности выводов суда о виновности осуждённых в причинении смерти С. приводит показания свидетеля Е., якобы видевшего потерпевшего 4 июня 2016 г. на Сабантуе и аналогичные показания свидетеля М., которые исчезли из материалов уголовного дела, а также, на позднее (5 июня 2016 г.) заявление о розыске потерпевшего и заключение судебно-медицинского эксперта, не исключающего наступление смерти потерпевшего после 5 июня 2016 г. Поясняет, что он вместе с ФИО1 приехал позже к реке Ик. Утверждает о применении к нему недозволенных методов следствия при его задержании. Просит приговор отменить, а его по обвинению в убийстве оправдать;

адвокат Шакирова Э.Ф., выражая несогласие с приговором в отношении осуждённого ФИО4, утверждает о его невиновности и непричастности к смерти С.. Ссылаясь на заключение судебно- медицинского эксперта и его показания в суде, указывает, что потерпевший С. при погружении в воду был жив. В опровержение выводов суда о том, что ФИО4 и ФИО3 избивали потерпевшего и сбросили с обрыва в реку, обращает внимание на

отсутствие на одежде Королёва пятен крови потерпевшего. Выражает несогласие с показаниями и явкой с повинной Ткаченко, в которых он оговорил Королёва. Назначенное Королёву наказание, считает чрезмерно суровым без реального учёта всех смягчающих наказание обстоятельств. Просит Королёва по обвинению в убийстве оправдать, а по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ смягчить назначенное наказание.

Кроме того, осуждённый ФИО1, адвокаты Хромин АО., Хуснимарданова К.М., и ФИО5 принесли отдельные апелляционные жалобы на постановления судьи, вынесенные в процессе судебного разбирательства об ограничении осуждённых ФИО1, ФИО3 и ФИО4 в ознакомлении с материалами дела, а осуждённый ФИО1, ещё на постановления об отказе в удовлетворении ходатайств о прекращении уголовного дела.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Якунин С.С. указывает на необоснованность изложенных в них доводов, просит оставить их без удовлетворения, а приговор без изменения.

Проверив по апелляционным жалобам законность, обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для его отмены и изменения.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, правильно признав ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 виновными в совершении инкриминированных им преступлений, этот вывод изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.

Как правильно установил суд, по предложению ФИО1, предварительно договорившись между собой, осуждённые ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 1 июня 2016 г. около 20 часов под обманным предлогом вызвали потерпевшего С. в безлюдное место, и там, действуя совместно и согласованно между собой, нанесли ему множественные удары руками и ногами, а ФИО1 битой, причинив вред здоровью средней тяжести.

Действия осуждённых Ткаченко, Тихонова и Королёва судом правильно квалифицированы по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, а Хаметова по пп. «г», «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Обоснованность осуждения и правильность квалификации действий осуждённых, в этой части, самими осуждёнными и их защитниками, кроме адвоката Чумакова, представляющего интересы осуждённого ФИО2, не оспариваются и сомнений у Судебной коллегии не вызывают.

Доводы адвоката Чумакова, приведённые им в апелляционной жалобе, о возможности образования телесных повреждений у потерпевшего С. при падении на тупые твёрдые предметы с высоты являются необоснованными и явно надуманными.

С доводами, приведёнными в апелляционных жалобах, об отсутствии доказательств виновности осуждённых ФИО1, ФИО2 ФИО3 и ФИО4 в других, инкриминированных им преступлениях, согласиться нельзя, поскольку они противоречат материалам дела и приведённым в приговоре доказательствам.

Так, из установленных судом обстоятельств дела следует, что после причинения С. вреда здоровью средней тяжести, осуждённые ФИО2 и ФИО3, предварительно договорившись между собой, открыто похитили у потерпевшего сотовый телефон. Затем, ФИО1 и ФИО2 незаконно лишили С. свободы, поместив его в багажник его же автомобиля, а ФИО2, действуя согласованно с ФИО1, неправомерно управляя автомобилем потерпевшего, переместил последнего в другое место, к озеру. Там, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 согласились с предложением ФИО1 совершить убийство С. путем его утопления, с целью скрыть совершённые в отношении него преступления. С этой целью перевезли потерпевшего С. к реке «Ик» и там, ФИО3 и ФИО4, действуя совместно и согласованно между собой и осуждёнными ФИО1 и ФИО2, вытащили С. из багажника автомобиля, нанесли удары ногами и предметом, похожим на бейсбольную биту, а затем, схватив С. за руки и ноги сбросили с обрывистого берега в реку, причинив ему смерть. После этого, осуждённые ФИО1 и ФИО2 столкнули с обрывистого берега в реку принадлежавший С. автомобиль.

Судебная коллегия находит установленные судом эти фактические обстоятельства дела достоверными.

Делая вывод о виновности осуждённых в инкриминированных им преступлениях, суд обоснованно привёл в приговоре в качестве допустимого доказательства показания осуждённого Ткаченко, данные им на предварительном следствии, в той части, в которой правильно признал их достоверными.

Так, из этих показаний осуждённого ФИО2 следует, что после того как он, ФИО1, ФИО3 и ФИО4 избили С., поместили его в багажник его же автомобиля, привезли на озеро, где стали обсуждать, что делать с потерпевшим. ФИО1 предложил утопить автомашину вместе с потерпевшим. ФИО3 поддержал его, но предложил сжечь автомашину вместе с потерпевшим, а он предложил ехать к берегу реки Ик около деревни Бикбулово. Приехав на место, ФИО3 и ФИО4 вдвоём стали ногами избивать потерпевшего. Когда ФИО1 сказал ФИО3: «Давай, заканчивай». ФИО3 и ФИО4 взяли потерпевшего за руки, за ноги и сбросили с обрывистого берега в реку, а он и ФИО1 сбросили в реку автомашину. Таким образом, по утверждению ФИО2, убийство потерпевшего организовал ФИО1.

Из показаний осуждённых ФИО3 и ФИО4, данных ими на предварительном следствии следует, что потерпевшего С. после его избиения сбросили в реку живым, в результате чего он утонул.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, причину смерти С. установить не представляется возможным из-за выраженных гнилостных изменений трупа. Смерть наступила в сроки не менее 1-2 недель и не более 6-12 месяцев к моменту исследования трупа в морге. На трупе имелись телесные повреждения в виде: раны в лобной области слева, образовавшейся от воздействия тупого твердого предмета; полные разгибательные переломы ребер с обеих сторон 1П-1У по передним подмышечным линиям, образовавшиеся от воздействия тупого твердого предмета (предметов), соответствующие средней степени тяжести вреда здоровья.

В судебном заседании эксперт Ш.пояснил, что С. при погружении в воду был ещё живым.

Заключение и показание эксперта согласуются с показаниями осужденных ФИО2, ФИО3 и ФИО4, данных ими на предварительном следствии, о том, что С. после избиения сбросили в воду живым.

Доводы, приведённые в апелляционных жалобах, о том, что С. после 1 июня 2016 г. был живой, и его видели свидетели С.Р. и Е. судом тщательно проверены и обоснованно отвергнуты как несостоятельные по мотивам, подробно изложенным в приговоре.

При этом, суд обоснованно признал достоверными показания свидетеля И. о том, что 10 июня 2016 г. переписку с Е. (<...>) в социальной сети «Вконтакте» от имени потерпевшего С. вела она, пытаясь выяснить место нахождения своего родственника С.

Из протоколов осмотра места происшествия следует, что труп С. был обнаружен на берегу реки Ик в 15 километрах ниже по течению от места, где он был сброшен в реку, а автомашина потерпевшего была обнаружена под обрывистым берегом на дне реки в том же месте, где она была сброшена в реку, что согласуется с показаниями осуждённого ФИО2, об обстоятельствах убийства потерпевшего, признанными судом достоверными.

Кроме того, суд обоснованно привёл в приговоре другие допустимые доказательства, в частности, показания потерпевшей Г. свидетелей К. (Е<...>), П., Б., М. об обстоятельствах, связанных с убийством С. похищения у него сотового телефона; заключения экспертов о наличии на олимпийке ФИО3 биологических следов потерпевшего С., о стоимости автомобиля потерпевшего.

Показания осуждённых, в которых они отрицали свою причастность к причинению смерти С., открытое хищение сотового телефона, суд обоснованно признал несостоятельными, противоречащими материалам дела.

Всем доказательствам, приведённым в приговоре, суд дал правильную оценку, приведя мотивы, по которым он признал достоверными одни доказательства и отверг другие, не согласиться с которой оснований у Судебной коллегии не имеется.

Доводы, приведённые в апелляционных жалобах об оказанном физическом и психологическом давлении на осуждённого ФИО2, якобы в результате которых он дал ложные показания, оговорив себя и других осуждённых, судом тщательно проверены и обоснованно признаны несостоятельными, с приведением мотивов принятого решения.

Не нашли своего подтверждения в судебном заседании и доводы осуждённого Королёва о недозволенных методах следствия.

Ходатайства участников судебного разбирательства, вопросы допустимости доказательств в судебном заседании разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. В приговоре обоснованно приведены лишь допустимые доказательства, а доводы жалоб о недопустимости приведённых в приговоре доказательств, Судебная коллегия находит несостоятельными.

Действиям всех осуждённых дана правильная юридическая оценка.

Нельзя согласиться и с приведенными в апелляционных жалобах доводами о том, что дело рассмотрено судьей с обвинительным уклоном и с нарушением принципа состязательности сторон, поскольку, как следует из протокола судебного заседания, требования, предусмотренные ст. 15 УПК РФ, судьей соблюдены в полном объеме. При этом сторона защиты участвовала не только в обсуждении всех ходатайств участников процесса, но и наравне со стороной обвинения в исследовании всех доказательств.

Нарушений требований ст. 277-278' УПК РФ при допросе потерпевших и свидетелей, из протокола судебного заседания не усматривается.

Председательствующим обоснованно снимались вопросы сторон, не относящиеся к предъявленному обвинению, либо ранее уже заданные, либо те, ответы на которые уже были даны допрашиваемыми лицами в своих показаниях. Выполнение председательствующим судьёй своих процессуальных обязанностей при судебном разбирательстве не свидетельствует о его предвзятом отношении и заинтересованности в исходе дела.

Как следует из приговора, при назначении осуждённым ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 наказания, в соответствии с положениями ст. 6 и 60 УК РФ, суд учитывал характер и степень общественной опасности совершённых ими преступлений, данные о их личности, а также влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семей, наличие смягчающих наказание обстоятельств у всех осуждённых.

Выводы суда о назначении всем осуждённым наказания мотивированы, каких-либо новых обстоятельств, влияющих на вид и сроки назначенного им наказания Судебная коллегия не находит, а назначенное

наказание за каждое преступление и по совокупности преступлений признаёт справедливым.

Другие доводы, приведённые в апелляционных жалобах, о нарушении права осуждённых на защиту в стадии предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства, Судебная коллегия находит несостоятельными, противоречащими материалам дела.

Как следует из материалов дела, допросы осуждённых на предварительном следствии проводились с соблюдением положений уголовно-процессуального закона, с участием адвокатов, а ограничение осуждённых во времени их ознакомления с материалами уголовного дела после приговора было вызвано целесообразностью соблюдения разумных сроков судопроизводства по делу.

Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора из материалов дела не усматривается. Приговор соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.

Решение суда по гражданскому иску принято в соответствии с положениями ст. 151, 1099-1101 ГК РФ. Размер компенсации определен с учетом степени нравственных страданий потерпевшей, вины осужденных, требований разумности и справедливости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389 и 389 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Верховного Суда Республики Татарстан от 15 ноября 2018 г. в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённых ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, адвокатов Хамматовой Д.М., Чумакова ГЛ., Хромина А.О. и Шакировой ЭФ. - без удовлетворения.

Председательствующий судья Судьи