Решение от 6 июня 2023 г. по делу № А79-7581/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ-ЧУВАШИИ

428000, Чувашская Республика, г. Чебоксары, проспект Ленина, 4 http://www.chuvashia.arbitr.ru/



Именем Российской Федерации




Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А79-7581/2022
г. Чебоксары
06 июня 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 30.05.2023.


Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии

в составе судьи Коркиной О.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

закрытого акционерного общества "Управление механизации-1", 428903, дер. Сятракасы (Лапсарского с/п), Чебоксарский район, Чувашская Республика, ул. Придорожная, д. 5,

к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области, Россия 430005, г. Саранск, <...>,

ФИО2, Красноармейский район Чувашской Республики,

о признании незаконным распоряжения, торгов, договора купли-продажи, признании права собственности на здания,

с участием в деле Прокуратуры Чувашской Республики,

с привлечением третьих лиц: Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике, (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), Акционерного общества "Чебоксарское производственное объединение имени В.И. Чапаева",

при участии:

от истца – ФИО3 по доверенности от 01.08.2022 (сроком по 01.08.2023),

от ответчиков – ФИО4 по доверенности от 17.03.2023 №13-ИВ/3647 (сроком до 31.12.2024) (от МТУ Росимущества), ФИО5 по доверенности от 31.01.2023 (сроком на 3 года) (от ФИО2),

от Прокуратуры ЧР – прокурора отдела ФИО6 по служебному удостоверению,

закрытое акционерное общество "Управление механизации-1" (далее – истец, общество, ЗАО "УМ-1") обратилось в суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявлением от 06.02.2023, к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области и ФИО2 (далее – ответчики, Теруправление, ФИО2) со следующими требованиями:

1. признать незаконным Распоряжение МТУ Росимущество от 10.06.2022г. № 13-395-р "Об условиях приватизации земельного участка площадь 71995 кв.м., с кадастровым номером 21:01:010805:41, находящегося по адресу <...> с расположенными на нем объектами недвижимости".

2. признать недействительными торги, проведенные 18.07.2022 МТУ Росимущество, по результатам которых подписан протокол № 11(1) от 20.07.2022г. заседания комиссии об определении победителя торгов по продаже имущества земельный участок площадью 71995 кв.м. с кадастровым номером 21:01:010805:41, нежилые здания: здание зимовника с кадастровым номером 21:01:000000:586, здание подсобное с кадастровым номером 21:01:010805:54, картофелехранилище с кадастровым номером 21:01:000000:581, коридоры соединительные с кадастровым номером 21:01:000000:627, склад материальный с кадастровым номером 21:01:000000:595, помещение коровника с кадастровым номером 21:01:000000:617, склад ядохимикатов с кадастровым номером 21:01:000000:626, телятник с кадастровым номером 21:01:000000:608, расположенные по адресу: <...>. и заключенный между МТУ Росимущество и ФИО2 по их итогам договор купли-продажи от 23.07.2022 г.;

3. признать ЗАО "Управление механизации № 1" добросовестным приобретателем по договору купли-продажи от 07.06.2007 между ГУДП "Телец" ФГУП "ЧПО им. Чапаева" и ЗАО "Управление механизации № 1" следующих объектов недвижимости: здание зимовника с кадастровым номером 21:01:000000:586, здание подсобное с кадастровым номером 21:01:010805:54, картофелехранилище с кадастровым номером 21:01:000000:581, коридоры соединительные с кадастровым номером 21:01:000000:627, склад материальный с кадастровым номером 21:01:000000:595, помещение коровника с кадастровым номером 21:01:000000:617, склад ядохимикатов с кадастровым номером 21:01:000000:626, телятник с кадастровым номером 21:01:000000:608, расположенные по адресу: <...>.

4. признать за ЗАО "Управление механизации № 1" право собственности по договору купли продажи от 07.06.2007, заключенному между ГУДП "Телец" ФГУП "ЧПО им.Чапаева" и ЗАО "Управление механизации № 1" на следующие здания: здание зимовника с кадастровым номером 21:01:000000:586, здание подсобное с кадастровым номером 21:01:010805:54, картофелехранилище с кадастровым номером 21:01:000000:581, коридоры соединительные с кадастровым номером 21:01:000000:627, склад материальный с кадастровым номером 21:01:000000:595, помещение коровника с кадастровым номером 21:01:000000:617, склад ядохимикатов с кадастровым номером 21:01:000000:626, телятник с кадастровым номером 21:01:000000:608, расположенные по адресу: <...>.

5. исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи регистрации перехода права собственности по договору купли-продажи № П8/2022 от 20.07.2022, заключенному между Межрегиональным территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республики и Пензенской области и гр. ФИО2 земельного участка общей площадью 71995 кв.м с кадастровым номером № 21:01:010805:41 и здания зимовника с кадастровым номером 21:01:000000:586, здание подсобное с кадастровым номером 21:01:010805:54, картофелехранилище с кадастровым номером 21:01:000000:581, коридоры соединительные с кадастровым номером 21:01:000000:627, склад материальный с кадастровым номером 21:01:000000:595, помещение коровника с кадастровым номером 21:01:000000:617, склад ядохимикатов с кадастровым номером 21:01:000000:626, телятник с кадастровым номером 21:01:000000:608 , расположенные по адресу: <...>.

Исковые требования основаны на нормах статей 166, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что с 07.06.2007 ЗАО "Управление механизации № 1" открыто и добросовестно владеет, пользуется и распоряжается нежилыми зданиями и земельным участком, на котором расположены здания как собственник, что подтверждается актом приема-передачи № от 07.06.2007 по договору купли-продажи от 07.06.2007, и решением Арбитражного суда Чувашской Республики по делу № А79-8981/2013. На основании Распоряжения МТУ "Росимущество" от 10.06.2022 № 13-395-р "Об условиях приватизации земельного участка площадь 71995 кв.м., находящегося по адресу <...> с расположенными на нем объектами недвижимости" имущество истца выставлено на торги. Торги признаны состоявшимися и победителем является ФИО2, предложивший наиболее высокую цену имущества – 16 200 000 руб. Торги МТУ "Росимущества" проведены с нарушением положений ст. 447, 448, 449 ГК РФ, несоответствие подготовки и организации торгов действующему законодательству сделали невозможным передаче продавцом покупателю предмета торгов.

Иск, первоначально предъявленный к Теруправлению, принят к производству арбитражного суда определением от 25.08.2022, определением суда от 05.10.2022 в качестве соответчика привлечен ФИО2, не имеющий статуса предпринимателя.

В силу части 1 статьи 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело, принятое арбитражным судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть рассмотрено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно стало подсудным другому суду.

На основании приведенной нормой судом спор рассмотрен по существу.

Определением от 05.10.2022 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуру Чувашской Республики.

Определением суда от 10.11.2022 уточнен статус прокурора в настоящем деле, он привлечен к участию в деле в порядке части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в целях обеспечения законности.

Определением суда от 26.12.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по Чувашской Республике.

Определением суда от 02.02.2023 объединены в одно производство для совместного рассмотрения дело №А79-7581/2022 и дело №А79-11632/2022, делу присвоен единый номер А79-7581/2022.

Определением суда от 24.04.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество "Чебоксарское производственное объединение имени В.И. Чапаева".

В судебном заседании представитель истца иск поддержал по изложенным в нем и дополнениях основаниям. Суду пояснил, что с 07.06.2007 истец открыто, добросовестно владеет спорными объектами как своими собственными, истец фактически получил и полностью их оплатил; о том, что право хозяйственного ведения продавца не было надлежащим образом зарегистрировано и отсутствовало согласие собственника имущества на его передачу ГУДП "Телец" истец не знал, однако, полагает, что она была одобрена собственником, поскольку представитель собственника принимал участие в собрании кредиторов ГУДП "Телец" и голосовал за продажу имущества истцу. Торги являются недействительными, поскольку фактически имущество покупателю не передано и не могло быть передано ввиду его нахождения в фактическом владении истца.

Представитель Теруправления иск не признал, указал, что спорное имущество за предприятием "Телец" не закреплялось, было отчуждено истцу неуправомоченным лицом, договор купли-продажи 2007 года является ничтожной сделкой.

Представитель ФИО2 отзывом от 03.04.2023 просил в иске отказать, указав, что истцом не доказан факт нарушения его прав и интересов, истец не участвовал в торгах, права на оспаривание их у него не имеется, право на спорные объекты истцом не зарегистрировано. Истец приобрел право на спорные объекты по договорам купли-продажи и должен был знать, что они относятся к объекту недвижимости и принадлежат к федеральной собственности, и соответственно у продавца отсутствуют полномочия на их отчуждение.

Прокурор поддержал позицию ответчиков, счел иск не подлежащим удовлетворению.

Иные участники процесса при надлежащем извещении представителей в суд не направили.

Третье лицо Управление Росреестра представителя в суд не направило, пояснениями от 13.02.2023 просило рассмотреть дело в его отсутствие, указав, что истец не указывает записи о правах, которые необходимо прекратить в ЕГРН.

Третье лицо АО "Чебоксарское производственное объединение имени В. И. Чапаева" пояснений суду не представило.

Выслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судами по делу №А79-6626/2012, 01.02.1999 по передаточному акту от ФГУП "Чебоксарское производственное объединение им. В.И. Чапаева", правопреемником которого является Производственное объединение, к ГУДП "Телец", созданному на основе универсального правопреемства при реорганизации, переданы основные средства первоначальной стоимостью 4 570 934 рубля.

Указанный передаточный акт подписан на основании письма Министерства экономики Российской Федерации от 21.12.1998 № 32-935 и приказа генерального директора ФГУП "Чебоксарское производственное объединение им. В.И. Чапаева" от 01.09.1998 № 401/П о создании ГУДП "Телец".

В приложении № 1 к передаточному акту от 01.02.1999 в числе прочего имущества поименованы восемь спорных объектов недвижимости.

Решением Арбитражного суда Чувашской Республики от 18.10.2005 по делу №А79-5323/2005 ГУДП "Телец" признано несостоятельным (банкротом), в отношении предприятия открыто конкурсное производство.

Собранием кредиторов ГУДП "Телец" 12.04.2006 утвержден порядок организации и проведения открытых торгов по продаже имущества должника. Объявление о проведении торгов опубликовано в "Российской газете" от 23.12.2006 № 290 (4256).

Собрание кредиторов ГУДП "Телец", состоявшееся 16.03.2007, ходатайствовало перед арбитражным судом о продлении процедуры конкурсного производства в связи с отсутствием заявок и признанием торгов по реализации имущества должника несостоявшимися.

ГУДП "Телец" в лице конкурсного управляющего (продавец) и Управление механизации (покупатель) на основании заявки от 07.05.2007 заключили договоры купли-продажи имущества от 07.06.2007 общей стоимостью 2 825 000 рублей, в том числе коровника стоимостью 955 000 рублей, производственного здания стоимостью 600 000 рублей, материального склада стоимостью 500 000 рублей, коридоров стоимостью 430 000 рублей, телятника стоимостью 250 000 рублей, склада стоимостью 50 000 рублей, картофелехранилища стоимостью 20 000 рублей и зимовника стоимостью 20 000 рублей.

Указанное имущество оплачено покупателем платежными поручениями от 07.06.2007 № 1, от 14.06.2007 № 2, от 28.06.2007 № 6, от 06.07.2007 № 52 – 54, объекты переданы Управлению механизации по актам приема-передачи от 07.06.2007.

ГУДП "Телец" и Управление механизации 12.10.2010 обратились в Управление Росреестра с заявлением о государственной регистрации перехода права, права собственности Управления механизации на производственное здание.

Управление Росреестра 25.03.2011 сообщило об отказе в государственной регистрации перехода права, права собственности Управления механизации на производственное здание в связи с тем, что ГУДП "Телец" не имело права отчуждать данный объект ввиду отсутствия у предприятия права хозяйственного ведения на него (письмо № 01/212/2010-337).

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики от 19.10.2010 по делу №А79-5323/2005 конкурсное производство в ГУДП "Телец" завершено.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц запись о ликвидации ГУДП "Телец" внесена 29.12.2010.

Впоследствии на спорные объекты зарегистрировано право собственности Российской Федерации, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права от 18.11.2010 серии 21АД № 315177, 316115, 316352, от 19.11.2010 серии 21АД № 293537, 316964, 316627 и от 22.11.2010 серии 21АД № 318164, 316923.

На основании распоряжения Теруправления от 23.09.2011 № 189-р спорные объекты закреплены за ФГУП "Приволжский" на праве хозяйственного ведения, в связи с чем оформлен акт приема-передачи государственного имущества, в котором отражены коровник, производственное здание, материальный склад, коридоры, телятник, склад, картофелехранилище и зимовник.

Право хозяйственного ведения ФГУП "Приволжский" на восемь спорных объектов недвижимости зарегистрировано в установленном законом порядке в Едином государственном реестре прав (свидетельства о государственной регистрации права серии 21 АД № 556019 – 556022, 603182 – 603185).

Отменяя решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда по указанному делу суд округа указал, что в рассмотренном случае отсутствует распорядительный документ (акт, распоряжение, иной документ) собственника, то есть Российской Федерации, о закреплении спорных объектов за ГУДП "Телец". В материалы дела представлен лишь акт от 01.02.1999 передачи от ФГУП "Чебоксарское производственное объединение им. В.И. Чапаева" к ГУДП "Телец" основных средств первоначальной стоимостью 4 570 934 рубля.

Однако унитарное предприятие, передавшее дочернему предприятию в числе прочего и спорную недвижимость, не обладало полномочиями на совершение указанных действий в силу установленных действующим законом ограничений для унитарных предприятий (статья 113 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопреки требованиям как Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона о госрегистрации, так и Постановления № 10/22 отсутствует государственная регистрация хозяйственного ведения ГУДП "Телец" на недвижимое имущество.

Из материалов дела следует, что акт передачи имущества от ФГУП "Чебоксарское производственное объединение им. В.И. Чапаева" к ГУДП "Телец" составлен 01.02.1999, а в силу пункта 1 статьи 33 Закона о госрегистрации данный закон был введен в действие через шесть месяцев со дня его официального опубликования, то есть с 31.01.1998. Более того, в соответствии с пунктом 3 Указа Президента Чувашской Республики от 14.05.1998 № 57 государственную регистрацию прав на недвижимое имущество, находящееся на территории городов Чебоксары и Новочебоксарск, а также сделок с ним уже с 01.06.1998 осуществляло исключительно Учреждение юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Таким образом, суд округа пришел к выводу, что ГУДП "Телец" не было наделено собственником имущества правом хозяйственного ведения на него, на момент совершения сделок купли-продажи не обладало всеми необходимыми полномочиями в отношении реализованного имущества, то есть, не могло являться продавцом объектов недвижимости, в связи с чем отказ Управления Росреестра в осуществлении государственной регистрации как права хозяйственного ведения, так и перехода права собственности к Управлению механизации является обоснованным.

Между тем, в рамках дел №А79-7837/2012, №А79-8981/2013 судами установлено, что с 2007 года объекты не были истребованы у общества, которое продолжало ими владеть и распоряжаться, нести расходы по их содержанию. С указанного времени независимо от принадлежности титула на спорное имущество и последовательную регистрацию титула за правообладателями, здание оставалось во владении общества. К моменту передачи спорных объектов в хозяйственное ведение ФГУП "Приволжский" собственник - Российская Федерация - не являлся владельцем здания и пропустил срок давности на предъявление требования о применении последствий недействительности сделок. Соответственно, передача в хозяйственное ведение не могла сопровождаться передачей фактического владения объектами. О продаже объектов собственнику было известно, о чем свидетельствует участие представителя ТУ Росимущества в собрании кредиторов ГУДП "Телец" 03.07.2007, на котором получено одобрение сделки с обществом. При наличии заявления об истечении срока давности, своевременно сделанного лицом, фактически владеющим спорным имуществом, истечение срока давности погашает материальное право на иск о возврате имущества, переданного по недействительной сделке, следовательно, исковое требование об освобождении помещений удовлетворению не подлежит.

Как указано в постановлениях судов апелляционной и кассационной инстанций по указанным делам, в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. К искам об истребовании имущества из чужого незаконного владения применяется общий срок исковой давности, который в силу статьи 196 данного Кодекса составляет три года.

Суды по указанным делам отклонили требования ФГУП "Приволжский" по мотиву пропуска срока исковой давности для защиты нарушенного права, о применении которого было заявлено ответчиком.

В рамках дела № А79-5609/2016 уже собственник в лице Теруправления обратился в суд с иском об истребовании из чужого незаконного владения ответчика тех же самых объектов. Исковые требования также были основаны на статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что общество без установленных законом или договором оснований пользуется спорными помещениями. Приняв во внимание разъяснения пункта 7 Постановления Пленумов №10/22, суд счел необходимым производство по названному делу прекратить на основании пункта 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с тождеством спора с ранее рассмотренными делами №№А79-7837/2012, А79-8981/2013.

Приведенные обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, не подлежат повторному доказыванию при рассмотрении настоящего дела, в котором участвуют те же стороны (пункт 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что попытки как собственника, так и хозяйственного управляющего виндицировать спорные объекты оказались безуспешными, судами в таких требованиях отказано за пропуском срока давности, спорные объекты продолжали находиться во владении и пользовании истца по настоящему делу.

При этом истцу отказано в иске о признании права собственности на спорные объекты на основании пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с тем, что у продавца имущества – ГУДП "Телец" отсутствовало право распоряжения спорными объектами, права собственности на данное имуществом с результате сделки с продавцом истец не приобрел (дело №А79-549/2014).

Таким образом, к 2022 году сложилась ситуация, при которой с одной стороны имелось зарегистрированное право собственности Российской Федерации на спорные объекты, но которая не владела ими с 07.06.2007 и утратила право на их виндикацию, с другой – продолжалось начатое 07.06.2007 непрерывное и открытое владение этими объектами истцом, не имеющим права претендовать на него по сделкам купли-продажи от 07.06.2007.

Несмотря на нахождение спорных объектов в фактическом владении истца, распоряжением Теруправления от 10.06.2022 № 13-395-р "Об условиях приватизации земельного участка площадь 71995 кв.м., с кадастровым номером 21:01:010805:41, находящегося по адресу <...>, с расположенными на нем объектами недвижимости" принято решение об их приватизации, а также о приватизации земельного участка с кадастровым номером 21:01:010805:41 площадью 71 995 кв.м., путем продажи единым лотом в электронной форме без объявления цены.

В соответствии с протоколом о рассмотрении заявок и документов, поданных для участия в продаже без объявления цены и определения победителя торгов от 20.07.2022 № 11 (1) победителем торгов признан ФИО2, предложивший за объекты 16 млн. руб.

25.07.2022 по результатам торгов ответчиками заключен договор купли-продажи №П8/2022 земельного участка площадью 71995 кв.м., кадастровый номер 21:01:010805:41, с расположенными на нем объектами недвижимого имущества, по адресу: Чувашская Республика – Чувашия, <...>, продажа без объявления цены в электронной форме.

17.08.2022 ответчиками подписан акт приема-передачи недвижимого имущества, составляющего государственную казну Российской Федерации.

Согласно выпискам из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав от 03.11.2022 право собственности ФИО2 на объекты и земельный участок зарегистрировано 19.08.2022, о чем в Единый государственный реестр недвижимости внесены соответствующие записи №№ 21601:010805:54-21/051/2022-2, 21:01:000000:586-21/051/2022-2, 21:01:000000:627-21/051/2022-2, 21:01:000000:626-21/045/2022-2, 21:01:000000:617-21/048/2022-2, 21:01:000000:608-21/048/2022-2, 21:01:000000:595-21/052/2022-2, 21:01:000000:581-21/057/2022-2, 21:01:010805:41-21/057/2022-2.

Полагая себя собственником объектов недвижимости, ссылаясь на добросовестное, открытое и непрерывное владение спорными объектами как своими собственными с 07.06.2007, истец обратился в суд с настоящим иском о признании права собственности на них, признании себя добросовестным приобретателем объектов по договору купли-продажи, признании распоряжения, торгов и договора купли-продажи недействительными.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 3 пункта 3 Постановления Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее – постановление Пленума №10/22), суд, принимая решение, в силу части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. В этой связи ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению, по мнению суда, в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Таким образом, с учетом указаний пункта 3 постановления № 10/22 в случае ненадлежащего формулирования истцом способа защиты при очевидности преследуемого им материально-правового интереса, суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, а обязан сам определить, из какого правоотношения спор возник, и какие нормы подлежат применению.

Статья 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, на которую ссылается истец, предусматривает не основания приобретения права собственности, а момент возникновения такого права.

В данном случае суд исходит из того, что истцу известно об отказе ему в иске о признании права собственности на спорные объекты как на приобретенные по договорам купли-продажи от 07.06.2007 в рамках дела №А79-549/2014 по пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, истец настаивает на том, что добросовестно и открыто владеет спорными объектами с 07.06.2007, несет бремя их содержания, объекты не могут быть истребованы у него.

В сложившейся ситуации, с учетом преследуемого истцом материально-правового интереса в легализации своего права на спорные объекты, принимая во внимание недоступность виндикции как прежнему, так и новому собственнику объектов, учитывая истечение срока давностного владения истцом спорными объектами, в целях внесения правовой определенности в правоотношения сторон суд рассмотрел заявленное требование истца как требование о признании права собственности в силу давности владения.

Согласно пункту 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

В соответствии с пунктом 4 данной статьи в редакции Федерального закона от 16.12.2019 № 430-ФЗ, вступившего в силу с 01.01.2020, течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя.

Согласно прежней редакции данной нормы, течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (действовала до 31.12.2019).

Поскольку настоящий иск предъявлен в суд 21.12.2022, то есть, в период действия новой редакции пункта 4 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, а срок давностного владения истек 07.06.2022 (также в период с действия новой редакции), при исчислении срока приобретательной давности суд полагает необходимым руководствоваться действующей в настоящее время нормой права.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума № 10/22 при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Спорный объект получен истцом по результатам открытых торгов в рамках конкурсного производства государственного предприятия ГУДП "Телец" по актам от 07.06.2007, с одобрения представителя собственника, то есть, с указанного времени поступил в открытое владение истца, следовательно, с этого момента начал течь срок приобретательной давности, который истек 07.06.2022.

Истец с 07.06.2007 по настоящее время владеет спорными объектами, данный факт никем из участников дела не оспаривается, указание на фактическое владение объектами истцом содержится в документации по продаже объектов на рассматриваемых торгах (т.1, л.д. 101-103), отсутствие доступа к объектам после их приобретения на торгах подтвердил и новый собственник ФИО2, в рамках дел №№А79-4262/2020, А79-6352/2022, А79-11523/2022 с истца взыскана плата за фактическое пользование спорным имуществом.

Таким образом, владение истца спорными объектами с 07.06.2007 по настоящее время не прерывалось.

Что касается оценки добросовестности владения истца, суд учитывает следующее.

Как указано в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20.03.2018 № 5-КГ18-3, по смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума № 10/22 в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре.

В том числе и в случае владения имуществом на основании недействительной сделки, когда по каким-либо причинам реституция не произведена, в случае отказа собственнику в истребовании у давностного владельца вещи по основаниям, предусмотренным статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо вследствие истечения срока исковой давности давностный владелец, как правило, может и должен знать об отсутствии у него законного основания права собственности, однако само по себе это не исключает возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения противоречит смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, легализовать такое владение, оформив право собственности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом в силу пункта 5 статьи 10 названного кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Более того, само обращение в суд с иском о признании права в силу приобретательной давности является следствием осведомленности давностного владельца об отсутствии у него права собственности.

Как отмечено в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 № 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО7" под действие конституционных гарантий подпадают и имущественные интересы давностного владельца, поскольку только наличие подобных гарантий может обеспечить выполнение конституционно значимой цели института приобретательной давности, которой является возвращение имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п. При этом Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что поддержание правовой определенности и стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, эффективной судебной защиты прав и законных интересов его участников является конституционной гарантией (постановления от 21 апреля 2003 года № 6-П, от 16 ноября 2018 года № 43-П и др.).

В частности, в соответствии со статьей 302 ГК Российской Федерации добросовестным является приобретатель, который приобрел имущество у лица, не имевшего права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать. В отличие от названной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации в статье 234 данного Кодекса не раскрываются критерии добросовестности применительно к приобретению права собственности по давности владения.

Различие двух правовых институтов, предполагающих учет критерия добросовестности, - приобретения права собственности по давности владения и защиты добросовестного приобретателя от предъявленного к нему виндикационного иска - обусловлено прежде всего различными функциями виндикационного иска, служащего для защиты права собственности (иного вещного права), и института приобретательной давности, который направлен на защиту не только частных интересов собственника и владельца имущества, но и публично-правовых интересов, как то: достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей. В области вещных прав, в том числе в части института приобретательной давности, правопорядок особенно нуждается в правовой определенности и стабильности, что имеет особую важность как для частноправовых, так и для публичных целей.

Статья 302 ГК Российской Федерации направлена на разрешение спора собственника и добросовестного приобретателя и при определенных обстоятельствах разрешает этот спор в пользу последнего, который в силу добросовестности приобретения в таком случае становится собственником спорной вещи. В случае же с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 июля 2015 года № 41-КГ15-16, от 20 марта 2018 года № 5-КГ18-3, от 15 мая 2018 года № 117-КГ18-25 и от 17 сентября 2019 года № 78-КГ19-29).

Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь. При таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Разъяснение содержания понятия добросовестности в контексте статьи 234 ГК Российской Федерации дано в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", согласно которому судам рекомендовано при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, учитывать, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания у него права собственности. С учетом пункта 18 того же постановления, посвященного пункту 4 статьи 234 ГК Российской Федерации в прежней редакции, приведенное понимание добросовестности не препятствовало при определенных обстоятельствах приобретению по давности владения имущества и тем лицом, которое могло знать об отсутствии у него оснований приобретения права собственности по сделке.

Таким образом, изложенный в пункте 15 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации критерий добросовестности отражает сложность добросовестности как оценочного понятия, допускающего ее различные проявления применительно к различным категориям дел.

Различие критериев добросовестности применительно к правовым ситуациям приобретения имущества добросовестным приобретателем (статья 302 ГК Российской Федерации) и давностного владения (статья 234 ГК Российской Федерации) обусловлено их разными целями, что требует от судов изучения фактических обстоятельств каждого конкретного дела, а это в свою очередь требует дифференцированного подхода при определении критериев добросовестности.

Так, практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27 января 2015 года № 127-КГ14-9, от 20 марта 2018 года № 5-КГ18-3, от 17 сентября 2019 года № 78-КГ19-29, от 22 октября 2019 года № 4-КГ19-55, от 2 июня 2020 года № 4-КГ20-16 и др.).

В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, складывающаяся в последнее время практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Следовательно, при толковании таких общих норм гражданского права, рассчитанных на правовые ситуации и отношения с различными субъектами права, необходимо учитывать конституционно-правовой контекст, и прежде всего концепцию верховенства права, являющуюся основой принципа правового государства (статья 1, часть 1, Конституции Российской Федерации) и предполагающую реализацию принципов приоритета права, равенство перед законом, правовую определенность и юридическую безопасность.

Таким образом, как заключил Конституционный Суд Российской Федерации, понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК Российской Федерации.

Кроме того, с учетом необходимости возвращения имущества в гражданский оборот нельзя не принять во внимание практически неизбежный при давностном владении пропуск собственником имущества для истребования вещи у давностного владельца срока исковой давности, который, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц; а применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление от 15 февраля 2016 года № 3-П).

Таким образом, пункт 1 статьи 234 ГК Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу во всяком случае не предполагает, что совершение такой сделки (в которой выражена воля правообладателя земельного участка на его отчуждение и которая была предпосылкой для возникновения владения, а в течение владения собственник земельного участка не проявлял намерения осуществлять власть над вещью) само по себе может быть основанием для признания давностного владения недобросовестным и препятствием для приобретения права собственности на вещь в силу приобретательной давности.

Приведенное конституционно-правовое толкование пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации следует учитывать и при рассмотрении настоящего спора.

Ранее принятыми по спорам между сторонами судебными актами, в частности по делу №А79-6626/2012, установлено, что спорное имущество реализовано истцу в рамках открытой процедуры, с публичным информированием и при одобрении представителя собственника, участвовавшего в собраниях кредиторов ГУДП "Телец".

Так установлено, что ходе банкротства ГУДП "Телец" проведено собрание кредиторов (протокол от 12.04.2006), на котором утвержден порядок организации и проведения открытых торгов по продаже имущества ГУДП "Телец". Объявление о проведении торгов опубликовано в печатном издании "Российская газета" от 23.12.2006 № 290 (4256). Согласно протоколу от 16.03.2007 собранием кредиторов ГУДП "Телец", в котором участвовал представитель Теруправления, принято решение ходатайствовать перед арбитражным судом о продлении процедуры конкурсного производства в связи с тем, что имущество предприятия-банкрота не было реализовано по причине отсутствия заявок и признания торгов несостоявшимися. Согласно протоколу от 03.07.2007 собранием кредиторов ГУДП "Телец", в котором также участвовал представитель Теруправления, вновь предложено рассмотреть вопрос о продлении конкурсного производства в связи с тем, что имущество, включенное в конкурсную массу, частично не реализовано, расчеты с покупателями не завершены. Определением от 31.07.2007 конкурсное производство в ГУДП "Телец" продлено до 18.12.2007. В отчетах от 05.09.2007 и от 14.04.2008 конкурсный управляющий ГУДП "Телец" отразил факт продажи спорных объектов. Объекты с 1999 года находились у продавца на праве хозяйственного ведения, что подтверждается также выписками из реестра федерального имущества, и были выставлены на продажу как имущество ГУДП "Телец". Иски об оспаривании договоров купли-продажи от 07.06.2007 Теруправлением также не предъявлялись.

Изложенное свидетельствует о том, что истец, приобретая объекты на торгах у банкротного федерального предприятия, получив объекты от фактического их владельца и полностью их оплатив, длительное время не становясь ответчиком по какому-либо иску федерального собственника в защиту объектов, был вправе полагать себя добросовестным приобретателем спорных объектов.

При этом отсутствие зарегистрированного права хозяйственного ведения ГУДП "Телец", распорядительного акта собственника о закреплении спорного имущества за унитарным предприятием, по мнению суда, не может быть вменено истцу в качестве показателя недобросовестности, поскольку даже сам собственник и учрежденные им унитарные предприятия, не знали об этом и длительное время допускали фактическое пользование спорным имуществом предприятием "Телец", не оспаривали ни сделки по передаче спорных объектов от ФГУП "ПО им. В.И. Чапаева" своему дочернему предприятию ГУДП "Телец", ни по продаже этих объектов истцу.

Само по себе отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения ГУДП "Телец" на спорные объекты не подтверждает очевидности отсутствия такого права для истца как для лица, не являющегося государственным предприятием и не владеющего спецификой закрепления недвижимых объектов за таковыми, тем более учитывая давность постройки этих объектов и существование правил о признании ранее возникших прав (статья 6 Федерального закона от 21.07.1997 №122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним").

В данном случае федеральный собственник длительное время не интересовался судьбой спорных объектов, не обеспечивал их безопасную и эффективную эксплуатацию, не нёс бремени их содержания, и даже после их продажи истцу с ведома представителя Теруправления, не принял своевременных мер к возврату владения.

Из материалов настоящего дела следует, что иски прежних владельцев спорных объектов об их истребовании из владения истца были отклонены за пропуском срока давности.

Приведенные обстоятельства, по мнению суда, в сложившейся правовой ситуации не могут быть истолкованы иначе как добросовестное неведение истца и не могут лишать его как добросовестного владельца права легализовать своё владение и обратить спорные объекты в свою собственность.

Более того, в пункте 15 постановления Пленума № 10/22 разъяснено, что не является давностным владение, которое осуществляется по договору с собственником или иным управомоченным на то лицом, не предполагающему переход титула собственника.

Указанное означает, что владение вещью осуществляется не как своей собственной, не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права на вещь и не утратившим к ней интереса, передавшим ее непосредственно или опосредованно во владение, как правило - временное, данному лицу. Примерный перечень таких договоров приведен в пункте 15 постановления Пленума № 10/22 - аренда, хранение, безвозмездное пользование и т.п.

Однако, и в этом случае закон не исключает право давностного владельца приобрести такое имущество в собственность. В таких случаях в соответствии со статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации давностное владение может начаться после истечения срока владения имуществом по такому договору, если вещь не будет возвращена собственнику и не истребована им, но не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям.

В отличие от указанных выше "временных" договоров наличие каких-либо соглашений с титульным собственником или иным уполномоченным лицом, направленных на переход права собственности, не препятствует началу течения срока приобретательной давности.

По смыслу положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено и в том случае, если владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о передаче права собственности на данное имущество, однако по каким-либо причинам такая сделка в надлежащей форме и установленном законом порядке не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.).

Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не означает недобросовестности давностного владельца. Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, по каким-либо причинам не состоялся, но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации до приобретения на имущество права собственности в силу приобретательной давности лицо, владеющее имуществом как своим собственным, имеет право на защиту своего владения против третьих лиц, не являющихся собственниками имущества, а также не имеющих прав на владение им в силу иного предусмотренного законом или договором основания.

Упомянутые выше споры свидетельствуют о том, что истец, не являясь собственником спорных объектов, однако, являясь их фактическим владельцем, реализуя правомочия такового, предоставленные названной правовой нормой, осуществлял активные действия по защите своего владения и сохранению объекта, что является проявлением открытого и добросовестного господства над спорными недвижимыми вещами.

Аргументы о том, что в рамках дела №А79-549/2014 дана оценка добросовестности истца, судом отклоняются, поскольку как следует из решения суда по этому делу, суд, напротив, указал на то, что в рамках этого дела истребование имущества собственником у фактического владельца предметом иска не является, в связи с чем приведенные положения закона неприменимы при разрешении возникшего между сторонами спора. Применение правил о добросовестном приобретателе при оценке правовых последствий сделки по отчуждению имущества, совершенной неуполномоченным лицом, законом не предусмотрено.

Принимая во внимание изложенное, суд признает право собственности на спорные здания за закрытым акционерным обществом "Управление механизации-1" в силу давности владения на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом признания права собственности истца на спорные здания и принимая во внимание положения пункта 2 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации о праве давностного владельца на защиту владения требование истца о признании недействительными торгов и заключенного по их результатам договора купли-продажи и применении последствий недействительности в виде исключения записей Единого государственного реестра недвижимости суд находит обоснованным по следующим мотивам.

В силу пунктов 1, 2 статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов.

Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги, и применение последствий, предусмотренных статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2010 № 948-0-0 указывается, что положение пункта 1 статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и частью 4 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направлено на соблюдение режима законности при проведении торгов и защиту интересов лиц, чьи права затронуты нарушением правил проведения торгов.

Таким образом, Конституционный Суд отмечает, что положения статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены на реальное восстановление нарушенных прав заинтересованного лица.

Под существенными нарушениями правил организации и проведения торгов (конкурса, аукциона) понимается необоснованное исключение лиц, подавших заявку на участие в торгах (конкурсе, аукционе), из числа участников конкурса (аукциона), а также такие нарушения порядка проведения конкурса (аукциона), которые могли привести к неправильному определению победителя торгов. Тем самым основанием для признания торгов недействительными выступают такие нарушения правил проведения торгов, которые привели бы к иным результатам в случае совершения действий в соответствии с требованиями действующего законодательства.

В соответствии с пунктом 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 17.11.2015 № 50 приведенный в пункте 1 статьи 449 ГК РФ перечень оснований для признания публичных торгов недействительными не является исчерпывающим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2009 № 739-0-0 и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 № 12573/11, по смыслу статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации признание торгов недействительными должно повлечь восстановление прав истца.

В данном случае, по мнению суда, защита права собственности истца без признания торгов, договора купли-продажи и исключения записей о праве собственности ФИО2 из реестра будет неполной и неэффективной, поскольку право собственности ФИО2 на спорные объекты, возникшее по результатам таких торгов, зарегистрировано, наличие нескольких записей о праве собственности на одно то же имущество за несколькими лицами влечет не только недостоверность Единого государственного реестра недвижимости и возникновении неопределенности, но и нарушает права истца как действительного собственника спорного имущества, право которого на это имущество признано судом.

При этом, следует отметить, что на рассматриваемых торгах реализованы не только спорные объекты недвижимости, но и земельный участок под ними, разделение судьбы объектов и земли согласно подпункта 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации недопустимо.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации лишь собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как разъяснено в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее – постановление Пленума № 10/22) если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Лицо, считающее себя собственником имущества, вправе предъявить иск о признании недействительными сделок с этим имуществом, совершенных сторонними лицами.

Срок давностного владения, необходимый для признания права собственности истца на спорные здания, истёк 07.06.2022.

Распоряжение о проведении продажи спорных зданий издано Теруправлением 10.06.2022, торги проведены 20.07.2022, договор заключен в июле 2022 года и право ФИО2 зарегистрировано 19.08.2022.

Таким образом, на момент проведения оспариваемых торгов истец уже являлся собственником спорных зданий в силу давности владения.

Истец, будучи собственником спорных объектов в силу приобретательной давности, фактически владея ими, имеет законный интерес в оспаривании торгов и договора купли-продажи в целях сохранения за собой как титула собственника, так и господства над ними.

В этой связи истцом в данной правовой ситуации правомерно избран способ защиты нарушенного права в виде оспаривания торгов и сделки купли-продажи.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" отмечено, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Несмотря на регистрацию права собственности Российской Федерации на спорные здания владение ими утрачено публичным собственником с 07.06.2007 и на момент проведения торгов не было и не может быть восстановлено, соответственно, совершение им сделок по передаче владения в отсутствие такового не соответствует существу законодательного регулирования права собственности (статья 209 Гражданского кодекса Российской Федерации), у публичного собственника фактически отсутствует правомочие владения.

Совершение рассматриваемой сделки нарушает права истца как третьего лица, не участвующего в ней, на юридическую констатацию своего права собственности на спорные объекты.

При изложенных обстоятельствах рассматриваемые торги и заключенный Теруправлением и ФИО2 договор купли-продажи являются недействительными.

При этом положения о купле-продаже будущей вещи к рассматриваемым торгам не применимы, поскольку спорные объекты не могут быть возвращены публичным собственником себе и истребованы у истца, соответственно, не могут быть и не будут переданы покупателю.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае в результате оспариваемой сделки в Единый государственный реестр недвижимости внесены записи о праве собственности ФИО2 на спорные здания и земельный участок.

Суд полагает необходимым применить последствия недействительности сделки в виде погашения указанных записей, в том числе и в отношении земельного участка, поскольку истец, будучи признанным по суду собственником зданий, имеет исключительное право на приватизацию земли под ними, а раздельная продажа объектов и земельного участка под ними противоречит подпункту 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации, поскольку разрывает единство их судьбы.

При этом требования истца о признании распоряжения Теруправления от 10.06.2022 незаконным, о признании истца добросовестным приобретателем спорных объектов по договору купли-продажи от 07.06.2007 удовлетворению не подлежат, поскольку не направлены на восстановление какого-либо права истца и являются избыточными.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в общей сумме 15000 руб. (6000 руб. по требованию о признании права, 6000 руб. по требованию об оспаривании торгов, 3000 руб. за рассмотрение заявления об обеспечении иска) подлежат отнесению на ответчиков в равных долях.

В силу части 4 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

В этой связи принятые определением суда от 21.10.2022 по настоящему делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения настоящего решения.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

иск удовлетворить частично.

Признать право собственности закрытого акционерного общества "Управление механизации-1" в силу приобретательной давности на следующие объекты недвижимости: здание зимовника с кадастровым номером 21:01:000000:586, здание подсобное с кадастровым номером 21:01:010805:54, картофелехранилище с кадастровым номером 21:01:000000:581, коридоры соединительные с кадастровым номером 21:01:000000:627, склад материальный с кадастровым номером 21:01:000000:595, помещение коровника с кадастровым номером 21:01:000000:617, склад ядохимикатов с кадастровым номером 21:01:000000:626, телятник с кадастровым номером 21:01:000000:608, расположенные на земельном участке с кадастровым номером 21:01:010805:41 по адресу: Чувашская Республика – Чувашия, <...>.

Признать недействительными проведенные 20.07.2022 торги №21000001960000000135 по продаже земельного участка с кадастровым номером 21:01:010805:41 и расположенных на нем объектов недвижимости с кадастровыми номерами 21:01:000000:586, 21:01:010805:54, 21:01:000000:581, 21:01:000000:627, 21:01:000000:595, 21:01:000000:617, 21:01:000000:626, 21:01:000000:608, расположенных по адресу: Чувашская Республика – Чувашия, <...>, а также заключенный по их итогам Межрегиональным территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области и ФИО2 договор купли-продажи от 20.07.2022 № П8/2022 земельного участка площадью 71995 кв.м., кадастровый номер 21:01:010805:41, с расположенными на нем объектами недвижимого имущества, по адресу: Чувашская Республика – Чувашия, <...>, продажа без объявления цены в электронной форме, применив последствия недействительности сделки в виде погашения следующих записей Единого государственного реестра недвижимости о государственной регистрации права собственности ФИО2 на указанные выше объекты недвижимости: 21:01:010805:41-21/057/2022-2, 21601:010805:54-21/051/2022-2, 21:01:000000:586-21/051/2022-2, 21:01:000000:627-21/051/2022-2, 21:01:000000:626-21/045/2022-2, 21:01:000000:617-21/048/2022-2, 21:01:000000:608-21/048/2022-2, 21:01:000000:595-21/052/2022-2, 21:01:000000:581-21/057/2022-2.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Взыскать с Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской области в пользу закрытого акционерного общества "Управление механизации-1" 7 500 (Семь тысяч пятьсот) рублей в возмещение расходов по государственной пошлине.

Взыскать с ФИО2 в пользу закрытого акционерного общества "Управление механизации-1" 7 500 (Семь тысяч пятьсот) рублей в возмещение расходов по государственной пошлине.

Обеспечительные меры, принятые определением суда от 21.10.2022 по настоящему делу №А79-7581/2022 сохраняют свое действие до фактического исполнения настоящего решения.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд, г. Владимир, в течение месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа, г. Нижний Новгород, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Кассационная жалоба может быть подана в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемых решения, постановления арбитражного суда.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.



Судья

О.А. Коркина