Постановление от 15 июля 2024 г. по делу № А33-7939/2022

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-7939/2022
г. Красноярск
15 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена «03» июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «15» июля 2024 года.


Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего Радзиховской В.В.,

судей: Хабибулиной Ю.В., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Щекотуровой Я.С.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора – ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от «26» февраля 2024 года по делу № А33-7939/2022,

установил:

ФИО2 (ИНН <***>, далее – должник, ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о своем банкротстве.

Решением суда от 09.11.2022 ФИО2 признана банкротом и в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО3.

В материалы дела 09.02.2024 направлено ходатайство финансового управляющего о завершении реализации имущества гражданина, освобождении должника от исполнения обязательств, перечислении с депозитного счета арбитражного суда суммы вознаграждения финансового управляющего за процедуру реализации имущества с указанием реквизитов банковского счета.

12.02.2024 от кредитора ФИО1 (далее - кредитор, ФИО1) поступило ходатайство о неосвобождении должника от исполнения обязанностей.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26.02.2024 процедура реализации имущества в отношении гражданина ФИО2 завершена. Суд пришел к выводу о том, что с даты завершения процедуры реализации имущества гражданина наступают последствия, предусмотренные пунктом 3 статьи 213.28, статьей 213.30 Закона о банкротстве.

При вынесении определения суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим проведен весь комплекс мероприятий, направленных на завершение процедуры реализации имущества гражданина, признаки фиктивного или преднамеренного банкротства не установлены. Отсутствуют основания для применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве в рамках настоящего дела о банкротстве, поскольку у суда нет оснований полагать, что поведение должника было заведомо недобросовестным, должник совершал какие-либо действия, направленные на сокрытие имущества, уклонялся от сотрудничества с финансовым управляющим. В материалы дела представлены доказательства произведения частичного погашения задолженности перед ФИО1, в ходе исполнительного производства, а так же финансовый управляющий указывает на произведения частичной оплаты в рамках дела о банкротстве за счет пенсионных выплат должнику.

Не согласившись с данным судебным актом, кредитор ФИО1 обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Красноярского края от 26.02.2024 в части и принять новый судебный акт о неособождении должника от исполнения обязательств.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, рассмотрев представленный финансовым управляющим отчет, суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что должник не исполнила определение суда и не представила суду документы (доказательства) расходования денежных средств, полученных путем введения в заблуждение единственного кредитора. Иных кредиторов у должника не имелось, поэтому денежные средства не могли быть израсходованы истцом на погашение иных обязательств должника; к возникновению задолженности привели намеренные, противоправные действия должника. По сведениям кредитора на денежные средства приобретена недвижимость в г. Красноярске, оформленная на зятя должника, фактически должником совершено мошенничество. Должник не могла не осознавать недобросовестность своих действий, когда умышленно, будучи наделённой полномочиями на продажу полученной по наследству квартиры, продала её, утаив причитающуюся часть денежных средств кредитора в личном распоряжении, такие действия являлись очевидно недобросовестными и умышленными.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024 апелляционная жалоба ФИО1 принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 03.07.2024.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, не прибыли. Судом апелляционной инстанции обеспечена лицам, участвующим в деле, техническая возможность для участия в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание). К судебному заседанию с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) представитель ФИО1 не подключился.

Отзывы на апелляционную жалобу суду апелляционной инстанции до даты судебного заседания не поступали.

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку доводы жалобы сводятся к оспариванию определения суда в части применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств, возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции в силу положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в обжалуемой части.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

По общему правилу обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий представляет в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением документов, подтверждающих продажу имущества гражданина, реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении названной процедуры банкротства (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, по общему правилу разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве) и зависит, как уже отмечалось, от добросовестности должника.

Как разъяснено в абзацах 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение стороны может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

В пунктах 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрен перечень обязательств, от которых гражданин, признанный банкротом, не может быть освобожден в любом случае, в том числе при наличии оснований для освобождения его от иных обязательств.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1360-О).

Основная цель института банкротства физических лиц - социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам. Согласно общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения их требований, в том числе требований, не заявленных в рамках дела о банкротстве.

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей (в частности, таких как право конкретного лица на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, на получение оплаты за труд, алиментов (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве)), либо на недопущение поощрения злоупотреблений (например, в виде недобросовестного поведения при возникновении, исполнении обязательств и последующем банкротстве, доведения подконтрольной организации до банкротства, причинения ей убытков, умышленного уничтожения чужого имущества (пункты 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве)).

Из ходатайства финансового управляющего и отчета о результатах проведения процедуры реализации имущества от 09.02.2024 следует, что требования первой, второй и третей очереди, включенные в реестр требований не обнаружены. В третью очередь за реестр требований кредиторов должника включены требования одного кредитора на общую сумму 2 070 137 рублей 68 копеек, погашено из них в сумме 331 064 рубля 49 копеек, что является 16 % из всей суммы требований.

Недвижимости и транспортных средств у должника не выявлено. Должник в браке не состоит, является получателем пенсии по старости.

Финансовым управляющем проведена проверка наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, были сделаны следующие выводы об отсутствии признаков преднамеренного банкротства и об отсутствии признаков фиктивного банкротства должника.

Финансовым управляющим проведена опись и оценка имущества должника. Конкурсная масса должника сформирована на сумму 5 000 рублей, а именно: 1. Телевизор LG 2001г. б/у 4500 рублей 2. Телефон LENOVO 2013г. б/у 500 рублей 3. Стиральная машина BOS 3000 рублей. Имущество продано за 8 000 рублей. На основной счет должника поступили денежные средства в размере 590 800 рублей.

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершение процедуры внесудебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (п. 3 ст. 213.28, п. 1 ст. 223.6 Закона о банкротстве).

Финансовым управляющим признаки фиктивного или преднамеренного банкротства должника не установлены, сделки, подлежащие оспариванию, не выявлены.

Обстоятельств, объективно указывающих на представление должником финансовому управляющему, суду недостоверных, неполных сведений относительно своего финансового положения, имущества, в том числе недостоверных первичных документов; сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества также установлено не было.

Соответственно, суда первой инстанции отсутствовали основания для не применения правил об освобождении гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов в отношении ФИО2

Доводы заявителя апелляционной жалобы о недобросовестности ФИО2 при возникновении спорных обязательств в виду заведомо известности для неё факта необходимости перечислить денежные средства в адрес кредитора и принятие мер к их скрытию, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Из материалов дела следует, что требования единственного кредитора ФИО1 основаны на вступившем в законную силу решении Советского районного суда города Красноярска от 12.11.2019 по делу № 2-13914/2019, согласно которому с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано 2 175 000 рублей неосновательного обогащения, 94 180 рублей 48 копеек процентов, 19 075 рублей возврат госпошлины, 15 000 рублей расходов представителя. Решением суда установлено что, ФИО2 и ФИО1 являются родственниками - братом и сестрой, в связи со смертью их тети, проживающей в городе Якутске, было открыто наследственное дело, единственными наследниками являлись ФИО2 и ФИО1 ФИО2 проживала в Якутске, в связи с чем имела возможность заняться наследственным делом, в связи с чем ФИО1 оформил на нее нотариальную доверенность на вступление в наследство от своего имени с полномочиями на продажу полученной по наследству квартиры, однако, после получения свидетельства о праве на наследство ФИО2 продала квартиру, уехала из Якутска в Красноярск, при этом вырученные от продажи денежные средства в адрес ФИО1 не перевела, отношения испортились, на требования возвратить денежные средства ФИО2 отвечала отказом.

Таким образом, кредитор полагает, что неисполнение ФИО2 обязательств по передаче ФИО1 денежных средств, что говорит о намеренном введении ФИО1 в заблуждение, основанном на родственном доверии, и как следствие намеренном недобросовестном поведении должника. Также кредитор полагает, что должником не представлено доказательств, куда именно были потрачены денежные средства, что говорит о том, что должник действовала незаконно, в том числе совершила мошенничество, злостно уклонилась от погашения кредиторской задолженности, что говорит о наличии оснований для не освобождения ФИО2 от исполнения обязательств в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Данное ходатайство оценено по существу судом первой инстанции, в связи чем суд апелляционной инстанции отклоняет доводы апелляционной жалобы о том, что данное ходатайство не отражено в Картотеке арбитражных дел как поданное.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для пересмотра выводов суда первой инстанции в данной части в виду следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Как указано в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В пунктах 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства, связанные с сокрытием должником необходимых сведений, могут быть установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами, установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, так и в иных делах.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от исполнения обязательств также не допускается, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45).

По смыслу упомянутого положения само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

Таких нарушений в поведении должника судом первой инстанции не установлено.

Неснятой или непогашенной судимости за совершение умышленного преступления в сфере экономики должник не имеет, к административной ответственности по части 1 статьи 14.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не привлекалась.

Судом также не установлено, что ФИО2 не погашала задолженность перед ФИО4 настолько, насколько позволяли её доходы или совершала действия, отрицательно повлиявшие на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредитора. Напротив, в материалы дела представлены доказательства произведения частичного погашения вышеуказанной задолженности перед ФИО1, в ходе исполнительного производства, а так же финансовый управляющий указывает на произведения частичной оплаты в рамках дела о банкротстве за счет пенсионных выплат должнику

Равным образом, судами не были установлены иные обстоятельства, предусмотренные статьей 213.28 Закона о банкротстве, не позволяющие применить к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств.

Самим должником представлены пояснения, из которых следует, что ФИО2, ухаживала за родственницей (тётей), помогала другим родственникам – матери и брату, являлась получателем пенсии в размере 45 000 рублей. Также должнику в порядке наследования в 2013 году перешла доля в квартире матери, которую она в свою очередь передала ФИО1 (в подтверждение чего представлена выписка из Единого государственного реестра недвижимости, т.2, л.д. 60). Должник пояснила, что после смерти тёти, квартиру они с братом (ФИО1) продали по доверенности, брат не настаивал на получении денежных средств от продажи указанной квартиры, но по прошествии нескольких лет обратился в суд общей юрисдикции для взыскания денежных средств за продажу квартиры. Должник так же сообщила о недостойной поведении брата, который в свою очередь не осуществляет трудовую деятельность, не принимал участия в осуществлении ухода за больными родственниками – матерью и тётей, претендует на содержание себя за счет других лиц. Должник полагала, что между ней и братомФИО1 достигнута договоренность об отсутствии со стороны ФИО1 претензий в отношении квартиры, переданной в порядке наследования, поскольку должником брату передано право на ? доли в квартире, по договору дарения от 05.03.2013. Кроме того, ФИО2, осуществляла материальную помощь ФИО1, в частности путем строительства гаража, а так же содержания ФИО1 в период отбывания им наказания в местах лишения свободы.

Соответственно, принимая во внимание, что кредитор ранее не обращался с требованием о привлечении должника к уголовной ответственности в связи с совершением мошеннических действий, доверенность выдана им добровольно, а между сторонами имелся спор о разделе наследственного имущества, суд апелляционный инстанции не находит оснований полагать, что возникновение спорного обязательства было вызвано целенаправленным недобросовестным поведением должника. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием для применения последствий, предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве, не является.

Доказательств, подтверждающих недобросовестное поведение должника, направленное лишь на формальное использование процедуры банкротства для списания долгов, суду также не представлено.

Доводы апелляционной жалобы основаны на предположениях, кредитором не представлены бесспорные доказательства злоупотребления правом со стороны должника, а также доказательства его недобросовестного поведения.

Таким образом, представленными в дело документами не подтверждены обстоятельства, предусмотренные абзацем 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, свидетельствующие о том, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, должник действовала незаконно и недобросовестно, в том числе совершила мошенничество, злостно уклонилась от погашения кредиторской задолженности, предоставила кредитору заведомо ложные сведения, скрыла или умышленно уничтожила имущество.

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным и не полежит отмене в виду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы судом не рассматривался, поскольку в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на обжалуемое определение не облагается государственной пошлиной.

Приложенная к апелляционный жалобе копия чека-ордера от 30.11.2022 (17:33:16 мск) уже прилагалась в качестве доказательства уплаты государственной пошлины в рамках рассмотрения апелляционной жалобы ФИО1 на иной судебный акт о делу № А33-7939/2022 и возвращена заявителю апелляционный жалобы постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.12.2023 по указанному делу.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «26» февраля 2024 года по делу № А33-7939/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение




Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Ю.В. Хабибулина



И.В. Яковенко