Постановление от 29 июня 2023 г. по делу № А33-7135/2022

219/2023-24878(2)



ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-7135/2022к1
г. Красноярск
29 июня 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена «22» июня 2023 года. Полный текст постановления изготовлен «29» июня 2023 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В., судей: Бутиной И.Н., Яковенко И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 17 апреля 2023 года по делу № А33-7135/2022к1,

установил:

ФИО3 (далее по тексту - должник) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 31.03.2022 возбуждено производство по делу.

Решением суда от 11.10.2022 должник признан банкротом, в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4 Сообщение финансового управляющего о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 12.11.2022.

18.11.2022 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее по тексту - кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности:

- по кредитному договору № <***> от 10.07.2014 в размере 1245233,29 руб. (с учетом уточнений, сделанных в ходе рассмотрения спора), из которых: 1241186,68 руб. – ссудный долг, 4046,61 руб. – проценты.

- по кредитному договору № <***> от 17.04.2019 в размере 66374,35 руб., из которых: 57601,72 руб. – ссудный долг, 7344,96 руб. – проценты за пользование кредитом, 1427,67 руб. – расходы по оплате госпошлины.

Также кредитор просил установить залоговый статус требований по договору № <***> от 10.07.2014, обеспеченных залогом квартиры по адресу: Красноярский край, ЗАТО <...>, кадастровый номер 24:58:0000000:6879.

Определением суда от 17.04.2023 заявление удовлетворено.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просила отменить определение суда первой инстанции, указав на то, что просроченной задолженности по кредитному договору от 10.07.2014 № <***> нет.


В соответствии со статьями 159, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суда определил: отказать в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (копий: справки ПАО «Сбербанк» о размере задолженности от 03.05.2023, выписки из ЕГРН от 17.05.2023) так как данные доказательства являются новыми, появившимися после принятия определение судом первой инстанции.

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 АПК РФ (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти»), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должник подлежит рассмотрению в порядке, установленном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Из материалов дела следует, что у должника образовалась задолженность перед кредитором по вышеуказанным договорам. Долг по договору № <***> от 17.04.2019 подтверждается судебным приказом от 28.04.2022 по делу № 02-3469/28/2022, согласно которому долг взыскан в размере 88511,63 руб., а также взысканы расходы по оплате госпошлины в размере 1427,67 руб., а всего взыскано – 89939,30 руб.

Правоотношения сторон регулируются положениями §2 главы 42 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ). Согласно пункту 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд признает наличие обязательств у должника перед кредитором. Представленный расчет задолженности проверен судом, признается верным. Расчет задолженности должником не оспорен. Доказательства погашения задолженности не представлены.

Поскольку кредитные средства предоставлены до возбуждения дела о банкротстве, задолженность по возврату кредита, оплате процентов не относится к текущим обязательствам и подлежит включению в реестр требований кредиторов. Поскольку судебный приказ вступил в законную силу до возбуждения дела о банкротстве должника, расходы по оплате государственной пошлины также подлежат включению в реестр требований кредиторов в качестве основного долга. Требования кредитора признаются судом обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов.

По вопросу об установлении залогового статуса требований судом отмечено, что исполнение кредитных обязательств по договору № <***> от 10.07.2014 обеспечено залогом вышеупомянутой квартиры. Квартира приобретена должником по настоящему делу и его супругой в совместную собственность по договору купли-продажи от 10.07.2014. Право совместной собственности и ипотека на квартиру зарегистрированы в установленном законом порядке 15.07.2014. Кредитный договор заключен не только с ФИО3, но и с его экс-супругой ФИО2 (третье лицо без самостоятельных


требований в настоящем обособленном споре). Г-вы указаны в договоре как созаемщики, принявшие кредитные обязательства на условиях солидарной ответственности.

В настоящем случае в силу пункта 1 статьи 77 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) в отношении вышеуказанной квартиры возникло обременение в виде залога с момента государственной регистрации ипотеки в едином государственном реестре недвижимости.

Между тем ФИО2 представила возражения на требования кредитора, в которых она ссылалась на расторжение брака с 22.06.2021 на основании решения мирового судьи судебного участка № 28 ЗАТО г. Железногорск от 22.04.2021 и раздел совместно нажитого имущества в соответствии с определением Железногорского городского суда Красноярского края от 27.01.2022 по делу № 2-446/2022.

Согласно указанному определению суд общей юрисдикции в ходе рассмотрения иска о разделе совместно нажитого имущества утвердил мировое соглашение, в соответствии с которым упомянутая залоговая квартира передается в единоличную собственность ФИО2 Регистрация права собственности осуществляется после окончания выплат по кредитному договору № <***> от 10.07.2014. Также в возражениях отмечалось, что кредитные обязательства она исполняет самостоятельно без участия в этом должника по настоящему делу, просроченной задолженности нет.

Кредитор учел возражения в части уменьшения задолженности и скорректировал расчет размера долга, уменьшив его до 1245233,29 руб. На дату рассмотрения спора не представлены доказательства уменьшения долга по договору № <***> от 10.07.2014 ниже указанной суммы. В связи с чем возражения относительно размера задолженности перестали быть актуальными.

Относительно возражений в части установления залогового статуса судом обращено внимание на то, что по смыслу положений пункта 1 статьи 126, пункта 2 статьи 213.11 и статьи 213.24 Закона о банкротстве с введением первой процедуры банкротства срок исполнения денежных обязательств должника считается наступившим в любом случае вне зависимости от условий кредитного договора (в частности порядка исполнения путем установления графика платежей). В таком случае должник становится обязанным выплатить единовременно все запланированные по условиям сделки периодичные платежи, причитающихся кредитору (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.01.2018 № 304-ЭС16-694(8), от 13.06.2019 по делу № 304-ЭС18-26241, А27-17108/2017, 07.12.2017 № 304-ЭС16-694(7).

ФИО2 не представила доказательства того, что предъявленная в настоящем обособленном споре задолженность была погашена полностью. Частичное исполнение лично ею условий кредитного договора в сложившейся ситуации не препятствует кредитору предъявить в рамках настоящего дела денежные требования, в том числе с реализацией преимущественных прав залогодержателя, поскольку ни денежное, ни залоговое обязательства должника перед банком не прекратились (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 09.08.2018 № 305-ЭС18-4373, постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2022 № 11АП- 11296/2022 по делу № А72-11214/2021, от 22.02.2023 № 11АП-21297/2022 по делу № А491531/2022, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2022 № 13АП-36919/2021 по делу № А56-17087/2021/искл.). Частичное исполнение кредитных обязательств не меняет того, что должник по настоящему делу остается стороной кредитного договора (созаемщиком), а ссудный долг ещё не погашен в полном объёме. По условиям кредитного договора обязательства супругов Г-вых носят общий характер – они являются солидарными должниками по отношению к кредитору. При этом в условия кредитного договора не вносились изменения, касающиеся выхода должника из возникших кредитных отношений с возложением бремени исполнения обязательств только на ФИО2


Исходя из выводов, изложенных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 19.07.2018 № 307-ЭС18-2149, постановлениях Президиумом ВАС РФ от 24.06.2014 № 4254/14 и от 11.06.2013 № 15154/11, поскольку предмет залога был приобретен в общую собственность, должник и его экс-супруга стали солидарными залогодателями (пункт 2 статьи 353 ГК РФ). Кредитор, требования которого обеспечены залогом такого имущества, вправе рассчитывать на погашение своих требований из средств, вырученных от продажи самого заложенного имущества, а не доли в праве.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.09.2018 № 305-ЭС18-4633 отмечается, что банк как кредитор по общим обязательствам вправе претендовать на удовлетворение своих требований из совместной собственности в полном объеме. При этом ипотека предоставляет банку как залоговому кредитору преимущественное удовлетворение из стоимости квартиры перед выплатой доли супругу залогодателя.

Принимая во внимание выводы, изложенные в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 56-КГ22-27-К9, от 26.01.2021 № 5-КГ20-150-К2, от 30.09.2022 № 305-ЭС22-10189, от 13.10.2022 № 305-ЭС22-11553, от 23.05.2019 № 305-ЭС18-25248, судом отмечается, что право совместной собственности, солидарные кредитные обязательства и залоговое обременение возникли до утверждения мирового соглашения. В связи с чем кредитор мог рассчитывать на то, что залоговое имущество будет включено в конкурсную массу должника.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление № 48) разъясняется, что, если в судебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, финансовый управляющий, кредиторы должника вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке соответствующий судебный акт в части раздела имущества, определения долей при условии, что этим судебным актом нарушены их права и законные интересы.

Если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 СК РФ). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества. Требования кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом условий соглашения о разделе имущества, определения долей.

Из изложенного следует, что защита интересов кредиторов в зависимости от порядка раздела имущества супругов (в судебном или внесудебном) обеспечивается разными механизмами – либо путем обжалования судебного акта в первом случае, либо путем применения правовой фикции, основанной на правиле пункта 1 статьи 46 СК РФ, заключающейся в нивелировании правового эффекта изменения режима совместной собственности для кредитора – третьего лица, не являющегося участником соответствующего соглашения супругов о разделе имущества.

Между тем в указанных разъяснениях не акцентируется, что входит в понимание судебного порядка раздела имущества супругов. Из положений статьи 38 СК РФ следует, что раздел имущества супругов осуществляется либо в добровольном порядке на основе


взаимного соглашения, либо в судебном порядке в случае наличия спора. При рассмотрении такого спора по существу путем принятия решения по делу суд властным волеизъявлением определяет, какое имущество относится к общему имуществу супругов, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов, а также разрешает вопрос о взыскании денежной компенсации стоимости имущества, превышающей причитающуюся долю одного из супругов.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» обращается внимание на то, что мировое соглашение представляет собой соглашение сторон, то есть сделку, вследствие чего к этому соглашению, являющемуся одним из средств защиты субъективных прав, помимо норм процессуального права, подлежат применению нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора (статья 421 ГК РФ). Таким соглашением, если оно утверждено арбитражным судом, стороны прекращают спор (полностью или в части) на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок.

Несмотря на то, что в обоих случаях раздел имущества осуществляется в рамках судебных процедур, конченый результат является следствием применения разных по своей методологии способов разрешения спора. Сам процесс разрешения спора по своей онтологии и в том и другом случае является разным. В связи с изложенным нельзя отождествлять раздел имущества супругов путем разрешения спора по существу на основе дискреционных полномочий суда по осуществлению правоприменения и с разделом, осуществляемым самими супругами с участием суда, роль которого сводится к санкционированию достигнутого соглашения.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.09.2018 № 304-ЭС18-4364 отмечено, что определение судьбы совместно нажитого имущества путем утверждения мирового соглашения в суде общей юрисдикции по сути является заключением соглашения о разделе общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ). Учитывая схожесть признаков такого соглашения с признаками брачного договора (статья 40 СК РФ), к спорной сделке подлежали применению правила указанных договорных конструкций (статья 5 СК РФ).

Мировое соглашение связывает только супругов, при этом ухудшение имущественного положения супруга-должника в результате исполнения такого договора не влечет правовых последствий для не участвовавших в нем кредиторов должника (пункт 3 статьи 308 ГК РФ). Из этого же определения следует, что принцип общеобязательности в таком случае не имеет определяющего значения. Для кредитора не меняется статус общего имущества супругов, которое было разделено путем заключения и утверждения мирового соглашения.

Принимая во внимание, что раздел имущества путем заключения в суде мирового соглашения имеет больше онтологических сходств с заключением соглашения о разделе имущества вне судебных процедур, нежели с разделом имущества в судебном порядке путем вынесения решения по существу спора, суд исходит из того, что интересы кредитора должны в подобных случаях обеспечиваться также, как и для случаев внесудебного раздела имущества (абзац 3 пункта 9 постановления № 48). При ином подходе смысл разъяснений указанного пункта постановления № 48, разграничивающих судебный и внесудебный порядок раздела имущества, утрачивал бы свое значение. Ведь по существу заключение мирового соглашения в суде равносильно внесудебному соглашению о разделе имущества, а причины разграничения судебного и внесудебного порядка раздела имущества проистекают не из публично-процедурного критерия участия в этом суда при осуществлении процессуальной деятельности и применении процессуального закона, а из частного материального-правового критерия, выражающегося в проявлении свободной автономии воли супругов, оказывающих


правоизменяющее воздействие на существующие между ними правоотношения в своем интересе, не ограничиваясь интересами кредитора.

Утверждение мирового соглашения судом является лишь формальной стороной в разделе имущества, в обоих случаях раздел осуществляется по воле самих супругов, исходя из их интересов, которые объективно противопоставляются интересам кредитора.

С учетом выводов, изложенных в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20.12.2016 N 10-КГ16-5, кредитор в подобных случаях не обязан оспаривать мировое соглашение путем обжалования судебного акта, поскольку он вправе требовать от должника исполнения обязательства независимо от этого обстоятельства.

При этом из упомянутого определения от 24.09.2018 N 304-ЭС18-4364 не следует, что мотивы принятого определения были связаны с наличием или отсутствием факта расторжения брака. Также в пункте 9 постановления № 48 нет оговорок о том, что этот факт может иметь какое-либо правовое значение для применения изложенных в нем разъяснений. Основания для дифференцирования изложенного подхода в зависимости от расторжения брака отсутствуют. В рамках рассмотренного Судебной коллегией конкретного спора брак не был расторгнут по причине того, что супруги в ходе раздела имущества в судебном порядке отказались от расторжения брака, представив на утверждение мировое соглашение о разделе имущества. При этом было установлено, что единственной целью заключения мирового соглашения являлось его сокрытие от обращения взыскания со стороны кредиторов. Таким образом, в указанном конкретном споре поведение супругов оценивалось на предмет добросовестности и установления истинных преследуемых ими целей.

Таким образом, поскольку статус залогового имущества как общего имущества супругов для кредитора не изменился, оно подлежит реализации в рамках настоящего дела с предоставлением кредитору преимуществ из залога перед другими кредиторами.

Более того, сами супруги Г-вы в мировом соглашении определили, что регистрация права собственности ФИО2 осуществляется только после окончания выплат по кредитному договору № <***> от 10.07.2014. Между тем долг по указанному договору ещё не погашен в полном объёме и на дату рассмотрения спора согласно сведениям единого государственного реестра недвижимости режим собственности на залоговую квартиру не изменился. Поэтому в любом случае должник по настоящему делу остается созаемщиком и созалогодателем залоговой квартиры.

В связи с чем требования кредитора по кредитному договору № <***> от 10.07.2014 являются обеспеченными залогом вышеуказанной квартиры и имеют залоговый статус.

Доводы апеллянта не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения.

Ссылка апеллянта на судебную практику отклоняются, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам, с учетом представленных доказательств.

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства по делу и с учетом этого, правильно применены нормы Закона о банкротстве.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого определения не имеется.


Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «17» апреля 2023 года по делу № А33-7135/2022к1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий В.В. Радзиховская Судьи: И.Н. Бутина И.В. Яковенко