Постановление от 12 февраля 2023 г. по делу № А56-30154/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-30154/2020
12 февраля 2023 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Серебровой А.Ю.

судей Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1

при участии:

конкурсного управляющего ООО «СЛАВСТРОЙ» ФИО2 (по паспорту),

от ФИО3 – представитель по доверенности от 08.07.2021, ФИО4 по доверенности от 08.07.2021


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-41434/2022) ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2022 по делу № А56-30154/2020/суб.1 (судья Даценко А.С.), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Стройквадро» о привлечении руководителей должника к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СЛАВСТРОЙ»

ответчики:

1. ФИО3;

2. ФИО5;

3. ФИО6,

о привлечении к субсидиарной ответственности и приостановлении производства по обособленному спору,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «СТОЙКВАДРО» (далее – ООО «СТРОЙУВАДРО», Компания) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Славстрой» (далее – ООО «Славстрой», должник, Общество) несостоятельным (банкротом), заявление принято к производству суда определением от 21.05.2020.

Определением от 09.08.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО2.

ООО «СТРОЙУВАДРО» 07.12.2020 обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО6, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и просила взыскать с них в свою пользу 857 799 руб. 04 коп., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, установленные статьей 395 ГК РФ на сумму в размере 857 799 руб. 04 коп. за период со дня вынесения судебного акта до дня исполнения решения суда о привлечении к субсидиарной ответственности.

В обоснование заявления его податель сослался на положения статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», полагая, что в данном случае имеется презумпция вины руководителя должника в его банкротстве по причине отсутствия документации о деятельности должника.

Конкурсный кредитор полагал, что отсутствие документов не позволяет отыскать имущество должника, сведения о котором отражены в его бухгалтерском балансе и сформировать за счет него конкурсную массу.

Также Компания сослалась на совершение ответчиками экономически невгодных сделок по перечислению с расчетного счета Общества в период с 01.01.2017 по 01.08.2020 суммы в размере 19 737 430 руб. в отсутствие оправдательных документов: 1 538 206 руб. перечислено ФИО3 и ФИО5 в пользу ФИО3; ФИО5 перечислены 1 318 686 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «КИС»; 1 744 811 руб. – в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЮТ»; 1 700 616 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «АГАТ».; в сумму 3 753 413 руб. в период с 12.02.2020 по 21.02.2020 – в адрес индивидуальных предпринимателей.

Заявитель отметил факт перечислений в период руководства Обществом ФИО5 и ФИО6 2 076 414 руб. (с 12.03.2020 по 16.04.2020) в пользу 23 физических лиц денежных средств со ссылкой на зачисление на карту заработной платы при том, что по сведениями, представленным Пенсионным фондом РФ Обществом в период с марта по апрель 2020 года был застрахован 1 человек, сведения об уплате НДФЛ отсутствуют.

Кроме того, Компания сослалась на факты снятия в период руководства Общества ФИО3 наличных денежных средств ФИО7 в период с 14.09.2015 по 03.08.2016 в общей сумме 2 600 000 руб. с назначением на хозяйственные расходы и выплату заработной платы.

Размер субсидиарной ответственности определен исходя из суммы требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также текущих расходов в процедуре наблюдения.

Решением от 15.01.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Определением от 10.12.2022 установлены основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. В части определения размера субсидиарной ответственности, производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Суд первой инстанции указал на нарушение ФИО5 положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и непредставление документации должника, что установлено определением от 22.02.2022, принятым в обособленном споре № А56-30154/2020/истр.1.

Суд согласился с доводами заявителя о совершении контролирующими Общество лицами от его имени экономически невыгодных сделок, что установлено определением от 04.02.2022, принятым в обособленном споре №А56-30154/2020/сд.1; а также с учетом действий по перечислению от имени должника денежных средств в пользу ООО «КИС», ООО «ЮТ», ООО «АГАТ» и иных лиц в период с 01.01.2017 по 01.08.2020 на общую сумму 19 737 430 руб., то есть в период, когда руководство Общества последовательно осуществлялось всеми тремя ответчиками.

На определение от 10.12.2022 подана апелляционная жалоба ФИО3, который просит отменить обжалуемый судебный акт в части привлечения его к субсидиарной ответственности и в этой части в удовлетворении заявления отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель ссылается на преждевременное обращение Компании с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в том числе до вынесения судебного акта о признании недействительной сделки должника в деле о банкротстве, на который сослался суд.

ФИО3 отрицает свое отношение к совершению платежей, признанных недействительными сделками в деле о банкротстве, ссылаясь на то, что 13.02.2020 передал вновь назначенному руководителю ФИО5 корпоративную банковскую карту и бухгалтерскую документацию, настаивает на том, что хищение денежных средств совершено ФИО5 и неустановленным лицом.

Ответчик ссылается на то, что судом не установлен факт искажения документации должника, нарушений прав кредиторов, нарушений при внесении сведений в государственные реестры.

ФИО3 отмечает, что перечисление денежных средств в пользу ООО «КИС», ООО «ЮТ», ООО «АГАТ» имело место в период руководства Обществом ФИО5, а не ФИО3 Иных конкретных получателей денежных средств судом не указано.

К судебному заседанию ФИО3 представил ходатайство о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации о соответствии Конституции Российской Федерации положений норм статей 61.11, 61.16 Закона о банкротстве в части, устанавливающий коллективную ответственность лиц, входящих в органы управления юридического лица, при отсутствии их вины. Для направления запроса ФИО3 просил приостановить производство по делу.

Между тем, из содержания приведенных норм не следует, что ответственность к контролирующим должника лицам может применяться при отсутствии вины. Привлекая ФИО3 к субсидиарной ответственности суд установил наличие его вины в невозможности осуществления расчетов с кредиторами исходя из наличия неопровергнутых ответчиком презумпций, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы подателя жалобы сводятся к несогласию с выводами суда и подлежат проверке в апелляционном порядке.

Оснований для направления запроса в Конституционный Суд Российской Федерации и приостановлении производства по делу не имеется.

В удовлетворении ходатайства ответчика с учетом мнения конкурсного управляющего, судом апелляционной инстанции отказано.

По существу доводов апелляционной жалобы, представители ФИО3 поддержали ее доводы.

Конкурсный управляющий против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Возражений против проверки законности и обоснованности определения суда в обжалуемой части не заявлено. Дело рассмотрено в порядке части 5 статьи 268 АПК РФ.

Проверив законность и обоснованность определения суда, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения.


В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 28.05.2003, основным видом деятельности в ЕГРЮЛ является деятельность автомобильного грузового транспорта (указанные сведения внесены 20.02.2020).

С момента создания Общества его руководителем и единственным участником являлся ФИО3

Решением от 12.02.2020 ФИО3 как единственный участник Общества снял с себя полномочия руководителя и избрал на эту должность ФИО5

ФИО5 как единственным участником Общества принято решение от 16.03.2020 о снятии с себя полномочий его руководителя и о назначении на должность директора ФИО6

Впоследствии, решением от 10.04.2020 ФИО5 приняла решение об освобождении ФИО6 от исполнения обязанностей руководителя Общества и вновь приняла их на себя.

С 20.02.2020 в ЕГРЮЛ внесены сведения о ФИО5 как директоре и единственном участнике Общества.

Возбуждение дела о банкротстве в пользу Общества имело место по заявлению Компании в связи с неисполнением обязательств по договору подряда от 05.05.2014 № 11/05-14 по оплате за работы, выполненные в сентябре, ноябре 2014 года по устройству полимербетонного покрытия на объекте: Жилой дом со встроенными помещениями по адресу: Санкт-Петербург, Петергофское шоссе, участок 32 (севернее пересечения с улицей Пограничника Гарькавого) <...>.

Наличие задолженности установлено решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.10.2018 по делу №А56-97916/2018.

Таким образом, обстоятельства, послужившие основанием для возбуждения в отношении Общества дела о банкротстве возникли в период осуществления руководства им ФИО3. В.В.

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона или документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В основание выводов суда о наличии презумпции вины ФИО3 в невозможности осуществления Обществом расчетов с кредиторами положен факт совершения от имени Общества экономические невыгодных сделок по списанию денежных средств при отсутствии встречного предоставления.

Вступившими в законную силу судебными актами - определением от 04.02.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.10.2022 по обособленному спору №А56-30154/2020/сд.1, признаны недействительными сделками действия по снятию денежных средств с расчетного счета Общества. Судами установлено, что указанные действия совершены ФИО3

В силу части 2 статьи 69, статьи 16 АПК РФ, указанные выводы имеют преюдициальное значение и не могут быть пересмотрены в рамках данного судебного спора. Возражения ответчика со ссылкой на хищение денежных средств с использованием выданной на его имя корпоративной карты заявлялись ответчиков в обособленном споре об оспаривании платежей, и, вопреки доводам подателя жалобы, были мотивировано отклонены судами.

Суды приняли во внимание, что корпоративная банковская карта являлась именной, следовательно, права ее держателя, по условиям представленных в материалы дела правил использования банковских карт, не могли передаваться ответчиком в пользу иных лиц, и именно ФИО3 несет ответственность за использование корпоративной банковской карты.

Каких-либо доказательств хищения банковской карты у ФИО3 последним не представлено, соответствующих заявлений в правоохранительные органы в период совершения спорных платежей не подавалось. В ходе рассмотрения обособленного спора в отношении признания платежей недействительными сделками, судами установлено, что АО «Альфа-Банк» и ПАО «Банк «Санкт-Петербург» осведомлены о смене руководителя Общества с ФИО3 На ФИО5 лишь после совершения спорных платежей.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума №53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из разъяснений пункта 19 постановления Пленума №53 следует, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

ФИО3 подобных возражений при рассмотрении спора не представил.

При этом Компания, при обращении в суд, обосновала заявленные к ФИО3 требования фактами систематического списания с расчетного счета должника денежных средств при отсутствии встречного предоставления, что является очевидно убыточным для Общества, и опровержения данного обстоятельства ФИО3 не представил ни в отношении платежей, признанных в ходе дела о банкротстве недействительными сделками, ни в отношении иных списаний.

Как указано в разъяснениях пункта 23 постановления Пленума № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Конкретные платежи, совершенные с расчетного счета при отсутствии встречного предоставления, которые послужили основанием для презумпции применения субсидиарной ответственности в отношении ФИО3 поименованы в заявлении Компании и факт их совершения подтвержден представленной в материалы дела банковской выпиской.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства извещения кредитных организаций о прекращении полномочий ФИО3 в качестве руководителя должника лишь после совершения спорных списаний, смену руководителя Общества на ФИО5 в преддверии банкротства, отсутствие сведений об осуществлении Обществом реальной хозяйственной деятельности после прекращения полномочий по управлению им ФИО3 (отсутствие бухгалтерской отчетности Общества, минимальная списочная численность его работников), смена руководителя носила формальный характер и иные ответчики, кроме ФИО3 являлись лишь номинальными руководителями Общества).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об ответственности ФИО3 за деятельность должника в период осуществления оспариваемых списаний и установил основания для привлечения его к субсидиарной ответственности, применив презумпцию вины контролирующего должника лица в связи с обстоятельствами, предусмотренными пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, являющиеся основанием для применения к контролирующим должника лицам субсидиарной ответственности устанавливаются на момент рассмотрения соответствующего обособленного спора судом, и не зависят от обстоятельств формирования конкурсной массы (последнее имеет значение лишь в отношении размера субсидиарной ответственности), доводы подателя жалобы о том, что привлечение его к субсидиарной ответственности являлось преждевременным, не могут быть приняты.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение суда первой инстанции в обжалуемой части является законным и обоснованным, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.12.2022 по делу №А56-30154/2020/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

А.Ю. Сереброва

Судьи

Е.В. Бударина


Н.А. Морозова