Постановление от 5 марта 2021 г. по делу № А40-176381/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-2980/2021

Дело № А40-176381/20
г. Москва
05 марта 2021 года
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

судьи Яковлевой Л.Г. (единолично),

рассмотрев апелляционную жалобу АО "Медторгсервис"

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 22.12.2020 по делу № А40-176381/20

по иску Акционерного общества "Медторгсервис"

к Обществу с ограниченной ответственностью "Капитал медицинское страхование"

третье лицо – ТФОМС Республики Северная Осетия-Алания

о взыскании задолженности,

без вызова сторон,



У С Т А Н О В И Л:

АО "Медторгсервис" (истец) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ООО "Капитал медицинское страхование" (ответчик) о взыскании задолженности за оказанные медицинские услуги по договору № 140 от 29.12.2017 г. за период с ноябрь 2018 г. – март 2019 г. в размере 589 477, 55 руб.

Решением от 22.12.2020 Арбитражный суд г. Москвы отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судом решением, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить как принятое с нарушением норм права.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ, апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Дело рассмотрено без вызова лиц, участвующих в деле, в соответствии со ст. 272.1 АПК РФ. Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте суда www.9aas.arbitr.ru, а также в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268, 272.1 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, считает, что оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда города Москвы не имеется.

Согласно материалам дела, между сторонами заключен Договор на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию N 140 от 29.12.2017 г., 01.11.2018 г. дополнительным соглашением №2 в связи с внесением в ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации изменения наименования Страховая медицинская организация была переименована в ООО «Капитал Медицинское Страхование». Оказание медицинской помощи осуществляется Медицинской организацией на основании лицензии N ЛО-68-01-001029 от 27.07.17.

Истец в установленном порядке с сопроводительным письмом от 07.04.2020 в адрес ответчика направил счета на оплату оказанной медицинской помощи в период времени с ноября 2018 года по март 2019 года включительно.

Поскольку ответчиком услуги оплачены не были, истец обратился в Арбитражный суд г. Москвы с исковыми требованиями.

Суд первой инстанции, правильно применив нормы права, верно установив обстоятельства дела, правомерно и обоснованно удовлетворил заявленные требования.

Доводы жалобы о том, что сторонами по договору не подписан акт, подтверждающий ликвидацию взаимной задолженности при расторжении договора, а перечисление ответчиком 300 351, 85 руб. не является окончательным расчётом и погашением задолженности, не принимаются апелляционным судом, ввиду следующего.

Из материалов дела следует, что платёжным поручением от 14.02.2020 № 2563 ответчик перечислил истцу 300 351,85 руб. за оказанную им медицинскую помощь в декабре 2019 года. Декабрь 2019 года являлся последним месяцем действия договора.

При этом, при расчёте размера перечисления денежных средств за оказанную истцом медицинскую помощь в декабре 2019 года, ответчик ликвидировал задолженность истца в размере 23 631,05 руб. (уменьшил оплату на эту сумму), образовавшуюся по результатам применения ответчиком к истцу финансовых санкций за допущенные нарушения условий договора в отношении объёмов, сроков, качества и условий предоставления застрахованным гражданам медицинской помощи, на основании актов экспертизы качества медицинской помощи.

Назначение платежа, по указанному платёжному поручению, а именно: «Финансирование в рамках ТП ОМС за медицинские услуги за январь 2020 г.» не свидетельствует о том, что оплата была произведена именно за оказанные истцом медицинские услуги в январе 2020 года, поскольку указанным платёжным поручением был оплачен выставленный истцом в январе 2020 года счёт на оплату № 150140S1500220011 от 23.01.2020 за оказанную медицинскую помощь в период с 25.12.2019 по 31.12.2020. То есть, фактически оплата была произведена за оказанную медицинскую помощь в декабре 2019 года. Письмо истца от 27.01.2020 № 2 со счётом и платёжным поручением подтверждают указанное.

Указанные обстоятельства истцом не оспаривались.

Письмом от 16.03.2020 № 02/393 (получено ответчиком 25.03.2020, что подтверждается отметкой истца на уведомлении о почтовом отправлении) ответчик, в лице филиала в Республике Северная Осетия-Алания, обратил внимание истца на то, что им акты сверок взаиморасчётов с ноября 2018 года по январь 2020 года не возвращались, договор расторгнут, окончательный расчёт произведён, что не оспаривается истцом.

Необходимо отметить, что сам факт систематического невозвращения истцом подписанных с его стороны актов сверок взаиморасчётов за длительный период времени, сам по себе подтверждает недобросовестное поведение истца.

По условиям пункта 5.12 действующих ранее договоров, истец был обязан проводить ежемесячно на 1 число месяца, следующего за отчётным, а также ежегодно по состоянию на конец финансового года сверку расчётов с ответчиком и направлять подписанный (в том числе с разногласиями) акт ответчику в течение 5 рабочих дней после получения данного акта от ответчика.

При этом истец, получив письмо от 16.03.2020 № 02/393, не выразил (ответом на указанное письмо) своего несогласия с тем, что им акты сверок взаиморасчётов с ноября 2018 года по январь 2020 года в филиал Общества в Республике Северная Осетия-Алания не возвращались, в связи с тем, что он их не получал.

Таким образом, акты сверок взаиморасчётов, в том числе и по результату окончательного расчёта и ликвидации взаимной дебиторской и кредиторской задолженности после расторжения договора, истцом были получены.

Кроме того в апелляционной жалобе истец сам подтверждает факт получения им актов сверки и их не подписания со своей стороны.

Кроме того истец не оспаривает тот факт, что договор от 29.12.2018 № 140 прекратил своё действие с 01.01.2020.

Таким образом, обязательства сторон по договору от 29.12.2018 № 140, были прекращены, в части основных условий договора, с 01.01.2020.

Факт проведения окончательного расчёта, после расторжения договора, подтверждается платёжным поручением от 14.02.2020 № 2563 на сумму 300 351, 85 руб.

Факт не подписания истцом акта сверки сам по себе не свидетельствует о не проведении ответчиком окончательного расчёта после расторжения договора и наличии задолженности ответчика перед истцом, исходя из указанных выше обстоятельств, а также из следующего.

Истец, зная, что между сторонами отсутствуют договорные правоотношения с 01.01.2020, с письмом от 07.04.2020 № 8 направил ответчику документы для оплаты счетов за пролеченных пациентов в период с ноября 2018 года по март 2020 года включительно, при том, что в период (с 01.01.2020 по 14.02.2020) проведения ответчиком процедуры окончательного расчёта и ликвидации взаимной дебиторской и кредиторской задолженности при расторжении договора, не выражал своего несогласия по неоплаченной ответчиком медицинской помощи, оказанной в эти периоды времени.

Истец, письмом от 25.02.2020 № МТС 20/02, обращался в Комиссию по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования с просьбой рассмотреть вопрос о подаче отдельных счетов-реестров в отношении пациентки ФИО1 в страховую медицинскую организацию согласно территории страхования и выданных страховых полисов, либо о возможности проведения соответствующих взаиморасчётов между ТФОМС и страховой медицинской организацией.

При этом истцом не предъявлено доказательств, что Комиссией принято положительное решение по поставленным истцом вопросам.

Кроме того, из решений Комиссии по разработке территориальной программы обязательного медицинского страхования, оформленных Протоколом № 13 от 20.12.2019, на которые истец ссылается (письмо от 07.04.2020 № 8), как на основания для предъявления к оплате счетов за оказанную медицинскую помощь в период времени с ноября 2018 года по март 2019 года включительно и их оплаты ответчиком, не следует, что решения приняты в отношении оказанной медицинской помощи истцом пациентам ФИО1, ФИО2 в период времени с ноября 2018 года по март 2019 года включительно (спорные по настоящему делу случаи оказания медицинской помощи), поскольку решениями Комиссии:

- поручено СМО провести экспертизу реестров счетов, по результатам которойрешить вопрос их оплаты за оказанные услуги по проведению диализа в пределахустановленных финансовых средств (п. 8.1 решения по вопросу № 8);

- разрешено перераспределить финансовые средства и объёмы медицинской помощи вколичестве 22 случаев гемодиализа из дневного стационара на амбулаторный диализ пофилиалу ООО ВТБ Медицинское страхование (п. 8.2 решения по вопросу № 8);

- поручено СМО провести целевую экспертизу причины несвоевременного представления на оплату счета за оказанную в первом квартале 2019 года медицинскую помощь застрахованным лицам - ФИО1, ФИО2, ФИО3, после чего решить вопрос оплаты (решение по вопросу № 20).

Доводы истца о том, что в нарушение указания Комиссии ответчиком (в период действия договора) целевая экспертиза проведена не была, не имеет юридического значения, поскольку поручение Комиссии провести целевую экспертизу причины несвоевременного представления на оплату счета за оказанную в первом квартале 2019 года медицинскую помощь было дано не в отношении счетов на пациентов ФИО1, ФИО2 (спорных по настоящему делу), а в отношении счетов на иных лиц - ФИО1, ФИО2, ФИО3.

Кроме того, истец направил ответчику документы для оплаты счетов за пролеченных пациентов в период с ноября 2018 года по март 2020 года включительно не сразу после даты оформления указанного протокола Комиссии, а именно в период действия договора, и не в период (с 01.01.2020 по 14.02.2020) проведения ответчиком процедуры окончательного расчёта и ликвидации взаимной дебиторской и кредиторской задолженности при расторжении договора, а за пределами этих сроков, т.е. когда обязательства сторон по договору от 29.12.2018 № 140 были прекращены.

При этом, при должной осмотрительности и соблюдении добросовестного поведения, истец имел в полной мере возможность в период действия договора или в период окончательного расчёта и ликвидации взаимной дебиторской и кредиторской задолженности при расторжении договора, представить ответчику документы для оплаты счетов за пролеченных пациентов в период с ноября 2018 года по март 2020 года включительно, чего сделано не было.

В силу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

Документы для оплаты счетов за пролеченных пациентов в период с ноября 2018 года по март 2020 года включительно истцом были направлены, когда обязательства сторон по договору от 29.12.2018 № 140 были прекращены, следовательно, обязательств ответчика перед истцом не имелось.

Учитывая изложенное, довод истца о том, что факт направления истцом документов для оплаты счетов за пределами сроков действия договора и периода проведения процедуры окончательного расчёта и ликвидации взаимной дебиторской и кредиторской задолженности при расторжении договора, не может служить законным основанием в отказе от их принятия, является необоснованным.

Относительно пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», необходимо указать следующее.

Согласно правовой позиции, сформированной в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 года № 35 «О последствиях расторжения договора», разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.).

Исходя из предмета и оснований настоящего иска, применительно к вышеуказанной правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, должником выступает ответчик.

Следовательно, поскольку договор был расторгнут, а истец направил ответчику документы для оплаты счетов за пределами срока действия договора, постольку прекращена обязанность ответчика, с момента расторжения договора, оплачивать полученные от истца счета, что являлось ранее предметом договора.

Довод истца о том, что он не оспаривал расторжение договорных правоотношений, а оспаривал действия ответчика, удержавшего помимо процедуры банкротства средства за оказанные услуги, в связи с чем, судом первой инстанции незаконно сделан вывод о том, что обстоятельства введения процедуры банкротства - наблюдения в отношении истца не приняты во внимание, является необоснованным.

Согласно иску, в отношении АО «Медторгсервис» определением арбитражного суда Московской области от 22.04.2029 по делу № А41-10731/2019 вынесено определение о введении процедуры банкротства - наблюдение.

Основываясь на п. 1 ст. 63, п. 1 ст. 94 ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)» истец считает, что ответчик, злоупотребляя правом, получил преимущественное удовлетворение перед иными кредиторами должника, выразившееся в удержании денежных средств по услугам, оказанным истцом.

Пунктом 1 статьи 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения наступают следующие последствия:

требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику;

по ходатайству кредитора приостанавливается производство по делам, связанным с взысканием с должника денежных средств. Кредитор в этом случае вправе предъявить свои требования к должнику в порядке, установленном настоящим Федеральным законом;

приостанавливается исполнение исполнительных документов по имущественным взысканиям, в том числе снимаются аресты на имущество должника и иные ограничения в части распоряжения имуществом должника, наложенные в ходе исполнительного производства, за исключением исполнительных документов, выданных на основании вступивших в законную силу до даты введения наблюдения судебных актов о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате компенсации сверх возмещения вреда. Основанием для приостановления исполнения исполнительных документов является определение арбитражного суда о введении наблюдения;

не допускаются удовлетворение требований учредителя (участника) должника о выделе доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выкуп либо приобретение должником размещенных акций или выплата действительной стоимости доли (пая);

не допускается прекращение денежных обязательств должника путем зачета встречного однородного требования, если при этом нарушается установленная пунктом 4 статьи 134 настоящего Федерального закона очередность удовлетворения требований кредиторов. При прекращении обязательств из финансовых договоров и определении нетто-обязательства в порядке, предусмотренном статьей 4.1 настоящего Федерального закона, указанный запрет не применяется;

не допускается изъятие собственником имущества должника - унитарного предприятия принадлежащего должнику имущества;

не допускается выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника;

не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Пунктом 1 статьи 94 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлены аналогичные последствия введения внешнего управления.

Приведённые правовые нормы не содержит таких последствий, наступающих с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения, и с момента введения внешнего управления, как запрет на расторжение договорных правоотношений по основаниям, установленным условиями договора.

Учитывая фактические обстоятельства спора - неоплата счетов за оказанные услуги, которые были предъявлены за пределами срока действия договора, который был расторгнут по основаниям прямо установленных в договоре (пункт 13 договора), суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание довод истца о неправомерном удержании ответчиком, помимо процедуры банкротства, спорных по настоящему делу денежных средств, поскольку пункт 1 стати 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не содержит таких последствий, наступающих с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения, как запрет на расторжение договорных правоотношений по основаниям, установленным условиями договора.

Ссылки истца на то, что пациенты по ошибке электронной программы были включены не в базу пациентов ответчика, а в базу пациентов ТФОМС, что ответчик в письме от 12.03.2020 № 02/367 подтвердил факт оказания спорных услуг, сами по себе не являются правовыми основаниями для ответчика оплачивать полученные счета от истца в период, когда между сторонами не имелось договорных правоотношений.

При этом необходимо учесть, что оплата за оказанную медицинскую помощь производится не из собственных средств ответчика, из целевых средств обязательного медицинского страхования, которые ответчик получает из территориального фонда обязательного медицинского страхования. В свою очередь территориальный фонд ОМС выделяет целевые средства на оплату оказанной медицинской помощи медицинской организацией только в рамках исполнения страховой медицинской организацией своих обязательств по договору, заключённого с медицинской организацией. Отсутствие договорных отношений между медицинской организацией и страховой медицинской организацией не порождает права для страховой медицинской организации запрашивать средства для оплаты оказанных услуг медицинской организаций, и не порождает обязанности для территориального фонда выделять целевые средства для оплаты (статья 14, статьи 37 - 39 Федерального закона от 29.11.2010 №326-Ф3 «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации»).

Учитывая изложенное в совокупности, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции с учетом положения ч. 1 ст. 71 АПК РФ применительно к конкретным обстоятельствам настоящего дела, правомерно и обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, связанные с иной оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и иным толкованием норм права, не опровергают правильные выводы суда и не свидетельствуют о судебной ошибке.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, соответствует материалам дела и действующему законодательству, в связи с чем отмене не подлежит.

Обстоятельств, являющихся безусловным основанием в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Расходы по уплате госпошлины распределяются согласно ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ч. 3 ст. 229, ст.ст. 266, 268, 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л :

решение Арбитражного суда г. Москвы от 22.12.2020 по делу № А40-176381/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.




Судья: Л.Г. Яковлева