Постановление от 21 октября 2019 г. по делу № А46-15615/2018

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-15615/2018
21 октября 2019 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бодунковой С.А.

судей Смольниковой М.В., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-12630/2019) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 27 августа 2019 года по делу № А46-15615/2018 (судья Горобец Н.А.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Дорожно-строительная Передвижная механизированная колонна «Седельниковская» ФИО3 к ФИО2 о признании недействительными сделок должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Дорожно-строительная Передвижная механизированная колонна «Седельниковская» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 - представитель ФИО4 (по доверенности от 15.05.2019, сроком действия 3 года).

установил:

общество с ограниченной ответственностью Сибирский банк «Сириус» в лице конкурсного управляющего ФИО5 (далее – ООО СБ «Сириус», Банк, кредитор) 10.09.2018 обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением к должнику закрытому акционерному обществу «Дорожно-строительная Передвижная механизированная колонна «Седельниковская» (далее - ЗАО «ДСПМК «Седельниковская», должник) о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Омской области от 17.09.2018 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу № А46-15615/2018, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований кредитора к должнику.

Определением Арбитражного суда Омской области от 14.11.2018 заявление ООО СБ «Сириус» о признании ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным; в отношении ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» введена процедура наблюдения сроком до 07.03.2019; в третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» включено требование ООО СБ «Сириус» в сумме 30 000 000 руб. (основной долг); временным управляющим ЗАО «ДСПИК «Седельниковская» утверждена ФИО3.

21.12.2018 общество с ограниченной ответственностью «Арбитр Консалт» (далее - ООО «Арбитр Консалт», Общество, заявитель, кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве в рамках дела № А46- 15615/2018 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «ДСПМК «Седельниковская».

Определением Арбитражного суда Омской области от 07.02.2019 произведена процессуальная замена конкурсного кредитора ООО Сибирский банк «Сириус» на процессуального правопреемника ООО «Арбитр Консалт» в реестре требований кредиторов ЗАО «ДСПМК «Седельниковская».

Решением Арбитражного суда Омской области от 28.02.2019 (резолютивная часть решения оглашена 21.02.2019) ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком 21.06.2019, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3.

22.03.2019 конкурсный управляющий ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» - ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи объектов недвижимого имущества № 06/17/КП от 12.09.2017, № 07/17/кп от 13.09.2017, № 05/17/кп от 12.09.2017 заключенных между ФИО2 и ЗАО «ДСПМК «Седельниковская».

Определением Арбитражного суда Омской области от 27.08.2019 заявление конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворено.

Признаны недействительными сделками передачи недвижимого имущества ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» в собственность ФИО2:

- по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества № 06/17/КП от 12.09.2017 в отношении жилого помещения – квартира, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 55 20 23000256, расположена на третьем этаже трехэтажного дома, состоит из трех комнат общей площадью 66,80 кв.м.;

- по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества № 07/17/кп от 13.09.2017 в отношении недвижимого имущества – земельный участок, расположенный по адресу: <...> восточнее с. Седельниково, кадастровый номер 55 25 03 15 02 53, общая площадь 26054 кв., категория земель: земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для космической деятельности – для ведения производственной деятельности;

- по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества № 05/17/кп от 12.09.2017 в отношении жилого помещения – квартира, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 55 20 23001405, расположена на втором этаже двухэтажного дома, общей площадью 58,60 кв.м.

Применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» ФИО2 следующего недвижимого имущества:

- жилого помещения – квартира, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 55 20 23000256, расположена на третьем этаже трехэтажного дома, состоит из трех комнат общей площадью 66,80 кв.м.;

- недвижимого имущества – земельный участок, расположенный по адресу: <...> восточнее с. Седельниково, кадастровый номер 55 25 03 15 02 53, общая площадь 26054 кв., категория земель: земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для космической деятельности – для ведения производственной деятельности;

- жилого помещения – квартира, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 55 20 23001405, расположена на втором этаже двухэтажного дома, общей площадью 58,60 кв.м.

С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскано 9 000 руб., из которых: 6 000 руб. за рассмотрение заявления об оспаривании сделки, 3 000 руб. – за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, ФИО2 (далее - ФИО2, заявитель, податель жалобы) обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что судом необоснованно сделан вывод о наличии у должника на момент совершения оспариваемых сделок задолженности по налогам в размере 12 026 000 руб. 77 коп. перед уполномоченным органом, установленной протоколом о наложении ареста на имущество б/н от 14.03.2017, поскольку указанный протокол был составлен за 6 месяцев до совершения оспариваемых сделок и не может достоверно свидетельствовать о наличии задолженности к сентябрю 2017 года. При этом полагает, что протокол ареста имущества от 05.03.2018 по причине наличия у должника задолженность по налогам в размере 3 384 342 руб. 14 коп. свидетельствует о том, что за период с марта 2017 года по март 2018 года обязанности по уплате должником исполнялись, хоть и с нарушением установленных сроков, но из представленных протоколов невозможно точно установить имелась ли у должника задолженность по налогам именно в момент совершения сделок, в силу чего заявителем конкретных доказательств об имеющейся задолженности по налогам на момент совершения оспариваемых сделок в суд не предоставлялось. Ссылку суда на тот факт, что у должника также имелась задолженность в размере 1 200 000 руб. перед ООО «СМУ-7» на момент совершения оспариваемых сделок также считает недоказанной и необоснованной, так как указанная задолженность, в виде взыскания неустойки по договору поставки, возникла у должника на основании определения Арбитражного суда Томской области от 18.04.2018 по делу № А67-3255/2018 в связи с заключением мирового соглашения (исковое заявление подано 05.04.2018), то есть по истечении 7 месяцев после совершения оспариваемых сделок. При указанных обстоятельствах полагает, что в связи с отсутствием на момент совершения оспариваемых сделок действий Сибирского банка «Сириус» как кредитора должника по взысканию задолженности и недоказанностью других обязательств должника перед ООО «СМУ-7» и налоговым органом, с учетом того что сделки были совершены до момента принятия заявления о признании банкротом ЗАО ДСПМК «Седельниковская» (17.09.2018), введения стадии наблюдения, открытия конкурсного производства и их опубликовании в средствах массовой информации, ФИО2, являясь матерью директора должника, как заинтересованное лицо, действовала добросовестно и не знала и не имела возможности узнать о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не дана правовая оценка представленным в материалы дела со стороны ответчика доказательства отсутствия ущерба для должника в результате заключенных сделок, что подтверждается бухгалтерской отчетностью за 2016 год, а также сведениям о наличии финансовой возможности у ФИО2 приобретения указанного имущества и наличия взаимоотношений с должником по поводу использования техники по договору аренды.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2019 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 15.10.2019.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просит его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Омской области от 27.08.2019 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 12.09.2017 по 13.09.2017 между ЗАО ДСПМК «Седельниковская» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен ряд договор купли-продажи, а именно:

- договор купли-продажи объекта недвижимого имущества № 06/17/КП от 12.09.2017 в отношении жилого помещения – квартира, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 55 20 23000256, расположена на третьем этаже трехэтажного дома, состоит из трех комнат общей площадью 66,80 кв.м. Стоимость указанного объекта недвижимости определена сторонами в размере 450 000 руб.;

- договор купли-продажи объекта недвижимого имущества № 05/17/кп от 12.09.2017 в отношении жилого помещения – квартира, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 55 20 23001405, расположена на втором этаже двухэтажного дома, общей площадью 58,60 кв.м. Стоимость указанного объекта недвижимости определена сторонами в размере 450 000 руб.;

- договор купли-продажи объекта недвижимого имущества № 07/17/кп от 13.09.2017 в отношении недвижимого имущества – земельный участок, расположенный по адресу: <...> восточнее с. Седельниково, кадастровый номер 55 25 03 15 02 53, общая площадь 26054 кв., категория земель: земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для космической деятельности – для ведения производственной деятельности Стоимость указанного объекта недвижимости определена сторонами в размере 150 000 руб.

Полагая указанные договоры купли-продажи недвижимого имущества заключены при отсутствии равноценного встречного предоставления по сделкам с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в совокупности с недобросовестным поведением ответчика, запрет которого отражен в положениях статьи 10 ГК РФ, конкурсный управляющий должника обратился с настоящим заявлением о признании указанных сделок недействительными и применении последствий их недействительности в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива, аффилированность покупателя - в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названных сделок, в связи с чем суд пришел к выводу о наличии у оспариваемых сделок состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поддерживая указанный вывод, апелляционная коллегия отмечает следующее.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Согласно статье 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суду установить следующие объективные факторы: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность должна иметься в нарушение интересов должника.

В силу норм пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как следует из положений пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23 декабря 2010 года «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Правовым обоснований заявленных требований конкурсным управляющим должника указаны нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 ГК РФ.

Дело о банкротстве ЗАО ДСПМК «Седельниковская» было возбуждено определением от 17.09.2018, оспариваемые договоры купли-продажи заключены 12.09.2017, 12.09.2017 и 13.09.2017, соответственно подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование совершения оспариваемой сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов конкурсный управляющий должника указал, что данная сделка совершена между фактически аффилированными лицами в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности и отсутствия доказательств равноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

Так, на основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135- ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 308-ЭС16-20056, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

Материалами дела подтверждается и подателем жалобы не оспаривается наличие между заинтересованности между сторонами сделки с учетом доказанности родственных связей, а именно: ответчик – ФИО2 является матерью бывшего руководителя должника – ФИО6, что подтверждается представленной в материалы дела копией свидетельства о рождении ФИО6, а также ответом и органов ЗАГСа по запросу суда.

Являясь матерью бывшего руководителя должника, ФИО2 действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, должна была знать как о наличии признаков неплатежеспособности должника, так и о намерении должника вывести ликвидное имущество от возможной его реализации в счет расчетов с кредиторами должника.

Как следует из материалов настоящего обособленного спора, на дату заключения оспариваемых сделок, ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» имело неисполненные обязательства перед:

- Сибирский банк «Сириус» (общество с ограниченной ответственностью) в размере 30 000 000 руб., срок исполнения обязательств по кредитному договору от 28.04.2015 № <***> наступил 28.10.2016 (включено в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда Омской области от 14.11.2018 по № А46-15615/2018);

- ООО «СМУ-7» на основании определения Арбитражного суда Томской области от 18.04.2018 по делу №А67-3255/2018 в размере 1 200 000 руб. в отсутствие какого-либо имущества на ее погашение (включено в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда Омской области от 11.06.2019 по № А46-15615/2018);

- ФНС России в размере 12 026 000 руб. 77 коп., что подтверждается протоколом о наложении ареста на имущество б/н от 14.03.2017(включено в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда Омской области от 07.02.2019 по № А46-15615/2018).

Вопреки доводам подателя жалобы наличие судебного акта о взыскании задолженности представляет собой констатацию наличия задолженности у контрагента в судебном порядке, предполагающий возможность его исполнения в принудительном порядке, в том числе посредством обращения взыскания на имущество должника. При этом срок возникновения обязательств по уплате задолженности перед конкретным лицом определяется условиями гражданско-правового договора по согласованию сторон. Таким образом, факт наличия задолженности перед ООО «СМУ-7» вытекает из условий по договору поставки от 05.03.2017 № 05/03-п.

При этом податель жалобы утверждает об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент совершения спорных платежей.

Согласно определениям, приведенным в статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Довод апеллянта о платежеспособности должника со ссылкой на бухгалтерскую отчетность должника за 2016 год, не имеет правового значения, поскольку не опровергает установленного судом факта прекращения исполнения должником денежных обязательств перед его контрагентами, повлекшее за собой возбуждение дела о банкротстве в отношении ЗАО «ДСПМК «Седельниковская».

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) указал, что не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Более того, факт наличия у должника за шесть месяцев до возбуждения дела о банкротстве признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества установлен и подтвержден вступившими в законную силу судебными актами об оспаривании сделок должника, принятыми в рамках настоящего дела о банкротстве ЗАО «ДСПМК «Седельниковская».

Действующее процессуальное законодательство не допускает возможности принятия противоречивых судебных актов, чем обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В любом случае, частичное гашение обязательств перед контрагентами, в том числе перед теми, чьи требования в последующем установлены в реестр требований, не опровергает установленную недостаточность денежных средств.

Прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, вопреки доводам подателя жалобы, в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве свидетельствует о неплатежеспособности должника. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В рассматриваемом случае иная причина прекращения исполнения должником денежных обязательств перед кредиторами не доказана, в связи с чем суд апелляционной инстанции исходит из наличия у должника признаков неплатежеспособности в период совершения оспариваемых сделок.

Из изложенного следует, что должник осуществлял отчуждение имущества в связи с невозможностью удовлетворения требований кредиторов и в целях его сокрытия от взыскания кредиторами.

Доказательств того, что должник добросовестно принял меры к восполнению объема своего имущества в целях дальнейших расчетов с кредиторами (взамен выбывшего), в материалы дела не представлено (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод апелляционной жалобы относительно того, что Сибирский банк «Сириус» не обращался за взысканием задолженности с ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» по кредитному договору № <***> также не имеет самостоятельного значения для опровержения факта неплатежеспособности должника на момент совершения спорных сделок, поскольку взыскание задолженности в судебном порядке не является обязательным. Напротив, в бухгалтерской отчетности должника за 2016 год указано на наличие задолженности перед указанным кредитором на 30 000 000 руб., что также подтверждается подателем жалобы. Указание ответчиком на наличие у должника дебиторской задолженности в значительном размере также не может свидетельствовать о стабильном финансовом состоянии.

Довод подателя жалобы о том, что спорная сделка совершена до введения в отношении ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» процедуры наблюдения, соответственно, и до признания ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» несостоятельным (банкротом) основан на неверном толковании норм права и отклоняется судом апелляционной инстанции.

Поскольку положениями Закона о банкротстве прямо предусмотрено, в частности статьей 61.2, что для целей квалификации обстоятельств, подлежащих доказыванию, необходимо соотнести дату совершения спорной сделки с моментом принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, то момент введения в отношении должника процедуры наблюдения не имеет самостоятельного значения в рассматриваемом случае.

При установленном и не опровергаемом сторонами факте аффилированности между сторонами осведомленность ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности предполагается, обратного не доказано.

Таким образом, доводов, опровергающих указанные выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Соответственно, в период осуществления спорных платежей, у ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» имелись обязательства перед рядом кредиторов, срок исполнения которых наступил; при этом имущества и денежных средств в объеме, достаточном для произведения расчета со всеми контрагентами, у должника не имелось.

Вместе с тем, указанное обстоятельство само по себе достаточным основанием для признания оспариваемых сделок недействительными не является.

Конкурсный управляющий полагает, что неравноценность встречного предоставления по оспариваемым сделкам заключается в отсутствии оплаты, несмотря на указание в договоре о том, что ЗАО «ДСПМК «Седельниковская» получило до подписания договоров от ФИО2 деньги в общей сложности 1 050 000 руб. за проданное недвижимое имущество.

Конкурсный управляющий должника поясняет, что не имеется поступлений ни на расчетный счет должника указанной суммы от покупателя, ни в кассу ЗАО «ДСПМК «Седельниковская».

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Таким образом, договоры купли-продажи являются сделками, обычно предусматривающими равноценное встречное исполнение обязательств его сторонами.

Как было указано выше, по условия договоров купли-продажи от 12.09.2017 и 13.09.2017 продавец день в сумме 450 000 руб., 150 000 руб. и 450 000 руб. соответственно получил от покупателя до подписания настоящих договоров (пункт 3.2).

Согласно пункта 3.3 спорных договоров расчет по договору осуществляется по согласованию сторон одним из следующих способов:

- передача покупателем наличных денежных средств в кассу продавца подтверждением оплаты будет являться предоставление финансовых документов, подтверждающих факт внесения денежных средств в кассу продавца;

- перечисление покупателем денежных средств в валюте Российской Федерации (рубль) на расчетный счет продавца. Подтверждением оплаты будет являться предоставление финансовых документов, подтверждающих факт перечисления денежных средств на расчетный счет продавца;

- иным способом, не запрещенным действующим законодательством РФ.

Согласно отзыву и дополнениям к нему ФИО2 указывает, что согласно акту сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2016 года у должника имелась неоплаченная задолженность перед ИП ФИО2 в размере 10 760 059 руб. 39 коп. Данная задолженность образовалась в связи с неполной оплатой арендной платы за пользование транспортными средствами на протяжении около 3-х лет (в период 2009-2012 годов).

Спорное недвижимое имущество должником в своей хозяйственной деятельности не использовалось, и он фактически нес только расходы на его содержание и оплату налогов. В квартирах, ранее использовавшихся должником для предоставления жилья работникам, на протяжении долгого времени никто не проживал. Земельным участком, где ранее располагался завод АБЗ, должник также не пользовался, так как деятельность по производству асфальта прекратил более 10 лет назад и производил основные работы на нефтяных месторождениях в Томской области.

Оплата указанных объектов недвижимого имущества была произведена между сторонами путем проведения взаимозачета, который в силу гражданского законодательства является одной из форм расчетов, что подтверждается соглашением о проведении зачета встречных требований от 30.09.2017.

Так согласно пункту 1.1 соглашения стороны зачли взаимные обязательства на сумму 1 050 000 руб. по спорным договорам и акту сверки от 31.12.2016.

Между тем, ответчиком не представлено доказательств реального наличия и однородности принятых к зачету требований (с учетом отсутствия доказательств рыночной стоимости проданного недвижимого имущества), а также экономической целесообразности аренды должником транспортных средств у ответчика в указанном количестве с учетом сведений о наличии в собственности должника собственных транспортных средств в большом количестве и неплатежеспособности последнего не только на дату заключения спорных договоров, но и непосредственно на момент произведения расчета.

Причины длительного невзыскания задолженности по арендной плате (с 2009 года) в существенном размере (более 10 млн.) ответчиком не объяснены, объективных документов, подтверждающих ее наличие, не представлено. Сведения о том, использовались ли в действительности ли транспортные средства и спецтехника, каким образом оформлялся отпуск транспортного средства на время личного использования должником, а также учет расходных материалов, ГСМ, технического состояния объекта аренды, отсутствуют.

Вопреки доводам подателя жалобы, акт сверки не является документом первичного бухгалтерского учета, поскольку составляется по усмотрению сторон, тем более с учет их аффилированности.

Кроме того, как указывалось ранее, согласно условий спорного договора, стороны предусмотрели, что деньги в размере 450 000 руб., 150 000 руб. и 450 000 руб. продавец получил еще до момента подписания договора, в то время как соглашение о зачете, предположительно свидетельствующее об оплате, датировано только 30.09.2017, то есть значительно позже дат подписания договора купли-продажи.

Представленные в материалы дела копии объявлений, опубликованных в печатных газетных изданиях, не содержат сведений о стоимости продажи спорной квартиры, а сведения о проведении ответчиком капитального ремонта спорного недвижимого имущества, кроме устных пояснений, объективными доказательствами не подтверждены.

Кроме того, в материалы дела ФИО2 не представлено надлежащих доказательств в обоснование финансовой возможности приобретения указанного имущества.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что правоустанавливающие документы на транспортные средства сами по себе не подтверждают получение физическим лицом ФИО2 дохода, позволяющего сделать вывод о наличии финансовой возможности лично у нее приобрести дорогостоящее имущество.

Иных доказательств (например, выписка о движении денежных средств по счету ответчика, договоры, в том числе по аренде техники, с иными контрагентами и доказательства произведения оплаты по ним) ответчиком не представлено.

Указанное позволяет прийти к выводу о реализации сторонами сделок намерения реализовать имущество без равноценного встречного предоставления.

Учитывая, что в рассматриваемом случае применению подлежит презумпция осведомленности другой стороны сделки должника о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2 должна была знать об ущемлении интересов кредиторов и о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Между тем ФИО2 в материалы настоящего обособленного спора не представлено доказательств, исключающих ее осведомленность о заключении спорного договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вопреки доводам ФИО2, достоверных доказательств того, за период после приобретения указанного имущества увеличение цены было вызвано какими-либо объективными причинами, в том числе в связи улучшениями объектов недвижимости по результатам действий ФИО2 не имеется.

Иного из материалов дела не следует, подателем жалобы не доказано.

Суд апелляционной инстанции полагает, что совокупность обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве материалами дела подтверждена.

При таких обстоятельствах заключенные с ФИО2 договоры купли-продажи от 12.09.2017, 12.09.2017 и 13.09.2017 подлежит признанию недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10, 168 ГК РФ).

При этом положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ основаниями для признания сделок недействительными.

Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с неравноценным встречным предоставлением одновременно по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в законную силу судебного акта о признании ее недействительной, что недопустимо (определение Верховного Суда РФ от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1) по делу № А41-20524/2016).

Между тем, конкурсным управляющим в материалы дела не представлены какие-либо доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при совершении оспариваемой сделки, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В своем заявлении конкурсный управляющий лишь сослался на нормы статей 10, 168 ГК РФ, однако в чем именно выражается выход дефектов спорной сделки за пределы сделок с целью причинения вреда кредиторам, он не обосновал.

С учетом изложенного следует заключить, что заявителем не доказано наличие оснований для признания недействительной спорной сделки как ничтожной со ссылкой на статьи 10, 168 ГК РФ.

Апелляционная жалоба не содержит самостоятельных возражений против выводов суда о применении последствий недействительности сделки. В отсутствие соответствующих возражений суд апелляционной инстанции в этой части определение не проверяет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 27 августа 2019 года по делу № А46-15615/2018 (судья Горобец Н.А.) оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-12630/2019) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

С.А. Бодункова

Судьи

М.В. Смольникова

Н.А. Шарова