Постановление от 30 ноября 2018 г. по делу № А60-67869/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-7419/18

Екатеринбург

30 ноября 2018 г. Дело № А60-67869/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2018 г. Постановление изготовлено в полном объеме 30 ноября 2018 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Полуяктова А.С., судей Соловцова С.Н., Купреенкова В.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Главы крестьянского (фермерского) хозяйства Тюрниной Ксении Борисовны на решение Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2018 по делу № А60-67869/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представитель акционерного общества «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» имени Ф.Э. Дзержинского» – Чебыкин Е.В. (доверенность от 07.02.2018, паспорт), а также Глава крестьянского (фермерского) хозяйства Тюрнина К.Б. – лично.

Глава фермерского хозяйства Тюрнина К.Б. обратилась в арбитражный суд с иском к акционерному обществу «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» о государственной регистрации перехода права собственности на здание конторы общей площадью 54,2 кв. м, расположенное по адресу: Свердловская область, Пригородный район, д. Новая, ул. Заречная, 5, от ответчика к Тюрниной К.Б. без государственной регистрации ранее возникшего права.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области.


Решением суда от 24.03.2018 (судья Сидорская Ю.М.) в иске отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2018 (судьи Макаров Т.В., Дюкин В.Ю., Скромова Ю.В.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе глава фермерского хозяйства Тюрнина К.Б. просит указанные судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Так, заявитель утверждает, что настоящее дело рассмотрено в отсутствие лица, участвующего в деле и не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания: а именно, утверждает, что суд первой инстанции в предварительном судебном заседании 15.02.2018 определил привлечь к участию в деле третьего лица – Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области, а в определении о назначении дела к судебному разбирательству и привлечении третьего лица суд указал о привлечении в качестве третьего лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области. Заявитель также ссылается на незаконность отказа суда апелляционной инстанции в принятии дополнений к апелляционной жалобе по мотиву отсутствия доказательств вручения их копии ответчику, а также содержащих новые доводы, поданные по истечении срока на апелляционное обжалование.

Глава фермерского хозяйства Тюрнина К.Б. считает, что вывод судов о том, что ответчик осуществил отчуждение спорного объекта в объеме представленных ему правопредшественником прав на упомянутый объект, сделан без учета разъяснений, содержащихся в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». Заявитель утверждает, что участники гражданского оборота не могут передавать право собственности в том или ином объеме по своему усмотрению; они не вправе по своему усмотрению определять, распространить им на какой-либо объект режим недвижимости или нет, не вправе решать, продать ли им конкретный объект как недвижимый или как движимый, а, следовательно, распространение на конкретный объект правового режима недвижимости определяется его физическими свойствами или прямым указанием закона, а не зависит от волеизъявления сторон, в силу чего выводы суда о допустимости такого подхода основаны на неправильном применении норм материального права.

Заявитель полагает, что судами неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, и нарушены правила оценки доказательств, в частности утверждает, что в нарушение части 2 статьи 64, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, во исполнение определения суда от 16.02.2018 истцом было представлено


заключение кадастрового инженера от 19.03.2018, оценка которому судами не была дана. Заявитель выражает несогласие с выводом суда апелляционной инстанции о том, что доводы о наличии у спорного здания признаков недвижимого имущества не имеют значения для разрешения спора. Заявитель также отмечает, что исходя из письменных пояснений ответчика следует, что у спорного здания конторы отсутствует полноценный фундамент, указывающий на прочную связь с землей, поскольку в техническом паспорте указано на осадку углов, гниль столбов, гниль нижних бревен, из чего следует, что здание сооружено не на полноценном фундаменте, а на деревянных столбах, расположенных по углам строения. Глава фермерского хозяйства Тюрнина К.Б. поясняет, что действующим законодательством не установлены такие категории, как полноценный или неполноценный фундамент, а действующими нормативно-правовыми актами фундаменты разделены на виды, которыми являются: 1) столбчатые деревянные, 2) столбчатые каменные, 3) ленточные каменные, 4) ленточные крупноблочные и 5) свайные столбчатые бетонные и железобетонные (ВСН 53-86(р). Заявитель утверждает, что спорное здание само является деревянным, его стены выполнены из бревен, поэтому и его фундамент выполнен из соответствующего материала, срок службы которого соответствует сроку службы остальных конструкций здания, что подтверждается техническим паспортом здания (раздел IV), из которого следует, что износ фундамента равен износу стен и сопоставим с износом и всех остальных конструктивных элементов, в силу чего нет никакого экономического смысла сооружать под зданием фундамент, срок службы которого будет превышать срок эксплуатации самого здания. Заявитель также отмечает, что в письменных пояснениях ответчик указал, что здание конторы было отчуждено истцу в объеме предоставленных ответчику правопредшественником прав на него за соответствующую такому сооружению цену - 40 521 руб. 20 коп. При этом заявитель указывает, что сведения о том, что указанная цена является соответствующей именно для движимого объекта, ответчиком ранее не предоставлялись, такой аргумент им не приводился и судом в предварительном судебном заседании данное обстоятельство в качестве имеющего значение для рассмотрения дела не определялось и не обсуждалось. Глава фермерского хозяйства Тюрнина К.Б. утверждает, что вывод о том, что стоимость здания конторы в размере 40 521 руб. 20 коп. соответствует цене не объекта недвижимости, а временного сооружения, противоречит материалам дела, указывая, что согласно заключенному сторонами договору купли-продажи, стоимость, например, силосной ямы площадью застройки 771 кв.м составляет 20 260,60 руб., здания зернового склада общей площадью 943,5 кв.м - 22 644,20 руб., здания автовесовой с навесом - 35 754 руб., здания зернодробилки - 25 027,80 руб., здания гаража на 12 автомашин общей площадью 722,6 кв.м - 9 534,40 руб., здания телятника с пристроями, общей площадью 1018 кв.м - 3 575,40 руб., здания столовой общей площадью 142,8 кв.м - 26 219,60 руб., одной артезианской скважины глубиной 100 м - 23 835 руб., другой артезианской скважины глубиной 100м -35 754 руб.,


водопроводной сети протяженностью 1 137 м - 1,19 руб. При этом заявитель указывает, что все указанные здания и сооружения являются объектами недвижимости, что не оспаривалось ответчиком, и переход права собственности на них от продавца к покупателю зарегистрирован в установленном порядке, из этого очевидно следует, что сама по себе величина цены того или иного объекта не является показателем капитальности или некапитальности этого сооружения.

Глава фермерского хозяйства Тюрнина К.Б. также отмечает, что вопреки позиции судов об отсутствии доказательств нарушения действиями ответчика, основанными на имеющихся в распоряжении ответчика документами о правовом статусе спорного объекта, прав истца, в отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на здание конторы заявитель не может ни приобрести права на занимаемый конторой земельный участок, ни осуществить кадастровый учет этого здания, отмечая, что уже обращался и в администрацию с заявлением о предоставлении земельного участка, и в орган кадастрового учета за постановкой объекта на кадастровый учет, но в обоих случаях было отказано ввиду отсутствия документов, свидетельствующих о наличии у истца права собственности на спорное здание конторы.

Касательно необходимости уплаты денежных средств в размере 40 521 руб. 20 коп. за здание, которое предназначалось под снос, заявитель отмечает, что судебные акты не содержат выводов об экономической либо иной целесообразности таких действий для покупателя.

Заявитель считает, что, поскольку в отношении здания конторы в 2003 году был осуществлен государственный технический учет, осуществляемый только в отношении недвижимых объектов, что подтверждается техническим паспортом, в силу закона - взаимосвязанных положений п. 1 ст. 130 ПС РФ, ч. 4 ст. 69 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» п. 10 ст. 33 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», пп. 1,10 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ, п. 1,3 Положения о техническом учете - здание конторы является ранее учтенным объектом недвижимости. Заявитель утверждает, что судами также не дана оценка доводам о том, что, поскольку правовой режим недвижимых и движимых вещей согласно закону определяется либо их физическими свойствами, либо прямым указанием закона на то, что данная вещь является недвижимостью, правовой режим здания конторы сформировался не в момент передачи его ответчику в ходе приватизации в 2008 году, а в момент создания данного объекта и поступления его в государственную собственность. Заявитель также утверждает, что судами не дана оценка тому факту, что в заключенном сторонами договоре купли-продажи спорное здание конторы указано в пункте 1, в котором перечислены отчуждаемые объекты недвижимости.

В отзыве на кассационную жалобу акционерное общество «Научно- производственная корпорация «Уралвагонзавод» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.


При рассмотрении спора судами установлено следующее.

Акционерное общество «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» имени Ф.Э.Дзержинского» (продавец) и глава крестьянского (фермерского) хозяйства Тюрнина К.Б. 10.12.2014 заключили договор № 511сб/61 купли-продажи сельскохозяйственного комплекса, состоящего из объектов недвижимого и движимого имущества в количестве 34 наименований (п. 1 договора), в том числе объект № 31 - здание конторы, расположенное по адресу: Свердловская область, Пригородный район, д. Новая; инвентарный № 11049107. Стоимость здания конторы согласована сторонами в размере 40 521 руб. 20 коп.

Пунктом 3 договора предусмотрено, что продавец производит передачу имущества покупателю одновременно с подписанием настоящего договора путем подписания акта приема-передачи.

Переход права собственности на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии. Документы на государственную регистрацию права собственности стороны подают в течение 5 рабочих дней с момента поступления денежных средств на расчетный счет продавца (пункт 4 договора).

После подачи документов на государственную регистрацию права собственности на объекты недвижимого имущества продавец обязуется передать покупателю по акту приема-передачи всю имеющуюся у него техническую, инвентарную, кадастровую, межевую и землеустроительную документацию на проданные объекты недвижимого и движимого имущества (пункт 5 договора).

Сторонами 10.12.2014 подписан акт приема-передачи имущества.

Покупатель обязательства по оплате имущества выполнил в полном объеме и в установленный договором срок, в силу чего договор купли-продажи от 10.12.2014 № 511сб/61 фактически сторонами был исполнен.

В отношении 28 объектов недвижимого имущества, являющихся предметом упомянутого договора, произведена государственная регистрация перехода права собственности.

Ссылаясь на то, что при подаче заявлений о государственной регистрации перехода права собственности на другие объекты в отношении здания конторы (объект № 31 в пункте 1 заключенного сторонами договора) такое заявление подано не было, истец обратился в суд с соответствующим требованием.

В обоснование заявленных требований истец указывал, что в январе 2015 года продавец по акту приема-передачи передал покупателю межевые, кадастровые и технические документы на проданные объекты. Среди прочих документов по данному акту был передан технический паспорт здания нежилого назначения (строения) на контору, расположенную по адресу: Пригородный район, д. Новая, ул. Заречная, 5, составленный ДСОГУП «Бюро технической инвентаризации и регистрации недвижимости» Пригородного района Свердловской области, по состоянию на 05.08.2003. Полагая, что


осуществление технического учета свидетельствует, о наличии у спорного объекта признаков недвижимого имущества, покупатель направил в адрес продавца претензию от 30.11.2016 с требованием организовать предоставление необходимых документов на государственную регистрацию перехода права собственности на здание конторы.

Письмом от 02.02.2017 № 61-07/0024 продавец отказался удовлетворить претензию, ссылаясь на то, что на момент приобретения сельскохозяйственного комплекса покупатель был осведомлен о том, что здание конторы не оформлено как объект недвижимости и предназначалось продавцом под снос, однако согласился приобрести данное имущество в качестве движимого.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения покупателя в арбитражный суд с иском о государственной регистрации перехода права собственности на здание конторы.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку спорное здание было передано ответчику при приватизации не как объект недвижимости, не проходило процедуру государственной регистрации, то и по условиям заключенного с истцом договора здание конторы было передано как объект, не относящийся к недвижимости. Суд также указал, что спорный объект не был зарегистрирован в качестве недвижимости за правопредшественником ответчика - Российской Федерацией, в отношении указанного объекта не проводились кадастровые работы, объект не внесен в государственный кадастр как объект недвижимости, у ответчика отсутствуют права на земельный участок, на котором расположен спорный объект. Опровергая позицию истца по делу, суд первой инстанции указал, что ответчик осуществил отчуждение спорного объекта в объеме представленных ему правопредшественником прав на упомянутый объект, а также за соразмерную такому сооружению цену - 40 521 руб. 20 коп.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал в полном объеме.

Рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, в порядке, установленном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции считает, что решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене, дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые


акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли требование удовлетворению.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, а также мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 6 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в редакции, действовавшей на момент заключения сторонами договора купли - продажи) права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу настоящего Федерального закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной настоящим Федеральным законом.

Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей. Государственная регистрация возникшего до введения в действие настоящего Федерального закона права на объект недвижимого имущества требуется при государственной регистрации возникших после введения в действие настоящего Федерального закона перехода данного права, его ограничения (обременения) или совершенной после введения в действие настоящего Федерального закона сделки с объектом недвижимого имущества (пункта 2 названной статьи).

Согласно пункту 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Для признания недвижимым имущества как объекта гражданских прав необходимо подтверждение того, что данный объект был создан именно как недвижимость в установленном законом и иными правовыми актами порядке с получением необходимой разрешительной документации и с соблюдением градостроительных норм и правил.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами,


осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами (пункт 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Регистрация объектов, не являющихся недвижимостью, законом не предусмотрена.

В силу статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности (пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу требований пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» (в редакции, действовавшей на момент заключения сторонами договора купли - продажи) государственная регистрация перехода права собственности по договору проводится на основании заявлений сторон договора.

Поскольку по делу заявлен иск о государственной регистрации перехода права собственности на спорное здание конторы как на недвижимое имущество, вопрос отнесения спорного объекта к недвижимости входит в предмет доказывания по настоящему делу.

Из материалов дела следует, что 14.03.2018 истец представил в суд первой инстанции письменные пояснения относительно наличия признаков недвижимости у здания конторы, к которым прилагалось, среди прочих документов, заключение кадастрового инженера от 19.03.2018 с приложениями – проектом схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории и копией квалификационного аттестата (том 1, л.д. 144-150).

Согласно указанному заключению кадастрового инженера данное здание имеет все технические характеристики здания капитального типа – фундамент, стены достаточной прочности и теплоизоляции (бревна диаметром 24 см), крышу, полы, перегородки, перекрытия с утеплителем, внутреннюю отделку и инженерное обеспечение – печное отопление, электричество, внутренний водопровод. Нормативный срок службы здания – 50 лет. Конструкция здания представляет собой традиционный для сельской местности Урала тип деревенского здания – избу, строения такого типа широко распространены в деревнях, используются в качестве жилых домов и нежилых помещений (магазины, административные здания и т.д.).

Из абзаца 6 заключения кадастрового инженера следует, что указанное здание прочно связано с землей, его конструкция не предусматривает возможности его перемещения ни целиком, что полностью исключено, ни


путем разбора и сбора, поскольку не является мобильным зданием сбросно-разборного типа из-за невозможности его разбора без причинения несоразмерного ущерба его конструктивным элементам, а также ввиду сопоставимости стоимости таких работ со стоимостью самого здания. Таким образом, кадастровый инженер пришел к выводу, что перемещение здания без причинения несоразмерного ущерба его назначению невозможно.

Однако данное заключение кадастрового инженера, находящееся в материалах дела, в нарушение части 1 статьи 168, пунктов 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судами первой и апелляционной инстанций не исследовалось, обжалуемые судебные акты не содержат ни результатов оценки судами заключения кадастрового инженера, ни каких-либо суждений о том, почему данное доказательство оставлено судами без внимания.

Между тем указанное заключение как письменное доказательство содержит сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора.

Кроме этого, согласно части 4 статьи 69 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ технический учет или государственный учет объектов недвижимости, в том числе осуществленные в установленном законодательством Российской Федерации порядке до дня вступления в силу Федерального закона от 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», признается юридически действительным, и такие объекты считаются ранее учтенными объектами недвижимого имущества.

Из материалов дела следует, что истец неоднократно ссылался в обоснование своей позиции по делу на технический паспорт здания нежилого назначения (строения) – спорной конторы (том 1, л.д 110), составленный по состоянию на 05.08.2003, утверждая, что согласно данным технического паспорта указанное здание обладает всеми необходимыми техническими характеристиками, свидетельствующими о прочной связи спорного объекта с землей и невозможности его перемещения без несоразмерного ущерба. Истец также указывал, что по состоянию на 05.08.2003 в отношении здания конторы ДСОГУП «Бюро технической инвентаризации и регистрации недвижимости» Пригородного района Свердловской области была проведена техническая инвентаризация, результатом которой по ранее действовавшему законодательству явился государственный технический учет объекта недвижимости.

Однако в нарушение статей 71, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данные доводы истца не получили надлежащей правовой оценки.

Помимо этого, в обоснование отказа в удовлетворении исковых требований суды сослались на то обстоятельство, что поскольку спорное здание было передано ответчику при приватизации государственного имущества не как объект недвижимости, то, соответственно, и по условиям заключенного с


истцом договора здание конторы было передано последнему как объект, не относящийся к недвижимости.

Между тем, данный вывод судов о том, что ответчик осуществил отчуждение спорного объекта в объеме предоставленных ему правопредшественником прав на упомянутый объект, сделан без учета разъяснений, содержащихся в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 ГК РФ), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 ГК РФ). По смыслу статьи 131 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 1 статьи 130 ГК РФ). Поэтому, в частности, являются недвижимыми вещами здания и сооружения, построенные до введения системы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, даже в том случае, если ранее возникшие права на них не зарегистрированы.

По смыслу вышеизложенных разъяснений, распространение на конкретный объект правового режима, относящегося к недвижимому имуществу, определяется не волеизъявлением сторон, а природными (физическими) свойствами вещи или указанием закона. Поэтому указание в документах о приватизации или договоре купли-продажи на то, что спорный объект не относится к объектам недвижимости, само по себе не означает, что вещь не обладает признаками недвижимого имущества и не может быть отнесена к таковому, а переход прав по ней – не подлежит государственной регистрации.

Кроме того, в соответствии с частью 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Из текста обжалуемых судебных актов следует, что суды пришли к выводу о том, что ответчик осуществил отчуждение спорного объекта в качестве движимого имущества за соразмерную такому сооружению цену – 40 521 руб. 20 коп.


Однако суды не указали, на основании каких документов ими был сделан данный вывод о соразмерности цены спорного объекта цене движимого имущества.

Вместе с тем, в кассационной жалобе истец приводит сведения о том, что цена спорного объекта в размере 40 521 руб. 20 коп. соразмерна стоимости объектов недвижимости, отчужденных по договору купли-продажи от 10.12.2014 № 511сб/61.

Суд кассационной инстанции соглашается с доводом заявителя жалобы о том, что сама по себе величина цены того или иного объекта не может свидетельствовать об относимости или неотносимости вещи к недвижимому имуществу, поскольку такой признак недвижимого имущества не назван в законе (ст. 130 ГК РФ).

Кроме того, суд кассационной инстанции также не может согласиться с выводом суда апелляционной инстанции об отсутствии доказательств нарушения действиями ответчика прав истца. Из пояснений истца следует, что он обращался в администрацию с заявлениями о предоставлении земельного участка, а также в орган кадастрового учета за постановкой объекта на кадастровый учет, но в обоих случаях было отказано ввиду отсутствия документов, свидетельствующих о наличии у истца права собственности на спорное здание конторы, в подтверждение чего истцом в апелляционную инстанцию были представлены дополнительные доказательства, которые были приняты, но не оценены судом апелляционной инстанции.

В связи с изложенным суд округа не может признать обоснованными и мотивированными выводы суда первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении иска о государственной регистрации перехода права собственности на здание конторы.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу предоставленных ему полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку доводам и доказательствам, представленным лицами, участвующими в деле, с учетом требований, установленных статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и разрешить спор в соответствии с действующим законодательством.

Суд кассационной инстанции также отмечает, что довод заявителя жалобы о том, что настоящее дело рассмотрено в отсутствие лица, участвующего в деле и не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания: а именно, указание о том, что суд первой инстанции в предварительном судебном заседании 15.02.2018 определил привлечь к


участию в деле третьего лица – Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Свердловской области, а в определении о назначении дела к судебному разбирательству и привлечении третьего лица суд указал о привлечении в качестве третьего лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области, не подтвержден материалами дела, опровергается аудиозаписью судебного заседания, в связи с чем отклонен судом кассационной инстанции.

Руководствуясь ст.ст. 286- 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2018 по делу № А60-67869/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2018 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.С. Полуяктов

Судьи С.Н. Соловцов

В.А. Купреенков