Постановление от 14 августа 2025 г. по делу № А32-5311/2025

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-5311/2025
город Ростов-на-Дону
15 августа 2025 года
15АП-7146/2025

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Абраменко Р.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу ФИО1

на решение Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-5311/2025 (резолютивная часть от 31.03.2025) по иску общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к ФИО1 (ИНН <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (далее - истец, общество, ООО «Зингер СПб») обратилось в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее - ответчик, ФИО1) о взыскании компенсации за незаконное использование товарных знаков № 266060, № 293431 в размере 20 000 руб., судебных издержек за приобретение товара в размере 80 руб., почтовых расходов 140 руб. (с учетом уточнений исковых требований, произведенных в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.11.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 25.12.2024 арбитражное дело № А57-26910/2024 передано на рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

При передаче дела по компетенции арбитражный суд заново принимает исковое заявление, рассмотрение спора начинается сначала, что следует из положений части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. То обстоятельство, что до передачи дела по подсудности суд перешел к его рассмотрению по общим правилам искового производства, не имеет правового значения, поскольку после передачи дела по подсудности данное дело рассматривается судом с самого начала (по аналогии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе судом заново

определяется в каком порядке должно быть рассмотрено дело (искового производства или упрощенного производства).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 31.01.2025 исковое заявление ООО «Зингер СПб» о взыскании с ФИО1 компенсации за незаконное использование товарных знаков № 266060, № 293431 в размере 20 000 руб., судебных издержек за приобретение товара в размере 80 руб., почтовых расходов 140 руб. принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Делу присвоен номер А32-5311/2025.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства согласно правилам, предусмотренным положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

31.03.2025 судом первой инстанции принято решение путем подписания резолютивной части, в соответствии с которой с ФИО1 в пользу ООО «Зингер СПб» взыскана компенсация в размере 20 000 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 2 000 руб., судебные издержки в размере 440 руб.

22.05.2025 в связи с подачей апелляционной жалобы судом первой инстанции изготовлено мотивированное решение.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2025 исправлена опечатка в резолютивной части от 31.03.2025 и резолютивной части мотивированного решения от 22.05.2025, изложив первый абзац в следующей редакции: «Взыскать с ФИО1 (ИНН <***> ОГРНИП <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПб» (ИНН <***> ОГРН <***>) компенсацию в размере 20 000 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 2 000 руб., судебные издержки в размере 220 руб.».

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обжаловал его в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель просил решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указывает, что с 30.03.2021 прекратила свою предпринимательскую деятельность, соответственно, не могла нарушить исключительные права каких-либо правообладателей. Кто это мог делать от ее имени предприниматель не знает и считает, что данное обстоятельство подлежит выяснению правоохранительными органами. Непосредственно после прекращения предпринимательской деятельности она переехала из г. Балаково Саратовской области в Краснодарский край, где и проживает по настоящее время. Поскольку с момента окончания предпринимательской деятельности со стороны ФИО1 до момента подачи искового заявления по настоящему делу прошло уже более трех лет, то к данным правоотношениям необходимо применить сроки исковой давности. Суд первой инстанции неправомерно рассмотрел дело в порядке упрощенного производства.

В отзыве на апелляционную жалобу истец возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства,

рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Апелляционная жалоба рассмотрена без вызова сторон.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Зингер СПб» является правообладателем на товарные знаки:

1. № 266060 по свидетельству Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам.

2. № 293431 по свидетельству Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам.

17.10.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: <...> установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО1 товара - маникюрные инструменты.

Истец указывает, что индивидуальный предприниматель при продаже товара использовал товарные знаки, размещенные на товаре, исключительное право использования которых принадлежит ООО «Зингер СПб». Разрешение на такое использование объектов интеллектуальной собственности, путем заключения соответствующего договора, предусмотренного статьей 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик не получал.

ООО «Зингер СПб» полагает, что использование ответчиком обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками № 266060 и № 293431, расположенных на спорном товаре, следует квалифицировать как нарушение ответчиком исключительных прав истца на данные товарные знаки.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании компенсации и понесенных расходов.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия

правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из положений статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им

лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу части 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, свидетельствует об их контрафактности.

Обращаясь в суд с иском о защите нарушенного права, истец должен доказать факт нарушения его исключительных прав именно ответчиком.

В данном случае истец является правообладателем товарного знака в виде словесного обозначения "ZINGER" зарегистрированного по свидетельству № 266060 в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, со сроком действия исключительного права до 03.07.2030 в отношении товаров 06, 08, 14, 21, 26 классов Международной Классификации Товаров и Услуг (далее - МКТУ) и услуг 35, 44 классов МКТУ.

Также ООО «Зингер СПб» является правообладателем товарного знака в виде обозначения "Z" зарегистрированного по свидетельству № 293431 в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 02.08.2005, со сроком действия исключительного права до 25.06.2034 в отношении товаров 08, 14, 21, 26, 35 классов МКТУ.

Совокупностью представленных истцом доказательств подтверждено, что 17.10.2022 ответчиком по договору розничной купли-продажи реализован товар - маникюрный инструмент (пинцет), на упаковке которого присутствуют словесное обозначение "ZINGER" и обозначение "Z".

Факт заключения сделки розничной купли-продажи подтвержден товарным чеком от 17.10.2022, представленным в материалы дела (л.д.27). Выданный истцу товарный чек имеет все необходимые реквизиты, содержит наименование, количество и стоимость реализуемого товара, оттиск печати предпринимателя с указанием его данных, подписи продавца.

В свою очередь, ФИО1 опровергает факт продажи товара с признаками контрафактности, поскольку с 30.03.2021 прекратила свою предпринимательскую деятельность, соответственно, кто это мог делать от ее имени ответчик не знает и считает, что данное обстоятельство подлежит выяснению правоохранительными органами.

Вместе с тем товарный чек от 17.10.2022 содержит печать ответчика - ИП ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН: <***>).

Данный факт ответчик не оспорил.

Оттиск печати главным своим назначением имеет заверение подписи должностного лица от имени хозяйствующего субъекта на том или ином документе, в связи с чем предполагает особый порядок ее хранения и использования, который устанавливается каждым хозяйствующим субъектом самостоятельно, данный порядок должен предполагать исключение возможности несанкционированного доступа к оттиску печати неуполномоченными лицами.

Ответчик несет ответственность за использование собственной печати, и, как следствие, риск за неправомерное использование ее другими лицами. При доступе физического лица к печати хозяйствующего субъекта и при отсутствии заявления

об утрате (хищении) печати полномочия такого физического лица явствуют из обстановки в силу статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств фальсификации печати в материалы дела не представлено, соответствующее заявление в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от ответчика при рассмотрении дела в суде первой инстанции не поступало, факт утери печати, ее противоправное использование или нахождение в свободном доступе ответчиком документально не подтверждены (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Товарный чек от 17.10.2022 содержит оттиск печати ответчика, что свидетельствует о том, что товарный чек был выдан надлежащим уполномоченным лицом, имеющим доступ к печати. Следовательно, оснований полагать, что печать ответчика находилась у неизвестного лица, при отсутствии соответствующих полномочий, не имеется.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 12.10.2022 N С01-1463/2022 по делу N А65-30031/2021.

В материалы дела истцом представлена видеозапись, на которой зафиксирована передача продавцом в торговой точке покупателю товарного чека от 17.10.2022 на сумму 160 руб. с печатью ИП ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН: <***>). Представленная в материалы дела видеозапись (л.д. 28) подтверждает факт приобретения спорного товара (маникюрные инструменты) в торговой точке ответчика. Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Данная видеозапись является непрерывной и соответствует положениям статей 64, 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Давая оценку представленным доказательствам в совокупности и взаимной связи, суд апелляционной инстанции считает, что ответчик не опроверг факт продажи контрафактных товаров в его торговой точке.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает доказанным факт приобретения спорного товара у ответчика.

Доказательств обращения ответчика в правоохранительные органы по факту совершения противоправных мошеннических действий по выдаче товарного чека от имени ответчика с её печатью в материалы дела не представлено.

При этом апелляционный суд отмечает, что в случае совершения противоправных мошеннических действий по выдаче товарного чека от имени ответчика с её печатью, ответчик не лишен права обратиться с указанной видеозаписью в правоохранительные органы с соответствующим заявлением по указанному факту. В силу п. 2, п. 3 ч. 3 ст. 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательств, а также преступные деяния, являются основанием для пересмотра судебного акта арбитражного суда по вновь открывшимся обстоятельствам.

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации"

(далее - Постановление N 10) разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При визуальном осмотре и сравнении приобретенного товара (фотоматериалы и видеозапись) с товарными знаками истца, арбитражный суд края пришел к верному выводу о том, что словесное обозначение "ZINGER" и обозначение "Z" на упаковке спорного товара является сходным до степени смешения с товарным знаком истца № 293431 и № 266060.

Доказательств, подтверждающих, что истец передал ответчику исключительные права на использование товарных знаков № 293431 и № 266060 в виде надписи "ZINGER" и обозначения "Z", ответчиком в материалы дела не представлено. Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на

реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

При таких обстоятельствах факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтвержден представленными в материалы дела доказательствами и ответчиком не оспорен (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

ООО «Зингер СПб» требует взыскания с ответчика компенсации в размере 20 000 руб. за каждый из объектов исключительных прав (10 000 руб. за каждый товарный знак № 293431 и № 266060).

В соответствии со статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3

части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно абзацу третьему пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Согласно пункту 61 Постановления N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

При рассмотрении дела о взыскании компенсации в твердом размере суду надлежит определить сумму компенсации, соразмерную нарушению в целом (пункт 65 Постановления N 10).

Как верно указал суд первой инстанции, в настоящем деле истцом заявлен минимальный размер компенсации по 10 000 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав. Всего судом установлено 2 факта нарушения и, как следствие, компенсация в итоговом размере составляет 20 000 руб.

Кроме того, суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Между тем, наличия совокупности обстоятельств, перечисленных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса

Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», судом не установлено. Ходатайства о снижении размера компенсации ниже низшего предела ответчиком не заявлено, напротив, ответчик по существу заявленных требований возражает.

Ответчиком не представлено каких-либо доказательств, позволяющих суду характеризовать его материальное положение как крайне негативное. При этом доказательств в обоснование незначительности убытков, причиненных правообладателям, ответчик также не представил, в связи с чем оснований для признания несоразмерности компенсации последствиям нарушения не представляется возможным.

В силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

Таким образом, требования о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 293431 и № 266060 в общем размере 20 000 руб. являются обоснованными.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик в суде апелляционной инстанции заявил ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности. Суд первой инстанции, рассмотрел данное заявление, принял во внимание положения 195, 196, 199, 200, пункта 3 статьи 202, пункта 5.1. статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, правильно установил начало течения срока исковой давности с даты приобретения спорного товара представителем истца - с 17.10.2022, и с учетом направления в адрес ответчика претензии 20.06.2024, пришел к обоснованному выводу о том, что на момент подачи иска (заявление поступило в суд 03.09.2024) срок давности истцом не был пропущен.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования.

Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом судебных расходов, руководствуясь статьями 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование о взыскании с ответчика расходов истца на уплату государственной пошлины, а также почтовых расходов и расходов на покупку спорного товара.

Довод жалобы о том, что дело неправомерно рассмотрено судом в порядке упрощенного производства подлежит отклонению, поскольку в ходатайстве ответчика о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, заявленном при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не приведены основания, предусмотренные частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, необходимость в переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства судом не установлена, на основании чего судом обоснованно отказано в удовлетворении данного ходатайства.

Согласно пункту 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.04.2017 N 10 "О некоторых вопросах применения судами положений

Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве", переход к рассмотрению дела по общим правилам искового производства или по правилам производства по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, осуществляется судом по своей инициативе или по ходатайству лица, участвующего в деле, при наличии оснований, предусмотренных частью четвертой статьи 232.2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что: порядок упрощенного производства может привести к разглашению государственной тайны; необходимо провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания; заявленное требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и законные интересы других лиц.

Наличие указанных оснований для рассмотрения дела по общим правилам искового производства судом апелляционной инстанции не установлено.

Само по себе наличие у ответчика возражений относительно рассмотрения дела в порядке упрощенного производства, не является основанием для перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Суд апелляционной инстанции, также как и суд первой инстанции, не усматривает оснований, которые бы воспрепятствовали, исходя из характера спора, рассмотреть его в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из того, что рассмотрение дела в порядке упрощенного производства препятствий для реализации ответчиком гарантированных Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальных прав не влечет. Ответчик не был лишен возможности заявить все необходимые процессуальные ходатайства и представить суду доказательств в обоснование своей позиции.

Довод ответчика о том, что исковое заявление принято к производству арбитражного суда с нарушением правил о подведомственности дел, поскольку им прекращена предпринимательская деятельность, отклоняется судебной коллегией в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд рассматривает дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды разрешают экономические споры и

рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных названным Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

Под экономическими спорами в контексте рассматриваемых статей понимаются споры, возникающие в сфере осуществления предпринимательской деятельности. При решении вопроса о подведомственности спора арбитражному суду судом принимается во внимание как субъектный состав спора, так и характер правоотношений, из которого данный спор возник. То обстоятельство, что ответчик является физическим лицом, само по себе не означает, что спорные правоотношения не связаны с осуществлением предпринимательской деятельности.

Как указано в части 3 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к компетенции арбитражных судов федеральным законом могут быть отнесены и иные дела.

Арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями.

Из приведенных положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации действительно следует, что критериями определения подведомственности дела арбитражному суду являются характер возникшего спора и субъектный состав его участников.

Согласно специальному разъяснению, изложенному в абзаце третьем пункта 4 Постановления N 10, споры о средствах индивидуализации, за исключением споров о наименованиях мест происхождения товаров, подлежат рассмотрению в арбитражных судах, независимо от состава участвующих в деле лиц.

В рассматриваемом случае спор между истцом и ответчиком возник ввиду факта нарушения исключительных прав на товарные знаки.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак является обозначением, служащим для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, то есть является средством индивидуализации.

С учетом изложенного коллегия судей соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что отсутствие у ФИО1 статуса индивидуального предпринимателя не является обстоятельством, исключающим подведомственность настоящего спора арбитражному суду.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 21.09.2023 N С01-1401/2023 по делу N А06-6519/2022.

Возражениями заявителя, изложенными в жалобе, не опровергаются выводы суда первой инстанции. Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств не

свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и отклонены, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции.

Учитывая, что все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, судом установлены и подтверждены представленными в материалы дела доказательствами, оснований для иных выводов по существу спора у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судом при принятии обжалуемого судебного акта, являющихся безусловным основанием для его отмены, апелляционной инстанцией не установлено.

Расходы по уплате госпошлины по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-5311/2025 (резолютивная часть от 31.03.2025) оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в кассационном порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев со дня принятия постановления, по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Р.А. Абраменко