Постановление от 21 марта 2023 г. по делу № А41-24105/2019

016/2023-27060(2)



ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-1764/2023

Дело № А41-24105/19
21 марта 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2023 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Досовой М.В., судей Катькиной Н.Н., Семикина Д.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1 М…

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Бецема-Логистик» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 26.12.2022 по делу № А41-24105/19

о несостоятельности (банкротстве) ООО «Бецема-Логистик»,

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО «Бецема-Логистик» ФИО2 - ФИО5 по доверенности 03.03.2023,

от ФИО3, ФИО4 - ФИО6 по доверенности от 19.07.2022,

от иных лиц, участвующих в деле - представители не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области 16.07.2019 в отношении ООО «Бецема-Логистик» введена процедура банкротства – наблюдение.

Решением Арбитражного суда Московской области 26.11.2019 в отношении ООО «Бецема-Логистик» введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.


Определением Арбитражного суда Московской области от 26.12.2022 в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, а также неполное выяснение обстоятельств дела.

В суд апелляционной инстанции от конкурсного управляющего ООО «БецемаЛогистик» ФИО2 поступили письменные пояснения, в которых конкурсный управляющий поддерживает апелляционную жалобу.

ФИО3 и ФИО4 представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержала доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО3 и ФИО4 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев,


предусмотренных настоящим Федеральным законом (п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

Обращаясь с настоящим заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий считает, что банкротство должника наступило по вине ответчиков, которые являлись бенефициарами группы компаний с моделью бизнеса, предполагающей разделение на центр прибыли (АО «Бецема») и центр убытков (ООО «Бецема-Логистик»).

Как указал заявитель, созданные убыточные компании ликвидированы либо признаны банкротами. ООО «Бецема-Логистик» не имело своего имущества, арендовало имущество у ЗАО «Бецема»; большинство перечислений денежных средств осуществлялось в пользу аффилированных организаций группы Бецема; фактическое управление группой компаний Бецема осуществляли ФИО3 и ФИО7, назначая в аффилированных организациях номинальных директоров, как было и в ООО «Бецема-Логистик». ООО «Бецема-Логистик» находилось по одному адресу с АО «Бецема». Работа ООО «Бецема-Логистик» и АО «Бецема» фактически выполнялась одними и теми же работниками, часть из которых впоследствии переведена в ООО «КОММОТ», признанное банкротом.

ЗАО «Бецема» наращивало кредиторскую задолженность ООО «Бецема-Логистик» по арендным платежам. Фактически все расчеты прекратились в начале 2017 года сразу после того, как была выявлена недостача товарно-материальных ценностей, принадлежащего ООО «Бондюэль-Кубань», в срочном порядке был оформлен выход АО «Бецема» из состава участников. В договорах с контрагентами содержится условие (третейская оговорка) о праве передать рассмотрение спора в Третейский суд при Красногорской ТПП, членом правления которой является ФИО3, а председателем адвокат, участвующий в делах группы компаний Бецема.

Отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции не установил оснований для возложения на ответчиков ответственности по заявленному основанию.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанный вывод суда первой инстанции.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При установлении вины контролирующего финансово-хозяйственную деятельность должника лица необходимо подтверждение фактов его недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между действиями и сделками и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК


РФ, абзац 1 пункта 1, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305- ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

Арбитражным апелляционным судом также учитывается правовая позиции, изложенная в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, согласно которой судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что банкротство ООО «Бецема-Логистик» наступило в результате деятельности ФИО3 и ФИО4.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств и сведений о совершении либо одобрении ответчиками конкретных действий и сделок, повлекших неплатежеспособность общества, а также наличия их вины (недобросовестности и неразумности).

Исходя из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", заявитель должен не только указать конкретные действия или бездействие контролирующего лица, принятые им решения, совершенные сделки, дача указаний, а также подтвердить надлежащими доказательствами, что они непосредственно привлеки к банкротству организации (явились необходимой причиной банкротства), то есть к состоянию неплатежеспособности и недостаточности имущества, и доказать вину руководителя и (или) участника.

Таких доказательств в рамках настоящего дела конкурсным управляющим не представлено.


Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с момента создания ООО «Бецема-Логистик» в феврале 2008 года и до июля 2017 года АО «Бецема» владело долей в уставном капитале должника в размере 20 %, оставшаяся доля принадлежала ООО «Смарко Вериаус».

Впоследствии на основании нотариально удостоверенного заявления 17.07.2017 АО «Бецема» вышло из состава участников должника.

Действительно, в состав органов управления должника и АО «Бецема» в период заключения и частично исполнения сделок, заключение которых, по мнению управляющего, повлекло несостоятельность должника, входили ФИО4 и ФИО3.

При этом АО «Бецема» раскрыта информация об участниках указанного лица.

Однако, вопреки утверждению конкурсного управляющего, ФИО4 и ФИО3 не являются участниками АО «Бецема», его бенефициарами.

Конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и составляющие опровержимые презумпции доведения до банкротства, равно как и не доказаны обстоятельства того, что полное погашение требований кредиторов оказалось невозможным вследствие действий и (или) бездействия ФИО3 и ФИО4

Так, вопреки доводам управляющего и ООО «Бондюэль-Кубань» отсутствовал формальный документооборот между дочерней и материнской компаниями.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 19.03.2020 по настоящему делу отклонен довод конкурсного управляющего о мнимости сделок - договора аренды от 01.05.2015 № 03-29/2015, договора аренды от 01.05.2015 № 03-26/2015, договора аренды от 01.05.2015 № 03-28/2015, договора аренды от 31.05.2016 № 03-12/2016, договора аренды от 31.05.2016 № 03-10/2016, договора аренды от 01.06.2016 № 03-11/2016, договора хранения и оказания услуг на складе от 01.02.2017 № 07-26/2017.

О реальном характере арендных сделок, в первую очередь, свидетельствует факт оказания ООО «Бецема-Логистик» третьим лицам услуг по хранению товаров в арендуемых им помещениях по адресу: <...> км., что подтверждено судебными актами арбитражного суда по результатам рассмотрения споров с ООО «Бондюэль-Кубань», ООО «Логистик-Сервис-Юг», ООО «Багетери» по делам № А41-92343/17, № А41-92364/17, № А41-92346/17.

По мнению арбитражного суда, выбор АО «Бецема» и должником упомянутой конкурсным управляющим структуры внутригрупповых связей сам по себе не свидетельствует о недобросовестности ответчиков, наличии цели (намерения) на причинение вреда иным участникам гражданских правоотношений.

С учетом установленных судом в рамках настоящего обособленного спора, а также в рамках дела № А41-92364/17 обстоятельств, очевидно, что возникновение имущественного кризиса, повлекшего банкротство должника, связано с утратой товарно-материальных ценностей, принадлежащих ООО «Бондюэль-Кубань» (поклажедателю) на складе по адресу: <...> км. (решение суда от 26.02.2018 по делу № А41-92364/17), а не с организацией ответчиками, как полагает конкурсный управляющий, незаконной структуры внутригрупповых связей между участниками хозяйственного оборота.


В материалах дела отсутствуют и суду не представлены доказательства того, что действия (бездействия) ФИО3 и ФИО4 стали причиной объективного банкротства должника, повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов, а также не соответствовали обычным условиям гражданского оборота.

Показания бывшего руководителя ФИО8 данное обстоятельство также не подтверждают.

Судом также принято во внимание отсутствие каких-либо доказательств того, что ФИО3 и ФИО4 извлекли выгоду в результате какого-либо незаконного или недобросовестного поведения.

При таких обстоятельствах арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию (организация бизнес-модели, построенной на разделении бизнеса на рисковые (убыточные компании) и безрисковые, приведшая к банкротству должника, в результате чего причинен существенный вред имущественным правам и интересам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику).

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего ООО «Бецема-Логистик» ФИО2, сводящиеся к несогласию с выводами суда первой инстанции, рассмотрены арбитражным апелляционным судом и отклонены, поскольку они противоречат фактическим обстоятельствам настоящего дела и имеющимся в деле доказательствам.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", следует, что необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.


Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

С момента создания ООО «Бецема-Логистик» в феврале 2008 года и до июля 2017 года АО «Бецема» владело долей в уставном капитале должника в размере 20 %, оставшаяся доля принадлежала ООО «СмаркоВериаус».

На основании нотариально удостоверенного заявления 17.07.2017 АО «Бецема» вышло из состава участников должника.

То есть, ни ФИО9, ни ФИО3 не являлись участниками должника.

Также, как было установлено судом первой инстанции и не оспаривается сторонами, мажоритарным акционером АО «Бецема» является компания Бегеманн Русланд, Нидерланды, владеющая 50% акций АО «Бецема».

ФИО3 и ФИО9, являясь акционерами АО «Бецема», не являются конечными бенефициарами компании Бегеманн Русланд, Нидерланды.

С 20.05.2016 по 09.08.2016 родственники ФИО3 и ФИО9 занимали должности в органах управления должника.

Однако в деле нет доказательств дачи ими в указанный период обязательных для органов управления и участников указаний, принятия важных (ключевых) деловых решений, заключения или согласование сделок, повлекших банкротство Общества (решение о признании ООО «Бецема-Логистик» несостоятельным (банкротом) принято в 2019 году).

Как показывает анализ результатов деятельности должника за 2016 год, на протяжении ряда лет, предшествующих подаче заявления о признании должника банкротом, ООО «Бецема-Логистик» работало и показывало хороший финансовый результат.

Согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Бецема-Логистик» убыток Общества по состоянию на 31 декабря 2016 года составил 11 327 тыс. руб. (до этого Общество стабильно работало с прибылью, о чем свидетельствуют строки 2400 (чистая прибыль), 1370 (нераспределенная прибыль) указанного годового баланса), кредиторская задолженность составила 154 925 тыс. руб. (из них доля кредиторской задолженности АО «Бецема» составила 3,33%), в то время как активы должника составили 166 714 тыс. руб.

Поскольку ООО «Бецема-Логистик» являлось арендатором складских, производственных и иных помещений, а также оборудования и транспортных средств, используемых в производственном процессе, соответственно, затраты по аренде являлись прямыми затратами, учитываемыми в себестоимости продаж.


Себестоимость продаж согласно отчету о финансовых результатах ООО «Бецема- Логистик» за 2016 год составила 218 721 тыс. руб.

Затраты на аренду, оплату переменной части и прочих услуг за 2016 г. согласно Справке о взаимных расчетах за период с 01.01.2016 по 31.12.2016 между ЗАО «Бецема» и ООО «Бецема-Логистик» составили 40 670 191,32 руб., что составляет менее 19% от общего объема затрат в себестоимости продаж в 2016 году.

Данная сумма соответствует сведениям о счетах-фактурах, зарегистрированных в книге покупок должника за 2016 год.

Согласно отчету о финансовых результатах ООО «Бецема-Логистик» за 2016 год валовая прибыль Общества за 2016 г. увеличилась по сравнению с 2015 г. на 15 007 тыс. руб.

Наличие права аренды складов, оборудования и необходимой техники обеспечивало должнику возможность работать и получать доход.

Реальность договоров аренды установлена судом при разрешении спора по заявлению АО «Бецема» о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Бецема-Логистик».

Довод конкурсного управляющего о том, что полное погашение требований кредиторов стало невозможно вследствие совершения в 2010 - 2016 г.г. должником и АО «Бецема» сделок купли-продажи 14 транспортных средств, также не подтверждается материалами дела.

Арбитражный суд полагает, что именно возникновение задолженности перед ООО «Бондюэль-Кубань» привело к критическому изменению финансового положения должника и экономических показателей его деятельности, в результате чего должник потерял возможность полного погашения всех требований кредиторов.

Указанная задолженность в размере 68 945 000 руб. вызвана недостачей товара, хранение которого осуществлялось должником в рамках обычной хозяйственной деятельности, к которой ни ФИО3, ни ФИО4 не имели прямого (непосредственного) отношения.

Хранение товара являлось основным видом деятельности ООО «Бецема-Логистик» и текущий ежедневный контроль за организацией указанной деятельности возлагался на единоличный исполнительный орган.

Все сделки с поклажедателями, переписка и взаимодействие в иных формах осуществлялись генеральным директором должника самостоятельно без каких-либо согласований со стороны ответчиков.

Текущая деятельность так же осуществлялась сотрудниками должника без какого-либо влияния со стороны ФИО3 и ФИО4

Из письменных пояснений ООО «Бондюэль-Кубань», представленных при рассмотрении обособленного спора о привлечении ФИО8, ФИО10, АО «Бецема» к субсидиарной ответственности следует, что хозяйственные операции (отгрузка/разгрузка товара, проверка документов) осуществлялись исключительно сотрудниками ООО «Бецема-Логистик».

Текущий контроль за перемещением товара осуществлялся путем регулярного направления соответствующих отчетов по электронной почте в рамках принятого между сторонами взаимодействия в соответствии с условиями договора хранения № 1Х/2012.

Также следует отметить, что ООО «Бецема-Логистик» самостоятельно организовывало и обеспечивало охрану переданных ему на хранение ценностей с привлечением частных охранных предприятий.


Данный факт также был установлен в рамках дела № А40-218554/15 по иску ЧОП «Гвардия Плюс» к ООО «Бецема-Логистик», а также при рассмотрении заявления АО «Бецема» о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Бецема- Логистик».

Материалы дела не содержат доказательств наличия указаний либо действий (бездействия) со стороны ФИО3, которые могли бы привести к недостаче на складе товара ООО «Бондюэль-Кубань»; ни один из заключенных между АО «Бецема» и ООО «Бецема-Логистик» договоров не мог привести к утрате имущества третьего лица и возникновению убытка.

Банкротство должника не связано с действиями ФИО3 и ФИО4

Наличие внутригрупповых связей между ФИО3 и ООО «Бецема- Логистик» не свидетельствует о формировании на стороне должника «центра убытков», наращивании задолженности перед АО «Бецема» и причинении вреда кредиторам ООО «Бецема-Логистик».

Действия (бездействие) ответчиков не были причиной объективного банкротства должника, не повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов, соответствовали обычным условиям гражданского оборота.

В суде апелляционной инстанции конкурсным управляющим также не представлено надлежащих доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности (статьи 65, 67, 68, 71 АПК РФ), свидетельствующих о соответствии ФИО3 и ФИО4 критериям контролирующих лиц (ст. 61.10 Закона о банкротстве, п. 3 - 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"), наличие их вины в банкротстве ООО «Бецема-Логистик».

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отказе в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности является правильным, соответствует фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО «Бецема- Логистик» ФИО2 проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 26.12.2022 по делу

№ А41-24105/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа

через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия.


Председательствующий судья М.В. Досова

Судьи Н.Н. Катькина Д.С. Семикин