Решение от 2 февраля 2023 г. по делу № А40-176350/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-176350/22-122-1253
г. Москва
02 февраля 2023 г.
Резолютивная часть решения объявлена 26 января 2023года

Полный текст решения изготовлен 02 февраля 2023 года


Арбитражный суд в составе: судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ДЕОР" (600007, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.02.2003, ИНН: <***>)

к ФАС России,

третье лицо: ПАО «Россети Московский регион», Московский УФАС

о признании недействительным Приказа №456/22 от 21.06.2022г. в части п.1.1, 1.2 о включении в реестр недобросовестных поставщиков

при участии:

от заявителя – ФИО2 (паспорт, ген. дир., решение от 11.10.2021г.)

от ответчика – ФИО3 (уд., диплом, дов. от 09.02.2022г.)

от третьего лица – ПАО «Россети Московский регион» ФИО4 (паспорт, диплом, дов. от 28.12.2022г.)

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ДЕОР» (далее — Заявитель, ООО «ДЕОР», общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании п.п. 1.1, 1.2 приказа ФАС России № 456/22 от 21.06.2022 о включении сведений в отношении Заявителя в реестр недобросовестных поставщиков.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены ПАО «Россети Московский регион» (далее — Третье лицо, Заказчик) и Московское УФАС России (далее — Управление).

Представитель Заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования, настаивал на незаконности оспоренного по делу ненормативного правового акта по доводам заявления, ссылаясь на нарушение указанным актом его прав и законных интересов ввиду необоснованного лишения его возможности в течение двух лет заниматься предпринимательской деятельностью. Также, в судебном заседании представитель Заявителя указал на отсутствие в действиях общества вины в фактическом отказе от подписания контракта, поскольку невозможность его заключения носила объективный характер и была обусловлена резким повышением цен на необходимые Заявителю товары, что делало исполнение подлежащих заключению контрактов для общества заведомо убыточным. Кроме того, как настаивал в заседании представитель Заявителя, впоследствии указанные контракты после повторно проведенных Заказчиком закупочных процедур также были заключены с обществом по актуальным для настоящей внешнеполитической обстановки ценам, что свидетельствует об обоснованности ранее предъявленного им требования об их повышении в ходе заключения первоначальных контрактов. Совокупность указанных обстоятельств, по мнению Заявителя, исключает возможность применения к нему мер публично-правовой ответственности за неисполнение своих обязательств на стадии заключения контрактов по результатам проведенных закупочных процедур. На основании изложенного, в судебном заседании представитель Заявителя настаивал на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просил суд о его удовлетворении.

Представитель Ответчика в судебном заседании требования не признал, возражал против их удовлетворения по доводам, изложенным в ранее представленном отзыве, одновременно пояснив, что включение сведений о Заявителе в реестр недобросовестных поставщиков было обусловлено безосновательным уклонением им от заключения контрактов по результатам проведенных закупочных процедур в отсутствие к тому объективных причин и условий, поскольку, как настаивал в судебном заседании представитель Ответчика, безусловных и убедительных доказательств обратного обществом административному органу представлено не было. Приведенные Заявителем доводы об объективном характере невозможности подписания контрактов при ранее согласованной цене их исполнения представитель антимонопольного органа отклонил как не имеющие документального подтверждения, тем более что любые сложности в ходе заключения и последующего исполнения контрактов представляют собой исключительно собственные предпринимательские риски Заявителя, не влияющие на возможность его привлечения к публично-правовой ответственности. В этой связи в судебном заседании представитель Ответчика настаивал на законности оспариваемого ненормативного правового акта и, как следствие, просил суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Представитель Третьего лица — ПАО «Россети Московский регион» в судебном заседании поддержал позицию Ответчика, возражал против удовлетворения заявленного требования по доводам ранее представленного отзыва, дополнительно отметив, что Заявитель как профессиональный участник рассматриваемых правоотношений, изначально был осведомлен об условиях подлежащих заключению контрактов, а потому, подав заявки на участие в закупочных процедурах, принял на себя и все риски, связанные с последующим неисполнением этих условий. Кроме того, как отметил в судебном заседании представитель Третьего лица, безосновательный отказ общества от заключения контрактов обусловил ущемление прав Заказчика и наступление неблагоприятных для него последствие в связи с необходимостью повторного проведения закупочных процедур на измененных условиях.

Представитель Третьего лица — Московского УФАС России, будучи надлежащим образом извещенным о дате, времени и месте рассмотрения настоящего спора, в судебное заседание не явился, ввиду чего дело в настоящем случае рассмотрено на основании ст.ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствие надлежащим образом извещенного Третьего лица.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание представителей Заявителя, заинтересованного лица и Третьего лица, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования необоснованны и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, по результатам проведенных Заказчиком закупочных процедур № 32211120940 на право заключения договора на поставку двигателей электрических асинхронных для нужд филиалов ПАО «Россети Московский регион» и № 32211119705 на право заключения договора на поставку двигателей обдува трансформаторов для нужд филиалов ПАО «Россети Московский регион» победителем проведенных закупочных процедур признано ООО «ДЕОР», что оформлено протоколами подведения итогов от 18.03.2022 и от 23.03.2022 соответственно.

В целях заключения контракта по результатам названной закупки ее заказчиком – ПАО «Россети Московский регион» Заявителю 01.04.2022 посредством почтовой связи и путем размещения в единой информационной системе направлены проекты договоров для подписания.

Между тем, обществом в ту же дату в адрес Заказчика были направлены письма об отказе от заключения упомянутых контрактов, мотивированные существенным изменением стоимости необходимых обществу товаров и необходимостью в указанной связи скорректировать стоимость подлежащих заключению контрактов в сторону ее увеличения.

В этой связи заказчиком закупочной процедуры 01.04.2022 Заявитель был признан уклонившимся от заключения контрактов, а все собранные в ходе их заключения документы были направлены в Московское УФАС России для рассмотрения вопроса о необходимости внесения сведений в отношении Заявителя в реестр недобросовестных поставщиков.

По результатам рассмотрения названных сведений Московским УФАС России вынесено заключение от 13.05.2022 по делу № 077/10/104-6932/2022, которым сведения о Заявителе рекомендованы ко включению в реестр недобросовестных поставщиков, поскольку антимонопольный орган усмотрел в действиях общества признаки уклонения от заключения контрактов.

Впоследствии оспариваемым приказом на основании п. 5.3.4 постановления Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, п. 2 постановления Правительства Российской Федерации № 1211, приказа ФАС России от 18.03.2013 № 164/13 ФАС России включила сведения об обществе в указанный реестр, поскольку контрольный орган счел в настоящем случае факт уклонения общества от заключения контрактов подтвержденным, что, соответственно, обусловило необходимость применения к нему мер публично-правовой ответственности.

Не согласившись с выводами антимонопольного органа о допущенном со своей стороны уклонении от заключения контрактов, полагая свои действия в ходе их заключения добросовестными, невозможность заключения указанных контрактов на изложенных в них условиях – вызванной объективными и не зависящими от воли общества обстоятельствами, примененную к нему меру ответственности — несоразмерной допущенному нарушению, а выводы антимонопольного органа о допущенной обществом недобросовестности — ошибочными и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, Заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании оспариваемого ненормативного правового акта недействительным.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и принявшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены ст. 5 Закона о закупках, п. 5.3.4 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, постановлением Правительства Российской Федерации от 22.11.2012 № 1211 «О ведении реестра недобросовестных поставщиков, предусмотренного Федеральным законом «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

Таким образом, оспариваемый акт вынесен антимонопольным органом в пределах предоставленных ему законодательством полномочий, что не оспаривается Заявителем (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд соглашается с доводами Ответчика, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, Третьим лицом проведены запросы предложений в электронной форме на право заключения договоров на поставку двигателей электрических асинхронных для нужд филиалов ПАО «Россети Московский регион» (реестровый номер закупки 32211120940) и на поставку двигателей обдува трансформаторов для нужд филиалов ПАО «Россети Московский регион» (реестровый номер закупки 32211119705).

Согласно протоколам подведения итогов проведенных закупок, составленным 18.03.2022 и от 23.03.2022, Заявитель признан победителем упомянутых закупочных процедур.

Положениями Закона о закупках определены общие принципы и цели проведения закупочных процедур, в том числе субъектами естественных монополий, организациями, осуществляющими регулируемые виды деятельности в сфере электроснабжения (п. 1 ч. 2 ст. 1 названного закона), к числу которых в настоящем случае отнесен и Заказчик, ввиду чего применение им положений Закона о закупках являлось для Третьего лица обязательным, что лицами, участвующими в деле, в настоящем случае не оспаривается (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

В соответствии с п. 2.16.9 закупочной документации Заказчик направляет победителю закупки (единственному участнику закупки, с которым планируется заключать договор) (на адрес, указанный в заявке такого участника) путем направления электронного документа либо путем направления бумажной версии такого документа проект договора в течение 2 (двух) рабочих дней с даты согласования проекта договора в соответствии с порядком, установленным внутренними организационно-распорядительными документами Заказчика, но не ранее чем через 10 (десять) дней с даты размещения в единой информационной системе итогового протокола по результатам закупки. Участник подписывает проект договора в течение 3 (трех) рабочих дней и направляет его Заказчику, который после получения такого проекта обеспечивает его подписание в срок, не превышающий 20 (двадцати) дней с даты размещения в Единой информационной системе итогового протокола по результатам закупки.

Между тем, как явствует из материалов дела, несмотря на размещение 01.04.2022 Заказчиком в указанной системе и направление в адрес общества в указанную дату посредством почтовой связи проектов договоров по результатам проведенных закупочных процедур, указанные договоры со стороны Заявителя в установленный закупочной документацией срок подписаны не были со ссылками на существенное изменение условий приобретения необходимого для последующего исполнения контрактов оборудования, обусловившее заведомую убыточность этих контрактов для общества.

При этом, исходя из п. 2.16.6 контрактов отказом или уклонением участника закупки, который должен заключить договор, от его заключения считаются следующие действия/бездействие: уклонение или отказ участника закупки от заключения договора, в том числе путем предложения Заказчику внести существенные изменения, ухудшающие для Заказчика условия этого договора; непредоставление или предоставление с нарушением условий, установленных действующим законодательством, до заключения договора Заказчику обеспечения исполнения договора (в случае, если в извещении о закупке, документации о закупке установлены требования обеспечения исполнения договора и срок его предоставления до заключения договора).

Таким образом, как следует из условий закупочной документации, неподписание проекта контракта в установленный срок является самостоятельным и безусловным основанием для признания участника уклонившимся от заключения контракта, со всеми вытекающими из этого правовыми последствиями.

При этом суд отмечает, что приведенные положения закупочной документации ни в судебном, ни в административном порядке оспорены не были, а потому при вынесении оспариваемого приказа антимонопольный орган обоснованно презюмировал их законность.

В то же самое время, как следует из материалов дела, итоговые протоколы составлены Заказчиком 18.03.2022 и 23.03.2022, а 01.04.2022 проекты договоров были направлены на подписание обществу, однако в установленный закупочной документацией срок не были подписаны Заявителем.

В этой связи, применительно к положениям п. 2.16.6 закупочной документации Заявитель правомерно был признан уклонившимся от заключения контрактов, вопреки утверждению последнего об обратном.

В свою очередь, учитывая факт истечения срока, отведенного п. 2.16.9 закупочной документации, для подписания контракта (указанный срок истекал 06.04.2022) и неподписание обществом проекта контракта, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу об уклонении Заявителя от заключения контрактов по результатам закупочных процедур.

При этом, ссылки Заявителя на отсутствие в его действиях признаков недобросовестности в настоящем случае, по мнению суда, не имеют правового значения, поскольку в контексте п. 2.16.6 закупочной документации неподписание проекта контракта является самостоятельным основанием для признания общества уклонившимся от его заключения.

Более того, приведенные Заявителем ссылки на свою добросовестность при заключении контракта не соответствуют действительности.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу ч. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.08.2015 № 305-КГ15-9489 и вопреки утверждению Заявителя об обратном, уклонение от заключения контракта может выражаться как в совершении целенаправленных (умышленных) действий или бездействия, так и в их совершении по неосторожности, когда участник закупки по небрежности не принимает необходимых мер по соблюдению соответствующих норм и правил.

Кроме того, исходя из позиции Арбитражного суда Московского округа, изложенной в постановлении от 13.05.2016 по делу № 204155/2015, включение участника закупки в реестр недобросовестных поставщиков возможно только при наличии в действиях такого поставщика (подрядчика, исполнителя) недобросовестного поведения. При этом недобросовестность юридического лица должна определяться не его виной, то есть субъективным отношением к содеянному, а исключительно той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Таким образом, основанием для включения сведений в реестр недобросовестных поставщиков является такое уклонение лица от заключения контракта, которое предполагает его недобросовестное поведение, совершение им действий (бездействия) в противоречие требованиям действующего законодательства Российской Федерации о закупках, в том числе приведших к невозможности заключения контракта с этим лицом как с признанным победителем закупки и нарушающих права организатора этой закупки относительно условий и срока исполнения контракта, которые связаны, прежде всего, с эффективным использованием денежных средств, что приводит к нарушению обеспечения публичных интересов в указанных правоотношениях.

В обоснование довода об отсутствии в его действиях признаков недобросовестности, Заявитель указывает на объективную невозможность подписания со своей стороны проектов контрактов в связи со значительным увеличением цен на необходимую для Заявителя продукцию, что было обусловлено нестабильной внешнеполитической обстановкой. При указанных обстоятельствах, письмом от 06.04.2022 № 89 Заявитель указал на возможность заключения со своей стороны контрактов в случае увеличения Заказчиком их стоимости, поскольку заключение указанных контрактов по ранее согласованной стоимости являлось для общества убыточным.

Между тем, оценивая приведенные Заявителем в рассматриваемой части доводы, суд отмечает. что факт такого внезапного, непрогнозируемого и неконтролируемого повышения цен на необходимую Заявителю продукцию и, как следствие, объективную невозможность заключения со своей стороны названных контрактов общество не подтверждает никакими доказательствами (в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие действительную невозможность поставки Заказчику необходимой ему продукции (переписка с контрагентами, отказы производителей продукции от ее поставки либо их указание на повышение цен на поставленную продукцию).

Ссылка Заявителя на письмо ООО «Кюгель» о стоимости своего товара не принимается судом во внимание, поскольку из указанного письма не следует ни дата, ни основания для его составления, что, в свою очередь, не позволяет соотнести указанное письмо с приведенными Заявителем обстоятельствами невозможности заключения контрактов.

Кроме того, суд также обращает внимание и на то обстоятельство, что в материалы дела обществом не представлено никаких документов, подтверждающих невозможность закупки товара у иных поставщиков, что, соответственно, также опровергает приведенное им утверждение об объективной невозможности исполнения принятых на себя обязательств.

При указанных обстоятельствах приведенные обществом ссылки на значительное удорожание подлежащей поставке по контрактам продукции расцениваются судом исключительно как направленные на изыскание любых возможных способов избежать применения к нему мер публично-правовой ответственности за допущенное уклонение от их заключения, что, однако же, не может являться основанием к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

При таких данных, суд признает, что объективных препятствий к заключению контрактов по результатам закупочных процедур у Заявителя в настоящем случае не имелось, вопреки его утверждению об обратном.

Кроме того, суд также отмечает, что в контексте ч. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск и под свою ответственность, а потому решение о принятии/непринятии участия в закупочной процедуре, а также о подписании/отказе от подписания контракта принимается участником закупки самостоятельно без постороннего вмешательства со всеми вытекающими последствиями, связанными с совершением тех или иных действий.

В то же время, доказательств объективной невозможности подписания со своей стороны проектов контрактов либо доказательств, что ему кем-либо чинились препятствия в таком подписании, Заявителем не приведено, а потому, оценивая приведенные им доводы об объективной невозможности своевременного исполнения своей обязанности по подписанию договора, суд признает, что эти доводы представляют собой не что иное, как попытку избежать применения к нему мер публично-правовой ответственности с приданием собственным действиям видимости законности, обоснованной вынужденным характером отказа от подписания контрактов.

Ссылки общества на последующее заключение Заказчиком с ним указанных контрактов по более высокой цене отклоняются судом как не имеющие значения для настоящего спора и, наоборот, свидетельствующие об ущемлении прав и законных интересов Заказчика ввиду необходимости повторного проведения закупочных процедур с выделением большего объема денежных средств для их проведения.

При таких данных, оценивая действия общества в настоящем случае в их совокупности и взаимной связи, суд признает эти действия исключительно попыткой оправдать собственную непредусмотрительность при подписании договора, а также попыткой избежать публично-правовой ответственности за собственную неспособность исполнить взятые на себя обязательства по договору.

В этой связи, оценив все перечисленные обстоятельства в их совокупности и взаимной связи, суд соглашается с выводом административного органа об отсутствии у Заявителя объективных препятствий к заключению контрактов по результатам закупочных процедур, а отказ последнего от такого заключения представляет собой не что иное, как уклонение от его заключения с необходимостью последующего применения мер публично-правовой ответственности за допущенное нарушение.

При таких данных суд признает выводы административного органа правильными и соответствующими представленным в дело доказательствам.

На основании изложенного, оценивая действия общества в ходе рассматриваемой закупочной процедуры в их совокупности и взаимной связи, административный орган пришел к обоснованному выводу о том, что Заявителем не была проявлена та степень заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась для заключения контракта, в поведении общества наличествуют признаки недобросовестности и его включение в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения заказчиков от недобросовестных поставщиков.

Доказательств невозможности соблюдения Заявителем положений действующего законодательства по причинам, не зависящим от него, не представлено.

При этом, суд отмечает, что реестр недобросовестных поставщиков представляет собой меру ответственности за недобросовестное поведение в правоотношениях по размещению заказов, а решение вопроса о необходимости применения такой меры находится исключительно в компетенции антимонопольного органа.

Согласно ч. 2 ст. 5 Закона о закупках в реестр недобросовестных поставщиков включаются сведения об участниках закупки, уклонившихся от заключения договоров, а также о поставщиках (исполнителях, подрядчиках), с которыми договоры по решению суда расторгнуты в связи с существенным нарушением ими договоров.

Нарушение процедуры заключения контракта по итогам запроса предложений в электронной форме, влекущее признание участника уклонившимся, и включение сведений о нем в реестр недобросовестных поставщиков, носит формальный характер, в связи с чем существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий, а в пренебрежительном отношении такого участника к исполнению своих обязанностей в сфере размещения заказов, выполнения работ, оказания услуг.

В настоящем случае недобросовестность общества выразилась в халатном, непредусмотрительном, ненадлежащем исполнении своих обязанностей, возникающих из требований закона к процедуре заключения контракта по результатам проведенной закупочной процедуры.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.05.2012 № ВАС-5621/12 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическую самостоятельность и инициативу общества, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и в данном случае не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества.

Каких-либо доказательств невозможности соблюдения Заявителем требований закупочной документации либо доказательств того, что невозможность заключения контракта стала следствием противоправных действий третьих лиц, Заявителем не представлено, а антимонопольным органом не установлено.

Оценка всех действий общества в совокупности и взаимной связи позволила антимонопольному органу прийти к обоснованному выводу об уклонении Заявителя от заключения контракта.

Таким образом, Московским УФАС России ООО «ДЕОР» обоснованно признано уклонившимся от заключения контракта, а сведения об указанном хозяйствующем субъекте на основании ч. 2 ст. 5 Закона о закупках включены ФАС России оспариваемым приказом в реестр недобросовестных поставщиков.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого ненормативного правового акта, отсутствует, оспариваемый акт является законным, обоснованным, принят в полном соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о закупках и не нарушает прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы Заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Заявителя.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 137, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья Н.Е. Девицкая