Постановление от 10 сентября 2025 г. по делу № А45-36240/2024

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Томск                                                                              Дело № А45-36240/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 сентября 2025 года 


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего 


ФИО1,

судей


ФИО2,


ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Горецкой О.Ю., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 (№ 07АП-3285/2025) на решение от 09.04.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-36240/2024 (судья Петров А.С.) по иску индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРН <***>, г. Томск) к Государственному автономному учреждению дополнительного образования новосибирской области «Областной центр развития творчества детей и юношества» (630091, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании договора на поставку товаров ничтожным.

Третьи лица: 1) общество с ограниченной ответственностью «Парад мебели» (ОГРН <***>, г. Томск); 2) Новосибирский социальный коммерческий банк «Левобережный» (публичное акционерное общество) (ОГРН <***>, г. Новосибирск); 3) общество с ограниченной ответственностью «Капитал строй» (ОГРН <***>, рп. Ордынское, НСО); 4) общество с ограниченной ответственностью «Лав-Строй» (ОГРН <***>, г. Томск).

В судебном заседании приняли участие:

от истца: без участия (извещен)

от ответчика: ФИО5 по доверенности от 14.01.2025 (сроком на 1 год), паспорт, диплом (путем использования системы веб-конференции)

от третьих лиц: без участия (извещены)

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – истец, ИП ФИО4, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к Государственному автономному учреждению дополнительного образования Новосибирской области «Областной центр развития творчества детей и юношества» (далее – ответчик, ГАУ ДО НСО «ОЦРТДиЮ», учреждение) о признании договора на поставку товаров № 276-Д/2023 от 18.08.2023 ничтожным.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: 1) общество с ограниченной ответственностью «Парад мебели» (далее – третье лицо 1, ООО «Парад мебели»); 2) Новосибирский социальный коммерческий банк «Левобережный» (публичное акционерное общество) (далее – третье лицо 2, Банк); 3) общество с ограниченной ответственностью «Капитал строй» (далее – третье лицо 3, ООО «Капитал строй»); 4) общество с ограниченной ответственностью «Лав-Строй» (далее – третье лицо 4, ООО «Лав-Строй»).

Решением от 09.04.2025 Арбитражного суда Новосибирской области в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ИП ФИО4 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой от 09.04.2025 Арбитражного суда Новосибирской области отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных истцом требований, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

По мнению подателя жалобы, ответчик, с целью уклониться от подготовки проектной документации, получения разрешения на строительства, организовал закупку в форме поставки и завуалировал строительство объекта капитального строительства под поставку некапитального объекта; все характеристики планируемого объекта свидетельствуют о его капитальности, поэтому ФИО4, поступив добросовестно, уведомил Заказчика о наличии дополнительных требований при строительстве и о необходимости их соблюдения, в связи с чем, сама закупка проведена с нарушением закона, поскольку не были применены в ходе ее подготовке нормы и требованиям о строительном подряде; судом не обоснованно отказано в назначении судебной экспертизы по делу; при наличии заключений, представленных истцом и подготовленных специалистами вне рамок судебного процесса, были все основания для назначения судебной экспертизы, суд лишил истца права представлять доказательства; договоры, при заключении которых допущено нарушение законодательства о закупках, являются ничтожными в силу ч. 2 ст. 8 Закона № 44-ФЗ и п. 2 ст. 168 ГК РФ.

ГАУ ДО НСО «ОЦРТДиЮ» в возражениях на апелляционную жалобу просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Письменные возражения ГАУ ДО НСО «ОЦРТДиЮ» приобщены к материалам дела.

Иные участвующие в деле лица отзывы на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представили.

16.06.2025 от ГАУ ДО НСО «ОЦРТДиЮ» поступило заявление, содержащее сведения о прекращении ФИО4 деятельности в качестве индивидуального предпринимателя с приложением справки ИФНС, выписки ЕГРИП.

Определением суда от 04.08.2025 (изготовлено 05.08.2025) судебное разбирательство в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложено на 04.09.2025.

Истец и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание не явились.

В порядке части 1 статьи 266, части 1, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся сторон.

В судебном заседании 04.09.2025 представитель ответчика поддержал ранее изложенную позицию по делу, ответил на вопросы суда. 

            Проверив материалы дела в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, заслушав представителя ответчика, суд апелляционной инстанции считает решение от 09.04.2025 Арбитражного суда Новосибирской области не подлежащим отмене или изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ИП ФИО4 и ГАУ ДО НСО «ОЦРТДиЮ» в рамках Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» был заключен договор на поставку товаров № 276-Д/2023 от 18.08.2023 (далее - договор), в соответствии с которым истец обязался осуществить поставку модульного здания (учебный корпус № 3) для нужд Заказчика в соответствии с Описанием предмета закупки (приложение № 2 к Договору) и на условиях, предусмотренных Договором, а также обеспечить оказание услуг (выполнение работ), связанных с поставкой Товара – установку, сборка и монтаж здания.

Согласно пункту 1.1 договора предметом Договора является поставка модульного здания (учебный корпус №3) (далее – Товар) для нужд Заказчика в соответствии с Описанием предмета закупки (приложение № 2 к Договору) и на условиях, предусмотренных Договором.

Из пункта 1.4 договора следует, что поставщик также обязуется обеспечить оказание услуг (выполнение работ), связанных с поставкой товара - установку, сборка и монтаж здания.

Пунктом 3.6 договора стороны установили сроки выполнения этапов работ (устройства фундамента; поставка, сборка каркаса, перекрытий, сэндвич панелей; поставка и установка окон ПВХ, дверей, витражей; поставка и сборка кровли, лестницы эвакуационной, отделка: потолочное покрытие, напольное покрытие, стены-панели смл, керамогранит, керамическая плитка, двери, фотообои, отопление, канализация, водопровод, электроснабжение, СС, АПС (автоматическая пожарная сигнализация), СОУЭ (система оповещения и управления эвакуацией), вентиляция, кондиционирование, фасадные композитные панели).

Истец, обосновывая иск, указал, что ИП ФИО4 был введен в заблуждение относительно предмета сделки, поскольку фактически поставка представляет собой процесс строительства; поставляемый объект не обладает признаками модульности; поставляемый объект обладает признаками капитального строения. В рамках спорного договора ему было необходимо фактически исполнить договор строительного подряда, возвести объект капитального строительства. После фактического предоставления площадки для обустройства свайного и бетонного фундамента (в договоре это действие обозначено как «первый этап» поставки) приступить к его изготовлению не представилось возможным в связи с отсутствием необходимой документации по капитальному строительству.

Приступить к поставке и строительству в установленный договором срок не представилось возможным по причине несоответствия предмета поставки требованиям градостроительного законодательства.

По мнению истца, описание предмета закупки было составлено так, что оно вводит сторону в заблуждение относительно предмета, что нарушает часть 6.1 статьи 3 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц». Учитывая, что в рамках закупки заказчик инициировал процедуру заключения договора поставки вместо договора строительного подряда, то и грубо нарушил требования действующего законодательства в части требований к исполнителю.

По мнению истца, выполнять договор могло лишь лицо, которое является членом саморегулируемой организации в области строительства (СРО), однако ИП ФИО4 не является членом такой саморегулируемой организации. В рамках закупки, соответственно, требование о наличии членства в СРО к участникам закупки установлено не было. Для строительства здания требовалось и получение разрешения на строительство в соответствии со статьей 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения ИП ФИО4 с иском в Арбитражный суд Новосибирской области с настоящим требованием о признании договора на поставку товаров № 276-Д/2023 от 18.08.2023 ничтожным.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции принял по существу правильное решение, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок.

Согласно статье 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

 В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу части 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В силу части 1 статьи 516 ГК РФ установлено, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (статья 702 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Положения статьи 178 ГК РФ предусматривают возможность признания сделки недействительной, совершенной под влиянием заблуждения; при этом существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность. Заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ). Заблуждение относительно правовых последствий сделки, а равно непроявление требовавшейся осмотрительности не является основанием для признания сделки недействительной по статье 178 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статья 178 или статья 179 ГК РФ) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьи 495, 732, 804, 944 ГК РФ.

По смыслу приведенных положений, а также нормы статьи 178 ГК РФ, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-либо обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

По смыслу приведенных положений пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности, правовые последствия. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств дела, исходя из того, насколько заблуждение существенно именно для данного участника сделки. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной, как совершенной под влиянием обмана, входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Свобода в заключении договора означает свободный выбор стороны договора условий договора, свободу волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условиях.

Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой - либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Согласно части 2 указанной статьи арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Проанализировав условия договора, суд первой инстанции пришел к выводу, что заключенный сторонами договор является смешанным, включающим в себя элементы договора поставки и подряда.

В обоснование исковых требований истец указывает на то обстоятельство, что договор на поставку товаров № 276- Д/2023 от 18.08.2023 является ничтожным на основании статьи 168 ГК РФ, как нарушающий требования закона, так как договор на поставку товаров № 276-Д/2023 от 18.08.2023 заключался в соответствии с требованиями закона № 223-ФЗ, который предъявляет требования к точному описанию предмета закупки (часть 6.1 статьи 3), а также устанавливает специальные правила заключения договора, предусматривающих проектирование и капитальное строительство (ст.3.1-3), указанные положения закона нарушены договором на поставку товаров № 276-Д/2023, поскольку описание предмета закупки составлено так, что оно вводит сторону в заблуждение относительно предмета, само по себе нарушает часть 6.1 статьи 3 Закона № 223-ФЗ.

Следуя материалам дела, арбитражным судом установлено следующее.

Пунктом 1.1 договора стороны согласовали предмет договора - поставка модульного здания (учебный корпус №3) (далее – Товар) для нужд Заказчика в соответствии с Описанием предмета закупки (приложение № 2 к Договору) и на условиях, предусмотренных Договором.

Из пункта 1.4 договора следует, что поставщик также обязуется обеспечить оказание услуг (выполнение работ), связанных с поставкой товара - установку, сборка и монтаж здания.

Пунктом 3.6 договора стороны установили сроки выполнения этапов работ (устройства фундамента; поставка, сборка каркаса, перекрытий, сэндвич панелей; поставка и установка окон ПВХ, дверей, витражей; поставка и сборка кровли, лестницы эвакуационной, отделка: потолочное покрытие, напольное покрытие, стены-панели смл, керамогранит, керамическая плитка, двери, фотообои, отопление, канализация, водопровод, электроснабжение, СС, АПС (автоматическая пожарная сигнализация), СОУЭ (система оповещения и управления эвакуацией), вентиляция, кондиционирование, фасадные композитные панели).

Как было указано ранее, спорный договор был заключен на основании Закона № 223-ФЗ.

Законом № 223-ФЗ в целях обеспечения единства экономического пространства, создания условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в части 2 статьи 1 названного Закона, в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективного использования денежных средств, расширения возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ и услуг для нужд заказчиков и стимулирования такого участия, развития добросовестной конкуренции, обеспечения гласности и прозрачности закупки, предотвращения коррупции и других злоупотреблений установлены общие принципы и основные требования к закупке товаров, работ, услуг.

В силу части 1 статьи 2 Закона № 223-ФЗ при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются Конституцией Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, названным Законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также принятыми в соответствии с ними и утвержденными с учетом положений части 3 названной статьи правовыми актами, регламентирующими правила закупки

Требования к закупке, в том числе порядок подготовки и осуществления закупок способами, указанными в частях 3.1 и 3.2 статьи 3 названного Закона, порядок и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения устанавливаются заказчиками самостоятельно и включаются в положения о закупке (часть 2 статьи 2 Закона № 223-ФЗ).

Согласно части 6.1 статьи 3 Закона № 223-ФЗ, при описании в документации о конкурентной закупке предмета закупки заказчик должен руководствоваться следующими правилами: 1) в описании предмета закупки указываются функциональные характеристики (потребительские свойства), технические и качественные характеристики, а также эксплуатационные характеристики (при необходимости) предмета закупки; 2) в описание предмета закупки не должны включаться требования или указания в отношении товарных знаков, знаков обслуживания, фирменных наименований, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, требования к товарам, информации, работам, услугам при условии, что такие требования влекут за собой необоснованное ограничение количества участников закупки, за исключением случаев, если не имеется другого способа, обеспечивающего более точное и четкое описание указанных характеристик предмета закупки; 3) в случае использования в описании предмета закупки указания на товарный знак необходимо использовать слова «(или эквивалент)», за исключением случаев, указанных в данном подпункте.

Вопреки позиции истца, в соответствии с пунктом 3 части 9 статьи 4 Закона № 223-ФЗ и представленной ответчиком аукционной документации истец был ознакомлен с описанием предмета закупки в соответствии с частью 6.1 статьи 3 Закона № 223-ФЗ, содержащегося в техническом задании извещения.

Так, согласно представленным в материалы дела доказательствам, пояснениям сторон, ответчиком указаны функциональная характеристика (потребительское свойство) модульного здания, его назначение - учебный корпус (то есть использование для обучения) (п. 1.1 договора, п.1 и 3 раздела «Общие характеристик» приложения № 2), указаны технические и эксплуатационные характеристики как по конструкции, так и по инженерному оборудованию и сетям, наружной отделке здания, внутренней отделке модульного здания (приложение № 2), также в описании закупки указано, что конструктивные решения модульного здания с расчетами и инженерными решениями должен был осуществить сам поставщик, взяв за основание объемно-планировочные требования, отображенные в эскизном проекте (п. 1 раздела «Конструктивные характеристики»), это означает, что поставщик сам должен был разработать конструкцию модульного здания и изготовить рабочую документацию на конструктивные решения этого модульного здания, при этом поставщик должен был предоставить эту документацию заказчику, в том числе, в виде Паспорта на здание (п.2 раздела «Организационные характеристики»).

Из пояснений ответчика судом установлено, что Приложением № 2 Договора №276-Д/2023 от 18.08.2023 «Описание предмета закупки» указано, что конструктивные решения осуществляются согласно расчетов и инженерных решений, выполняемых силами поставщика в рамках данной закупки. Указанные решения должны осуществляться на основании объемно-планировочные требований, отображенных в эскизном проекте (приложении № 1) (п. 1 раздела «Конструктивные характеристики»), между тем, истец этого не осуществил.

Данные инженерно-геологические изыскания позволяют рассчитать нагрузку на сваи, для последующей установки модуля.

При этом информацией о том, проводился ли такой расчет истцом, ответчик не обладает.

Требования о необходимости согласования инженерных решений с заказчиком (ответчиком) являются законными и обоснованными, поскольку заказчик заинтересован в поставке качественного товара и контроль за соблюдением условий заключенного им договора, является его обязанностью.

Более того, как отмечено судом, ответчиком были проведены аналогичные закупки и заключены договоры на поставки модульных зданий Учебный корпус № 1 и Учебный корпус № 2. По итогам поставки, как и предусмотрено условиями договора, поставщиком переданы ответчику паспорта на здания. На здании размещен «шилдик» с указанием наименования изготовителя, шифром здания, номером здания и датой выпуска. Также поставщиком проведена сертификация поставленного модульного здания.

Отклоняя доводы истца о наличии на его стороне заблуждения относительно предмета спорного договора (о неосведомленности о предмете контракта), суд первой инстанции пришел к правильным выводам об их необоснованности.

В рассматриваемом случае договор на поставку товаров № 276-Д/2023 от 18.08.2023 был заключен с соблюдением требований Закона № 223-ФЗ, при способе определения поставщика аукцион в электронной форме (протокол подведения итогов электронного аукциона ЕИС № 32312585799 /РТС-тендер № 2806017 от 07.08.2023). Предмет договора, описание предмета закупки были опубликованы на официальном сайте.

Иными словами, вопреки позиции истца, все сведения о предмете договора о поставке модульного здания (учебный корпус №3) и о необходимости обеспечения выполнения работ, связанных с поставкой Товара – установку, сборку и монтаж здания были указаны в аукционной документации, с которой предприниматель имел возможность ознакомится до начала торгов и заключения договора на поставку товаров № 276-Д/2023 от 18.08.2023.

При этом, истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик, при заключении оспариваемой сделки, сообщил истцу информацию, не соответствующую действительности, либо умолчал об обстоятельствах, о которых он должен был сообщить.

Согласно сведениям о видах экономической деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности (выписка из ЕГРИП), основная деятельности ИП ФИО4: 41.20 Строительство жилых и нежилых зданий, что соответствует классификация по ОКВЭД2, указанному в извещении о закупке.

Кроме того, в выписке из ЕГРИП указаны сведения о дополнительных видах деятельности: 42.21 Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения; 43.12 Подготовка строительной площадки; 43.21 Производство электромонтажных работ; 43.22 Производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха; 43.29 Производство прочих строительно-монтажных работ и т.д.

Как отмечено судом, являясь профессиональным участником рассматриваемых правоотношений, при должной степени заботливости и осмотрительности, истец имел возможность принять меры к выяснению всех имеющих значение для исполнения своих обязательств по договору № 276-Д/2023 обстоятельств, в том числе и до его заключения.

Таким образом, истец как профессиональный участник в сфере строительства жилых и нежилых зданий, исходя из информации о видах экономической деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности предпринимателя, содержащейся в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей, должен был знать о реальной фактической возможности (невозможности) поставки согласованного вида модульного здания и необходимости дальнейшего его монтажа и установки.

Другими словами, предприниматель, предложивший наименьшую стоимость заявленного к поставке товара (модульного здания), осведомленный об условиях договора с учетом условий установки, сборки и монтажа (пункт 1.4 договора), допустивший деловой просчет при проведении конкурсных процедур, поскольку с его слов намерен был заключить договор поставки, а не подряда, включающий его монтаж, принял на себя риски возможного наступления негативных экономических последствий.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что сделка, совершенная под влиянием существенного заблуждения является оспоримой, то есть должна быть признана таковой судом (часть 1 статьи 166 ГК РФ), вместе с тем, такого судебного акта о признании договора поставки недействительной сделкой, как сделки, совершенной под влиянием существенного заблуждения, истцом в материалы дела не представлено.

Относительно довода истца об отсутствии членства участников закупки в саморегулируемой организации, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции об их несостоятельности.

В соответствии с частью 1 статьи 55.8 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее - ГрК РФ) индивидуальный предприниматель или юридическое лицо имеет право выполнять инженерные изыскания, осуществлять подготовку проектной документации, строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, снос объектов капитального строительства по договору подряда на выполнение инженерных изысканий, подготовку проектной документации, по договору строительного подряда, по договору подряда на осуществление сноса, заключенным с застройщиком, техническим заказчиком, лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения, или региональным оператором, при условии, что такой индивидуальный предприниматель или такое юридическое лицо является членом соответственно саморегулируемой организации в области инженерных изысканий, архитектурно-строительного проектирования, строительства, реконструкции, капитального ремонта, сноса объектов капитального строительства, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 5 части 2.2. статьи 52 ГрК РФ не требуется членство в саморегулируемых организациях в области строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства лиц, осуществляющих строительство, реконструкцию, капительный ремонт объектов, не являющихся объектами капитального строительства согласно пункту 2 части 17 статьи 51 настоящего Кодекса.

Из пункта 10 статьи 1, статей 51, 55 ГрК РФ следует, что здания, строения, сооружения, объекты незавершенного строительства признаются объектами капитального строительства, для создания которых необходимо получение разрешения на строительство, а после завершения строительства - разрешение на ввод в эксплуатацию. Таким образом, объекты капитального строительства создаются с соблюдением последовательного порядка, установленного для создания таких объектов.

Раскрытие понятий «здание», «сооружение» содержится в пунктах 6, 23 части 2 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» (далее – Технический регламент»)

В силу пункта 6 части 2 статьи 2 Технического регламента, под зданием понимается результат строительства, представляющий собой объемную конструкцию, имеющую надземную и (или) подземную части, включающую в себя помещения, сети инженерно-технического обеспечения и системы инженерно-технического обеспечения и предназначенную для проживания и (или) деятельности людей, размещения производства.

Сооружением на основании пункта 23 статьи 2 Технического регламента признается результат строительства, представляющий собой объемную, плоскостную или линейную строительную систему, имеющую наземную, надземную и (или) подземную части, состоящую из несущих, а в отдельных случаях и ограждающих строительных конструкций и предназначенную для выполнения производственных процессов различного вида, хранения продукции, временного пребывания людей, перемещения людей и грузов.

Материалами дела подтверждается, что спорное здание представляет собой двухэтажное каркасное строение площадью 701,4 м. кв., которое включает несколько помещений, предназначенных для обучения людей.

Вместе с тем, указанные обстоятельства не свидетельствуют о том, что здание обладает признаками объекта капитального строительства.

Наличие бетонного фундамента не является единственным и достаточным признаком для отнесения здания к капитальному объекту недвижимости и не свидетельствует о невозможности перемещения объекта без несоразмерного ущерба его назначению.

Напротив, согласно имеющимся в материалах дела доказательствам, здание представляет собой металлические конструкции на фундаментной основе, что не исключает фактической возможности его разборки и повторной сборки.

Как аргументированно отмечено судом, быстровозводимый спорный объект ввиду своего модульного строения и болтовых соединений обладает высокой скоростью возведения и степенью мобильности сооружений при любых размерах.

Возведение спорного строения в качестве сборно-разборного здания модульного типа сторонами не отрицается.

Вопреки доводам истца, модульное здание не обладает естественными свойствами вещей, причисленных к недвижимому имуществу - прочности, незаменимости, долговечности, стационарности, фундаментальности, неделимости.

Принимая во внимание изложенное, а также исходя из технических характеристик спорного объекта, его описания в технической документации, арбитражный суд пришел к обоснованному выводу о том, что спорный объект – модульное здание учебного корпуса, вопреки позиции истца, в силу конструктивных особенностей является некапитальным и не относится к категории недвижимого имущества, поскольку не обладает признаками последнего: конструктивное решение исследуемого строения допускает возможность его разборки и перемещения на другое место без нанесения несоразмерного ущерба его назначению.

К таким же выводам пришел апелляционный суд в рамках рассмотрения дела № А45-3497/2024. исходя из технических характеристик спорного объекта, его описания в технической документации, судебная коллегия пришла к выводу о том, что спорный объект – модульное здание учебного корпуса в силу конструктивных особенностей является некапитальным и не относится к категории недвижимого имущества, поскольку не обладает признаками последнего: конструктивное решение исследуемого строения допускает возможность его разборки и перемещения на другое место без нанесения несоразмерного ущерба его назначению.

Поскольку объектом закупки является поставка и монтаж модульного быстро возводимого некапитального каркасного здания (учебного корпуса №3), то есть объекта, не являющегося объектом капитального строительства, членство в СРО участников данной закупки не требовалось.

Как указано в письме Минстроя России от 20.02.2023 № 8765-КМ/00 «О создании объектов в форме некапитальных строений», в случае создания объектов в форме некапитальных строений предусмотрен упрощенный порядок осуществления градостроительной деятельности, не требующий прохождения экспертизы проектной документации, оформления разрешений на строительство и осуществления строительного надзора, что опровергает доводы о том, что для подготовки проектной документации, строительства, реконструкции объектов капитального строительства изыскатель должен находится в СРО.

Кроме того, судом проанализировано и верно оценено представленное ответчиком  письмо №12252/65-исх от 12.12.2024 администрации города Бердска Новосибирской области о рассмотрении уведомлений о выявлении самовольных построек, из содержания которого следует, что по результатам работы комиссии администрацией города Бердска в инспекцию государственного строительного надзора Новосибирской области были направлены уведомления о том, что признаки самовольной постройки не усматриваются, в том числе в отношении поставляемых модульных зданий, по адресу: обл. Новосибирская, г. Бердск, Речкуновская зона отдыха, 20 (место поставки по договору № 276-Д/2023 от 18.08.2023), которые относятся к некапитальным сооружениям, по следующим основаниям: отсутствие обоснования прочной связи с землей, возможностью демонтажа объекта и переноса без изменения назначения и характеристик и срок службы по паспорту 20 лет, следовательно, проведенные закупки, и заключенные по их итогам договоры на поставку модульных зданий заключены с соблюдением требования законодательства, не являются объектами капитального строительства, не требуют разработки проектно-сметной документации и не требуют наличия членства в СРО для их поставки.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что привлеченным к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Капитал строй» был представлен отзыв на исковое заявление с приложением к нему акта экспертного исследования № 3112/9-6-24 от 10.12.2024, проведенного Федеральным бюджетным учреждением Сибирский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, согласно которого, строительный объект «учебный корпус для курсантов» после возведения (завершения поставки и сборки) в соответствии с проектными решениями, принятыми в рабочей документации, не будет обладать признаками капитального объекта, что также опровергает соответствующие доводы истца.  В связи с чем и отклоняется ссылка апеллянта на заключение ООО «ЭКЦСтроТЭкс».

Указанное истцом надлежащим образом не опровергнуто, доказательств обратного не представлено.

На основании изложенных норм права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание условия спорного договора на поставку товаров № 276-Д/2023 от 18.08.2023, учитывая непредставление надлежащих и бесспорных доказательств того, что истец введен ответчиком при заключении договора в заблуждение, а также доказательств совершения сделки под влиянием обмана, в том числе недоказанность сообщения ответчиком истцу при заключении оспариваемой сделки информации, не соответствующей действительности, либо умолчания ответчиком об обстоятельствах, о которых он должен был сообщить истцу, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о недоказанности истцом факта заключения договора под влиянием заблуждения и обмана со стороны ответчика, в связи с чем основания для признания договора ничтожным отсутствуют, что опосредует отказ в удовлетворении заявленных требований.

Оснований не согласиться с указанными выводами апелляционный суд не усматривает.

Материалы дела не содержат доказательств, представленных истцом в порядке части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловно подтверждающих, что ответчик преднамеренно умолчал либо скрыл какие-либо обстоятельства, повлиявшие на решение при заключении сделки, что умысел его был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных, добросовестных целей).

Отсутствие доказательств наличия умысла является самостоятельным основанием для отказа в признании сделки недействительной, как совершенной под влиянием заблуждения и/или обмана.

При заключении оспариваемого договора его стороны обладали правоспособностью, понимали значение своих действий и четко представляли себе последствия совершения сделки поставки товара.

Доводы апелляционной жалобы, повторяющие позицию, изложенную в суде первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении судом норм материального и процессуального права.

Арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у апелляционного суда отсутствуют.

Доводы апелляционной жалобы рассмотрены апелляционным судом, не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого судебного акта, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств по нему, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.

Различная оценка одних и тех же фактических обстоятельств и документов дела судом первой инстанции и подателями жалобы, не является правовым основанием для отмены судебного акта.

Учитывая изложенное, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее подателя. 

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».   

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 09.04.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-36240/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.


Председательствующий 


ФИО1


Судьи


ФИО2


ФИО3