Постановление от 5 апреля 2022 г. по делу № А65-21802/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-21802/2020
г. Самара
05 апреля 2022 г.
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Копункина В.А., Львова Я.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 29 марта 2022 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 февраля 2022 года, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго» ФИО2 об оспаривании сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго», г. Альметьевск, (ИНН <***>, ОГРН <***>),

без участия лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.10.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго», г. Альметьевск, (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.12.2020 в отношении ООО «Промэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>) введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.03.2021 ООО «Промэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>) признано банкротом и в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2, являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 16.03.2021 поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго», г.Альметьевск ФИО2, о признании недействительным договора купли-продажи квартиры и земельного участка от 18.09.2019, заключенного между ООО «Промэнерго» и ФИО3 (вх. № 14811).


Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.02.2022 заявление конкурсного управляющего (с учетом уточнения) о признании недействительными договора купли-продажи квартиры и земельного участка от 18.09.2019, заключенных между ООО «Промэнерго» и ФИО3, и договора купли-продажи квартиры от 12.02.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении последствий недействительности сделки, удовлетворено частично.

Признан недействительным договор купли-продажи квартиры от 18.09.2019, заключенный между ООО «Промэнерго» и ФИО3.

Признан недействительным договор купли-продажи земельного участка от 18.09.2019, заключенный между ООО «Промэнерго» и ФИО3.

Применены последствия недействительности сделки купли-продажи квартиры от 18.09.2019 в виде взыскания с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго» денежных средств в размере 10 200 000 рублей.

Суд первой инстанции обязал ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок, расположенный по адресу: Республика Татарстан, Альметьевский муниципальный район, Новониколаевское сельское поселение, ул. Садовая, д.19. общая площадь 1 294 кв.м.. кадастровый номер 16:07:230001:1481.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 12.02.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО4, отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго» обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части отказа в удовлетворении заявления, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 29.03.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, в части отказа в удовлетворении заявления о признании договора купли-продажи квартиры от 12.02.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО4, суд апелляционной инстанции не вправе выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции лишь в обжалуемой части.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должнику на праве собственности принадлежало:

1 Жилое помещение (квартира), кадастровый номер 16:50:110602:2067, расположенное по адресу: РТ, <...>, которое было реализовано ответчику ФИО3 по договору от 18.09.2019. Регистрация права собственности 20.08.2020. Стоимость квартиры составила 7 150 000 (семь миллионов сто пятьдесят тысяч) рублей.

2. Земельный участок, кадастровый номер 16:07:230001:1481, расположенный по адресу: РТ, <...> который был реализован ответчику ФИО3 по договору от 18.09.2019. Регистрация права собственности 20.08.2020. Стоимость земельного участка составила 79 500 (семьдесят девять тысяч пятьсот) рублей.

Как указывал конкурсный управляющий, при реализации указанного имущества по оспариваемым договорам денежные средства, на единственный открытый расчетный счет в ПАО «Сбербанк» (16.01.2020 г. - дата открытия), не поступали, стоимость, указанная в договорах занижена. Считает, что последующее отчуждение недвижимого имущества (жилого помещения) ФИО3 ФИО4 по договору от 12.02.2021 (государственная регистрация права собственности 18.02.2021) следует расценивать как цепочку взаимосвязанных сделок с целью вывода имущества.

В целях определения рыночной стоимости недвижимого имущества и для проверки доводов заявлений конкурсного управляющего, судом первой инстанции проведена судебная экспертиза.

Согласно итогам проведенной экспертизы рыночная стоимость квартиры, находящейся по адресу: <...>, общей площадью 127,1 кв.м., расположенной на 9 и 10 этажах, на момент совершения первоначальной сделки по договору купли-продажи – 20.08.2020 г. (дата государственной регистрации перехода права собственности) составила 10 200 000 рублей. Рыночная стоимость квартиры, находящейся по адресу: <...>, общей площадью 127,1 кв.м., расположенной на 9 и 10 этажах, на момент последующей сделки по договору купли-продажи - 18.02.2021 г. (дата государственной регистрации перехода права собственности) составила 10 900 000 руб.

Оспаривая сделки по п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ, конкурсный управляющий, указывал, что ФИО3 не зарегистрирован как ИП, и нельзя говорить о том, что данная сделка направлена в целях извлечения прибыли в качестве перепродажи, даже с учетом того, что перепродажа была совершена с минимальной ценой (50000 руб.) А ФИО4 не проявила должную осмотрительность при заключении договора купли-продажи, т.к. должна была обратить внимание на отсутствие платежных документов в качестве подтверждения оплаты имущества; на существенное различие в датах, а именно в дате договора (2019год) и в дате регистрации (августа 2020года); на то, что существенно сниженна стоимость объекта недвижимости по соотношению с рынком недвижимости в г. Казани на тот момент).

По мнению кредитора ООО «М-Сервис», имеются основания для признании сделки недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, т.к. на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр кредиторов должника, а имущество было выедено безвозмездно, о чем ответчики не могли не знать.

Суд первой инстанции, оценив доказательства, имеющиеся в материалах дела, признал недействительным договор купли-продажи квартиры от 18.09.2019, заключенный между ООО «Промэнерго» и ФИО3, договор купли-продажи земельного участка от 18.09.2019, заключенный между ООО «Промэнерго» и ФИО3. Применил последствия недействительности сделки купли-продажи квартиры от 18.09.2019 в виде взыскания с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго», г. Альметьевск, (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежных средств в размере 10 200 000 руб. Обязал ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго», г. Альметьевск, (ИНН <***>, ОГРН <***>) земельный участок, расположенный по адресу: Республика Татарстан, Альметьевский муниципальный район, Новониколаевское сельское поселение, ул. Садовая, д.19. общая площадь 1 294 кв.м.. кадастровый номер 16:07:230001:1481.

В указанной части судебный акт не обжалуется и апелляционному пересмотру не подлежит.

Предметом апелляционного обжалования является признание недействительным договора купли-продажи квартиры от 12.02.2021, заключенного между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатели), по передачи в собственность квартиры кадастровый номер 16:50:110602:2067, расположенное по адресу: <...>. Данную сделку конкурсный управляющий считает частью сделки.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в указанной части, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

На основании п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества.

В силу разъяснений, приведенных в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если же право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне.

Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ. В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве.

Конкурсный управляющий должника полагал, что оба оспариваемых договора необходимо рассматривать как цепочку взаимосвязанных сделок, однако для подобного вывода должны быть четкие аргументы и доказательства, которые, по мнению суда, в рассматриваемом споре отсутствуют.

Действительно, при рассмотрении подобных споров возможна ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар) лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

При этом правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (пункты 86, 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара.

Именно в этом заключается смысл оспаривания цепочки последовательно совершенных должником сделок (действий) и смысл применения реституции в рамках дела о банкротстве без обращения с последующим виндикационным иском.

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения обособленных споров о признании цепочки сделок недействительными имеют значение обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

В силу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, якобы передаваемым по последовательным притворным сделкам.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, как указано выше, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2020 г. № 301-ЭС17-19678).

Вопреки доводам заявителя жалобы, доказательств того, что ФИО4 является бенефициарами прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, вследствие чего возникает право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не путем удовлетворения виндикационного иска, не представлено.

ФИО4 представила письменные пояснения об обстоятельствах приобретения спорного жилого помещения, в которых следует, что при подписании ипотечного договора (в помещении ПАО Банк «Открытие») в исполнение договора купли-продажи квартиры от 12.02.2021, продавцом квартиры ФИО3, покупателям квартиры и ипотечному менеджеру банка, были представлены на осмотр оригиналы договора заключенного между ООО «Промэнерго» и ФИО3 и универсального передаточного документа (УПД, - накладная и счет-фактура) от 18.09.2019 с подписями и печатями сторон. Менеджер банка заверила ранее предоставленную в банк фото копию данного договора, удостоверила его соответствие оригиналу и приобщила к материалам ипотечного дела в качестве доказательства факта проверки возмездного характера сделки и доброй воли сторон при ее заключении.

Из договора от 18.09.2019 следовало, п. 3.: "Расчет между сторонами произведен до подписания настоящего договора"; п. 4. договора подтверждалось отсутствие обременений на имущество.

Денежные средства в размере 1 287 000 руб. оплачивались ФИО4 из собственных денежных средств, наличным денежными средствами, что подтверждается распиской продавца о получении соответствующей суммы в день подписания договора. Основная сумма 5 913 000 руб. была оплачена за счет кредитных средств по кредитному договору (ПАО Банк "ФК Открытие")

Денежные средства на приобретение квартиры имелись в наличии у сына ответчика – ФИО5. В подтверждение финансовой возможности произвести оплату первого взноса в размере 1 287 000 руб. на дату подписания договора, ответчиком представлены сведения о доходах ФИО5 за 2019-202г.г. (справки о доходах за 2019 год – 1 196 241,65 рубля, 2020 год – 925 946 рублей), а также получением денежных средств от продаже квартиры по договору купли-продажи от 22.01.2021 в размере 5 950 000 рублей. Квартира приобреталась с целью совместного проживания (сына, супруги сына и двух несовершеннолетних детей). Кроме того, квартира приобретена черновой отделке. Для проведения ремонта были приобретены строительные материалы. В настоящий момент ответчик производит ежемесячные платежи по кредитному договору в размере 57 010 рублей.

В материалы спора не представлено ни одного из доказательств того, что ФИО4 является заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, вследствие чего оснований полагать их участниками цепочки сделок по выводу активов должника не имеется (в отсутствие соответствующих доказательств этого).

С учетом правовой позиции, приведенной Верховным Судом РФ, в частности, в определении от 19 марта 2020 г. № 305-ЭС19-16046 (3), суд исходит из того, что общность предмета сделок, короткий промежуток между сделками, а также неоплата по сделкам, - это те фактические обстоятельства, которые могут свидетельствовать о том, что совокупность операций является цепочкой взаимосвязанных сделок.

Верно отмечено, что в настоящем споре относительно договора купли-продажи квартиры от 12.02.2021, совершенной между ФИО3 и ФИО4 подобного рода обстоятельства не выявлены, соответствующих доказательств не представлено.

По смыслу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания недействительной подозрительной сделки, совершенной в пределах трех лет до или после возбуждения дела о банкротстве, необходимо наличие совокупности определенных условий: причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, цель причинения вреда и осведомленность контрагента об указанной цели. Отсутствие одного из данных условий свидетельствует о невозможности квалификации сделки по указанному основанию в качестве подозрительной.

Учитывая, что ФИО4 подтвердил свою платежеспособность, умысел на причинение вреда кредиторам должника не установлен, оснований для вывода о наличии фактической аффилированности ФИО4 с ООО «Промэнерго», ФИО3, и участия их в единой подозрительной сделке, у суда первой инстанции не имелось.

В соответствии с заключением эксперта О/1132-06/21 от 27.08.2021 рыночная стоимость квартиры, находящейся по адресу: <...> общей площадью 127,1 кв.м., расположенной на 9 и 10 этажах, на момент совершения:

- первоначальной сделки по договору купли-продажи – 20.08.2020 г. (дата государственной регистрации перехода права собственности) – 10 200 00 рублей;

- последующей сделки по договору купли-продажи - 18.02.2021 г. (дата государственной регистрации перехода права собственности) – 10 900 000 рублей.

Согласно абзацу 3 пункту 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях.

При оценке неравноценности встречного исполнения по оспариваемым сделкам суд учел Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", где указано, что под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

В обоих случаях применен критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка (определение Верховного суда Российской Федерации от 23.12.2021 №305-ЭС21-19707).

Как установлено выше, квартира приобретена за сумму 7 200 000 руб., т.е. цену приобретения нельзя назвать не соответствующей рыночной, поскольку отсутствует такой критерий как кратное уменьшение цены квартиры по отношению к рыночной стоимости.

Более того, квартира приобретена с помощью кредитных средства банка, при оформлении кредита был оформлен залог квартиры, поэтому отсутствуют основания утверждать о безденежности оспариваемой сделки и как следствие злоупотреблении своими правами ФИО4

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и признаны несостоятельными, поскольку данные доводы не опровергают установленные по делу обстоятельства.

Встречное предоставление со стороны конечного покупателя - ФИО4 было осуществлено. Отчуждение недвижимого имущества- квартиры произведено не по существенно заниженной цене, учитывая оценочную (залоговую) стоимость имущества. Доказательства финансовой возможности исполнения обязательства по сделке со стороны покупателя ФИО4 представлены. Фактическая аффилированность не доказана.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что обжалуемое определение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, содержащиеся в нем выводы, соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 февраля 2022 года по делу А65-21802/2020, в обжалуемой части, следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судебные расходы подлежат распределению в порядке статьи 110 АПК РФ

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 февраля 2022 года по делу А65-21802/2020, в обжалуемой части, оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промэнерго», ИНН <***>, в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000,00 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий Н.А. Мальцев


Судьи В.А. Копункин


Я.А. Львов