Постановление от 16 января 2019 г. по делу № А81-5759/2013

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А81-5759/2013
16 января 2019 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 января 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего Смольниковой М.В.

судей Бодунковой С.А., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15527/2018) общества с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Хантос» на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 06 ноября 2018 года по делу № А81-5759/2013 (судья Матвеева Н.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сервисная транспортная компания» Нуриева Владислава Борисовича о признании недействительной сделки, заключенной с обществом с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Хантос» и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сервисная транспортная компания» (ИНН 8905031874, ОГРН 1038900944378),

при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью «СК Хантос» ФИО3 (паспорт, по доверенности от 18.10.2018 сроком действия до 31.12.2019),

установил:

решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 16.12.2014 (резолютивная часть объявлена 15.12.2014) общество с ограниченной ответственностью «Сервисная транспортная компания» (далее – ООО «СТК», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 237 от 27.12.2014.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.12.2016 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «СТК» с 28.12.2016.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 26.01.2017 конкурсным управляющим ООО «СТК» утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность».

Конкурсный управляющий ФИО2 03.05.2018 обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением, уточненным в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительной сделкой договора аренды имущества (автотранспортной техники) № 315-2/14 от 30.09.2014, заключенного между ООО «СТК» и обществом с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Хантос» (далее – ООО «СК «Хантос», ответчик), и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СК «Хантос» денежных средств в размере 10 429 100 руб., составляющих разницу между стоимостью аренды по договору № 315-2/14 от 30.019.2014 и рыночной стоимостью аренды.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 06.11.2018 по делу № А81-5759/2013 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, договор аренды имущества № 315-2/14 от 30.09.2014, заключенный между ООО «СТК» и ООО «СК «Хантос» признан недействительной сделкой. Применены последствия недействительности сделки: с ООО «СК «Хантос» в конкурсную массу должника денежные средства в размере 10 429 100 руб. С ООО «СК «Хантос» в пользу ООО «СТК» расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ООО «СК «Хантос» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что судом первой инстанции сделан необоснованный вывод о квалификации оспариваемой сделки как мнимой ввиду фактического её исполнения и совершенной со злоупотреблением правом, поскольку судом первой инстанции не в полной мере исследованы обстоятельства разумности установленного оспариваемой сделкой размера арендных платежей. Кроме того, по мнению подателя жалобы, судом первой инстанции применена не подлежащая применению норма права, установленная пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), с учетом того, что в рассматриваемом случае указанные заявителем пороки сделки не выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, не применены подлежащие применению нормы о сроке оспаривания сделок по специальным основаниям Закона о банкротстве. Также ООО «СК «Хантос» указывает на то, что судом не дана надлежащая оценка недобросовестным действиям конкурсного управляющего, ссылаясь на то, что действия по переквалификации оснований оспаривания сделки совершены со злоупотреблением правом, в обход правил о сроке давности, на применение ненадлежащего способа защиты прав.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «РТ-Капитал» и конкурсный управляющий ООО «СТК» ФИО5, утвержденный определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 11.12.2018 по делу №А81-5759/2013, представили отзывы, в которых просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

До начала заседания суда апелляционной инстанции от конкурсного управляющего должника поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «СК Хантос» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, пояснил, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, заслушав представителя подателя жалобы, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции находит определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 06.11.2018 по настоящему делу подлежащим отмене.

Как следует из материалов дела, между ООО «СТК» (арендодатель) и ООО «СК Хантос» (арендатор) подписан договор аренды имущества (автотранспортной техники) от 30.09.2014 № 315-2/14, по условиям которого арендодатель обязуется предоставить за плату во временное владение и пользование автотранспортную технику (далее – имущество), находящуюся в собственности арендодателя и указанную в акте приема-передачи (приложение № 1), являющемся неотъемлемой частью настоящего договора, а арендатор – принять, оплатить пользование и своевременно возвратить имущество в исправном состоянии с учетом износа.

Согласно акту приема-передачи в аренду ООО «СК «Хантос» от ООО «СТК» к договору № 315-2/14 от 30.04.2014 по состоянию на 30.09.2014 (приложение № 1 к договору) во временное владение и пользование ООО «СТК» передано 22 единицы транспортных средств.

В силу пункта 1.3 договора балансовая стоимость имущества, передаваемого в аренду по настоящему договору и указанного в приложении № 1 к настоящему договору, составляет 60 296 363 руб. 38 коп.

Согласно пункту 3.1 договора ежемесячный платеж за всю арендуемую технику составляет 63 000 руб., в том числе, НДС 9 610 руб. 16 коп. согласно расчета суммы арендной платы (приложение № 2 к настоящему договору).

Полагая указанный договор аренды недействительной сделкой, совершенной с неравноценным встречным исполнением обязательств другой стороной сделки и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий, ссылаясь на пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в суд с настоящим заявлением.

Впоследствии, конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, указал, что оспариваемая сделка является мнимой и совершена со злоупотреблением правом.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из мнимости оспариваемой сделки и совершении оспариваемой сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, то есть со злоупотреблением правом.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводом суда первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Статьями 606, 642 ГК РФ предусмотрено, что по договору аренды (имущественного найма) транспортного средства арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) транспортное средство за плату во временное владение и пользование.

По смыслу приведенных норм, реальными правовыми последствиями договора аренды являются владение и пользование арендатором имущества арендодателя и внесение арендатором платы за указанное владение и пользование арендодателю.

В рассматриваемом случае, указывая на мнимость оспариваемой сделки, суд первой инстанции исходил из того, что стороны оспариваемой сделки не только подписали договор аренды имущества (автотранспортной техники) № 315-2/14 от 30.09.2014, определив цену ежемесячной арендной платы в размере 63 000 руб., оформили акт приема-передачи техники, но и исправно вносили платежи по договору аренды.

Факт внесения ООО «СК «Хантос» должнику арендной платы в счет исполнения обязанности по оспариваемому договору лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Ссылаясь на неравноценность предусмотренного оспариваемого договором размера арендной платы, конкурсный управляющий должника отсутствие поступлений со стороны ООО «СК «Хантос» денежных средств в счет исполнения обязательств по внесению арендной платы не обосновал.

Напротив, при определении суммы денежных средств, заявленной к взысканию в качестве применения последствий недействительности сделки, конкурсный управляющий должника исходил из внесения ответчиком предусмотренной оспариваемым договором арендной платы, просил взыскать сумму денежных средств в размере 10 429 100 руб., составляющую произведение разницы между рыночной стоимостью аренды (282 560 руб. в месяц) и стоимостью аренды по договору № 315-2/14 от 30.09.2014 (63 000 руб. в месяц) и периода действия оспариваемого договора (47,5 месяцев).

Кроме того, лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что ООО «СК «Хантос» фактически владело и пользовалось принадлежащими должнику транспортными средствами, находящими по месту выполнения работ ООО «СК Хантос».

Совокупность изложенного свидетельствует о фактическом исполнении сторонами договора № 315-2/14 от 30.09.2014, что исключает возможность констатировать мнимость оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах, вопреки выводам суда первой инстанции, последующее заключение договора аренды той же техники № 2/07-17 от 17.07.2017 на условиях ежемесячного внесения арендной платы в размере 481 654 руб. 60 коп., а также указание в отчете № 9935 от 15.06.2018, что итоговая рыночная стоимость прав владения и пользования (арендная плата) принадлежащих должнику транспортных средств составляет 282 560 руб. в месяц, не являются достаточными основаниями определения мнимости сделки.

С учетом изложенного, выводы суда первой инстанции о мнимости оспариваемой сделки не могут быть признаны обоснованными.

При этом суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для признания оспариваемой сделки недействительной как совершенной со злоупотреблением правом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

В рассматриваемом случае подобные обстоятельства не усматриваются.

В обоснование заявленных требований о признании договора № 315-2/14 от 30.09.2014 недействительной сделкой как совершенной со злоупотреблением правом конкурсный управляющий должника указал на несоответствие предусмотренного оспариваемой сделкой размера арендной платы рыночным условиям (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), совершение сделки после принятия заявления о признании должника банкротом между заинтересованными лицами, входящими в одну группу лиц.

Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания сделок, оспариваемых по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В связи с этим в силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

Оснований полагать, что оспариваемая сделка имеет пороки, выходящие за пределы специальных оснований признания сделок недействительными (статьи 612 Закона о банкротстве), конкурсным управляющим не представлено.

В определении Верховного Суда РФ от 17.12.2018 №309-ЭС18-14765 указано на то, что неравноценность является специальным составом недействительности, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886).

В рассматриваемом случае суды, квалифицировав сделку как совершенную со злоупотреблением правом, не указали, чем в условиях конкуренции норм о недействительности выявленные пороки сделки выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве. Фактически квалификация сделок по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации позволила судам обойти ограничения на оспаривание, установленные пунктом 1 статьи 61.4 Закона о банкротстве в отношении биржевых сделок. Более того, данный подход приводит к тому, что содержание специальных оснований недействительности нивелируется и теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом, что не соответствует целям законодательного регулирования.

Применение к подозрительным сделкам, не имеющим других недостатков, общих положений о ничтожности, по сути, влечет возможность обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11).

Тем более в условиях, когда ООО «СК «Хантос» заявлено о пропуске срока исковой давности (т. 2, л.д. 48 – 51).

Таким образом, изменение конкурсным управляющим должника оснований для признания оспариваемых сделок недействительными со специальных, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, на общие, предусмотренные статьями 10 и 170 Закона о банкротстве, не исключало обязанность суда первой инстанции в соответствии со статьей 133 АПК РФ определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поскольку обстоятельства, указанные конкурсным управляющим должника в качестве оснований для оспаривания сделки по статье 10 ГК РФ, охватываются составом подозрительных сделок, установленным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при рассмотрении требования конкурсного управляющего должника о признании оспариваемой сделки недействительной как совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторам суду первой инстанции следовало руководствоваться специальными нормами, предусмотренными Законом о банкротстве, а не общими нормами статьи 10 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Если основание недействительности сделки связано с нарушением совершившим ее от имени должника арбитражным управляющим Закона о банкротстве, исковая давность по заявлению о ее оспаривании исчисляется с момента, когда о наличии оснований для ее оспаривания узнал или должен был узнать следующий арбитражный управляющий.

Как указано конкурсным управляющим должника ФИО2, предыдущий конкурсный управляющий должника ФИО4 узнал о заключенных договорах из письма ООО «НСТК» и ООО «СК «Хантос» от 26.11.2015 (т. 2, л.д. 61).

Иные даты осведомленности конкурсного управляющего должника ФИО4 об оспариваемой сделке в настоящем обособленном споре не раскрыты.

С 26.11.2015 года срок давности для оспаривания сделок по специальным основаниям истек 26.11.2016.

ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего после этой даты 28.12.2016.

Документы по сделкам конкурсному управляющему ФИО2 были переданы ФИО4 15.02.2017 (пункты 9 и 12 акта приема-передачи № 7).

Недобросовестное осуществление ФИО4 возложенных на него полномочий конкурсного управляющего ООО «СТК», выразившееся в непринятии мер по оспариванию договора № 315-2/14 от 30.09.2014, бездействие конкурсного управляющего ФИО4 в интересах заинтересованной группы лиц, а не кредиторов, конкурсным управляющим должника ФИО2 в данном обособленном споре не обосновано.

Соответственно, суд апелляционной инстанции не может применить позицию, изложенную в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757 об исключении возможности исчисления давности исходя из фигуры недобросовестного арбитражного управляющего.

При таких обстоятельствах и в отсутствие оснований полагать иное у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания полагать, что конкурсному управляющему должника ФИО2 также могло быть известно о совершении оспариваемой сделки позднее даты подписания акта приема-передачи от 15.02.2017 № 7.

В соответствии с пунктом 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

Конкурсный управляющий ООО «СТК» ФИО2 обратился в суд с рассматриваемым заявлением о признании оспариваемой сделки недействительной как совершенной после принятия заявления о признании должника банкротом в отношении заинтересованного к должнику лица в отсутствие равноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки и применении последствий недействительности сделки 03.05.2018, то есть по истечении более 1 года с даты, когда ему стало или могло стать известно о совершении оспариваемой сделки и о наличии оснований для оспаривания сделки.

Невозможность оспаривания сделки в пределах годичного срока с даты получения оспариваемого договора, конкурсным управляющим ООО «СТК» ФИО2 также не доказана.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о пропуске конкурсным управляющим годичного срока исковой давности для оспаривания сделки по предусмотренным Законом о банкротстве специальным основаниям.

Поскольку изменение заявителем квалификации недействительности оспариваемой сделки со специальных оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, на общие основания (злоупотребление правом) в рассматриваемом случае влечет обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам, что является недопустимым, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для исчисления срока исковой давности по пункту 1 статьи 181 ГК РФ.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Совокупность изложенного свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим должника требований, их удовлетворение судом первой инстанции не может быть признано обоснованным.

При таких обстоятельствах обжалуемое определение подлежит отмене в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ), с принятием по настоящему делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований.

Апелляционная жалоба ООО «СК «Хантос» подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в связи с ее удовлетворением относятся на должника.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15527/2018) общества с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Хантос» удовлетворить.

Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 06 ноября 2018 года по делу № А81-5759/2013 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сервисная транспортная компания» о признании недействительной сделки, заключенной с обществом с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Хантос» и применении последствий недействительности сделки отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сервисная транспортная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сервисная компания «Хантос» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 3 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины в связи с подачей апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

М.В. Смольникова

Судьи

С.А. Бодункова

Н.А. Шарова