Постановление от 15 декабря 2024 г. по делу № А65-1022/2022

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№11АП-13807/2024

Дело № А65-1022/2022
г. Самара
16 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 16 декабря 2024 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В.,

судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А.,

с участием:

лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 02 декабря 2024 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 июля 2024 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Каммеханомонтаж»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.08.2022 ООО «Каммеханомонтаж» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.10.2022 ходатайство конкурсного управляющего ФИО2 о прекращении упрощенной процедуры, применяемой в деле о банкротстве и переходе к общей процедуре конкурсного производства, удовлетворено. Прекращена упрощенная процедура банкротства в отношении ООО «Каммеханомонтаж», суд перешел к общей процедуре конкурсного производства, предусмотренной главой VII Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности руководителей должника ООО «Каммеханомонтаж» ФИО3 (далее – ответчик 1) и ФИО1 (далее – ответчик 2).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.07.2024 заявление удовлетворено. ФИО3 и ФИО1 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Каммеханомонтаж». Производство по делу по рассмотрению вопроса определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до проведения расчетов с кредиторами ООО «Каммеханомонтаж».

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и принять по делу в данной части новый судебный акт.

В обоснование апелляционных жалоб заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акт норм ст. 270 АПК РФ, указывая, что документально подтвердил расходования запасов должника за период исполнения обязанностей руководителя должника; в период руководства обществом ФИО1 должник продолжал вести хозяйственную деятельность, заключались новые договоры, которые не оспаривались конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства должника; исполнялись обязательства должника по ранее заключенным должником договорам в период руководства ФИО3; при продаже 100% доли общества ФИО3 не сообщал ФИО1 о наличии у должника кредиторской задолженности перед уполномоченным органом, документы ее подтверждающие не передавал в т.ч. и не передавал ТМЦ должника (запасы); сделок по уменьшению активов должника ФИО1 не совершал, денежные средства общества не выводил, достоверно отражал показатели бухгалтерской отчетности должника; оснований для подачи заявления о признании должника банкротом, при наличии у должника одного кредитора (уполномоченного органа) учитывая продолжение ведения обществом обычной хозяйственной деятельности, ФИО1 не усматривалось; вместе с тем, ссылается на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.02.2021 по делу №А65-3193/2021, которым отказано в удовлетворении заявления налогового органа о признании ООО "Каммеханомонтаж" банкротом с применением положений отсутствующего должника.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.09.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание с учетом отложения назначено на 02.12.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

25.10.2024 от конкурсного управляющего ФИО2 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

02.12.2024 от ФИО1 в материалы дела поступило письменное дополнение к апелляционной жалобе.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно- телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отмене судебного акта в обжалуемой части по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Каммеханомонтаж»:

- ФИО3 являлся 100% учредителем и руководителем должника с 22.12.2015 по 15.12.2020;

- ФИО1 являлся 100% учредителем и руководителем должника с 15.12.2020 до открытия конкурсного производства в отношении должника.

Наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий со ссылкой на положения статьи 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве связывал с невозможностью полного погашения требований кредиторов должника вследствие действий и (или) бездействия указанных контролирующих лиц и наличием следующих обстоятельств.

1. Причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате вывода активов должника путем совершения сделок по отчуждению имущества должника.

Как указывал конкурсный управляющий, в период руководства обществом ФИО3, последним были совершена сделка, направленная на вывод активов должника, что повлекло ухудшение имущественного положения общества, а именно:

28.05.2019 между должником (заемщик) и ФИО3 (займодавец) заключен договор займа №5, согласно которому займодавец передал заемщику денежные средства в размере 1 500 000 руб., а заемщик обязался возвратить займодавцу сумма займа в срок до 31.05.2020 (п.п.1.1, 1.2).

Ввиду отсутствия финансовой возможности для возврата задолженности, вытекающего из договора займа №5 от 28.05.2019 на сумму 1 500 000 руб., единственным участником ООО «Каммеханомонтаж» ФИО3 25.07.2020 принято решение взамен исполнения обязательств, предоставить кредитору ФИО3 отступное – транспортное средство – TОYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO) 2017 года выпуска, VIN <***>.

03.08.2020 между ответчиком (кредитор) и должником подписано соглашение об отступном №1, по условия которого должник взамен исполнения обязательств, вытекающих из договора займа № 5 от 28.05.2019 на сумму 1 500 000 руб. со сроком исполнения до 31.05.2020 (п.1.2), предоставляет кредитору отступное в порядке и на условиях соглашения (п.1.1).

Согласно пункту 1.3 с момента предоставления отступного обязательство должника, поименованное в п.1.2 соглашения, прекращается.

В соответствии с пунктом 2.1 соглашения в качестве отступного должник передает кредитору транспортное средство TОYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO) 2017 года выпуска, VIN <***>.

Стоимость передаваемого транспортного средства 1 000 000 руб., срок передачи имущества не позднее 15.08.2020, с момента передачи имущества право собственности на транспортное средство возникает у ФИО3 (п.п.2.3-2.5 соглашения об отступном).

05.08.2020 между сторонами подписан акт приема передачи указанного транспортного средства.

03.12.2020 между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договору купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Каммеханомонтаж».

Между ФИО3 и ФИО4 подписано соглашение, согласно которому: ФИО3 технический директор; транспортное средство Тойота Прадо гос.№ 926 остается тех. директором ФИО3 (с последующим выкупом по остаточной стоимости); зарплата тех.директора 100 000 руб. (40 000 руб. оклад и 60 000 руб. премия); вложенные денежные средства (кредиты) обязуюсь выплачивать весь согласно графику платежей; обязуюсь вернуть остаточную стоимость после выкупа.

ФИО3 факт подписания указанного соглашения не оспаривал, пояснял, что соглашение с ФИО1 было подписано в период июнь-июль 2020 года в связи с тяжелым состоянием здоровья ФИО3; ФИО3 занимал должность технического директора ООО «Каммеханомонтаж» использую спорное транспортное средство в служебных целях. С заявлением о постановки на учет транспортного средства обратился МРЭО ОГИБДД города Нижнекамска только 02.03.2022. Органом ГИБДД было отказано в постановке на учет транспортного в связи наличием запретов на регистрацию; арест в виде запрета на регистрационные действия был наложен 04.12.2020 службой судебных приставов по исполнительному производству №116254/20/16059-ИП.

Решением Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 01.08.2022 оставлены без удовлетворения исковые требования ФИО3 к должнику, Инспекции Федеральной налоговой службы России по Московскому району г. Казани, УГИБДД МЫД по Республике Татарстан, Государственному учреждению региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Татарстан филиал №11 ГУ-РО ФСС РФ по РТ об освобождении имущества от ареста путем снятия запрета на совершение регистрационных действий и о признании права собственности на спорный автомобиль на основании соглашения об отступном.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан по делу №233-16554/2022 от 21.11.2022 решение Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 01.08.2022 - оставлено без изменения.

Полагая, что соглашение об отступном нарушает законодательство о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании соглашения об отступном №1 от 03.08.2020, заключенное между ФИО3 и ООО «Каммеханомонтаж», недействительным на основании ст.61.2 Закона о банкротстве, ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.01.2024 признано недействительной сделкой соглашение об отступном №1 от 03.08.2020, заключенное между ФИО3 и ООО «Каммеханомонтаж» и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 передать в конкурсную массу ООО «Каммеханомонтаж» транспортное средство TОYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), 2017 года выпуска, VIN <***>, цвет черный, регистрационный знак <***>. Восстановлена задолженность ООО «Каммеханомонтаж» перед ФИО3 в размере 1 500 000 руб.

При разрешении данного спора суд установил, что на дату совершения оспариваемой сделки (03.08.2020) у должника имелась просроченная задолженность по оплате обязательных платежей, в частности за 2 квартал 2020 года в размере 314 840 руб., за третий квартал 2020 года – 421 449 руб., 4 квартал 2020 года – 972 266 руб., с последующим увеличением размера задолженности (расчет задолженности налогового органа).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.08.2022 (дата объявления резолютивной части 24.08.2022) по делу №А65-1022/2022 требования уполномоченного органа включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в размере 5 351 774 руб. 98 коп. долга, в третью очередь – 8 480 011 руб. 94 коп., в том числе 6 636 282 руб. 73 коп. основного долга, 1 646 666 руб. 33 коп. пени, 197 062 руб. 88 коп.

Из текста решения единственного участника ООО «Каммеханомонтаж» ФИО3 от 25.07.2020 следует, что у должника отсутствует финансовая возможность для возврата задолженности по договору займа.

Сделка совершена в отношении заинтересованного (аффилированного) лица, поскольку в период её совершения ответчик – ФИО3 являлся директором и единственным участником должника – ООО «Каммеханомонтаж», что подтверждается условиями соглашения от 03.08.2020, решениями участника общества №3, №6 от 15.12.2020, договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 23.12.2020.

Также суд установил отсутствие в материалах дела достаточных доказательств наличия у транспортного средства дефектов, в результате которых его стоимость составила 1 000 000 руб. Согласно заключению эксперта рыночная стоимость транспортного средства на дату составления соглашения от 03.08.2020 составила 2 283 000 руб.

По мнению суда, оспариваемая сделка направлена на уменьшения конкурсной массы имущества должника путем его вывода заинтересованному лицу – ответчику, нарушает имущественные права и законные интересы должника и его кредиторов.

Более, того расходы по содержанию транспортного средства были фактически отнесены на должника, что подтверждается имеющимися в деле доказательствами (в частности, налоговая декларация за 2020 год, договоры заказ-наряда №163 от 28.01.2021, №4396 от 22.06.2021, страховой полис от 02.02.2021 №ААА 5061367866 на период страхования с 02.02.2021 по 01.02.2022).

Как до совершения сделки, так и после её совершения, после отчуждения доли в уставном капитале должника и по настоящее время, транспортное средство фактически осталось во владении и пользовании ответчика – ФИО3 Данные обстоятельства ответчиком не оспаривались.

Поскольку в материалы дела представлены доказательства (график платежей по кредитному договору №250073 от 28.05.2019 между ФИО3 и ПАО Сбербанк России на сумму 1 500 000 руб., справка о задолженности за 28.06.2019, квитанция от 28.05.2019 о внесении денежных средств в размере 1 500 000 руб. на счет должника), подтверждающие реальность договора займа, суд установил наличие основания для восстановления задолженности должника перед ответчиком на сумму 1 500 000 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2024 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.01.2024 - оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 23.07.2024 N Ф06-12126/2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.01.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2024 по делу N А65-1022/2022 -оставлены без изменения.

2. Неисполнение обязанности по подаче заявления в суд о признании должника банкротом при наличии у должника признаков банкротства.

Как указывал конкурсный управляющий, в период руководства обществом ФИО3, у должника возникла просроченная задолженность по оплате обязательных платежей, в частности за 2 квартал 2020 года в размере 314 840 руб., за третий квартал 2020 года – 421 449 руб., 4 квартал 2020 года – 972 266 руб., с последующим увеличением размера задолженности.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.08.2022 (дата объявления резолютивной части 24.08.2022) по делу №А65-1022/2022, требования уполномоченного органа включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в размере 5 351 774 руб. 98 коп. - долга, в третью очередь – 8 480 011 руб. 94 коп., в том числе 6 636 282 руб. 73 коп. - основного долга, 1 646 666 руб. 33 коп. - пени, 197 062 руб. 88 коп.

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований указывал, что признаки неплатежеспособности должника возникли 30.03.2020 (п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве).

В связи с чем, руководитель должника - ФИО3 должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом - не позднее 30.04.2020.

ФИО1 назначен на должность директора обществом - 15.12.2020, следовательно, с момента своего назначения на указанную должность, проведя инвентаризацию, должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом - не позднее 15.01.2021.

Однако, данная обязанность руководителями должника не была исполнена.

3. неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника.

Как указывал конкурсный управляющий, по сведениям бухгалтерского баланса должника за 2021г. у должника имелось следующее имущество:

- основные средства на 581тыс.руб.,

- запасы на 1 976тыс.руб.,

- дебиторская задолженность на 11 206тыс.руб.,

- денежные средства 192тыс.руб.

При этом кредиторская задолженность должника составляла за указанный период 15 565тыс.руб.

02.09.2022 конкурсным управляющим на юридический адрес должника было направлено уведомление, адресованное руководителю должника ФИО1, о передаче конкурсному управляющему пакета документации.

20.09.2022 ФИО1 передал конкурсному управляющему должника документы по акту, однако, как указывал заявитель, требование о передаче товарно-материальных ценностей (ТМЦ) ФИО1 не исполнено (т.1 л.д.5).

Указывая, что в ходе процедуры банкротства должника в реестр требований кредиторов должника включена задолженность в общей сумме 15 997 856,02 руб., имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении руководителя должника ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Удовлетворяя в полном объеме требования конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 9, 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, положениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", пришел к следующим выводам.

Согласно ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Привлечению к субсидиарной ответственности подлежат контролирующие лица, указанные в ст.61.10 Федерального закона.

Если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

С учетом приведенных норм права суд первой инстанции признал заявленных конкурсным управляющим для привлечения к субсидиарной ответственности лиц (ФИО3 и ФИО1) контролирующими должника лицами.

2. В части требований заявителя о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления в суд о признании должника банкротом при наличии у должника признаков банкротства, суд пришел к следующим выводам.

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований указывал, что признаки неплатежеспособности должника возникли 30.03.2020 (п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве).

В указанный период руководителем должника являлся ФИО3, который, по мнению заявителя, обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок до 30.04.2020, однако эту обязанность не исполнил.

ФИО1, по мнению заявителя, также несёт ответственность за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, так как с 15.12.2020 был назначен на должность директора должника и также не исполнил обязанность по направлению в суд заявления о признании должника банкротом.

С заявлением о признании ООО «Каммеханомонтаж» несостоятельным (банкротом) обратился уполномоченный орган - 20.01.2022.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) к оригиналам судебных актов, подписанных электронной подписью судьи признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, в абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.08.2022 (дата объявления резолютивной части 24.08.2022) по делу №А65-1022/2022 должник признан банкротом и открыто конкурсное производство; требования уполномоченного органа включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника в размере 5 351 774 руб. 98 коп. долга, в третью очередь – 8 480 011 руб. 94 коп., в том числе 6 636 282 руб. 73 коп. основного долга, 1 646 666 руб. 33 коп. пени, 197 062 руб. 88 коп.

Согласно расчету требования налогового органа от 18.01.2022 просроченная задолженность ООО «Каммеханомонтаж» по оплате обязательных платежей, в частности, за 2 квартал 2020 года составила 314 840 руб., за третий квартал 2020 года – 421 449 руб., 4 квартал 2020 года – 972 266 руб., с последующим увеличением размера задолженности до суммы 13 831 786 руб. 92 коп., включенной в реестр требований кредиторов должника решением от 29.08.2022.

Такое стремительное увеличение размера задолженность перед бюджетом, по мнению суда, не может свидетельствовать о благополучном финансовом состоянии должника.

Кроме того, ввиду отсутствия финансовой возможности для возврата задолженности, вытекающей из договора займа №5 от 28.05.2019 на сумму 1 500 000 руб., единственным участником ООО «Каммеханомонтаж» ФИО3 25.07.2020 было принято решение взамен исполнения обязательств, предоставить кредитору ФИО3 отступное, в виде транспортного средства – TОYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO) 2017 года выпуска, VIN <***>.

Из текста решения единственного участника ООО «Каммеханомонтаж» ФИО3 от 25.07.2020 следует, что у должника отсутствует финансовая возможность для возврата задолженности по договору займа.

В результате заключения соглашения об отступном было выведено ликвидное имущество должника в пользу ФИО3

При установленных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что доказательствами, имеющимися в материалах дела, подтверждается факт неудовлетворительного финансового состояния ООО «Каммеханомонтаж», в том числе факт наличия у должника признаков недостаточности имущества и (или) неплатежеспособности, а поведение ФИО3 свидетельствует о том, что ему были известны данные обстоятельства.

В силу п.2 ст.9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как указано в Определении Верховного Суда от 05.04.2018 по делу N 307-ЭС17-20207 должник вправе обратиться с заявлением о собственном банкротстве независимо от размера имеющихся у него обязательств, периода неисполнения данных обязательств, наличия вступившего в законную силу судебного акта о взыскании долга, а также правовой природы требования (основной долг или финансовые санкции), положенного в основание заявления.

Указанный вывод следует из буквального толкования положений статей 8 и 9 Закона о банкротстве.

В частности, право на обращение в случае предвидения банкротства (статья 8 Закона о банкротстве) не поставлено в зависимость от суммы долга и периода просрочки.

Равным образом наличие таких признаков как недостаточность имущества или невозможность удовлетворения требования одного из кредиторов в результате удовлетворения требований другого (абзацы второй и шестой пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве) свидетельствуют об обязанности (а не праве) руководителя подать заявление о банкротстве должника.

Указанные признаки также не обусловлены ни размером задолженности, ни правовой природой требований к должнику, ни структурой обязательств, ни периодом их неисполнения.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что должник не позднее 25.08.2020 обязан был обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), что сделано не было.

В соответствии с пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

03.12.2020 между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) был заключен договор купли-продажи 100% доли в уставном капитале ООО «Каммеханомонтаж».

Решением единственного участника должника ФИО1 от 15.12.2020, ФИО3 освобожден от занимаемой должности директора ООО "Каммеханомонтаж"; на должность директора общества назначен ФИО1

Суд установил, что в данном случае должник не позднее 15.01.2021 обязан был обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), что также сделано не было.

Доводы ответчика ФИО1 о том, что им предпринимались меры по восстановлению платёжеспособности ООО «Каммеханомонтаж», должник осуществлял хозяйственную деятельность, погашалась задолженность должника, которая образовалась в период руководства ФИО3 (представлены платежные поручения, выписки по счетам, счета-фактуры, справки о стоимости работ), отклонены судом в силу следующего.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таких доказательств в материалы дела представлено не было; за период времени со 2 квартала 2020 года по 18.01.2022 (расчет налогового органа) задолженность ООО "Каммеханомонтаж" по уплате обязательных платежей превысила 13млн.руб.

Данное обстоятельство, по мнению суда, не свидетельствует о том, что финансовые затруднения должника носили временный характер, а также не свидетельствует о выполнении ответчиками какого-либо обоснованного экономического плана по преодолению кризиса должника.

При этом ссылка ФИО1 в обоснование возражений на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.02.2021 по делу №А65-3193/2021, признана судом несостоятельной, поскольку указанным судебным актом отказано в удовлетворении заявления налогового органа о признании ООО "Каммеханомонтаж" банкротом с применением положений отсутствующего должника.

Доводы ФИО1 о том, что заявление о признании должника банкротом не подавалось в суд в связи с наличием в производстве суда заявления налогового органа о признании должника банкротом, также отклонены судом, поскольку в данном случае последующие заявления о признании должника банкротом принимаются в качестве заявлений о вступлении в дело о банкротстве (п.8 ст.42 Закона о банкротстве).

3. В части требований заявителя о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из заявления и пояснений конкурного управляющего, ответчиками не были переданы запасы должника (по данным бухгалтерского баланса должника за 2020 г. – 1 764 000 руб., за 2021 г. – 1 976 000 руб.), отсутствует расшифровка указанной строки баланса, что существенно затрудняет проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суд установил, что 03.12.2020 между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи 100% доли в уставном капитале ООО «Каммеханомонтаж»; стоимость указанной доли составила 10 000 руб.

Решением единственного участника должника ФИО1 от 15.12.2020, ФИО3 освобожден от занимаемой должности директора ООО "Каммеханомонтаж"; на должность директора общества назначен ФИО1

Соглашением между ФИО3 и ФИО4, согласно которому: - ФИО3 технический директор; - транспортное средство Тойота Прадо гос.N 926 остается за техническим директором ФИО3 (с последующим выкупом по остаточной стоимости); - зарплата тех.директора 100 000 руб. (40 000 руб. оклад и 60 000 руб. премия); - вложенные денежные средства (кредиты) обязуюсь выплачивать все согласно графику платежей; - обязуюсь вернуть остаточную стоимость после выкупа.

В судебных заседаниях ответчик - ФИО1 пояснял, что запасы должника ему ФИО3 не передавались. Однако указал на давнее знакомство и на наличие дружеских отношений с ФИО5, а также на последующее их совместное участие в управлении обществом после заключения названного договора купли-продажи доли.

Представитель ФИО3 данные обстоятельства не оспаривал.

Заключение договора купли-продажи доли в ООО "Каммеханомонтаж" (с миллионными активами по данным бухгалтерской отчетности) по её номинальной стоимости 10 000 руб. ответчиками никак не мотивировано, экономически необоснованно.

Принимая во внимание дружеские отношения ответчиков, их совместное участие в управлении делами общества, необоснованное экономическое поведение при заключении договора купли-продажи доли, последующие отнесение на должника расходов по содержанию транспортного средства ФИО3 (TOYOTA LAND CRUISER 150 (PRADO), регистрационный знак <***> (определение арбитражного суда от 21.01.2024 по делу №А65-1022/2022), суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчики являлись контролирующими должника лицами (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В связи с чем, доводы ФИО1 о том, что запасы должника и сведения по запасам ему ФИО3 не передавались, признаны судом несостоятельными и отклонены.

Ссылка ответчиков на расходование части запасов должника в процессе хозяйственной деятельности, признана судом не подтвержденной достаточными доказательствами; ФИО1 представлено письменное обоснование расходов только на сумму 345 444,92 руб.

Доказательства, подтверждающие передачу конкурсному управляющему соответствующих сведений по балансу и самих запасов должника, ответчиками не представлены.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии с подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В части установления судом оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате вывода активов должника путем совершения сделки по отчуждению имущества должника, за неисполнение обязанности по подаче заявления в суд о признании должника банкротом при наличии у последнего признаков банкротства, а также за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника, судебный акт ФИО1 не обжалуется и апелляционному пересмотру не подлежит.

Судебный акт подлежит апелляционному обжалованию ФИО1 в части установления оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а именно: - за неисполнение обязанности по подаче заявления в суд о признании должника банкротом при наличии у последнего признаков банкротства, а также - за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, с учетом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не может согласиться с выводом суда первой инстанции в обжалуемой части, а именно в части признания доказанным наличия основания для привлечения контролирующего должника лица - ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Каммеханомонтаж», исходя из следующего.

1. В части требований управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления в суд о признании должника банкротом при наличии у должника признаков банкротства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Как отмечено в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670(3), по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

По смыслу приведенных выше норм права и разъяснений высшей судебной инстанции, ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника является следствием недобросовестного поведения контролирующих лиц, скрывающих реальное финансовое состояние подконтрольного лица от независимых кредиторов.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 N 305-ЭС21-4666(1,2,4) отмечено, что при рассмотрении данной категории споров необходимо учитывать специфику правового статуса должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника является - Работы по монтажу стальных строительных конструкций (код ОКВЭД 43.99.5).

В силу особенностей указанной деятельности кредиторская задолженность, включенная в реестр требований кредиторов должника, фактически представляет собой требования налогового органа и контрагентов должника со схожим видом деятельности, а также требований работников должника по заработной плате.

При этом апелляционный суд отмечает, что в настоящее время в рамках дела о банкротстве должника реализовано имущество, денежные средства от его реализации распределены текущим кредиторам второй очереди.

Как указывал конкурсный управляющий, со ссылкой на показатели налоговой и бухгалтерской отчетности должника, признаки неплатежеспособности возникли у должника по состоянию на 30.03.2020 в связи с чем, руководитель должника - ФИО3 обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 30.04.2020. ФИО1 назначен на должность директора обществом - 15.12.2020, следовательно, с момента своего назначения на указанную должность, проведя инвентаризацию, должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом - не позднее 15.01.2021.

При этом, суд первой инстанции, на основании решения единственного участника должника ФИО3 от 25.07.2020, пришел к выводу, что ФИО3 не позднее 25.08.2020, а ФИО1 не позднее 15.01.2021, обязаны были обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), что сделано не было.

Согласно пункту 4 Постановления № 53 объективное банкротство - момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013, не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Между тем апелляционный суд отмечает, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов должника не является свидетельством невозможности исполнить обязательства, и такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения с заявлением должника о банкротстве.

При этом ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Учитывая изложенное апелляционный суд признает недоказанной указанную как конкурсным управляющим, так и судом первой инстанции дату в качестве даты, с которой наступило объективное банкротство должника, и истек срок на подачу заявления о признании должника банкротом.

Судом апелляционной инстанции установлено, что с целью улучшения финансового состояния подконтрольного общества руководителем должника ФИО1 велась работа по заключение новых договоров с контрагентами (договор подряда № 4600058574 от 20.04.2021 на сумму более 7,4млн.руб.; договор подряда № 4600060171 от 25.06.2021 на сумму более 4,1млн.руб. и договор на строительно-монтажных работ № 064-0162/21 от 19.02.2021 на сумму 253 326,00 руб.); велась работа по взысканию дебиторской задолженности (решение по делу №А65-3193/2021); должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность, погашать задолженность перед кредиторами, а также задолженность по заработной плате и иные платежи, имел активы, обеспечивающие осуществление производственной деятельности.

В дальнейшем имущество должника (транспортные средства) были переданы конкурсному управляющему и реализованы последним.

Исходя из пункта 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, целью правового регулирования, содержащегося в статье 61.12 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

В данном случае отсутствует такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 9 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Доказательств злонамеренных действий (бездействия) ФИО1 по уклонению от обращения в суд с заявлением о банкротстве должника с целью сокрытия от контрагентов фактического имущественного и финансового состояния должника, учитывая, что в указанный период ФИО1 предпринимал активные действия для погашении имеющейся задолженности перед кредиторами, не представлено.

Как указывал ФИО1, и следует из материалов дела, уполномоченным органом происходило списание со счета должника поступающих от производственной деятельности должника денежных средств, с отнесением в оплату задолженности за предыдущие периоды в связи с чем, происходил рост текущих налоговых обязательств должника.

Между тем, требования заявителя по делу о банкротстве должника - уполномоченного органа, включенные в реестр, не порождало обязанности обратиться с заявлением о банкротстве общества.

Доказательств того, что инициирование руководителями должника процедуры банкротства должника могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами, что позволило бы исключить возникновение задолженности, не представлено.

Руководствуясь положениями статьи 9 Закона о банкротстве, а также разъяснениями пункта 29 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2018), апелляционный суд признает оправданными намерения ФИО1 преодолеть финансовый кризис подконтрольной ему организации в связи с чем, в отношении ФИО1 апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих его обязанность по подаче в суд заявления о банкротстве должника.

2. В части требований управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и имущества должника, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума N 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Таким образом, инициатор спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции установлено, что бывшим руководителем должника ФИО1 предприняты все необходимые меры для своевременной передачи документов и материальных ценностей должника конкурсному управляющему; ответчик передал конкурсному управляющему всю, имеющуюся в его распоряжении бухгалтерскую и иную документацию должника, отчетные документы о приобретении и использовании ТМЦ в период его руководства обществом; доказательства наличия иной документации должника и имущества у ответчика, не представлены и в материалах дела отсутствуют; управляющим не представлено доказательств наличия отраженных в бухгалтерской отчетности запасов (ТМЦ) у ФИО1, доказательств того, что ответчик чинит препятствия в передачи имущества и иной документации должника, в материалы дела не представлено.

В рамках настоящего обособленного спора конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия у указанного лица каких-либо иных (помимо имеющихся у конкурсного управляющего) документов, их удержания и (или) уклонения от передачи в распоряжение конкурсного управляющего.

Материалы дела не содержат сведений, которые бы подтверждали, что необходимые для проведения процедур банкротства документы находятся у ФИО1 и не переданы им конкурсному управляющему.

Конкурсный управляющий на всем протяжении конкурсного производства не заявлял о препятствиях в исполнении своих обязанностей и в формировании конкурсной массы ввиду отсутствия в его распоряжении каких-либо документов, находящихся, по его мнению, у ФИО1, не обращался в арбитражный суд с требованием о понуждении ФИО1 передать документацию и материальные ценности должника.

Доказательств, что указанные обстоятельства повлияли на невозможность формирования конкурсной массы и, как следствие, невозможность расчета с кредиторами, не представлено.

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов и имущества бывшего руководителя должника ФИО1

Доводы конкурсного управляющего, изложенные в заявлении и в отзыве на апелляционную жалобу ФИО1, учтены при вынесении настоящего постановления и не меняют выводы суда апелляционной инстанции, поскольку основаны на неверном толковании норм действующего законодательства и фактических обстоятельств дела.

Поскольку судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта не были учтены указанные юридически значимые обстоятельства для разрешения настоящего спора, суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Учитывая, что в данном случае фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой инстанций и повторного исследования доказательств не требуется, судебная коллегия считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт по результатам рассмотрения апелляционной жалобы (пункт 2 статьи 269 АПК РФ).

На основании изложенного, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 июля 2024 года по делу №А65-1022/2022 подлежит отмене в части - привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ, с принятием в данной части нового судебного акта - об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Судебные расходы апеллянта по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы подлежат возмещению в порядке, предусмотренном нормами АПК РФ и Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 июля 2024 года по делу №А65-1022/2022 - отменить в обжалуемой части, а именно в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и принять в отменной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника.

Взыскать за счет конкурсной массы должника ООО «Каммеханомонтаж» в пользу ФИО1 3 000,00 руб. государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий А.В. Машьянова


Судьи Д.К. Гольдштейн

Я.А. Львов