Постановление от 27 марта 2023 г. по делу № А75-1745/2021

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-1745/2021
27 марта 2023 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2023 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сафронова М.М.

судей Аристовой Е.В., Дубок О.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-837/2023) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СТП» ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.12.2022 по делу № А75-1745/2021 (судья Колесников С.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника с ФИО3, применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «СТП» (ОГРН <***>, ИНН <***>),


при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ФИО2 – лично, предъявлен паспорт;



УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.04.2021 (резолютивная часть от 19.04.2021) заявление ФИО4 (далее – ФИО4), индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – ИП ФИО5), общества с ограниченной ответственностью «Экотэк», индивидуального предпринимателя ФИО6 признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «СТП» (далее – ООО «СТП», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО7 (далее – ФИО7).

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 20.08.2021 ООО «СТП» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО7 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий ФИО7 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными банковских операций по перечислению должником в пользу ФИО3 (далее – ФИО3) от 21.02.2018 на сумму 890 000 руб., от 19.03.2018 на сумму 280 000 руб., от 22.03.2018 на сумму 1 220 000 руб. с назначениями «Перечисляется по договору займа от 20.02.2018».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.09.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО3 ФИО8 (далее – ФИО8).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 28.11.2022 ФИО7 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «СТП».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 20.12.2022 конкурсным управляющим ООО «СТП» утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 19.12.2022 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано, с ООО «СТП» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении ее требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал следующее:

- постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022 по настоящему делу установлено, что ФИО3 является единственным учредителем и руководителем ООО «СТП», в связи с чем он аффилирован с должником;

- оспариваемые банковские операции совершены должником в пользу ФИО3 без какого-либо встречного предоставления, договор займа от 20.02.2018 между указанными лицами, на который содержится указание в назначениях платежей, у конкурсного управляющего отсутствует.

В заседании суда апелляционной инстанции конкурсный управляющий поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указал, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

ФИО3, ФИО8, иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, апелляционную жалобу, заслушав конкурсного управляющего, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, в частности, выписки по расчетному счету ООО «СТП» № 40702810767160102914, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», ООО «СТП» в пользу ФИО3 производились банковские перечисления 21.02.2018 на сумму 890 000 руб., 19.03.2018 на сумму 280 000 руб., 22.03.2018 на сумму 1 220 000 руб. с назначениями платежей «Перечисляется по договору займа от 20.02.2018».

Полагая, что данные сделки совершены в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника, между заинтересованными лицами, со злоупотреблением ее сторонами правом, в условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинили такой вред, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании их недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего:

- дело о банкротстве ООО «СТП» возбуждено определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.03.2021, следовательно, спорные платежи, совершенные 21.02.2018, 19.03.2018, 22.03.2018, не подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и не могут быть признаны недействительными по предусмотренным им основаниям;

- платеж от 21.02.2018 не подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем он не может быть признан недействительным, платежи от 19.03.2018 и от 22.03.2018 под указанный период подозрительности подпадают и могут быть признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве;

- конкурсным управляющим не представлены в материалы дела доказательства наличия у ООО «СТП» признаков финансовой несостоятельности на даты совершения оспариваемых сделок, письменное правовое обоснование заявленных требований с учетом положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, доказательства неравноценности встречного предоставления, полученного должником по спорным сделкам, мотивированные письменные пояснения относительно бездействия управляющего с 20.08.2021 по вопросу получения документации, сопровождающей совершение спорных сделок, в том числе у ФИО3;

- на даты совершения оспариваемых сделок у ООО «СТП» отсутствовали признаки несостоятельности, как то следует, в том числе, из постановлений Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022 и 04.10.2022 по настоящему делу;

- аффилированность ответчика с должником сама по себе не свидетельствует о наличии безусловных правовых и фактических оснований для признания спорных сделок между ними недействительными;

- оспариваемые сделки не являются мнимыми либо безвозмездными, так как посредством их совершения должник предоставил ответчику займы, у ответчика имеется обязанность возвратить заемные денежные средства в соответствии с положениями статьи 810 ГК РФ, конкурсный управляющий не лишен возможности обратиться в суд общей юрисдикции с иском к ФИО3 о взыскании с него заемных денежных средств либо предъявить соответствующие требования к ФИО3 в рамках дела о банкротстве ФИО3 № А75-154/2021.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Как верно установлено судом первой инстанции, оспариваемые сделки совершены 21.02.2018, 19.03.2018, 22.03.2018, дело о банкротстве ООО «СТП» возбуждено определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.03.2021.

Таким образом, спорные сделки совершены за пределами срока подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем они не могут быть признаны недействительными на его основании.

Спорная сделка от 21.02.2018 также совершена за пределами срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем она не может быть признана недействительной на его основании.

В то же время спорные сделки от 19.03.2018 и от 22.03.2018 совершены в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и могут быть оспорены по соответствующему основанию.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В настоящем случае, по убеждению коллегии судей из дела следует наличие у спорных платежей от 19.03.2018, 22.03.2018 приведенных выше признаков, обозначенных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

Так, согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В настоящем случае имеются основания считать, что спорные сделки совершены в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника.

Спорные платежи совершены должником в пользу ответчика с назначением «Перечисляется по договору займа от 20.02.2018».

Сам договор займа от 20.02.2018 между ООО «СТП» и ФИО3 в материалах настоящего дела отсутствует.

Как указывает конкурсный управляющий в заявлении и в апелляционной жалобе, договор займа от 20.02.2018 между указанными лицами, на который содержится указание в назначениях платежей, документы, сопровождающие его исполнение сторонами, у конкурсного управляющего отсутствуют, ему бывшим руководителем должника не переданы.

При этом постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022 по настоящему делу установлено, что согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц единственным учредителем и руководителем ООО «СТП» является ответчик по настоящему спору ФИО3, который решением от 12.10.2017 был назначен директором ООО «СТП».

По договору купли-продажи доли в уставном капитале общества от 13.09.2017 ФИО3 приобрел у ФИО9 долю в уставном капитале ООО «СТП» в размере 50%, а до 13.09. 2017 ФИО9 имел 50% доли в уставном капитале ООО «СТП» и являлся соучредителем данного юридического лица, ФИО9 и ФИО3, будучи в соответствующий период соучредителями ООО «СТП», совместно 15.10.2007 и 07.12.2009 утверждали уставы ООО «СТП».

Таким образом, лицом, обязанным в силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве передать документацию ООО «СТП» (в том числе договор займа от 20.02.2018 между должником и ответчиком, на который содержится ссылка в назначениях спорных платежей (в случае его действительного заключения сторонами), документы, сопровождающие его исполнение сторонами), является ответчик по настоящему спору ФИО3

Согласно не опровергнутым доводам конкурсного управляющего документация ООО «СТП» конкурсному управляющему ФИО3 передана не была, несмотря на ее истребование у ФИО3 по ходатайству управляющего определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.12.2021 по настоящему делу и возбуждения исполнительного производства по принудительному исполнению данного судебного акта.

Не передавались ФИО3 конкурсному управляющему и договор займа от 20.02.2018 между должником и ответчиком, сопровождающие его исполнение сторонами документы.

Соответствующие документы не были представлены ФИО3 и в материалы настоящего обособленного спора.

В то же время в отсутствие в материалах дела данных документов суд апелляционной инстанции не имеет оснований для вывода о том, что договор займа от 20.02.2018 сторонами в действительности заключался и исполнялся.

В отсутствие в деле таких документов суд апелляционной инстанции не имеет возможности не только установить условия указанного договора, проверить соответствие таковым спорных платежей по размерам и датам их совершения, но и определить, являлся должник по данному договору займодавцем или заемщиком.

Коллегия судей обращает внимание, что назначение спорных платежей содержит указание на то, что соответствующие перечисления совершаются «по договору займа от 20.02.2018», а не «в счет предоставления займа».

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции не соглашается со следующей из мотивировочной части обжалуемого определения позицией суда первой инстанции, согласно которой сам факт совершения должником в пользу ответчика спорных платежей с указанием на заемные отношения однозначно подтверждает наличие оснований исходить при рассмотрении настоящего спора из того, что должник в соответствующих отношениях с ответчиком имел статус займодавца.

В связи с этим суд апелляционной инстанции также не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что совершение ООО «СТП» спорных платежей в пользу ФИО3 однозначно свидетельствует о предоставлении должником ответчику займов на соответствующие суммы, исключает мнимость договора займа между сторонами, безвозмездность спорных платежей и указывает на то, что надлежащим способом защиты прав должника в настоящее время является не оспаривание платежей, а взыскание должником в лице управляющего с ФИО3 задолженности по договорам займа.

В настоящем случае, с учетом использованной в назначении спорных платежей формулировки, отсутствия в деле первичной документации, оформляющей заемные отношения между должником и ответчиком, не передачи таковой ответчиком по настоящему спору ФИО3 в порядке исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, конкурсному управляющему, возможность с достоверностью установить характер и природу отношений сторон, в рамках которых совершены спорные платежи, а также проверить (а тем более констатировать) их реальность не представляется возможным.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, бремя доказывания недействительности сделки лежит на оспаривающем сделку лице.

А потому в рамках настоящего спора о признании недействительными сделок ООО «СТП», совершенных с ФИО3, бремя доказывания наличия у спорных сделок признаков недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, возлагалось на конкурсного управляющего.

Возложение на другую сторону сделки (ФИО3) бремени опровержения наличия у них таких признаков было возможно исключительно в случае представления заявителем доказательств наличия обоснованных сомнений относительно действительности спорных сделок (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017).

При этом необходимо учитывать, что принцип состязательности при оспаривании сделок в деле о банкротстве ограничен реальной возможностью предоставления доказательств.

Так, согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.12.2014 по делу № 309-ЭС14-923, А07-12937/2012 в ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам.

Кроме того, как неоднократно отмечала судебная практика, бремя доказывания должно быть реализуемым.

Поэтому в ситуации, когда конкурсный управляющий не располагает документацией должника, то есть объективно ограничен в реальной возможности доказывания, однако, с учетом данного обстоятельства, представил в дело все доступные ему пояснения и доказательства, в своей совокупности свидетельствующие о наличии у спорной сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинении ими такого вреда, бремя опровержения его утверждений переходит на контрагента по сделке.

Обоснованные сомнения относительно действительности спорных сделок были изложены конкурсным управляющим в заявлении и подтверждены посредством представления им в материалы дела доступных ему убедительных пояснений и доказательств (в частности, отсутствие сведений о налоговых и социальных отчислениях, наличие сведений о работе у иного работодателя), которые в своей совокупности свидетельствуют о наличии оснований считать спорные платежи недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с этим на ФИО3 перешло бремя доказывания обратного, то есть отсутствия у спорных сделок признаков недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Однако данное бремя доказывания ФИО3 не реализовано, реальность отношений сторон по договору займа от 20.02.2018, на который содержится ссылка в назначениях спорных платежей, им не подтверждена, действительный характер таковых (даже в вопросе о том, является ООО «СТП» заемщиком или займодавцем по указанному договору) ФИО3 не раскрыт, возмездность спорных сделок для должника ответчиком надлежащим образом не доказана.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в случае, если бы между ФИО3 и должником действительно имелись заемные отношения, в рамках которых должник являлся заемщиком и совершил в пользу ответчика спорные платежи в счет возврата займа, у ФИО3, как у единственного участника и руководителя ООО «СТП», не могло не быть (не сохраниться), по крайней мере, части (каких-либо) первичных документов, оформляющих такие отношения, которые подтверждали бы факт предоставления ФИО3 должнику займа.

Соответствующие документы в материалы дела ФИО3 в материалы дела не представлены, им конкурсному управляющему не переданы.

В деле отсутствует какая-либо документация, оформляющая соответствующие отношения между должником и ответчиком, относимость которой к спорным платежам была бы с достоверностью подтверждена.

Принимая во внимание то обстоятельство, что ФИО3 является контролирующим должника лицом, в связи с чем имеет не опровергнутую возможность получить для представления в арбитражный суд первичную документацию, оформляющую его отношения с должником, в рамках которых последний якобы совершил в пользу ответчика спорные платежи, риск невозможности проверки судом возмездности спорных платежей для должника в связи с наличием у него реального обязательства перед ответчиком в полном объеме возлагается на ФИО3

Такой риск в любом случае не подлежит возложению на конкурсных кредиторов ООО «СТП».

Следовательно, при разрешении настоящего спора необходимо исходить из того, что конкурсным управляющим подтверждено, а ответчиком по настоящему спору ФИО3 надлежащим образом не опровергнуто, что спорные платежи являлись для ООО «СТП» безвозмездными.

При этом, как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве, в силу которой недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В настоящем случае из материалов дела следует, что по состоянию на даты совершения спорных сделок (19.03.2018 и 22.03.2018) у ООО «СТП» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника.

Так, например, решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 22.01.2020 по делу № А75-20308/2019 с ООО «СТП» в пользу заявителя по настоящему делу ФИО4 взыскана задолженность в сумме 4 276 810 руб., которая, как следует из указанного решения, возникла из договора на оказание транспортных услуг № ВР/АГ/2017 от 01.01.2017 в связи с неоплатой должником оказанных ему ФИО4 в период с января по декабрь 2017 года транспортных услуг.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.04.2021 задолженность перед ФИО4 в сумме 4 635 411 руб. 74 коп., в том числе: 4 276 810 руб. основного долга, 358 601 руб. 74 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, включена в реестр требований кредиторов ООО «СТП».

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.07.2019 по делу № А75-8374/2019 с ООО «СТП» в пользу заявителя по настоящему делу ИП ФИО5 взыскана задолженность в сумме 3 925 786 руб. 30 коп., в том числе: 3 665 400 руб. основного долга, 260 386 руб. 30 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, которая, как следует из указанного решения, возникла в связи с неоплатой должником оказанных ему ИП ФИО5 в период с января по август 2018 года транспортных услуг.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.04.2021 задолженность перед ФИО4 в сумме 3 034 811 руб. 92 коп., в том числе: 2 991 099 руб. 97 коп. основного долга, 43 711 руб. 95 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, включена в реестр требований кредиторов ООО «СТП».

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022 по настоящему делу установлено, что признаки неплатежеспособности возникли у ООО «СТП» в декабре 2017 года.

Таким образом, на дату совершения спорных сделок (19.03.2018 и 22.03.2018) у ООО «СТП» имелись признаки неплатежеспособности.

Кроме того, даже в условиях оспаривания сделок на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве наличие у сделки недобросовестной цели причинения вреда кредиторам (вывод должником имущества из-под обращения взыскания на него) может доказываться по общим основаниям, без использования презумпции неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Так, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 указано следующее: из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В настоящем случае из материалов дела усматривается, что спорные сделки совершены ООО «СТП» и ФИО3 с недобросовестной целью вывода принадлежащего должнику высоколиквидного имущества (денежных средств в общей сумме 1 500 000 руб.) в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица в отсутствие равноценного встречного предоставления в пользу должника.

Таким образом, спорные сделки в любом случае (независимо от того, имелись ли у должника на даты их совершения или в результате их совершения признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества) были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «СТП».

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку в результате совершения спорных сделок из имущественной массы ООО «СТП» в пользу ФИО3 безвозмездно выбыли денежные средства в сумме 1 500 000 руб., которые могли быть направлены на погашение требований кредиторов ООО «СТП», вред имущественным правам кредиторов в результате совершения спорной сделки был причинен.

Относительно осведомленности ответчика о наличии у спорной сделки противоправной цели суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как указано выше, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2022 по настоящему делу установлено, что с 13.09.2017 ФИО3 является единственным участником должника, с 12.10.2017 - его директором.

Следовательно, ФИО3 является заинтересованным по отношению к ООО «СТП» лицом, в связи с чем ответчик презюмируется осведомленным о совершении спорных сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим надлежащим образом доказано наличие оснований для признания недействительными сделок по перечислению должником 19.03.2018 и 22.03.2018 в пользу ФИО3 денежных средств в размере 1 500 000 руб. в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Следовательно, в настоящем случае в качестве применения последствий недействительности спорных сделок с ФИО3 в пользу ООО «СТП» подлежат взысканию денежные средства в сумме 1 500 000 руб.

В связи с удовлетворением заявления и апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на ФИО3, то есть с ФИО3 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления и апелляционной жалобы в сумме 9 000 руб. Ввиду неоплаты государственной пошлины заявителем, таковая подлежит взысканию с ФИО3 в доход федерального бюджета.

Несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ) является основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит отмене в части, апелляционная жалоба – частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры по делу № А75-1745/2021 от 19.12.2022 отменить в части. В отмененной части принять новый судебный акт.

Признать недействительными банковские операции по перечислению 19.03.2018 от общества с ограниченной ответственностью «СТП» в пользу ФИО3 280 000 руб., 22.03.2018 по перечислению от общества с ограниченной ответственностью «СТП» в пользу ФИО3 1 220 000 руб.

Применить последствия недействительности сделки. Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «СТП» 1 500 000 руб.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 9 000 руб. государственной пошлины.

В остальной части определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры по делу № А75-1745/2021 от 19.12.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».


Председательствующий


М.М. Сафронов

Судьи


Е.В. Аристова

О.В. Дубок