Постановление от 16 января 2024 г. по делу № А56-63375/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-63375/2020
16 января 2024 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 января 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей Слоневской А.Ю., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:

от конкурсного управляющего ООО «Север-Трейд»: ФИО2 по доверенности от 09.01.2024,

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 01.07.2022,

от иных лиц: не явились, извещены,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-39861/2023, 13АП-39859/2023) конкурсного управляющего ООО «Север-Трейд» и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 2010.2023 по обособленному спору № А56-63375/2020/суб.1 (судья Осьминина Е.Л.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Север-Трейд» о привлечении ФИО5, ФИО3, ФИО6 к субсидиарной ответственности, по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Север-Трейд»,



установил:

30.07.2020 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ООО «Влада» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Север-Трейд» (ИНН <***>).

Определением суда первой инстанции от 22.10.2020 заявление кредитора принято к производству, возбуждено дело о банкротстве ООО «Север-Трейд».

Определением суда первой инстанции от 30.11.2020 (резолютивная часть которого объявлена 24.11.2020) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №229 от 12.12.2020.

Решением суда первой инстанции от 20.04.2021 (резолютивная часть 13.04.2021) в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7

Сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсант» №73(7035) от 24.04.2021.

15.06.2022 в суд первой инстанции поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Север-Трейд» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО3.

Определением суда первой инстанции от 23.08.2022 в качестве соответчика привлечена ФИО6.

Определением суда первой инстанции от 20.10.2023 заявление конкурсного управляющего ООО «Север-Трейд» удовлетворено в части; к субсидиарной ответственности по обязательствам должника привлечены ФИО5 и ФИО3; производство по обособленному спору №А56-63375/2020/суб.1 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления в отношении ФИО6 отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Север-Трейд» и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ООО «Север-Трейд» просит отменить обжалуемый судебный акт в части отказа в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В обоснование указывает, что ФИО6 является фактическим бенефициаром, поскольку находилась в близких родственных связях с бывшим единственным участником и руководителем ООО «Север-Трейд» ФИО8, что предоставляло ей возможность определять действия должника.

ФИО3 в своей апелляционной жалобе просила обжалуемое определение отменить в части привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также в части отказа в удовлетворении заявления в части ФИО6 В обоснование указывает, что привлечение ФИО3 к субсидиарной ответственности повлечет возложение двойной меры ответственности, поскольку вступившим в законную силу судебным актом с нее взысканы убытки за совершение последней сделок, причинивших, по мнению управляющего, существенный вред имущественным правам кредиторов. При этом отмечает, что судом неправомерно отклонен довод относительно отсутствия кредиторов, которым был причинен имущественный вред в результате оспоренных и признанных судом недействительных сделок. Полагает, что конкурсный управляющий ООО «Север-Трейд» пропустил срок исковой давности на обращение с настоящим заявлением. Кроме того отметила, что именно ФИО6 является конечным бенефициаром должника. Также, по мнению ответчика, судом первой инстанции не дана оценка доводам о снижении размера ответственности с учетом разной степени влияния ответчиков на доведение общества до банкротства.

От конкурсного управляющего ООО «Север-Трейд» поступил отзыв, в котором он просит обжалуемый судебный акт в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «Север-Трейд» поддержал доводы апелляционных жалоб в части отказа в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности.

Представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционных жалоб в части отказа в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности, а также в части установления оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части – в части наличия оснований для привлечения ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при отсутствии возражений.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта в его обжалуемой части.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон N 266-ФЗ) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон N 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Из материалов спора следует, что ФИО3 заявила о пропуске срока исковой давности на обращение с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ, нормы о сроке исковой давности являются нормами материального права, в связи с чем, при подаче заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности срок исковой давности исчисляется в соответствии с нормами закона, действовавшими на дату совершения действий, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда РФ от 10.09.2018 по делу N 305-ЭС18-7255, Определение Верховного Суда РФ от 08.02.2019 N 304-ЭС18-24534 по делу N А45-4285/2013).

Как видно из материалов дела, обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, имели место до вступления в законную силу изменений, внесенных Законом N 266-ФЗ, однако на момент совершения оспоренной сделки по отчуждению имущества ООО «Влада» (04.12.2012) самостоятельного нормативного правового регулирования в части срока исковой давности по обращению с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не имелось.

Согласно пункту 1, 2 статьи 196, статьи 200 ГК РФ, в действующей на момент совершения сделки, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В последующем были внесены изменения в Закон о банкротстве, и согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции от 28.06.2013, заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, могло быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

При этом в соответствии с названной статьей Закона о банкротстве, в редакции от 28.12.2016, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Однако, действующее законодательство (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ), а также судебная практика (пункт 27 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности») исходят из того, что если в момент возникновения возможности реализовать право на подачу заявления ранее действовавший срок исковой давности не истек или не начал течь, то применяется срок исковой давности по действующей на момент реализации права на иск редакции Закона.

В рассматриваемом случае, течение срока исковой давности не могло начаться ранее возникновения у конкурсного управляющего права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (то есть ранее открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства), и, поскольку на момент возбуждения дела о банкротстве и признания должника несостоятельным лицом срок исковой давности по настоящему требованию еще не истек, к спорным правоотношениям подлежат применению положения о трехлетнем сроке исковой давности.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, в действующей в настоящее время редакции, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Кроме того, сроки, указанные в пункте 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). Данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума N 53).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заявителем не пропущен трехлетний срока подачи заявления с момента признания должника банкротом, на основании чего правомерно отказал в удовлетворении заявления о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпунктам 1, 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Как следует из материалов обособленного спора и подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, обязанности руководителя должника исполнялись с 12.01.2013 до 13.06.2016 ФИО3, что определяет статус контролирующего должника лица в период совершения оспоренной сделки от 04.12.2012 и не оспаривается заинтересованными лицами.

Конкурсный управляющий в качестве ответчика также заявил ФИО6, которая не принимала корпоративного участия в должнике, однако, по мнению заявителя, являлась конечным бенефициаром, на что также в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора ссылались ФИО3 и ФИО5, приводя доводы о том, что обязательные указания для совершения сделок должника и непосредственный контроль за деятельностью организации исходили от ФИО6 Данные обстоятельства, по мнению заявителя, подтверждаются в том числе поступившим в материалы дела ответом ЗАГСа, устанавливающего, что ФИО6 является дочерью бывшего единственного участника ООО «Север-Трейд» ФИО8; договор купли-продажи от 18.09.2014, заключение которого повлекло возникновение кредиторской задолженности у ООО «Север-Трейд» вследствие безвозмездного выбытия объекта недвижимости из имущественной массы должника подписан именно ФИО6 в качестве представителя по доверенности; юридический адрес должника совпадает с адресом регистрации ФИО6, ранее ФИО8

Как указал управляющий, вхождение ООО «Север-Трейд» и ФИО6 в одну группу лиц, её осведомленность о противоправном характере отдельных хозяйственных операций Общества и непосредственное участие в таких операциях, как указано в заявлении, свидетельствуют о получении ФИО6 необоснованной и существенной выгоды в результате возможности влиять на финансово-экономическую деятельность должника. Из указанных обстоятельств, по мнению управляющего, следует, что ФИО6 является контролирующим должника лицом, действия которого, наравне с действиями ФИО5 и ФИО3, довели ООО «СеверТрейд» до банкротства и как следствие - к невозможности расчета с кредиторами.

Оценив фактические обстоятельства и доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим того, что ФИО6 обладала правом давать обязательные для исполнения должником указания, полномочиями на совершение от его имени сделок, получила какую-либо личную выгоду от сделок, заключенных Обществом, имела возможность распоряжаться денежными средствами должника, замещала должность его главного бухгалтера, финансового директора, а равно имела возможность иным образом определять действия должника, принуждая к тому его руководителя, оказывая определяющее влияние на руководителя иным образом.

Как указано самим заявителем, доказательствами привлечения ФИО6 являются: пояснения ФИО5 и ФИО3 (действия которых причинили вред должнику, что установлено вступившими в законную силу судебными актами), наделение полномочиями путем выдачи доверенности, а также ответом ЗАГСа, устанавливающим, что ФИО6 является дочерью бывшего единственного участника и руководителя ООО «Север-Трейд» ФИО8

Между тем, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ, указанные доводы носят предположительный характер и документально не подтверждены, в связи с чем не могут служить безусловным основанием привлечения лица к субсидиарной ответственности с учетом положений пункта 1 статьи 61.10, статьи 61.11 Закон о банкротстве, пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, правовыми позициями, изложенными пунктах 3, 7, 9, 13 постановления № 53, разъяснений, приведенных в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622 (4,5,6), включенной в «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020).

Напротив, дальнейшие действия должника в лице ответчиков ФИО3 и ФИО5, как обоснованно указано судом первой инстанции, в частности по продаже спорного нежилого помещения в пользу последней, указывают на конечного выгодоприобретателя от этих действий, а именно: - ФИО5. Последней не представлено доказательств того, что дальнейшая судьба имущества связана исключительно с интересами ФИО6

При таких обстоятельствах, учитывая то, что привлечение к субсидиарной ответственности является исключительным способом пополнения конкурсной массы, в рассматриваемом случае суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания ФИО6 контролирующим должника лицом, а также к последующему привлечению ее к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Север-Трейд».

В качестве оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим указано на заключение 04.12.2012 должником с ООО «Влада» договора купли-продажи нежилого помещения.

В соответствии с абзацами первым - третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции до вступления в силу Закона N 266-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае, судом первой инстанции установлено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.01.2022 (резолютивная часть от 18.01.2022) по обособленному спору №А56-63375/2020/уб.1 установлены неправомерные действия ФИО5 и ФИО3 по выводу активов - нежилого помещения.

Так, ООО «Север-Трейд» 04.12.2012 по договору купли-продажи приобрело у ООО «Влада» нежилое помещение общей площадью 375,2 кв. м., кадастровый номер 78:31:0001426:2404 по адресу: Санкт- Петербург, ул. 8-я Советская, д 17-19, литера А, пом. 2-Н.

В соответствии с пунктом 2.1 договора от 04.12.2012 цена данного имущества согласована сторонами в размере 55 154 400 руб.

Регистрация перехода права собственности была осуществлена 18.06.2013.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.11.2017 (резолютивная часть от 17.11.2017) по обособленному спору А56-85441/2014/сд.3 договор купли-продажи от 04.12.2012, заключенный должником с ООО «Влада», признан недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку на момент совершения сделки у ООО «Влада» имелись неисполненные обязательства, сделка совершена в период проведения в отношении ООО «Влада» налоговой проверки, по результатам которой общество было привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения (занижение налоговой базы); ООО «Север-Трейд» было известно о неплатежеспособности должника, поскольку сделка совершена в пользу заинтересованного лица (со стороны ООО «Влада» договор был подписан ФИО8, которая на тот момент выступала единственным участником ООО «Север-Трейд»: со стороны ООО «Север-Трейд» договор был подписан ФИО3 в отсутствие полномочий действовать от имени общества); денежные средства ООО «Север-Трейд» по оспариваемому договору не уплачивались. Суд первой инстанции пришел к выводу, что обстоятельства заключения указанного договора свидетельствуют о злоупотреблении правом как со стороны ООО «Влада», так и со стороны ООО «Север-Трейд», поскольку действия сторон были направлены на вывод актива из собственности ООО «Влада» с целью недопущения обращения на него взыскания.

В результате признания указанным судебным актом договора купли-продажи от 04.12.2012 недействительной сделкой у ООО «Влада» возникло право требования к должнику в размере 55 154 400 руб., что вопреки доводам ФИО3, свидетельствует о доведении ООО «Север-Трейд» противоправными действиями до банкротства, поскольку именно указанная задолженность послужила основанием для возбуждения в отношении должника процедуры банкротства и привела к неплатежеспособности общества.

При этом ФИО3, которой были известны все пороки сделки по приобретению спорного имущества и отсутствие со стороны ООО «Север-Трейд» какого-либо встречного исполнения, от имени должника, 18.09.2014 заключен договор купли-продажи указанного имущества с ФИО5, выступающей на тот момент единственным участником должника, по цене, значительно ниже цены, установленной договором, по которому должником приобретался спорный объект, тогда как обязательства по оплате приобретенного имущества ФИО5 исполнены не были. Государственная регистрация перехода права собственности осуществлена 26.09.2014.

Таким образом, в результате умышленных действий ФИО5 и ФИО3 выразившихся в совершении цепочки сделок, направленных на вывод дорогостоящего имущества из собственности ООО «Влада» и ООО «Север-Трейд» кредиторам был причинен ущерб в размере не менее 55 154 400 руб., а совокупность последствий совершения сделок, привела к банкротству ООО «Север-Трейд», что подтверждает наличие обстоятельств для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Поскольку материалами дела установлено, что в настоящее время не завершены мероприятия по формированию конкурсной массы должника, а также не завершены расчеты с кредиторами, учитывая наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции приостановил производство по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

Отклоняя доводы о двойной ответственности ФИО3, суд апелляционной инстанции исходит из того, что правовая природа убытков, взысканных с ответчика, вытекает из факта признанных виновных действий ФИО3, ставших причиной необоснованного вывода имущества. При этом окончательный размер ответственности определяется путем «поглощения» большей из взыскиваемых сумм меньшей; совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве; в случае если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер, то есть убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность, и возмещение убытков являются мерами гражданско-правовой ответственности, при этом привлечение к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица по тем же основаниям, по которым последний уже привлечен к ответственности в виде взыскания убытков, приведет к повторному привлечению к гражданской ответственности за одни и те же действия, что нормами действующего законодательства не предусмотрено.

Следовательно, само по себе наличие судебного акта о взыскании убытков с бывшего руководителя не является основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, а служит лишь основанием для уменьшения размера ответственности на сумму взысканных убытков, в случае если основания, послужившие для взыскания убытков, были заявлены также при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (размер взысканных убытков включен в состав размера субсидиарной ответственности).

Кроме того, апелляционный суд полагает необходимым отметить, что доводы апелляционной жалобы ФИО3 о необходимости снижения размера ее ответственности, могут быть заявлены ответчиком в ходе рассмотрения последующего вопроса об определении такого размера, однако не влияют на правовые основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности вследствие ее участия в доведении должника до банкротства, в связи с чем отклоняются судебной коллегией.

Таким образом, поскольку доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.10.2023 по делу № А56-63375/2020/суб.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен


Судьи


А.Ю. Слоневская


И.В. Сотов