Постановление от 18 июня 2019 г. по делу № А79-1563/2017

Дело № А79-1563/2017
город Владимир
18 июня 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 июня 2019 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волгиной О.А.,

судей Протасова Ю.В., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Партнер» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики Чувашии от 26.03.2019 по делу № А79-1563/2017, принятое судьей Крыловым Д.В.,

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МКД» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО2

о признании недействительным договора купли-продажи имущества от 23.06.2015, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «МКД» и ФИО3, применении последствий недействительности сделки,

при участии представителей в судебном заседании 05.06.2019:

от общества с ограниченной ответственностью «Партнер» – ФИО4 на основании доверенности от 26.03.2019 № 5/19-10 сроком действия 31.12.2019;

от ФИО3 – ФИО5 на основании доверенности от 25.04.2018 сроком действия три года;

от общества с ограниченной ответственностью «Энерджи» – ФИО6 на основании доверенности от 28.05.2019 № 10/2019 сроком действия по 31.12.2019

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МКД ФИО2 – не явился, извещен,

в отсутствие в судебном заседании 10.06.2019 представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МКД» (далее – Общество) в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии обратился конкурсный управляющий Общества ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи имущества от 23.06.2015, заключенного между Обществом и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки.

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии определением от 26.03.2019 отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Партнер» (далее – ООО «Партнер») обратилось в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просило отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то обстоятельство, что нежилое помещение переданное по оспариваемому договору реализовано Обществом не за 17 000 000 руб., а за большую сумму, что подтверждено решением Ленинского районного суда города Чебоксары. Полагает, что в материалах дела имеется достаточно доказательств для признания недобросовестности действий ФИО3 и неравноценности встречного исполнения по сделке.

С точки зрения заявителя жалобы, судом первой инстанции проигнорированы доводы ООО «Партнер» о ничтожности оспариваемой сделки, не было предложено сторонам обособленного спора дать пояснения по поводу заявления о ничтожности сделки.

ООО «Партнер» также считает, что в материалах дела достаточно доказательств, подтверждающих неплатежеспособность должника на момент совершения оспариваемой сделки, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелась задолженность по налогам, которая на 31.12.2014 составила 7 370 370 руб.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что стоимость спорного имущества составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, в связи с чем презюмируется преследование должником противоправной цели причинения вреда кредиторам.

По мнению ООО «Партнер» должник уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, о чем свидетельствует непредставление должником конкурсному управляющему подлинника договора купли-продажи имущества от 23.06.2015, программного обеспечения 1С, кассовой книги и иных документов бухгалтерской и (или) иной отчетности, искажение бухгалтерской отчетности.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы считает, что представленное в материалы дела заключение судебной оценочной экспертизы от 17.12.2018 № 65/12-18 не соответствует требованиям методик, установленных для данного вида экспертиз и исследований, не соответствует требованиям действующего законодательства. В обоснование указанного довода ссылается на то обстоятельство, что заключение составлено экспертом, который не был надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации; документ имеет название, не предусмотренное действующим законодательством; содержание заключения нарушает статью 25 Закона об экспертизе; у эксперта отсутствует соответствующая квалификация; эксперт неверно определил объект исследования и сделал неверные методологические выводы; в заключении эксперт нарушает требования закона и основывает свои выводы на ничем необоснованных положениях; заключение имеет методологические ошибки; эксперт проводит неверные и произвольно выбранные данные; в заключении эксперт допускает нарушение требований стандартов оценочной деятельности; заключение имеет существенные противоречия, которые вводят в заблуждение; при расчете стоимости произведенных строительных работ использован не сертифицированный программный комплекс. Полагает, что указанное экспертное заключение не имеет юридической силы и не может быть использовано в качестве доказательства по делу.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Представитель ООО «Партнер» в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы; настаивали на ее удовлетворении.

ФИО3 в отзыве и ее представитель в судебном заседании указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просили оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Общество с ограниченной ответственностью «Энерджи» поддержало доводы апелляционной жалобы ООО «Партнер»; просило ее удовлетворить, а обжалуемое определение суда – отменить.

Иные лица, участвующие в рамках обособленного спора, отзыв на апелляционную жалобу не представили.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей конкурсного управляющего, извещенного о месте и времени судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, 23.06.2015 между Обществом и ФИО3 заключен договор купли-продажи нежилого помещения общей площадью 3331,1 кв.м, расположенного по адресу: улица Пристанционная, дом 3, город Чебоксары, Чувашская Республика, кадастровый номер 21:01:020705:903 по цене 17 000 000 руб.

ФИО3 платежными поручениями от 24.06.2015 № 244325, от 24.06.2015 № 244611 оплатила стоимость недвижимого имущества.

Решением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 05.07.2017 Общество признано банкротом, в отношении него введена процедура конкурсного производства ликвидируемого должника; конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства ликвидируемого должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 15.07.2017 № 127.

Полагая, недействительным договор купли-продажи имущества от 23.06.2015, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с рассматриваемым заявлением.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, содержащихся в абзацах 3 – 5 пункта 2 указанной статьи.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –
Постановление № 63) разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (применительно к этому обстоятельству законодательство о банкротстве вводит ряд презумпций, в силу которых наличие указанной цели предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности совершение сделки в отношении заинтересованного лица. При этом установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки);

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из определения этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления № 63);

б) в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов (при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества);

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (при этом абзацем первым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презюмируется осведомленность другой стороны об этом, в том числе если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Спорная сделка от 23.06.2015 совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (27.02.2017), то есть в течение периода, предусмотренного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, в целях определения рыночной стоимости спорного нежилого помещения, суд первой инстанции в порядке статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначил судебную оценочную экспертизу.

По результатам проведения судебной оценочной экспертизы в суд первой инстанции представлено экспертное заключение от 17.12.2018 № 65/12-19, согласно которому рыночная стоимость объекта составила 18 033 000 руб., стоимость неотделимых улучшений произведенных ФИО3 после покупки составила 27 724 310 руб., стоимость имущества с учетом нахождения в залоге составило 5 942 763 руб.

Довод конкурсного управляющего о том, что заключение эксперта от 17.12.2018 № 65/12-19 является недостоверным и недопустимым доказательством по делу, не принимается судом апелляционной инстанции.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

При этом, само по себе несогласие стороны с выводами экспертизы, при соответствии ее требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не может являться основанием для признания его не относимым, недопустимым, недостоверным доказательством.

Проанализировав экспертное заключение от 17.12.2018 № 65/12-19, оценив выводы, изложенные в нем, суд апелляционной инстанции не усмотрел в нем каких-либо противоречий и необоснованных выводов.

Довод о том, что эксперт не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не соответствует действительности, поскольку в материалах дела имеется расписка ээксперта о предупреждении его по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. А тот факт, что указанный документ не содержит даты, не свидетельствует о недостоверности и недействительности экспертного заключения и не может являться основанием для отмены обжалуемого определения.

Доказательства, опровергающие выводы эксперта, в материалы дела не представлены.

При отсутствии надлежащих доказательств, опровергающих выводы, указанные в экспертном заключении от 17.12.2018 № 65/12-19, данное заключение является надлежащим доказательством по делу.

Довод заявителя жалобы о том, что суд неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным.

В соответствии со статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторная и дополнительная экспертиза назначается в случае недостаточной ясности или полноты, возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта. Назначение повторной и дополнительной экспертизы является правом, а не обязанностью суда.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции не усмотрел оснований, предусмотренных в статье 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для проведения повторной экспертизы.

Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы.

Ссылка заявителя относительно квалификации эксперта на проведение оспариваемой экспертизы, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку на момент назначения экспертизы эксперт обладал соответствующими разрешениями на проведение экспертного исследования. В порядке статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец не воспользовался правом на отвод эксперта.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В данном случае заключение экспертизы является средством доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для оценки рассматриваемого требования.

На основании части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение исследуется в заседании арбитражного суда и оценивается наряду с другими доказательствами.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что спорное экспертное заключение оценено судом первой инстанции в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наряду с иными доказательствами по делу.

Кроме того, заявитель жалобы не воспользовался своим процессуальным правом предоставить иное экспертное исследование, проведенное по своей инициативе.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции правомерно установил, что ФИО3 не является по отношению к должнику заинтересованным лицом; в деле отсутствуют доказательства, что на момент заключения договора купли-продажи от 23.06.2015 должник обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества для погашения всей задолженности, имеющейся у должника; также в деле отсутствуют доказательства осведомленности ФИО3 на момент совершения оспариваемой сделки о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника; доказательства несоответствия цены продажи объекта его рыночной стоимости, а также осведомленности ФИО3 о намерении причинить вред оспариваемой сделкой.

Из материалов дела усматривается, что спорная сделка одобрена собранием участников Общества от 22.06.2015; на момент заключения договора имущество находилось в залоге у ОАО «Номос банк»; после совершения сделки должник погасил кредит, а также осуществлял платежи за потребленный коммунальный ресурс на сумму 2 000 000 руб. энергосбытовой компании.

В данном случае для констатации факта нарушения прав кредиторов необходимо установить, что продажная стоимость имущества по сделке была ниже ее рыночной стоимости. Однако данные обстоятельства не доказаны конкурсным управляющим надлежащими, допустимыми и бесспорными доказательствами. Соответственно, оспоренная сделка не могла привести к уменьшению размера имущества должника.

Из материалов дела не усматривается, что ФИО3 являлась заинтересованным лицом по отношению к должнику, и материалы дела не содержат документов, свидетельствующих о том, что она знала или должна была знать о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в момент совершения спорной сделки (согласно картотеки арбитражный дел до 29.07.2015 сведений о наличии предъявленных к должнику требований не имелось), а, следовательно, о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов.

Утверждение заявителя о том, что решением Ленинского районного суда города Чебоксары установлен факт договоренности между сторонами по реализации имущества при заключении спорной сделки в сумме 20 000 000 руб., не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку данные утверждения основаны на показаниях допрошенных лиц. При этом на странице 8 решения абзац первый суд делает вывод о том, что суд не может признать факт достигнутой договоренности о стоимости передаваемого имущества в 20 000 000 руб. установленным.

Ссылка заявителя о доказанности факта неплатежеспособности должника на момент подписания спорной сделки, не принимается судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку наличие на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, само по себе в отсутствие доказательств несоразмерного встречного исполнения не может являться основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При отсутствии доказательств недобросовестности ФИО3 при заключении оспоренного договора и ее заинтересованности суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности совершения данной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и о недоказанности совокупности правовых оснований, необходимых для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом суд первой инстанции обоснованно исходил из такой степени достаточности доказательств, которая позволила ему сделать однозначный вывод в отношении подлежащих установлению по делу обстоятельств, и правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорные договоры, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Оценив оспоренную сделку на предмет наличия признаков ее недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсный управляющий не представил доказательств того, что спорная сделка была направлена на нарушение интересов других кредиторов и на причинение вреда иным кредиторам должника. Напротив, из материалов дела усматривается, что за счет заключения спорной сделки были погашены долги перед кредиторами.

Из действия сторон договора купли-продажи не усматривается недобросовестное поведение (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи нежилого помещения от 23.06.2015 недействительной сделкой в соответствии со статьей 10.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии обстоятельств, указывающих на злоупотребление правом со стороны ФИО3, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего не имелось.

Доводы апелляционной жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики Чувашии от 26.03.2019 по делу № А79-1563/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Партнер» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Ю.В. Протасов

Е.А. Рубис