Решение от 22 июля 2020 г. по делу № А40-40451/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-40451/20-33-299
г. Москва
22 июля 2020 г.
Резолютивная часть решения объявлена 15 июля года

Полный текст решения изготовлен 22 июля 2020года

Арбитражный суд г.Москвы в составе:

Судьи Ласкиной С.О.

Протокол ведет секретарь судебного заседания Кострова О.Н.

Рассматривает в открытом судебном заседании дело по заявлению

ООО «СТРОЙЦЕНТР»

к ответчику: УФАС по Москве

третье лицо: ГБПОУ КЖГТ (129090, Москва, Каланчевская 26, стр. 1,2,3)

о признании незаконными решения по делу №077/10/19-16342/2019 от 05.12.2019г., об обязании

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 дов. от 25.02.2020г., паспорт, диплом

от ответчика: ФИО2 дов. от 17.01.2020г, диплом

от третьего лица: ФИО3 дов. от 07.08.2018г, паспорт, диплом

УСТАНОВИЛ:

ООО «СТРОЙЦЕНТР» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к УФАС по г. Москве о признании незаконными решения по делу №077/10/19-16342/2019 от 05.12.2019г. о включении в реестр недобросовестных поставщиков в отношении Заявителя сроком на 2 года, об обязании исключить сведения о Заявителя из РНП.

В обоснование заявленного требования общество указывает на то, что антимонопольным органом не учтены такие обстоятельства, как активная позиция общества при исполнении контракта, в частности, неоднократное направление писем, которыми учреждение было уведомлено о наличии проблем при исполнении контракта, о приостановлении работ подрядчиком. Притязания общества были проигнорированы. Заявитель полагает, что из представленной в дело переписки с заказчиком усматривается заинтересованность общества в исполнении требований контракта.

Общество настаивает на нарушении заказчиком порядка расторжения контракта, поскольку общество не получало решение учреждения об одностороннем расторжении контракта, а датой надлежащего уведомления является 02.11.2019. Размещение же в ЕИС сведений о том, что данное решение вступило в силу 13.10.2019 не соответствует действительности.

Заявитель поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик представил отзыв, материалы антимонопольного дела, приобщены судом в материалы дела, возражал относительно удовлетворения заявленных требований.

Третье лицо представило письменные пояснения, поддержало позицию ответчика.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, процессуальный закон устанавливает наличие одновременно двух обстоятельств, а именно, не соответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым актом прав и законных интересов организаций в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц.

Согласно постановлению Правительства Российской Федерации 20.02.2006 № 94 "О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим контроль в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд.

Как следует из материалов дела, в Московское УФАС России заявление государственного бюджетного общеобразовательного учреждения города Москвы «Колледж железнодорожного и городского транспорта» (далее — учреждение, заказчик) о ненадлежащем исполнении обществом государственного контракта от 06.06.2019 № КЖГТ-42/ЭА/2019, заключенного по результатам проведенной закупки на выполнение работ по проведению текущего ремонта зданий и сооружений учреждения (реестровый номер извещения 0873500000819001468).

Решением от 05.12.2019 антимонопольный орган включил сведения об обществе в реестр недобросовестных поставщиков, предусмотренный Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе).

Не согласившись с указанным решением, заявитель обратился в Арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, Арбитражный суд соглашается с позицией ответчика, при этом исходит из следующего.

Из материалов дела усматривается, что 06.06.2019 между учреждением и обществом был заключен контракт № КЖГТ-42/ЭА/2019, предметом которого, как указано выше, является выполнение работ по проведению текущего ремонта зданий и сооружений.

Согласно п. 3.1 упомянутого контракта работы должны быть выполнены в период с 01.08.2019 по 15.08.2019.

В силу 4.1 контракта после окончания завершения выполнения работ подрядчик представляет заказчику комплект отчетной документации, предусмотренной Техническим заданием, и акт сдачи-приемки выполненных работ.

Из материалов дела следует, что уже 01.08.2019 учреждение направило обществу претензию, из которой усматривается, что по состоянию на обозначенную дату график выполнения работ нарушен. Аналогичная претензия была направлена заявителю также 02.08.2019.

07.08.2019 учреждение сообщило обществу, что используемые в работах товары должны иметь сертификацию, декларации соответствия, товарно-сопроводительные документы и просило исполнителя в срок до 08.08.2019 предоставить соответствующую разрешительную документацию.

08.08.2019 заказчик направил заявителю новую претензию, оформленную за исх. № 144/3, в которой констатировал очередное нарушение сроков выполнения работ, т. е. неисполнение требований п.п. 5.1, 8.1 Технического задания и п. 9.1 контракта, а также неисполнение подрядчиком принятых на себя обязательств по осуществлению демонтажных и ремонтных работ по четырем адресам, указанным в претензии. Учреждение просило общество устранить обозначенные недостатки не позднее 17 часов 12.08.2019.

В претензии от 15.08.2019 учреждение констатировало, что по состоянию на обозначенную дату ответственные за сдачу результатов проведения ремонтных работ лица не явились, а документы в отношении проделанных работ в полном объеме не представлены. Заказчик просил направить уполномоченное должностное лицо с комплектом отчетной документации для проведения контрольного обмера 16.08.2019 в 11 часов.

19.08.2019 учреждение направило обществу требование, оформленное за исх. 151/3, в котором указало на неустранение подрядчиком нарушений сроков выполнения работ, а также неисполнение требований претензии от 15.08.2019. В упомянутом документе заказчик указал адреса, по которым расположены объекты, на которых не выполнены необходимые работы. В данном письме заказчик потребовал общество выполнить работы и устранить выявленные недостатки в срок до 20.08.2019, а также направить уполномоченного представителя для проверки объема и качества работ в обозначенную дату в 17 часов.

В связи с неисполнением требований претензии от 19.08.2019 учреждение направило обществу претензию от 23.08.2019 № 155/4, в которой просило в срок до 24.08.2019 завершить работы на всех объектах и представить заказчику отчетную документацию.

Согласно ч. 8 ст. 95 Закона о контрактной системе расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 названной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В настоящем случае, как усматривается из материалов дела и было упомянуто ранее, предметом контракта являлось выполнение ремонтных работ.

В силу ч. 3 ст. 715 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.

Согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

В свою очередь, в силу абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст.ст. 450, 715 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на выполнение работ является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

Учитывая то обстоятельство, что предметом контракта в настоящем случае являлось выполнение работ, то в контексте правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 08.02.2011 № 13970/10, а также в определении от 03.11.2011 № ВАС-14427/11, условия о предмете, цене контракта, периоде выполнения работ по договору, а также содержании и объеме работ по договору относятся к существенным условиям договора подряда.

В соответствии со ст. 308 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

02.10.2019 учреждением было принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта № 182/13, мотивированное несоблюдением обществом п. п. 5.3, 7.7 Технического задания.

Из названного решения усматривается, что правовым основанием к его принятию послужили положения п.п. 8.1.1, 8.1.1.3 контракта, согласно которым заказчику представлено право расторжения договора в одностороннем порядке в случае если подрядчик не приступает к его исполнению, нарушает график работ, или выполняет работы так, что окончание их выполнения к сроку, предусмотренному контрактом, становится явно невозможно, либо в ходе выполнения работ стало очевидно, что они не будут выполнены надлежащим образом в установленный срок.

Из материалов дела усматривается, что все претензии и требования, а также решение заказчика от 02.10.2019 направлялись обществу не только посредством почтовой связи, но и на электронную почту, самостоятельно указанную заявителем (7102916@mail.ru), а потому, в силу ч. 1 ст. 8 ГК РФ, обязанного обеспечить прочтение поступающей на данный адрес почты корреспонденции.

03.10.2019 решение учреждения об одностороннем отказе от исполнения контракта размещено в единой информационной системе. От получения данного решения почтовой связью общество уклонилось.

Порядок расторжения контракта антимонопольный орган обоснованно счел соблюденным.

Доводы заявителя об обратном расцениваются критически.

В соответствии с ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта. Датой такого надлежащего уведомления признается дата получения заказчиком подтверждения о вручении поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя) по его адресу, указанному в контракте. При невозможности получения указанных подтверждения либо информации датой такого надлежащего уведомления признается дата по истечении тридцати дней с даты размещения решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в единой информационной системе.

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта (ч. 13 ст. 95 Закона о контрактной системе).

Поскольку общество вело переписку с заказчиком с электронного адреса 7102916@mail.ru, учреждение правомерно посчитало, что, поскольку письмо с прикрепленным решением об одностороннем отказе было направлено обществу и прочитано последним 02.10.2019, а также направлено заявителю почтовой связью и размещено в ЕИС 03.10.2019, т. е. заказчиком предприняты все, исчерпывающие средства извещения общества о принятом решении, такое решение вступило в силу 17.10.2019.

Особенности присвоения процедурам, отображаемым в ЕИС, тех или иных процессуальных статусов, на чем настаивает общество, на правомерность принятого решения не влияет, поскольку правовое значение имеет факт исполнения подрядчиком обязанностей по устранению установленных таким решением недостатков, т. е. факт проявленной либо не проявленной подрядчиком добросовестности.

Соответствующие же доводы заявителя расцениваются критически, поскольку, во-первых, заявителем вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не доказано, каким образом перевод статуса действующего контракта в статус «исполнение завершено» повлияло на его возможности устранить недостатки, зафиксированные в решении об одностороннем отказе, во-вторых, эти доводы очевидным образом направлены не на защиту действительно нарушенных прав подрядчика, а исключительно на изыскание всевозможных способов отмены оспариваемого акта и ухода от ответственности.

Тут же следует отметить, что своим правом оспорить действия заказчика (а также решение последнего об одностороннем расторжении контракта) в юрисдикционном порядке общество не воспользовалось. Общество обратилось в суд с заявлением о признании обозначенного решения учреждения незаконным, однако данное заявление было возвращено заявителю судом (дело № А40-319250/19).

Более того, не заявляло соответствующих возражений общества и при рассмотрении дела в антимонопольном органе.

Даже в случае принятия позиции заявителя о непредставлении ему достаточного срока для устранения выявленных в решении заказчика недостатков, следует отметить, что правовое значение для принятия антимонопольным органом итогового акта по заявлению заказчика является факт устранения таких недостатков на дату заседания антимонопольного органа по рассмотрению заявления заказчика и факт вступления решения последнего в законную силу, а также устранение (неустранение) недостатков после вынесения такого решения на дату принятия антимонопольным органом своего решения.

По состоянию на 05.12.2019, т. е. на дату принятия оспариваемого акта Московским УФАС России, решение учреждения от 02.10.2019 вступило в законную силу, а последствия, вызвавшие его принятие, не были устранены.

Аргументы заявителя об уклонении учреждения от оказания подрядчику содействия при исполнении контракта, обоснованные, кроме прочего, ссылкой на п.п. 5.3.6, 5.4.5 данного документа, также расцениваются критически.

Пунктом 5.4.5 контракта предусмотрено право подрядчика приостановить выполнение работ в случае обнаружения обстоятельств, которые могут оказать негативное влияние на годность и прочность результатов выполняемых работ, и сообщить об этом заказчику немедленно.

Из материалов дела усматривается, что на заседание комиссии антимонопольного органа общество представило письмо от 08.07.2019 № 02/07 (т. е. до регламентированных дат начала и окончания работ), из содержания которого усматривается, что общество столкнулось с тем, что по одному из адресов (Напольный пр-зд, 7) профиль, штапик и уплотнитель для остекления с использованием уплотнительной резины не выпускаются. Заявитель предложил демонтировать внутренний контур остекления, а его элементы пустить на ремонт внешнего контура.

Также общество представило антимонопольному органу два письма от 12.07.2019 №№ 02/07 и 12-2/07. В письме № 12/07 общество информировало учреждение, что по адресу: Бойцовая ул., 6-8Б произвело демонтаж и сделало стяжку пола, и приостановило работы. В письме № 12-2/07 подрядчик сообщал, что по адресу: Напольный пр-зд, 7 было произведено частичное вскрытие полов, а выполнить специализированную стяжку не представляется возможным, в связи с чем работы по данным позициям приостановлены.

Иные письма, на которые ссылается общество в своем заявлении, антимонопольному органу не представлялись.

Таким образом, общество ссылается на новые документы, не представлявшиеся антимонопольному органу при вынесении им оспариваемого акта и не положенные в его основу.

В силу ст. 200, ч. 2 ст. 201 АПК РФ законность оспариваемого ненормативного акта проверяется судом на момент его принятия с учетом документов и материалов, которые были положены в основу оспариваемого акта, независимо от дальнейших действий административного органа по приведению этого акта в исполнение, реализации заложенного в нем правового потенциала либо восстановления нарушенных прав лица, в отношении которого он вынесен.

Не являвшиеся предметом оценки со стороны государственного органа документы, полученные после принятия ненормативного акта такого органа, не могут быть предметом оценки и в ходе рассмотрения дела об оспаривании нормативного правового акта, поскольку подобного рода документы не отвечают принципам относимости и допустимости (ст. 68 АПК РФ), а попытка добиться отмены оспариваемого акта на основании новых доказательств представляет собой злоупотребление правом, не подлежащее судебной защите.

Оценивая же содержание упомянутых выше писем, которые были представлены антимонопольному органу, следует признать, что они не являются доказательством обоснованности уклонения общества от исполнения обязательств и не соотносятся с требованиями, адресованными обществу в претензиях заказчика, направленных в период проведения работ. Кроме того, в претензиях учреждения упоминались иные, чем в письмах общества адреса, и содержались требования нерелевантного с письмами общества характера. Более того, из притязаний заказчика усматривается, что общество в принципе не исполняло возложенные на него обязанности.

Документальных доказательств необоснованности выявленных и зафиксированных учреждением недостатков заявителем, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ не представлено.

Указанные в трех письмах общества проблемы не препятствовали ему исполнять иные обязательства и по другим адресам.

Согласно ч. 4 ст. 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

Такие документы по итогам контракта не составлялись.

Законность действий заказчика презюмируется. Факт неисполнения обществом условий контракта подтверждается материалами дела, обществом, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не опровергнут.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

Действия заявителя в настоящем случае таким требованиям не соответствовали.

В силу ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с ч. 10 упомянутой статьи.

Требования заказчика после получения обществом решения об одностороннем отказе остались без удовлетворения.

14.10.2019 письмом № 190/6 учреждение проинформировало общество о вступлении решения об одностороннем отказе от исполнения контракта в законную силу.

Доказательств устранения недостатков, установленных решением заказчика от 02.10.2019, а равно исполнения притязаний учреждения, приведенных в письме от 14.10.2019 общество антимонопольному органу не представляло.

При этом, оценивая доводы общества, следует отметить, что вследствие ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств заказчик фактически лишился всего того, на что рассчитывал, объявляя конкурентную процедуру и заключая договор. Каким-либо образом улучшить положение заказчика, то есть изыскать возможность исполнить какие-либо принятые на себя обязательства, общество не посчитало необходимым.

Таким образом, итоговый результат заключения договора не был достигнут по вине общества.

Следовательно, общество обязано нести как гражданско-правовую, так и публично-правовою ответственность за ненадлежащее исполнение принятых на себя обязательств.

Победитель конкурентной процедуры должен осознавать, что он вступает в публично-правовые отношения, связанные с расходованием бюджетных средств на реализацию публичных экономически и социально значимых нужд, что предполагает значительно большую ответственность сторон в этих правоотношениях, в отличие от тех правоотношений, которые основаны исключительно на частно-правовых началах.

Риски, сопутствующие предпринимательской деятельности (ст. 2 ГК РФ) и возникающие вследствие ненадлежащего исполнения принятых на себя обязанностей, подрядчик несет самостоятельно.

Оценивая в настоящем случае поведение обеих сторон, следует признать, что действия учреждения очевидным образом были направлены на предоставление обществу возможности исполнить обязательства по контракту с целью получения итогового результата, в связи с чем долгое время не принимало решения об одностороннем расторжении контракта.

В соответствии с ч. 16 ст. 95 Закона о контрактной системе информация о поставщике (подрядчике, исполнителе), с которым контракт был расторгнут в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта, включается в установленном названным законом порядке в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

В соответствии ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

Реестр недобросовестных поставщиков представляет собой меру ответственности за недобросовестное поведение в правоотношениях по размещению заказов, а решение вопроса о необходимости применения такой меры находится исключительно в компетенции антимонопольного органа.

В рассматриваемом случае антимонопольный орган пришел к верному выводу о необходимости включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков по причине ненадлежащего исполнения своих обязательств по контракту. Выводы антимонопольного органа соответствуют обстоятельствам и материалам дела, отвечают Закону о контрактной системе. Мера ответственности является адекватной допущенным нарушениям; ее неприменение противоречило бы законодательству и публичному правопорядку.

При оценке соотношения степени недобросовестности участника и последствий, которые наступили вследствие ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств в рамках государственного контракта, следует признать, что ограничение права заявителя на участие в государственных закупках сроком на два года не превышает степень негативных последствий, наступивших для заказчика, в связи с чем примененная антимонопольным органом мера является соразмерной и справедливой.

Освобождение общества от публично-правовой ответственности за грубое неисполнение принятых на себя обязательств будет противоречить конституционно закрепленному принципу равенства всех перед законом и судом и нарушать общегражданский принцип равенства участников этих правоотношений.

При этом, в силу ч. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного и недобросовестного поведения.

Доводы общества о незаконности оспариваемого акта, обоснованные ссылками на наличие большого количества исполненных контрактов, воспринимаются критически, поскольку не подтверждают факт надлежащего исполнения обязательств в правоотношениях с конкретным заказчиком, а освобождение общества от публично-правовой ответственности в связи с большим количеством исполненных контрактов нарушало бы общегражданский и конституционно закрепленный принцип равенства всех перед законом и судом.

Ссылки заявителя на отсутствие в оспариваемом решении оценки его доводам и доказательствам о незаконности оспариваемого акта административного органа не свидетельствует. Кроме того, отсутствие указанных сведений в упомянутом решении может свидетельствовать о том, что административным органом указанные документы не признаны существенными доказательствами, способными изменить результат рассмотрения дела. Отсутствие таких сведений может свидетельствовать лишь о порочности формирования содержания текста документа, но отнюдь не о неправильности изложенных в нем выводов и незаконности совершенных на его основании действий. При этом, порочность содержания акта административного органа может свидетельствовать о его незаконности только в том случае, если такая порочность привела названный орган к принятию неправильного по существу решения.

На основании ст. 198 АПК РФ лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными ненормативных правовых актов органов, осуществляющих публичные полномочия, если полагают, что оспариваемые акты не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В то же время, отнесение бремени доказывания законности оспариваемого акта на соответствующий орган (ч. 5 ст. 200 АПК РФ) не освобождает лицо от доказывания тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

С учетом изложенного, в данном случае отсутствуют основания, предусмотренные статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которые одновременно необходимы для удовлетворения заявленных требований.

Согласно ч. 3 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Судом рассмотрены все доводы заявителя, однако они не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что оспариваемое решение, вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с тем, у суда отсутствуют правовые основания для признания его незаконным в судебном порядке.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 4, 8, 9, 41, 64, 65, 66, 68, 71, 110, 123, 156, 167-170, 176, 198, 200, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие требованиям действующего законодательства в удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

С.О. Ласкина