Постановление от 18 января 2023 г. по делу № А54-6860/2020

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тула Дело № А54-6860/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 17.01.2023

Постановление изготовлено в полном объеме 18.01.2023

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Капустиной Л.А., судей Дайнеко М.М. и Заикиной Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Восток-Ойл» (г. Калуга, ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО2 (доверенность от 01.11.2020), в отсутствие истца – индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 304623006900193) и третьих лиц – общества с ограниченной ответственностью «Умка» (Владимирская область, Судогодский район, д. Захарово, ОГРН <***>, ИНН <***>), акционерного общества «Торговый дом «Русский Холодъ» (Ленинградская область, Всеволжский район, п. Ковалево, ОГРН <***>, ИНН <***>), общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» (г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Восток-Ойл» на решение Арбитражного суда Рязанской области от 11.11.2022 по делу № А54-6860/2020 (судья Медведева О.М.),



УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением (с учетом уточнения) к обществу с ограниченной ответственностью «Восток-Ойл» (далее – общество) о возмещении стоимости оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования оборудованием от 05.03.2019 № 214/19, в размере 400 000 рублей, взыскании пени за нарушение срока возврата оборудования в сумме 18 800 рублей за период с 20.08.2020 по 05.10.2020, с последующим начислением пени с 06.10.2020 по день фактического исполнения обязательств по ставке 0,1 % от стоимости оборудования.

Определениями от 22.12.2020 и от 06.04.2021, принятыми на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Умка», акционерное общество «Торговый дом «Русский Холодъ» в лице Московского филиала и общество с ограниченной ответственностью «Меридиан».

В свою очередь общество, в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратилось со встречным иском о признании недействительным договора безвозмездного пользования оборудованием от 05.03.2019 № 214/19.

Определением суда от 11.02.2021 встречное исковое заявление принято к производству для его совместного рассмотрения с первоначальными требованиями.

Решением суда от 11.11.2022 первоначальные исковые требования удовлетворены частично: с общества в пользу предпринимателя взыскана стоимость оборудования, переданного по договору безвозмездного пользования от 05.03.2019 № 214/19 в размере 400 000 рублей, пени за нарушение срока возврата оборудования за период с 20.08.2020 по 05.10.2020 в сумме 4366 рублей 12 копеек, с последующим начислением пени с 06.10.2020 на невозвращенную сумму по двукратной ключевой ставке Банка России за каждый день просрочки по день фактического исполнения денежного обязательства, с учетом моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497. В удовлетворении остальной части первоначального иска отказано. Встречные исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе общество просит решение отменить. Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на то, что, исходя из показаний генерального директора общества ФИО4 и документов, представленных в материалы дела, следует, что договор безвозмездного пользования в г. Рязани не заключался, по акту приема-передачи 05.03.2019 какого-либо оборудования не передавалось. Утверждает, отношения по поставке замороженной продукции имелись у общества с ООО «Умка», почтовый адрес которого указан предпринимателем как его почтовый адрес. Отмечает, что в материалах дела отсутствуют как доказательства, подтверждающие фактическую передачу оборудования, так и факт нахождения оборудования на АЗС общества. Обращает внимание на безвозмездность договора, что противоречит существу предпринимательской деятельности, направленной на извлечение прибыли. В связи с этим полагает, что к договору применима статья 173 Гражданского кодекса Российской Федерации (о недействительности сделки юридического лица, совершенной в противоречии с целями его деятельности). Выражает предположение о том, истинной целью истца при заключении договора являлось не принятие оборудования, а получение его стоимости и существенной неустойки, т.е. приобретение обманным путем значительных денежных сумм не в результате предпринимательской деятельности. Ввиду этого заявляет о необходимости применения к спорным правоотношениям статей 10 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств). Указывает, что представленная истцом в подтверждение несения судебных расходов квитанция к приходному кассовому ордеру не является надлежащим доказательством, поскольку прием наличных средств юридическим лицом, оказывающим юридические услуги, возможен только с использованием контрольно-кассовой техники.

В отзыве предприниматель, ссылаясь на законность и обоснованность принятого судебного акта, просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал позицию, изложенную в апелляционной жалобе.

Истец и третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. С учетом мнения представителя ответчика судебное заседание проводилось в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителя ответчика, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, 05.03.2019 между предпринимателем (ссудодатель) и обществом (ссудополучатель) заключен договор № 214/19 безвозмездного пользования оборудованием (т. 1, л. д. 15), по условиям которого ссудодатель передает ссудополучателю во временное безвозмездное пользование морозильное оборудование, наименование и количество которого указывается в акте приема-передачи оборудования к договору, а ссудополучатель обязуется вернуть принятое оборудование ссудодателю в том же состоянии, в каком он его получил.

Ссудополучатель принимает и использует оборудование исключительно для хранения замороженной продукции, поставляемой ООО «Умка». Оборудование остается собственностью ссудодателя. Передача оборудования и его возврат производится по акту приема-передачи, заверенному печатями и подписями сторон. В акте приема-передачи стороны указывают количество, состояние передаваемого оборудования, комплектность, стоимость (пункты 1.1, 1.2 договора).

Согласно пункту 2.2.5 договора ссудополучатель обязуется возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора безвозмездного пользования в надлежащем состоянии по адресу: <...>. В случае невозврата оборудования в указанный срок, оборудование считается утраченным ссудополучателем и ссудополучатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

В силу пункта 3.3 договора в случае продажи, утраты или передачи оборудования третьим лицам без согласия ссудодателя, ссудополучатель в 7-дневный срок возмещает ссудодателю полную стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

За нарушение обязательств, предусмотренных пунктами 2.2.5, 3.3 договора, ссудополучатель уплачивает ссудодателю пени в размере 3 % от стоимости оборудования за каждый день неисполнения обязательств (пункт 3.6 договора).

В пункте 4.3 договора стороны согласовали, что каждая из сторон вправе во всякое время отказаться от настоящего договора, известив об этом другую сторону за семь дней.

К договору сторонами подписан акт приема-передачи от 05.03.2019 на передачу 8 единиц следующего оборудования: «Каравелла», заводской номер 1402575, стоимостью 50 000 рублей; «Италфрост», заводской номер 612149079243, стоимостью 50 000 рублей; объект, заводской номер 60059300001929, стоимостью 50 000 рублей; объект, заводской номер 60059300002099, стоимостью 50 000 рублей; «Каравелл», заводской номер 406995106701, стоимостью 50 000 рублей; «Фрост», заводской номер 0144618015, стоимостью 50 000 рублей; «Каравелла», заводской номер 1402584, стоимостью 50 000 рублей; «Каравелла», заводской номер 1402544, стоимостью 50 000 рублей. общая стоимость всех единиц оборудования – 400 000 рублей (50 000 * 8).

Извещением от 22.07.2020 ссудодатель, в порядке пункта 4.3 договора, заявил об отказе от договора безвозмездного пользования с 06.08.2020 и просил ответчика в срок не позднее 06.08.2020 возвратить оборудование по указанному в договоре адресу: <...>. Извещение направлено ответчику 22.07.2020 регистрируемым почтовым отправлением № 39097146843136 и согласно информации об отслеживании АО «Почта России», вручено адресату 12.08.2020.

Поскольку оборудование не было возвращено истцу, последний направил ответчику претензию от 14.08.2020, в которой потребовал выплатить стоимость утраченного оборудования в общем размере 400 000 рублей и неустойку за нарушение срока возврата оборудования. Претензия направлена 14.08.2020 регистрируемым почтовым отправлением 39097149413312 и, согласно информации об отслеживании АО «Почта России», получена ответчиком 25.08.2020 (т. 1, л. д. 24).

Отказ от удовлетворения требования о выплате стоимости оборудования и неустойки послужил основанием для обращения предпринимателя в арбитражный суд с настоящим иском.

В свою очередь, общество, ссылаясь на недействительность договора, обратилось со встречным исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 689 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Согласно пункту 2 статьи 689 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору безвозмездного пользования соответственно применяются правила, предусмотренные статьей 607, пунктом 1 и абзацем первым пункта 2 статьи 610, пунктами 1 и 3 статьи 615, пунктом 2 статьи 621, пунктами 1 и 3 статьи 623 данного Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 699 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая из сторон вправе во всякое время отказаться от договора безвозмездного пользования, заключенного без указания срока, известив об этом другую сторону за один месяц, если договором не предусмотрен иной срок извещения.

Аналогичное право предусмотрено пунктом 4.3 спорного договора.

В силу пункта 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации право на одностороннее изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, с учетом положения пункта 2 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (далее - индивидуальный предприниматель), или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Таким образом, односторонний отказ от договора – односторонняя сделка, прекращающая обязательство во внесудебном порядке.

Извещением от 22.07.2020 ссудодатель, в порядке пункта 4.3 договора, заявил об отказе от договора безвозмездного пользования с 06.08.2020 и просил ответчика в срок не позднее 13.08.2020 возвратить оборудование по указанному в договоре адресу: <...>. Извещение направлено ответчику 22.07.2020 регистрируемым почтовым отправлением № 39097146843136 и согласно информации об отслеживании АО «Почта России», вручено адресату 12.08.2020.

Таким образом, спорный договор является прекращенным с 12.08.2020 и у ответчика, в силу пункта 2.2.5 договора, возникла обязанность возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договора в надлежащем состоянии по адресу: <...>, т.е. не позднее 19.08.202.

Поскольку возврат оборудования в предусмотренный договором срок не осуществлен, оно в силу пункта 2.2.5 договора считается утраченным ссудополучателем и у последнего возникает обязанность возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи (пункты 22, 28 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств») в 7-дневный срок согласно пункту 3.3 договора. Неисполнение указанной обязанности влечет применение к ответчику неустойки за просрочку возмещения стоимости оборудования.

Согласно акту приема-передачи общая стоимость оборудования составляет 400 000 рублей и она подлежит взысканию в пользу истца.

Помимо требования о взыскании стоимости оборудования, истцом заявлено требование о взыскании неустойки за период с 20.08.2020 по 05.10.2020 в размере 18 800 рублей, с последующим начислением пени с 06.10.2021 по день фактического исполнения обязательств по ставке 0,1 % от стоимости оборудования.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная

сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7) указано, что на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме – штраф или в виде периодически начисляемого платежа – пени (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требуя взыскания неустойки, истец ссылается на нарушение ответчиком пунктов 2.2.5 и 3.3 договора, согласно которым ссудополучатель обязался возвратить своими силами и за свой счет оборудование ссудодателю в семидневный срок с момента отказа от договоров безвозмездного пользования. В случае невозврата оборудования в указанный срок, оборудование считается утраченным ссудополучателем и ссудополучатель обязуется возместить стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи, а в случае продажи, утраты или передачи оборудования третьим лицам без согласия ссудодателя, ссудополучатель в 7-дневный срок возмещает ссудодателю полную стоимость оборудования, указанную в акте приема-передачи.

За указанные нарушения пунктом 3.6 договора предусмотрена ответственность ссудополучателя в виде уплаты ссудодателю пеню в размере 3 % от стоимости оборудования за каждый день неисполнения обязательств. Указанная ставка добровольно уменьшена истцом до 0,1 %.

С учетом получения ответчиком извещения истца об отказе от договора безвозмездного пользования 12.08.2020, оборудование подлежало возврату не позднее 19.08.2020.

При этом из материалов дела видно, что поскольку оборудование не было возвращено истцу, последний направил ответчику претензию от 14.08.2020, в которой потребовал уплатить стоимость утраченного оборудования в общем размере 400 000 рублей и неустойку за нарушение срока возврата оборудования. Претензия направлена 14.08.2020 регистрируемым почтовым отправлением 39097149413312 и, согласно информации об отслеживании АО «Почта России», получена ответчиком 25.08.2020 (т. 1, л. д. 24).

Таким образом, с учетом того, что оборудование подлежало возврату не позднее 19.08.2020, а требование о возмещении его стоимости получено ответчиком 25.08.2020, обязательство ответчика по передаче оборудования, исходя из пункта 2.2.5 договора, следует считать прекращенным, так как оно трансформировалось в обязательство по уплате денежных средств (денежное обязательство) (пункты 22, 28 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

Частично удовлетворяя требование о взыскании неустойки за период с 20.08.2020 по 05.10.2020 суд первой инстанции принял во внимание заявленное ответчиком ходатайство о несоразмерности неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизил размер ответственности за названный период, исходя из двукратной ключевой ставки Банка России, действовавшей в период просрочки (4,25 % х 2), до суммы 4366 рублей 12 копеек.

Истец решение суда в части снижения неустойки не оспаривает, ввиду чего у апелляционной инстанции отсутствуют процессуальные основания для его пересмотра в названной части.

Взыскание неустойки за конкретный период, не может исключать обязанность суда обеспечить соответствующий баланс на будущее время, установив соразмерную сумму неустойки, подлежащую взысканию по день фактического исполнения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2020 № 305-ЭС19-26182).

Согласно пункту 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем (с учетом периода действия моратория, установленного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами»), а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Правовым основанием встречных требований обществом указаны нормы статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Утверждая, что сделка совершена под влиянием обмана, ответчик сослался на то, что, заключая спорный договор, предприниматель умолчал о его исинной воле (отсутствие желания получить оборудование обратно и намерение получить его стоимость и существенную неустойку не в рамках предпринимательской деятельности).

Сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Таким образом, под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Однако такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответчик, будучи коммерческой организацией и проявляя должную степень внимательности и разумности, был вправе отказаться от такого заключения спорного договора на стадии переговоров.

Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о каком-либо влиянии предпринимателя на формирование воли общества при заключении договора (доказательств, подтверждающих понуждение ответчика к заключению оспариваемой сделки; доказательств, подтверждающих, что условия, на которых заключен договор, являются крайне невыгодными по сравнению с другими (аналогичными) сделками (очевидную и явную неравноценность встречного предоставления) и.т.п).

Напротив, свидетельскими показаниями директора общества ФИО4 подтверждено, что на спорном договоре и акте приема-передачи стоит его подпись, а свидетельскими показания управляющего автомобильными заправочными станциями общества ФИО5 подтвержден факт получения оборудования.

Довод заявителя о том, что предприниматель не мог заключить безвозмездный договор, поскольку это противоречит существу предпринимательской деятельности, отклоняется, так как глава 36 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит подобного запрета.

Кроме того, пунктом 2.2.3 спорного договора предусмотрено, что оборудование должно использоваться для организации торговли исключительно продукцией, поставляемой ООО «Умка», т.е. в целях предпринимательской деятельности. Отношения между предпринимателем и ООО «Умка», в результате которых возможно получение прибыли ссудодателем, в данном случае определяющего значения не имеют.

Кроме того, договором предусмотрены определенные правовые последствия за невозвращение оборудования, которые также не могут свидетельствовать о неиспользовании оборудования в коммерческих целях.

Довод заявителя о том, что на момент подписания договора и акта истец не являлся его собственником, не влияет на принятое решение.

Применительно к правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», положения статьи 608 Гражданского кодекса Российской Федерации не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду.

Доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не принимаются судом во внимание.

Утверждение общества об отсутствии у него необходимости использования спорного оборудования, ввиду нахождения на АЗС общества, являющихся обособленными подразделениями, своего холодильного оборудования, не освобождает от обязанности исполнить обязательства, принятые перед предпринимателем. Вопрос целесообразности совершения сделки относится к сфере предпринимательского риска (статья 2 Гражданского кодекса Российской Федерации) и не является условием для неисполнения договора.

Довод заявителя о том, что представленная в подтверждение судебных расходов квитанция к приходному кассовому ордеру должна быть исключена из доказательств, мотивированный указанием на возможность приема наличных денег юридическим лицом, оказывающим юридические услуги, только с использованием контрольно-кассовой техники, правомерно признан судом необоснованным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 861 Гражданского кодекса Российской Федерации расчеты между юридическими лицами, а также расчеты с участием граждан, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, производятся в безналичном порядке. Расчеты между этими лицами могут производиться также наличными деньгами с учетом ограничений, установленных законом и принимаемыми в соответствии с ним банковскими правилами.

Иные доводы апелляционной жалобы выражают несогласие заявителя с оценкой фактических обстоятельств дела. Рассмотрев спор повторно, апелляционная инстанция оснований для такой переоценки не нашла.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 11.11.2022 по делу № А54-6860/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Судьи

Л.А. Капустина

М.М. Дайнеко

Н.В. Заикина