Постановление от 23 июня 2021 г. по делу № А45-16496/2018

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск Дело № А45-16496/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 июня 2021 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Иванова О.А.,

судей Усаниной Н.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Калининой О.Д. без использования средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (07АП-11815/2020(2)) на определение от 07.04.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-16496/2018 (судья Сорокина Е.А.) о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Нарымская» (ИНН <***>, ОГРН <***>; адрес: 630099, <...>), принятого по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника акционерного общества «Нарымская», при участии в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, финансового управляющего ФИО6, ФИО8, финансового управляющего ФИО4 ФИО9, финансового управляющего ФИО5, ФИО10,

В судебном заседании приняли участие:

лица, участвующие в деле, не явились, надлежащее извещение

УСТАНОВИЛ:

22.07.2020 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника акционерного общества «Нарымская» (далее – АО «Нарымская», должник).

Конкурсным управляющим был заявлен отказ от привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7.

Определением от 07.04.2021 Арбитражного суда Новосибирской области в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника акционерного общества «Нарымская» отказано. В части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам акционерного общества «Нарымская» ФИО7 производство прекращено.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявления конкурного управляющего о привлечении лиц к субсидиарной ответственности, принять новый судебный акт. Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Отмечает, что суд первой инстанции не дал оценку доказательствам, свидетельствующим о недобросовестном поведении контролирующих лиц должника. Суд не проверил обстоятельства, свидетельствующие о виновности лиц в подготовке документации о реорганизации и сокрытии сведений о единственном активе (31/100 в праве общей долевой собственности на жилой дом стоимостью 6 000 000 рублей), который был передан по разделительному балансу должнику, суд необоснованно посчитал данный актив незначительным. В результате реорганизации должнику не были переданы активы, обеспечивающие исполнение приобретенных должником долговых обязательств. Поведение контролирующих должника лиц должника является недобросовестным и направленным на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

ФИО5, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, личное участие и явку своих представителей не обеспечили.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу при отсутствии лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Новосибирской области от 02.04.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Руководителем должника на момент введения процедур банкротства являлся ФИО7

Согласно данным бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2015 активы должника составляли по стоимости 73 244 000 рублей, в том числе дебиторская задолженность - 3 239 000 рублей.

22.01.2010 проведено внеочередное общее собрание акционеров ЗАО «ПТК-30» с повесткой дня о реорганизации ЗАО «ПТК-30» в форме выделения шести новых юридических лиц, в том числе должника и об изменении места нахождения общества.

Председателем собрания являлся генеральный директор ЗАО «ПТК-30» ФИО4. Большинством голосов участвовавших в собрании акционеров принято решение о реорганизации общества и распределении акций вновь созданных обществ среди акционеров реорганизуемого общества, независимо от результатов их голосования.

На собрании от 17.01.2017 единогласно решено избрать генеральным директором общества ФИО7.

Обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лиц ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, конкурсный управляющий указывает, что должник был образован путем реорганизации закрытого акционерного общества (далее – ЗАО) «ПТК-30» в форме выделения. При реорганизации и оформлении разделительного баланса вновь созданному обществу, не наделенному соответствующими активами, была передана кредиторская задолженность, образовавшаяся у реорганизованного общества в связи с арендой муниципальных земель, в размере 32 883 046 рублей 66 копеек, что послужило основанием для невозможности осуществления производственнохозяйственной деятельности общества и неизбежно повлекло его банкротство, при проведении процедур которого, активов, которые могли бы быть направлены на расчет с кредиторами, конкурсным управляющим не обнаружено. В качестве правовых оснований для возложения на указанных лиц гражданско-правовой ответственности указаны нормы статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, пришел к выводу, что заявление о привлечении к ответственности акционеров за выбор такового руководителя поступило в суд только 22.07.2020, то есть с пропуском срока исковой давности. При этом суд первой инстанции по существу спора исходит из того, что в представленном в материалы дела распределительном балансе не усматривается явных нарушений принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, приводящее к явному ущемлению интересов кредиторов правопреемника.

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, считает выводы суда первой инстанции обоснованными, при этом исходит из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица, либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Обстоятельства, на которые ссылается конкурный управляющий (реорганизация и оформление разделительного баланса вновь созданному обществу), возникли 22.01.2010, в связи с чем, при рассмотрении обособленного спора, учетом общих правил о действии закона во времени, при разрешении настоящего обособленного спора применению подлежат следующие положения

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» в Закон о банкротстве была введена глава III.2. Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 указанного закона рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление конкурсного управляющего должника поступило в арбитражный суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, указанные правила применяются судом только в части процессуальных правоотношений.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (Решение от 01.10.1993 № 81-р; определения от 25.01.2007 № 37-О-О, от 15.04.2008 № 262-О-О, от 20.11.2008 № 745-О-О, от 16.07.2009 № 691-О-О, от 23.04.2015 № 821-О и др.).

Данная правовая позиция дополнительно закреплена в постановлении Конституционного Суда РФ от 15.02.2016 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО11».

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Установив, что обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, как основание для привлечения к субсидиарной ответственности, возникли во второй половине 2015 года и в первом полугодии 2016 года, то есть имели место быть до 30.07.2017, суд первой инстанции правомерно указал, что к рассматриваемым материальным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Вместе с тем, разрешая вопрос относительно пропуска срока конкурным управляющий на подачу соответствующего заявления в отношении лиц ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Действительно, как установлено судом, трехгодичный срок исковой давности, установленный гражданским законодательством, действующим на момент совершения вменяемого действия по реорганизации общества (2010 год) и начинающий свое истечение с момента осведомленности конкурсного управляющего о его совершении (не ранее завершения процедуры наблюдения – 02.04.2018, по результатам которой отсутствие активов должника и наличие признаков объективного банкротства было очевидным), не истек.

Однако на момент принятия решения об избрании руководителя должника, которого конкурсный управляющий полагает номинальным действовал Закон № 134-ФЗ, предусматривающий годичный срок исковой давности и о заявленных обстоятельствах – избрании номинального руководителя и недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов конкурсный управляющий также узнал не позднее окончания процедуры наблюдения - 02.04.2018.

Уже при подаче заявления о привлечении данного руководителя к субсидиарной ответственности – 19.07.2019 конкурсный управляющий ссылался на обстоятельства, свидетельствующие о номинальности данного руководства.

При этом заявление о привлечении к ответственности акционеров за выбор такового руководителя поступило в суд только 22.07.2020, то есть с пропуском срока исковой давности. Возражения основанные на пропуске срока исковой давности были заявлены в суде первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции повторно исследовав обстоятельства дела, признает выводы суда первой инстанции в изложенной части верными.

Рассматривая заявленное конкурсным управляющим требование по существу, суд первой инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона (в данной редакции), если должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, то они в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Если не доказано иное, предполагается, что должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в частности, следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац третий);

- документы бухгалтерского учета или отчетности отсутствуют или не содержат обязательную информацию, либо указанная информация искажена, в результате чего затруднено проведение процедур в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац четвертый).

Эти положения применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов 50 % общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац пятый).

Последние положения применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Суд первой инстанции правомерно указал, что ни одно из указанных в статье 10 Закона о банкротстве оснований для привлечения контролирующих лиц к ответственности не подходит под доводы конкурсного управляющего.

Суд апелляционной инстанции поддерживает изложенный вывод и также принимает во внимание следующее.

Согласно пункту 4 статьи 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с передаточным актом.

Передаточный акт должен содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая обязательства, оспариваемые сторонами, а также порядок определения правопреемства в связи с изменением вида, состава, стоимости имущества, возникновением, изменением, прекращением прав и обязанностей реорганизуемого юридического лица, которые могут произойти после даты, на которую составлен передаточный акт (пункт 1 статьи 59 ГК РФ).

В пункте 5 статьи 60 ГК РФ закреплен общий принцип справедливости распределения при реорганизации юридического лица активов и обязательств. В соответствии с данной нормой, если передаточный акт не позволяет определить правопреемника по обязательству юридического лица, а также, если из передаточного акта или иных обстоятельств следует, что при реорганизации недобросовестно распределены активы и обязательства реорганизуемых юридических лиц, что привело к существенному нарушению интересов кредиторов, реорганизованное юридическое лицо и созданные в результате реорганизации юридические лица несут солидарную ответственность по такому обязательству.

Действительно, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что если из передаточного акта усматривается, что при его утверждении допущено нарушение принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, приводящее к явному ущемлению интересов кредиторов этого общества, то к солидарной ответственности должны привлекаться общества, созданные в результате реорганизации, включая общество, из которого выделилось новое общество (пункт 22 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах»).

При этом в представленном в материалы дела распределительном балансе не усматривается явных нарушений принципа справедливого распределения активов и обязательств реорганизуемого общества между его правопреемниками, приводящее к явному ущемлению интересов кредиторов правопреемника. Из данного баланса следует, что на баланс правопреемника было передано незавершенное строительство в размере 32 517 844 рубля 71 копейки, что соответствует переданной кредиторской задолженности (даже несколько превышает её).

Из разделительного бухгалтерского баланса следует, что на баланс общества передана кредиторская задолженность в размере 32 883 046 рублей 66 копеек.

При этом в реестр требований кредиторов при введении процедуры наблюдения включена задолженность в меньшем размере 18 443 340 рублей 87 копеек основного долга, 8 093 817 рублей 31 копейки неустойки, 765 310 рублей 20 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами просроченной свыше трех месяцев, в размере, превышающем установленный законом предел (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Из материалов дела № А45-9225/2014 следует, что ко взысканию была предъявлена задолженность по арендной плате со 2 квартала 2011 по 4 квартал 2013 года, то есть, вопреки доводам апелляционной жалобы, задолженность, возникшая непосредственно у самого общества, а не переданная по разделительному балансу.

Изложенные обстоятельства не позволяют суду апелляционной, с учетом наличия иных активов, говорить о реализации в процессе реорганизации намерения причинить вред кредиторам.

Так, аренда земельного участка является значительным и дорогостоящим активом, который был передан обществу, а дальнейшее отсутствие деятельности общества, в том числе неполучение разрешения на строительства для освоения земельного участка было очевидно для его единственного кредитора, предоставившего земельный участков под строительство.

Следовательно, вся включенная в реестр задолженность возникла в связи с самостоятельной эксплуатацией обществом земельного участка, а не в связи с несправедливым распределением активов в процессе реорганизации. Требования кредиторов в части задолженности, переданной по разделительному балансу, в реестре требований отсутствуют.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о несправедливом распределении активов и причинении указанными действиями вреда кредиторам, являются недоказанными.

Утверждения заявителя о том, что действиями ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 по принятию указанного имущества по разделительному балансу был причинен вред кредиторам, правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку указанный довод не подтвержден документально, что препятствует установить вину лиц, а также причинно-следственную связь между действиями по принятию имущества и последующим банкротством АО «Нарымская».

Оценивая иные изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 07.04.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-16496/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий О.А. Иванов

Судьи Н.А.Усанина

ФИО1