Постановление от 30 января 2024 г. по делу № А68-10755/2021

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Тула

Дело № А68-10755/2021

20АП-6734/2023



Резолютивная часть постановления объявлена 22.01.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 30.01.2024


Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волошиной Н.А., судей Волковой Ю.А. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО3 (удостоверение, доверенность от 01.12.2021), от ФИО4 – ФИО5 (удостоверение, доверенность от 09.09.2022), в отсутствие иных лиц участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тульской области от 25.08.2023 по делу № А68-10755/2021 (судья Севастьянова М.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления гражданина ФИО2 о признании недействительной сделки – договора дарения от 04.02.2020, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимого имущества – квартиры общей площадью 69,4 кв.м., этаж 2, кадастровый номер 71:30:030:221:4762, расположенной по адресу: Тульская обл., г. Тула, Пролетарский р-н, ул. Металлургов, д.60, кв.41, по делу по заявлению ФИО4 (ИНН <***>, СНИЛС <***>) о признании несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Тульской области от 22.06.2022 (резолютивная часть объявлена 15.06.2022) в отношении ФИО4 введена процедура реализация имущества. Финансовым управляющим утверждена ФИО6.

12.07.2022 кредитор ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки - договора дарения от 04.02.2020, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимого имущества – квартиры общей площадью 69,4кв.м., этаж 2, кадастровый номер 71:30:030:221:4762, расположенной по адресу: Тульская обл., г.Тула, Пролетарский р-н, ул.Металлургов, д.60, кв.41.

Определением суда от 17.08.2022 заявление принято к производству.

Определением суда от 12.09.2022 производство по заявлению ФИО2 о признании недействительной сделки приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по делу №А68-1084/2020, принятого по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом ФИО7 (ИНН <***>) ФИО8 к ФИО4, ФИО9 о признании недействительным договора дарения от 04.02.2020, заключенного между ФИО4 и ФИО9 в отношении следующего объекта недвижимости: жилое помещение, кадастровый номер 71:30:030221:4762, расположенное по адресу: Тульская обл., г. Тула, Пролетарский район, ул. Металлургов, д. 60, кв. 41; о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО9 возвратить спорный объект ФИО4

Определением суда от 22.02.2023 (дата объявления резолютивной части: 17.01.2023) по делу №А68-1084/2020 по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО7 (ИНН <***>) ФИО8 к ФИО4, ФИО9 о признании недействительным договора дарения от 04.02.2020, в удовлетворении заявления отказано.

Определение вступило в законную силу.

Определением суда от 28.03.2023 производство по настоящему обособленному спору возобновлено, судебное заседание назначено на 17.05.2023.

Определением суда от 17.05.2023 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО10, судебное заседание по рассмотрению заявления отложено на 29.06.2023.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции представителем ФИО2 заявлено ходатайство об уточнении заявления. Просил суд:

«1. Признать недействительной сделку - договор дарения от 04.02.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО9 в отношении квартиры, общей площадью 69,4 кв.м, этаж 2. кадастровый номер 71:30:030221:4762. расположенная по адресу: Тульская область, г Тула, р-н Пролетарский, ул. Металлургов, д. 60, кв. 41.

2. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 недвижимого имущества: квартира, общей площадью 69,4 кв.м, этаж 2, кадастровый номер 71:30:030221:4762, расположенная по адресу: Тульская область, г. Тула, р-н Пролетарский, ул. Металлургов, д. 60. кв. 41.

3 Признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону от 22 мая 2023 года, зарегистрированное в реестре за № 71/35-н/71-2023-4-306, выданное нотариусом г. Тулы ФИО11 22 мая 2023 г.

4. Исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись регистрации от 29 мая 2023 года № 71:30:030201:4762-71/045/2023-9 о регистрации права собственности ФИО4 на квартиру с кадастровым номером № 71:30:030201:4762, по адресу: Тульская область, г. Тула. Пролетарский район, ул. Металлургов, д. 60. кв. 41.».

Суд первой инстанции отказал в принятии данных уточнений, поскольку в соответствии с частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска. Суд отметил, что представленное истцом уточнение содержит новые требования, которые первоначально не были заявлены.

Определением Арбитражного суда тульской области от 25.08.2023 отказано в принятии к рассмотрению уточнения требований, заявленных ФИО2 в судебном заседании 18.08.2023.

ФИО12 Фархатовича о признании недействительным договора дарения от 04.02.2020, заключенного между ФИО4 и ФИО9, и применении последствий недействительности сделки оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, просил отменить определение и вынести по делу новый судебный акт, удовлетворив требования ФИО2 с учетом уточнения в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что подаренная должником своей матери квартира являлась не единственным жилым помещением, находившемся в собственности должника. Апеллянт указывает о наличии у ФИО4 иного пригодного для проживания имущества.

Также апеллянт полагает, что спорная квартира имеет признаки роскошного жилья (площадь оспариваемой квартиры – 69,4 кв.м.), что в 4,7 раза превышает норму предоставления жилья на условиях социального найма в городе Туле.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции об абсолютности исполнительского иммунитета в отношении спорного жилья должника является незаконными, не основаны на разъяснениях Конституционного суда Российской Федерации и Верховного суда Российской Федерации, и не учитывают конкретные обстоятельства настоящего дела.

Кроме того, апеллянт отмечает, что суд области необоснованно отказал в принятии уточненного заявления.

В адрес суда от ФИО2 поступили дополнения к апелляционной жалобе.

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором должник просит обжалуемое определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 ответил на вопросы суда, поддержал позицию, изложенную в апелляционной жалобе.

Представитель ФИО4 ответил на вопросы суда, возражал против доводов жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что определение не подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 04.02.2020 между ФИО4 и ФИО9 был заключен договор дарения квартиры общей площадью 69,4 кв.м, кадастровый номер 71:30:030221:4762.

Кредитор ФИО2 полагая, что указанный договор является недействительной сделкой, поскольку он нарушает права кредиторов должника, направлен на выбытие из конкурсной массы имущества должника, необходимого для погашения кредиторской задолженности, обратился в суд с настоящим заявлением, в котором просил в порядке статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) признать договор дарения от 04.02.2020 недействительным и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 квартиры общей площадью 69,4 кв.м, кадастровый номер 71:30:030221:4762.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Правовая квалификация спорных правоотношений производится судом независимо от доводов лиц, участвующих в деле, об оспаривания сделки на основании тех или иных положений Закона о банкротстве. Согласно абзаца 4 пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве устанавливает возможность признания недействительной сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении, в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления.

В соответствии с нормами статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка указанная в пункте 1 настоящей статьи, которая влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов должника перед его другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2).

Если сделка с предпочтением совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, она может быть признана недействительной только если: а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, изложенных в абз. 1-2 п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 6 приведенного выше Постановления Пленума ВАС РФ от 23.10.2010 № 63 предусмотрено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац тридцать третий статьи 2 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.10.2010, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято определением арбитражного суда от 18.10.2021.

Спорный договор дарения заключен 04.02.2020, то есть в течение установленного пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве трехгодичного периода подозрительности.

При этом данная сделка не может быть оспорена на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку заключена за пределами годичного периода подозрительности и на основании пункта 2 статьи 61.3 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве в связи с тем, что совершена ранее, чем за один и шесть месяцев, соответственно, до принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 6 пункта 8 Постановления Пленума N 63, по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Разрешая вопрос о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд установил, что заявителем не представлены доказательства фактических обстоятельств, составляющих все необходимые элементы юридического состава оспаривания сделки по заявленному им основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела установлено, что оспариваемый договор был заключен между заинтересованными лицами.

Факт неплатежеспособности должника по состоянию на дату заключения сделки подтверждается прекращением исполнения должником части денежных обязательств, вызванных недостаточностью денежных средств.

Вместе с тем, судом установлено, что квартира, которая была отчуждена по договору дарения от 04.02.2020, является для должника единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением.

Так, в соответствии с представленными в материалы дела документами, должнику на праве собственности принадлежали следующие жилые помещения: квартира общей площадью 69,4 кв.м, кадастровый номер 71:30:030221:4762, расположенная по адресу: <...> и квартира общей площадью 52,5 кв.м, кадастровый номер 71:30:030221:4748, расположенная по адресу: <...>.

13.07.2018 между ФИО4 и ФИО2 был заключен договор займа, в обеспечение обязательств по которому между сторонами был заключен договор залога (ипотеки) имущества - квартира общей площадью 52,5 кв.м, кадастровый номер 71:30:030221:4748, расположенная по адресу: <...>.

Решением Пролетарского районного суда г.Тулы от 21.09.2020 по делу № 2- 1179/2020 были удовлетворены исковые требования ФИО2 о взыскании с Должника задолженности по договору займа от 13.07.2018 в размере 2 000 000 руб. основного долга, 880 000 руб. процентов за период с 14.03.2019 по 14.01.2020, 100 000 руб. штрафа, а так же расходы по уплате государственной пошлины в сумме 23 600 руб. и обращении взыскания на заложенное имущество: квартира с кадастровым номером 71:30:030221:4748, общей площадью 52,5 кв.м, расположенная по адресу: <...>, определена начальная продажная стоимость в размере 2 296 000 руб.

В силу пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Положениями части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением, если данное жилое помещение (его часть) является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Конституционный Суд РФ в постановлении от 14.05.2012 года № 11-П указал на то, что положение абзаца второго части первой статьи 446 ГПК РФ, устанавливает имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей), которое является для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в данном жилом помещении, единственным пригодным для постоянного проживания.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 указанного постановления исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

По смыслу приведенных норм права признание сделки недействительной направлено на устранение пороков при ее совершении, а применение последствий ее недействительности должно быть направлено на восстановление нарушенных или оспариваемых прав кредиторов должника и пополнение конкурсной массы.

Из пояснений лиц, участвующих в судебном заседании, а так же материалов гражданского дела №2-583/2023 по иску ФИО13 к ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности, переданного Пролетарским районным судом города Тулы на рассмотрение Арбитражного суда Тульской области в рамках дела №А68-10755/2021, судом установлено, что квартира общей площадью 52,5 кв.м, кадастровый номер 71:30:030221:4748, расположенная по адресу: <...> реализована с торгов в рамках исполнительного производства.

Как верно отметил суд первой инстанции, доказательств, свидетельствующих о том, что должником были предприняты действия, направленные на искусственное придание спорной квартире статуса единственного пригодного для проживания, в материалы дела не представлено.

В настоящем случае исходя из материалов дела не установлена возможность обеспечения для должника приемлемого и достойного социально-бытового уровня проживания в иных объектах недвижимости. При этом по смыслу абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации наличие у гражданина фактической возможности проживать по иному адресу не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309-ЭС20-10004).

Применяя приведенные разъяснения пункта 4 постановления № 48, суд приходит к выводу о том, что отчуждение должником спорной квартиры не могло причинить имущественного вреда кредиторам, поскольку на спорную квартиру распространялся исполнительский иммунитет, предусмотренный статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом мотивы отчуждения должником квартиры не имеют правового значения для целей оспаривания сделки, поскольку квартира в любом случае изначально не подлежала включению в конкурсную массу, как единственное пригодное для постоянного проживания должника жилое помещение. Суд считает, что заключение сделки в отношении единственного пригодного для постоянного проживания должника жилого помещения исключало причинение в результате ее совершения вреда имущественным интересам кредиторов и, соответственно, противоправную цель такой сделки - не допустить обращения взыскания на квартиру по обязательствам перед кредиторами.

При изложенных обстоятельствах, несмотря на то, что сделка дарения совершена должником в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при наличии у ФИО4 неисполненных обязательств перед кредиторами и заинтересованности сторон сделки, суд пришел выводу об отсутствии доказательств причинения спорной сделкой вреда имущественным правам кредиторов.

В отсутствие такого условия, как причинение в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделки, даже будучи доказанными, сами по себе не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности.

Однако суд не может признать факт наличия цели причинения вреда кредиторам должника, поскольку сделка по отчуждению единственного жилого имущества, не приводит к причинению вреда имущественным правам кредиторам, поскольку, исходя из положений статьи 446 ГПК РФ, указанное имущество не подлежит реализации в рамках процедур, применяемых в деле о банкротстве (несостоятельности) граждан.

Таким образом, в результате заключения и исполнения спорного договора вред правам и законным интересам кредиторов должника не был причинен.

Данная правовая позиция подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.2017 № 306- ЭС17/2120(2), Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.08.2018 № 302- ЭС18-10958, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2019 № 307- ЭС18-20441(2)).

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

По правилам пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 ГК РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статьях 10 и 168 ГК РФ, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Оценив спорную сделку на предмет наличия признаков недействительности по основаниям, предусмотренным в статье 10 ГК РФ, принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о совершении сделки именно с целью нарушения прав кредиторов и должника, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии злоупотребления правом сторонами при совершении оспариваемой сделки, а также об отсутствии оснований для признания ее недействительной по указанным основаниям.

Поскольку основания для признания оспариваемого договора недействительным отсутствовали, суд первой инстанции правомерно отказал в применении последствий недействительности сделки, предусмотренных статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Кроме того, судом учтено, что в соответствии со свидетельством о праве на наследство по закону 71ТО 2408007, с выпиской из ЕГРН на дату судебного заседания квартира с кадастровым номером 71:30:030221:4762 площадью 69,4 кв.м, расположенная по адресу:г.Тула, ул.Металлургов, д.60, кв.41, принадлежит на праве собственности ФИО4

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия учитывает следующее.

Выражая несогласие с выводами суда первой инстанции о том, что спорная квартира общей площадью 69,4кв.м., этаж 2, кадастровый номер 71:30:030:221:4762, расположенной по адресу: Тульская обл., г. Тула, Пролетарский р-н, ул. Металлургов, д.60, кв.41, обладает исполнительским иммунитетом по признакам единственного жилья должника, автор жалобы указывает на наличие у нее права собственности в иных жилых зданиях:

- Жилое здание, кадастровый номер 71:12:010207:75, расположенное по адресу: Тульская область, муниципальное образование <...>, площадью 152,50 кв.м.

- Жилой дом, назначение: объект жилого назначения, кадастровый номер 71:12:010207:60 общей площадью 47,4 кв.м, количество этажей 1, в том числе подземных: 0, адрес объекта: <...>.

Однако, данное имущество является предметом конкурсной массы бывшего супруга ФИО4 – ФИО7 в рамках дела о банкротстве А68-1084/2020. При этом жилой дом площадью 152,50 кв.м, в настоящее время не реализован с торгов, а жилой дом площадью 47,4 кв.м, вместе с земельным участком с кадастровым номером 71:12:010207:74, общей площадью 3000 кв.м. на котором он расположен, был реализован с торгов, в связи с чем, ФИО7 в лице финансового управляющего ФИО8 заключили договор купли-продажи №1 от 25.01.2023 г. с ФИО14, сделавшим предложение о цене по лоту № 1 – 207 634,00 руб.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы о наличии у ФИО4 иного пригодного для проживания имущества являются несостоятельными.

Кроме того, определением Арбитражного суда Тульской области от 25.12.2023 в рамках настоящего дела, произведена государственная регистрация перехода права собственности к ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на квартиру с кадастровым номером 71:30:030221:4748, расположенной по адресу: <...>.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тульской области от 25.08.2023 по делу № А68-10755/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба на постановление подается через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Н.А. Волошина

Судьи

Ю.А. Волкова

О.Г. Тучкова