Постановление от 9 июня 2018 г. по делу № А53-16569/2015

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-16569/2015
город Ростов-на-Дону
09 июня 2018 года
15АП-4307/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 июня 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Николаева Д.В., Стрекачёва А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2 : представитель ФИО3 по доверенности от 18.08.2017 г.; представитель ФИО4 по доверенности от 25.09.2017 г.;

ФИО5 лично, по паспорту;

от ФИО6: представитель ФИО7 по доверенности от 12.10.2017 г.;

от арбитражного управляющего ФИО8: представитель ФИО9 по доверенности от 10.05.2018г.; представитель ФИО10 по доверенности от 20.11.2017 г.;

от УФНС по Ростовской области: представитель ФИО11 по доверенности от 31.05.2018 г.

от ФИО12: представитель ФИО13 по доверенности от 15.12.2017 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО14

на определение Арбитражного суда Ростовской области

от 21.02.2018 г. по делу № А53-16569/2015 об отказе удовлетворения заявления о признании сделки должника недействительной

по заявлению ФИО14

к ФИО15, ФИО2

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН <***>, ОГРН <***>),

принятое в составе судьи Авдяковой В.А.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО6, ФИО14 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на земельный участок от 27.03.2013, заключенного между должником и ФИО15 и договора купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на земельный участок от 06.12.2016, заключенный между ФИО15 (далее - ФИО15) и ФИО2 (далее -ФИО2), а также о применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу.

Определением от 21.02.2018 в удовлетворении заявления ФИО14 отказано.

Определение мотивировано тем, что заявителем пропущен срок исковой давности на оспаривание сделки должника.

ФИО14 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.

Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции не учел, что заявителю стало известно о наличии оспариваемых сделок лишь в мае 2017 года после подписания договора цессии с ФИО15

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.


Как следует из материалов дела, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО6 возбуждено определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.08.2015.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 23.12.2015 (резолютивная часть решения суда оглашена 16.12.2015) заявление ФИО15 о признании индивидуального предпринимателя ФИО6 несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении индивидуального предпринимателя ФИО6 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим индивидуального предпринимателя ФИО6 суд утвердил арбитражного управляющего ФИО16.

Сведения о признании должника банкротом и о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсант» от 16.01.2016.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 01.02.2017 (резолютивная часть судебного акта оглашена 26.01.2017) суд освободил ФИО16 от исполнения обязанностей финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО6, утвердил финансовым управляющим индивидуального предпринимателя ФИО6 арбитражного управляющего ФИО8 из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО6 в арбитражный суд поступило заявление ФИО14 о признании недействительным договора купли- продажи ? доли в праве собственности на земельный участок от 27.03.2013, заключенного между должником и ФИО15, а также о признании недействительным договора купли-продажи ? доли в праве собственности на земельный участок от 06.12.2016, заключенного между ФИО15 и ФИО2

Полагая, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, кредитор обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.


При вынесении определения суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим:

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 9 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Как следует из материалов дела, спорные договоры купли-продажи заключены 27.03.2013 и 06.12.2016, в то время как дело о банкротстве возбуждено 24.08.2015.

ФИО14 указывает, что названные сделки представляют собой единую сделку, поскольку имущество из владения должника фактически не выбывало, а также сделки заключены с заинтересованными лицами.

Позиция относительно единой сделки отражена в определении от 31.07.2017 по делу N 305-ЭС15-11230, в котором Верховный Суд Российской Федерации сформулировал следующие правовые положения:

- цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ;

- при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска.

Как следует из материалов дела, договор купли-продажи между ФИО6 и ФИО15 исполнен полностью, оплата по договору произведена, право собственности зарегистрировано за покупателем, что подтверждается представленными в материалы дела текстом договора, книгой доходов и расходов ИП ФИО6 за 2013 год, декларацией за 2013 год с отметкой налоговой инспекции, справкой Южного филиала АО «Банк Интеза».

Проанализировав содержащиеся в материалах дела документы, суд первой инстанции установил, что по условиям договора купли-продажи от 27.03.2013, заключенного между должником и ФИО15, спорное недвижимое имущество отчуждено должнику по цене 15 000 000 руб. Согласно п. 3 договора купли-продажи расчет между сторонами произведен в полном объеме до подписания настоящего договора.

В материалы дела представлена справка Южного филиала АО «Банк Интеза» от 12.09.2017 исх. № 1013, согласно которой ИП ФИО6 30.05.2011 был выдан кредит в сумме 15 100 000 руб. по кредитному договору от 20.05.2011 № LD1111200021, со сроком возврата кредита – 30.05.2018. Из указанной справки следует, что кредит погашен досрочно, 30.12.2013, в полном объеме – 15 100 000 руб. основная задолженность и 4 603 866,42 руб. проценты.

Довод о номинальности владения ФИО15 спорными объектами и отсутствии предпринимательской деятельности с использованием этих объектов опровергается следующими обстоятельствами.

Арбитражным судом Ростовской области было рассмотрено дело №А53-23880/2014 о признании несостоятельным общества с ограниченной ответственностью «ЭКОПРОДУКТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; 346880, <...>.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 28.05.2015 года установлено, что 01.09.2013 года между ИП ФИО15 (по договору -арендодатель) и ООО «Экопродукт» (по договору - арендатор) заключен договор аренды нежилых помещений, в соответствии с условиями которого, арендодатель предоставляет арендатору во владение и пользование за плату:

1) нежилое помещение, принадлежащее Арендодателю на основании свидетельства о государственной регистрации права и расположенное по адресу: РО Азовский р-он, <...>;

2) нежилое помещение, принадлежащее Арендодателю на основании свидетельства о государственной регистрации права и расположенное по адресу: РО Азовский р-он, <...>;

3) нежилое помещение, принадлежащее Арендодателю на основании свидетельства о государственной регистрации права и расположенное по адресу: РО <...>.

Поскольку обязательства ООО «Экопродукт» не исполняло, требования ФИО15 включены в третью очередь реестра требований кредиторов.

Следовательно, реальность владения, пользования и распоряжения ФИО15 спорным имуществом после его приобретения у ФИО6 подтверждается ранее принятым и вступившим в силу судебным актом.

В свою очередь, надлежащим образом исполнен договор от 06.12.2016 г., заключенный между ФИО15 и ФИО2 Покупатель уплатил продавцу сумму договора, что подтверждается собственноручной подписью продавца в нотариально удостоверенном договоре. Право собственности зарегистрировано за покупателем, что подтверждается выпиской из ЕГРП.

Договор купли-продажи, заключенный между ФИО15 и ФИО2 06.12.2016 г. не является сделкой должника. Тот факт, что ФИО2 приобрела у ФИО15 принадлежавшее последней на праве собственности недвижимое имущество никак не повлиял на права кредиторов должника ФИО6, поскольку с 27.03.2013г. (т.е. более трех лет к моменту заключения договора между ФИО15 и ФИО2), это имущество должнику не принадлежало, следовательно, оно не могло быть включено в конкурсную массу.

При этом, условие о стоимости спорного недвижимого имущества по договору купли-продажи от 06.12.2016 не отличается для должника в худшую сторону.

В отношении довода о наличии заинтересованности следует отметить, что согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При этом, то обстоятельство, что ФИО2 является дочерью должника, не свидетельствует о том, что ФИО2 приходится близким родственником ФИО15

При таких обстоятельствах, ФИО15 и ФИО2 не являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу (ст.19 Закона о банкротстве). Равно как не являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу ФИО6 и ФИО15 Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Поскольку лица между собой не являются заинтересованными, ФИО15 осуществляла в отношении имущества права владения, пользования, распоряжения, что свидетельствует о намерении приобрести имущество для себя, указанные сделки не могут быть признаны единой, и обжалованию подлежит только договор купли-продажи 1/2 доли в праве собственности на земельный участок от 27.03.2013, заключенный между должником и ФИО15.

Оспариваемый договор купли-продажи недвижимого имущества заключен между ФИО6 и ФИО15 27.03.2013, то есть в течение более одного года, но менее трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, что соответствует сроку, установленному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Данное обстоятельство свидетельствует о наличии одного из необходимых условий, которое позволяет оспаривать сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом положений пункта 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из анализа положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию при рассмотрении настоящего спора, является установление факта неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества, если рыночная стоимость переданного должником имущества существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В материалы дела ФИО2 представлен отчет независимого оценщика ИП ФИО17 об определении рыночной стоимости объектов недвижимости по адресу <...>.

Согласно представленному отчету, по состоянию на дату предъявления заявления о признании сделок недействительными, стоимость объектов недвижимости составляет 3 927 600 рублей.

В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

Заявителем ФИО14 в судебном порядке не была оспорена величина рыночной стоимости объектов оценки, указанной в отчете ИП ФИО17, и, следовательно, признается достоверной и составляет 3 927 600 рублей.

Следовательно, не доказана совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной по ст. 61.2 Закона о банкротстве.


Более того, в ходе рассмотрения требования ФИО14 должником, ответчиком (ФИО2), финансовым управляющим заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. При этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Указанный вывод нашел свое отражение в Определении Верховного Суда РФ от 05.02.2016 № 304-ЭС14-5681(7) по делу № А46-1949/2013.

Судом первой инстанции верно установлено, что 19.05.2017 между ФИО15 и ФИО14 закючен договор уступки права требования (цессии) № 1, по условиям которого к ФИО14 в полном объеме перешло право требования к ИП ФИО6, ранее включенное в третью очередь реестра требований кредиторов решением Арбитражного суда Ростовской области от 23.12.2015 (резолютивная часть решения оглашена 16.12.2015) в размере 25 000 000руб.

Таким образом, требования ФИО14 включено в реестр требований кредиторов путем произведенной судом процессуальной замены стороны заявителя по делу о банкротстве – ФИО15

Однако приобретение права (требования) в порядке цессии не приводит к возникновению на стороне цессионария нового права, а лишь свидетельствует о замене им бывшего кредитора – цедента в отношениях с должником.

Поскольку права конкурсного кредитора приобретены ФИО14 в связи с заключением договора уступки права требования (цессии) № 1 с конкурсным кредитором ФИО15, ФИО14 является правопреемником конкурсного кредитора ФИО15

В силу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Поскольку ФИО14 является правопреемником заявителя по делу, то предполагается, что для него срок исковой давности начинается с даты оглашения резолютивной части решения о признании банкротом.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Следовательно, срок исковой давности истек 16.12.2016 (рабочий день). Заявление об оспаривании сделки подано 14.08.2017, следовательно, по истечении срока исковой давности.


Кроме того, ФИО18 указывает на то обстоятельство, что договор купли-продажи подлежит признанию недействительным по ст. 10 ГК РФ.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требования финансового управляющего или конкурсного кредитора в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное.

ФИО14 указывает на заинтересованность стороны по сделке (ФИО2) по отчуждению спорного недвижимого имущества от 06.12.2016, совершенной между ФИО2 и ФИО15

По мнению заявителя на заинтересованность указывает то обстоятельство, что спорное недвижимое имущество по договору купли-продажи от 06.12.2016, заключенному между ФИО2 и ФИО15, перешло к ФИО2, являющейся дочерью ФИО6, в связи с чем недвижимое имущество осталось по факту за должником, и, следовательно, совершенная должником сделка направлена на причинение вреда имущественным правам кредитором, посредством уменьшения конкурсной массы должника.

Как следует из материалов дела, по условиям договора купли-продажи от 06.12.2016 ФИО15 передала приобретенное у должника по договору купли-продажи от 27.03.2013 недвижимое имущество: ? долю в праве собственности на земельный участок, ? долю в праве собственности на здание блока ремонтных мастерских - ФИО2 по цене 4 000 000 руб., расчет между сторонами произведен в полном объеме.

Довод ФИО14 о том, что в результате заключения указанного договора между ФИО2 и ФИО15 спорное имущество осталось по факту за должником, поскольку ФИО2 является дочерью ФИО6 обоснованно отклонены судом, поскольку заключенный между ФИО15 и ФИО2 договор купли-продажи является реальным, возмездным, право собственности на спорное имущество перешло от ФИО15 к ФИО2, что подтверждается имеющейся в материалах обособленного спора выпиской из ЕГРП.

Факт приобретения ФИО2 у ФИО15 принадлежащего ранее ФИО15 имущества не влияет на права кредиторов ФИО6 Спорное имущество более трех лет к моменту заключения договора между ФИО15 и ФИО2 не принадлежало ФИО6 и, соответственно, не могло быть включено в конкурсную массу должника.

Условие о стоимости спорного недвижимого имущества по договору купли- продажи от 06.12.2016 не отличается для должника в худшую сторону.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в соответствии со статьями 10 и 168 ГК могут быть оспорены сделки, с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, названных в главе III.1. Закона о банкротстве.

Указанный вывод подтверждается постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.03.2018 № Ф08-1412/2018 по делу № А61-1055/2016.

Поскольку судом не установлены составы недействительности сделки по ст. 61.2 Закона о банкротстве, ФИО18 не представлено доказательств явного злоупотребления правом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания сделки договора купли-продажи от 27.03.2013 недействительным.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления ФИО18

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 21.02.2018 г. по делу № А53-16569/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева


Судьи Д.В. Николаев


А.Н. Стрекачёв