Постановление от 1 октября 2024 г. по делу № А46-2737/2023

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-2737/2023
02 октября 2024 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена  26 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 октября 2024 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Смольниковой М.В.,

судей Дубок О.В., Сафронова М.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Титовой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6830/2024) финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Омской области от 28.05.2024 по делу № А46-2737/2023 (судья Кликушина А.С.), вынесенное по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего ФИО1 о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>),


при участии в судебном заседании:

от «Газпромбанк» (акционерное общество) – представителя ФИО3 по доверенности № Д-Ф29-029/107 от 14.03.2023 сроком действия по 31.03.2026,

от финансового управляющего ФИО1 – представителя ФИО4 по доверенности от 11.01.2024 сроком действия один год,

ФИО2 лично; 



установил:

определением Арбитражного суда Омской области от 11.04.2023 (резолютивная часть от 10.04.2023) заявление ФИО2 (далее – ФИО2, должник) признано обоснованным, ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1 (далее – ФИО1, финансовый управляющий).

Решением Арбитражного суда Омской области от 10.08.2023 (резолютивная часть от 09.08.2023) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

10.01.2024 от финансового управляющего в материалы дела поступили копия протокола собрания кредиторов должника от 27.12.2023, согласно которому кредиторы проголосовали за обращение в арбитражный суд с ходатайством о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина, а также копия плана реструктуризации долгов, представленного конкурсным кредитором - «Газпромбанк» (акционерное общество) (далее – Банк ГПБ (АО), Банк).

05.02.2024 от финансового управляющего в материалы дела поступил отчет о результатах проведения в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина, ходатайства о завершении проводимой в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина, освобождении его от исполнения обязательств перед кредиторами, перечислении ФИО1 с депозитного счета Арбитражного суда Омской области фиксированной суммы вознаграждения за проведение в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина в размере 25 000 руб.

В заседании суда первой инстанции 07.02.2024 Банк заявил ходатайство о введении в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждении плана реструктуризации его долгов.

В заседании суда первой инстанции 24.04.2024 представитель Банка ходатайствовал о не применении в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ним.

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.05.2024 в удовлетворении ходатайства финансового управляющего о завершении проводимой в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина отказано, ходатайство Банка удовлетворено, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, утвержден план реструктуризации долгов гражданина ФИО2 в редакции, утвержденной собранием кредиторов 27.12.2023, период исполнения плана реструктуризации долгов гражданина установлен с мая 2024 года по май 2029 года (включительно), на финансового управляющего возложена обязанность не позднее, чем за месяц до истечения установленного срока исполнения плана реструктуризации долгов гражданина, представить в арбитражный суд отчет о результатах исполнения гражданином утвержденного арбитражным судом плана реструктуризации долгов с приложением копий документов, подтверждающих погашение требований кредиторов, доказательства направления отчета кредиторам, требования которых включены в план реструктуризации долгов гражданина.

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал, что Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) допускает возможность прекращения процедуры реализации имущества и переход к процедуре реструктуризации долгов только при условии, что ранее процедура реструктуризации долгов не вводилась (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.02.2019 № 305-ЭС18-13822 по делу № А40-109796/2017).

Однако в отношении ФИО2 процедура реструктуризации долгов вводилась определением Арбитражного суда Омской области от 11.04.2023, решением Арбитражного суда Омской области от 10.08.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, в обозначенном решении содержится вывод о невозможности реструктуризации долгов гражданина ФИО2, в том числе потому, что проект плана реструктуризации его долгов в установленный законом срок не представлен.

Банк в собрании кредиторов ФИО2 от 12.07.2023, которое было назначено для оценки итогов проведения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина, участие не принял, на протяжении около 12 месяцев (с даты принятия решения о введении реструктуризации) занимал пассивную позицию, не принимал участие в судебном заседании о введении процедуры реструктуризации долгов, не принимал участие в судебном заседании о введении процедуры реализации имущества, не предоставил план реструктуризации в период проведения в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации.

То есть Банк до настоящего времени не проявлял никакой активности в настоящем деле, обратился к арбитражному суду с ходатайством о введении в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждении плана реструктуризации его долгов только после 03.11.2023, когда вступила в законную силу новая редакция Закона о банкротстве, предусматривающая, что срок исполнения плана реструктуризации долгов гражданина может составлять пять (а не три, как это было ранее) лет, и после того, как была завершена процедура реструктуризации долгов гражданина, проводившаяся в отношении ФИО2, утверждение исполнимого плана реструктуризации долгов которого сроком на три года было невозможно.

По мнению, управляющего, суд первой инстанции необоснованно счёл план реструктуризации долгов ФИО2, предложенный Банком, экономически исполнимым, не дав оценку доводам управляющего, изложенным в контррасчете (предоставлен в судебном заседании 15.04.2024), где указано, что в плане реструктуризации приведен простой математический расчёт, согласно которому должнику, а также его несовершеннолетним детям ФИО5 (далее – ФИО5), ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО6 (далее – ФИО6), ДД.ММ.ГГГГ г.р., на протяжении 5 лет предлагается жить на величину прожиточного минимума, и это нарушает права данных лиц.

Суд первой инстанции неверно заключил, что, отказываясь одобрять соответствующий план, ФИО2 злоупотребляет правом (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45)).

Кроме того, в обжалуемом определении не указаны порядок внесения платежей по плану реструктуризации, реквизиты счета, что делает план неисполнимым.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 22.08.2024, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) был объявлен перерыв до 29.08.2024, ФИО2 предложено представить в материалы дела дополнительные пояснения и документы. Информация о перерыве в судебном заседании размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

За время перерыва от Банка поступили дополнительные документы, от финансового управляющего – письменные пояснения.

От ФИО2 поступили письменные пояснения, в которых он просил апелляционную жалобу финансового управляющего удовлетворить, обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт о завершении проводимой в отношении него процедуры реализации имущества гражданина и освобождении его от исполнения обязательств перед кредиторами.

Определением суда апелляционной инстанции от 02.09.2024 рассмотрение апелляционной жалобы было отложено на 26.09.2024, участвующим в деле лицам предложено представить в материалы дела дополнительные пояснения и документы. Информация об отложении размещена на информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

До начала заседания суда апелляционной инстанции, назначенного на 26.09.2024, от Банка поступили возражения на апелляционную жалобу, в которых он просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения; от должника - письменные пояснения.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 26.09.2024, представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указал, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил завершить процедуру реализации имущества гражданина, освободить должника от исполнения обязательств.

Судом апелляционной инстанции исследованы документы, представленные в судебном заседании представителем Банка: обращение должника за финансированием к Банку от 22.06.2021 и ответ Банка на данное обращение № 168-3/6121 от 08.07.2021. ФИО2 ознакомился с приведенными документами в судебном заседании.

Данные документы приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела в целях правильного установления фактических обстоятельств обособленного спора и проверки доводов апелляционной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, апелляционную жалобу, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены определения Арбитражного суда Омской области от 28.05.2024 по настоящему делу.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина. Реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 6 статьи 213.27 Закона о банкротстве требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества гражданина, считаются погашенными.

На основании пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что от управляющего в арбитражный суд поступили отчет о результатах проведения в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина от 05.02.2023, ходатайства о завершении проводимой в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина, освобождении его от исполнения обязательств перед кредиторами.

Согласно отчету финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина от 05.02.2023 (том 1, лист дела 118) реестр требований кредиторов ФИО2 сформирован в сумме 1 508 112 руб. 76 коп. (третья очередь), из них погашено 282 907 руб. 35 коп. (18,76%). Задолженность перед кредиторами первой и второй очередей отсутствует. Размер текущих обязательств составляет 208 070 руб. 13 коп., погашены в полном объеме.

Указывая, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия, направленные на обнаружение имущества должника и формирование за счет этого имущества конкурсной массы для расчетов с кредиторами, какие-либо иные мероприятия, направленные на достижение соответствующих целей, отсутствуют, финансовый управляющий просил на основании статьи 213.28 Закона о банкротстве завершить процедуру реализации имущества гражданина, проводимую в отношении ФИО2 и освободить его от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Одновременно от финансового управляющего в материалы дела поступили копия протокола собрания кредиторов должника от 27.12.2023 (том 1, лист дела 115), согласно которому кредиторы проголосовали за обращение в арбитражный суд с ходатайством о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина, а также копия плана реструктуризации долгов, представленного Банком ГПБ (АО) (том 1, листы дела 137-138).

Как следует из данного протокола, на собрании кредиторов ФИО2, прошедшем 27.12.2023, на котором присутствовал кредитор (Банк) с общим числом голосов 930 664 руб. 27 коп. (100%), было принято решение об одобрении плана реструктуризации долгов гражданина.

В заседании суда первой инстанции 07.02.2024 Банк заявил ходатайство о введении в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждении плана реструктуризации его долгов в предложенной им редакции.

В пункте 1 статьи 213.12 Закона о банкротстве указано, что в процедуре реструктуризации долгов должник, его кредиторы или уполномоченный орган не позднее чем в течение десяти дней со дня истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве, вправе направить финансовому управляющему, конкурсным кредиторам, в уполномоченный орган проект плана реструктуризации долгов.

Направление проекта плана реструктуризации долгов с пропуском десятидневного срока, указанного в пункте 1 статьи 213.12 Закона о банкротстве, не препятствует его рассмотрению первым собранием кредиторов, если названный проект направлен и получен до дня проведения собрания с учетом времени, необходимого на ознакомление заинтересованных лиц с планом и подготовку финансовым управляющим возражений и (или) предложений по нему (абзац второй пункта 5 статьи 213.12 Закона о банкротстве).

Согласно положениям пункта 5 статьи 213.12 Закона о банкротстве не ранее чем через двадцать дней с даты направления конкурсным кредиторам и в уполномоченный орган проекта плана реструктуризации долгов гражданина, но не позднее чем в течение шестидесяти дней со дня истечения срока, указанного в пункте 2 статьи 213.8 настоящего Федерального закона, финансовый управляющий обязан провести первое собрание кредиторов. Арбитражный суд вправе отложить его проведение до завершения рассмотрения требований кредиторов.

На основании пункта 1 статьи 213.13 Закона о банкротстве план реструктуризации долгов гражданина может быть представлен в отношении задолженности гражданина, соответствующего следующим требованиям: гражданин имеет источник дохода на дату представления плана реструктуризации его долгов; гражданин не имеет неснятой или непогашенной судимости за совершение умышленного преступления в сфере экономики и до даты принятия заявления о признании гражданина банкротом истек срок, в течение которого гражданин считается подвергнутым административному наказанию за мелкое хищение, умышленное уничтожение или повреждение имущества либо за фиктивное или преднамеренное банкротство; гражданин не признавался банкротом в течение пяти лет, предшествующих представлению плана реструктуризации его долгов; план реструктуризации долгов гражданина в отношении его задолженности не утверждался в течение восьми лет, предшествующих представлению этого плана.

План реструктуризации долгов гражданина должен содержать положения о порядке и сроках пропорционального погашения в денежной форме требований и процентов на сумму требований всех конкурсных кредиторов и уполномоченного органа, известных гражданину на дату направления плана реструктуризации его долгов конкурсным кредиторам и в уполномоченный орган (пункт 1 статьи 213.14 Закона о банкротстве).

При этом срок реализации плана реструктуризации долгов гражданина не может быть более чем пять лет. В случае, если план реструктуризации долгов гражданина утвержден арбитражным судом в порядке, установленном пунктом 4 статьи 213.17 настоящего Федерального закона, срок реализации этого плана должен составлять не более чем три года (пункт 2 статьи 213.14 Закона о банкротстве).

План реструктуризации долгов гражданина должен предусматривать погашение требований конкурсных кредиторов и уполномоченного органа пропорционально сумме требований кредиторов, включенных в план реструктуризации долгов гражданина (пункт 5 статьи 213.14 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 213.16 Закона о банкротстве решение собрания кредиторов об одобрении проекта плана реструктуризации долгов гражданина принимается большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, требования которых включены в реестр требований кредиторов.

Арбитражный суд по результатам рассмотрения плана реструктуризации долгов гражданина в соответствии со статьей 213.17 Закона о банкротстве выносит одно из следующих определений: об утверждении плана реструктуризации долгов гражданина; об отложении рассмотрения вопроса об утверждении плана реструктуризации долгов гражданина; об отказе в утверждении плана реструктуризации долгов гражданина, о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина.

Согласно положениям статьи 213.18 Закона о банкротстве арбитражный суд выносит определение об отказе в утверждении плана реструктуризации долгов гражданина в случае представления не соответствующего требованиям настоящего Федерального закона плана реструктуризации долгов гражданина в отношении его задолженности.

Суд первой инстанции посчитал, что ФИО2 соответствует требованиям, предъявляемым пунктом 1 статьи 213.13 Закона о банкротстве к гражданину, в отношении которого может быть утвержден план реструктуризации долгов.

Так, ФИО2 имеет источник дохода на дату представления плана реструктуризации его долгов, поскольку, как следует из материалов дела, в настоящее время должник трудоустроен в АО «ТГК-11».

Согласно справкам о доходах физического лица № 345 от 01.03.2020 за 2019 год, № 350 от 24.02.2021 за 2020 год, № 346 от 09.06.2022 за 2021 год, № 345 от 10.02.2023 за 2022 год должником был получен доход в размере 638 520 руб. 85 коп., 707 608 руб. 56 коп., 731 230 руб. 39 коп., 900 314 руб. 31 коп., из них удержано НДФЛ – 81 757 руб., 90 472 руб., 92 767 руб., 115 689 руб. (том 1, листы дела 23-33).

Одновременно ФИО2 не имеет неснятой или непогашенной судимости за совершение умышленного преступления в сфере экономики, не была подвергнута административному наказанию за мелкое хищение, умышленное уничтожение или повреждение имущества либо за фиктивное или преднамеренное банкротство; не признавалась банкротом в течение пяти лет, предшествующих представлению плана реструктуризации его долгов; план реструктуризации долгов гражданина в отношении его задолженности не утверждался в течение восьми лет, предшествующих представлению этого плана.

При этом общий размер требований единственного конкурсного кредитора – Банка составляет 1 508 112 руб. 76 коп., в том числе: основной долг – 923 660 руб. 82 коп., пени, штрафы за просрочку исполнения, госпошлина – 584 451 руб. 94 коп.

План реструктуризации долгов, предложенный Банком, рассчитан на 5 лет с погашением общей суммы задолженности равными платежами на сумму 20 420 руб. 09 коп. в месяц (всего 60 месяцев).

При разработке проекта плана реструктуризации долгов ФИО2 учтены вычеты из среднего ежемесячного дохода должника прожиточного минимума для трудоспособного населения на ФИО2 в размере 16 844 руб., 100% прожиточного минимума на двоих его несовершеннолетних детей: ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (свидетельство о рождении (том 1, лист дела 16)), ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (свидетельство о рождении (том 1, лист дела 16)), - в размере 14 989 руб. (на каждого).

Суд первой инстанции посчитал представленный Банком проект плана реструктуризации долгов гражданина соответствующим действующему законодательству о банкротстве и исполнимым.

Финансовый управляющий и должник возражали против введения в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждения плана реструктуризации его долгов.

В обоснование своей позиции по спору данные лица указывали, что должник не имеет финансовой возможности исполнить план реструктуризации, так как на его иждивении находится супруга ФИО7 (далее - ФИО7) (свидетельство о заключении брака серия II-КН, № 504619 от 12.03.2019 (том 1, лист дела 16)), двое несовершеннолетних детей, у него есть необходимость в найме жилого помещения для своего проживания и проживания членов его семьи по договору аренды квартиры от 01.10.2019 между ФИО8 (далее – ФИО8) (арендодатель) и ФИО2 (арендатор) (том 2, лист дела 11) с арендной платой в размере 20 000 руб. в месяц.

Финансовым управляющим также были представлены пояснения о том, что в предложенном Банком плане реструктуризации приведен простой математический расчёт, согласно которому должнику, а также его несовершеннолетним детям на протяжении 5 лет предлагается жить на величину прожиточного минимума, и это нарушает права данных лиц.

Подход Банка к расчету суммы необходимой для жизни должника и членов его семьи суммы, с учетом ежегодного уровня инфляции, лишает их на ближайшие 5 лет нормального уровня жизни. Такой подход уместен лишь в краткосрочной перспективе (к примеру, на протяжении 6-12 месяцев). При этом у должника на иждивении два несовершеннолетних ребенка, в связи с чем возникает ряд дополнительных регулярных затрат: на лечение и обучение детей, покупку лекарств и одежды, супруга находится в отпуске по уходу за ребенком.

Суд первой инстанции принял во внимание, что, как разъяснено в пункте 30 Постановления № 45, суд, рассматривающий дело о банкротстве, утверждает план реструктуризации долгов (как одобренный, так и не одобренный собранием кредиторов) только в том случае, если он одобрен должником, поскольку должник является непосредственным его участником и исполнение плана обычно осуществляется им самим, а также поскольку должник обладает наиболее полной информацией о своем финансовом состоянии и его перспективах.

Одобрение плана должником может быть выражено как в форме письменного заявления (абзац седьмой пункта 1 статьи 213.15), так и сделано устно в ходе судебного заседания по рассмотрению вопроса об утверждении плана. В последнем случае факт одобрения плана должником отражается в протоколе судебного заседания.

Утверждение плана без одобрения должника возможно только в исключительном случае, если будет доказано, что несогласие должника с планом является злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ). Например, если не обладающий ликвидным имуществом должник, стабильно получающий высокую заработную плату, в целях уклонения от погашения задолженности перед кредиторами за счет будущих доходов настаивает на скорейшем завершении дела о его банкротстве и освобождении от долгов.

В настоящем случае, согласно выводам суда первой инстанции, должник и управляющий надлежащим образом не подтвердили возражения, заявленные ими против представленного Банком в дело проекта плана реструктуризации.

Так, должником и финансовым управляющим не раскрыты источники поступления денежных средств (доходов) на расчетные счета супруги должника ФИО7, а также объективные и неустранимые причины невозможности супруги должника осуществлять трудовую деятельность по достижении несовершеннолетним ребенком возраста полутора лет, учитывая равную обязанность супругов по содержанию несовершеннолетних детей.

В деле отсутствуют убедительные доказательства реальности отношений по найму ФИО2 жилого помещения у ФИО8, которая приходится матерью его супруги ФИО7 (на что указывает договор аренды квартиры от 01.10.2019, появившийся только на стадии рассмотрения вопроса об утверждении плана реструктуризации долгов гражданина, отсутствие расписок, доказательств перечисления денежных средств с расчетного счета должника в пользу тещи, либо доказательств ежемесячного снятия с расчетного счета соответствующей денежной суммы, не исключение финансовым управляющим из конкурсной массы текущих платежей на аренду жилого помещения, отсутствие указания в анкете при получении кредита на обременение доходов должника соответствующей статьей расходов), данный договор имеет признаки мнимого, подписанного родственниками с целью умышленного ухудшения имущественного положения должника и уклонения от утверждения плана реструктуризации долгов гражданина, предложенного кредитором.

Поэтому суд первой инстанции отклонил возражения должника и управляющего против представленного Банком в дело проекта плана реструктуризации, руководствуясь абзацем 3 пункта 30 Постановления № 45.

В связи с изложенным суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства финансового управляющего о завершении проводимой в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина, удовлетворил ходатайство Банка, ввел в отношении ФИО2, по сути повторно, процедуру реструктуризации долгов гражданина, утвердил план реструктуризации долгов гражданина ФИО2 в редакции, утвержденной собранием кредиторов 27.12.2023, установив период исполнения плана реструктуризации долгов гражданина с мая 2024 года по май 2029 года (включительно).

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.02.2019 № 305-ЭС18-13822 по делу № А40-109796/2017 содержится правовая позиция, согласно которой Закон о банкротстве допускает возможность прекращения процедуры реализации имущества и перехода к процедуре реструктуризации долгов (пункт 1 статьи 146, пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такая возможность обусловлена тем, что процедура реализации имущества должника - гражданина является сходной с процедурой конкурсного производства должника - юридического лица, а процедура реструктуризации долгов, предшествующая процедуре реализации имущества, по сути, сходна с процедурой внешнего управления должника.

Однако по общему правилу указанный переход возможен, если процедура реструктуризации долгов в отношении гражданина ранее не вводилась.

Между тем в настоящем случае определением Арбитражного суда Омской области от 11.04.2023 в отношении ФИО2 уже вводилась процедура реструктуризации долгов гражданина.

При этом первоначально требования Банка (единственного конкурсного кредитора в настоящем деле), включенные в реестр, составляли 1 508 112 руб. 76 коп., в том числе: 888 383 руб. 48 коп. - просроченный основной долг, 35 277 руб. 34 коп. - проценты, 577 118 руб. 49 коп. - пени, 7 333 руб. 45 коп. - госпошлина/сборы за совершение исполнительной надписи.

С учетом среднемесячного дохода ФИО2 и исключаемой из конкурсной массы суммы прожиточного минимума на должника и его несовершеннолетних детей, у ФИО2 отсутствовала возможность погашения задолженности перед Банком в полном объеме даже в течение 5 лет, что установлено решением Арбитражного суда Омской области от 10.08.2023, которым ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

В обозначенном решении содержится вывод о невозможности реструктуризации долгов гражданина ФИО2 потому, что его финансовое положение не позволяет утвердить в отношении него исполнимый план реструктуризации долгов гражданина, проект плана в установленный законом срок не представлен.

При этом, как верно указывает финансовый управляющий в апелляционной жалобе, Банк в собрании кредиторов ФИО2 от 12.07.2023, которое было назначено для оценки итогов проведения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина, участие не принял (том 1, лист дела 94).

На протяжении около 12 месяцев (с даты принятия решения о введении реструктуризации) Банк занимал пассивную позицию, не принимал участие в судебном заседании о введении процедуры реструктуризации долгов, не принимал участие в судебном заседании о введении процедуры реализации имущества, не предоставил план реструктуризации в период проведения в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина (до 09.08.2023).

Впоследствии долг Банка частично был погашен в процедуре реализации (на 282 907 руб. 35 коп.), а 03.11.2023 вступила в законную силу новая редакция Закона о банкротстве, предусматривающая, что срок исполнения плана реструктуризации долгов гражданина может составлять пять (а не три, как это было ранее).

На собрании кредиторов ФИО2 27.12.2023, на котором присутствовал кредитор (Банк) с общим числом голосов 930 664 руб. 27 коп. (100%), было принято решение об одобрении плана реструктуризации долгов гражданина.

В заседании суда первой инстанции 07.02.2024 Банк заявил ходатайство о введении в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждении плана реструктуризации его долгов в предложенной им редакции.

То есть Банк инициировал рассмотрение вопроса об утверждении плана реструктуризации долгов ФИО2 уже после того, как была завершена процедура реструктуризации долгов гражданина, первоначально проводившаяся в отношении ФИО2, утверждение исполнимого плана реструктуризации долгов которого сроком на три года в период проведения такой процедуры по изложенным выше причинам объективного характера было невозможно.

Однако это, как верно обозначает финансовый управляющий, не соответствует правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.02.2019 № 305-ЭС18-13822 по делу № А40-109796/2017, нарушает права ФИО2 и свидетельствует о наличии в приведенном выше поведении Банка признаков злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ).

Указанная позиция управляющего согласуется со сложившейся судебной практикой (например, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2024 по делу № А03-16306/2020).

При этом суд апелляционной инстанции считает, что никаких экстраординарных обстоятельств, которые свидетельствовали бы о наличии оснований и допустимости перехода в настоящем конкретном деле от процедуры реализации в процедуру реструктуризации, вопреки общему правилу, согласно которому такой переход возможен в случае, если процедура реструктуризации в отношении гражданина ранее не проводилась, из материалов настоящего дела не усматривается.

Кроме того, как верно указывает финансовый управляющий, подтверждается материалами дела, оснований считать недобросовестными возражения ФИО2 и управляющего против представленного Банком в дело плана реструктуризации его долгов, вопреки позиции суда первой инстанции, нет.

Так, финансовый управляющий в контррасчете от 12.04.2024 и в апелляционной жалобе верно указывает, в плане реструктуризации долгов, предложенном Банком, приведен простой математический расчёт, согласно которому должнику, а также его несовершеннолетним детям на протяжении 5 лет предлагается жить на величину прожиточного минимума, и это нарушает права данных лиц.

Подход Банка к расчету суммы необходимой для жизни должника и членов его семьи суммы, с учетом ежегодного уровня инфляции, лишает их на ближайшие 5 лет нормального уровня жизни. Такой подход уместен лишь в краткосрочной перспективе (к примеру, на протяжении 6-12 месяцев).

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что представленный ФИО2 в дело договор аренды квартиры от 01.10.2019 с ФИО8 в отсутствие в деле доказательств реальности отношений сторон по данному договору не подлежит признанию достоверным доказательством по настоящему обособленному спору.

Следовательно, доводы должника и управляющего о наличии у ФИО2 потребности в несении ежемесячных платежей в сумме 20 000 руб. за наем жилья по нему подлежат отклонению как не подтвержденные.

Однако при разрешении настоящего спора в любом случае необходимо учитывать, что супруга должника не работает, у должника на иждивении два несовершеннолетних ребенка, в связи с чем возникает ряд дополнительных регулярных затрат: на лечение и обучение детей, покупку лекарств и одежды, превышающих 20 000 руб. в месяц.

Как пояснили управляющий в дополнениях от 23.04.2024, в апелляционной жалобе и должник в заявлении о признании его банкротом, в письменных пояснениях от 19.09.2024, не опровергнуто Банком, в связи с воспитанием детей должник несет регулярные затраты на их образование, одежду, медицинские препараты, лечение и прочее. Цены постоянно растут, заработной платы не хватает, постоянно приходится просить материальной поддержки у родственников и друзей.

Так, согласно скриншотам с онлайн-банка супруги должника ФИО7 (том 2, лист дела 11) за год на лекарства потрачено более 44 000 руб., около 25 000 руб. - на детскую одежду, более 102 000 руб. - на коммунальные услуги, 29 500 руб. - на образовательные услуги для детей.

При этом супруга должника ФИО7 в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет (ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р.) в соответствии со статьей 256 Трудового кодекса Российской Федерации и получает социальное пособие на ребенка в размере около 9 000 руб. (том 2, лист дела 20), и этого дохода очевидно недостаточно для содержания двоих несовершеннолетних детей.

Доводы Банка о наличии у супруги должника ФИО7 возможности осуществлять трудовую деятельность по достижении несовершеннолетними детьми возраста полутора лет, учитывая равную обязанность супругов по содержанию несовершеннолетних детей, основаны на предположениях и не соответствуют смыслу законодательства Российской Федерации о социальном обеспечении.

Так, по смыслу норм права, содержащихся в статье 256 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), нахождение работника в отпуске по уходу за ребенком с получением им пособия по государственному социальному страхованию, устанавливаемого в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», не предполагает его работу (выполнение трудовой функции), за исключением случаев, когда такая работа выполняется работником по его заявлению на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию.

Из приведенного следует, что отпуск по уходу за ребенком представляет собой особую социальную гарантию, предоставляемую указанным в пунктах 1, 2 статьи 256 ТК РФ лицам, которые по причине наступления в их жизни особых обстоятельств в виде рождения ребенка не имеют объективной возможности полноценно выполнять трудовые функции.

То есть нахождение работника в отпуске по уходу за ребенком (даже в случае полной трудоспособности соответствующего лица) само по себе свидетельствует о наличии у него затруднений в осуществлении трудовой деятельности.

А потому доводы Банка ГПБ (АО) о том, что, действуя добросовестно, супруга должника ФИО7, несмотря на наличие у нее права на отпуск по уходу за несовершеннолетними детьми, в настоящее время обязана работать для целей получения дохода, подлежащего направлению на погашение требований Банка в соответствии с планом реструктуризации долгов ФИО2, и что ФИО2 обязан стимулировать такое поведение ФИО7, обоснованными не являются.

Суд апелляционной инстанции считает, что изложенные обстоятельства, надлежащим образом не оспоренные и не опровергнутые Банком, свидетельствуют о неисполнимости предложенного Банком плана реструктуризации долгов гражданина и о том, что несогласие ФИО2 с предложенным Банком планом является мотивированным, обоснованным и не имеет признаков злоупотребления правом.

Определением от 02.09.2024 суд апелляционной инстанции предложил Банку ГПБ (АО) представить в суд, обеспечить получение участниками спора пояснений о том, что несогласие должника с утверждением плана является злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ).

Однако какие-либо обоснованные пояснения по данному вопросу во исполнение обозначенного определения от Банка в дело не поступили.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу о неправильности позиции суда первой инстанции, согласно которой, отказываясь одобрять план реструктуризации его долгов, предложенный Банком, ФИО2 злоупотребляет правом (пункт 30 Постановления № 45).

Вопреки позиции Банка, у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения ходатайства Банка о прекращении процедуры реализации имущества гражданина и введения в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина, а также утверждения плана реструктуризации долгов ФИО2 в предложенной Банком редакции.

Суду первой инстанции, напротив, как верно указывают должник и финансовый управляющий, надлежало удовлетворить ходатайство управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина, проводимой в отношении ФИО2

Как указано выше, в заседании суда первой инстанции 24.04.2024 представитель Банка ходатайствовал о не применении в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ним.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правил об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В пункте 45, 46 Постановления № 45 указано, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Свое ходатайство об отказе в применении правил об освобождении ФИО2 от исполнения обязательств перед ним Банк основывает на том, что ФИО2 злостно уклоняется от погашения долга перед ним, представил в дело мнимый договор аренды квартиры от 01.10.2019 между ним и ФИО8, не указал на наличие у него обязательств по внесению арендной платы по данному договору в заявлении-анкете на получение кредита у Банка.

Относительно приведенных доводов Банка суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

Из материалов дела усматривается, определением Арбитражного суда Омской области от 07.06.2023 установлено, что требования Банка к ФИО2 основаны на договоре потребительского кредита № 94666-ФЛ от 26.12.2019, по которому ФИО2 получил от Банка заем на общую сумму 965 429 руб. 49 коп. под 10,5% годовых сроком по 14.12.2026 (ежемесячный платеж в сумме 16 411 руб.), и договоре кредитной карты № ОКЛ-19/18845 от 10.07.2019 с лимитом кредитования в 78 000 руб. (данные договоры приложены к заявлению Банка о включении его требований в реестр требований кредиторов ФИО2 от 28.04.2024).

При этом в период заключения кредитных договоров с Банком согласно копии трудовой книжки серия ТК-IV, № 2107443 от 08.07.2014 (том 1, лист дела 16) ФИО2 был трудоустроен в акционерном обществе «Территориальная генерирующая компания № 11» (далее – АО «ТГК № 11»).

То есть в соответствующий период должник осуществлял трудовую деятельность, имел стабильную заработную плату.

Согласно справкам о доходах физического лица № 345 от 01.03.2020 за 2019 год, № 350 от 24.02.2021 за 2020 год, № 346 от 09.06.2022 за 2021 год, № 345 от 10.02.2023 за 2022 год должником был получен доход в размере 638 520 руб. 85 коп., 707 608 руб. 56 коп., 731 230 руб. 39 коп., 900 314 руб. 31 коп., из них удержано НДФЛ – 81 757 руб., 90 472 руб., 92 767 руб., 115 689 руб.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований считать, что, с учетом имевшегося у ФИО2 в период вступления им в отношения с Банком постоянного трудоустройства в АО «ТГК № 11» (которое сохраняется и в настоящее время) и стабильного дохода, средний размер которого составлял не менее 45 000 руб. в месяц, обязательства перед Банком, принятые ФИО2 на себя по приведенным выше договорам, являлись для него заведомо неисполнимыми, обратное Банком не обосновано, не доказано и не подтверждено.

Как пояснил ФИО2 в заявлении о признании его банкротом, ранее у него был кредит в ином банке, который он брал для того, чтобы оплатить свое обучение в университете. Позже ФИО2 с супругой ФИО7 решили пожениться, и для того, чтобы были деньги на свадьбу, ФИО2 оформил еще один кредит. Также за счет кредитных средств были оплачены все необходимые супругам обследования по поводу родов и роды, которые проходили на платной основе.

Позже ФИО2 решил осуществить рефинансирование в Банке ГПБ (АО), деньги он получил наличными и погасил действующие кредиты. После должник оформил кредитную карту в этом же банке, чтобы подготовить детскую, закупить вещи, мебель и все необходимое. Также с данной карты ФИО2 оплатил роды второго ребенка, которые также прошли платно.

Во время беременности у супруги ФИО2 ФИО7 появились проблемы со здоровьем, ей необходимо было проходить обследования и регулярно наблюдаться у врачей. Все медицинские затраты должник оплачивал за счет кредитных средств.

Как указывает должник в заявлении о признании его банкротом, все кредиты он погашал из заработной платы, денег было достаточно.

Обращение ФИО2 20.02.2023 в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом было обусловлено ухудшением его финансового положения в мае 2021 года, когда у ФИО2 истек срок безлимитного пользования картой, и ему требовалось внести минимальный платеж, в связи с чем все деньги, которые поступали на счет должника в качестве заработной платы, стали автоматически списываться в счет погашения долга по карте, а на кредит денег было уже недостаточно.

22.06.2021 ФИО2 обращался в Банк, просил, чтобы ему помогли в сложившейся ситуации: либо объединили кредит и карту, либо дали кредит, с помощью которого он бы смог полностью закрыть карту, но получил от Банка отказ.

За нарушение сроков погашения долга началось начисление процентов, и заработная плата, поступая на карту ФИО2, сразу списывалась Банком в погашение процентов по кредитам. Сумма долга росла, и со временем задолженность перешла к судебным приставам.

Представитель Банка в заседании суда апелляционной инстанции 26.09.2024 подтвердил, что ФИО2 обращался в Банк за проведением реструктуризации его долга, Банк направил должнику ответ на данное обращение № 168-3/6121 от 08.07.2021, в котором указал на необходимость предоставления должником дополнительных документов, которые требуются для рассмотрения возможности проведения реструктуризации, но таковое было проигнорировано ФИО2, в связи с чем реструктуризация не состоялась.

Однако ФИО2 факт получения им соответствующего письма Банка в суде апелляционной инстанции отрицал, доказательств направления Банком такого письма должнику и его вручения в дело не представлено, в связи с чем у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать приведенные пояснения Банка о причинах, по которым реструктуризация долга ФИО2 не состоялась, достоверными.

В связи с этим при разрешении настоящего спора суд апелляционной инстанции исходит из факта добросовестного принятия ФИО2 мер, направленных на урегулирование его долга перед Банком после возникновения у ФИО2 финансовых трудностей, не позволявших ему обслуживать свои кредитные обязательства.

Согласно не опровергнутым Банком пояснениям должника в настоящее время он продолжает работать в АО «ТГК № 11», но не располагает доходом, размер которого позволял бы произвести погашение задолженности перед Банком в полном объеме.

Как пояснили управляющий в дополнениях от 23.04.2024, в апелляционной жалобе и должник в заявлении о признании его банкротом, в письменных пояснениях от 19.09.2024, подтверждается материалами дела и не опровергнуто участвующими в деле лицами, у должника на иждивении находятся двое несовершеннолетних детей, престарелые родители, при этом у него нет собственного жилья (том 1, лист дела 36).

В связи с воспитанием детей должник несет регулярные затраты на их образование, одежду, медицинские препараты, лечение и прочее. Цены постоянно растут, заработной платы не хватает, постоянно приходится просить материальной поддержки у родственников и друзей.

Супруга должника ФИО7 в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет (ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р.) в соответствии со статьей 256 Трудового кодекса Российской Федерации и получает социальное пособие на ребенка в размере около 9 000 руб. (том 2, лист дела 20).

Приведенные обстоятельства Банком не опровергнуты, доказательства обратного Банком в материалы дела не представлены.

Факт расходования денежных средств с карты супруги в размерах более 9 000 рублей, может быть обусловлен передачей (перечислением) денежных средств супругом на содержание детей и обеспечения материальных нужд семьи, ведения совместного хозяйства.

В письменных пояснениях от 20.09.2024 Банк указывал, что на дату заключения кредитных договоров с Банком должник в рамках зарплатного проекта АО «ТГК № 11» получал заработную плату на свой счет, открытый в Банке ГПБ (АО).

Анализ выписки по банковскому счету, имеющийся в деле, за период с 10.07.2019 по 12.04.2024 года сделать следующие выводы: исполнение обязательств по кредитным договорам производилось путем безакцептного списания денежных средств со счета должника; единственным источником поступления денежных средств на счет должника являлись зачисления заработной платы от АО «ТГК № 11», при этом зачисления заработной платы прекратились 13.07.2021.

По мнению Банка, сопоставление данных выписки с расчетами задолженности по кредитным договорам свидетельствует о том, что просрочка по кредитным договорам возникла после прекращения зачислений заработной платы заемщика на его счет в Банке ГПБ (АО). Учитывая, что Должник продолжал работать в АО «ТКГ № 11», можно утверждать, что он в целях уклонения от исполнения обязательства по кредитным договорам сменил Банк для зачисления заработной платы.

Вместе с тем, как пояснил должник, мероприятия по смене банка для получения заработной платы были проведены им летом 2021 года исключительно вынужденно по той причине, что за нарушение сроков погашения долга началось начисление процентов, и вся заработная плата, поступая на карту ФИО2, сразу списывалась Банком в погашение процентов по кредитам, и у ФИО2 и находящихся на его иждивении членов семьи (супруги и двоих несовершеннолетних детей) не оставалось никаких средств для существования (в том числе на питание, лечение, удовлетворение прочих текущих нужд и жизненных потребностей).

Суд апелляционной инстанции полагает, что приведенные причины изменения ФИО2 банка для получения заработной платы (в силу их явно вынужденного характера и социальной направленности) в совокупности с не опровергнутым Банком фактом предварительного добросовестного принятия ФИО2 мер, направленных на урегулирование (реструктуризацию) долга, не свидетельствуют о проявлении ФИО2 в отношениях с Банком той недобросовестности (злоупотребления правом), которая по смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является основанием для не освобождения гражданина от исполнения обязательств.

Суд апелляционной инстанции считает, что не свидетельствует о проявлении ФИО2 такой недобросовестности и представление им в материалы дела договора аренды квартиры между ним и ФИО8, реальность отношений по которому должником и управляющим не подтверждена и представляется сомнительной, поскольку таковое состоялось в рамках заявления должником возражений на доводы Банка о необходимости утверждения предложенного Банком плана реструктуризации долгов гражданина, который, как установлено выше, является заведомо неисполнимым для ФИО2 и нарушает права должника, его супруги и двоих несовершеннолетних детей в связи с не предоставлением им при утверждении такого плана средств, достаточных для удовлетворения минимальных жизненных нужд и потребностей.

Довод Банка о необходимости не применения к должнику правила об исполнении обязательств перед кредиторами по той причине, что ФИО2 не указал на наличие у него обязательств по внесению арендной платы по данному договору в заявлении-анкете на получение кредита у Банка, противоречит доводам самого Банка о мнимости (не реальности) данного договора и его изготовлении сторонами непосредственно для представления в материалы настоящего спора.

Так или иначе, Банком не доказано, что предоставление должником Банку соответствующих сведений действительно могло повлиять на принятие Банком решения по вопросу о выдаче должнику кредитов (что в случае, если бы должник предоставил данные сведения Банку, последний не выдал бы ему кредиты).

Суд апелляционной инстанции учитывает, что по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Банком ГПБ (АО) в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие, что неисполнение должником обязательств перед ним не было связано с неудовлетворительным финансовым положением ФИО2, а явилось следствием его уклонения от исполнения обязательств перед Банком.

Злостное уклонение может иметь место при доказанности заинтересованным лицом факта наличия у должника денежных средств в целях расчетов с кредитором и направления их на иные цели, вопреки интересам кредитора.

Так, согласно правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956 по делу № А23-734/2018, злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнение обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

Обстоятельств злостного уклонения должника от исполнения обязательств перед Банком ГПБ (АО) последний в данном случае не доказал.

Оснований считать имеющуюся у ФИО2 специальность (машинист котельного оборудования) явно высокодоходной либо позволяющей должнику получать доход (в том числе неофициальный) в суммах, превышающих необходимые и достаточные для удовлетворения им текущих жизненных потребностей, которые могли быть сокрыты должником от кредиторов, в том числе от Банка, для целей уклонения от исполнения обязательств перед ними, не имеется.

Так, ни один из видов работ и специальностей, которые выполнял должник в соответствии с трудовой книжкой, не относится к высокооплачиваемым работам, а размер выданных кредитов - к кредитам, позволяющим осуществить крупные приобретения, которые можно было бы укрыть от кредиторов.

Суду апелляционной инстанции очевидно, что при таком уровне обычного дохода, с учетом имеющейся у работника специальности, а также не опровергнутых Банком обстоятельств, на которые в рамках настоящего спора указали должник и финансовый управляющий, полученные кредиты и текущий заработок могли быть направлены только на поддержание минимально необходимого уровня жизни обычного гражданина и на реструктуризацию уже имеющегося долга (погашение обязательств перед уже имеющимися кредиторами).

Согласно заключению финансового управляющего о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника от 19.06.2023 (том 1, лист дела 48) на момент получения кредитов совокупный доход должника позволял надлежащим образом исполнять принятые на себя кредитные обязательства.

Злоупотребления правом при получении кредитов не выявлено. Риски выдачи кредитов относятся к деятельности банков их выдавших. Должник не увеличивал искусственно свой доход и не представлял ложную информацию о своих доходах.

За последние три года недвижимое имущество должником не приобреталось, сделки на сумму более 300 000 руб. не совершались, преимущественное погашение требований кредиторов не осуществлялось, имущество не скрывалось.

Бремя доказывания незаконности (недобросовестности) поведения должника лежит на Банке, поскольку добросовестность участников оборота презюмируется (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем Банк достоверные доказательства в обоснование его довода о том, что должник злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, при получении кредитов действовал недобросовестно, в материалы дела не представил.

По смыслу определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.01.2017 № 304-ЭС16-14541 по делу № А70-14095/2015 потребительское банкротство, то есть банкротство граждан, в отличие от банкротства юридических лиц имеет своей целью не только удовлетворение требований кредитора с соблюдением требований к очередности и пропорциональности, но и, так называемый, «fresh start», т.е. возможность начать заново «с чистого листа», путем списания непосильных долговых обязательств гражданина с одновременным введением в отношении него ограничений, установленных статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Данная цель имеет социально-реабилитационный характер.

Согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.01.2019 № 301-ЭС18-13818 по делу № А28-3350/2017 целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по накопившимся обязательствам, которые он не в состоянии исполнять.

В силу Закона о банкротстве процедуры несостоятельности в отношении гражданина осуществляются под контролем суда, который последовательно принимает решения по всем ключевым вопросам, в том числе касающимся возбуждения дела, введения той или иной процедуры, утверждения арбитражного управляющего, установления требований кредиторов, разрешения возникающих в ходе процедур банкротства разногласий, освобождения гражданина от долговых обязательств и т.д.

Право на судебную защиту, гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации, включает в себя не только возможность гражданина обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, но и предполагает обеспечение со стороны государства реальных условий для использования им всего механизма потребительского банкротства.

Поэтому не может быть признано недобросовестным поведением само по себе обращение гражданина с заявлением о признании его банкротом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.).

При этом по смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Таким образом, из материалов дела не следует наличие оснований для не освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед Банком ГПБ (ПАО) (пункт 4 статьи 213.27 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного, ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина, проводимой в отношении ФИО2, подлежит удовлетворению, указанная процедура подлежит завершению, в отношении ФИО2 подлежат применению правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, кроме требований, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Несмотря на сообщение должником в письменных пояснениях от 19.09.2024 о том, что последствия завершения процедуры реализации имущества ему ясны и понятны, суд апелляционной инстанции считает необходимым дополнительно указать, что с даты вынесения настоящего постановления для должника наступают последствия, установленные статьей 213.30 Закона о банкротстве.

Так, согласно пункту 1 статьи 213.20 Закона о банкротстве в течение пяти лет с даты завершения в отношении гражданина процедуры реализации имущества или прекращения производства по делу о банкротстве в ходе такой процедуры он не вправе принимать на себя обязательства по кредитным договорам и (или) договорам займа без указания на факт своего банкротства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.20 Закона о банкротстве в течение пяти лет с даты завершения в отношении гражданина процедуры реализации имущества или прекращения производства по делу о банкротстве в ходе такой процедуры дело о его банкротстве не может быть возбуждено по заявлению этого гражданина.

В случае повторного признания гражданина банкротом в течение указанного периода по заявлению конкурсного кредитора или уполномоченного органа в ходе вновь возбужденного дела о банкротстве гражданина правило об освобождении гражданина от обязательств, предусмотренное пунктом 3 статьи 213.28 настоящего Федерального закона, не применяется.

Неудовлетворенные требования кредиторов, по которым наступил срок исполнения, могут быть предъявлены в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

После завершения реализации имущества гражданина в случае, указанном в настоящем пункте, на неудовлетворенные требования кредиторов, по которым наступил срок исполнения, арбитражным судом выдаются исполнительные листы.

Как указано в пункте 3 статьи 213.20 Закона о банкротстве, в течение трех лет с даты завершения в отношении гражданина процедуры реализации имущества или прекращения производства по делу о банкротстве в ходе такой процедуры он не вправе занимать должности в органах управления юридического лица, иным образом участвовать в управлении юридическим лицом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

В течение десяти лет с даты завершения в отношении гражданина процедуры реализации имущества или прекращения производства по делу о банкротстве в ходе такой процедуры он не вправе занимать должности в органах управления кредитной организации, иным образом участвовать в управлении кредитной организацией.

В течение пяти лет с даты завершения в отношении гражданина процедуры реализации имущества или прекращения производства по делу о банкротстве в ходе такой процедуры он не вправе занимать должности в органах управления страховой организации, негосударственного пенсионного фонда, управляющей компании инвестиционного фонда, паевого инвестиционного фонда и негосударственного пенсионного фонда или микрофинансовой компании, иным образом участвовать в управлении такими организациями.

В пункте 13 статьи 213.9 Закона о банкротстве содержатся положения о том, что с даты вынесения арбитражным судом определения о завершении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина полномочия финансового управляющего прекращаются.

Поэтому в связи с завершением проводимой в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина полномочия финансового управляющего ФИО1 подлежат прекращению.

Финансовый управляющий ходатайствовал о перечислении ФИО1 с депозитного счета Арбитражного суда Омской области фиксированной суммы вознаграждения за проведение в отношении ФИО2 процедуры реализации имущества гражданина в размере 25 000 руб.

На основании пункта 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов. Размер фиксированной суммы такого вознаграждения составляет для финансового управляющего - двадцать пять тысяч рублей единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве (пункт 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 настоящего Федерального закона, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Фиксированная сумма вознаграждения выплачивается финансовому управляющему единовременно по завершении процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина, независимо от срока, на который была введена каждая процедура.

На основании пункта 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве выплата фиксированной суммы вознаграждения финансовому управляющему осуществляется за счет средств гражданина, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В связи с изложенным указанное выше ходатайство управляющего подлежит удовлетворению с указанием на необходимость перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Омской области ФИО1 денежные средства в размере 25 000 руб., внесенные по чеку-ордеру публичного акционерного общества «Сбербанк России» от 17.02.2023 (операция 4898) по указанным им в ходатайстве от05.02.2024 реквизитам: № счета 40817810000002243471 в акционерном обществе «Тинькофф Банк», БИК 044525974, К/счет 30101810145250000974, ИНН <***>, КПП 773401001, владелец счета – ФИО1

Несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение норм материального права являются основаниями для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции (пункты 1, 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ).

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит отмене, апелляционная жалоба – удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь пунктами 1, 3 части 1 статьи 270, статьей 271, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6830/2024) финансового управляющего ФИО1 удовлетворить.

Определение  Арбитражного суда Омской области от 28.05.2024 по делу № А46-2737/2023 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении ходатайства «Газпромбанк» (акционерное общество) о прекращении процедуры реализации имущества гражданина и введении в отношении ФИО2 процедуры реструктуризации долгов гражданина отказать.

Удовлетворить ходатайство финансового управляющего ФИО1 о завершении процедуры реализации имущества гражданина, проводимой в отношении ФИО2.

Завершить процедуру реализации имущества гражданина, проводимую в отношении ФИО2.

Освободить ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, кроме требований, предусмотренных пунктами 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Прекратить полномочия финансового управляющего ФИО1.

Перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Омской области арбитражному управляющему ФИО1 денежные средства в размере 25 000 руб., внесенные по чеку-ордеру публичного акционерного общества «Сбербанк России» от 17.02.2023 (операция 4898) по следующим реквизитам: № счета 40817810000002243471 в акционерном обществе «Тинькофф Банк», БИК 044525974, К/счет 30101810145250000974, ИНН <***>, КПП 773401001, владелец счета – ФИО1.

С даты вынесения настоящего постановления наступают последствия, установленные статьей 213.30 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».


Председательствующий


М.В. Смольникова

Судьи


О.В. Дубок

 М.М. Сафронов