Решение от 3 марта 2021 г. по делу № А21-1980/2020

Арбитражный суд Калининградской области

Рокоссовского ул., д. 2, г. Калининград, 236040

E-mail: info@kaliningrad.arbitr.ru

http://www.kaliningrad.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Калининград Дело №А21-1980/2020

« 03 » марта 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена « 24 » февраля 2021 года

Полный текст решения изготовлен « 03 » марта 2021 года

Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Брызгаловой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по исковому заявлению Северо-Западного межрегионального Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования

к Федеральному казенному учреждению «Войсковая часть 51280 (Управление Балтийского флота)

о возмещении вреда, причиненного водным объектам,

третье лица: Администрация МО «Зеленоградский городской округ», Министерство обороны РФ, ГП КО «Водоканал», Управление МЧС России по Калининградской области,

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности, удостоверению,

от ответчика – ФИО3 по паспорту, доверенности, ФИО4 по паспорту, удостоверению, ФИО5 по паспорту,

от третьих лиц:

от Администрации МО «Зеленоградский ГО» - извещена, явка представителя не обеспечена,

от МО РФ – ФИО6 по доверенности, паспорту,

от ГП КО «Водоканал» - извещено, явка представителя не обеспечена,

от Управления МЧС России по К/о – извещено, явка представителя не обеспечена,

Управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Калининградской области (далее – истец, Управление) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением о взыскании с Федерального казенного учреждения «Войсковая часть 51280 (Управление Балтийского флота) (далее – ответчик, ФКУ «Войсковая часть 51280 (Управление Балтийского флота») с требованием о возмещении вреда, причиненного водному объекту в результате разлива нефтепродуктов (дизельного топлива) с территории в/ч 45752-Е в размере 400 584 658,32 руб.

К участию в деле привлечены, в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Администрация МО «Зеленоградский городской округ», Министерство обороны РФ, ГП КО «Водоканал», Управление МЧС России по Калининградской области (определения суда от 03.08.2020, 12.10.2020, 02.11.2020).

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о дате и времени судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) явку представителей не обеспечили, за исключением МО РФ, в связи с чем, дело рассмотрено в их отсутствие.

В ходе судебного разбирательства представитель истца настаивал на удовлетворении заявленных исковых требований, со ссылкой на доказательства, представленные в материалы дела; пояснил, что ответчиком допущен факт причинения вреда, нанесенного водному объекту в результате разлива нефтепродуктов, таким образом совершено правонарушение, предусмотренное частью 4 статьи 8.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), что подтверждается постановлением суда общей юрисдикции. Представитель истца указывал на отсутствие проекта восстановительных работ, а также реального подтверждения устранения причиненного вреда водному объекту, которое бы было представлено в Управление.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований, просил отказать в иске по мотивам, изложенным в письменном отзыве на иск и дополнениях к отзыву на иск, считает, что нанесение ответчиком ущерба, причиненного водному объекту в результате разлива нефтепродуктов истцом не доказано, ссылка на привлечение к административной ответственности правопредшественника ответчика не может быть принята в качестве допустимого доказательства, поскольку по правилам статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные при рассмотрении административного дела, не обладают признаками преюдициальности, дополнительно указал, что является ненадлежащим ответчиком. Также представитель ответчика полагает, что расчет вреда, произведен истцом неверно, что исключает удовлетворение заявленных требований.

Представитель МО РФ поддержал позицию ответчика.

Истец и ответчик не заявили ходатайства о необходимости предоставления дополнительных доказательств, кроме тех, что были представлены ими в материалы дела. Ходатайств о проведении судебной экспертизы от сторон не поступало. При таких обстоятельствах суд рассматривает дело, исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, с учетом положений статьи 65 АПК РФ.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд

установил:

04.03.2018 произошел аварийный разлив нефтепродуктов на территории войсковой части 45752-Е и попадание нефтепродуктов в водные объекты (мелиоративный ручей/канал, озеро Черное/пруд Колхозный).

По результатам выезда специалиста Управления 05.03.2018 факт поступления нефтепродуктов в водный объект подтвердился.

06.03.2018 Управлением был осуществлен совместный выезд с представителями 73 военной прокуратуры гарнизона в рамках прокурорской проверки на территорию в/ч 45752-Е, где был подтвержден факт поступления нефтепродуктов в результате аварийного пролива топлива на территории склада ГСМ через насосную станцию.

07.03.2018 Управлением в целях принятия дальнейших мер по определению вреда, нанесенного водным объектам, установления факта попадания нефтепродуктов в водохранилище Великое, был произведен дополнительный осмотр территории разлива нефтепродуктов.

В ходе выезда на территорию разлива нефтепродуктов 05.03.2018, 07.03.2018 и 10.03.2018 Управлением в рамках совместной с 73 военной прокуратурой гарнизона проверки совместно со специалистами – экспертами филиала ФГБУ ЦЛАТИ по Северо-Западному ФО – ЦЛАТИ по Калининградской области (аттестат аккредитации № RA.RU.21АБ94 от 19.06.2015) были произведены отборы проб воды (в т.ч. выше и ниже места попадания нефтепродуктов в ручей/канал), пруда Колхозное/озеро Черное (информация о наименовании водных объектов по разным источникам не одинаковая), водохранилища Великое, а также отборы проб донных отложений из канала и пруда, в т.ч. при ведении фото- и видеосъемки, в присутствии начальника склада (по хранению материальных и технических средств службы горючего) в/ч 45752-Е ФИО7, 2 понятых (протоколы отбора проб обследования объектов окружающей среды и объектов производственной среды Управления от 05.03.2018, 07.03.2018, 10.03.2018).

Согласно результатам анализа проб природных вод и донных отложений, отобранных из загрязненных в результате разлива нефтепродуктов с территории войсковой части (письмо ЦЛАТИ по Калининградской области от 12.03.2018 № 43) кратность превышения концентрации нефтепродуктов в воде водных объектов превышает предельно допустимую концентрацию (ПДК) более чем в 3 000 раз (на 05.03.2018).

Управлением было возбуждено дело об административном правонарушении в отношении ФГУ «Управление Балтийского флота» (правопредшественник ответчика) по части 4 статьи 8.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) и проведено административное расследование (определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования от 15.03.2018 № 04-48/1-2018, определение об истребовании сведений, необходимых для разрешения дела об административном правонарушении от 15.03.2018 № 04-48/25-2018).

В ходе осмотров территории разлива нефтепродуктов (акты обследования территории (акватории) на предмет соблюдения природоохранных требований от 05.03.2018, 06.03.2018, 07.03.2018), с учетом данных официального портала Публичной кадастровой карты Росреестра, установлено, что с территории склада ГСМ в/ч 45752-Е (насосная станция № 2) происходит попадание нефтепродуктов (дизельного топлива) в канал, протекающий по территории части (до установления точного типа водного объекта канал в документах именовался как «ручей», протяженность от места разлива до впадения в пруд – 2 км, ширина 1 м, площадь -2 000 м², глубина в среднем 0,3 м). Канал загрязнен нефтепродуктами на всем протяжении, как водная поверхность, так и его берега (специфический запах, желтая окраска снега и воды, на менее загрязненных участках акватории радужная пленка). Нефтепродуктами загрязнен и пруд (также этот водный объект в документах именовался и «озеро», площадь 3 га, наименования согласно разным источникам неодинаковые – Колхозное/Черный), водная поверхность которого у берегов и под льдом имеет явные признаки попадания дизельного топлива. В месте впадения происходит расслаивания на воду и нефтепродукты, т.е. имеет место скопление значительного объема пролившегося дизельного топлива.

Согласно заключениям ЦЛАТИ по Калининградской области по результатам лабораторных исследований, измерений и испытаний, установлено, что концентрация нефтепродуктов в воде водных объектов (канал, пруд) ниже места разлива дизельного топлива в несколько раз превышает нормативы предельно допустимых концентраций химических веществ в воде водных объектов рыбохозяйственного значения (ПДКрх) и гигиенические нормативы предельно допустимых концентраций (ПДК) химических веществ в воде водных объектов хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования.

По данному факту Управление привлекло ФГУ «Управление Балтийского флота» (правопредшественник ответчика) постановлением № 04-48/2018 от 29.05.2019 к административной ответственности по части 4 статьи 8.13 КоАП РФ. Решениями Зеленоградского районного суда Калининградской области от 26.10.2018 по делу №12-111/18 и Калининградского областного суда от 20.12.2018 по делу №7А-452/2018 постановление Управления признано законным и обоснованным.

Управлением на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 13.04.2009 № 87 (далее – Методика) осуществлен расчет размера вреда причиненного водному объекту в результате загрязнения нефтепродуктами, размер которого составил 400 584 658, 32 руб.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия от 26.12.2019 № 12-12/15267 с требованием о погашении указанной суммы вреда, которая оставлена без удовлетворения, в связи с чем, Управление обратилось в арбитражный суд.

Оценивая законность и обоснованность заявленных истцом требований, суд исходит из следующего.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункта 1 статьи 77 Закона № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Закон № 7-ФЗ) юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Об этом же гласит и пункт 3 статьи 77 Закона № 7-ФЗ, что вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя их фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды.

Согласно пункта 1 статьи 78 Закона № 7-ФЗ компенсация вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда.

Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

Нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда.

Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном статьями 15 и 1064 ГК РФ.

По смыслу статьи 1064 ГК РФ для применения такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение вреда необходимо доказать одновременное наличие нескольких условий: факт причинения вреда и его размер, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, его вину, причинно-следственную связь между противоправным деянием и возникшим ущербом. При этом вина причинителя вреда презюмируется.

Согласно статье 1082 ГК РФ способами возмещения вреда являются возмещение вреда в натуре (предоставление вещи того же рода и качества, исправление поврежденной вещи и т.п.) или возмещение причиненных убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 33, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» гражданско-правовая (имущественная) ответственность за вред, причиненный окружающей среде, может возникать в результате нарушения договора в сфере природопользования, а также в результате внедоговорного (деликтного) причинения вреда.

Вред окружающей среде, причиненный юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (пункт 3 статьи 77 Закона N 7- ФЗ).

Вследствие противоправных действий ответчика водному объекту (каналу ВТ-1), был причинен вред, выразившийся в поступлении в него загрязняющего вещества (нефтепродукта – дизельного топлива). Указанное загрязнение водного объекта, возникшее при сбросе вредных веществ в поверхностные воды, создало опасность состоянию окружающей среды и привело к истощению водных ресурсов.

Согласно Приказу Росрыболовства от 18.01.2010 № 20 нефтепродукты являются загрязняющим веществом 3 класса опасности, при их попадании в водный объект происходит негативное изменение качества окружающей среды, что влечет истощение запаса питательных веществ (биогенов), и, как следствие, гибель живых организмов, которым этого вещества не хватает для жизнедеятельности, приводит к последующей деградации.

Таким образом, для подтверждения негативного воздействия на окружающую среду достаточно самого факта фиксации попадания указанных загрязняющих веществ в водный объект.

Судом установлено, что размер вреда, причинённый водному объекту – каналу ВТ-1 как объекту охраны окружающей среды, рассчитывался на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденной Приказом Министерства природных ресурсов Российской Федерации от 13.04.2009 № 87 (Методика).

Размер вреда, причиненный водному объекту вследствие разлива нефтепродуктов (дизельного топлива) с территории в/ч 45752-Е составил согласно расчету истца 400 584 658,32 руб.

Судом установлено, что из представленного расчета размера вреда, причиненного водному объекту как объекту охраны окружающей среды в результате разлива нефтепродуктов следует, что ущерб рассчитывается в соответствии с требованиями части 1 статьи 69 Водного кодекса Российской Федерации от 03.06.2006 №74-ФЗ, Постановления Правительства РФ от 04.11.2006 № 639 «О порядке утверждения методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства», на основании Методики № 87.

Управлением по результатам проведенного административного расследования по части 4 статьи 8.13 КоАП РФ установлено, что юридическим лицом ФГУ «Управление Балтийского флота» - правопредшественником ответчика, допущено нарушение требований к охране водных объектов, а именно: 04.03.2018 на территории войсковой части 45752-Е, входящей в состав ФГУ «Управление Балтийского флота», произошел разлив нефтепродуктов (дизельного топлива) в водный объект: в канал, протекающий по территории части (межхозяйственный канал ВТ-1), впадающий в озеро Черное (пруд Колхозный) в количестве 146,48 т. – в канал, 0,13 т – в озеро (пруд). При этом, согласно письму Военного следственного отдела СК Росси по Зеленоградскому гарнизону от 13.04.2018 № 816, а также постановлению о признании потерпевшим от 12.04.2018, масса разлитого в водные объекты дизельного топлива составила 57 379 кг.

ФГУ «Управление Балтийского флота» - правопредшественником ответчика допущено нарушение требований: части 2 статьи 55, частей 3, 4 статьи 56 Водного кодекса Российской Федерации от 03.06.2006 № 74-ФЗ, части 1 статьи 34, частей 1, 2 статьи 39 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды».

По данному факту был составлен протокол об административном правонарушении от 15.05.2018 № 04-48-2018 по части 4 статьи 8.13 КоАП РФ и вынесено постановление о назначении административного наказания от 29.05.2018 № 04-48-2018.

На основании пункта 13 Методики в случаях загрязнения в результате аварий водных объектов органическими и неорганическими веществами, пестицидами и нефтепродуктами, исключая их поступление в составе сточных вод и (или) дренажных (в том числе шахтных, рудничных) вод, исчисление размера вреда производится по формуле:

У = Квг x Кв x Кин x Кдл x SUM Hi , i=1

где: У - размер вреда, млн. руб.;

Квг, Кв, Кин - коэффициенты, значения которых определяются в соответствии с пунктом 11 Методики;

Кдл - определяется в соответствии с таблицей 4 приложения 1 к Методике;

Hi - такса для исчисления размера вреда при загрязнении в результате аварий водных объектов i-м вредным (загрязняющим) веществом определяется в зависимости от его массы (M) в соответствии с таблицами 5 - 8 приложения 1 к Методике, млн. руб.

На основании изложенного: Квг - коэффициент, учитывающий природно-климатические условия в зависимости от времени года, в соответствии с таблицей 1 Методики составляет 1,25 (март); Кв - коэффициент, учитывающий экологические факторы, в соответствии с таблицей 2 Методики составляет 1,416=1,18х1,2 (в связи с тем, что все количество нефтепродуктов (дизельного топлива) изначально попало в канал ВТ-1, а лишь потом в пруд Колхозный (озеро Черное) Управлением принято решение применять один коэффициент); Кин – коэффициент индексации, учитывающий инфляционную составляющую, в соответствии с пунктом 11.1. Методики составляет 2,378 (письмо Федеральной службы по надзору в сфере природопользования от 31.01.2018 №РН-03-02-36/1860). Кдл - коэффициент, учитывающий длительность негативного воздействия вредных (загрязняющих) веществ на водный объект при непринятии мер по его ликвидации, в соответствии с таблицей 4 Методики составляет 1,1 (разлив нефтепродуктов обнаружен 04.03.2018 в 09:00, сброс нефтепродуктов в водный объект прекратился 04.03.2018 в 11:20).

Масса нефтепродуктов, попавших в водный объект (канал) определена по пункту 24 Методики:

- по результатам инструментальных измерении массы нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ на единице площади и концентрации растворенных или находящихся во взвешенном состоянии под слоем воды разлива нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ с учетом их фонового содержания в воде водного объекта;

- по балансу между количеством нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ, вылившихся в водный объект из емкости с известным объемом и количеством нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ, оставшихся в емкости;

- по показаниям измерительных приборов, используемых при производстве погрузочно-разгрузочных операций.

Масса нефти, нефтепродуктов или других вредных (загрязняющих) веществ, поступивших в водный объект, рассчитанная методом инструментальных замеров, определена по формуле № 14 (п. 24.1) Методики:

Мн=Мнп+Мрн, где:

Мн - масса нефти, нефтепродуктов или других вредных (загрязняющих) веществ, поступивших в водный объект, т;

Мнп - масса пленки нефти, нефтепродуктов или других вредных загрязняющих) веществ, поступивших в водный объект, т;

Мрн - масса растворенных и (или) эмульгированных в воде водного объекта нефти, нефтепродуктов или других вредных (загрязняющих) веществ, т.

Из искового заявления следует, что в связи с наличием ледового покрова на большей части водных объектов и разорванностью пленки нефтепродуктов на свободной ото льда поверхности определить площадь пленки нефтепродуктов не представилось возможным.

Масса растворенных и (или) эмульгированных в воде водного объекта нефти, нефтепродуктов в или других вредных (загрязняющих) веществ определена по формуле № 16 Методики:

Мрн=Срн xV х 10¯6, где

Срн - средняя (из анализов в 4 - 6 точках разлива) концентрация растворенных и (или) эмульгированных в воде водного объекта нефти, нефтепродуктов или других вредных (загрязняющих) веществ под слоем разлива на глубине до 1 м, мг/дм³. В случае обоснованной невозможности определения этого указателя инструментальным методом можно использовать показатели таблицы 16 приложения 1 к Методике (согласно которой концентрация насыщения воды водотока нефтепродуктами составляет 122 г/м³).

V - объем воды в водном объекте, загрязненной растворенными и (или) эмульгированными нефтью, нефтепродуктами или другими вредными (загрязняющими) веществами, м3, определяется по формуле № 17:

V=hxS,

где: h - средняя (не менее 3-х измерений) глубина воды в водном объекте, загрязненной растворенными нефтью, нефтепродуктами и другими вредными (загрязняющими) веществами, м;

S - площадь акватории водного объекта, загрязненной разлитой нефтью, нефтепродуктами или другими вредными (загрязняющими) веществами м;

10¯6 - коэффициент перевода массы вредных (загрязняющих) веществ в т.

Исходя из материалов обследования территории, отбора и анализа проб, отобранных в ближайшие после разлива дни (согласно заключениям ЦЛАТИ по Калининградской области по результатам проведения лабораторных исследований, измерений и испытаний от 12.03.2018 № 11/20-18-ЭА, от 12.03.2018 №11/21-18-ЭА, от 13.03.2018 № 11/24-18-ЭА, от 13.03.2018 № 11/25-18-ЭА, протоколам лабораторного анализа от 12.03.2018 № 01.18.Р, от 12.03.2018 № 70.18.В, от 13.03.2008 № 02.18.Р, от 13.03.2018 № 75.18.В, от 13.03.2018 № 76.18.В, протоколы отбора проб обследования объектов окружающей среды и объектов производственной среды Управления от 05.03.2018, 07.03.2018, 10.03.2018, акты отбора проб для исследования от 05.03.2018 № 01943, от 07.03.2018 № 01944, от 10.03.2018 № 01945, акты обследования территории (акватории) на предмет соблюдения природоохранных требований от 05.03.2018, 06.03.2018, 07.03.2018):

Срнручсй =(2138+974375+4,5+46)/4 = 244140,9 мг/дм3.

Срнпруд =(1,0+14+20+0,65)/4 = 8,9 мг/дм3.

hручсй = (0,2+0,2+0,2+0,5)/4=0,275 м

hпруд =(0,2+0,5+0,5+0,5+0,5)/5=0,4 м

Sручсй = 2000м³

Sпруд = 3 га = 30000 м³

Vручсй = 550 м³

Vпруд = 13200 м³

Следовательно, Мрнручей=244140,9х550х10¯6=134,28т. Мрнпруд=8,9х13200х10¯6=0,12т. Мрнобщеед = 134,4 т.

Согласно заключению экспертов от 27.02.2019 по результатам комплексной бухгалтерской судебной экспертизы по уголовному делу № 11802002011000008, назначенной Военным следственным отделом СК России по Зеленоградскому гарнизону размер недостачи горючего (дизельного топлива), произошедший по причине утечки горючего, составляет 133,816 т.

С учетом возможной погрешности измерений по двум результатам анализа проб воды ЦЛАТИ по Калининградской области наиболее достоверным значением Управлением принято значение, полученной в результате экспертизы по уголовному делу (М = 133,816 т), т.е. на основании линейной интерполяции Hi=86,52 млн.руб.

Таким образом, размер вреда, причиненный в результате разлива нефтепродуктов с территории в/ч 45752-Е в водный объект составляет:

У= 1,25 х 1,416 х 2,378 х 1,1 х 86,52 = 400,58465832 = 400 584 658,32 млн. руб.

При этом, допущенная арифметическая ошибка не повлияла на размер вреда, рассчитанный согласно Методике с применением линейной интерполяции.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее – Пленум № 49) основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

В пункте 18 Пленума № 49 закреплено, что в силу пункта 2 статьи 78 Закона об охране окружающей среды возможность возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды поставлена в зависимость от наличия проекта восстановительных работ, разработанного и утвержденного с соблюдением требований действующего законодательства.

При отсутствии такого проекта суд выносит решение о возмещении вреда в денежной форме.

Проект восстановительных работ, как того требует часть 2 статьи 78 Закона № 7-ФЗ, не был представлен ни истцу, ни в ходе судебного разбирательства, следовательно иной способ нежели возмещение вреда в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды, не предполагается ответчиком.

Судом установлено, что по факту разлива нефтепродуктов (дизельного топлива) в водный объект правопредшественник ответчика привлекался к административной ответственности по части 4 статьи 8.13 КоАП РФ.

Не согласившись с административным наказанием, правопрдшественник ответчика обратился с жалобой в Зеленоградский районный суд Калининградской области.

Решением Зеленоградского районного суда Калининградской области от 26.10.2018 по делу № 12-111/18 в удовлетворении жалобы отказано.

Решением Калининградского областного суда от 20.12.2018 по делу № 7А-452/18 в удовлетворении жалобы отказано. Вина ФГУ «Управление Балтийского флота», предусмотренная частью 4 статьи 8.13 КоАП РФ, а также факты, на основании которых суд общей юрисдикции пришел к своим выводам, - доказаны вступившим в законную силу решением областного суда. Штраф оплачен.

Таким образом, причинение вреда водному объекту (канал ВТ-1 (озеро Колхозное)), в результате разлива нефтепродуктов (дизельного топлива), доказан.

В указанных решениях также дана оценка субъектному составу вменяемого правонарушения.

Суд общей юрисдикции установил, что юридическим лицом на Балтийском флоте является ФГУ «Управление Балтийского флота», которое осуществляет управленческие, обеспечивающие и иные функции для поддержания постоянной готовности воинских частей и подразделений, не входящих в его состав, но стоящих при нем на обеспечении.

Из материалов дела следует, что войсковая часть 45752-Е состоит на обеспечении при ФКУ «Войсковая часть 51280 (Управление Балтийского флота)», что было подтверждено представителем ответчика в судебном заседании, и не является самостоятельным юридическим лицом.

В связи с этим, на ФКУ «Войсковая часть 51280 (Управление Балтийского флота)» лежит ответственность за деятельность в/ч 45752-Е затрагивающую природоохранное законодательство.

Ссылку ответчика на то, что вступившие в законную силу решения судов общей юрисдикции не имеют преюдициального значения для данного дела, суд находит несостоятельной, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Иными словами, факты, установленные вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции, обладают свойством обязательности, выступая элементом законной силы такого судебного акта.

Статьей 6 Федерального Конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», статьей 13 ГПК РФ, статьей 16 АПК РФ императивно закреплено, что вступившие в законную силу судебные акты федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации, а также их законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и другие обращения являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Суд приходит к выводу о том, что вина ответчика доказана вступившим в законную силу решением суда от 26.10.2018, в соответствии с Методикой Управлением был произведен расчет размера вреда.

Довод ответчика о том, что при расчете размера вреда истцом неправомерно использована масса нефтепродуктов в размере 133,816 т., поскольку указанное количество дизельного топлива является недостачей по результатам бухгалтерской экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, и не является равной массе нефтепродуктов, попавших в водные объекты, не может быть принят судом ввиду следующего.

Согласно пункту 24 Методики масса нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ, попавших в водный объект, за исключением их сбросов в составе сточных вод и (или) загрязненных дренажных (в том числе шахтных, рудничных) вод, определяется несколькими способами, в том числе:

- по результатам инструментальных измерений массы нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ на единице площади и концентрации растворенных или находящихся во взвешенном состоянии под слоем воды разлива нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ с учетом их фонового содержания в воде водного объекта;

- по балансу между количеством нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ, вылившихся в водный объект из емкости с известным объемом и количеством нефти, нефтепродуктов и других вредных (загрязняющих) веществ, оставшихся в емкости;

- по показателям измерительных приборов, используемых при производстве погрузочно-разгрузочных операций.

Истец, на основании пунктов 24, 24.1 Методики, исчислил массу поступивших в водный объект нефтепродуктов в т.ч. методом инструментальных замеров.

В рассматриваемом случае, Управлением было применено указанное значение, полученное в результате экспертизы по уголовному делу (М = 133,816 т) на основании линейной интерполяции Hi=86,52 млн.руб., исходя из возможной погрешности измерений по двум результатам анализа проб воды ЦЛАТИ по Калининградской области. Расчет размера вреда, причиненного водному объекту выполненный специалистами Управления в соответствии с Методикой и согласованный с Центральным аппаратом Росприроднадзора, судом проверен и признан обоснованным, поскольку отбор проб выполнялся согласно ГОСТ, что подтверждено протоколами отбора, подписанными представителем ответчика. При этом, допущенная арифметическая ошибка не повлияла на конечный результат размера вреда, рассчитанного согласно Методике с применением линейной интерполяции.

Ответчиком представлен контррасчет вреда, причиненного водному объекту в зависимости от объема разлитого нефтепродукта на 133,816 т, на 1,530 т и на 0,45 т.

Однако материалы дела не содержат доказательств того, что какая-либо часть нефтепродуктов осталась на территории войсковой части (насосной станции).

Ссылка ответчика на невозможность определения объема канала ВТ-1 и пруда Колхозное в виду их отсутствия в государственном водном реестре, судом отклонена. Как следует из пояснений представителя истца и подтверждается материалами дела, объем водных объектов был определен Управлением инструментальным методом и не оспорен ответчиком.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика пояснил, что ФКУ «Войсковая часть 51280 (Управление Балтийского флота) произвело затраты, направленные на ликвидацию последствий причиненного вреда водному объекту в результате разлива нефтепродуктов (применен сорбент «Нефтесорб» для сбора разливов нефтепродуктов с поверхности воды в количестве 1000 кг стоимостью 190 000 руб. и биопрепарат для ликвидации загрязнения почв в количестве 250 кг стоимостью 57 500 руб.).

В пункте 12 Пленума № 49 определяется, что вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению в полном объеме (пункт 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды, статья 1064 ГК РФ). Суд вправе уменьшить размер возмещения вреда, причиненного окружающей среде, с учетом его имущественного положения, кроме случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (пункт 3 статьи 1083 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 15 Пленума № 49 и положениям пункта 8, абзаца третьего пункта 14 Методики размер причиненного окружающей среде вреда подлежит уменьшению на величину фактических затрат, произведенных виновником причинения вреда, на мероприятия и работы по устранению такого вреда. При этом к таким мероприятиям и работам относятся, в том числе мероприятия по предупреждению распространения загрязнения на другие участки водного объекта или на другие водные объекты; сбор, удаление, утилизация вредных (загрязняющих) веществ, нефти, нефтесодержащих веществ, отходов производства и потребления, фильтрующего материала и иных материалов, использованных при ликвидации последствий нарушения водного законодательства; мероприятия по предотвращению попадания в водный объект вредных (загрязняющих) веществ и отходов с водосборной площади; мероприятия по очистке и восстановлению водоохранных зон и прибрежных защитных полос водных объектов.

Доказательств имущественного положения ответчиком в материалы дела не представлено.

Как усматривается из материалов дела, в целях ликвидации последствий разлива нефтепродуктов в водный объект ответчик провел ряд работ, направленных на уборку нефтепродуктов с поверхности водных объектов, и представил в материалы дела доклад о выполнении мероприятий по очистке территории в/ч 45752-Е и прилегающей к озеру Колхозное территории и дорожную карту, утвержденную 26.03.2020.

Исходя из представленных ответчиком доказательств, суд приходит к выводу о том, что фактически понесенные ответчиком затраты на устранение причиненного вреда водному объекту не могут быть приняты к зачету, в связи с тем, что данные затраты не направлены на удаление нефтепродуктов непосредственно из воды, а также в материалы дела не представлен план восстановительных работ, указанные обстоятельства имеют важное значение для разрешения спора по существу.

Согласно пункту 6 Методики исчисление размера вреда основывается на компенсационном принципе оценки и возмещения размера вреда по величине затрат, необходимых для установления факта причинения вреда и устранения его причин и последствий, в том числе затрат, связанных с разработкой проектно-сметной документации, и затрат, связанных с ликвидацией допущенного нарушения и восстановлением состояния водного объекта до показателей, наблюдаемых до выявленного нарушения, а также для устранения последствий нарушения. Помимо восполнимого экологического вреда, который характеризуется возможностью восстановления нарушенного состояния природной среды, в результате хозяйственной деятельности окружающей среде может быть причинен трудновосполнимый и невосполнимый вред. Проявление последствий причинения вреда окружающей среде в силу своей природы не может иметь четко определенных ни временных, ни пространственных границ. Последствия причиненного окружающей среде вреда могут быть отдалены на несколько лет и распространяться на значительное географическое пространство.

Следовательно, условный характер определения вреда окружающей среде, используемый в методиках исчисления размера вреда, основывается на признании необходимости особой охраны окружающей среды и ее компонентов, а также объективной невозможности его точной оценки в силу неопределенности последствий причиняющего воздействия.

Согласно пункту 7 Пленума № 49 в случае превышения юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями установленных нормативов допустимого воздействия на окружающую среду предполагается, что в результате их действий причиняется вред (статья 3, пункт 3 статьи 22, пункт 2 статьи 34 Закона об охране окружающей среды).

Бремя доказывания обстоятельств, указывающих на возникновение негативных последствий в силу иных факторов и (или) их наступление вне зависимости от допущенного нарушения, возлагается на ответчика.

При этом указанный подход прямо корреспондирует принципу экологической опасности, установленному статьей 3 Закона № 7-ФЗ.

В соответствии с позицией Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2011 № 1743-О-О, окружающая среда, будучи особым объектом охраны, обладает исключительным свойством самостоятельной нейтрализации негативного антропогенного воздействия, что в значительной степени осложняет возможность точного расчета причиненного ей ущерба. Учитывая данное обстоятельство, законодатель определил, что вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды.

При рассмотрении дела судом учтена позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в постановлении от 02.06.2015 № 12-П, а также пункты 14 и 15 Пленума № 49, в которых разъяснены порядок и критерии определения судами размера возмещения вреда, а также условия учета затрат, понесенных лицом, причинившим вред окружающей среде.

В рассматриваемом случае ответчиком не представлены достоверные доказательства, подтверждающие, что затраты связаны с восстановлением нарушенного состояния водного объекта, а не осуществлены ответчиком с целью исполнения возложенных на него законом обязанностей как природопользователя.

Ссылка ответчика на решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 12.03.2020 по уголовному делу № 1-23/2020, согласно которого, последствия утечки дизельного топлива требуют проведения рекультивационных мероприятий объектов окружающей среды, в целях улучшения экологической ситуации стоимостью 46 850 327,54 руб. судом оставлена без внимания, поскольку в описательной части указанного решения суда идет речь исключительно о стоимости проведения рекультивационных мероприятий объектов окружающей среды, в целях улучшения экологической ситуации, что не может рассматриваться как возмещение вреда, причиненного водному объекту в результате нарушения законодательства в области охраны окружающей среды.

Судом также учтено, что в ходе судебного разбирательства истцом представлены доказательства того, что вред, причиненный окружающей среде (водному объекту) не ликвидирован, что подтверждается заключением экспертной организации от 14.09.2020 № 11-57-20-ЭА по результатам экспертного сопровождения в рамках обеспечения федерального государственного экологического надзора ЦЛАТИ по Калининградской области. По результатам проведения повторных лабораторных исследований, измерений и испытаний от 18.08.2020 № 01.20.1150, от 18.08.2020 № 04.20.66, от 18.08.2020 № 04.20.67 по результатам химического анализа, проведенного по результатам исследования проб воды и донных отложений, отобранных ЦЛАТИ по Калининградской области установлено, что концентрация нефтепродуктов в воде водных объектов (канала, пруда) ниже места разлива дизельного топлива в несколько раз превышает нормативы предельно допустимых концентраций химических веществ в воде водных объектов рыбохозяйственного значения (ПДКрх) и гигиенические нормативы предельно допустимых концентраций (ПДК) химических веществ в воде водных объектов хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования.

Кроме того, по результатам рейдового мероприятия в рамках обеспечения федерального государственного экологического надзора проведенного Управлением и повторных лабораторных исследований, измерений и испытаний от 18.08.2020 № 01.20.1150, от 18.08.2020 № 04.20.66, от 18.08.2020 № 04.20.67 по результатам химического анализа, проведенного по результатам исследований, установлено, что концентрация нефтепродуктов в пробе почв № 1 превышает фоновую концентрацию в 7,91 раза, в пробе почв № 2 - в 1,64 раза, в пробе почв № 3 - в 10,4 раза.

Более того, государственным инспектором 25.08.2020 и специалистом ЦЛАТИ в ходе рейдовой проверки озера Черное/пруда Колхозный, канала ВТ-1, водохранилища Великое и повторного осмотра территории попадания нефтепродуктов (дизельного топлива) в канал, протекающий по территории части установлено, что берега канала загрязнены нефтепродуктами на всем протяжении (специфический запах, желтая окраска почвы), образовавшиеся в следствии как разлива нефтепродуктов, так и в результате проведенных работ Управлением Балтфлота (в рамках возмещения вреда, путем проведения работ по восстановлению состояния окружающей среды) по очистке загрязненных акваторий водных объектов в период, с момента разлива топлива до настоящего времени (в отдельных местах вдоль берега наблюдается скопление значительного объема дизельного топлива, перемешанного с почвой и донными отложениями, ранее извлеченными из водных объектов).

Таким образом, негативное влияние разлива нефтепродуктов (дизельного топлива) с территории в/ч 45752-Е в водный объект подтверждается лабораторными испытаниями и экспертными заключениями.

Из представленных истцом доказательств следует, что отборы проб для - лабораторных исследований проведены специально уполномоченным и аккредитованным в качестве испытательной лаборатории ЦЛАТИ по Калининградской области; истцом подтверждена документально область аккредитации указанного учреждения; представлены свидетельства об аттестации экспертов. Из актов обследования и отбора проб следует, что специалистами забирались не только пробы воды в месте попадания нефтепродуктов в водный объект, но и пробы донного грунта для всесторонности исследований.

Оснований не доверять результатам экспертных исследований ЦЛАТИ по Калининградской области у суда не имеется.

Ссылки ответчика на историческую справку и описание разрушений в складе горючего в Другенене (Переславское), указывающую на повреждение топливных резервуаров и трубопроводов в период военных действий в 1945 году на территории немецкого военного склада ГСМ не могут служить основанием для признания представленных истцом доказательств недостоверными, при том, что нарушения при отборе проб воды ответчиком документально не подтверждены. Не представлены и доказательства того, что ранее 2018 года на спорной территории имелись превышения ПДК химических веществ.

К представленным ответчиком доказательствам об отсутствии ущерба водной среде (заключение сторонних специалистов, результаты исследований, экспертное заключение по результатам лабораторных испытаний проб воды, а также заключение специалистов АтланНИРО о проведении исследования проб воды и донных отложений, отобранных представителями ответчика (без участия сотрудников Росприроднадзора)) суд относится критически.

Обобщенные результаты лабораторных анализов АтланНИРО, проведенные на территории в/ч 45752 и на территории, прилегающей к озеру Колхозное, канала ВТ-1 в период с 07.03.2018 по 12.08.2020 основаны на отборе проб воды и донных отложений, проводенных специалистами АтлантНИРО, вместе с тем отсутствуют данные о наличии сертификатов об обучении правил отбора проб и подготовки образцов для испытаний в лабораториях, либо сведения о том, что указанные лица являются сотрудниками аккредитованной лаборатории в области отбора проб воды и донных отложений.

Указанные исследования не приняты судом во внимание, поскольку Методика определения размера вреда, причиненного водному объекту в результате сброса нефтепродуктов, не устанавливает требований о необходимости подтверждения качественного ухудшения водного объекта.

Суд, проанализировав материалы дела и положения статей 1064 ГК РФ, статей 3, 44, 35, 55, 56, ВК РФ, статей 22, 34, 75, 77, 78 Закона об охране окружающей среды, пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 21, пунктов 6, 7, 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49, пунктов 6, 11,24 Методики № 87, правовых позиций, сформулированных Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 21.12.2011 № 1743-О-О и постановлении от 02.06.2015 № 12-П, а также содержащихся в решении Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2015 № АКПИ15-249, учитывая, что ответчиком вред в добровольном порядке в установленный срок не возмещен, пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Согласно пункту 16 постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 49 присужденные судом суммы компенсации по искам о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов, городских округов, городских округов с внутригородским делением, городов федерального значения Москвы, Санкт-Петербурга и Севастополя по месту причинения вреда окружающей среде по нормативу 100 процентов (абзац второй пункта 6 статьи 46 Бюджетного кодекса Российской Федерации). Привлечение соответствующих финансовых органов к участию в деле не является обязательным.

Иски о компенсации вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, могут быть предъявлены в течение двадцати лет (часть 3 статьи 78 Закона об охране окружающей среды).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 170, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с федерального казенного учреждения «Войсковая часть 51280 (Управление Балтийского флота) в пользу Северо-западного межрегионального управления Росприроднадзора сумму ущерба, причиненного водному объекту в результате разлива нефтепродуктов (дизельного топлива) с территории военной части 45752-Е в размере 400 584 658,32 рублей, в доход федерального бюджета госпошлину за рассмотрение иска в размере 200 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья А.В. Брызгалова