Постановление от 21 марта 2024 г. по делу № А55-5821/2021

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-20665/2023

Дело № А65-5821/2021
г. Самара
21 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 21 марта 2024 года


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В.,

судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

с участием:

финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 – паспорт (лично),

от ФИО2 – ФИО4 доверенность от 19.03.2021, паспорт,

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 06 марта 2024 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 15 ноября 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТК Паритет»,


УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 14.02.2022 общество с ограниченной ответственностью «ТК Паритет» ИНН <***>, ОГРН <***>, признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре конкурсного производства отсутствующего должника. Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «ТК Паритет» утвержден ФИО6, член СРО «ААУ «Паритет».

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, в котором просил привлечь ФИО2, ФИО7, ФИО8, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТК «Паритет», просил взыскать денежные средства в размере 434 786 076,61 руб. солидарно.

Конкурсный управляющий представил уточненное заявление, согласно которому просил: привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТК «Паритет», взыскать с ФИО5 в пользу ООО ТК «Паритет» денежные средства в размере 493 581 226,28 руб.

Уточнения приняты судом в порядке ст.49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.11.2023 в удовлетворении заявления, отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 - ФИО3 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить.

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая, что из показаний ФИО5 от 30.03.2021 следует, что именно она готовила фиктивные договоры с контрагентами должника, включала фиктивные счета-фактуры в книги покупок ООО "Транспортная Компания Паритет", а затем и в ООО «ТК Паритет» на основании которой формировала налоговую декларацию по НДС, подписывала налоговые декларации при помощи ЭЦП ФИО7, а затем и ФИО8, после чего направляла их в налоговые органы. Выявленные в ходе налоговой проверки нарушения при ведении финансовой отчетности должника свидетельствуют о нарушениях, допущенных непосредственно бухгалтером ФИО5 Являясь ответственным лицом за ведение бухгалтерского и налогового учета, она намеренно включала в налоговые и бухгалтерские регистры недостоверную информацию на основании которой составлялась налоговая отчетность. Финансовый управляющий полагает, что действия бухгалтера ФИО5 были направлены на причинение ущерба бюджетной системе.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2023 апелляционная жалоба, оставлена без движения.

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 06.03.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

29.02.2024 от конкурсного управляющего ФИО6 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.

Представитель ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, при обращении с заявленными требованиями и уточнениям к ним (в суд поступили 03.05.2023, 29.05.2023, 03.11.2023 и 08.11.2023) конкурсный управляющий указывал на то, что в ходе рассмотрения заявления УФНС России по Самарской области привлечении бывших руководителей к субсидиарной ответственности, в материалы дела от УФНС России по Самарской области представлен Протокол допроса от 30.03.2021 ФИО5, из которого следует, что она работала в качестве бухгалтера, в том числе в ООО ТК "Паритет". Для оптимизации налогообложения бизнес процессов, она привлекла своего знакомого ФИО9, который предложил ей методы по фактическому обналичиванию денежных средств.

В связи с тем, что первичные документы ФИО9 в адрес ФИО5 не предоставлялись, она самостоятельно приняла решение по изготовлению документов, для последующего их использования при подаче налоговых деклараций в налоговый орган. Кроме того, ею были изготовлены фиктивные договора с контрагентами, на поставку товаров.

Используя ЭЦП ФИО7 и ФИО8, ею подписывались и подавались в налоговый орган декларации по НДС, в которых были заявлены налоговые вычеты, уменьшающие налоговую базу.

Впоследствии, при проведении выездной налоговой проверки, первичные документы, составленные ФИО5 были признаны недостоверными, судами установлено отсутствие реальных взаимоотношений между ООО ТК "Паритет" и контрагентами, что привело к доначислению налогов, штрафов, пени, а впоследствии банкротству ООО ТК "Паритет".

В связи с изложенным обстоятельствами, конкурсный управляющий указывал на наличие в действиях ФИО5 в ходе исполнения обязанностей бухгалтера должника признаков недобросовестности в связи с чем, просил суд привлечь к субсидиарной ответственности данное лицо по обязательствам должника на сумму 434 786 076,61 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В силу абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Вышеуказанные ходатайства в ходе рассмотрения настоящего заявления конкурсного кредитора лицами, участвующими в деле не заявлялись.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве". Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Учитывая, что конкурсным управляющим вменялись в вину ответчика действия (бездействие), совершенные в период 2015-2017 гг., суд пришел к выводу о том, что в настоящем споре подлежат применению положения о субсидиарной ответственности в редакции Закона о несостоятельности (банкротстве), действовавшей на момент совершения вменяемых в вину действий.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Таким образом, учитывая дату предъявления заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и период вменяемого бездействия, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма от 27.04.2010, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности, а именно - статья 10 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ).

Как отмечено высшей судебной инстанцией (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760), предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении N 53.

В соответствии с абзацем первым п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Согласно абз. 3 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям); 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки); 3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (далее - критерии; пункты 3, 16, 21, 23 постановления N 53). Данная правовая позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 по делу N 307-ЭС19-18723 (2,3), N А56-26451/2016.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как указано в пунктах 3 и 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица.

Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.

Таким образом, доказыванию по настоящему спору подлежат обстоятельства контроля над должником, совершения ответчиком конкретных неправомерных действий, приведших к объективному банкротству должника и невозможности удовлетворения требований кредиторов, и наличия причинно-следственной связи между их действиями и данными последствиями.

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий указывает, что ФИО5 являлась контролирующим должника лицом, ссылаясь на протоколы допроса свидетеля, которые даны в рамках уголовного дела №12002007703000232.

Как следует из представленных в материалы дела документов, основанием возникновения задолженности ООО «ТК «Паритет» ИНН <***>, включенных в реестр требований кредиторов должника решением от 14.02.2022 по делу № А55-5821/2021, является неуплата сумм обязательных налоговых платежей, начисленных по результатам выездной налоговой проверки за период деятельности ООО «ТКП» ИНН <***> (правопредшественник, присоединено к Должнику 07.06.2017) и ООО «ТК «Паритет» ИНН <***> с 01.01.2015 по 31.12.2017, проводившейся ИФНС России по Железнодорожному району г. Самары в период с 20.02.2018 по 16.10.2018.

Решением № 1159 от 02.10.2019 о привлечении ООО «ТК Паритет» ИНН <***> к ответственности за совершение налогового правонарушения.

По результатам выездной налоговой проверки установлено нарушение ООО «ТК Паритет» п. 1 ст. 54.1, п. 1 ст. 169, п. 1, пп.1 п.2 ст. 171, п. 1 ст. 172, ст. 252 Налогового кодекса Российской Федерации в форме неправомерного принятия налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и расходов по налогу на прибыль, что повлекло за собой неполную уплату налогов в сумме 314 272 420 рублей. За несвоевременную уплату налогов в соответствии со ст. 75 НК РФ начислены пени в сумме 97 624 184 рублей. Также Общество привлечено к налоговой ответственности предусмотренной п. 3 ст. 122 НК РФ, сумма штрафа составила 24 502 542 рублей.

Как следует из материалов дела, срок уплаты обязательных платежей, подлежащего уплате в бюджет, установленный законодательством о налогах и сборах, на которые ссылается в своем заявлении уполномоченный орган, установлен до 27.04.2015 (наиболее раннее) и до 28.03.2018 (наиболее позднее).

Из представленной копии протокола допроса ФИО5 от 30.03.2021 следует, что она работала в качестве бухгалтера в организациях, подконтрольных ФИО2, в том числе в ООО ТК «Паритет».

Также конкурсный управляющий со ссылкой на тот же протокола допроса ФИО5 от 30.03.2021 указывает, что для оптимизации налогообложения бизнес- процессов, она привлекла своего знакомого ФИО9, который предложил ей методы по фактическому обналичиванию денежных средств.

В связи с тем, что первичные документы ФИО9 в адрес ФИО5 не предоставлялись, она самостоятельно приняла решение по изготовлению документов, для последующего их использования при подаче налоговых деклараций в налоговый орган. Кроме того, ею были изготовлены фиктивные договора с контрагентами, на поставку товаров.

Используя ЭЦП ФИО7 и ФИО8 СВ., ею подписывались и подавались в налоговый орган декларации по НДС, в которых были заявлены налоговые вычеты, уменьшающие налоговую базу.

Впоследствии, при проведении выездной налоговой проверки, первичные документы, составленные ФИО5 были признаны недостоверными, судами установлено отсутствие реальных взаимоотношений между ООО ТК «Паритет» и контрагентами, что привело к доначислению налогов, штрафов, пени, а впоследствии и к банкротству ООО ТК «Паритет».

Также, как следует из Протокола дополнительного допроса свидетеля от 30.03.2021:

...« (стр. 3 Протокола) В июне 2005г, когда я являлась главным бухгалтером ЗАО «Транском» я познакомилась с ФИО2, так как последний являлся и руководителем, и учредителем данной организации. Между нами сложились нормальные рабочие и доверительные взаимоотношения. В мои непосредственные должностные обязанности как гласного бухгалтера входило отражение в учёте реализации, расчет НДС, налога на прибыль, транспортный налог и налог на имущество, бухгалтерский баланс и в общем контроль всего финансового состояния организации.

Все последующие организации, в которых я работала, а именно: ООО «Транском», ООО «ТрансЭксперсс», ООО «РосТрансЭкспресс», ООО «Ространсэкспресс». ООО «ТрансРегион», ООО «ВЕК», ООО «СКК» были напрямую подконтрольны ФИО2

Кроме того, ФИО2 были подконтрольны ООО «Транспортная компания Паритет», ООО «ТК Паритет», ООО «Путеец», ООО «ПСВ». Во всех перечисленных организациях я также фактически выполняла обязанности главного бухгалтера, но делала это неофициально, по указанию ФИО2

Фактически я работала на ФИО2, поэтому, как только он отрывал ту или иную организацию, то давал мне указание приступать к осуществлению функций главного бухгалтера в этой организации.

...(стр. 7,8 Протокола) далее я включала вышеуказанные фиктивные счета-фактуры в книги покупок ООО «Транспортная компания Паритет», а затем и в ООО «ТК Паритет», на основании которой формировала налоговую декларацию по НДС, в которую в том числе вышеуказанные фиктивные счета-фактуры.

Затем я подписывала налоговые декларации при помощи ЭЦП ФИО7, а затем и ФИО8, после чего направляла их в налоговые органы по телекоммуникационным каналам связи. Все это я делала исключительно по указанию ФИО2

Затем в начале 2018 года на ООО «ТК паритет» пришла выездная налоговая проверка, вскрыла данную схему уклонения от уплаты налогов, выявила налоговую недоимку в размере около 400 млн. рублей».

Со ссылкой на разъяснения, приведенные в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда, Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 01.06.1996 №6/8, заявитель полагает, что указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии подконтрольности ООО ТК «Паритет» ФИО5

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 3 постановления Пленума N 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Заявителем не указано, каким образом ФИО5 не являясь ни руководителем, ни учредителем должника, могла оказывать влияние на деятельность должника. Довод о том, что обстоятельством, отражающим наличие контроля над должником и осведомленности о его финансовом состоянии, является составление фиктивной документации, по указанию признанных контролирующими должника лиц, судом отклоняется, поскольку приведенные доводы без указания степени вовлеченности ФИО5 в процесс управления должником, и доказательств того, насколько значительным было ее влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника, не могут служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, ответственность за искажение бухгалтерской документации, по общему правилу, возлагается на руководителя организации и только в случае установления осуществления определяющего влияния на руководителя со стороны бухгалтера последний может быть привлечен к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве как лицо, контролирующее должника.

Между тем, доказательств того, что ФИО5 имела определяющее влияния на руководителей должника, самостоятельно производила искажение бухгалтерской отчетности, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, в материалы дела не представлено.

Ответчик не входил в коллегиальный орган управления должника, не являлся его единоличным исполнительным органом.

Кроме того, суд учитывал, что ФИО5 не обладала правом подписи банковских и финансовых документов.

Согласно пункту 21 Постановления N 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Доказательств того, что изготовление фиктивной документации явилось причиной банкротства должника, с учетом того, что данными действиями контролирующие лица должника фактически осуществляли сокрытие заведомой неспособности должника исполнять обязательства перед бюджетом, которая сложилась в результате выбранного недобросовестного способа ведения хозяйственной деятельности, в материалы дела также не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности статуса контролирующего должника у ответчика, в связи с чем, признал заявление не подлежащим удовлетворению.

При этом суд руководствовался правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 12.09.2023 N 307-ЭС18-15392(9,10) по делу N А56-67582/2015.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, считает выводы суда первой инстанции соответствующими фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Согласно пункту 7 постановления Пленума N 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 22.06.2020 N 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу абзаца третьего пункта 16 постановления Пленума N 53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ конкурсный управляющий не представил в материалы дела допустимых и достоверных доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что ФИО5 получила какую-либо личную выгоду из совершенных сделок, или имела более широкие полномочия, чем предполагали функции занимаемой ею должности бухгалтера, а именно, имела возможность распоряжаться денежными средствами, давать указания об их перечислении, а также о возможности ФИО5 оказывать влияние на действия руководителя должника.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции оснований для иной оценки выводов суда не находит.

Каких-либо мотивированных доводов в отношении ФИО5 апелляционная жалоба не содержит.

Между тем, апелляционный суд учитывает, что определением Арбитражного суда Самарской области от 10.04.2023 удовлетворено заявление ФНС России о привлечении субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО2, ФИО7, ФИО8. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности ООО ТК "Паритет", производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2023 и Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 28.09.2023 - определение Арбитражного суда Самарской области от 10.04.2023 оставлено без изменения, судебный акт вступил в законную силу.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на рассмотрение в Железнодорожном суде г.Самары уголовного дела в отношении группы лиц (ФИО2, ФИО9, ФИО5), которым предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного абз. "а", "б", ч. 2 ст. 199 УК РФ является преждевременной, поскольку в настоящее время в отношении ФИО5 не вынесено обвинительного приговора, вступившего в законную силу.

При этом апелляционный суд отмечает, что заявитель при наличии к тому безусловных оснований и подтверждающих их документальных доказательств, впоследствии не лишен права обратиться в арбитражный суд первой инстанции с заявлением о пересмотре обжалуемого судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в порядке ст. 311 АПК РФ.

Таким образом доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон и фактических обстоятельств дела, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 15 ноября 2023 года по делу № А55-5821/2021 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий А.В. Машьянова



Судьи Д.К. Гольдштейн



Я.А. Львов