Постановление от 22 сентября 2025 г. по делу № А56-50402/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-50402/2022
23 сентября 2025 года
г. Санкт-Петербург
Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Сотова И.В. судей Серебровой А.Ю., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ворона Б.И.

при участии:

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 05.09.2025 г. от ф/у: ФИО3 по доверенности от 27.05.2025 г.

от ПАО «Банк «Санкт-Петербург»: ФИО4 по доверенности от 30.05.2024 г. от АО «Россельхозбанк»: ФИО5 по доверенности от 13.11.2024 г.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-20271/2025) ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2025 г. по делу № А56-50402/2022, принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего по итогам процедуры реализации имущества гражданина, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6

установил:

ФИО6 (далее – должник, ФИО1) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротстве).

Определением арбитражного суда от 31.10.2022 г. заявление должника признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО7.

Решением арбитражного суда от 29.03.2023 г. ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации

имущества должника, финансовым управляющим также утверждена ФИО7.

Определением от 07.07.2025 г., вынесенным по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего об итогах реализации имущества должника и соответствующего ходатайства, суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества гражданина с прекращением полномочий управляющего и отказом в освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит определение от 07.07.2025 г. отменить в части отказа в применении в отношении нее правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, полагая, что разночтения в документах, представленных ей при взятии кредитов, не свидетельствуют о ее недобросовестности, ссылаясь в этой связи на отсутствие каких-либо судебных актов, которыми признан факт такой недобросовестности, а также указывая, что после взятия кредитных обязательств должник какое-то время их исполняла (вносила платежи) и кроме того, настаивая на том, что банки, как профессиональные участники соответствующих правоотношений, могли проверить финансовое состояние должника на момент взятия кредитов вне зависимости от сведений, которые она предоставила сама.

В суд от конкурсных кредиторов ПАО «Банк «Санкт-Петербург» и АО «Россельхозбанк» поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых данные кредиторы против удовлетворения жалобы возражают, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов и их несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

При этом в приобщении отзыва финансового управляющего к материалам дела апелляционным судом отказано - ввиду его несвоевременного предоставления и без доказательств отправки другим сторонам.

В судебном заседании апелляционного суда представитель должника поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить в обжалуемой части.

Представитель финансового управляющего поддержала позицию апеллянта.

Представители кредиторов ПАО «Банк «Санкт-Петербург» и АО «Россельхозбанк» против удовлетворения жалобы возражали по мотивам, изложенным в отзыве.

Поскольку заявитель в апелляционной жалобе указывает на обжалование судебного акта только в части отказа в освобождении ее от дальнейшего исполнения обязательств, а иные лица не заявили возражений по поводу обжалования определения в иной части (завершения процедуры реализации), то суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) только в обжалуемой части.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с

особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В частности, как установлено пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона, а в соответствии с пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве, реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Поскольку цель реализации имущества гражданина заключается в соразмерном удовлетворении требований кредиторов, финансовому управляющему необходимо в период процедуры реализации имущества гражданина сформировать конкурсную массу, реализовать имущество должника и после получения денежных средств произвести расчеты с кредиторами. Основанием для завершения процедуры реализации имущества гражданина является наличие обстоятельств, свидетельствующих об осуществлении всех мероприятий, необходимых для завершения реализации имущества гражданина, установленных Законом о банкротстве.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, по общему правилу, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление N 45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестному должнику предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на него большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов. При этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В этой связи освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В частности, в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при

банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 N 1360-О).

В этой связи в пунктах 45 и 46 Постановления N 45 разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 постановления Пленума N 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая

действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений в их совокупности и взаимосвязи следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Применительно к вопросу об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств при завершении процедуры банкротства это означает, что такой отказ должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Поскольку целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (правовая позиция в определении Верховного Суда РФ от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013).

В данном случае, отказывая в применении к должнику правила об освобождении от обязательств, суд первой инстанции, помимо прочего, сослался на предоставление должником при взятии кредита в ПАО «Банк «Санкт-Петербург» и АО «Россельхозбанк» недостоверных сведений о доходах.

В частности, обращаясь в ПАО «Банк «Санкт-Петербург» с заявлением о выдаче кредита, ФИО1 указала, что ее доход по основному месту работы в ООО «КМС» составляет 142 630 руб., а при взятии кредита в АО «Россельхозбанк»

- в сумме 196 033, 54 руб. однако, как сослалась сама должник в заявлении о признании себя банкротом, причиной ее обращения в суд с этим заявлением послужила потеря постоянного дохода (увольнение), при том, что согласно сведениями из приложенной к заявлению трудовой книжки, ФИО1 из ООО «КМС» была уволена 31.01.2022 г. (т.е. всего через несколько дней после принятия на себя кредитных обязательств), а документы, подтверждающие доход в указанном в заявлениях о выдаче кредита размере, должником в материалы дела не представлены.

Более того, суд первой инстанции также установил, что должник в течение крайне незначительного периода времени (с 20.01 по 27.01.2022 г.) получила кредиты в семи банках (ПАО «Банк «Санкт-Петербург», АО «Россельхозбанк», АО «Альфа-Банк», АО «Русский Стандарт», АО «Газпромбанк», АО «Локо-Банк» и ПАО «МКБ») на общую сумму свыше 14 000 000 руб., при этом она не раскрыла не только цели взятия на себя столь значимых обязательств, но и наличие у нее

возможности исполнять их в дальнейшем - с учетом того, что ФИО1 уволилась с последнего места работы по собственной инициативе через 4 дня после получения вышеуказанных кредитных средств в различных кредитных организациях, следовательно, как верно сослался суд, должник, принимая на себя перечисленные обязательства, не имела намерения их исполнять, о чем в частности, свидетельствует и отсутствие в дальнейшем каких-либо значительных погашений (платежей) по спорным кредитным обязательствам, при том, что подавляющую часть требований кредиторов, включенных в процедуре банкротства в реестр требований кредиторов, как раз и составляет задолженность по кредитам перед перечисленными банками.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, а также возражения кредиторов ПАО «Банк «Санкт-Петербург» и АО «Россельхозбанк», учитывая получение должником кредитных денежных средств в короткий промежуток времени, пришел к правомерному выводу о том, что указанное позволило должнику исключить возможность проверки кредиторами при этом кредитной истории за счет одновременного параллельного обращения к различным кредитным организациям, поскольку на момент получения должником каждого из кредитов сведения о предшествующих кредитах, полученных в непродолжительный период времени до этого (в тот же день), не могли быть занесены в бюро кредитных историй, т.к. указанные сведения направляются кредитными организациями в срок, не превышающий пяти рабочих дней со дня ее формирования (пункт 3.7 статьи 5 Федерального закона от 30.12.2004 N 218-ФЗ «О кредитных историях»), что свидетельствует о том, что должник не могла не понимать содержание своих действий, которые, в свою очередь, в настоящем случае не могут быть признаны добросовестным заблуждением относительно собственных финансовых возможностей.

Таким образом, суд первой инстанции, исходя из того, что подобное поведение должника, выраженное в последовательном наращивании задолженности в незначительный период времени, а именно - подаче заявок на получение кредитов и заключении в короткий промежуток времени нескольких кредитных договоров в различных кредитных учреждениях, свидетельствует о том, что должник осознанно ввела в заблуждение банки относительно уровня своей кредитоспособности, скрыла сведения об объеме обязательствах и сделала невозможным проведение банками полноценной оценки кредитных рисков, в том числе получить актуальную информацию в бюро кредитных историй, что не может быть признано добросовестным и приемлемым для получения привилегий посредством банкротства, а также является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), правомерно не применил правила освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки изложенных выводов, как сделанных в результате в достаточной степени подробного и всестороннего исследования и анализа материалов (обстоятельств) дела в их совокупности, включая доводы и возражения сторон, отклоняя доводы жалобы, и исходя, в частности из необоснованности (нераскрытия) надлежаще (документально) ее подателем (ни в суде первой инстанции, ни в апелляционном суде – в т.ч. в ответ на вопрос апелляционного суда в судебном заседании об этом) цели столь крупного объема кредитования, что – обстоятельства взятия кредитов - в течение столь короткого промежутка времени – не позволило банкам проверить

финансовое состояние должника (получить в бюро кредитных историй сведения о наличии у должника иных кредитных обязательств) и именно это (такие действия должника, как направленные на взятие кредитов без цели их дальнейшего возврата – при общей значительной долговой нагрузке по их обслуживанию и в отсутствие доказательств принятия мер для их погашения), а не просто непредоставление банкам недостоверных (надлежаще неподтвержденных, в т.ч. противоречивых) данных о своих доходах, и свидетельствует о недобросовестности (злоупотреблении правом) со стороны должника.

Таким образом, апелляционный суд признает определение от 07.07.2025 г. в обжалуемой части соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2025 г. по делу № А56-50402/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО6 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий И.В. Сотов

Судьи А.Ю. Сереброва

И.Ю. Тойвонен