Постановление от 5 июля 2024 г. по делу № А40-281543/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-34004/2024

Дело № А40-281543/22
г. Москва
05 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июля 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур

судей А.А. Дурановский, Р.Г. Нагаев

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.05.2024 по делу №А40-281543/22 (171-420) о признании недействительными сделками – платежи, совершенные должником в пользу ФИО1 на общую сумму 2 000 000 руб. и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о банкротстве ООО «СПД» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО2 по дов. от 27.02.2024

от ФИО3: ФИО4 по дов. от 23.01.2023

иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

16.12.2022 в суд поступило заявление ИП ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СПД». Определением от 20.12.2022 заявление принято судом к производству, возбуждено производство по делу.

Определением суда от 20.12.2022 заявление о признании должника несостоятельным признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена кандидатура ФИО5 (член СРО ААУ «Солидарность», адрес для направления корреспонденции: 108809, г. Москва, а/я 14).

Решением от 31.07.2023 должник признан банкротом, в отношении должника введено конкурсное производство, суд утвердил конкурсным управляющим кандидатуру ФИО5.

12.01.2024 (загружено на «Мой арбитр» 12.01.2024) поступило заявление арбитражного управляющего должника об оспаривании сделки должника – платежей, совершенных должником 26.12.2019, 06.03.2020, 13.03.2020 на общую сумму 2 000 000 руб. в пользу ФИО1.

Определением от 02.05.2024 Арбитражный суд города Москвы признал недействительными сделками – платежи, совершенные должником в пользу ФИО1 на общую сумму 2 000 000 руб.

Применил последствия недействительности сделки.

Взыскал с ФИО1 (ИНН <***>) в конкурсную массу должника ООО «СПД» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) денежные средства в размере 2 000 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель , ФИО1 доводы жалобы поддержал.

Представитель ФИО3 по доводам жалобы возражал, просил оставить обжалуемое определение без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, с расчетных счетов должника, открытых в ПАО «Росбанк», АО «Альфа-Банк» 26.12.2019, 06.03.2020, 13.03.2020 перечислены денежные средства в пользу ФИО1, общий размер которых составил 2 000 000 руб.

В назначении платежа, совершенного 26.12.2019 на сумму 500 000 руб. указано: «соглашение об оказании юридической помощи № 05.12/2019 от 05.12.2019», в назначении платежа, совершенного 06.03.2020 на сумму 600 000 руб. указано: «возврат суммы займа и процентов по договору займа от 15.01.2020», в назначении платежа, совершенного 13.03.2020 на сумму 900 000 руб. указано: «возврат суммы займа и процентов по договору займа от 03.02.2020».

Конкурсный управляющий должника, заявляя об оспаривании сделок – платежей, основывает свое заявление и излагаемые в нем доводы на положениях п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в частности ссылается на следующее: на дату совершения спорных операций у должника имелись неисполненные обязательства перед единственным кредитором ИП ФИО3, что указывает на наличие признаков неплатежеспособности должника, и, как следствие, на совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, учитывая тот факт, что ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом и оправдательных документов не представил. В результате совершения спорных перечислений причинен вред имущественным правам кредитора выраженный в выбытии денежных средств из конкурсной массы должника.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемая сделка была совершена в период неплатежеспособности должника, в результате совершения сделки был причинен имущественный вред кредиторам.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2022 года принято к производству заявление о признании должника банкротом, возбуждено производство по делу.

В соответствии с постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 №497 на должника распространяются положения о моратории на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами.

Заявление о признании должника банкротом принято судом в течение трех месяцев после прекращения действия моратория, что означает применение специальных правил при оспаривании сделок с учетом положений пункта 4 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 №44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 №44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» по смыслу подпункта 1 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве в случае введения моратория периоды, предусмотренные абзацем вторым пункта 2 статьи 19, статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, по делам о банкротстве, возбужденным в трехмесячный срок, исчисляются исходя из дня введения моратория.

В частности, это означает, что при оспаривании сделок проверкой охватываются: периоды, предшествующие дню введения моратория, установленные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (один месяц, шесть месяцев, год или три года); период действия моратория; период со дня окончания моратория до дня возбуждения дела о банкротстве; а также период после возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, даты совершаемых сделок необходимо соотносить с датой введения моратория – 01.04.2022.

С учетом указанного судом установлено, что все платежи совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Дело о банкротстве ООО «ЭТЭР Холдинг» возбуждено 26.05.2020. Оспариваемая сделка совершена в период с 02.11.2018 по 20.11.2018, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, для доказывания цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

На дату совершения первого из оспариваемых платежей (26.12.2019) у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредитором ИП ФИО3.

Так, между ООО «СПД» (Цедент) и ИП ФИО3 (Цессионарий) заключен договор № 5 от 10 января 2019 г. уступки права требования. Согласно указанному договору цессии, Цедент уступил в пользу Цессионария право требования по договору субподряда №302 от 11.02.2014 года, заключенному между ООО «АМФСТРОЙ» и ЗАО Группа компаний «315 УНР». Сумма уступленного права требования установлена решением Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-216166/2018 и составила: 1 699 278 руб. 24 коп. основной задолженности, 1 200 000 руб. неустойки за период с 14.12.2015 по 15.06.2018, а также неустойки, начисленной на сумму долга в размере 1 699 278 руб. 24 коп. в размере 0,1% за каждый день просрочки за период с 16.06.2018 года по дату фактической оплаты задолженности. Согласно п.3.1 договора, Цессионарий, за уступаемые права требования выплачивает Цеденту денежные средства в сумме 100 000 рублей.

Судом в рамках дела №А40-218355/19 по иску ИП ФИО3 к ООО «СПД» установлено, что между сторонами достигнута договоренность, что действия по взысканию задолженности взысканной решением суда по делу №А40-216166/2018 будут осуществлены Цедентом, впоследствии взысканные денежные средства будут перечислены на счет Цессионария за вычетом 100 000 руб. (оплаты по договору цессии).

Из судебного акта следует, что денежные средства от ЗАО Группа компаний «315 УНР» были получены ООО «СПД» - 23.04.2019. Факт перечисления подтвержден платежным поручением № 907680.

Однако, ООО «СПД» получив исполнение от ЗАО Группа компаний «315 УНР», обязательство по перечислению взысканной и уступленной по договору цессии задолженности в пользу ИП ФИО3 не исполнило.

Взыскав с АО Группа компаний «315 УНР» денежные средства в размере 3 429 453,05 руб., Должник осуществил вывод из общества денежных средств на счет физического лица - своего двоюродного брата ФИО6.

В дальнейшем, исковые требования ИП ФИО3 к ООО «СПД» судом удовлетворены. Решение Арбитражного суда г. Москвы от 27.01.2020 по делу № А40-218355/19 вступило в законную силу 10.06.2020.

Ввиду указанного, суд приходит к выводу, что нарушение обязательства по перечислению денежных средств допущено со стороны должника 23.04.2019, что свидетельствует о том, что на момент совершения первого из оспариваемых платежей – 26.12.2019 у должника уже имелся кредитор ИП ФИО3, равно как неисполненные обязательства перед таким кредитором, впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника.

Доказательств наличия у должника балансовых активов, наличия дебиторской задолженности, иных доказательств, с высокой вероятностью указывающих на то, что приостановление расчетов по обязательствам должника перед указанным выше реестровым кредитором носило временный и устранимый характер в материалы дела не представлено.

Указанное согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710, согласно которой наличие у должника на дату совершения оспариваемой сделки обязательств, которые не были исполнены и требования из неисполнения которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (6) по делу №А12-45751/2015, наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов (кредиторов, должника, арбитражного управляющего и иных участвующих в банкротстве лиц) имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий названных лиц. Суды обязаны соответствующие отношения устанавливать и оценивать.

В соответствии с п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: - лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; - лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии с п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: - руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника: - лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; - лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При этом согласно указанному Закону аффилированными лицами юридического лица являются: член его совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа (абзац 4 статьи 4 Закона), лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо (абзац 5 статьи 4 Закона), лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 6 статьи 4 Закона), юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 7 статьи 4 Закона).

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается сторонами, ФИО1 являлся участником ООО «СПД» в период с 19.10.2016 по 23.07.2019.

Совокупность представленных в дело доказательств свидетельствует о том, что ответчик как, участник общества был осведомлен о всех спорных обстоятельствах причинения ущерба обществом - ИП ФИО3

В рамках настоящего дела о банкротстве установлено, что фактически причитающиеся кредитору денежные средства были перечислены на следующий день после получения должником от ЗАО Группа компаний «315 УНР» денежных средств в размере 3 429 453,05 руб. в пользу ФИО6, заинтересованному по отношению к бывшему генеральному директору общества.

Все переводы были осуществлены в период, когда ответчика являлся учредителем общества: 24 апреля 2019 – 1 000 000 рублей, по платежному поручению № 1; 25 апреля 2019 – 500 000 руб., по платежному поручению № 2; 06 мая 2019 – 1 000 000 руб., по платежному поручению № 3; 06 мая 2019 – 761 000 руб. по платежному поручению № 6.

ФИО1 знал в период перечисления ему денежных средств от ООО «СПД» в период с 26 декабря 2019 года по 13 марта 2020 года о том, что с 22 августа 2019 года шел судебный процесс по делу № 140-218355/19 и 15 января 2020 года вынесено решение по делу, которым подтверждены права требования кредитора ФИО3 к ООО «СПД».

ФИО1 являлся непосредственным участником получения должником ООО «СПД» 23 апреля 2019 года денежных средств от ЗАО Группа компаний «315 УНР», для чего он подал 15 апреля 2019 года в Арбитражный суд г. Москвы по делу №А40-216166/2018 заявление о выдаче исполнительного листа. То есть ответчик являлся доверенным лицом ООО «СПД» при получении 3 366 949,05 руб.

Далее, несмотря на выход из состава участников, ФИО1 фактически не утратил связь с должником, что подтверждается уже оспариваемыми переводами 26.12.2019 на сумму 500 000 руб., 06.03.2020 на сумму 600 000 руб., 13.03.2020 на сумму 900 000 руб.

Во всех платежах указано на наличие правоотношений между должником и ответчиком, которые возникли уже после выхода ответчика из состава участников общества.

Кроме этого, ФИО1 является вместе с ФИО7 соучредителем на 25% ООО «Росюрконсул». Ответчик и ФИО7 вместе учились в высшем учебном заведении, поддерживают неформальные дружеские отношения (что следует из совместных фотографий, размещённых в социальной сети).

О фактической аффилированности, помимо указанного, свидетельствуют также и обстоятельства исполнения сделок, которые явились основаниями для спорных перечислений.

В части оказания услуг.

Как указывает ответчик «05» декабря 2019 года между ООО «СПД» (Заказчик) и ФИО1 (Исполнитель) был заключен договор №05.12/19 соглашение об оказании юридической помощи, по условиям которого Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязательство оказать услуги. Согласно предметам заключенных договоров ФИО1 выполнял поручения Всероссийской творческой общественной организации «Союз художников России», связанные с эксплуатацией объектов недвижимости, принадлежащих заказчику. В целях исполнения договора №05.12/19 от 05.12.2019, Всероссийская творческая общественная организация «Союз художников России» наделила ФИО1 соответствующими полномочиями, выдав ему «16» января 2020г нотариальную доверенность №77/433-н/77-2020-1-66. В качестве доказательства фактического исполнения обязательств перед ООО «СПД» по договору №05.12/19 от 05.12.2019 представляются следующие документы: Акт сдачи-приемки оказанных услуг от 31.01.2020; Акт сдачи-приемки оказанных услуг от 28.02.2020; Перечень документов за период с 31.01.2020 по 28.02.2020; Акт сдачи-приемки оказанных услуг от 31.03.2020; Перечень документов за период с 28.02.2020 по 31.03.2020; Акт сдачи- приемки оказанных услуг от 30.04.2020; Перечень документов за период с 31.03.2020 по 30.04.2020.

Как заявляет ответчик оспариваемый платеж произведен Должником во исполнение обязательств по оплате оказанных услуг по договору №05.12/19 соглашению об оказании юридической помощи от 05.12.2019.

Между тем, в чем была экономическая выгода для общества заключать договор с ответчиком, делегируя свои полномочия по оказания услуг, суду не пояснено.

Обращает на себя внимание, что общество заключило договор Всероссийской творческой общественной организацией «Союз художников России» 03.12.2018, а с ответчиком год спустя – 05.12.2019.

В настоящем случае оплата по договору произведена в полном объеме после заключения договора - 26.12.2019, при том, что объем услуг не определен, а из актов оказанных услуг следует, что услуги оказывались вплоть до апреля 2020 года.

Между тем в силу п. п. 1.4 договора период оказания услуг до 01.02.2020.

То есть стороны, не определяя иного периода оказания услуг, заранее – в декабре 2019 года, уже знают каков будет их объем и фактический период выполнения, который выходит за рамки согласованного (п. 1.4 договора), но не превышает стоимость (п. 3.1 договора).

Это не укладывается в логику обычных хозяйственных отношений и противоречит существу договора об оказании услуг.

Суд также отмечает, что расчет должника с заказчиком зависит от переменной части (сумма от полученной аренды), тогда с ответчиком стороны определили лишь фиксированную ее часть, что говорит об отсутствии учета объема услуг и не является характерным для взаимовыгодных гражданских отношений.

Более того, оплата от заказчика поступает по мере оказания услуг, а в случае с ответчиком осуществляется сразу и на будущее.

Кроме того, кто и каким образом оказывал те же услуги до даты заключения договора с ФИО1 суду убедительно не пояснено. Ссылки на переводы иными лицам без анализа цен таких услуг, их объема и порядка оплаты, не могут подтверждать аналогичность услуг ответчика.

Кроме представленных документов формального характера (акты оказанных услуг) в дело не представлено первичных доказательств, обычно сопутствующих такого рода услугам.

Так, по вопреки смыслу отношений должника с заказчиком Всероссийской творческой общественной организацией «Союз художников России» в дело не представлены следующие первичные доказательства:

- нет доказательств ведения переписки (либо иного непосредственного взаимодействия) с ресурсоснабжающими организациями, обращений в интересах заказчика в государственных органах;

- нет доказательств осуществления ФИО1 самостоятельно снятия показаний счетчиков, передачи их ресурсоснабжающим организациям; не пояснено, каким образом было осуществлено данное взаимодействие, в электронной форме обмена документами либо личным присутствием;

- отсутствуют доказательства рассылки сверки расчетов по арендной плате и коммунальным платежам;

- нет доказательств поиска арендаторов;

- отсутствуют первичные доказательства осуществления текущего ремонта и замены приборов (ремонта задвижек, замена вентилей, замена автомата ЗП80А), закупки оборудования, привлечения подрядных организаций.

Обращает на себя внимание, что в первом акте от 31 января 2020 года, в пункте 13 указан универсально-передаточный документ, датированный 29.02.2020 года (будущей датой), а в пунктах 74, 79 80 поименованы универсально-передаточные документы, датированные октябрем, ноябрем 2019 года, то есть до даты заключения договора между ФИО1 и ООО «СПД».

В Приложении №1 к акту от 28.02.2020 года, в пунктах 4-6 поименованы документы, датированные будущей датой 29.02.2020 годом. В пункте 68 поименован документ, датированный мартом 2020 года. Указанно дословно: «ООО ЦОТ Специалист акт сдачи-приемки оказ. услуг за март 2020». Имеются и иные противоречия в датах и объеме услуг.

Данные противоречия не пояснены.

В этой связи суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии связи между договором с заказчиком Всероссийской творческой общественной организацией «Союз художников России» и договором с ответчиком - ФИО1, а также о недоказанности факта оказания услуг.

В обоих случаях как указывает должник и ответчик займ был предоставлен надличными.

С учетом реальности заемных отношений 807 (ГК РФ) обращает на себя внимание следующее.

В подтверждение выдачи займа ответчик приложил копию приходно-кассового ордера №3 от 15.01.2020 о внесении Ответчиком в кассу Должника 600 000 руб. и копию приходно-кассового ордера №4 от 03.02.2020 г. о внесении Ответчиком в кассу Должника 900 000 руб.

Между тем, у должника отсутствуют какие-либо доказательства совершения указанных сделок, как с точки зрения оформленных документов, так и с точки зрения ведения бухгалтерского учета.

Доказательства внесения денежных средств на счета должника отсутствуют.

Согласно ответу ИФНС №23 по г. Москве от 05.06.2023 г. бухгалтерская отчетность ООО «СПД» не представлялась, книги покупок и продаж за 2020-2023 годы не представлялись.

Кроме того, в деле нет никаких доказательств расходования заемных средств, которыми мог бы быть подтверждён реальный характер займа.

Суд принимает во внимание, что в рамках предыдущего по хронологии договора, должник, якобы, оплатил услуги ответчику в декабре 2019, а затем в январе 2020 принимает решение о займе у ответчика денежных средств.

В чем была необходимость и экономическая выгода для общества, оплачивать услуги контрагенту и потом занимать у него денежные средства, суду не пояснено.

Доказательств того, что должник в результате займа имел положительный экономический результат хозяйственной деятельности материалы дела не содержат.

Также обращает на себя внимание, что пунктом 1.1. обоих договоров займа предусмотрено, что Заемщик выплачивает Займодавцу проценты за пользование займом в размере 8% годовых.

При этом, указанные проценты не были выплачены Займодавцу ни в период договора, ни вместе с основным долгом. Иное не доказано.

В этой связи суд приходит к выводу об отсутствии доказательств предоставления займа.

Совокупность изложенного позволяет прийти к выводу, что денежные средства были перечислены должником ответчику формально в качестве сложившихся правоотношений, но при этом, отсутствуют какие-либо доказательства реальности этих отношений.

Это, в свою очередь, наряду с юридическим участием ответчика в обществе до 23.07.2019 и отсутствием разумных экономических мотивов совершения спорных сделок, говорит о фактической аффилированности должника и ответчика, которая имело место после официального выхода из состава участников.

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, — это уменьшение стоимости или размера имущества должника; и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику; и (или) иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

С учетом ранее изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что сделки не имели встречного представления и прикрывали вывод имущества в пользу заинтересованного лица. Совершение сделки привело к выбытию актива из конкурсной массы должника, вместо погашения обязательств перед кредитором. Как следствие причинение вреда имущественным правам кредиторов оспариваемыми сделками доказано.

Предполагается, что другая сторона знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если: она признана заинтересованным лицом; либо она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника; либо она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

С учетом ранее изложенных выводов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об осведомленности ответчика о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд дополнительно принимает во внимание, что ФИО1 знал в период перечисления ему денежных средств от ООО «СПД» (с 26 декабря 2019 года по 13 марта 2020 года) о том, что с 22 августа 2019 года шел судебный процесс по делу № 140-218355/19 и 15 января 2020 года вынесено решение по делу, которым подтверждены права требования кредитора ФИО3 к ООО «СПД».

ФИО1 являлся непосредственным участником получения должником ООО «СПД» 23 апреля 2019 года денежных средств от ЗАО Группа компаний «315 УНР», для чего он подал 15 апреля 2019 года в Арбитражный суд г. Москвы по делу № 440-216166/2018 заявление о выдаче исполнительного листа.

Сделки в его пользу в марте 2020 года в размере 2 000 000 рублей, были совершены должником в тот период времени, когда должник уже имел неисполненные обязательства перед ИП ФИО3, о чем ФИО1 было известно.

На основании изложенного, судом первой инстанции установлены все презумпции для признания сделки недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Ответчик указывает что суд первой инстанции в нарушение ст.ст. 64, 68, 71 АПК РФ дал неверную оценку доказательствам, и как следствие, пришел к необоснованным выводам о доказанности факта наличия признаков неплатежеспособности должника на момент совершения спорных сделок. Суд первой инстанции неполно выяснил существенные для дела обстоятельства, дав неверную оценку обстоятельств осведомленности Ответчика о наличии задолженности у Должника.

В частности, Ответчик указывает, что судом первой инстанции, в обоснование наличия признака неплатежеспособности должника приведен происходивший судебный спор между ООО «СПД» и ИП ФИО3 и в последствие возникший судебный акт - Решение арбитражного суда города Москвы по делу №А40-218355/2019 от 27.01.2020 г. и Постановление Девятого арбитражного суда №09АП- 13833-2020 от 10.06.2020 г.

Далее, со ссылкой на нормы Закона об ООО (ФЗ №14), Ответчик указывает, что являясь только участником ООО «СПД» он не знал и не должен был знать о наличии задолженности ООО «СПД» перед ИП ФИО3, так как не владел информацией об операционной деятельности общества, также Ответчик указывает что кредитор ФИО3 не направляла в адрес Ответчика каких-либо писем и т.д.

Однако данные доводы ответчика опровергаются имеющимися в материалах настоящего обособленного спора доказательствами, а именно:

К своему заявлению об оспаривании сделок должника, конкурсный управляющий ФИО5 приложила копию Решения Арбитражного суда города Москвы по делу №A40-218355-2019 от 27.01.2020 на 14 листах (Приложение №9 к заявлению). В мотивировочной части указанного судебного акта подробно расписано (страницы 3-5) что ФИО1 являясь адвокатом, занимался взысканием долга с АО ГК «315 УНР» в пользу ИП ФИО3, участвовал в судебных процессах, получал исполнительный лист. Взысканные в последующем с АО ГК «315 УНР» денежные средства в размере 3 329 453 руб. 05 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 37 496 руб. так и не были переведены ФИО3, а были незаконно выведены из общества в пользу другого лица ФИО6, что фактически привело к неплатежеспособности ООО «СПД».

Указанные обстоятельства были подробно исследованы Арбитражным судом города Москвы по настоящему обособленному спору и нашли свое отражение в мотивировочной части Определения Арбитражного суда от 02.05.2024 года по делу №А40-281543/22 (страницы 6-7).

Таким образом, Арбитражным судом города Москвы было установлено что ФИО1 был не просто участником ООО «СПД», который ничего не знал об операционной деятельности общества, а лицом (имеющим к тому же статус адвоката), который непосредственно принимал участие в судебных процессах на стороне ООО «СПД», занимался взысканием денежных средств, сотрудничал с ИП ФИО3 и был в курсе кредиторской задолженности ООО «СПД» перед кредитором ИП ФИО3

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции, исследовав представленные Ответчиком документы, сделал верный вывод об отсутствии связи между договором с заказчиком Всероссийской творческой общественной организацией «Союз художников России» и договором с ответчиком - ФИО1, а также о недоказанности факта оказания услуг Ответчиком.

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Согласно ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.05.2024 по делу №А40-281543/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа

Председательствующий судья: О.В. Гажур

Судьи: А.А. Дурановский

Р.Г. Нагаев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.