Постановление от 5 апреля 2023 г. по делу № А32-38521/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-38521/2019
г. Краснодар
05 апреля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 апреля 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 05 апреля 2023 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Епифанова В.Е., судей Анциферова В.А. и Сидоровой И.В., при участии в судебном заседании от ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 307233717600030) – ФИО2 (доверенность от 27.07.2021) и ФИО3 (доверенность от 17.08.2021), в отсутствие истца – прокуратуры Краснодарского края (ИНН <***>, ОГРН <***>), ответчика – администрации Крымского городского поселения Крымского района (ИНН <***>, ОГРН <***>), извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу прокуратуры Краснодарского края на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.09.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022 по делу № А32-38521/2019, установил следующее.

Прокуратура Краснодарского края (далее – прокуратура) обратилась в арбитражный суд в публичных интересах к администрации Крымского городского поселения Крымского района (далее – администрация) и индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – предприниматель) с иском о применении последствий недействительности (ничтожности) заключенного ответчиками договора от 23.12.2015 № 4500012341 аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения площадью 47 612 кв. м с кадастровым номером 23:15:0606002:1181, расположенного по адресу: Краснодарский край, Крымский район, в границах бывшего колхоза имени Ленина (секция 65, контуры 26 – 29), с видом разрешенного использования «Рыболовство», путем признания отсутствующим зарегистрированного в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) права аренды предпринимателя на указанный участок.

Иск основан на положениях статей 166 – 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статей 6, 8 Водного кодекса Российской Федерации (далее – Водный кодекс) и мотивирован недействительностью названного договора аренды земельного участка, в границах которого расположен водный объект, являющийся федеральной собственностью.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.12.2020 в удовлетворении иска отказано. Суд исходил из отсутствия (недоказанности) предусмотренных законом оснований для квалификации оспариваемого прокуратурой договора в качестве недействительной (ничтожной) сделки.

Определением апелляционного суда от 06.08.2021 произведена процессуальная замена ответчика на правопреемника – индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – предприниматель).

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2021 решение от 17.12.2020 оставлено без изменения. Апелляционный суд огласился с выводами суда первой инстанции, сделанными по результатам оценки представленных в материалы дела доказательств, а также заключения от 21.07.2020 № 112/20-к, подготовленного экспертами общества с ограниченной ответственностью «Центр судебных экспертиз по Южному округу» ФИО5 и ФИО6.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.12.2021 решение от 17.12.2020 и апелляционное постановление от 01.09.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Суд кассационной инстанции указал суду на необходимость устранения противоречий в выводах судебной экспертизы, подготовленной экспертами общества с ограниченной ответственностью «Центр судебных экспертиз по Южному округу». Из содержания заключения от 21.07.2020 № 112/20-к следует, что система искусственных водоемов на исследуемой территории существовала со времен сельскохозяйственной деятельности колхоза им. Ленина. После распада колхоза отсутствовал надлежащий уход за дамбой и шлюзом, пруд был ликвидирован. В 2013 году предприниматель провел комплекс мероприятий по восстановлению данной системы. В исследовательской части заключения эксперт указал на то, что в южной части исследуемого водного объекта, расположенного в границах спорного участка, выявлено примыкание к балке (без названия), которая является источником воды для водоема. При этом в выводах на постановленные вопросы специалист указал на отсутствие гидравлической (гидрологической) связи с водными объектами. Вместе с тем примыкание пруда к балке, входящей в состав единой гидравлической сети водного объекта общего пользования, влечет отнесение такого водного объекта к федеральному уровню собственности. Эксперт документально не обосновал возможность заполнения спорного объекта исключительно осадочными и внутригрунтовыми водами, минуя воды федеральных объектов; не исследовал вопрос о том, каким образом вода, которой наполняется пруд, образуется в овражно-балочной системе и каким образом в такой системе гидравлики участвуют дамба и шлюз. В этой связи суду предложено рассмотреть вопрос о проведении по делу повторной (дополнительной) экспертизы.

При новом рассмотрении решением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.09.2022, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022, в удовлетворении иска прокуратуры отказано.

Суды установили, что администрация (арендодатель) и предприниматель (арендатор) заключили договор от 23.12.2015 № 4500012341 аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения площадью 47 612 кв. м с кадастровым номером 23:15:0606002:1181. Участок, расположенный по адресу: Краснодарский край, Крымский район, в границах бывшего колхоза имени Ленина (секция 65, контуры 26 – 29), имеет вид разрешенного использования – рыболовство. Договор аренды прошел процедуру государственной регистрации. Как указывает прокуратура, предприниматель является собственником гидротехнического сооружения – дамбы протяженностью 5 тыс. кв. м с кадастровым номером 23:15:0606002:1060, донного выпуска с заслонкой с кадастровым номером 23:15:0606002:1063. В результате постройки гидротехнического сооружения образован водоем, расположенный на водотоке (ручье) без названия естественного происхождения. Таким образом, земельный участок образован с нарушением требований земельного и водного законодательства, поскольку включает в себя водный объект федерального уровня собственности, а также его береговую полосу, являющуюся территорией общего пользования. Ссылаясь на данные обстоятельства, прокуратура обратилась в арбитражный суд с иском. При разрешении спора судебные инстанции руководствовались положениями статей 12, 166 – 168, 209 Гражданского кодекса, статей 11, 16, 17, 102 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – Земельный кодекс), статей 1, 5, 6, 8 Водного кодекса, статей 52, 65, 71, 86, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс). Целью обращения прокуратуры с иском по данному делу является пресечение нарушений требований закона при совершении сделки, повлекшей ущемление интересов Российской Федерации, а также прав неопределенного круга лиц. Суд первой инстанции с целью выяснения обстоятельств, которые предложил проверить суд округа, вызвал в судебное заседание и опросил эксперта ООО «Центр судебных экспертиз по Южному округу» ФИО5, принимавшего участие в составлении заключения от 21.07.2020 № 112/20-к, пояснения которого отражены в аудио-протоколе судебного заседания. Как следует из содержания указанного заключения и подтвердил в судебном заседании эксперт, система искусственных водоемов на исследуемой территории существовала со времен сельскохозяйственной деятельности колхоза им. Ленина. После распада колхоза отсутствовал надлежащий уход за дамбой и шлюзом, пруд был ликвидирован. В 2013 году индивидуальный предприниматель ФИО4 провел комплекс мероприятий по восстановлению данной системы. При допросе эксперт нормативно и документально подтвердил отсутствие гидравлической (гидрологической) связи восстановленного искусственного пруда с иными водными объектами. Эксперт в судебном заседании обосновал возможность заполнения данного объекта исключительно осадочными и внутригрунтовыми водами, минуя воды иных федеральных объектов; исследовал вопрос о том, каким образом вода, которой наполняется пруд, образуется в овражно-балочной системе и каким образом в такой системе гидравлики участвуют дамба и шлюз. Суд неоднократно предлагал прокурору рассмотреть вопрос о назначении по делу судебной экспертизы с целью установления гидравлической (гидрологической) связи с водными объектами спорного объекта. В судебном заседании, состоявшемся 12.07.2022, прокурор отказался от проведения судебной экспертизы с целью установления гидравлической (гидрологической) связи с водными объектами спорного объекта, что отражено в аудио-протоколе судебного заседания. Исходя из материалов дела и пояснений эксперта, суд установил, что характер питания исследуемого водного объекта носит сезонный характер, источником воды являются атмосферные осадки, воды поверхностного и внутригрунтового стока, поступающие в периоды многоводья в пруд по овражно-балочной системе. Балка, примыкающая к исследуемому земельному участку с кадастровым номером 23:15:0606002:1181, носит ярко выраженный сезонный (временный) характер. В период многоводья (после снеготаяния, ливневых осадков) по днищу балки формируется водоток, который носит ярко выраженный временный характер. По днищу балки постоянный водоток не сформирован. Суд признал, что экспертное заключение от 21.07.2020 № 112/20-к выполнено на профессиональном уровне, компетентными специалистами, является полным, всесторонним и объективным. Полнота проведенных исследований и обоснованность сделанных выводов, сомнений не вызывают. Результаты судебной экспертизы (с учетом пояснений эксперта в суде) опровергают факты, изложенные прокуратурой в исковом заявлении. Кроме того, если бы в балке, выявленной экспертами, был постоянный водоток, то до момента проведения земляных работ в границах земельного участка существовала водная гладь. Из изложенного следует, что постоянного водотока в балке нет. На снимке со спутника № 2 (стр. 7) экспертизы отражено, что в 2018 году имелось два пруда, на спорном участке расположен пруд с гидротехническим сооружением, состоящим из трех конструктивных элементов: дамба, донный водовыпуск (шлюз), отводной канал. В замкнутом пруду, расположенном на земельном участке с кадастровым номером 23:15:0606002:1181 вода есть, при этом сброс воды с пруда отсутствует, и в пруду, расположенном ниже, вода также есть. Следовательно, пруды, расположенные ниже, питаются за счет атмосферных осадков, поверхностных стоков. Таким образом, гидрологическая связь между прудами отсутствует. Прокуратурой не представлено в материалы дела надлежащих доказательств того, что водный объект, расположенный на спорном участке является объектом природного происхождения, а также то, что у него имеется гидрологическая связь с иными федеральными водными объектами природного происхождения. С учетом установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска прокуратуры. Апелляционный суд, отклоняя доводы истца, согласился с обоснованностью вывода суда первой инстанции об отсутствии иных водных объектов, с которыми исследуемый объект в границах земельного участка с кадастровым номером 23:15:0606002:1181 имеет гидравлическую (гидрологическую) связь. Довод прокуратуры о том, что суд первой инстанции, полагая необходимость проведения экспертного исследования, мог по собственной инициативе назначить по делу судебную экспертизу, отклонен судом апелляционной инстанции. Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным Кодексом. Назначение экспертизы по собственной инициативе является правом, а не обязанностью суда. Истец не реализовал свое право на заявление ходатайства о назначении соответствующей экспертизы. Таким образом, гарантированная процессуальным законодательством возможность представить необходимые доказательства прокуратурой не реализована, инициатива по сбору доказательств в должной мере не проявлена. Поэтому спор правомерно рассмотрен судом первой инстанции по имеющимся в деле доказательствам.

Прокуратура обжаловала решение и апелляционное постановление в кассационном порядке. Податель жалобы просит указанные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований прокуратуры, ссылаясь на неправильное применение (нарушение) судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов судебных инстанций фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Жалоба обоснована ссылками на положения земельного, а также водного законодательства, и мотивирована следующим. Исследовательская часть заключения и выводы экспертов подтверждают доводы истца о наличии в границах спорного участка водного объекта, расположенного на водотоке (ручье) без названия естественного происхождения, при указании на то обстоятельство, что по другую сторону дамбы балка без названия является естественным источником воды для наполнения водоема. Расположенный на земельном участке пруд по своим характеристикам не является антропогенным и изолированным объектом, образован на акватории водоема в русле водотока (ручья) без названия естественного происхождения, имеет с ним непосредственную гидравлическую связь с помощью водонапорного сооружения. Вывод о том, что независимо от характера водотока (временного или постоянного), способа его соединения с прудом (поверхностного или подземного) и вида их гидравлической связи (непосредственной или опосредованной), пруд не может быть признан объектом общего пользования, находящимся в федеральной собственности, противоречит закону. Приведенная прокуратурой совокупность доказательств не могла быть нивелирована одними лишь пояснениями судебного эксперта об отсутствии в границах земельного участка естественных водных объектов, изолированном характере пруда как искусственно созданного сооружения и его питания исключительно за счет атмосферных осадков. Такая оценка не основана на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств. В этой связи суду следовало назначить проведение дополнительной экспертизы, поручив ее проведение эксперту, предупрежденному об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Предприниматель в отзыве указал на несостоятельность доводов кассационной жалобы, а также законность и обоснованность обжалуемых прокуратурой судебных актов. По мнению ответчика, выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на правильном применении закона и соответствуют материалам дела, подтверждающим отсутствие гидравлической (гидрологической) связи с иными водными объектами. Эксперт документально обосновал возможность заполнения спорного объекта исключительно осадочными и внутригрунтовыми водами, минуя воды федеральных объектов; исследовал вопрос о том, каким образом вода, которой наполняется пруд, образуется в овражно-балочной системе и каким образом в такой системе гидравлики участвуют дамба и шлюз. Довод прокуратуры относительно необходимости проведения судом первой инстанции по делу дополнительной экспертизы рассмотрен судом апелляционной инстанции, которым отклонен со ссылкой на нормы процессуального законодательства.

От администрации отзыв на жалобу в суд округа не поступил.

В судебном заседании представители предпринимателя возражали против удовлетворения жалобы по основаниям, приведенным в отзыве.

Иные участники спора, извещенные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в окружной суд не обеспечили.

Изучив материалы дела, доводы жалобы и отзыва (возражений), выслушав представителей предпринимателя, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как видно из материалов дела и установлено судами, администрация (арендодатель) и предприниматель (арендатор) заключили договор от 23.12.2015 № 4500012341 аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения площадью 47 612 кв. м с кадастровым номером 23:15:0606002:1181. Участок, расположенный по адресу: Краснодарский край, Крымский район, в границах бывшего колхоза имени Ленина (секция 65, контуры 26 – 29), имеет вид разрешенного использования – рыболовство. Договор аренды прошел процедуру государственной регистрации.

Как указывает прокуратура, предприниматель является собственником гидротехнического сооружения – дамбы протяженностью 5 тыс. кв. м с кадастровым номером 23:15:0606002:1060, донного выпуска с заслонкой с кадастровым номером 23:15:0606002:1063. В результате постройки гидротехнического сооружения образован водоем, расположенный на водотоке (ручье) без названия естественного происхождения.

Ссылаясь на то, что земельный участок образован с нарушением требований земельного и водного законодательства, поскольку включает в себя водный объект федерального уровня собственности, а также его береговую полосу, являющуюся территорией общего пользования, прокуратура обратилась в арбитражный суд с иском.

На основании частей 1 и 2 статьи 4 Кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, в арбитражный суд вправе обратиться и иные лица.

Согласно Закону Российской Федерации от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее – Закон о прокуратуре) прокуратура Российской Федерации в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства осуществляет надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, федеральными министерствами и иными федеральными органами исполнительной власти, представительными (законодательными) и исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, органами контроля, их должностными лицами, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» разъяснено следующее. В силу пункта 3 статьи 1 Закона о прокуратуре прокуроры участвуют в рассмотрении дел арбитражными судами в соответствии с процессуальным законодательством. Таким образом, арбитражным судам при определении полномочий прокурора по обращению в арбитражный суд с исковым заявлением (заявлением) либо по вступлению в дело, рассматриваемое арбитражным судом, следует руководствоваться статьей 52 Кодекса.

Положениями статьи 52 Кодекса прокурору предоставлено право на обращение в арбитражный суд с исками о признании недействительными сделок, совершенных органами местного самоуправления и применении последствий их недействительности.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 Гражданского кодекса).

Прокуратура полагает, что при заключении ответчиками договора от 23.12.2015 № 4500012341 не соблюдены требования земельного и водного законодательства, что повлекло нарушение прав публично-правового образования (Российской Федерации) и интересов неопределенного круга лиц.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункты 1, 3 статьи 166 Гражданского кодекса).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса).

В пунктах 74, 75 постановления от 23.06.2015 № 25 приведены следующие разъяснения. Ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В соответствии со статьей 1 Водного кодекса водным объектом признается природный или искусственный водоем, водоток либо иной объект, постоянное или временное сосредоточение вод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима.

Согласно статье 5 Водного кодекса к поверхностным водным объектам среди прочих относятся пруды. Поверхностные водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, являются водными объектами общего пользования, то есть общедоступными водными объектами, если иное не предусмотрено названным Кодексом (статья 6 Водного кодекса).

На основании части 1 статьи 8 Водного кодекса водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных частью 2 статьи 8 данного Кодекса. Пруд, обводненный карьер, расположенные в границах земельного участка, принадлежащего на праве собственности субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, физическому лицу, юридическому лицу, находятся, соответственно, в собственности субъекта Российской Федерации, муниципального образования, физического лица, юридического лица, если иное не установлено федеральными законами (часть 2 статьи 8 Водного кодекса).

В частях 3 и 4 статьи 8 Водного кодекса указано, что пруд, обводненный карьер могут отчуждаться в соответствии с гражданским законодательством и земельным законодательством совместно с соответствующим земельным участком, в границах которого расположены такие водные объекты.

В силу части 5 статьи 7 Федерального закона от 03.06.2006 № 73-ФЗ «О введении в действие Водного кодекса Российской Федерации» под земельными участками, в границах которых расположены пруд, обводненный карьер, понимаются земельные участки, в состав которых входят земли, покрытые поверхностными водами, в пределах береговой линии.

Из содержания указанных норм следует, что в собственности субъекта Российской Федерации, муниципального образования, физического лица, юридического лица могут находиться только пруды, которые не имеют гидрологической связи с иными водными объектами и находятся за пределами водотоков, то есть замкнутые водоемы, и покрытые ими земли.

Для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле (часть 1 статьи 82 Кодекса).

Судебные инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства, в том числе, экспертное заключение от 21.07.2020 № 112/20-к, приняв во внимание пояснения эксперта ФИО5 по обстоятельствам, которые предложил проверить при новом рассмотрении суд округа, оценив их по правилам статьи 71 Кодекса, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска. Суды первой и апелляционной инстанций установили, что система искусственных водоемов на исследуемой территории существовала со времен сельскохозяйственной деятельности колхоза им. Ленина. После распада колхоза отсутствовал надлежащий уход за дамбой и шлюзом, пруд был ликвидирован. В 2013 году индивидуальный предприниматель ФИО4 провел комплекс мероприятий по восстановлению данной системы. Вызванный в суд первой инстанции эксперт ФИО5, принимавший участие в составлении заключения от 21.07.2020 № 112/20-к, дал пояснения об отсутствии гидравлической (гидрологической) связи с водными объектами. Эксперт документально обосновал возможность заполнения пруда исключительно осадочными и внутригрунтовыми водами, минуя воды федеральных объектов; исследовал вопрос о том, каким образом вода, которой наполняется пруд, образуется в овражно-балочной системе и каким образом в такой системе гидравлики участвуют дамба и шлюз. Эксперт подтвердил, что характер питания исследуемого водного объекта носит сезонный характер, источником воды являются атмосферные осадки, воды поверхностного и внутригрунтового стока, поступающие в периоды многоводья в пруд по овражно-балочной системе. Балка, примыкающая к исследуемому земельному участку с кадастровым номером 23:15:0606002:1181, носит ярко выраженный сезонный (временный) характер. В период многоводья (после снеготаяния, ливневых осадков) по днищу балки формируется водоток, который носит ярко выраженный временный характер. По днищу балки постоянный водоток не сформирован. Результаты судебной экспертизы (с учетом пояснений эксперта в суде) опровергают факты, изложенные прокуратурой в исковом заявлении. Кроме того, если бы в балке, выявленной экспертами, был постоянный водоток, то до момента проведения земляных работ в границах земельного участка существовала водная гладь. Из изложенного следует, что постоянного водотока в балке нет. На снимке со спутника № 2 (стр. 7) экспертизы отражено, что в 2018 году имелось два пруда, на спорном участке расположен пруд с гидротехническим сооружением, состоящим из трех конструктивных элементов: дамба, донный водовыпуск (шлюз), отводной канал. В замкнутом пруду, расположенном на земельном участке с кадастровым номером 23:15:0606002:1181 вода есть, при этом сброс воды с пруда отсутствует, и в пруду, расположенном ниже, вода также есть. Следовательно, пруды, расположенные ниже, питаются за счет атмосферных осадков, поверхностных стоков. Таким образом, гидрологическая связь между прудами отсутствует. В этой связи судебные инстанции признали недоказанными доводы прокуратуры о том, что водный объект, расположенный на спорном участке является объектом природного происхождения, а также то, что у него имеется гидрологическая связь с иными федеральными водными объектами природного происхождения.

Кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее (часть 1 статьи 286 Кодекса).

Доводы кассационной жалобы (о доказанности прокуратурой обстоятельств, приведенных в обоснование иска и необоснованности вывода судебных инстанций об обратном; о необходимости проведения по инициативе суда дополнительной экспертизы по делу) не принимаются. Судебная коллегия не усматривает противоречий между выводами о применении норм права и установленными судами при разрешении спора фактическими обстоятельствами, либо неправильного определения ими характера спорного материального правоотношения. Исполнена судебными инстанциями и обязанность по определению обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора. Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, они основаны на исследовании материалов дела и им не противоречат. Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлено. Несогласие подателя жалобы с судебными выводами в силу иного понимания им норм водного и земельного законодательства, а также иной оценки обстоятельств дела, что не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов. С учетом изложенного, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не усматривает оснований для отмены решения и апелляционного постановления.

Прокуратура освобождена от уплаты государственной пошлины за подачу кассационной жалобы (пункт 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 274, 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 19.09.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022 по делу № А32-38521/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.



Председательствующий В.Е. Епифанов


Судьи В.А. Анциферов


И.В. Сидорова