Постановление от 26 апреля 2022 г. по делу № А52-2330/2020

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-2330/2020
г. Вологда
26 апреля 2022 года




Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 26 апреля 2022 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Селецкой С.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Эгле» представителя ФИО2 по доверенности от 01.02.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ДСУ-125» ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «ТА Битум» на определение Арбитражного суда Псковской области от 22 декабря 2021 года по делу № А52-2330/2020,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области от 09.02.2021 (резолютивная часть определения объявлена 02.02.2021) признано обоснованным заявление общества с ограниченной ответственностью «ТА Битум» (далее – ООО «ТА Битум») о признании общества с ограниченной ответственностью «ДСУ-125» (далее – должник, ООО «ДСУ125») несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим ООО «ДСУ-125» утверждён ФИО4.

Информация о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликована в газете «Коммерсантъ» от 13.02.2021.

Решением Арбитражного суда Псковской области от 10.06.2021 (резолютивная часть решения объявлена 07.06.2021) ООО «ДСУ-125» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5, информация о чем опубликована в газете «Коммерсантъ» от 19.06.2021 № 108 (7070).

Общество с ограниченной ответственностью «Эгле» (далее – заявитель, Общество, ООО «Эгле») 06.08.2021 обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 26 348 642 руб. 20 коп., в том числе 25 399 815 руб. 52 коп. основного долга, 948 826 руб. 68 коп. процентов, начисленных за период с 11.03.2020 по 01.02.2021.

Определением суда от 22.12.2021 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Должника требование ООО «Эгле» в размере 26 348 642 руб. 20 коп., в том числе 25 399 815 руб. 52 коп. основного долга, 948 826 руб. 68 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, учитывая сумму процентов за пользование чужими денежными средствами отдельно в реестре требований кредиторов как подлежащую удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Конкурсный управляющий ООО «ДСУ-125» и общество с ограниченной ответственностью «ТА Битум» с вынесенным определением не согласились и обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с аналогичными по содержанию жалобами, в которых просят его отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворения требования ООО «Эгле» после удовлетворения требований всех кредиторов. В обоснование своей позиции ссылаются на то, что судом первой инстанции неполно исследованы обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а именно, вопрос о прямой и фактической аффилированности Должника и Кредитора, не исследована мнимость сделки, на котором основано требование Кредитора, не исследован факт получения компенсационного финансирования в состоянии имущественного кризиса Должника.

По мнению апеллянтов, аффилированность Должника и Кредитора основана на следующем.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) единоличным исполнительным органом ООО «Эгле» с 12.07.2013 является ФИО6, а единственный учредитель ООО «Эгле» - общество с ограниченной ответственностью «ВАГР Групп» (ИНН <***>).

Выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ВАГР Групп» подтверждается, что ФИО6 и его брат ФИО7 владеют по 37,5 % в уставном капитале ООО «ВАГР Групп».

Генеральным директором ООО «ДСУ-125» с 27.12.2019 являлся ФИО8, который являлся генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Инвест-Строй» (ИНН <***>), 50 % уставного капитала которого принадлежат ФИО7, кроме того, у ООО «Эгле», Должника и ООО «Инвест-Строй» один главный бухгалтер - ФИО9.

Данные обстоятельства, согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306ЭС16-20056(6), свидетельствуют о фактической аффилированности Должника и Кредитора.

Сделки, явившиеся основанием заявленного требования, недоступны обычным (независимым) участникам рынка, экономическая целесообразность закупки стройматериалов Кредитором не раскрыта.

Должник изначально не имел намерения осуществить поставку стройматериалов, поскольку денежные средства, полученные им от ООО «Эгле» потрачены им на текущие нужды (погашение кредиторской задолженности и уплату налогов), что следует рассматривать как компенсационное финансирование.

Трудное экономическое положение Должника на момент получения компенсационного финансирования, подтверждается решениями Арбитражного суда г. Москвы от 10.10.2019 по делу № А40178747/2019-39-1203, от 13.02.2020 по делу № А40233751/19 136-1955 и судебным приказом от 25.09.2019 Арбитражного суда Псковской области по делу № А524294/2019.

ООО «Эгле» в отзыве и представитель в судебном заседании возразили против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации (статья 2 Закона о банкротстве).

Согласно статье 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяется на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено Законом.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71, 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

По смыслу названной нормы арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных требований к должнику и выясняет наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими не исполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В материалах дела усматривается и установлено судом первой инстанции, что в обоснование заявленных требований заявитель сослался на то, на основании счета от 02.10.2019 № 52, выставленного должником по заявке ООО «Эгле» от 30.09.2019 на поставку товара (строительных материалов) на общую сумму 25 958 807 руб. 61 коп., Общество на расчетный счет ООО «ДСУ-125» перечислило 19 025 000 руб.

Перечисление денежных средств подтверждается платежными поручениями от: 02.10.2019 № 2446 на сумму 3 000 000 руб., 03.10.2019 № 2447 на 12 000 000 руб., 04.10.2019 № 2606 на 1 000 000 руб., 07.10.2019 № 2621 на 1 500 000 руб., 08.10.2019 № 2631 на 835 000 руб., 18.10.2019 № 2797 на 250 000 руб., 21.10.2019 № 2806 на 50 000 руб., 22.10.2019 № 2812 на 340 000 руб., 20.11.2019 № 3009 на 50 000 руб.

В назначении платежа они содержат указание на аванс по счету от 02.10.2019 № 52, ссылку на объект «Реконструкции ул. Л. Поземского в городе Пскове от Троицкого моста до границы г. Пскова (1 этап)».

Согласно счету № 52, выставленному должником, установлен срок оплаты не позднее 22.11.2019, поставка – не позднее 30.01.2020, оплата счета (полностью или в части) означает согласие с условиями поставки товара, в случае частичной оплаты счета товар поставляется в ассортименте и количестве, определяемом поставщиком в пределах суммы поступивших денежных средств, товар отпускается по факту поступления денежных средств самовывозом, при наличии доверенности и паспорта.

На основании счета от 02.10.2019 № 73, выставленного должником по заявке ООО «Эгле» от 01.10.2019 на поставку товара (строительных материалов) на общую сумму 3 828 019 руб. 93 коп. Общество на расчетный счет ООО «ДСУ-125» перечислило 3 300 000 руб., что подтверждается платежным поручением от 30.12.2019 № 3423, в назначении платежа указана ссылка на оплату по счету от 02.10.2019 № 73 за материалы по тому же объекту.

Согласно счету № 73, выставленному должником, установлен срок оплаты не позднее 31.12.2019, поставка – не позднее 30.01.2020, условия оплаты и поставки, аналогичные указанным в счете № 52.

ООО «Эгле» направило 10.02.2021 должнику претензию, ссылаясь на пункт 3 статьи 487 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), просит поставить в срок до 28.02.2020 оплаченный материал на сумму 22 325 000 руб., а в случае не поставки – в срок до 13.03.2020 возвратить денежные средства в указанной сумме.

Гарантийным письмом от 17.02.2020 должник сообщил о невозможности поставки материала, однако в связи с сложным финансовым положением просил предоставить рассрочку по возврату авансовых платежей на срок до 01.09.2020, гарантировал возврат денежных средств.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

На основании статьи 458 ГК РФ момент исполнения обязанности продавца по передаче товара определяется моментом вручения товара покупателю или указанному им лицу либо моментом предоставления товара в распоряжение покупателя, если иное не предусмотрено договором сторон.

Согласно пункту 3 статьи 487 ГК РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче оплаченного товара в установленный срок, покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Факт перечисления ООО «Эгле» должнику денежных средств в размере 22 325 000 руб. подтвержден представленными в материалы обособленного спора платежными поручениями.

Документы, подтверждающие поставку материалов либо возврата денежных средств в срок, указанный в претензии, конкурсным управляющим должника не представлены.

Как правильно указал суд первой инстанции, возражения конкурсного управляющего с указанием на наличие задолженности ООО «Эгле» перед должником не свидетельствуют об исполнении последним обязательств по поставке строительных материалов на сумму, оплаченную заявителем по счетам № 52 и 73. ООО «Эгле» представило в материалы дела договоры подряда, справки и акты по форме КС-2, КС-3, платежные поручения в подтверждение того, что указанные в отзыве конкурсного управляющего работы выполнены и оплачены.

Открытое акционерное общество «Новоизборский комбинат нерудных материалов» (АО «Новоизборский КНМ»), ООО «Эгле» и ООО «ДСУ-125» заключили 31.01.2020 договор о переводе долга, в соответствии с условиями которого ООО «Эгле» приняло на себя обязательства должника в общей сумме 3 074 815 руб. 52 коп., в том числе по договору от 11.07.2017 № 28-17/МП в сумме 1 998 114 руб. 10 коп. (минеральный порошок), от 19.04.2018 № 36-18/111 в сумме 1 076 701 руб. 42 коп. (щебень).

В соответствии с пунктом 1.3 договора в качестве оплаты за перевод долга ООО «ДСУ-125» обязалось оплатить ООО «Эгле» 3 074 815 руб. 52 коп. в срок до 30.03.2020.

Согласно пункту 2.3 договора заявитель обязался перечислить АО «Новоизборский КНМ» указанную сумму в срок до 28.02.2020, а затем этот срок продлен до 31.03.2020 согласно дополнительному соглашению от 28.02.2020 № 2.

Перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным (пункт 2 статьи 391 ГК РФ).

В данном случае договор о переводе долга подписан тремя сторонами, в том числе кредитором.

В материалы дела представлены договоры поставки, товарные накладные и счета-фактуры в подтверждение реальности поставки в адрес должника, указанной в договоре о переводе долга.

Сведений о признании указанного договора недействительным в материалах дела не имеется.

ООО «Эгле» направило 02.04.2020 должнику претензию с требованием о возврате 3 074 815 руб. 52 коп., в ответе на которую письмом от 06.04.2020, подписанным директором ООО «ДСУ-125» ФИО8, должник гарантировал возврат денежных средств, однако просил предоставить отсрочку на срок до 01.10.2020.

Поскольку обязанность по возврату денежных средств в общем размере 25 399 815 руб. 52 коп. должник не исполнил, заявитель на основании статьи 395 ГК РФ начислил проценты за пользование чужими денежными средствами по ставке 4,25 % за период с 14.03.2020 по 02.02.2021 в размере 948 826 руб. 68 коп. Расчет процентов сторонами не оспорен, проверен и принят судом.

В письменных объяснениях уполномоченный орган и конкурсный управляющий указали на наличие фактической аффилированности должника и ООО «Эгле», полагают, что указанные сделки являются притворными, заявили об отсутствии в них экономической целесообразности.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (статьи 309, 310 ГК РФ).

Вместе с тем исполнению подлежит существующее обязательство, основанное на заключенном и действительном договоре.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ недействительной является мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для квалификации совершенной сделки как мнимой суду следует установить, совпадает ли волеизъявление сторон сделки с их действительной общей волей (Определение Верховного Суда РФ от 29.10.2013 № 5-КГ13-113).

Наряду с этим в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в постановлении Президиума № 7204/12 от 18.10.2012 и Верховный Суд Российской Федерации в Определении № 5-КГ16-114 от 20.09.2016 даны разъяснения, согласно которым для создания видимости правовых последствий совершенной мнимой сделки стороны могут осуществить для вида ее формальное исполнение, в силу чего формальное исполнение такой сделки лишь для вида не может препятствовать квалификации судом такой сделки как мнимой.

В силу правовых позиций, сформированных в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-14948 от 05.02.2017 доказывания при оценке возражений лиц, участвующих в деле о банкротстве должника, о реальности денежных притязаний к должнику применяются повышенные стандарты доказывания.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Из изложенных разъяснений следует, что определяющим критерием критической оценки сделки, на основании которой кредитором заявлены имущественные требования в деле о банкротстве, является аффилированность кредитора и должника, поскольку именно такая взаимосвязь хозяйствующих субъектов позволяет им создать видимость исполнения мнимой сделки при отсутствии реальных правоотношений сторон с целью обеспечения статуса конкурсного кредитора, устранения независимых кредиторов, и тем самым достижения хозяйственной цели аффилированности лиц - сохранения единства капитала (Определение Верховного Суда РФ от 11.07.2017 № 305-ЭС17-211).

Между тем изложенная совокупность правовых критериев, позволяющих апелляционному суду оценить правоотношения кредитора и должника как мнимую сделку, материалами дела не подтверждена.

В опровержение довода о том, что стороны изначально не имели намерения исполнять договор поставки стройматериалов, ООО «Эгле» 12.04.2022 в материалы электронного дела представлены доказательства наличия между сторонами ранее аналогичных отношения, что подтверждается договорами поставки от 16.10.2017 № 49 и от 03.05.2018 № 7, платежными поручениями от 09.01.2018 № 3, от 02.10.2019 № 2445, универсальными передаточными документами от 24.04.2019 № 50, 24.05.2019 № 60, 11.06.2019 № 61, 28.05.2019 № 77, 27.06.2019 № 93, 01.07.2019 № 103, 31.07.2019 № 118, 31.07.2019 № 128, 30.11.2018 № 391, 28.11.2018 № 418, 21.12.2018 № 393. 19.01.2018 № 16, 15.01.2018 № 17, 26.01.2018 № 19, 27.02.2018 № 20, 09.02.2018 № 21, 23.02.2018 № 22, 06.03.2018 № 24, 21.02.2018 № 49, 13.02.2018 № 50, 28.02.2018 № 51, 23.03.2018 № 52, 23.03.2018 № 53, 16.04.2018 № 105, 28.04.2018 № 107, 28.05.2018 № 117, 28.05.2018 № 118, 31.05.2018 № 131, 09.07.2018 № 142, 15.06.2018 № 143, 25.06.2018 № 144, 29.06.2018 № 145, 31.05.2018 № 149, 31.05.2018 № 150, 18.06.2018 № 151, 29.06.2018 № 153, 18.06.2018 № 159, 31.07.2018 № 183, 16.07.2018 № 193, 31.07.2018 № 200, 21.09.2018 № 222, 23.07.2018 № 225, 24.08.2018 № 253, 30.08.2018 № 254, 24.08.2018 № 260, 28.09.2019 № 274, 31.07.2018 № 275, 24.09.2018 № 277, 10.10.2018 № 310, 31.10.2018 № 314, 23.11.2018 № 324.

При этом, договор № 49 предусматривал авансовые платежи, а договор № 7 допускал оплату как по факту поставки, так и посредством взаимозачетов, а также не исключал авансовые платежи.

Кроме того, оба договора определяли, что цена, количество, сроки поставки товара устанавливаются в заявках.

Таким образом, заявитель имел разумные ожидания относительно исполнения Должником обязательств по поставке. Для Общества данные взаимоотношения являлись сделками, совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Материалами дела также не подтверждена аффилированность должника и кредитора.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Конкурсным управляющим и ООО «ТА Битум» доказательств юридической либо хозяйственной зависимости кредитора и должника не представлено.

Как следует из выписок из ЕГРЮЛ, единственным участником ООО «ДСУ-125» является ФИО10, а генеральным директором с 27.12.2019 являлся ФИО8 Генеральным директором ООО «Эгле» с 12.07.2013 является ФИО6, участником ООО «Эгле» является ООО «ВАГР Групп» (ИНН <***>), участниками которого являются ФИО7 с долей в уставном капитале в размере 37,5 %; ФИО6 - 37,5 % доли в уставном капитале.

50 % уставного капитала ООО «Инвест-Строй» принадлежат ФИО7

ФИО8 стал генеральным директором ООО «Инвест-Строй» (ИНН <***>) 27.04.2020, что исключает аффилированность заявителя и должника на момент возникновения спорной задолженности.

Кроме того, ООО «Инвест-Строй» участником спорных отношений не является, основания полагать, что ООО «Эгле» участвует в распределении доходов Должника, отсутствуют (пункт 11 Обзора от 29.01.2020).

Как следует из пояснений представителя Общества и универсальных передаточных документов к договорам от 16.10.2017 № 49 и от 03.05.2018 № 7, главным бухгалтером ООО «Эгле» являлась ФИО11. Главным бухгалтером ООО «ДСУ 125» в разные периоды являлись ФИО12 (с мая 2018) и ФИО9 (до мая 2018), что опровергает доводы апеллянтов об осуществлении функций главного бухгалтера заявителя и должника одним лицом.

В отсутствие доказательств фактической и юридической аффилированности кредиторов и должника оценка изложенных обстоятельств не может влиять на права заявившегося кредитора по денежному обязательству, поскольку на такого кредитора, недобросовестность которого по правилам пункта 5 статьи 10 ГК РФ не опровергнута, не может быть возложен риск хозяйственных и правовых пороков сделки (пункт 1 Обзора практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, утв. Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120).

При этом факт наличия непогашенной задолженности перед отдельными кредиторами не свидетельствует о неплатежеспособности либо о недостаточности имущества должника. Указанное обстоятельство не может отождествляться с его неплатежеспособностью и не образует презумпцию имущественного кризиса должника.

Само по себе наличие непогашенной задолженности перед отдельным кредитором не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Следует также отметить, что по смыслу статьи 170 ГК РФ и изложенных разъяснений, при заключении мнимой (притворной) сделки стороны стремятся создать внешне юридически безупречное оформление сделки, в силу чего наличие формальных пороков заключения как договора поставки, так и сопроводительных документов к нему не подтверждает, а напротив, опровергает правовую позицию апеллянта о мнимости (притворности) правоотношений сторон.

Исходя из положений нормы статьи 10 ГК РФ для вывода о допущенном стороной злоупотреблении правом, действия лица по причинению вреда другому лицу должны носить явный целенаправленный характер, тогда как в данном случае объективных доказательств такому обстоятельству применительно к оценке сделок цессии в материалы дела не представлено.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Правовая позиция, сформированная в постановлении Президиума ВАС РФ № 7204/12 от 18.10.2012, определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-14948 от 05.02.2017 о применении повышенного стандарта доказывания при оценке возражений лиц, участвующих в деле о банкротстве должника, о реальности денежных притязаний к должнику, обусловлена отсутствием у таких лиц, не являющихся участниками оспариваемой сделки, достаточных процессуальных средств по доказыванию своей правовой позиции.

В постановлении Президиума ВАС РФ № 11524/12 от 29.01.2013 также указано на объективную невозможность доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, в силу чего предметом доказывания должно являться обстоятельство наличия и реального существования таких правоотношений.

Между тем, изложенные разъяснения не отменяют обязанности лица, осуществляющего судебную защиту своих прав, по доказыванию своей правовой позиции путем представления опровержения представленных заинтересованными кредиторами доказательств, поскольку указанный процессуальный стандарт не предполагает полного освобождения заявителей от обоснования сомнений, свидетельствующих о злоупотреблениях со стороны участников отношений (Определение Верховного Суда РФ от 28.02.2018 по делу № 308-ЭС17-12100), чего при рассмотрении настоящего дела конкурсным управляющим и ООО «ТА Битум» не сделано.

При этом конкурсный управляющий, настаивающий на фиктивности правоотношений, не был лишен возможности представить объективные доказательства, каковыми являются сведения бухгалтерского учета должника, подтверждающие учет (либо отсутствие такового) спорных хозяйственных операций, поскольку представление таких сведений находится в сфере компетенции арбитражного управляющего.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что требования ООО «Эгле» являются обоснованными, подлежат включению в реестр требований кредиторов должника в сумме 26 348 642 руб. 20 коп., в том числе 25 399 815 руб. 52 коп. основного долга, 948 826 руб. 68 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В соответствии с пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве требование относится к третьей очереди.

В силу пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве требования кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

По смыслу вышеуказанного пункта Закона о банкротстве требование заявителя в части процентов учитывается отдельно в реестре требований кредиторов и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

С учетом изложенной совокупности доказательств апелляционный суд не может признать обоснованными заявленные доводы апелляционных жалоб и прийти к выводу о незаконности принятого судом первой инстанции судебного акта.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтами положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционных жалобах не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 22 декабря 2021 года по делу № А52-2330/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ДСУ-125» ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «ТА Битум» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий

К.А. Кузнецов



Судьи

О.Г. Писарева


С.В. Селецкая