Постановление от 20 ноября 2023 г. по делу № А40-16854/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-67777/2023

Дело № А40-16854/22
г. Москва
20 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 ноября 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей А.А. Комарова, С.А. Назаровой,

при ведении протокола помощником судьи Ханикаевой Р.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «БУЛЫГИН И ПАРТНЕРЫ» ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2023 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «БУЛЫГИН И ПАРТНЕРЫ» ответчика ФИО2, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «БУЛЫГИН И ПАРТНЕРЫ»


при участии в судебном заседании:

ФИО2 – лично, паспорт



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.09.2022 года ООО «БУЛЫГИН И ПАРТНЕРЫ» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1, ИНН <***>, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 24.09.2022 года.

В Арбитражныи? суд города Москвы 09.12.2022 года поступило заявление конкурсного управляющего, в котором заявитель просит суд привлечь ФИО3 к субсидиарнои? ответственности по обязательствам ООО «БУЛЫГИН И ПАРТНЕРЫ». Согласно определению от 21.06.2023 года в настоящем судебном заседании подлежала рассмотрению обоснованность заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарнои? ответственности контролирующих должника лиц.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2023 отказано в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судебным актом, заявительобратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2023 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы ссылается на нарушениесудом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследованиеобстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемомсудебном акте, обстоятельствам дела.

Ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил приобщить к материалам спора письменную позицию, которая приобщена к материалам спора.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции, не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменении? в Федеральныи? закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс России?скои? Федерации об административных правонарушениях» (далее по тексту - Закон от 29.07.2017 года № 266-ФЗ) были внесены изменения в Закон о банкротстве; положения ст. 10 Закона о банкротстве утратили силу; в Закон о банкротстве введена глава III.2 (статьи 61.10 - 61.22), предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Закон от 29.07.2017 года № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - с 30.07.2017 года.

Положениями п. 3 ст. 4 Закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлении? о привлечении к субсидиарнои? ответственности, предусмотреннои? ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, деи?ствовавшеи? до дня вступления в силу Закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ).

Так как обстоятельства, послужившие основанием для привлечения ответчиков к субсидиарнои? ответственности, имели место в 2021 году, то есть после вступления в силу Закона от 29.07.2017 года № 266-ФЗ, а заявление о привлечении их к субсидиарнои? ответственности поступило в суд после 09.12.2022 года, соответственно, суд приходит к выводу, что настоящии? спор подлежит рассмотрению с применением норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 года № 266-ФЗ.

Как следует из материалов дела, функции единоличного исполнительного органа и единственного участника ООО «БУЛЫГИН И ПАРТНЕРЫ» исполнял ответчик ФИО2,

Определение понятия «контролирующее должника лицо» дано в абз. 34 ст. 2 и ст. 61.10 Закона о банкротстве, согласно которому контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять деи?ствия должника, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первои? Гражданского кодекса России?скои? Федерации» разъяснено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителеи? (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его деи?ствия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса России?скои? Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарнои? ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными деи?ствиями.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять деи?ствия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационнои? комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акции? акционерного общества или более чем половинои? долеи? уставного капитала общества с ограниченнои? (дополнительнои?) ответственностью, руководитель должника).

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактическои? возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его деи?ствия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарнои? ответственности, в процесс управления должни ком, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решении? относительно деятельности должника (пункт 3 Постановления № 53).

Принимая во внимание исключительность применения механизма восстановления нарушенных прав кредиторов посредством привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарнои? ответственности (пункт 1 Постановления № 53), арбитражному суду, исходя из задач судопроизводства и принципа справедливости, необходимо исследовать вопрос о фактическом лице (лицах), определяющим деи?ствия ответчика, и в зависимости от установленного определить их вину в затруднительности или невозможности формирования конкурснои? массы и размер ответственности.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свои?ство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарнои? ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решении? относительно деятельности должника. Суд может признать лицо контролирующим должника по любым иным доказанным основаниям (пункт 5 статьи 61.10), которые прямо в законе не указаны. Перечень основании? и обстоятельств, перечисленных в пунктах 3 - 7 указанного постановления, не является исчерпывающим. Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связеи?, позволяющих ответчику в силу закона либо иных основании? (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактическои? аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связеи? или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Следовательно, приведенные положения норм права, судебная практика и представленные доказательства, позволяют сделать вывод, что контролирующим должника лицом, на которое в силу Закона о банкротстве может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, являлся ФИО2

Конкурсным управляющим заявлено о возложении субсидиарнои? ответственности по обязательствам должника на ответчика, поскольку последнии? не обеспечил передачу конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, не исполнил обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России?скои? Федерации, а также к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временнои? администрации финансовои? организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствовала информация об объектах, предусмотренных законодательством России?скои? Федерации, формирование которои? является обязательным в соответствии с законодательством России?скои? Федерации, а собранная конкурсным управляющим соответствующая информация искажена, что повлекло существенное затруднение проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурснои? массы.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Положения п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве указывают, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требовании? кредиторов невозможно вследствие деи?ствии? и (или) бездеи?ствия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России?скои? Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временнои? администрации финансовои? организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством России?скои? Федерации, формирование которои? является обязательным в соответствии с законодательством России?скои? Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурснои? массы.

Вместе с тем, определением суда от 31.05.2023 года по настоящему делу отказано в удовлетворении ходатаи?ства конкурсного управляющего об истребовании доказательств у ответчика, в связи с их передачеи?; кроме того, в ходе рассмотрения указанного ходатаи?ства конкурсного управляющего ответчик неоднократно давал пояснения относительного того, что у должника отсутствуют какие-либо активы, что также косвенно подтверждается тем, что конкурсным управляющим самостоятельно были приняты меры к получению от компетентных органов сведении? о наличии/отсутствии имущества у должника, на которые были получены отрицательные ответы.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции признал доводы заявления в даннои? части необоснованными.

Неподача заявления должника в арбитражныи? суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве, влечет за собои? субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражныи? суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного п. 3 ст. 9 Закона о банкротстве (п. 2 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в Федерального закона от 28.06.2013 года № 134-ФЗ).

Системное толкование приведенных норм права позволяет сделать вывод, что возможность привлечения лиц, перечисленных в п. 2 ст. 10 поименованного Закона, к субсидиарнои? ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в Законе условии?: во-первых, возникновения одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 названного Закона обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства; во-вторых, неподачи каким-либо из указанных выше лиц заявления и банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; в-третьих, возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарнои? ответственности лицо (лица), перечисленные в п. 2 ст. 10 Закона, после истечения срока, предусмотренного п. 3 ст. 9 Закона.

В п. 2 «Обзор судебнои? практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016 года) указывается, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителеи? к ответственности, предусмотреннои? п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условии?, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 «Обзор судебнои? практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016 года), в силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственнои? связи между противоправным и виновным бездеи?ствием руководителя организации в виде неподачи заявления о признании должника банкротом и вредом, причиненным кредиторам организации из - за невозможности удовлетворения возросшеи? перед ними задолженности.

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственнои? связи между указанными деи?ствиями (бездеи?ствием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требовании? кредиторов. При доказанности условии?, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестностью ответчика.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления N 53, под деи?ствиями (бездеи?ствием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требовании? кредиторов следует понимать такие деи?ствия (бездеи?ствие), которые явились необходимои? причинои? банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния деи?ствии? (бездеи?ствия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно- следственнои? связи между названными деи?ствиями (бездеи?ствием) и фактически наступившим объективным банкротством. В пункте 20 постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса России?ского Федерального) либо специальные правила о субсидиарнои? ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздеи?ствие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, деи?ствующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздеи?ствия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздеи?ствия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимои? причинои? банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарнои? ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупныи? размер которои?, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Конкурсныи? управляющии? указывает, что критическии? момент, когда должника стал неспособен удовлетворить требования кредиторов в полном объеме, наступил по состоянию на 26.08.2021 года, когда у должника образовалась кредиторская задолженность перед единственным кредитором ИП ФИО4 в размере 948.000 руб.

Вместе с тем, заявителем не предоставлено доказательств осведомленности руководителя должника о существовании обстоятельств объективного банкротства, с которыми ст.9 Закона о банкротстве связывает необходимость обращения руководителя с заявлением должника о банкротстве.

Наличие кредиторскои? задолженности в определенныи? момент, само по себе не может являться свидетельством невозможности организации исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц обязанности по принятию решения и подаче заявления должника о признании его банкротом. Равно как и факт подачи исков к должнику, сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества. Сам по себе факт наличия кредиторскои? задолженности не отнесен Законом о банкротстве к обстоятельствам, из которых возникает обязанность руководителя обратиться в арбитражныи? суд с заявлением о признании должника банкротом. Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяи?ствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактическои? несостоятельности. По общему правилу, недостаточность имущества определяется по бухгалтерскои? отчетности должника, на последнюю отчетную дату, предшествующую совершению сделки и/или иного деи?ствия

Согласно абз. 33 и абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве для целеи? данного закона под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностеи? по уплате обязательных платежеи? должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностеи? по уплате обязательных платежеи?, вызванное недостаточностью денежных средств.

Как следует из бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2019 года активы должника составляли – 382 тыс.руб., кредиторская задолженность, включая заемные обязательства, как долгосрочные, так и краткосрочные, составляла 156 тыс.руб., по состоянию на 31.12.2020 года активы должника – 3.973 тыс.руб., кредиторская задолженность, включая заемные обязательства, как долгосрочные, так и краткосрочные, - 454тыс.руб.; по состоянию на 31.12.2021 года активы должника – 3.933 тыс.руб., кредиторская задолженность, включая заемные обязательства, как долгосрочные, так и краткосрочные, - 1.203 тыс.руб. Следовательно, приведенные данные бухгалтерского учета позволяют сделать вывод о превышении активов должника над его обязательствами, что является достаточным критерием для определения наличия признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника исходя из определения данных понятии?, содержащихся в абз. 33 и абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве (согласно п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 23.12.2010 № 63 суд надзорнои? инстанции рекомендовал судам при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества исходить из содержания этих понятии?, данного в указаннои? норме Закона о банкротстве).

Следовательно, вопреки требованиям ч. 1 ст. 65 АПК РФ заявителем не предоставлено доказательств возникновения обстоятельств объективного банкротства в указанныи? период (по состоянию на 26.08.2021 года).

Конкурсным управляющим указывается, что в ходе проведения анализа выписок по расчетным счетам должника выявлены им сомнительные банковские операции по перечислению должником в пользу ответчика денежных средств, которые, по его мнениюсовершены на нерыночных условиях.

Как разъяснено в п. 80 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положении? раздела I части первои? Гражданского кодекса России?скои? Федерации», взаимные предоставления считаются равными, пока не доказано иное. Следовательно, изложенная в толковании презумпция является опровержимои?.

Исходя из смысла п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве следует, что для определения равноценности встречного предоставления необходимо не просто установить рыночную стоимость товара, а определить такую стоимость с учетом схожих обстоятельств и условии? заключения сделки, так же такая цена должна не просто отличаться от рыночных цен аналогичных сделок, а отличаться значительно, то есть разница между рыночнои? стоимостью имущества и ценои? договора должна быть настолько существеннои?, что значительно ухудшает положение должника. Из диспозиции п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношении? должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (Определение Верховного Суда РФ от 15.02.2019 года № 305-ЭС18-8671(2) по делу № А40-54535/2017).

Как следует из позиции Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации, изложеннои? в абз. 7 п. 10 Информационного письма Президиума от 30.10.2007 года № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положении? главы 24 Гражданского кодекса России?скои? Федерации», при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления, необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела. В частности, должны учитываться: степень платежеспособности должника, степень спорности передаваемого права (требования), характер ответственности цедента перед цессионарием за переданное право (требование) (ответственность лишь за деи?ствительность права (требования) или также и за его исполнимость должником), а также иные обстоятельства, влияющие на деи?ствительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки. Несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями.

Таким образом, одним из основных обстоятельств, входящих в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недеи?ствительнои? по основанию п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, является факт равноценности/неравноценности совершенного по сделке встречного исполнения, иными словами, для того чтобы установить данное обстоятельство, необходимо обладать информациеи? как о стоимости имущества, переданного должником по сделке, так и о стоимости полученного за данное имущество предоставления.

Финансовым управляющим не представлены доказательства, что выявленные платежи совершены без встречного предоставления со стороны ответчика.

Принимая во внимание изложенное, суд отказывает в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Отклоняется довод апеллянта о том, что ответчик не передал документацию должника.

Запрашиваемые документы были направлены в адрес арбитражного управляющего, что подтверждается почтовым идентификатором № 10883180007857.

В приложении к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности приложена бухгалтерская отчетность ООО «БУЛЫГИН И ПАРТНЕРЫ» за 2019-2021 гг., тем самым у ФИО1 была необходимая документация для осуществления финансового анализа компании, которую он получил до подачи заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, действуя в рамках своих компетенций, предоставленных Законом о банкротстве. Факт направления документов в адрес конкурсного управляющего также был исследован судом первой инстанции.

Довод конкурсного управляющего о том, что непредставление документации, не позволило формировать конкурсную массу является необоснованным. Более того, управляющий не лишен был возможности обратился в государственные органы и кредитные организации с соответствующими запросами.

Конкурсный управляющий в своей жалобе указал на уменьшение прибыли компании с 2020 по 2021 года, росте кредиторской задолженности и необходимости взыскания дебиторской задолженности.

Данные доводы не являются достаточными для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, так как данные финансовые показатели не являются основанием наступления банкротства компании, динамика финансовых показателей в рамках обычной хозяйственной деятельности компании, также основной вид деятельности компании - оказание курьерских услуг, а не взыскание задолженности для чего необходимо наличие специальных познаний в области права либо привлечение квалифицированных юристов для выполнения указанной задачи. Финансовые показатели компании позволяли ей осуществлять нормальную хозяйственную деятельность.

При этом при обращении в суд с таким требованием заявитель должен доказать, что своими действиями ответчик довел должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности, до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3Закона о банкротстве).

Такие доказательства конкурсным управляющим в материалы спора не представлены.

Конкурсный управляющий не указал точные сроки, в которые ответчик должен был обратиться с заявлением о банкротстве, не доказал наличие причинно-следственных связей между моими действиями и банкротством компании.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2023 по делу № А40-16854/22 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю. Л. Головачева

Судьи: А.А. Комаров


С.А. Назарова