Постановление от 29 июня 2021 г. по делу № А41-69007/2017

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9695/2021

Дело № А41-69007/17
29 июня 2021 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 22 июня 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 29 июня 2021 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Катькиной Н.Н., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2 - ФИО3, доверенность от 21.06.2021,

от ООО «Истра+» - ФИО4, доверенность от 21.12.2020,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 12 апреля 2021 года по делу № А41-69007/17 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Каскад»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.01.2018 в отношении ООО "Каскад" (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 143081, <...>, комн. 202В) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

При рассмотрении дела о банкротстве ООО "Каскад" применены правила параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве в редакции Закона № 210-ФЗ от 12.07.2011.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.08.2018 в отношении ООО "Каскад" введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Московской области от 08.09.2020 в отношении ООО "Каскад" введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.12.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

И.о. конкурсного управляющего должника ФИО3, ООО "Майнбэст Групп", ООО "Стексс", ФИО6, ФИО7 обратились в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи № 276/16- 08 оф от 28.04.2014, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.11.2020 обособленные споры в рамках дела №А41-69007/17 по заявлениям указанных лиц объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Заявление подано в соответствии со статьями 61.1, 61.2, 61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование заявленных требований заявители сослались на то, что оспариваемая сделка совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.04.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель ООО «Истра+» возражал против доводов апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие не явившихся лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, установленным Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1. Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат. К действиям, совершенным во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти, применяются правила, предусмотренные настоящей главой.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более 10 % (десяти процентов) общего размера кредиторской задолженности, включенной в Реестр, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Таким образом, с заявлением об оспаривании сделки должника могут обратиться конкурсные кредиторы должника, чей совокупный размер требований превышает 10 % от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр.

Согласно сведениям, представленным внешним управляющим ООО «Каскад» соединенные требования заявителей по настоящему делу составляют в сумме 199 172 092,76 руб.,

Следовательно, при размере кредиторской задолженности перед Заявителями по настоящему делу 1 933 315 770,97 руб., требования заявителей составляют 10,30% от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов ООО «Каскад».

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 28.04.2014 между ООО «Каскад» (Продавец) и ООО «Истра+» (Покупатель) заключен Договор купли-продажи № 276/16-08 оф.

Согласно п. 1.1 Договора Продавец продает, а Покупатель приобретает в собственность в порядке и на условиях, установленных договором, недвижимое имущество – помещение, назначение нежилое, общая площадь 93,7 м², этаж 1, расположенное по адресу: Московская обл.. г. Истра, пр-т Генерала Белобородова, д. 16, пом. 8,условный номер 50-50-08/110/2012-438.

Стоимость продаваемого имущества составила 5 400 000,00 руб.

Оплата по договору производится в следующем порядке:

- денежные средства в размере 2 400 000,00 руб. перечисляются в безналичной форме Покупателем непосредственно на счет Продавца в течение трех дней с момента подписания договора,

- денежные средства в размере 3 000 000,00 руб. перечисляются в безналичной форме Покупателем непосредственно на счет Продавца не позднее 20.12.2014.

С учетом даты возбуждения в отношении ООО «Каскад» производства о несостоятельности (банкротстве) (24.08.2017) спорная сделка, зарегистрированная в Управлении Росреестра 28.08.2014, совершена в период подозрительности сделок, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, обратившимся с заявлением.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Между тем доказательств заинтересованности ООО «Истра+» по отношению к ООО «Каскад» не представлено, как и не представлено доказательств совокупности обстоятельств, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем основания для признания сделки недействительной по указанной норме отсутствуют.

Доказательств того, что на дату сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, о чем знал или должен был знать ответчик, материалы настоящего обособленного спора не содержат. Так, конкурсным управляющим и кредиторами не представлены сведения о бухгалтерских показателях ООО «Каскад» за 2013 год.

Наличие задолженности перед отдельным кредитором не свидетельствует о признаках неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Кроме того, как следует из материалов дела, стороны в Договоре согласовали стоимость нежилого помещения в размере 5 400 000 руб.

Согласно заключению ООО «Модерн» рыночная стоимость объекта оценки составляла 3 384 000 руб. При этом кадастровая стоимость объекта по состоянию на 2014 год составляла 144 382,46 руб. (т.3 л.д. 44-76)

При этом апелляционная коллегия не может принять во внимание отчет, представленный конкурсным управляющим, выполненный специалистом-оценщиком ИП ФИО8, поскольку объектом оценки явилось нежилое помещение площадью 937 кв.м. В свою очередь ответчиком приобретено помещение площадью 93, 7 кв.м. (т. 3 л.д. 14).

Таким образом, бесспорных доказательств того, что цена объекта недвижимости, согласованная сторонами в договоре, не соответствовала его рыночной стоимости, материалы дела не содержат. Доказательств обратного не представлено.

Ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы сторонами не заявлялось.

Кроме того, в любом случае, ООО «Истра+» выплатило в пользу ООО «Каскад» денежные средства в размере в размере 2 530 000 в счет исполнения ООО «Истра+» обязательств по договору, что сторонами не оспаривалось.

В любом случае неполная оплата по договору влечет иные правовые последствия, а не признание сделки недействительной по заявленным основаниям. ООО «Каскад» не было лишено права обратиться в арбитражный суд с иском к ООО «Истра+» о взыскании задолженности.

Таким образом, доказательств того, что заключая оспариваемый договор ответчик, действовал недобросовестно и неразумно, с целью причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторам, материалы дела не содержат. Как отмечалось ранее, аффилированности или иной заинтересованности между сторонами сделки не установлено.

Апелляционная коллегия, повторно исследовав материалы дела, считает, что конкурсным управляющим должника и кредиторами не доказана вся совокупность обстоятельств, подлежащих установлению для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, поскольку доказательств того, что платежи по спорному договору являются частью денежных средств в размере 15 360 250,00 руб., признанными недействительными перечислениями с расчетного счета ООО «Каскад» в пользу ООО «Истра+», начиная с 04.12.2013 определением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-69007/2017 от 12.11.2019суду не представлено, выводы суда первой инстанции в этой части являются ошибочными.

Доводы о наличии оснований признания сделки недействительной по основаниям, установленным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции считает несостоятельными в силу следующих обстоятельствам.

Согласно ст. 421 ГК РФ принцип свободы договора предполагает добросовестность действий сторон, разумность и справедливость его условий, в частности их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

Под свободой договора подразумевается, что стороны действуют по отношению друг к другу, основываясь на началах равенства и автономии воли, и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах. Однако это не означает, что при заключении договора они могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (контрагентов), а также ограничений, установленных Гражданским кодексом РФ и другими законами (Постановление Президиума ВАС РФ от 12.07.2011 N 17389/10 по делу N А28-732/2010-31/18).

Принцип свободы договора является фундаментальным частноправовым принципом, основой для организации современного рыночного оборота. Отступления от этого принципа допускаются лишь в крайних случаях для защиты интересов и экономических ожиданий третьих лиц, слабой стороны договора (потребителей), основ правопорядка или нравственности или интересов общества в целом.

Одним из случаев ограничения свободы договора является направленность сделки на причинение вреда должнику и его кредиторам.

Вместе с тем, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что доказательств направленности воли сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в материалы дела не представлено.

Злоупотребления правом в действиях сторон апелляционный суд не установил.

В то же время, по общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Таковых судом апелляционной инстанции не установлено.

Пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В данном случае, поскольку судом не установлено оснований признания сделки недействительной, положения статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются.

Как указывалось выше, на основании пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Аналогичный вывод о сроке исковой давности также следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно абзацу 2 указанного пункта разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности для оспаривания сделки не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права. В частности, путем направления запросов и иными способами сбора информации о сделке.

При этом в соответствии с пунктом 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

Что касается момента начала исчисления срока давности по требованию конкурсных кредиторов, то в данном случае также применяются общие правила, установленные гражданским законодательством, которое связывает начало течения срока исковой давности с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, или когда оно, действуя в пределах предоставленных ему прав, должно было узнать о совершении сделки и о том, что эта сделка нарушает его права.

В соответствии с пунктом 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделки должника могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, только лишь в ходе процедур внешнего управления и конкурсного производства.

Так, процедура внешнего управления введена определением Арбитражного суда Московской области от 27.08.2018, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что управляющий узнал об оспариваемой сделке не ранее указанной даты, в то время как заявление подано 09.06.2020, т.е. с пропуском срока исковой давности.

Доводы кредиторов о наличии информации об оспариваемой сделки в связи с проведением конкурсным управляющим ФИО3 собрания кредиторов ООО «Каскад»21.02.2020 отклоняются судом апелляционной инстанции по следующим основаниям.

ООО "Майнбэст Групп", ООО "Стексс", ФИО6, ФИО7

Так, ООО «Стексс» знало о заключении спорного договора между ООО «Истра+» и ООО «Каскад» как минимум с 25.09.2014 в связи с оказанием ООО «Истра+» услуг по государственной регистрации Договора.

Данное обстоятельство, в частности, подтверждается проектом договора оказания услуг от 06.05.2014 № 276, направленным ООО «Стексс» в адрес ООО «Истра+» (далее -Договор № 276; т. 2, л.д. 133 - 134), электронным письмом ООО «Стексс» от 22.09.2014 о направлении Договора № 276 (т. 2, л.д. 135) и платежным поручением об оплате ООО «Истра+» названных услуг (т. 2, л.д. 136).

Согласно сведениям сервиса «Casebook» до 18.03.2016 единственным участником ООО «Каскад» и ООО «Стексс» являлся ФИО9, т.е. ООО «Каскад» и ООО «Стексс» являлись аффилированными лицами.

Данное обстоятельство является подтверждением осведомленности ООО «Стексс» о заключении спорной сделки, поскольку ООО «Каскад» и ООО «Стексс» как аффилированные лица должны были знать о взаимном состоянии дел и о заключаемых ими с третьими лицами сделках.

С 18.03.2016 и по настоящее время единственным участником ООО «Стексс» является ФИО2, т.е. она является аффилированным лицом по отношению к ООО «Стексс».

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что с 18.03.2016 ФИО2 была или в любом случае должна была быть осведомлена о заключенных ООО «Стексс» сделках, в том числе о договоре оказания услуг №276, а, следовательно, и о спорном договоре.

При этом после покупки ФИО2 долей в уставном капитале ООО «Стексс» генеральный директор ООО «Стексс» ФИО10,в период руководства которой был заключен и исполнен Договор № 276, продолжала осуществлять свои полномочия вплоть до 21.12.2017.

С 22.12.2017 и до настоящего времени генеральным директоромООО «Стексс» является ФИО6

Вступая в должность руководителя ООО «Стексс», ФИО6 должна была получить от ФИО10 все необходимые документы и информацию о деятельности общества, в том числе о совершенных им сделках, включая Договор № 276.

Более того, ФИО6 как дочь ФИО2, которая впоследствии стала руководителем ООО «Стексс», также должна была обладать информацией о деятельности данного общества и, во всяком случае, имела доступ к его первичным документам или к сведениям о них, как минимум с момента становления ФИО2 единственным участником ООО «Стексс» (в силу родственных связей).

Таким образом, в связи с наличием родственных связей между ФИО2 и ФИО6, она должна была знать о наличии Договора также с 18.03.2016.

В период с 18.03.2016 по 02.12.2016 ФИО2 являлась мажоритарнымучастником ООО «Майнбэст Групп» с долей участия более 90 % (т. 2, л.д. 143).

Следовательно, в указанный период ООО «Стексс» и ООО «Майнбэст Групп» являлись аффилированными лицами, которые должны были быть осведомлены о взаимном состоянии дел и о заключенных ими с третьими лицами сделках, в том числе о Договоре № 276, а, следовательно, и о спорном договоре.

В силу того, что ООО «Стексс», ООО «Майнбэст Групп» и ФИО6 являлись аффилированными лицами, которые имели взаимный доступ к информации и документам о хозяйственной деятельности ООО «Стексс», они должны были знать о заключении ООО «Стексс» Договора № 276 и, соответственно, спорного договора как минимум с 18.03.2016. Внешнее управление судом введено судом 27.08.2018.

Между тем заявления кредиторов поданы в арбитражный суд 03.06.2020, т.е. с нарушением срока исковой давности.

На основании изложенного следует, что заявление внешнего управляющего и кредиторов о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки по основаниям, указанным в Законе о банкротстве, подано в Арбитражный суд Московской области по истечении предусмотренного срока с момента, когда он должен был узнать о нарушении своего права и обстоятельствах совершения оспариваемых сделок, то есть за пределами срока исковой давности.

При этом утрата права на обращение с заявлением об оспаривании сделки должника по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, по причине пропуска срока исковой давности одним из кредиторов, влечет аналогичные последствия и при объединении требований указанных кредиторов.

Иное толкование норм права привело бы к возможности злоупотребления правами со стороны крупного кредитора, пропустившего срок исковой давности. Иначе фактически любой кредитор, пропустивший срок исковой давности, может приобрести права требования другого кредитора, не располагавшего сведениями о сделке и преодолеть ограничения, установленные Законом о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

При этом, как отмечалось ранее, оснований для признания сделки недействительной применительно к ст. ст. 10, 168, ГК РФ, апелляционной коллегией не установлено.

Доводы заявителя апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, п. 1 ч. 4 ст. 272, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12 апреля 2021 года по делу №А41-69007/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.А. Мурина

Судьи

Н.Н. Катькина

Д.С. Семикин