Постановление от 1 октября 2022 г. по делу № А32-34039/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: i№fo@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-34039/2021
город Ростов-на-Дону
01 октября 2022 года
15АП-6883/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 октября 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Попова А.А.,

судей Абраменко Р.А., Яицкой С.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 01.08.2022,

с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» веб-конференции:

от ООО «Проект-3»: директора ФИО4,

от ИП ФИО5: представителя ФИО1 по доверенности от 24.08.2021,

от ФИО6: представителя ФИО7 по доверенности от 05.04.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Проект-3»

к индивидуальному предпринимателю ФИО5

при участии третьих лиц: федерального государственного бюджетного учреждения «Администрация морских портов Черного моря», Капитана морского порта «Сочи», акционерного общества «Сочинский морской торговый порт», ФИО2, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО6,

об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Проект-3» (далее – ООО «Проект-3», истец) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее – ИП ФИО5, предприниматель) и к акционерному обществу «Сочинский морской торговый порт» (далее – АО «Сочинский МТП», порт) об истребовании из незаконного владения маломерного судна, прежнее название судна – «Силайн», нынешнее название «Монте Карло», регистровый номер 511280, год постройки – 2002, место постройки – Великобритания, материал корпуса – стеклопластик, марка двигателя – Volvo Pe№ta TAMD74L-D, габаритные размеры судна: длина – 13,2 м., ширина - 4,2 м., осадка в полном грузе – 1,2 м., строительный заводской номер корпуса GB-SiL43135D202, заводские номера двигателей 2071159830/2071159833 (далее - судно «Силайн»).

Определением суда первой инстанции от 01.02.2022 принят отказ истца от иска к АО «Сочинский МТП», указанное лицо привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Решением от 24.02.2022 суд первой инстанции в удовлетворении иска по отношению к ИП ФИО5 отказал, по отношению к АО «Сочинский МТП» производство по делу прекратил, отменил обеспечительные меры, принятые определением от 29.07.2021.

С принятым судебным актом не согласилось ООО «Проект-3», в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении иска по отношению к предпринимателю отменить, в данной части по делу принять новое решение об удовлетворении иска в полном объёме.

Определением от 07.07.2022 суд апелляционной инстанции привлёк к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО8, ФИО10, ФИО6 и перешёл к рассмотрению дела № А32-34039/2021 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Определением от 18.08.2022 суд апелляционной инстанции привлёк к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО9.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы искового заявления, просил заявленные требования удовлетворить в полном объёме.

Представители ответчика, ФИО6 и ФИО2 с доводами искового заявления не согласились, просили в удовлетворении исковых требований отказать.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей не обеспечили, будучи надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения дела.

Изучив материалы дела, оценив доводы искового заявления, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, за ООО «Проект-3» было зарегистрировано право собственности на спорное судно «Силайн», что подтверждается свидетельством о праве собственности ТВ № 0014546 от 14.08.2009 (т. 1 л.д. 119).

23.03.2010 между ООО «Проект-3» (продавец), действовавшим в лице генерального директора ФИО11 (бывший супруг единственного участника общества ФИО12), и ФИО2 (покупатель) был подписан договор купли-продажи, по условиям которого спорное имущество было отчуждено в адрес покупателя по цене 200 000 руб. В государственный судовой реестр сведения о ФИО2 как о собственнике судна были внесены на основании заявления последнего 16.11.2010, а 21.01.2011 на основании заявления ФИО2 спорное судно было исключено из реестра маломерных судов вместе с двигателями (т. 1 л.д. 74-75).

В рамках судебного дела № А40-117454/2010 ФИО12, как единственный участник общества, обратилась в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО «Проект-3» и ФИО2 о признании недействительным заключенного между ответчиками договора купли-продажи судна от 23.03.2010 и применении последствий недействительности этой сделки путем обязания ФИО2 возвратить обществу полученное по сделке судно, а ООО «Проект-3» - возвратить ФИО2 полученные по сделке денежные средства.

Исковые требования основывались на утверждении ФИО12 о нарушении при заключении оспариваемой сделки правил, установленных для совершения крупных сделок (истица указывала на то, что она не принимала решение об одобрении сделки по отчуждению судна в адрес ФИО2 по цене 200 000 руб.).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2011, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2012, в удовлетворении требований отказано. Постановлением Федерального арбитражного суда Московского округа от 13.08.2012 принятые по делу судебные акты отменены и дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы для разрешения вопроса о том, является ли договор купли-продажи судна от 23.03.2010 для продавца - ООО «Проект-3» - крупной сделкой, а также для оценки соответствия решения истца от 19.03.2010 требованиям пункта 3 статьи 46 Федерального закона Российской Федерации «Об обществах с ограниченной ответственностью».

При новом рассмотрении дела решением Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2012 в удовлетворении иска отказано. При принятии решения суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемый истцом договор купли-продажи судна от 23.03.2010 является для продавца - ООО «Проект-3» крупной сделкой, совершение которой не повлекло за собой каких-либо неблагоприятных последствий ни для ООО «Проект-3», ни для ФИО12 как участника общества, и отклонил доводы истца о несоблюдении требований, установленных пунктом 3 статей 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» к порядку одобрения крупной сделки, сославшись на отсутствие доказательств того, что на основании решения единственного участника ООО «Проект-3» от 19.03.2010 была заключена какая-либо иная крупная сделка по продаже принадлежащего обществу судна.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2013 решение суда первой инстанции отменено и требования удовлетворены, заключенный между ООО «Проект-3» и ФИО2 договор купли-продажи судна от 23.03.2010 признан недействительным и применены последствия недействительности этой сделки путем обязания ФИО2 возвратить обществу полученное по сделке судно, а ООО «Проект-3» возвратить ФИО2 полученные по сделке денежные средства в размере 200 000 руб. Отменяя решение и удовлетворяя требования, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемый истцом договор являлся для ООО «Проект-3» крупной сделкой, но пришел к выводу об ошибочности вывода суда первой инстанции о наличии оснований для принятия решения единственного участника ООО «Проект-3» от 19.03.2010 в качестве одобрения этой сделки, поскольку в нем не указаны цена сделки и покупатель, а также к выводу об отчуждении судна по значительно заниженной цене даже по отношению к балансовой его стоимости и причинении в результате этого убытков как продавцу, так и ФИО12 как его единственному участнику общества.

Постановлением ФАС Московского округа от 13.05.2013 по делу № А40-117454/2010 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2013 оставлено без изменения, а кассационная жалоба ФИО2 - без удовлетворения. Суд кассационной инстанции поддержал доводы апелляционной инстанции, которая пришла к обоснованному выводу о том, что договор от 23.03.2010 является недействительным, как заключенный с нарушением требований, установленных статьей 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», о чем покупатель не мог не знать, и что в результате отчуждения по этому договору имущества по явно заниженной цене как самому ООО «Проект-3», так и ФИО12 как его единственному участнику причинены убытки.

Фактически постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2013 по делу № А40-117454/2010 в части возврата ФИО2 спорного судна ООО «Проект-3» не было исполнено, не смотря на то, что на основании исполнительного листа, выданного в рамках указанного судебного дела, 12.09.2013 возбуждалось исполнительное производство № 73296/13/83/61. Первоначально данное исполнительное производство было окончено 15.11.2018 в связи с невозможностью исполнения обязывающего должника совершить определённые действия исполнительного документа, возможность исполнения которого не утрачена судебным приставом-исполнителем (судебный пристав-исполнитель не смог фактически обнаружить судно, подлежавшее передаче от ФИО2 в адрес ООО «Проект-3»).

Повторно на основании ранее выданного исполнительного листа исполнительное производство № 131649/21/61083-ИП было возбуждено 16.06.2021 и окончено 29.07.2021 в связи с поступлением заявления взыскателя о возврате исполнительного документа.

Данное действие ООО «Проект-3» было обусловлено тем обстоятельством, что в июне 2021 года спорное судно было обнаружено в порту г. Сочи, которое находилось в фактическом владении иного лица - у ИП ФИО5

Приведённые обстоятельства явились основанием для обращения ООО «Проект-3» в арбитражный суд с иском по настоящему делу об истребовании спорного судна из чужого незаконного владения ИП ФИО5

В соответствии со статьёй 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, приведёнными в пункте 39 совместно постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2009, по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из выше приведённых норм действующего законодательства и разъяснений судов следует, что при рассмотрении настоящего дела ИП ФИО5 мог приводить доводы и представлять доказательства своей добросовестности как приобретателя спорного имущества, а ООО «Проект-3», в свою очередь, должно было доказать факт выбытия спорного имущества из своего владения помимо его воли.

Для правильного разрешения спора суд апелляционной инстанции полагал необходимым установить порядок поступления спорного судна в фактическое владение ИП ФИО5

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в отношении спорного судна после подписания договора купли-продажи от 23.03.2010 с ФИО2 были совершены следующие действия:

- 27.12.2010 между ФИО2 (продавец) и ФИО8 (покупатель) был подписан нотариально удостоверенный договор купли-продажи, по условиям которого спорное судно было отчуждено за 200 000 руб. (т. 1 л.д. 118). Между указанными лицами был также подписан аналогичный договор купли-продажи спорного судна от 11.01.2011 (т. 5 л.д. 70). При этом сведения о самом судне и о ФИО8 как о его собственнике были внесены в РМС только 14.05.2018 (т. 5 л.д. 56-57) и на следующий день - 15.05.2018 исключены из реестра, тогда как ФИО2 снял спорное судно с регистрационного учёта 21.01.2011 (т.е. в период с 21.01.2011 по 14.05.2018 спорное судно не состояло на учёте в РМС). Кроме того, при постановке спорного судна на учёт в органе ГИМС его строительный (идентификационный) заводской номер корпуса был изменён с «GB-SIL431350202» на «GB-SIL43135D202»;

- 15.05.2018 между ФИО8 (продавец) и ФИО9 (покупатель) был подписан договор купли-продажи, по условиям которого спорное судно было отчуждено за 200 000 руб. (т. 5 л.д. 74). Сведения о ФИО9 как о собственнике судна были внесены в РМС 15.05.2018, а исключены из реестра 24.09.2018;

- 24.09.2018 между ФИО9 (продавец) и ФИО10 (покупатель) был подписан договор купли-продажи, по условиям которого спорное судно было отчуждено за 1 000 000 руб. (т. 5 л.д. 66). Сведения о ФИО10 как о собственнике судна были внесены в РМС 08.05.2019, а исключены из реестра 04.02.2020;

- 04.02.2020 между ФИО13 (продавец) и ФИО6 (покупатель) был подписан договор купли-продажи, по условиям которого спорное судно было отчуждено за 2 600 000 руб. (т. 2 л.д. 24). Сведения о ФИО6 как о собственнике судна были внесены в РМС 16.07.2020, а исключены из реестра 17.08.2020;

- 13.08.2020 между ФИО6 (продавец) и ФИО5 (покупатель) был подписан договор купли-продажи, по условиям которого спорное судно было отчуждено за 2 000 000 руб. (т. 2 л.д. 25, т. 5 л.д. 63). Сведения о ФИО5 как о собственнике судна были внесены в РМС 20.08.2020, а исключены из реестра 09.11.2020, несмотря на то, что спорное судно продолжает находится в фактическом владении ответчика.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что все выше указанные сделки со спорным имуществом являются недействительными (ничтожными).

Согласно пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункты 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указывалось ранее, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2013 по делу № А40-117454/2010 договор купли-продажи судна от 23.03.2010, заключенный между ООО «Проект-3» и ФИО2, признан недействительным и применены последствия недействительности этой сделки путем обязания ФИО2 возвратить обществу полученное по сделке судно.

Это означает, что ФИО2, как и последующие приобретатели, никогда не приобретал статус собственника спорного судна и не был вправе совершать последующую сделку по отчуждению вещи.

Кроме того, цепочка договоров по отчуждению спорного судна «ФИО2 - ФИО8 - ФИО9 - ФИО10» фактически является единой сделкой, отвечающей критериям мнимой сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Из смысла пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие правовые последствия. Если же стороны реализовали вытекающие из сделки права и обязанности, то признать такую сделку мнимой нельзя, даже если первоначально они не имели намерения ее исполнять.

Следовательно, в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении сделки по поставке.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2020 № 2-26/2019 по делу № 49-КГ20-15-К6 следует, что для признания сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что обе стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2013 № 18-КГ13-55 разъяснено, что, исходя из смысла статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Судебными актами по делу № А40-117454/2010 было установлено, что спорное судно было отчуждено по цене (200 000 руб.) в 10 раз ниже его балансовой стоимости, что причинило ФИО12, как единственному участнику обществу, и самому ООО «Проект-3» убытки.

В материалы настоящего дела представлено заключение специалиста-оценщика ФИО14 № 995/16 от 20.12.2016, согласно которому рыночная стоимость спорного судна на дату оценки (на 20.12.2016) составляла 11 643 307 руб. с НДС (т. 1 л.д. 94-118).

В материалы дела также представлено заключение специалиста-оценщика ФИО15 № 320/2021-НС от 12.11.2021, согласно которому рыночная стоимость спорного судна по состоянию на 28.10.2021 составляла 202 800 Евро с НДС (т. 2 л.д. 31-105), что по курсу валют Центрального Банка Российской Федерации составляло 16 432 660 руб. 92 коп. (202 800 х 81,0289 (https://cbr.ru/currency_base/daily/?UniDbQuery.Posted=True&UniDbQuery.To;=28.10.2021)).

Достоверность выше приведённых заключений специалистов лицами, участвующими в деле, не оспорена, в связи с чем, в силу положений части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, они подлежат оценки со стороны суда в качестве достоверных доказательств по делу.

Выше приведённые обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2, приобретая спорное судно по договору купли-продажи от 23.03.2010 по цене 200 000 руб., не мог не понимать, что стоимость судна является явно заниженной.

Цена сделок, заключённых в цепочке сделок «ФИО2 - ФИО8 - ФИО9» также составляла 200 000 руб., ФИО10 якобы приобрёл судно за 1 000 000 руб., что также не соответствовало реальной рыночной стоимости имущества. Кроме того, доказательства того, что ФИО10 реально оплатил выкупную стоимость данного имущества, в материалы дела не представлены, как и доказательства уплаты ФИО9 в установленном порядке НДФЛ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации» право собственности на судно или часть судна возникает с момента государственной регистрации такого права в Государственном судовом реестре, Российском международном реестре судов или реестре маломерных судов.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что договоры купли-продажи от 27.12.2010 (от 11.01.2011) были подписаны между ФИО2 и ФИО8 в период, когда спорное судно являлось предметом судебного разбирательства в рамках судебного дела № А40-117454/2010, о чём ФИО2 не мог не знать.

Как указывалось ранее, спорное судно было снято ФИО2 с регистрационного учёта в системе ГИМС 21.01.2011, при этом, не смотря на даты подписания договоров купли-продажи, сведения о самом судне и о ФИО8 как о его собственнике были вновь внесены в РМС только 14.05.2018 и на следующий день - 15.05.2018 исключены из реестра, в связи с отчуждением ФИО8 судна ФИО9 по договору купли-продажи от 15.05.2018. При постановке спорного судна на учёт в органе ГИМС его строительный (идентификационный) заводской номер корпуса был изменён с «GB-SIL431350202» на «GB-SIL43135D202».

Данные действия со стороны ФИО2 и ФИО8 свидетельствуют не о намерении произвести реальную сделку по отчуждению судна, а о сокрытии судна от ООО «Проект-3», ФССП России и недопущении его возврата в целях исполнения постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2013 по делу № А40-117454/2010.

Суд апелляционной инстанции находит обоснованным довод ООО «Проект-3» о том, что ФИО2 и ФИО8 являются взаимозависимыми лицами через органы управления обществами «Аврора» (ИНН <***>) и «Киномир» (ИНН <***>).

ФИО2 является участником ООО «Аврора» (ИНН <***>) с долей участия в уставном капитале 99,96%, а ФИО8 является руководителем (директором) данного предприятия с 2006 года. Кроме того, супруга ФИО2 - ФИО2 также является участником общества «Аврора» с долей в уставном капитале 0,04%.

ФИО2 являлся участником ООО «Киномир» (ИНН <***>) с долей участия в уставном капитале 100% (в настоящий момент его доля перешла в собственность супруге), где ФИО8 является также директором предприятия.

Таким образом, на момент подписания договора купли-продажи покупатель ФИО8. являлся наемным сотрудником в обществах, принадлежащих ФИО2 и его супруге, а его имущественные интересы находились в прямой зависимости от учредителей.

В материалы дела не представлены доказательства, достоверно подтверждающие факт реального владения и использования ФИО8 спорного судна в своей хозяйственной деятельности. Суд критически оценивает представленные в материалы дела ответ ООО «Яхта» о том, что ФИО8 23.03.2011 в отношении спорного судна выдавался судовой билет, как доказательство реального владения судна последним. Как отмечалось ранее, с 21.01.2011 по 14.05.2018 сведения о спорном судне и о ФИО8 как о его собственнике в реестре органов ГИМС отсутствовали, в связи с чем ФИО8 в любом случае не имел права реально использовать судно по его функциональному назначению (использовать в качестве плавсредства).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что сроки между «сменами собственников» в отношении спорного судна с ФИО8 на ФИО9, с ФИО9 на ФИО10 и с ФИО10 на ФИО6, отражённые в сведениях ГИМС, являлись непродолжительными.

При этом имелись значительные временные сроки, когда судно и его собственник в сведениях ГИМС вообще отсутствовали: в период с с 21.01.2011 по 14.05.2018, с 24.09.2018 по 08.05.2019.

Как и при сделке, совершённой между ФИО2 и ФИО8, при совершении сделки между ФИО9 и ФИО10 сведения о судне и его собственнике были исключены из сведений ГИМС 24.09.2018 и включены в отношении ФИО10 только 08.05.2019, т.е. по истечении более 6 месяцев после подписания последним договора купли-продажи от 24.09.2018 с ФИО9

В материалы дела представлена нотариально удостоверенная доверенность от 15.05.2019, выданная на имя ФИО2 со стороны ФИО10 после приобретения последним спорного судна у ФИО9 на основании договора купли-продажи от 24.09.2018. Из содержания данной доверенности следует что ФИО10 предоставил максимально широкие правомочия ФИО2 в отношении возможности определения правовой судьбы спорного судна, в том числе по распоряжению и управлению им, включая право выезда за пределы территории РФ и право продажи с получением денежных средств, постановку, и снятие с государственного учёта. По сути, такая доверенность фактически дублирует все необходимые полномочия собственника, что противоречит заявленным в своих пояснениях доводам ФИО10 о приобретении спорного судна для личного использования. Причина и необходимость выдачи документа с такими полномочиями на имя ФИО2 со стороны ФИО10 не поясняется.

Из содержания расписки от 04.02.2020 следует, что именно ФИО2, действуя на основании выше указанной доверенности, получил денежные средства от ФИО6 в сумме 7 300 000 руб. по договору купли-продажи от 04.04.2020, подписанному между ФИО10 (продавец) и ФИО6 (покупатель) (т. 2 л.д. 23).

При этом в материалы дела не представлены доказательства, которые бы подтверждали реальную необходимость получения денежных средств за продажу судна именно ФИО2, а не самим ФИО10, с учётом того, что договор и расписка к нему составлены в один день - 04.02.2020, при этом сам договор подписан ФИО10 Также в материалах дела отсутствуют доказательства того, что после получения денежных средств от ФИО6 ФИО2 передал данные денежные средства в распоряжение ФИО10 как собственнику отчуждённого судна, а последний в установленном законом порядке уплатил НДФЛ за счёт вырученных денежных средств.

Исходя из схемы взаимоотношений, созданной истцом посредством сайта https://casebook.ru/ и представленной в материалы дела с письменными пояснениями 20.09.2022, усматривается, что между ФИО2 и ФИО10 имеется взаимосвязь через ряд юридических лиц и управляемых организаций (ООО «Аврора Плюс», ООО «Кинодар»), в которых ФИО2 является учредителем. Истец также правомерно указывает на то, что на сайте в «Вконтакте» (https://vk.com/) отслеживается взаимосвязь между ФИО2 и ФИО16 Так на открытой странице в «Вконтакте» сына ФИО2 - «Саши Полозова» (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) имеется графа с информацией о братьях и сестрах, в которой включен сын ФИО10 - «Виталик Филиппченко» (ДД.ММ.ГГГГ г.р.).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО8, ФИО9 и ФИО10 не представили вразумительных пояснений о целях приобретения спорного судна, доказательства несения ими расходов на содержание судна в рассматриваемые периоды, доказательства наличия у них прав на управление судном либо привлечения иных лиц, обладающих данным правом, в целях реального использования катера для личных или коммерческих целей.

Приведённые выше обстоятельства с достоверностью свидетельствуют о том, что ФИО8, ФИО9, ФИО10 являлись номинальными «собственниками» спорного судна, в то время как его фактическим владельцем, вплоть до отчуждения имущества ФИО6, являлся ФИО2

Ввиду недоказанности иного, надлежит констатировать, что совершение цепочки сделок «ФИО2 - ФИО8 - ФИО9 - ФИО10», сопровождаемых снятием судна с учёта в органах ГИМС на продолжительные периоды, изменением его идентифицирующих признаков, имело своей целью создание со стороны ФИО2 фигуры «добросовестного приобретателя» спорного имущества, окончательного его вывода из-под юрисдикции ООО «Проект-3».

Вместе с тем, данные неправомерные действия третьих лиц не могли означать, что ООО «Проект-3» утратило возможность реального исполнения постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2013 по делу № А40-117454/2010 в части обязания ФИО2 возвратить спорное судно ООО «Проект-3», т.к. именно ФИО2 являлся его фактическим владельцем вплоть до 13.08.2020, когда был заключён договор купли-продажи с ФИО6 Это также означает, что ООО «Проект-3» не имелось необходимости обращения с исками об истребовании спорного имущества из чужого незаконного владения ФИО8, ФИО9, ФИО10, т.к. последние им реально не владели.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиком и третьими лицами приводился довод о пропуске срока исковой давности по заявленному требованию. Данный довод подлежит отклонению в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса, в том числе и по требованию, основанному на нормах статьи 302 Кодекса.

Как указывалось ранее, в силу выше приведённых обстоятельств надлежит считать, что спорное имущество выбыло из фактического незаконного владения ФИО2 только 04.02.2020, когда судно было отчуждено на основании договора купли-продажи ФИО6, в отношении которого в материалы дела не представлены доказательства наличия взаимозависимых отношений с ФИО2 и связанных с последним лиц (с ФИО8, ФИО9, ФИО10).

Согласно определению Верховного Суда РФ от 26.04.2021 № 33-КГ21-1-КЗ № 2-42/2019 под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объёме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).

Поскольку Верховный суд Российской Федерации определяет владение как категорию «фактическую», то по искам об истребовании имущества в порядке статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, для целей исчисления сроков исковой давности одним из условий начала её течения следует считать момент когда истцу стало известно о фактическом владении ответчика над спорным имуществом.

Применительно к настоящему делу, данный момент может быть определен лишь путем совпадения двух условий: днем когда ООО «Проект-3» стало известно об утрате ФИО17 фактического владения над спорным имуществом и днем, когда ООО «Проект-3» стало (должно было стать) достоверно известно в чьём фактическом владении это имущество находится.

Сведения о ФИО6 как о собственнике спорного судна были внесены в реестр ГИМС только 16.07.2020. С иском по настоящему делу ООО «Проект-3» обратилось 28.07.2021, т.е. в пределах трехлетнего срока исковой давности, установленного нормами статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд не может согласиться также с утверждением о том, что ФИО6 и в последующем ИП ФИО5 отвечали критериям добросовестных приобретателей спорного судна.

Согласно подпункту 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

В Постановлении от 22.06.2017 № 16-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 того же Кодекса в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, предусмотренном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Вместе с тем сама по себе внесенная в соответствующий реестр запись о праве собственности отчуждателя не может рассматриваться как неопровержимое доказательство наличия такого права (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.07.2021 № 35-П).

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 126 от 13.11.2008 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения» сформирован правовой подход, согласно которому ответчик по виндикационному иску предполагается знающим об отсутствии у лица, продавшего ему спорное имущество, права на его отчуждение, при наличии доказательств того, что имущество приобретено ответчиком по цене значительно (в два и более раза) ниже рыночной. В подобных случаях ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, должен предпринимать дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи. При этом право сторон по своему усмотрению определять цену в договоре (статьи 421 и 424 ГК РФ) при таком подходе не ограничивается, поскольку выводы судов о добросовестности ответчика, не касаются проверки как таковой соответствия сделки закону.

Из содержания договора купли-продажи от 04.02.2020, заключённого между ФИО13 (продавец) и ФИО6 (покупатель), следует, что выкупная стоимость спорного судна составила 2 600 000 руб., что являлось меньше рыночной стоимости судна более чем в 6 раз. При этом ФИО6 указывает, что фактически он уплатил за судно 7 300 000 руб., что отражено в расписке к договору от 04.02.2020, составленной с ФИО2 Однако и в данном случае стоимость отчуждения судна была меньше и его рыночной стоимости примерно в 2 раза.

Сам факт того, что стоимость отчуждения судна, указанная в договоре (2 600 000 руб.) и которую покупатель должен был уплатить фактически (7 300 000 руб.) не могло не вызвать сомнения в «чистоте» совершаемой сделки. Проявляя должную степень заботливости и предусмотрительности ФИО6 должен был предпринимать дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи, выяснить вопрос о необходимости занижения цены вещи в договоре, выяснить вопрос о том, по какой причине судно отчуждается по цене значительно ниже его рыночной стоимости.

Из содержания договора купли-продажи от 13.08.2020, заключённого между ФИО6 (продавец) и ФИО5 (покупатель), следует, что выкупная стоимость спорного судна составила 2 000 000 руб., что являлось меньше рыночной стоимости судна более чем в 7 раз.

На запрос суда ФИО6 пояснил, что понижение стоимости судна с 7 300 000 руб., фактически уплаченных по договору с ФИО13 до 2 000 000 руб., полученных по договору с ФИО5, было обусловлено тем, что судно пострадало во время шторма.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает данный довод, т.к. доказательства того, что судно действительно получило какие-либо существенные повреждения во время шторма, в связи с чем нуждалось в проведении ремонтных работ, а также того, что такие ремонтные работы проводились фактически, ни со стороны ФИО6, ни со стороны ФИО5 в материалы дела не поступили, несмотря на то, что данные документы были истребованы судом.

В связи с этим, надлежит констатировать, что стороны договора купли-продажи от 13.08.2020 либо намеренно занизили стоимость судна, либо не раскрыли перед судом сведения о реальной стоимости отчуждения спорного имущества.

Как и ФИО6, ФИО5 был обязан предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи, «чистоту» совершаемой сделки, ввиду существенного расхождения договорной цены имущества с его реальной рыночной стоимостью.

Не совершение ФИО6 и ФИО5 выше указанных действий является их предпринимательским риском и не может свидетельствовать о наличии на их стороне добросовестности при приобретении имущества у лиц, не имеющих права его отчуждать.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что даже если предположить, что ФИО6 и ФИО5 всё же можно рассматривать в качестве добросовестных приобретателей спорного имущества, иск ООО «Проект-3» в любом случае подлежал удовлетворению, т.к. спорное судно выбыло из владения общества помимо его воли.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Волеизъявление юридического лица может выражаться исключительно его компетентными органами управления, при этом воля на приобретение гражданских прав и обязанностей может считаться сформированной и выраженной надлежащим образом, если соответствующий орган управления действует в рамках своей компетенции, определенной соответствующим законом, иными правовыми актами и учредительными документами юридического лица.

Федеральным законом Российской Федерации № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлен перечень органов управления хозяйственного общества и их компетенция.

Пунктом 3 статьи 46 Закона № 14-ФЗ закреплено положение, согласно которому решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества.

В рамках судебного дела № А40-117454/2010 постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2013 было установлено, что договор купли-продажи спорного судна от 23.03.2010, подписанный от имени ООО «Проект-3» его генеральным директором ФИО11 (бывшим супругом единственного участника общества ФИО12), и ФИО2, являлся для ООО «Проект-3» крупной сделкой.

При этом в нарушение пункта 3 статьи 46 Закона № 14-ФЗ в решении единственного участника ООО «Проект-3» ФИО12 от 19.03.2010 не были указаны цена и существенные условия сделки по отчуждению спорного судна. В связи с этим апелляционная коллегия пришла к выводу о том, что оспариваемая сделка не была одобрена надлежащим образом, что в свою очередь нарушает права и законные интересы единственного участника ООО «Проект-3» ФИО12 Суд также констатировал, что ФИО2 не проявил должной степени заботливости и осмотрительности, заключив сделку при наличии решения, которое не соответствовало требованиям закона и должно было вызвать у последнего обоснованные сомнения в его действительности. Апелляционный суд пришёл к выводу, что договор купли-продажи судна от 23.03.2010 является недействительным как крупная сделка, совершенная с нарушением положением статьи 46 Закона № 14-ФЗ, т.е. сделка признана недействительной по основанию отсутствия надлежаще сформированной воли общества на её соверешение.

С учётом изложенного, надлежит констатировать, что решение единственного участника ООО «Проект-3» о совершении (одобрении) крупной сделки фактически не принималось, что, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии надлежащим образом сформированной воли юридического лица на совершение сделки.

Самовольные действия бывшего супруга ФИО12 - ФИО11, занимавшего должность директора ООО «Проект-3», по передаче спорного имущества ФИО2, который также был информирован об отсутствии решения об одобрении со стороны общества крупной сделки, не могут рассматриваться в качестве действий самого ООО «Проект-3» и свидетельствовать о том, что спорное судно выбыло из владения общества по его воле.

Ввиду того, что спорное судно выбыло из владения ООО «Проект-3» помимо воли последнего, общество в силу прямого указания пункта 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе истребовать принадлежащее ему имущество у любого лица, незаконно владеющего им, в том числе, имеющего признаки добросовестного приобретателя данного имущества, в связи с чем иск общества по настоящему делу подлежит удовлетворению по отношению к ИП ФИО5

Как указывалось ранее, определением суда первой инстанции от 01.02.2022 принят отказ истца от иска к АО «Сочинский МТП», указанное лицо привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В данной части судебные акты суда первой инстанции не оспаривались и вступили в законную силу. Производство по делу в отношении АО «Сочинский МТП» как ответчика по делу в порядке пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации было прекращено судом первой инстанции только в момент вынесения решения от 24.02.2022. Однако ввиду того, что данный судебный акт вынесен с существенным нарушением норм процессуального права, он подлежит отмене в полном объёме. Принимая во внимание выше приведённые обстоятельства, суд апелляционной инстанции в целях избегания сохранения неопределённости процессуального статуса АО «Сочинский МТП» считает необходимым в резолютивной части настоящего постановления отразить факт прекращения производства по делу в отношении АО «Сочинский МТП» как ответчика по делу.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску подлежат отнесению на ответчика как на проигравшую сторону. При обращении с иском и с заявлением о принятии по делу обеспечительных мер истец по чеку-ордеру от 27.07.2021 оплатил государственную пошлину в размере 9 000 руб., а при обращении с апелляционной жалобой по чеку по операции от 24.03.2022 - 3 000 руб. государственной пошлины. В связи с этим, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать судебные расходы по уплате государственной пошлины по делу в общей сумме 12 000 руб.

Государственная пошлина в размере 72 357 руб., излишне уплаченная ФИО4 по чеку-ордеру от 27.07.2021 за истца при обращении в арбитражный суд с иском по настоящему делу, в силу положений подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату из федерального бюджета её фактическому плательщику.

Определением от 29.07.2021 суд первой инстанции по заявлению истца принял по делу обеспечительные меры в виде установления для ответчика запрета на совершение регистрационных действий в отношении спорного судна «Силайн» и любых иных сделок, направленных на его передачу третьим лицам, в том числе аренду, доверительное управление, залог и иную передачу во владение третьим лицам; а также в виде наложения запрет на выход судна из морского порта Сочи.

Ввиду того, что указанные обеспечительные меры непосредственно связаны с предметом рассмотренного спора, не утратили свою актуальность и буду обеспечивать возможность надлежащего исполнения настоящего постановления, они, в силу положений части 4 статьи 96, статьи 100 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат сохранению до момента фактического исполнения настоящего судебного акта.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 12 от 30.06.2020 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции по результатам рассмотрения дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, суд апелляционной инстанции согласно пункту 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выносит постановление, которым отменяет судебный акт первой инстанции с указанием обстоятельств, послуживших основаниями для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), и принимает новый судебный акт.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 24 февраля 2022 года по делу № А32-34039/2021 отменить, принять новое решение.

В отношении акционерного общества «Сочинский морской торговый порт» как ответчика производство по делу прекратить.

Истребовать из чужого незаконного владения индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН <***>, ОГРНИП 314668021800049) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Проект-3» (ИНН <***>, ОГРН <***>) моторное маломерное судно (катер разъездной глиссирующий) «SEALINE F-43» с наименованием «MO№TE CARLO» («МОНТЕ КАРЛО»), строительный заводской номер корпуса GB-SIL43135D202, материал корпуса – стеклопластик, габаритные размеры судна: дина – 13,2 м, ширина 4,2 м, осадка в полном грузу – 1,2 м, регистровый номер 511280, год постройки – 2002, с дизельными двигателями марки Volvo Pe№ta TAMD74L-D, заводские номера двигателей 2071159830 / 2071159833, мощностью 316 кВт / 430 л.с. каждый.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН <***>, ОГРНИП 314668021800049) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Проект-3» (ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины по делу в размере 12 000 руб.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29 июля 2019 года по делу № А32-34039/2021, сохранить до фактического исполнения настоящего постановления.

Возвратить ФИО4 (ИНН <***>) из федерального бюджета 72 357 руб. государственной пошлины по иску, излишне уплаченной по чеку-ордеру от 27.07.2021.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий А.А. Попов


СудьиР.А. Абраменко


С.И. Яицкая