Постановление от 4 сентября 2018 г. по делу № А67-6229/2016

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело №А67-6229/2016

04.09.2018

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Логачева К.Д.,

судей Кудряшевой Е.В.,

Иванова О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№ 07АП-5468/2017(2)) на определение от 08.06.2018 (судья Сомов Ю.В.) Арбитражного суда Томской области по делу № А67–6229/2016 о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <***>, СНИЛС <***>, зарегистрированного по адресу: <...>) по заявлению финансового управляющего о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании приняли участие:

от финансового управляющего: ФИО3, доверенность от 20.08.2018.

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда Томской области от 09.09.2016 по заявлению ФИО4 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2.

Решением Арбитражного суда Томской области от 23.01.2017 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Томской области от 27.11.2017 ФИО5 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника освобождена. Определением Арбитражного суда Томской области от 29.01.2018 финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

14.06.2017 в Арбитражный суд Томской области поступило заявление финансового управляющего ФИО2 (далее по тексту – заявитель) о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки, в соответствии с которым финансовый управляющий просил: - признать недействительным договор от 14.07.2016 уступки прав требования (далее – Договор уступки от 14.07.2016) задолженности ФИО7 в размере 9 300 000 руб. по договору купли-продажи земельного участка от 21.03.2014, заключённый между должником ФИО2 и ФИО8; - применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу гражданина ФИО2 право требования задолженности ФИО7 в размере 9 300 000 руб. по договору купли-продажи земельного участка от 21.03.2014.

16.11.2017 финансовый управляющий обратился в рамках настоящего дела с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора от 14.07.2014 уступки прав требования (далее – Договор уступки от 14.07.2014) задолженности ФИО7 в размере 9 300 000 руб. по договору купли-продажи земельного участка от 21.03.2014, заключённый между должником ФИО2 и ФИО8 и – применении последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу гражданина ФИО2 право требования задолженности ФИО7 в размере 9 300 000 руб. по договору купли-продажи земельного участка от 21.03.2014.

К участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечен ФИО7

Определением Арбитражного суда Томской области для совместного рассмотрения объединены в одно производство заявления финансового управляющего ФИО2 о признании недействительным Договора уступки от 14.07.2016 (поступило 14.06.2017) и о признании недействительным Договора уступки от 14.07.2014 (поступило 16.11.2017).

Впоследствии финансовый управляющий уточнил заявленные требования – просил признать недействительным Договор уступки от 14.07.2016; в части применения последствий недействительности сделки заявление не рассматривать.

Уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты и рассмотрены судом первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Томской области от 08.06.2018 признан недействительным договор уступки прав от 14.07.2016, заключённый между должником ФИО2 и ФИО8. С ФИО8 в пользу ФИО6 взысканы расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что договор уступки прав требования задолженности ФИО7 в размере 9 300 000 руб. по договору купли-продажи земельного участка от 21.03.2014 был заключен между ФИО2 и ФИО8 не 14.07.2016 как указывает конкурсный управляющий, а 14.07.2014 (ссылаясь на установление этого факта решением Ленинского районного суда г. Томска от 20.06.2017, а также апелляционным определением Томского областного суда от 19.09.2017), вследствие чего заключением данного договора в 2014 году не могло быть причинено имущественного вреда кредиторам, которых в тот период не было. С учетом даты заключения договора – 14.07.2014 – он не может быть оспорен по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 62.1 Федеральным законом от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), так как сделка совершена более чем за два года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом)), как и по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как в данный период должник не отвечал признакам неплатежеспособности, не был причинен вред имущественным правам кредиторов по причине их отсутствия, ФИО8 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

В отзыве на апелляционную жалобу ФНС России отклонила доводы апеллянта за необоснованностью, указав, что ФИО2 пропустил срок на обжалование судебного акта. Оспариваемая сделка может быть признана недействительной в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве. Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы ФИО2 и ФИО8 относительно отсутствия подлинника договора как несостоятельные и обоснованно установил, что оспариваемый договор был заключен в 2016 году.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий также отклонил доводы апеллянта, указав на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

В судебном заседании представитель финансового управляющего доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, поддержал по тем же основаниям.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания, не явились в судебное заседание суда апелляционной инстанции.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на неё, проверив законность и обоснованность определения арбитражного суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене, исходя из следующего.

Из материалов дела следует и установлено судом, что 21.03.2014 ФИО2 и ФИО7 заключили договор купли-продажи земельного участка (далее – Договор купли-продажи) с кадастровым номером 70:21:0100012:3, общей площадью 675 кв.м., разрешенное использование: многоквартирные жилые дома в 2-4 этажа, категория земель: земли населенных пунктов, расположенного по адресу: <...>. Договор зарегистрирован 04.04.2014 за регистрационным номером 70-70-01/117/2014-673.

Согласно пункту 3 данного договора стоимость участка определена в сумме 9 500 000 руб., из которых 200 000 руб. передается в день подписания договора, 9 300 000 руб. – в срок до 31.12.2014.

Определением Арбитражного суда Томской области от 09.09.2016 по заявлению ФИО4 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Решением от 23.01.2017 требования ФИО4 признаны обоснованными, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Финансовый управляющий в ходе проведения анализа финансового состояния и сделок должника пришел к выводу, что задолженность по Договору купли-продажи не погашена.

С целью взыскания указанной задолженности 19.04.2017 финансовый управляющий обратился в Ленинский районный суд г. Томска с исковым заявлением к ФИО7

В ходе рассмотрения искового заявления ФИО2 представлена суду копия Договора уступки от 14.07.2016.

14.06.2017 финансовый управляющий обратился в рамках настоящего дела с заявлением о признании Договора уступки от 14.07.2016 недействительным.

Решением Ленинского районного суда г. Томска от 20.06.2017 требования финансового управляющего удовлетворены. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 19.09.2017 решение Ленинского районного суда г. Томска от 20.06.2017 отменено, в удовлетворении требований отказано.

В судебном заседании 16.11.2017 представителем ФИО2 в материалы дела представлена нотариально заверенная копия Договора уступки от 14.07.2014. Финансовым управляющим заявлено о фальсификации доказательств, и, в связи с отказом представителя должника от исключения из числа доказательств Договора уступки от 14.07.2014, - о назначении экспертизы.

16.11.2017 финансовый управляющий обратился в рамках настоящего дела с заявлением о признании недействительным Договора уступки от 14.07.2014.

Суд первой инстанции неоднократно определениями от 10.10.2017, 16.11.2017, 14.12.2017, 29.01.2018 предлагал ФИО2 представить подлинник договора уступки права требования, заключенного между ним и ФИО8, однако подлинник представлен не был.

Проанализировав действия и поведение участников процесса как в арбитражном суде, так и в суде общей юрисдикции, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении ФИО2, ФИО8 процессуальными правами, которое выражается в умышленном непредставлении подлинника заключенного между ними договора уступки прав требования и неисполнение процессуальных обязанностей (в том числе при рассмотрении вопроса о фальсификации доказательств по заявлению финансового управляющего).

С учетом фактических обстоятельств дела, приняв во внимание, что последствием такого поведения ФИО2, ФИО8 явилась невозможность проведения экспертизы по сроку давности изготовления спорного договора, а также то, что действия ФИО2, ФИО8 очевидно направлены на выведение оспариваемого финансовым управляющим договора уступки за период такой оспоримости, установленный законодательством о банкротстве, суд первой инстанции правомерно сделал вывод о том, что договор уступки прав требования был в действительности заключен сторонами 14.07.2016.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указывал на следующие обстоятельства: - сделка заключена должником менее чем за два месяца до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве); - на дату заключения договора уступки у должника уже имелась задолженность перед ФИО4 и ФНС России; - причинен ущерб кредиторам должника, так как договор заключен по цене в три раза меньше задолженности ФИО7, полученное встречно исполнение обязательств по сделке является неравноценным.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что при заключении оспариваемого договора стороны сделки осознанно вышли за установленные пределы осуществления гражданских прав, чем совершили действия, направленные на причинение вреда иным участникам гражданского оборота (должнику, его кредиторам), договор уступки прав требования от 14.07.2016 не соответствует требованиям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениям Закона о банкротстве.

Апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции обоснованными и соответствующими действующему законодательству исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32. Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано, в том числе, финансовым управляющим по своей инициативе.

Согласно пункту 2 данной нормы право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Пунктом 3 той же статьи установлено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В обоснование заявления о признании сделки должника недействительной финансовый управляющий приводил пункты 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и указывал на то, что сделка оспариваемая совершена с предпочтением.

Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации №63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума №63) следует, что судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В связи с этим в силу статьи 166 Гражданским кодексом Российской Федерации такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Суд первой инстанции обоснованно отнесся критически к письму Западно-Сибирской оценочной компании от 28.05.2018 исх.№560, так как оно не содержит ни методики и оснований проведенного расчета, ни самих расчетов.

Вместе с тем, приняв во внимание, что размер уступаемого права (9 300 000 руб.) в три раза превышает стоимость самого договора уступки (3 250 000 руб.), с учетом отсутствия в материалах дела доказательств низкой ликвидности уступаемого права требования, суд первой инстанции обоснованно признал встречное исполнение обязательств ФИО8 неравноценным.

В пункте 9.1 Постановления Пленума №63 указано, что если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Проверяя наличие оснований, указанных в пункте 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 суд правильно руководствовался разъяснениями, изложенными в пункте 9.1 Постановления Пленума №63, в соответствии с которыми при определении соотношения пункта 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется.

В соответствии с положениями статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: - сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; - сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; - сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; - сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 10 Постановления Пленума №63 указано, что применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне.

Пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве закреплено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, в частности, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено определением суда от 09.09.2016, оспариваемый договор уступки прав требования заключен должником 14.07.2016, то есть в пределах срока, установленного пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что ФИО2 в 2012 году взял заем у ФИО8 в размере 3 250 000 руб. сроком на один год. Данный заем был оформлен распиской от 01.09.2012 на гражданскую жену Евдошенко – ФИО9

Договор уступки прав требования был заключен сторонами в качестве зачета в погашение указанного займа.

При таких обстоятельствах правомерным является вывод суда первой инстанции о том, что имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов – ФИО8 перед другими кредиторами, так как сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки (в данном случае – займа денежных средств в размере 3 250 000 руб.).

Свобода договора (статья 421 Гражданским кодексом Российской Федерации) не является безграничной и не исключает разумности и справедливости его условий.

В пункте 1 и 2 статьи 10 Гражданским кодексом Российской Федерации указано, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

По смыслу статьи 10 Гражданским кодексом Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданским кодексом Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации №32 от 30.04.2009 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума №32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

На возможность признания недействительной сделки, противоречащей статье 10 Гражданским кодексом Российской Федерации, указано также в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127.

Данные выводы соответствуют разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума №63, согласно которым наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2, 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 Гражданским кодексом Российской Федерации, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданским кодексом Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 по делу №309-ЭС14-923, А07-12937/2012 указано, что в ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам.

Соответственно, при таких обстоятельствах, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что осведомленность ФИО8 о цели причинения вреда оспариваемой сделкой предполагается, и именно указанное лицо должно представить суду доказательства того, что оно не знало или не могло знать об указанных обстоятельствах, в противном случае суд может считать установленным это обстоятельство.

Для установления в действиях граждан и юридических лиц злоупотребления правом необходимо определить их намерения при реализации принадлежащих им гражданских прав, которые направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения. Выявить действительную волю лица, злоупотребившего правом, возможно при характеристике последствий реализации гражданских прав таким лицом.

Суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив обстоятельства заведомой осведомленности ФИО8 о финансовой ситуации должника, а также то, что заключение договора уступки прав требования в преддверии банкротства (заявление ФИО4 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) поступило в Арбитражный суд Томской области 21.08.2016, принято судом 09.09.2016) на условиях, когда уступленное право требование передано ФИО8 по стоимости суммы займа, которая в три раза ниже суммы уступленных обязательств, не имело для должника какой-либо экономической целесообразности, законно и обоснованно признал заключенный договор уступки прав требования сделкой, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы.

Апелляционный суд поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что признание договора уступки прав требования недействительным, в том числе отвечает и интересам самого должника, так как размер обязательств уступленных значительно превышает размер суммы займа, в счет погашения которого данный договор уступки заключен. Взыскание задолженности по договору купли-продажи от 21.03.2014 позволило бы не только погасить данный заем, но и погасить требования кредиторов в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве).

Правильно применив положения статей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, 61.6 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно указал на то, что договор уступки прав требования от 14.07.2016 не повлек за собой присущие ему правовые последствия в виде перехода права собственности от ФИО2 к ФИО8, в связи с чем, должник не утратил право собственности на спорное имущество.

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельств и его выводы, в апелляционной жалобе не приведено.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Суд апелляционной инстанции полагает, что, исходя из заявленных требований, с учетом обстоятельств, входящих в предмет доказывания и установленных судом, оценив все имеющиеся в материалах дела доказательства, доводы сторон и оценив все в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции нарушений норм материального и норм процессуального права не допущено.

Оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 08.06.2018 Арбитражного суда Томской области по делу №А67-6229/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Председательствующий К.Д. Логачев


Е.В. Кудряшева


О.А. Иванов