Постановление от 24 марта 2021 г. по делу № А40-335412/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-7575/2021

Дело № А40-335412/19
г. Москва
24 марта 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 марта 2021 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Титовой И.А.,

судей: Семикиной О.Н., Фриева А.Л.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО "НОЯБРЬСКНЕФТЕГАЗСПЕЦСТРОЙ"

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 15.12.2020

по делу № А40-335412/19

по иску Общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьскнефтегазспецстрой» (ИНН <***>) к ответчику Обществу с ограниченной ответственностью «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» (ИНН <***>) третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований: Временный управляющий ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» ФИО2 о взыскании 376 858 700 руб. 45 коп.

При участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3 по доверенности от 19.03.2021,

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 01.01.2021,

от третьего лица: не явился, извещен.

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» обратилось с учетом уточнения предмета исковых требований к ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» с участием 3-его лица временного управляющего ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» ФИО2 о взыскании 376 858 700 руб. 45 коп. убытков по договорам №ТПС-ПДР-0015 от 10.02.2017г. и №ТПС-ПДР-0016 от 10.02.2017г.

Решением от 15.12.2020 в удовлетворении исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «Ноябрьскнефтегазспецстрой» - отказано.

ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой», не согласившись с принятым решением, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить. По их мнению, при вынесении обжалуемого решения судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права, выводы суда не соответствуют обстоятельства дела.

В судебном заседании стороны поддержали свои правовые позиции по спору.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещен.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке ст. ст. 123, 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ, изучив материалы дела, заслушав, лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, находит решение Арбитражного суда города Москвы не подлежащим изменению или отмене по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, между истцом и ответчиком был заключены договоры №ТПС-ПДР-0015 от 10.02.2017г. и №ТПС-ПДР-0016 от 10.02.2017г.

В соответствии с вышеуказанными договорами истец обязался выполнить работы, а ответчик принять и оплатить их.

Истец ссылается на то, что выполнение работ было невозможно, о чем ответчик был извещен соответствующими письмами.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.04.2019г. по делу №А40-195393/18 с ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» в пользу ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» взыскано 43 113 242 руб. 61 коп. неосновательного обогащения, 100 000 руб. неустойки по договору №ТПС-ПДР-0015 от 10.02.2017, 100 000 руб. неустойки по договору №ТПС-ПДР-0016 от 10.02.2017 года, а также 200 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части первоначального иска отказано.

Взыскано с ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» в пользу ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» 63 976 914 руб. 07 коп. задолженности по договорам №ТПС-ПДР-0015 от 10.02.2017 и №ТПС-ПДР-0016 от 10.02.2017 года, а также 200 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Произведен взаимозачет первоначальных и встречных исковых требований.

В результате произведенного зачета встречных исковых требований с ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» в пользу ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» взыскано 20 663 671 руб. 46 коп. задолженности.

Истец указывает, что в целях исполнения возложенных на него договорами подряда обязанностей предпринимало все возможные меры для выполнения объема работ к установленному сроку. Возможность завершить работы на объекте у ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» отсутствовала по причине отсутствия необходимого количества и качества грунта, строительства мостов, обеспечивающих проезд к участкам КУ № 523- КС2 и КУ № 500 – КУ № 523, вырубке леса и очистке от лесопорубочных остатков по трассе строительства временного технологического проезда.

Вместе с тем, заключая указанные договоры подряда ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» рассчитывало на выполнение всего объема работ и получения всей цены договоров за выполненные работы. Именно для целей выполнения обязательств по договорам ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» были понесены затраты для выполнения всего объема работ.

Истец ссылается на то, что в связи с неисполнением ответчиком встречных обязательств по договору, ООО «Ноябрьскнефтегазспецстрой» были причинены убытки в виде реального ущерба, а именно: закупка машин и оборудования; перебазировка строительной техники и персонала; затраты на топливо, ремонт техники, аренда техники; выплата заработной платы персоналу, затраты на питание, приобретение спецодежды, расходы на телефонную/спутниковую связь; расходы по аренде земельного

По результатам исследования совокупности доказательств и обстоятельств по заявленным требованиям, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истца, исходя при этом из следующего.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из смысла вышеуказанной статьи следует, что для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: совершение ответчиком неправомерных действий, наличие причинной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими убытками, размер понесенных убытков.

Так, истец просит взыскать убытки в виде затрат на авансовые и лизинговые платежи в рамках заключенных договоров лизинга.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в указанной части, поскольку указанная в п.3.1.1 Договора № ТПС-ПДР-0015 от 10.02.2017 г. и в п.3.1.1. договора № ТПС-ПДР-0016 от 10.02.2017 г. цена является твердой и представляет собой полную стоимость всех работ, даже если на момент заключения Договоров и подготовки рабочей и проектной документации исключается возможность определить полный объем работ, необходимых для выполнения предусмотренных Договорам Работ.

Согласно п. 3.1.1. договоров в цене работ учтены все возможные расходы истца.

Затраты на авансовые и лизинговые платежи в рамках заключенных договоров лизинга в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на авансовые и лизинговые платежи в рамках заключенных договоров лизинга входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Истец обосновывает наличие у него заявленных убытков в связи с расторжением договоров по инициативе самого истца в силу невыполнения ответчиком встречных обязательств.

При этом договоры расторгнуты в дату получения ответчиком уведомления истца об отказе от исполнения договоров, т.е. 10.10.2018г., хотя договоры лизинга заключены истцом в период с 06 по 20.02.2017г. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках договоров лизинга отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела договоры лизинга не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, расчет затрат на авансовые и лизинговые платежи истцом не представлен, заявленная сумма не позволяет определить период, за который она рассчитана, приложенные к договорам лизинга акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя лизинговой компании, что по смыслу норм АПК РФ не может являться надлежащим доказательством.

Кроме того, в разделе «Техника» 1 этапа «Подготовка к выходу на объект» указаны авансовые платежи: 3 991 250 руб. по договору лизинга № 2017132 от 20.02.2017г. с ООО «ЛХ Файнэншл Сервисез»; 19 110 000 руб. по договору лизинга № 2017-02/FL-09288 от 06.02.2017г. с ООО «Мерседес-Бенц Файнэншл Сервисез Рус»; 7 740 000 руб. по договору лизинга № 2017-03/FL-09511 от 09.02.2017г. с ООО «Мерседес-Бенц Файнэншл Сервисез Рус».

В тоже время в разделе «Техника» 5 этапа «Выполнение договора» указаны авансовые платежи в иной сумме, которые повторно вошли в размер убытков: 6 707 623 руб. 75 коп. по договору лизинга № 2017132 от 20.02.2017 с ООО «ЛХ Файнэншл Сервисез»; 54 109 177 руб. 04 коп. по договору лизинга № 2017-02/FL-09288 от 06.02.2017 с ООО «Мерседес-Бенц Файнэншл Сервисез Рус»; 19 208 053 руб. 70 коп. по договору лизинга № 2017-03/FL-09511 от 09.02.2017 с ООО «Мерседес-Бенц Файнэншл Сервисез Рус».

Кроме того, лизинговые платежи по своей правовой природе представляют собой обязательства самого истца по их уплате в рамках договорных отношений.

Суд первой инстанции правомерно прининял во внимание, что являются необоснованными требования истца о взыскании убытков в виде затрат на приобретение автомобилей размере 670 490 руб. и в размере 950 00 руб.

Затраты на приобретение автомобилей в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты Истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение автомобилей входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Истец обосновывает наличие у него заявленных убытков в связи с расторжением договоров по инициативе самого истца в силу невыполнения ответчиком встречных обязательств.

При этом договоры расторгнуты в дату получения ответчиком уведомления истца об отказе от исполнения договоров, т.е. 10.10.2018г., хотя договоры купли-продажи заключены истцом в период с 10 по 13.03.2017г. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках договоров купли-продажи отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела договоры купли-продажи не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, акт приема-передачи автомобиля к договору № 4 от 13.03.2107 с ИП ФИО5 отсутствует, приложенные к договорам купли-продажи акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента, что по смыслу норм АПК РФ не может являться надлежащим доказательством.

Кроме того, место передачи автомобиля по договору № 22-ЮЛ от 10.03.2017 с ООО «Альянс-Моторс»: г. Сургут. Данное обстоятельство не позволяет определить место эксплуатации автомобиля и его связь с территорией выполнения работ по Договорам.

Суд также не усматривает оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на приобретение передвижных домов вагонного типа в размере 1 822 000 руб. (ООО «Галант» договор от 03.03.2017) и их оснащение в размере 53 560 руб. (ИП ФИО6).

Затраты на приобретение передвижных домов вагонного типа и их оснащение в расчете договорной цены (приложение № 2 к договорам) отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение передвижных домов вагонного типа и их оснащение входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Истец обосновывает наличие у него заявленных убытков в связи с расторжением договоров по инициативе самого истца в силу невыполнения ответчиком встречных обязательств.

При этом договоры расторгнуты в дату получения ответчиком уведомления истца об отказе от исполнения договоров, т.е. 10.10.2018г., хотя договоры поставки заключены истцом в период с февраля по март 2017 года. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, товарная накладная № 19 от 22.02.2017г. не содержит подписи сторон, отсутствует товарная накладная на сумму 2 200 руб., приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что приобретенные товары использовались им в рамках выполнения работ по договорам.

Суд приходит к выводу о том, что являются необоснованными требования истца о взыскании убытков в виде затрат на приобретение для работников средств индивидуальной защиты.

Затраты на приобретение средств индивидуальной защиты для работников в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение средств индивидуальной защиты для работников входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Истец обосновывает наличие у него заявленных убытков в связи с расторжением договоров по инициативе самого истца в силу невыполнения ответчиком встречных обязательств.

При этом договоры расторгнуты 10.10.2018г., хотя договоры поставки заключены истцом в период с января 2016 года по октябрь 2017 года. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями Ответчика и осуществлением Истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом представлен договор поставки № М23С-001 от 16.10.2017г. с ООО «Спецрегион», который не подписан контрагентом, договор № 123-2017 от 17.10.2017г. с ООО «ТрансСиб», на который истец ссылается в обоснование требований, в материалы дела не представлен, ни к одному из указанных договоров на поставку спецодежды не приложены спецификации, акты приема-передачи, накладные по форме ТОРГ-12, не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Суд первой инстанции также правомерно пришел к выводу о том, что требования истца о взыскании убытков в виде затрат на приобретение продуктов питания и питьевой воды является необоснованным.

Затраты на приобретение продуктов питания и питьевой воды в Расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение продуктов питания и питьевой воды входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Истец обосновывает наличие у него заявленных убытков в связи с расторжением договоров по инициативе самого истца в силу невыполнения ответчиком встречных обязательств.

При этом договоры расторгнуты 10.10.2018г., хотя договоры поставки заключены истцом в период с января 2017 года по март 2018 года. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением Истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом представлен договор № Р-29/18 от 02.03.2018 с ИП ФИО7, который не подписан контрагентом, ни к одному из указанных договоров не приложены спецификации, акты приема-передачи, накладные по форме ТОРГ-12, не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, приложенные акты сверки подписаны только со стороны Истца и не содержат подписей представителя контрагента, что по смыслу норм Арбитражного процессуального кодекса не может являться надлежащим доказательством.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что приобретенные продукты питания и питьевая вода были доставлены именно до вахтового городка истца в рамках выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на приобретение медикаментов в размере 374 790 руб. 18 коп.

Затраты на приобретение медикаментов в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение медикаментов входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Истец обосновывает наличие у него заявленных убытков в связи с расторжением договоров по инициативе самого истца в силу невыполнения ответчиком встречных обязательств.

При этом договоры расторгнуты 10.10.2018г., хотя договоры поставки заключены истцом в период с октября 2017 по июнь 2018 года. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения Истцом указанных затрат: Истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, не приложены договоры поставки, спецификации, акты приема-передачи, накладные по форме ТОРГ-12, приложенные акты сверки подписаны только со стороны Истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что приобретенные товары использовались им в рамках выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на приобретение компьютера, программных продуктов и услуги связи в размере 4 545 113 руб. 39 коп.

Затраты на приобретение компьютера, программных продуктов и услуги связи в Расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 Договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты Истца на выполнение работ по Договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение компьютера, программных продуктов и услуги связи входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Кроме того, договоры поставки заключены истцом в период с февраля 2017 по март 2018 года. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует, принимая во внимание дату расторжения договоров.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, не приложены акты приема-передачи, накладные по форме ТОРГ-12, акты оказанных услуг, приложенные акты сверки подписаны только со стороны Истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на информационные услуги по подбору персонала.

Затраты на информационные услуги по подбору персонала и его обучению в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты Истца на выполнение работ по Договору.

В связи с тем, что затраты на информационные услуги по подбору персонала и его обучению входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на Ответчика заявленных убытков.

Кроме того, договоры расторгнуты 10.10.2018г., хотя договор № БВ-298-16 с ООО «Безопасный Водитель» заключен 28.12.2016 г. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, приложенные акты с ООО «Хэдхантер» № 96 от 31.01.2018г., 554 от 28.02.2018г., 572 от 23.03.2018г., 573 от 31.03.2018г., 715 от 01.07.2018г., 724 от 21.08.2018г. содержат наименование услуги «подготовительные работы на кустовой площадке для реконструкции скважины» (а не услуги по подбору персонала и обучению), не приложен договор на обучение с ООО МУЦ ДПО «Образовательный центр», ни к одному договору на обучение не приложены лицензии, программы обучения, акты оказанных услуг с документами, подтверждающими прохождение конкретными сотрудниками истца обучения (удостоверений), приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на перевозку грузов.

Затраты на перевозку грузов в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на перевозку груза входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, не приложены документы, подтверждающие перевозку грузов (ТН, ТТН), заявки, поручения перевозчику/экспедитору, акты оказанных услуг, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что перевозимый груз был доставлен в место производства работ, поскольку согласно представленным заявкам пунктом разгрузки указан г. Усть-Кут и г. Ноябрьск.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на поставку топлива в размере 72 686 557 руб. 79 коп.

Затраты на поставку топлива в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 Договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на поставку топлива входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, спецификации, акты приема-передачи, накладные по форме ТОРГ-12, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что топливо было поставлено в место выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на доставку персонала и грузов.

Затраты на доставку персонала и перевозку грузов в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на доставку персонала и перевозку груза входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, не приложены документы, подтверждающие перевозку (ТН, ТТН), заявки, поручения перевозчику/экспедитору, акты оказанных услуг, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что перевозимый персонал и груз были доставлены в место производства работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на строительство объекта.

В материалы дела не представлены документы, подтверждающие затраты, а также обоснование, почему данные затраты являются убытками истца. Истцом используется понятие «объект», при этом о каком объекте идет речь понять невозможно.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на аренду земельных участков.

Затраты на аренду земельных участков в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на аренду земельных участков входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения Истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на приобретение дизельных электростанций.

Затраты на приобретение дизельных электростанций в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты Истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение дизельных электростанций входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

При этом договоры расторгнуты 10.10.2018г., хотя договор поставки заключен истцом 30.01.2017 г. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, не приложены акты приема-передачи, накладные по форме ТОРГ-12, приложенные акты сверки подписаны только со стороны Истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что приобретенные товары использовались им в рамках выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на аренду транспортных средств.

Затраты на аренду транспортных средств в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 Договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на аренду транспортных средств входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, спецификации, акты приема-передачи, акты оказанных услуг, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что арендуемые транспортные средства эксплуатировались в месте выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на поставку запасных частей и ремонт техники.

Затраты на приобретение запчастей и ремонт техники в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 Договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты Истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение запчастей и ремонт техники входят в твердую цену Договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения Истцом указанных затрат: Истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, товарные накладные не содержат подписи сторон, представленные документы под наименованием «приобретение товара» законодательно не урегулированы и не подтверждают какой-либо хозяйственной операции, не представлены документы, подтверждающие ремонт техники: заказы-наряды, акты осмотра, акты выполненных работ, приложенные акты сверки подписаны только со стороны Истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на осуществление ОСАГО.

Затраты на осуществление ОСАГО в расчете договорной цены (приложение № 2 к Договорам) отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на осуществление ОСАГО входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, полисы ОСАГО, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что полисы ОСАГО приобретались на транспортные средства, которые эксплуатировались в месте выполнения работ по Договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на расчеты с персоналом.

Истец не доказал факт наличия трудовых отношений со всеми заявленными работниками, а также факт выплаты им заработной платы.

Истец не приложил приказы о приеме на работу, трудовые договоры, платежные поручения на выплату заработной платы, расчеты заработной платы на каждого работника.

Более того, суд исходит из того, что расходы на выплату заработной платы не зависят от наличия либо отсутствия гражданско-правовых отношений с третьим лицом и не могут считаться убытками работодателя в смысле ст. 15 ГК РФ, т.к. они являются для последнего условно-постоянными расходами, не зависящими от объема производства. Заработная плата работников, налоги являются законодательно установленными расходами и не относятся к убыткам истца как субъекта гражданских правоотношений.

Причинно-следственная связь между действиями ответчика и выплатой истцом заработной платы сотрудникам отсутствует, т.к. взыскание убытков носит компенсационный характер и представляет собой санкцию за восстановление нарушенного права конкретного лица; выплата же работодателем заработной платы своим работникам является его обязанностью, что вытекает из трудовых отношений, следовательно, заработная плата, выплаченная сотрудникам, к убыткам не относится.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на приобретение разрешений на проезд по платным автодорогам.

Затраты на приобретение разрешений на проезд по платным автодорогам в Расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на приобретение разрешений на проезд по платным автодорогам входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, заявки принципала, отчеты агента, разрешения на проезд, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что проезд по платным автодорогам был необходим для выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на аренду геодезического оборудования.

Затраты на аренду геодезического оборудования в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на аренду геодезического оборудования входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения Истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, представленный договор и акт приема-передачи не содержит подписи сторон, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что арендуемое геодезическое оборудование было необходимо для выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на проведение поверки и метрологических работ.

Затраты на проведение поверки и метрологических работ в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на проведение поверки и метрологических работ входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями Ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, не приложены заявки, акты оказанных услуг, перечень приборов, подлежащих поверке, приложенные акты сверки подписаны только со стороны Истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что данные услуги были необходимы для выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на поставку оборудования испытательнойлаборатории.

Затраты на поставку оборудования испытательной лаборатории в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 Договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на поставку оборудования испытательной лаборатории входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, товарные накладные не подписаны ни одной из. сторон, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на оказание услуг строительной испытательной лаборатории.

Затраты на оказание услуг строительной испытательной лаборатории в Расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 Договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на оказание услуг строительной испытательной лаборатории входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, не приложены заявки, акты оказанных услуг, соглашение о стоимости, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что данные услуги были необходимы для выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на поставку материально-технических ресурсов, поскольку в материалы дела не представлены договор и документы, подтверждающие затраты, а также обоснование, почему данные затраты являются убытками истца.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на организацию питания.

Затраты на организацию питания в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на организацию питания входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на Ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями Ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, акты оказанных услуг, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что данные услуги были оказаны в вахтовом городке истца, расположенном в месте выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на организацию проживания персонала истца.

Затраты на организацию проживания в расчете договорной цены (приложение № 2 к Договорам) отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 Договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты организацию проживания входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения Истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, надлежащим образом подписанные договоры, первичные документы (товарные накладные, акты оказанных услуг), подтверждающие факт хозяйственной операции, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что данные услуги были оказаны в вахтовом городке истца, расположенном в месте выполнения работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на приобретение хозяйственных товаров.

Затраты на приобретение хозяйственных товаров в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат, т.к. входят в иные затраты истца на выполнение работ по договору.

В связи с тем, что затраты на приобретение хозяйственных товаров входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, товарные накладные не содержат подписи сторон, представленные документы под наименованием «приобретение товара» законодательно не урегулированы и не подтверждают какой-либо хозяйственной операции, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не представлено доказательств тому, что данные товары были поставлены в вахтовый городок истца в месте производства работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на хранение.

Затраты на хранение в расчете договорной цены (приложение № 2 к Договорам) отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на хранение включены в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, Истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат, не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением и истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, акты оказанных услуг, акты МХ-1, МХ-3, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не указано как данные расходы связаны с выполнением работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на оказание услуг по сбору и размещению отходов.

Затраты на оказание услуг по сбору и размещению отходов в расчете договорной цены отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на оказание услуг по сбору и размещению отходов входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением Истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, заявки, акты оказанных услуг, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, истцом не доказано, что данные услуги были оказаны в месте производства работ по договорам.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на предоставление услуг консультационно-правового характера в сфере экологии и разработку природоохранной документации.

Затраты на оказание услуг консультационно-правового характера в сфере экологии и разработку природоохранной документации в расчете договорной цены (приложение № 2 к договорам) отдельной строкой не предусмотрены, регулируются нормами законодательства о твердой цене договора подряда (ст. 709 и ст. 744 ГК РФ) и п. 3.1.1 договора, в связи с чем компенсации не подлежат.

В связи с тем, что затраты на услуги консультационно-правового характера в сфере экологии и разработку природоохранной документации входят в твердую цену договоров, они не могут быть убытками истца.

Кроме того, истцом не доказана совокупность юридических фактов для возложения на ответчика заявленных убытков. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и осуществлением истцом платежей в рамках указанных договоров отсутствует.

Более того, представленные в материалы дела документы не доказывают факт несения истцом указанных затрат: истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, акты оказанных услуг, разработанная документация, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Помимо прочего, предметом договора № 07/17 от 01.03.2017 с ИП ФИО8 является обслуживание участков в МО г. Ноябрьск, МО г. Муравленко, а также участков в Пуровском районе, что к месту выполнения работ по Договорам никакого отношения не имеет.

Суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания убытков в виде затрат на эвакуацию.

В материалы дела не представлены документы, подтверждающие данные затраты: договоры с ООО «ТЭК-СнабРесурс» и с ООО «СК Гранит» отсутствуют.

Истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, акты оказанных услуг и иные первичные документы, подтверждающие факт хозяйственной операции, приложенные акты сверки подписаны только со стороны истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Кроме того, Истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат.

Такие расходы истца как: заработная плата сотрудникам, коммунальные услуги, расходы на содержание и эксплуатацию транспорта, аренда земли, общехозяйственные расходы относятся к условно- постоянным, что не подпадает под понятие убытков.

К условно-постоянным расходам отнесены заработная плата, отчисления на социальные нужды, культообслуживание, коммунальные услуги, капитальный ремонт зданий и сооружений, ремонт основных средств и инвентаря, амортизация, расходы на содержание и эксплуатацию транспорта, расходы административно-управленческого персонала, аренда земли, налоги, общехозяйственные расходы и прочие хозяйственные расходы.

Так, истцом не доказан факт несения расходов с целью выполнения работ по Договорам.

Истцом не представлены доказательства тому, что приобретение им материалов и оказание ему услуг, затраты на которые заявлены как убытки, были необходимы с целью выполнения работ по заключенным с ответчиком договорам.

Штрафы и пени, заявленные истцом как убытки, таковыми не являются поскольку относятся к хозяйственным рискам самого истца и по своей правовой природе являются санкцией за неисполнение обязательств истцом перед контрагентами и государственными органами. Более того, истцом не представлены документы, исходя их которых можно определить основания для взыскания штрафов, правомерности их начисления и степень вины ответчика.

Суд приходит к выводу о том, что требования истца о взыскании убытков в виде затрат на эвакуацию являются необоснованными, поскольку в материалы дела не представлены документы, подтверждающие данные затраты: договор с ООО «ТЭК-СнабРесурс» отсутствует. Истцом не приложены надлежащим образом заверенные платежные поручения с отметкой банка об осуществлении операции по перечислению денежных средств, акты оказанных услуг и иные первичные документы, подтверждающие факт хозяйственной операции, приложенные акты сверки подписаны только со стороны Истца и не содержат подписей представителя контрагента.

Договор на перевозку груза с ООО «СК ГРАНИТ» содержит Приложение № 1, в котором стоимость услуг вписана от руки, УПД не содержит наименования груза; понять, какое отношение этот груз имеет к Договорам невозможно. Также обращаю внимание на тот факт, что услуги по перевозке оказываются в феврале -марте 2019 г., тогда как договоры были расторгнуты 10.08.2018 г., т.е. за полгода до перевозки.

Предмет договоров на оказание услуг с ООО «СтройПромГрупп» № 2 от 01.11.2017 (срок действия по 31.12.2018) и с ООО «ННСС» № 1/3-011-2017 от 01.02.2017 (срок действия по 31.12.2017) в период их действия с ноября по декабрь 2017 г. является тождественным, что свидетельствует о задвоении услуг. К договорам не приложены акты оказанных услуг, отчеты исполнителя, прайс-лист.

Расходы истца по заключению договоров с ООО «СтройПромГрупп» № 2 от 01.11.2017 и с ООО «ННСС» № 1/3-011-2017 от 01.02.2017 не являются убытками по смыслу п. 2 ст. 15 ГК РФ, поскольку произведены не для восстановления нарушенного права истца. Привлечение данных исполнителей было добровольным, относилось к финансово-хозяйственному решению истца и являлось предпринимательским риском. Таким образом, Истцом не доказана обоснованность и разумность несения данных затрат.

Суд критически относится к представленной истцом заключению специалиста, поскольку оно составлено по заказу истца и за соответствующее вознаграждение.

Таким образом, истцом не доказана противоправность поведения ответчика, незаконность действий (бездействия), а также наличие прямой причинной связи между действиями ответчика и причиненными убытками.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Верховный Суд Российской Федерации в п. 12 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Таким образом, как и любая форма гражданско-правовой ответственности, возмещение убытков является результатом правонарушения и имеет место только тогда, когда поведение должника носит противоправный характер. При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением должника и убытками кредитора. Прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. То есть для взыскания убытков лицо, чье право нарушено, требующее их возмещения должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенными нарушениями и возникшими убытками в размере убытков.

Рассматривая требования истца в части взыскания упущенной выгоды, суд также пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований по следующим основаниям.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинно-следственную связь между возникшими убытками и действиями (бездействием) ответчика. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков. При этом лицо, требующее возмещения, должно доказать, что принимало все зависящие от него меры для предотвращения (уменьшения) убытков.

Таким образом, привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Все участники гражданских правоотношений предполагаются добросовестными исполнителями своих прав и обязанностей, поэтому кредитор (потерпевший) должен доказать факт неисполнения или ненадлежащего исполнения своим должником лежащих на нем обязанностей, а также наличие и размер понесенных убытков и причинную связь между ними и фактом правонарушения.

На основании п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с п. 4 ст. 393 ГК РФ и п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

В пункте 3 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Возмещение убытков является результатом правонарушения и имеет место только тогда, когда поведение должника носит противоправный характер. При этом юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением должника и убытками кредитора. Прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. То есть для взыскания убытков лицо, чье право нарушено, требующее их возмещения должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенными нарушениями и возникшими убытками в размере убытков.

В обоснование своих требований истец представил расчет, согласно которому реальный ущерб составляет разницу между произведенными затратами для выполнения работ по договору № ТПС-ПДР-0015 от 10.02.2017 и договору № ТПС-ПДР-0016 от 10.02.2017 и ценой работ, предусмотренной договорами, которую истец получил.

Однако, представленные истцом документы не могут свидетельствовать о правомерности и правильности представленного расчета в обоснование заявленных требований, поскольку они носят предположительный характер.

Так, если истец полагал, что ответчик не исполняет надлежащим образом свои обязательства, и такое неисполнение причиняет ему убытки, то последнему надлежало принять все необходимые меры для недопущения неблагоприятных последствий для его предпринимательской деятельности, которая в силу ст. 2 ГК РФ осуществляется на свой страх и риск.

Возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом, возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего (Определение Верховного Суда РФ от 30.11.2010 N 6-В10-8).

При этом, лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход (указанная правовая позиция соответствует позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 19.01.2016 N 18-КГ15-237 и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 N 16674/12 по делу N А60-53822/2011).

Исходя из норм ст. ст. 8, 9 АПК РФ, стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследовании выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих фактов наличия тех или иных обстоятельств. Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ. В связи с изложенным, суд считает утверждения истца о наличии упущенной выгоды, голословными и документально не доказанными.

При вышеуказанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что основания для удовлетворения иска отсутствуют.

Кроме того, доводы апелляционной жалобы отклоняются в связи со следующим.

По смыслу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из представленного расчета, Истец определяет реальный ущерб как разницу между произведенными затратами для выполнения работ по Договору № ТПС-ПДР-0015 от 10.02.2017 и Договору № ТПС-ПДР-0016 от 10.02.2017 (далее – Договоры) и ценой работ, предусмотренной Договорами, которую Истец получил.

Согласно расчету размер понесенных Истцом затрат составил 670 060 748,23 руб. Данные затраты были понесены Истцом в период действия Договоров, до отказа Истца от Договоров, т.е. до 10 октября 2018 г.

Несение данных затрат было обусловлено получением Истцом дохода за выполнение работ. Оплата за выполненные работы Ответчиком произведена и не оспаривается Истцом. Тот факт, что его расходы превысили сумму доходов не может возлагать на Ответчика обязанность по их компенсации, так как Истец при заключении Договоров обладал всей информацией относительно объемов работ, месте и сроке их выполнения, расчетом договорной цены и т.п. Более того, понесенные Истцом в прошлом затраты по сути компенсировались ему доходом от выполнения работ в тот период. Следует отметить, что, если бы Истец продолжил выполнение работ по Договорам, все перечисленные расходы не имели бы к будущему периоду никакого отношения, так как при выполнении работ после 10 октября 2018 г. Истец вновь бы понес такие же виды расходов.

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований Истца ввиду включения в Договоры условия о том, что цена работ является твердой, представляется верным, поскольку расходы, понесенные Истцом в период выполнения работ до даты отказа от Договоров, не могут быть признаны убытками в силу их неотносимости к будущему периоду, возникшему после даты отказа от Договоров.

Исходя из смысла ст. 15 и ст. 393 Гражданского кодекса РФ для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

Требуя возмещение ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причинную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а также вину.

Между тем, как следует из материалов дела, Истцом не определен и не доказан ни один из вышеуказанных элементов деликтной ответственности:

вина - Истцом не доказана вина Ответчика в причиненных убытках, поскольку Истец как хозяйствующий субъект самостоятельно принимал решения по приобретению товаров, работ и услуг. Ссылка Истца на вступившее в законную силу Решение Арбитражного суда г. Москвы от 08.04.2019 по делу А40- 195393/2018 не может являться безоговорочным основанием вины Ответчика, поскольку данным решением установлена в том числе и вина ООО «ННГСС» в нарушении сроков выполнения работ, о чем свидетельствует взысканная в пользу ООО «Стройтрансгаз Трубопроводстрой» неустойка;

причинная связь - Истцом не доказана связь между расходами, понесенными Истцом в период действия Договоров и невозможностью выполнения работ в будущем, возникшей по вине Ответчика;

размер ущерба - все представленные Истцом документы содержат существенные недостатки, о которых Ответчик неоднократно заявлял.

Все понесенные Истцом затраты относятся к обычной финансово-хозяйственной деятельности юридического лица, они не были произведены для восстановления нарушенного права, что в силу нормы ст. 15 Гражданского кодекса РФ не позволяет квалифицировать их как реальный ущерб.

Между тем Истец в рамках возникшего спора, возлагая на Ответчика обязанность по возмещению ему стоимости произведенных расходов, по сути делает его ответственным за управленческие решения по приобретению товаров, работ и услуг, несмотря на то, что любая деятельность коммерческой организации, в первую очередь, осуществляется на свой страх и риск.

Доводам заявителя апелляционной жалобы судом первой инстанции дана соответствующая правовая оценка, оснований для переоценки которой у апелляционной коллегии не имеется.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, и вопреки доводам жалобы, основаны на правильном применении судом норм материального и процессуального права, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания, предусмотренные статьей 270 АПК РФ, для отмены либо изменения принятого по делу решения.

Руководствуясь ст.ст. 176, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 24.12.2020 по делу №А40-335412/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: И.А. Титова

Судьи: А.Л. Фриев

О.Н. Семикина

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.