Постановление от 26 августа 2022 г. по делу № А65-21628/2021

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-21628/2021
г. Самара
26 августа 2022 года
11АП-9161/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 19.08.2022,

постановление в полном объеме изготовлено 26.08.2022


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Колодиной Т.И., судей Деминой Е.Г., Морозова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании 19.08.2022 апелляционную жалобу конкурсного управляющего Акционерного коммерческого банка «Пробизнесбанк» (Открытое акционерное общество) на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2022 (судья Путяткин А.В.), вынесенное по результатам рассмотрения требования Акционерного коммерческого банка «Пробизнесбанк» (Открытое акционерное общество) в реестр требований кредиторов должника, предъявленного в рамках дела № А65-21628/2021 о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью "Лерон" (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, Общество с ограниченной ответственностью "Кембридж", ФИО3, ФИО4, ФИО5,


в судебное заседание явились:

лица, участвующие в деле, не явились, извещены,

установил:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.12.2021 Общество с ограниченной ответственностью "Лерон" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6.

Акционерный коммерческий банк «Пробизнесбанк» (Открытое акционерное общество) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о включении в реестр требований кредиторов 1 717 118 руб. 94 коп., как требования обеспеченные залогом имуществом должника, а именно: транспортное средство BMW ХЗ xDrive 28i, 2013 года выпуска, цвет серый металлик, с государственным регистрационным знаком <***> 116RUS, VIN <***>; ювелирные изделия из серебра стоимостью 1000000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2022 требование Акционерного коммерческого банка «Пробизнесбанк» (Открытое акционерное общество) признано обоснованным в размере 594 791 руб. 42 коп. и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью "Лерон", в остальной части требование оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий Акционерного коммерческого банка «Пробизнесбанк» (Открытое акционерное общество) обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2022 в обжалуемой части, принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 апелляционная жалоба оставлена без движения. Впоследствии определением от 08.07.2022 апелляционная жалоба принята к производству с назначением судебного заседания на 09.08.2022.

Определением заместителя председателя Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 19.08.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебных заседаний размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, не обеспечившие явку в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе в силу ч. 6 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на то, что без согласия залогодержателя должник был не вправе производить отчуждение предмета залога (транспортного средства).

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2022. При этом суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.03.2014 между Кредитором и ООО «Лерон» (далее - Заемщик) был заключен Кредитный договор № <***> от 31.03.2014 (далее – Кредитный договор), в соответствии с условиями которого Банк предоставил Должнику денежные средства в размере 2 000 000,00 рублей под 23 % годовых сроком по 30 марта 2016 года включительно.

Пунктами 3.3.2, 6.1 договора установлено, что при нарушении срока исполнения обязательств, указанных в графике погашения кредита, и возникновении просроченной задолженности по кредиту и/или просроченной задолженности по процентам заёмщик обязуется уплатить кредитору неустойку в размере 0,5 % от суммы просроченной задолженности по кредиту и/или просроченной задолженности по процентам за каждый день просрочки исполнения обязательств, а также возместить кредитору издержки, связанные с взысканием задолженности по договору.

Обязательства заёмщика по кредитному договору обеспечивались поручительством ООО «Кембридж», ФИО2 и ФИО3 Кроме того, в обеспечение исполнения обязательств заёмщика между Банком и ООО «Лерон» были заключёны договоры залога: - договор залога автотранспортного средства <***>-ДЗ-2 от 03 апреля 2014 года, предметом которого является транспортное средство BMW ХЗ xDrive 28i, 2013 года выпуска, цвет серый металлик, с государственным регистрационным знаком <***> 116RUS, VIN <***>.

Стоимость предмета залога составляет 1 050 000 рублей. - договор залога товаров в обороте <***>-ДЗ-1 от 31 марта 2014 года, предметом которого являются Ювелирные изделия из серебра стоимостью 1 000 000 руб. Обязательства по договору должником исполнялись ненадлежащим образом.

Решением Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 14.03.2019 дело №2-2624/2019 взыскано в солидарном порядке с общества с ограниченной ответственностью «Лерон», общества с ограниченной ответственностью «Кембридж», ФИО2 и ФИО3 в пользу акционерного коммерческого банка «Пробизнесбанк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» задолженность по кредитному договору <***> от 31.03.2014 в сумме: 294 824 (двести девяносто четыре тысячи восемьсот двадцать четыре) рубля 84 копеек, в том числе основной долг 207 645 (двести семь тысяч шестьсот сорок пять) рублей 52 копейки, просроченные проценты - 57 179 (пятьдесят семь тысяч сто семьдесят девять) рублей 32 копейки, штрафные санкции 30 000 (тридцать тысяч) рублей; расходы по оплате государственной пошлины в равных долях в сумме 4 789 (четыре тысячи семьсот восемьдесят девять) рублей с каждого. Обращено взыскание на заложенное имущество - транспортное средство BMW ХЗ xDrive 28i, 2013 года выпуска, цвет серый металлик, с государственным регистрационным знаком <***> 116RUS, VIN <***>, путем продажи с публичных торгов.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан от 20.06.2019 решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 06.03.2019 по данному делу изменено в части определения размера подлежащих взысканию штрафных санкций, принято в этой части новое решение, которым взыскано в солидарном порядке с ООО «Лерон», ООО «Кембридж», ФИО2 и ФИО3 в пользу ОАО АКБ «Пробизнесбанк» в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» штрафные санкции в размере 130598 руб. 21 коп. В остальной части решение оставлено без изменения. Взыскано с ООО «Лерон», ООО «Кембридж», ФИО2 и ФИО3 в пользу ОАО АКБ «Пробизнесбанк» в лице конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 3000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы. Выдан исполнительный лист серии ФС №024714880 от 10.07.2019.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Согласно представленному заявителем расчету общий размер задолженности общества с ограниченной ответственностью «Лерон» составляет 1 717 118,94 рублей, из которых: сумма просроченного основного долга – 207 645,52 рублей; сумма процентов на просроченный основной долг – 204 118,39 рублей; штрафные санкции на просроченный основной долг – 1 297 566,03 рублей; госпошлина – 7 789,00 рублей.

Возражая относительно заявленного требования, конкурсный управляющий и ФНС России в суде первой инстанции ссылались на пропуск заявителем срока исковой давности для предъявления требования, а также на отсутствие оснований для признания требований заявителя как обеспеченного залогом, а также считают необходимым применить положения статьи 333 ГК РФ и уменьшить размер штрафных санкций на просроченный основной долг.

Оценив указанные возражения, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст.200 настоящего Кодекса.

На основании статьи 199 Гражданского Кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу статьи 200 Гражданского Кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства (п. 2 ст. 200 ГК РФ).

Пунктом 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" установлено, что возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Из ч. 1 ст. 204 Гражданского Кодекса Российской Федерации следует, что срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Согласно части 1 статьи 21 Закона об исполнительном производстве исполнительные листы, выдаваемые на основании судебных актов, за исключением исполнительных листов, указанных в частях 2, 4 и 7 настоящей статьи, могут быть предъявлены к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу.

Срок, предусмотренный законом, для предъявления исполнительного листа к исполнению установлен для реализации права взыскателя на принудительное исполнение вступившего в законную силу судебного акта посредством органов принудительного исполнения судебных актов. С истечением данного срока, если он не был прерван или восстановлен судом, у взыскателя прекращается право требовать принудительного исполнения судебного акта, на основании которого выдан исполнительный лист, в связи с чем, взыскатель может получить удовлетворение только в случае, если должник добровольно произведет исполнение.

Предъявление кредитором должнику в рамках дела о банкротстве требования, основанного на вступившем в законную силу судебном акте, представляет собой особый способ его удовлетворения, минуя органы принудительного исполнения судебных актов.

Определение суда о признании требований кредитора обоснованными и включении их в реестр требований кредиторов должника является судебным актом, направленным на принудительное исполнение денежного обязательства должником в порядке, установленном законодательством о банкротстве.

Как следует из статьи 22 Закона об исполнительном производстве, срок предъявления исполнительного документа к исполнению прерывается:

1) предъявлением исполнительного документа к исполнению;

2) частичным исполнением исполнительного документа должником.

После перерыва течение срока предъявления исполнительного документа к исполнению возобновляется. Время, истекшее до прерывания срока, в новый срок не засчитывается. В случае возвращения исполнительного документа взыскателю в связи с невозможностью его исполнения срок предъявления исполнительного документа к исполнению исчисляется со дня возвращения исполнительного документа взыскателю.

В рассматриваемом случае решение Набережночелнинского городского суда городского суда Республики Татарстан от 14.03.2019 дело №2-2624/2019, на основании которого предъявлено рассматриваемое требование, вступило в законную силу 20.06.2019, исполнительный лист серии ФС №024714880 выдан 10.07.2019, следовательно, с этой даты начинается течение срока исковой давности, который истек 10.07.2022.

Соответственно, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что отсутствуют основания считать пропущенным установленный законом трехлетний срок исковой давности, поскольку кредитор обратился в суд с требованием о включении требования в реестр требований кредиторов 12.01.2022 (дата поступления требования через систему «Мой Арбитр»).

Рассмотрев требование кредитора о признании его требования обеспеченным залогом имущества должника, суд первой инстанции правомерно отказал в его удовлетворении, исходя из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

На основании пункта 5 статьи 138 Закона о банкротстве требования залогодержателей по договорам залога, заключенным с должником в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, удовлетворяются в порядке, предусмотренном данной статьей Закона. Указанные залогодержатели обладают правами конкурсных кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, во всех процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

Пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве предусмотрено, что требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога в порядке, установленном статьей 138 данного Закона.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя», при рассмотрении вопроса об установлении и включении в реестр требований конкурсных кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника, судам необходимо учитывать следующее.

Если судом не рассматривалось ранее требование залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество, то суд при установлении требований кредитора проверяет, возникло ли право залогодержателя в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона), не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него). Если заложенное имущество выбыло из владения залогодателя, в том числе в результате его отчуждения, но право залога сохраняется, то залогодержатель вправе реализовать свое право посредством предъявления иска к владельцу имущества. в этом случае суд отказывает кредитору в установлении его требований в деле о банкротстве как требований, обеспеченных залогом имущества должника.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58, при установлении требований кредитора необходимо проверить, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре. Вместе с тем, согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58, при установлении требований кредитора суд проверяет: возникло ли у залогодержателя право в установленном порядке (имеется ли надлежащий договор о залоге, наступили ли обстоятельства, влекущие возникновение залога в силу закона); не прекратилось ли оно по основаниям, предусмотренным законодательством; имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

В соответствии с ч. 1 ст. 335 Гражданского Кодекса Российской Федерации в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное.

В силу ч. 4 ст. 367 Гражданского Кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на дату заключения договора поручительства от 31.03.2014, поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается, если кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иска к поручителю.

В пункте 33 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством" (далее - постановление Пленума N 42) разъяснено, что судам необходимо учитывать, что указанные сроки не являются сроками исковой давности, к ним не подлежат применению положения главы 12 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Таким образом, срок действия, как поручительства, так и залогового обеспечения, является пресекательным сроком осуществления субъективного гражданского права кредитора при неисполнении (ненадлежащем) исполнении обязательства должником требовать удовлетворения своих интересов за счет имущественной массы поручителя или залогодателя, в связи с чем восстановлению или продлению не подлежит. Этот срок устанавливает пределы существования такого гражданского права, предоставляя кредитору строго определенное время для реализации его прав под угрозой их прекращения.

При этом, как разъяснено в пункте 34 постановления Пленума № 42, условие договора о действии поручительства до фактического исполнения обеспечиваемого обязательства не может рассматриваться как устанавливающее срок действия поручительства, поскольку не соответствует требованиям статьи 190 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

В данном случае подлежит применению предложение второе ч. 4 ст. 367 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

Поскольку кредитным договором установлено, что денежные средства предоставлены сроком по 30.03.2016, то с учетом разъяснений, изложенных в пункте 34 постановления Пленума № 42, открытое акционерное общество АКБ «Пробизнесбанк» был вправе предъявить иск к залогодателю (должнику) в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства. Срок исполнения обязательства по кредитному договору наступил 30.03.2016.

Соответственно, открытое акционерное общество АКБ «Пробизнесбанк» было вправе предъявить иск к залогодателю (должнику) в срок до 30.03.2017.

Аналогичная позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 25.05.2018 по делу № А57-24917/2016; от 19.12.2017 по делу №А12-31258/2016.

Учитывая, что с требованием к должнику в рамках дела о банкротстве открытое акционерное общество АКБ «Пробизнесбанк» обратилось 12.01.2022, то есть за пределами установленного ч. 4 ст. 367 Гражданского Кодекса Российской Федерации срока (годичного срока со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства), и доказательства более раннего его обращения к должнику в материалах дела отсутствуют, то суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что не имеется оснований для удовлетворения заявления открытого акционерного общества АКБ «Пробизнесбанк» об установлении требования к должнику, как обеспеченного залогом ювелирных изделий из серебра стоимостью 1 000 000 руб., поскольку на дату обращения в суд с рассматриваемым требованием к должнику залоговое обязательство прекратилось.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводами суда первой инстанции относительно отказа в признания требования к должнику обеспеченного залогом транспортного средства BMW ХЗ xDrive 28i, 2013 года выпуска, цвет серый металлик, с государственным регистрационным знаком <***> 116RUS, VIN <***>, ввиду следующего.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.03.2018, разъяснено, что характерная особенность споров об обращении взыскания на заложенное имущество (разновидностью которых является установление залоговых требований в деле о банкротстве) состоит еще и в том, что исполнение судебного акта об удовлетворении требований в условиях отсутствия имущества у ответчика в натуре в любом случае невозможно, в связи с чем при наличии возражений противоположной стороны любые сомнения по вопросу о том, имеется ли данное имущество либо нет, по общему правилу должны быть истолкованы в пользу признания наличия залога.

Согласно сведениям, представленным УГИБДД МВД по РТ в письме от 03.03.2022 №33/3308, транспортное средство марки BMW ХЗ xDrive 28i, 2013 года выпуска, цвет серый металлик, с государственным регистрационным знаком <***> 116RUS, VIN <***>, с 10.02.2021 зарегистрировано за ФИО5.

Таким образом, спорное имущество должнику не принадлежит, что является основанием для отказа в удовлетворении требования кредитора в части признания требования обеспеченным залогом указанного транспортного средства.

Конкурсным управляющим и ФНС России в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции также было заявлено ходатайство о снижении неустойки по ст. 333 Гражданского Кодекса Российской Федерации связи с ее несоразмерностью, которое судом было удовлетворено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с данным выводом суда первой инстанции и отмечает следующее.

Положениями ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В силу разъяснений, приведенных в п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств", при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (ч.ч. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание на то, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной (Определения от 21.12.200 № 263-О, от 22.01.2004 № 13-О, от 22.04.2004 № 154-О).

Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности ответственности, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные стороной имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые участники обязательства вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2011 № 11680/10 по делу № А41-13284/09 разъяснено, что правила ст.333 Кодекса предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Обязательным условием взыскания неустойки в силу положений Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 "Обзор практики применения судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" является соразмерность ее суммы последствиям нарушения обязательства, что предполагает возмещение кредитору нарушенного интереса с недопущением его неосновательного обогащения.

Назначением института ответственности за нарушение обязательств является восстановление имущественной сферы потерпевшего. Иными словами, при определении подлежащей взысканию суммы неустойки необходимо исходить из задачи выплатить достойную компенсацию кредитору, при том, что это не должно приводить к неосновательному обогащению последнего.

Неустойка как мера ответственности должна носить компенсационный, а не карательный характер и не может служить мерой обогащения (как указано в вышеперечисленных судебных актах).

Статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений. Равенство участников правоотношений предполагает определенную сбалансированность мер ответственности, предусмотренных для сторон одного договора при неисполнении ими обязательств.

Материалы дела не содержат доказательств наступления для истца соответствующих размеру заявленной неустойки негативных последствий ввиду ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств.

Суд первой инстанции учел, что размер ключевой ставки Банка России на момент заключения между банком и кредитором кредитного договора <***> от 31.03.2014 составлял 7% годовых. Применение кредитором к должнику санкций в виде начисления неустойки в размере 0,5% от суммы просроченной задолженности по кредиту за каждый день просрочки, что фактически равно 182,5% годовых явно завышено и несоразмерно последствиям нарушения обязательств.

Судом произведен перерасчет неустойки за период с 09.11.2018 по 05.12.2021.2021 (включительно) (дата, предшествующая дате введения процедуры), согласно которому размер неустойки составил 44 640,30 руб.

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции полагает обоснованным снижение судом первой инстанции предъявленной кредитором неустойки.

Таким образом, общая сумма подлежащей включению в реестр требований кредиторов должника неустойки составила 175 238,51 руб., из которых 130 598,21 руб. взысканы Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Татарстан от 20.06.2019 и 44 640,30 руб. по вышеприведенному расчету суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции верно определена общая сумма требования, подлежащая включению в реестр требований кредиторов должника, а именно: 594 791,42 руб., из которых: просроченный основной долг – 207 645,52 руб., проценты на просроченный основной долг – 204 118,39 руб., штрафные санкции – 175 238,51 руб., госпошлина – 7 789 руб.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы о том, что без согласия залогодержателя должник был не вправе производить отчуждение транспортного средства, являвшегося предметом залога, не опровергают выводов суда об отсутствии у должника на момент рассмотрения спора транспортного средства в натуре.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2022 является законным и обоснованным. При указанных обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2022 по делу №А65-21628/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение месяца со дня его принятия с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья Т.И. Колодина



Судьи Е.Г. Демина



В.А. Морозов