Постановление от 1 декабря 2020 г. по делу № А45-40668/2017

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А45-40668/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 25 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 декабря 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Калининой О.Д. с использованием средств аудиозаписи и системы веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании, апелляционную жалобу ФИО4 (№07АП-8849/2020(1)) на определение от 17.08.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-40668/2017 (судья Зюков В.А.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Меган» (630071, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>), по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 (630045, <...>),

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований – финансовый управляющий ФИО5,

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО4: ФИО6, доверенность от 01.11.2019,

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

решением от 07.03.2018 (дата объявления резолютивной части 28.02.2018) Арбитражного суда Новосибирской области общество с ограниченной ответственностью «Меган» (далее - должник), признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

18.01.2019 в суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4.

Определением от 17.08.2020 Арбитражный суд Новосибирской области признал доказанными наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановил рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, с учетом дополнений, что не доказаны действия ФИО4 по выводу активов должника. Удовлетворение требований влечен двойную ответственность ФИО4. Суд ошибочно указал, что в данном случае должны применяться нормы о солидарной ответственности поручителя и должника.

Конкурсный управляющий, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержала доводы апелляционной жалобы, просила определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участника процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Новосибирской области, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, между АО «Россельхозбанк» и ООО «Транс-Ойл» 18.03.2016 заключен договор об открытии кредитной линии №162500/0033, согласно которому Банк обязан предоставить заемщику денежные средства в сумме 185 000 000 руб., при этом выдача кредита производится частями в пределах лимита задолженности, а заемщик - возвратить полученный кредит в срок 16.03.2018 и уплатить проценты за пользование кредитом в зависимости от срока предоставления.

К договору об открытии кредитной линии были заключены дополнительные соглашения с № 1 по №128 о предоставлении траншей, что подтверждается выпиской со счета заемщика.

В качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору между Банком и ООО «Меган» были заключены следующие договоры:

- №162500/0053-7/2 от 16.04.2015 об ипотеке (залоге недвижимости) с учетом дополнительного соглашения №1 от 16.04.2015, дополнительного соглашения № 2 от 03.06.2015 и дополнительного соглашения № 3 от 18.03.2016 к нему, согласно которому ООО «Меган» в залог АО «Россельхозбанк» было передано все недвижимое имущество;

- № 162500/0021-5 о залоге оборудования от 17.02.2016, с учетом дополнительного соглашения № 2 от 14.04.2017 к нему, согласно которому ООО «Меган» в залог АО «Россельхозбанк» было передано основное оборудование;

-№162500/0033-8 поручительства юридического лица от 18.03. 2016.

ФИО4 является единственным участником как в ООО «Меган», так и в ООО «Транс-Ойл».

Решением Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 40656/2017 от 07.03.2018г. ООО «Транс-Ойл» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.

Полагая, что действия ФИО4 по одобрению заключения договоров залога и поручительства по обязательствам ООО «Транс-Ойл» и последующее банкротство ООО «Транс-Ойл» повлекло за собой невозможность полного удовлетворения требований кредиторов ООО «Меган», конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из доказанности совокупности обстоятельств для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно пункту 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) (в редакции действовавшей в 2016 году) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о признании доказанными наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц –ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – ООО «Транс-Ойл».

Из материалов дела следует, что единственным участником ООО «Меган» является - ФИО4, размер доли 100% (номинальная стоимость доли 10 000,00 руб.).

Сформирован реестр требований кредиторов. Суммарный размер требований кредиторов третьей очереди составляет 226 318 695,80 руб., из них 7 877 778,02 руб. - основной долг, 215 769 077,74 руб. - требования, обеспеченные залогом, 2 671 840,04 руб. - санкции.

За реестром требований кредиторов учтены требования ФНС России в лице ИФНС по Ленинскому району г. Новосибирска в размере 128 162,55 руб., ООО «Петролеум Трейдинг» в размере 1 125 436,30 руб.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.08.2018г. по делу №А45-40668/2017 включено требование ФИО4 в реестр требований кредиторов ООО «Меган» в размере 2 987 850,12 руб.

Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО4 - является единственным участником ООО «Транс-Ойл».

Определением суда по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Транс-Ойл» (основной должник) от 07.08.2019 суд признал доказанными наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц – ФИО8 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Транс-Ойл», при этом установив, что 06.06.2016 бывшим руководителем ООО «Транс-Ойл» ФИО8 с ведома единственного участника ФИО4 был заключен договор поставки № 19то-2/2016 с ООО «Сибирь-ОПТ».

В период с мая 2017 по сентябрь 2017 ООО «Транс-Ойл» были отгружены в адрес ООО «Сибирь-ОПТ» нефтепродукты (бензин, мазут, и пр.), которые остались неоплаченным на общую сумму 124 149 741 руб. 67 коп. Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением суда от 14.07.2018 г. по делу№ А45-17963/2018.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.11.2018 г. по делу № А45-29283/2018 ООО «Сибирь-ОПТ» признано несостоятельным (банкротом). Заявителем по делу является ООО «Транс-Ойл», требования которого включены в реестр требований кредиторов ООО «Сибирь-ОПТ».

Из фактических обстоятельств дела следует, что ФИО4 являлся учредителем двух юридических лиц - ООО «Транс-Ойл» и ООО «Меган» (ИНН <***>, дело о банкротстве № А45-40668/2017).

18.03.2016 между АО «Россельхозбанк» и ООО «Транс-Ойл» был заключен договор об открытии кредитной линии №162500/0033, в обеспечение которого были заключены с ООО «Меган» договоры залога №162500/0053-7/2 от 16.04.2015 с учетом дополнительных соглашений №1 от 16.04.2015, № 2 от 03.06.2015 и № 3 от 18.03.2016; № 162500/0021-5 о залоге оборудования от 17.02.2016 г., с учетом дополнительного соглашения № 1 от 18.03.2016, договор поручительства №162500/0033-8 от 18.03.2016; с ООО «Транс-Ойл» договор залоге товаров в обороте № 162500/0033-3 от 18.03.2016; с ФИО4 договор о залоге векселя с залоговым индоссаментом № 162500/0033-13.1 от 18.03.2016, и договор поручительства физического лица № 162500/0033-9 от 18.03.2016.

После получения кредитных денежных средств ООО «Транс-Ойл» осуществляло частичное их перечисление в ООО «Меган»: в 2016 году - 10 млн.рублей, в 2017 году - 7 млн.рублей.

У ООО «Транс-Ойл» существовали правоотношения с ООО «СибирьОпт» (ИНН <***>), в результате которых у последнего образовалась задолженность перед ООО «ТрансОйл» в размере более 100 млн. рублей.

ООО «СибирьОпт» обладало признаками «технической» фирмы, что подтверждается регистрацией общества в июне 2016 года, а уже в октябре 2017 учредителем принято решение о ликвидации данного юридического лица.

С учетом установленных обстоятельств суд пришел к выводу, что руководством ООО «ТрансОйл» осуществлялся вывод активов должника через фирму-однодневку ООО «СибирьОпт», что действия по заключению и исполнению данного договора повлекли за собой существенные убытки для должника, поскольку в результате исполнения данного договора должник лишился имущества в виде нефтепродуктов, получив взамен ничем не обеспеченную дебиторскую задолженность, о чем руководство не могло не знать.

Таким образом, действия ФИО8 по заключению и исполнению договора поставки № 19то-2/2016 с ООО «Сибирь-ОПТ», а также действия ФИО4 по одобрению заключения данной сделки, повлекли за собой невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «ТрансОйл».

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.)) дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Таким образом, определением от 07.08.2019 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-40656/2017, установлен факт того, что действия ФИО4 по одобрению заключения сделки с ООО «СибирьОПТ», повлекли за собой невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «Транс-Ойл».

Установленные обстоятельства находят свое подтверждение и в рамках настоящего дела.

Поскольку ООО «Меган» являлось поручителем и залогодателем по обязательствам ООО «Транс-Ойл» по договор об открытии кредитной линии №162500/0033, которое в свою очередь выводило активы через подконтрольное общество, предъявление требований кредиторами ООО «Транс-Ойл» к ООО «Меган» повлекло за собой невозможность последнего осуществлять дальнейшую хозяйственную деятельность и рассчитываться по своим обязательствам.

Доводы подателя жалобы о недоказанности совершения ФИО4 действий по выводу активов должника, судом апелляционной инстанции отклоняются.

Заключая договор поручительства ООО «Меган» - ФИО4 являясь учредителем как ООО «Транс-Ойл», который совершил убыточную сделку с ООО «Сибирь–Опт», так и ООО «Меган», обладая информацией о финансовом состоянии обществ, и о выводе активов ООО «Транс-Ойл», действовал злонамеренно, с целью получения кредита у ОАО «Россельхозбанк», при этом зная, что денежные средства будут выведены через подконтрольную ему организацию ООО «Транс-Ойл», за которой ООО «Меган» поручилось.

Действия ФИО4 по выводу активов в ООО «Транс-Ойл» и ООО «Меган» взаимосвязаны между собой, направлены на вывод активов и не могут быть признаны добросовестными и отвечающими обычной хозяйственной практике.

Вступая во взаимоотношения с ООО «Меган» кредиторы рассчитывали на погашение своих обязательств, на ведение нормальной хозяйственной деятельности, однако неправомерный вывод имущества через ООО «Транс-Ойл» (в том числе при участии и с ведома ФИО4), повлекло его неплатёжеспособность и, как следствие, обращение взыскания к ООО «Меган» (поручителю), что нарушает права кредиторов.

Доказательств того, что в преддверии банкротства ФИО4 действовал добросовестно и разумно в интересах общества, в материалы дела также не представлены.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, действия по совершению убыточных для должника сделок, совершены ответчиков как в период времени, когда законодателем еще не была принята глава III.2 Закона о банкротстве, а отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались, в первую очередь, положениями статьи 10 данного Закона (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), так и в период после 01.07.2017.

В силу абзаца первого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Абзацем третьим названного пункта предусмотрена презумпция наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролирующего лица и наступившим банкротством - причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

Аналогичная презумпция содержится в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», такие сделки должны быть значимы для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являться существенно убыточными.

Поскольку договор поручительства был заключен в 2016 году, ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы подателя жалобы о том, что удовлетворение требований влечен двойную ответственность ФИО4., так как по тем же основаниям перед теми же кредиторами он привлечен к ответственности в рамках дела о банкротстве ООО «Транс-Ойл», судом апелляционной инстанции отклоняются.

Согласно положениям статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Исходя из положений пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством", при солидарной ответственности поручителя кредитор вправе предъявить иски одновременно к должнику и поручителю, только к должнику или только к поручителю.

Поручитель несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), при этом лимита ответственности поручителя в данных категориях дел не предусмотрено.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Следовательно, необходимо различать виды ответственности (солидарная и субсидиарная), у которых различны правовые и фактические основания для их возникновения (в первом случае статья 363 Гражданского кодекса Российской Федерации, во втором статья 61.11 главы Ш.2 Закона о банкротстве).

Интересы поручителя защищены положениями статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежащие кредитору как залогодержателю в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

ФИО4 не представлено доказательств, что требование какого-либо кредитора исполнено полностью или на какую-либо сумму.

Кроме того, в настоящем споре размер субсидиарной ответственности еще не определен. Производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Ссылки ФИО4 на неверное применение судом норм материального права и определения ответственности, судом апелляционной инстанции отклоняются, так как основаны на неверном толковании норм права.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, о доказанности оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и наличии оснований для приостановления производства по заявлению до расчета с кредиторами.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 17.08.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-40668/2017 оставить без изменений, а апелляционную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3