Решение от 15 апреля 2024 г. по делу № А40-99032/2023

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-99032/2023-112-786
16 апреля 2024 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 15.04.2024г.

Полный текст решения изготовлен 16.04.2024г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Тевелевой Н.П. (единолично),

при ведении протокола секретарем Ивановой Д.А.,

при участии:

истца: ФИО1, по дов.от 22.02.2024г.

ответчика: ФИО2 по дов.от 19.12.2023 №1383.

рассмотрел в судебном заседании дело по иску ИП ФИО3 (ИНН <***>)

к ответчику ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» (ИНН: <***>)

о взыскании 2.865.521руб.92коп.   



УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о взыскании 2.865.521руб.92коп. неосновательного обогащения, в связи с досрочным расторжением договора лизинга №ДЛ-59298-21 от 30.08.2020г.

Стороны в заседание явились, поддержали свои правовые позиции.

Оценив материалы дела, заслушав представителей истца и ответчика, суд пришел к выводу об отказе удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Судом установлено, что между истцом и ответчиком заключен договор лизинга ДЛ-59298-21 от 30.08.2020г, в соответствии с которыми ответчик обязался приобрести в собственность и предоставить истцу во владение и пользование предмет лизинга, а последний принять и оплачивать лизинговые платежи.

Сторонами подписан акт приема-передачи, согласно которому ответчик передал в лизинг ответчику имущество, тем самым полностью исполнив обязательства по договору.

Согласно п. 2.2.1 договора истец обязался уплачивать лизинговые платежи в размере и сроки, предусмотренные графиком лизинговых платежей.

Статьей 309 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

06.02.2023 ответчик в одностороннем порядке расторг договор лизинга, 07.02.2023 предмет лизинга изъят и в дальнейшем реализован третьему лицу.

В пункте 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014 указано, что при разрешении споров, возникающих между сторонами договора выкупного лизинга, об имущественных последствиях расторжения этого договора судам надлежит исходить из следующего того, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 04.08.2015 г. N 310-ЭС15-4563 следует, что разъяснения постановления Пленума ВАС РФ N 17 не являются императивными, в связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей.

Стороны, заключая договор, предусмотрели правила расчета встречных представлений иным образом, который отличается от методики расчета в Постановления Пленума ВАС РФ N 17.

Возражая против заявленных требований ответчик указал, что расчет должен быть произведен в соответствии с п.6.10 Общих условий договора, в котором стороны согласовали формулу расчета сальдо, в связи с чем расчет должен быть произведен с учетом положений п.1.1.26 Общих условий.

Однако данные доводы не могут быть приняты судом ввиду следующего.

П. 25 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)", утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее - Обзор) определение завершающей обязанности может быть определено сторонами по условиям дополнительного соглашения к договору лизинга не в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 3 - 3.6 постановления Пленума ВАС РФ N 17, что, однако, не противоречит принципу свободы договора, поскольку данные разъяснения не относятся к императивным нормам.

Согласно ст. 2, 4 и 19 Закона о лизинге и разъяснениям п. 2 Постановления Пленума ВАС № 17 договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Расторжение договора лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Этот основной принцип Постановления Пленума № 17 не может быть пересмотрен по соглашению сторон (абз. 1 п. 4 ст. 453 ГК РФ, п. 4 ПП ВАС № 35 «О последствиях расторжения договора», определение ВС от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301).

Однако из взаимосвязанного содержания условий п. 6.10, 1.1.24, 1.1.26, 8.5, 3. 3.4 Общих условий лизинга следует, что расчеты, предусмотренные общими условиями, не позволяют определить реальные предоставления сторон, среди которых: сумма финансирования, плата за пользование финансированием, лизинговые платежи, оплаченные лизингополучателем.

Расчеты по п. 6.10 общих условий существенно отличаются от предусмотренного в Постановлении пленума ВАС № 17 расчета встречных предоставлений сторон договора лизинга.

Предоставления лизингодателя по основному предмету договора в расчетах по п. 6.10 учитываются путем исключения из расчетов лизинговых платежей, оплаченных лизингополучателем, а также путем включения в расчет задолженности лизингополучателя, образовавшейся из неоплаченных лизинговых платежей до момента реализации предмета лизинга.

Таким образом, на стороне лизингодателя учитывается сумма платы за фактический срок пользования финансированием и сумма финансирования с учетом его частичного погашения, поскольку лизинговые платежи до момента реализации предмета лизинга включают в себя плату за пользование финансированием и возврат части финансирования.

В свою очередь предоставления лизингополучателя по основному предмету договора в расчетах п. 6.10 учитываются путем исключения из расчетов всей суммы предоставленного лизингодателем финансирования, поскольку сумма финансирования частично погашена лизинговыми платежами до момента реализации предмета лизинга.

При таком учете встречных предоставлений сторон существенное значение имеет остаток финансирования (то есть то, что осталось неисполненным, тело кредита), сложившийся на момент расчета сальдо (момент реализации предмета лизинга, с момента реализации которого финансирование считается возвращенным (п. 17 Обзора от 27.10.2021).

В п. 6.10 общих условий лизинга вместо учета суммы остатка финансирования учитывает сумму оплаты досрочного выкупа, которая определяется исходя из графика платежей на момент реализации предмета лизинга, что не допустимо.

Оплата суммы досрочного выкупа является правом, а не обязанностью лизингополучателя (Постановление КС РФ от 20.07.2011 №20-П, п.1 Обзора практики по лизингу от 27.10.2021).

Уплата суммы досрочного выкупа не является обязательством по договору лизинга.

В соответствии с п.26 Обзора от 27.10.2021, условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу регулированию отношений сторон по договору лизинга.

Более того, учет лизингодателем суммы неполученных платежей в предоставлении лизингодателя приведет к необоснованному уменьшению предоставления лизингополучателя, включающего в себя сумму выплаченных платежей.

В составе задолженности по лизинговым платежам содержится плата за финансирование, которая уже учтена в предоставлении лизингодателя, т.е закрытии сделки.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в случае грубого нарушения баланса интересов сторон на основании пункта 4 статьи 1, статьи 10 ГК РФ сторона договора вправе заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной (то есть оказалась слабой стороной договора).

Названные общие ограничения свободы договора должны учитываться, в том числе, при определении сторонами имущественных последствий расторжения договора (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора»). Согласно позиции, выраженной в определении судебной коллегии экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 22.11.2022 № 305-ЭС22-10240, гражданское законодательство предусматривает необходимость соотнесения встречных предоставлений сторон по результатам расторжения договора, чтобы исключить возникновение неосновательного обогащения одной из них.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного суда РФ от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954, из взаимосвязанных положений статей 2, 4 и 19 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон о лизинге) и разъяснений, данных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», вытекает, что по своей природе договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что условие пункта 6.10 Правил, который наряду с предоставлениями, указанными в Постановлении №17 создает на стороне лизингодателя необоснованные имущественные предоставления и позволяет исключить неосновательное обогащение одной из сторон договора за счет другой, в связи с чем в данном случае правоотношения сторон подлежат регулированию с учетом, разъяснений, изложенным в Постановлении №17. 

Так, расчет истца судом проворен.

На основании ст.190 ГК РФ срок договора лизинга равен 1800дн.

Общий размер платежей по договору с учетом уведомления об изменении графика лизинговых платежей от 14.09.2022 составит 5.554.338руб.37коп, таким образом, размер финансирования: 2.943.503руб.

Согласно п. 3.2 и п. 3.3 Постановления ВАС № 17, плата за финансирование рассчитывается за время до фактического возврата финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования считается только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме.

Подобная правовая позиция содержится в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2015 по делу N 305-ЭС15-12293, от 16.10.2015 по делу № 305-ЭС15-12353., от 03.10.2016 305-3C16-12109 по делу № A40-112144/2015.

ТС реализовано по договору купли –продажи 22.02.2023 по цене 3.465.000руб., таким образом, срок финансирования составит 541дн., соответственно плата за фактическое пользование  - 559.284руб.41коп.

Расчет по формуле простых процентов, приведенной в п.3.5 Постановления №17 и составил 12,82%.

В соответствии с пунктом 3.6 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Так, истцом понесены расходы на хранение, которые судом включены в расчет – 30.320руб., а также 35.308руб.42коп. пени.

Так, по мнению истца стоимость ТС при реализации занижена. 

Лизингодатель сообщил суду, что ТС не реализовано с торгов.

Для определения стоимости возвращенного предмета лизинга судом назначена судебная экспертиза (заключение эксперта №1031/11/2023 ), которая установила что рыночная стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 3.853.800руб. (цена реализации 3.465.000руб.), таким образом, ценовое расхождение составляет 10%.

Оценив указанное заключение, суд приходит к выводу, что оно носит обоснованный и непротиворечивый характер, содержит исчерпывающие ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, выводы эксперта понятны и не требуют исследования иных обстоятельств.

При назначении экспертизы судом соблюдены требования статей 82, 83 АПК РФ; в экспертном заключении отражены предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, эксперт надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Профессиональная подготовка и квалификация эксперта не вызывают сомнений, подтверждаются приложенными к заключению документами об образовании.

При проведении экспертизы эксперт руководствовался соответствующими нормативными документами, справочной и методической литературой. Ответы эксперта на поставленные вопросы мотивированы, понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования.

В соответствии с частью 3 статьи 86 АПК РФ заключение эксперта оглашается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

Для опровержения результатов экспертизы стороны, считающие заключение эксперта порочным, должны представить веские доказательства, позволяющие суду придти к выводу о допущенных существенных нарушениях при проведении такой экспертизы.

В данном случае таких доказательств, по мнению суда, Общество не представило – его доводы сводятся к несогласию с выводами эксперта.

Суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о назначении повторной судебной экспертизы.

Учитывая изложенного, заключение судебной экспертизы признано судом допустимым доказательством по делу.

Согласно п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" стоимость возвращенного предмета лизинга, определяется исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга. Абзацем 2 п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" установлено, что Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон.

В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Таким образом, отчетом об оценке имущества для целей расчета сальдо надлежит руководствоваться только в том случае, если лизингополучатель докажет, что лизингодатель, реализуя имущество, действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга.

В соответствии с п. 20 Обзора если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии с позицией, изложенной в п. 19 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), исходя из положений ст. 3 Федерального закона от 29.07 1998 № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" рыночная стоимость предмета лизинга, отраженная в отчете оценщика, имеет вероятностный характер, поскольку она зависит от применяемых в каждом конкретном случае методик оценки, качества и количества используемых исходных данных, субъективного фактора в оценке стоимости имущества или возможных злоупотреблений, связанных как с завышением, так и с занижением цены, и т.д.

Статьей 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" установлено, что определенная оценочная стоимость является лишь предполагаемой величиной стоимости имущества, рекомендованной для определения начальной цены предложения. Позиция о вероятностном характере оценочной стоимости имущества и возможном различии оценочных величин, выполненных разными оценщиками, также находит отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 310-ЭС15-11302 и в пп. 4.1 и 4.2 постановления Конституционного Суда РФ от 05.07.2016 № 15-П.

Согласно п. 18 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) непринятие лизингодателем разумных мер для скорейшей реализации предмета лизинга в ситуации наличия спроса на вторичном рынке может свидетельствовать о неразумности его действий и выступать основанием для определения стоимости возвращенного предмета лизинга на основании отчета оценщика, в том числе при продаже предмета лизинга на торгах.

В соответствии с абз. 14 п. 18 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) судам надлежит оценить какие меры предпринимал Лизингодатель для реализации предмета лизинга после его изъятия и в случае установления разумности и обоснованности действий Лизингодателя, определять разумный срок реализации в каждом конкретном случае индивидуально и руководствоваться ценой реализации, а не оценочной стоимостью имущества.

 Согласно п. 20 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), суду также надлежит установить существенность расхождения между ценой реализации предмета лизинга и его рыночной стоимостью согласно отчетам об оценке, оценив разумность действий Лизингодателя по определению цены имущества.

Таким образом, во взаимосвязи п. 18, п. 19 и п. 20 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) суду надлежит установить является ли расхождение между оценочной стоимостью и ценой реализации существенным, чем оно вызвано, и представлены ли Лизингодателем доказательства разумности и обоснованности своих действий при реализации имущества.

Согласно позиции изложенной в п. 20 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) различие стоимости реализации имущества более чем в два раза по отношению к оценочной стоимости является существенным расхождением между ценой реализации и рыночной стоимостью. В определении Верховного суда Российской Федерации от 27.12.2021 № 305- ЭС21-19707 по делу № А40-35533/2018 указано, что для признания существенности отличия цены реализации и оценочной стоимости необходима как минимум кратность.

С учетом положений Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" и норм Федеральных Стандартов Оценки, устанавливающих возможность оценки имущества тремя различными способами (Затратный, Доходный, Сравнительный – глава III ФСО № 1), а также с учетом правового подхода, выраженного в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 310-ЭС15-11302 и пп. 4.1 и 4.2 постановления Конституционного Суда РФ от 05.07.2016 № 15-П, о вероятностном характере определения рыночной стоимости, согласно которому предполагается возможность получения неодинакового результата оценки при ее проведении несколькими оценщиками, в том числе в рамках судебной экспертизы, по причинам, которые не связаны с ненадлежащим обеспечением достоверности оценки, учитывая, что оценочная стоимость имущества может меняться в зависимости от применяемых корректирующих коэффициентов (расчета износа, скидки на торг, скидки при переходе на вторичный рынок и т.д., спрос на имущество), расхождение между ценой реализации и оценочной стоимостью имущества менее чем на 50 % не может быть признано существенным (разница в два раза).

Согласно ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Оценивая представленные доказательства по делу, суд приходит к выводу, что лизингополучателем неразумность и недобросовестность действий лизингодателя при реализации имущества не доказана.

Расхождение между ценой реализации и стоимостью, определенной в заключениях оценщика, не является существенным (10%).

Истцом не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что при продаже предмета лизинга по цене, указанной в договоре купли –продажи, лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к продаже предмета лизинга по заниженной цене.

При отсутствии доказательств неразумного поведения лизингодателя стоимость реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение перед стоимостью предмета лизинга в заключении, как отражающая реальную денежную сумму, уплаченную за данное транспортное средство.

Экспертное заключение является лишь одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в совокупности и во взаимосвязи с другими доказательствами, представленными в материалы дела, и не освобождает суд от обязанности непосредственно исследовать все имеющиеся в деле доказательства.

Истец также не представил в материалы дела доказательства наличия у лизингодателя реальной возможности продать предмет лизинга в иной срок после его возврата или по цене, значительно превышающей цену реализации, поэтому доводы ответчика в указанной части являются необоснованными.

Суд, руководствуясь пунктом 4 Постановления № 17, полагает обоснованным использование при расчетах сальдо встречных обязательств суммы, указанной в договоре купли-продажи, то есть стоимость предмета лизинга, по которой фактически предмет лизинга реализован по договору купли-продажи.

Сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме.

Расхождение между рыночной стоимостью и стоимостью реализации согласно отчетам истца следует, что при сравнении стоимости реализации и рыночной стоимости на основании отчетов об оценке, представленных истцом, предметы лизинга реализованы выше рынка, либо ниже в пределах допустимого расхождения между указанными показателями, что напрямую связано с высокой волатильностью рынка ТС.

В силу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неразумность и недобросовестность действий истца при реализации предмета лизинга, при этом также не доказано, что у истца имелась реальная возможность реализации предмета лизинга по более высокой цене.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Истцом не доказано существенное расхождение между ценой реализации предмета лизинга и стоимостью, которую заявляет истец, следовательно, стоимость имущества подлежит определению, исходя из цены его реализации.

Таким образом, судебной экспертизой установлено соответствие цены реализации предмета лизинга цене возможной продажи, следовательно, оснований считать, что ответчик заведомо уменьшил (занизил) цену реализации предметов лизинга, у суда не имеется, в связи с чем для расчета сальдо суд полагает обоснованным принять стоимость продажи по договору купли –продажи ТС.

Более того, суд критически относится к представленному истцом заключению об оценке имущества должника, так как не учитывалось техническое состояние автомобиля, его пробег. Так, финансовым управляющим проанализировано ценообразование ТС с аналогичными характеристиками, т.е истцом выявлены объявления о продаже ТС с аналогичными характеристики в кол-ве 5 автомобилей, все предложения суммированы и поделены на пять, в связи с чем стоимость составит 5.449.642руб.80коп. 

            Доводы истца о наличии сомнений в обоснованности заключения эксперта со ссылкой на рецензию, подготовленную ООО «Компромисс», не могут быть приняты во внимание судом, поскольку лицо, подготовившее рецензию, не привлекалось судом в качестве эксперта и не предупреждалось об уголовной ответственности.

Кроме того, данная рецензия в силу требований статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не может являться доказательством, опровергающим выводы судебной экспертизы, так как процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривают составление внесудебной экспертизы на заключение судебной экспертизы.

Рецензия содержит лишь субъективную оценку действий и выводов эксперта, проводившего судебную экспертизу, иного лица, в то время как доказательства по делу подлежат судебной оценке в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, предоставление лизингодателя: 3.568.415руб.83коп. (2.943.503+559.284,41+30.320+35.308,42)- предоставление лизингополучателя 4.618.240руб.85коп. (1.153.240,85+3.465.000), финансовый результат сделки составляет 1.049.825руб.02коп. в пользу лизингополучателя, в остальной части исковые требования признаны судом необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Распределяя расходы за проведенную судебную экспертизу, суд приходит к следующим выводам.

Экспертным учреждением проведена повторная судебная экспертиза. Стоимость экспертизы составила 10.000руб.

Учитывая, что стоимость возврата финансирования определена, исходя из договора купли –продажи, денежные средства внесены истцом в сумме 20.000руб., то расходы по экспертизе относятся на последнего. Неизрасходованные денежные средства подлежат возврату с депозитного счета суда.

Расходы по госпошлине относятся на сторон пропорционально удовлетворенным требованиям в порядке ст.110 АПК РФ.

В соответствии со ст. ст.10, 12, 309-310, 665, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, Постановления Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014, руководствуясь ст.ст. 9, 65, 68, 69, 70, 71, 75, 82, 110, 167, 168, 170-171, 176 АПК РФ,  суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» (ИНН: <***>) в пользу ИП ФИО3 (ИНН <***>) 1.049.825руб.02коп. неосновательного обогащения.

            В удовлетворении остальной части требований, отказать.

Взыскать с ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета 13.676руб. госпошлины.

Взыскать с ИП ФИО3 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 23.652руб. госпошлины.

            Бухгалтерии за проведение экспертизы перечислить ООО «Оценочная компания «ЮРДИС» с депозитного счета 10.000руб. на основании счета №1598 от 08.12.2023, внесенные ФИО4 по платежному поручению №164 от 12.09.2023.

            Неизрасходованные денежные средства в размере 10.000руб., внесенные ФИО4 за проведение экспертизы по настоящему делу по платежному поручению №164 от 12.09.2023 возвратить ФИО4 по реквизитам согласно заявления плательщика от 28.11.2023 №332.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья                                                                                                            Н.П.Тевелева