Постановление от 22 сентября 2024 г. по делу № А76-36369/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-11254/2024, 18АП-12056/2024

Дело № А76-36369/2022
23 сентября 2024 года
г. Челябинск



Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Ковалевой М.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Коробейниковой Ю.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод горного оборудования» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 14.07.2024 по делу № А76-36369/2022 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок.

В судебное заседание, в том числе посредством веб-конференц-связи,  явились представители:

общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод горного оборудования» - ФИО3 (паспорт, доверенность от 10.04.2023); 

финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 11.01.2024 сроком действия по 31.12.2026);

ФИО5 - ФИО6 (паспорт, доверенность от 09.06.2023 сроком действия на 3 года).


Определением суда от 06.12.2022 принято к производству арбитражного суда заявление общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод горного оборудования» (далее – ООО «УЗГО», кредитор, податель жалобы) о признании должника несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – должник).

Определение Арбитражного суда Челябинской области от 23.03.2023 (резолютивная часть от 16.03.2023) ИП ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реструктуризацию долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2, член Ассоциации арбитражных управляющих «ГАРАНТИЯ», адрес для направления корреспонденции: 620000, г. Екатеринбург, а/я 712.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 31.07.2023 (резолютивная часть от 24.07.2023) должник признан несостоятельным (банкротом), государственную регистрацию должника в качестве индивидуального предпринимателя считать утраченной, в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реализация имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

Финансовый управляющий должника ФИО2 (далее – заявитель, податель жалобы) 09.08.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просит признать договоры купли-продажи от 16.03.2020 земельного участка с кадастровым номером 74:36:0512001:21 и нежилого помещения с кадастровым номером 74:36:0512001:329 по адресу: <...> у дома 32, заключенные между ФИО1 и ФИО5 (далее - ответчик) недействительными и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания в конкурсную массу должника с ФИО5 денежные средства в размере 330 000 руб.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.07.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением финансовый управляющий должника ФИО2 и ООО «УЗГО» обратились с апелляционными жалобами.

В своей апелляционной жалобе финансовый управляющий должника указал, что на момент заключения спорных договоров купли-продажи должник отвечал признакам неплатежеспособности, выражавшиеся в невозможности исполнить денежные обязательства перед кредитором ООО «УЗГО». Ссылается на отсутствие финансовой возможности на заключение сделок ответчиком и  отсутствие факта передача денежных средств должнику, безвозмездность сделок. Доказательства получения денежных средств должником в оплату спорных договоров в материалы дела не представлены.

ООО «УЗГО» в своей апелляционной жалобе указал на аналогичные основания для отмены судебного акта. Также указал, что признавая сделку «денежной» суд первой инстанции не применил закон, подлежащий применению. Указывает на осведомленность ответчика о признаках неплатежеспособности должника и наличие между ними заинтересованности.

12.08.2024 и 26.08.2024 от ФИО5 поступили отзывы на апелляционную жалобу, с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле, которые приобщены к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие  неявившихся лиц.

В судебном заседании оппоненты поддержали доводы своих апелляционных жалоб.

Представитель ФИО5 с доводами апелляционных жалоб не согласились. Просил определение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.


Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, 16.03.2020 между ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключены договора купли-продажи:

- земельного участка с кадастровым номером 74:36:0512001:21, площадью 25 кв.м. по стоимости 190 000 руб.;

- нежилого помещения с кадастровым номером 74:36:0512001:329 по адресу: <...> у дома 32, площадью 20,1 кв.м. по стоимости 140 000 руб.

Полагая, что должником произведено отчуждение имущества в пользу ответчика безвозмездно с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, на момент заключения договоров должник отвечал признакам неплатежеспособности, выражавшиеся в невозможности исполнить денежные обязательства перед кредитором ООО «УЗГО», отсутствие доказательств получения денежных средств должником в оплату спорных договоров, финансовый управляющий, ссылаясь на п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что необходимая совокупность оснований для признания сделки недействительной в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве материалами дела не подтверждается, не представлены доказательства причинения вреда имущественным правам кредиторов, нет доказательств заинтересованности ответчика по отношению к должнику либо его осведомленности о неплатежеспособности должника.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего. 

Согласно ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Полномочия на оспаривание сделок должника предоставлены конкурсному управляющему ст.ст. 61.9, 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве допускает возможность признания недействительными подозрительных сделок, совершенных при неравноценном встречном предоставлении, либо с причинением вреда кредиторам.

Разъяснения по порядку применения названных положений даны в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63).

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абзацах 3 - 5 данного пункта, в частности, в случае, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение последним исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пунктах 5 - 7 постановления Пленума № 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цельпричинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Оспариваемая сделка совершена 16.03.2020, а дело о признании должника банкротом возбуждено 06.12.2022, следовательно, сделка подпадает под период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, сделка имела возмездный характер, доказательств умышленного безвозмездного вывода активов в отсутствие встречного предоставления, в материалы дела не представлено, равно как не представлено доказательств отчуждения спорного имущества по заниженной стоимости.

Отклоняя доводы заявителя относительно совершения сделки без встречного представления со стороны ответчика, между аффилированными лицами, суд первой инстанции указал следующее.

Из материалов дела следует, что на момент заключения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатёжеспособности, что подтверждается судебным актом о взыскании с ответчика задолженности по обязательствам ООО «БЗГО» в порядке субсидиарной ответственности в размере 2 658 241 руб. по делу №А76-8720/2020 от 19.07.2021 (резолютивная часть от 30.06.2021).

При этом признаки неплатежеспособности перед кредитором ООО «УЗГО» следует считать возникшими у должника как у контролирующего должника лица с момента причинения вреда кредитору, поскольку решение о привлечении к субсидиарной ответственности лишь подтверждает факт ответственности и размер вреда.

Между тем, в рассматриваемом случае судом не установлено, что ФИО5 является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Согласно п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 – в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие    в    совет    директоров    (наблюдательный    совет),    коллегиальный    исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника, а также лица, находящиеся к указанным лицам в отношении родства (абз. 3 п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве) и лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Доказательства заинтересованности и аффилированности между сторонами сделки в материалы спора не представлены.

Документально подтвержденных сведений о наличии родственных, дружеских или постоянных экономических связей между ФИО1 и ФИО5 в материалы спора не представлено.

Доводы конкурсного кредитора ООО «УЗГО» о том, что между ФИО5 и ФИО1 совершены несколько сделок по продаже имущества не могут свидетельствовать о заинтересованности должника.

Письменных расписок о передаче денежных средств по спорным сделкам в материалы дела не представлено. Между тем, факт передачи денежных средств продавцу подтвержден в самих договорах купли-продажи. Наличие соответствующих пунктов в договорах купли-продажи о передаче денежных средств фактически заменяет расписку в передаче денежных средств от продавца к покупателю.

Следовательно, расчет между сторонами оспариваемой сделки произведен, сделка является возмездной.

Доводы апелляционных жалоб о наличии у должника кредиторов на момент заключения оспариваемой сделки не являются основанием для изменения судебного акта.

Доказательств безвозмездности сделки для должника подателем апелляционной жалобы также в материалы дела предоставлено не было, а указанные доводы заявителя носят предполагаемый характер.

В доказательства наличия у ответчика финансовой возможности приобретения спорного имущества в материалы дела представлены налоговые декларации ИП ФИО5 за 2019 год, за 2020 год в связи с применением УСН.

Судом первой инстанции проанализирована как финансовая возможность ФИО5 на совершение оспариваемых сделок, так и установлена фактическая передача денежных средств.

Факт оплаты имущества подтвержден должником, путем подписи договоров купли-продажи, из текста которых следует ФИО5 до подписания договоров купли-продажи земельного участка и гаража передал ФИО1 денежные средства в размере 330 000 рублей.

В соответствии с п. 5 ст. 488 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, с момента передачи товара покупателю и до его оплаты товар, проданный в кредит, признается находящимся в залоге у продавца для обеспечения исполнения покупателем его обязанности по оплате товара.

Из документов, по регистрации перехода права собственности, полученных впоследствии документов о регистрации права собственности, не следует, что проданные земельный участок и гараж находятся в залоге у должника, что дополнительно свидетельствует о полном расчете по сделкам.

Согласно декларации за 2019 года, ФИО5 получил доход за 2019 год в размере 76 623 726 рублей, уплатил налог в размере 4 597 424 рубля.

Согласно декларации за 2020 год, ФИО5 получил доход за 1-й квартал 2020 года в размере 12 273 245 рублей, уплатил налог в размере 736 395 рублей.

Фактическое владение ФИО5 спорным имуществом подтверждается представленными налоговыми уведомлениями об уплате налога на имущество и земельного налога за 2020 год, 2021 год, 2023 год,  платежными поручениями об оплате налога, а также договором подряда от 22.03.2021 на реконструкцию гаража с кадастровым номером 74:36:0512001:329, по адресу: <...>, с доказательствами оплаты реконструкции.

Кроме того, из дополнений ФИО5 следует, что гараж необходим ему для хранения транспортного средства. У него в собственности имеется офисное помещение, расположенное по адресу: <...> (указано в представленных в материалы дела налоговых уведомлениях). В данном офисом помещении, ФИО5 ведет коммерческую деятельность. В центре города Челябинска существуют большие проблемы с парковкой транспортных средств, в том числе в месте расположения офиса ФИО5 Приобретенный гараж, находится поблизости от офиса, и позволяет полностью решить проблему размещения транспортного средства в период нахождения в офисном помещении.

С учетом того, что спорное имущество фактически передано покупателю, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН, а доказательств продолжения должником пользования спорным имуществом отсутствуют, суд указал, что оснований для вывода о заинтересованности сторон сделки не имеется.

При этом ФИО5 не мог быть уведомлен о наличии задолженности ФИО1 перед кредитором ООО «УЗГО», поскольку решение о привлечении должника к субсидиарной ответственности принято только 07.07.2021.

Из вышеизложенного суд установил отсутствие оснований для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Обстоятельств, указывающих на недобросовестные действия должника и ответчика при совершении оспариваемой сделки, арбитражным судом не установлено.


Оснований для признания спорных сделок недействительными по ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом также не установлено.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 постановления № 63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания     сделки,     совершенной     должником-банкротом     в     целях     причинения     вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст. 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Вмененные сторонам сделок нарушения в полной мере укладываются в диспозицию ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае финансовым управляющим не представлено доказательств наличия в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, то есть отсутствуют основания для признания их недействительными по общегражданским нормам (ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из представленной совокупности доказательств суду не представляется возможным сделать вывод о совершении спорных сделок исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника.

Из вышеизложенного суд установил отсутствие оснований для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Обстоятельств, указывающих на недобросовестные действия должника и ответчика при совершении оспариваемой сделки, арбитражным судом не установлено.

В силу изложенного, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины по апелляционной жалобе, подлежат распределению между сторонами по правилам, установленным ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 14.07.2024 по делу № А76-36369/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод горного оборудования»  - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          М.В. Ковалева

                                                                                     А.Г. Кожевникова